Ведьма жжет, или Отбор для императора

Аннотация

– Именем императора, просим принять нас! – раздался официальный крик за дверью.

– Что ты натворила, Кора? – я округлила глаза и стала похожа на сову.

Герман хмыкнул. По его мнению, мы были двумя подругами-аферистками, за которыми вот-вот должны прийти дознаватели.

– Ничего, – удивленно ответила подруга. – А ты?

– Да тоже ничего криминального не припомню.

Вот так в ночи ко мне ворвался главный советник императора и ошарашил новостью о том, что я назначена главным распорядителем императорского отбора.

Назад пути нет. Императору не отказывают, но, как говорится, ведьмы и не таких совокуп… женили и не таких.

Пролог

– Бастиан, – он начал наливать содержимое бутылки в стакан, – я принял решение объявить об отборе невест.

Я, стоявший до этого, сел.

Ревенер Миртеорон – император Аридии, – после смерти жены клявшийся, что больше никогда не свяжет себя узами брака, и содержатель достаточно большого гарема, решил жениться.

– Что привело тебя к этой мысли?

Он глотнул напиток, , подошел и подал мне второй стакан.

– Во-первых, со слов Милира, есть основание полагать, что родовитые фамилии плетут заговор против меня и часть из них уже переметнулись к ваохцам.

– Ну, тут логично, семья жены – первые приближенные мужа. Решил одним махом разобраться с мятежниками?

– Да, но и ситуация, в которой оказался ты, тоже способствовала моему решению.

Я вопросительно поглядел на брата.

– Наследники, – он снова сделал глоток. Одного Ричарда мало. Ты на трон не взойдешь, тебе претит власть. Ричард станет королем, но ему тоже нужно на кого-то опереться. Так что да, я женюсь. Буквально через неделю об этом событии объявят официально.

Я заставил себя встать с кресла и дошел до окна, чтобы почувствовать свежий воздух. Ну надо же, мой брат наконец-то отошел от смерти своей императрицы Сериды и готов к новому браку.

– А почему не объявишь сейчас? У аристократок будет больше времени на подготовку.

– Видишь ли, по совету Карганса хочу дождаться ответа от будущего распорядителя императорского отбора.

Я закатил глаза. Я примерно понимал, о ком говорит Ревенер. У нашего общего знакомого имелась сестра, обладающая даром видеть нити благоприятных союзов. Но в отличие от этого знакомого, дама не обладала его мягким темпераментом и вдумчивым подходом. Так что отбор обещал быть занимательным.

Глава 1

Ко мне в лабораторию зашел нервно дышащий юный паренек.

– Деса Ведьма, – м-м-м, за десу спасибо… а то, что я ведьма, настолько в глаза бросается? – Могу я передать Вам пакет для Коралины Мартинс?

Я вальяжно встала из-за стола. Мальчишка чуть не упал. По меркам этого юного мужчины я была раздета, а вот по своим – даже излишне укутана. Как говорится, женщина – это прекрасный цветок. А цветок красив, когда немного распущен.

Подходя к нему, подобрала полы домашнего пеньюара, что важно, непрозрачного. Ну право, отчего парень так краснеет?

– А что сам не передал?

Он выпучил глаза, часто задышал. Ну что за юноши пошли.

– Там девушки, – сглотнул посыльный, – неодетые.

Тут мы оба впали в ступор. Он внимательно посмотрел на меня. Я тоже на себя посмотрела… вытянулась и прогнулась. Своей фигурой я гордилась. Посыльный совсем поник. Эх, юность.

– Хорошо, – сжалилась я и забрала конверт, – выход сам найдешь.

Мальчишка еще раз посмотрел на меня, вздохнул и почти выбежал из моего так называемого кабинета.

Н-да, раньше юноши смелее были, что ли?

Наверное, надо познакомиться и объяснить, кто я такая.

Меня зовут Лисси Риверс, но по крови и роду я Элисабет де Ривард. Мои достопочтенные родители были приближенными императорской семьи и невероятно чопорными аристократами, приближенными к императорской семье. Они до сих пор пребывают в шоке оттого, что рожденная ими любимая дочь унаследовала дар и кровь импульсивной и сумасшедшей ведьмы, своей бабки, которая, по слухам, опоила деда приворотным зельем и счастливо прожила в браке сто пятьдесят лет.

Плохо считают, ну, или думают. Это либо бабка и правда на голову отбитая была и поила любимого дедулю каждый день этой гадостью, либо секрет брака был в чем-то другом.

Унаследовав дар, я и неумный характер унаследовала, и немножечко внешности. Наша семья славилась крепкими и сильными магами, такими, как мой отец и любимый братец. А еще тонкими и скромными десами – как моя дорогая матушка и не менее дорогая тетушка.

Но не я. Я не обладала достоинствами, присущими аристократической наружности, зато в моих активах значились весьма пышные формы и осиная талия, а бонусом шли длинные волнистые волосы цвета шоколада и темные глаза. Определенно, я обладала роковой внешностью, чем успешно пользовалась.

А какой замечательный у меня характер: я и за словом в карман не полезу, и при надобности сумкой отхлещу – потому что еще моя бабушка говорила: «Хорошо ведущие себя женщины историю не делают».

Если подвести итог, я просто замечательная и распрекрасная ведьма.

Под крылышком брата я закончила престижную академию Семи Стихий, факультет проклятийников и зельеваров1, и обладаю весьма интересными магическими талантами: я с одного взгляда могла определить брата с сестрой, отца с сыном, а также оценить будущий союз двух влюбленных. Но этот дар был известен только узкому кругу лиц.

После окончания академии я сбежала от навязанного брака и обосновалась со своей подругой в столице Аридии Пи-ле-де-ла-луаре.

Кора, или Коралина Мартинс, держала модный дом, а я варила косметические зелья и по большому блату и за большие деньги подрабатывала свахой.

Родители были в курсе моей деятельности, но делали вид, что ничего не замечают. Встречались мы редко – слишком большую обиду они на меня держали из-за моего желания жить самостоятельно.

Я вышла из своей лаборатории. Голова все равно отказывалась работать. Пойду отнесу несравненной Коре очередное письмо от поклонника.

– Кора!!! – во весь голос закричала я.

В нашем ателье было правило: «Никаких правил». Хочу – кричу, хочу – на метле летаю. Мы обе слишком долго шли к своей женской самостоятельности, чтобы потом себя в чем-то ограничивать.

Моя подруга выглянула из клиентского зала:

– Ну что тебе, Лисси? – она осмотрела меня. – О богиня Мира! – и прижала ладонь ко рту, увидев мой внешний вид. – Иди оденься. У меня тут пара неженатых мужчин на крыльце. Если не утерпят в ожидании, придется выдавать тебя замуж, – усмехнулась она.

– Подавятся скорее, – я скривила лицо, вспомнив о матримониальных планах своей семьи. – Здесь к тебе забегал посыльный, – и передала ей конверт.

– О, да тут приглашение на двоих на прием в императорский сад, – она быстро распотрошила содержимое. – Пойдешь со мной?

Мои глаза загорелись. Мы любили приемы и званые вечера, но вследствие того, что обе вышли из знатных родов и предпочли самостоятельность браку по расчету, нас понизили до ранга десай и на такие события звали в очень редких случаях.

– Ты еще спрашиваешь! Конечно, – закивала я. – А почему мне такое приглашение не прислали? Обычно у нас все одинаковое.

Я даже немного заревновала. Почему меня не пригласили? Вся столица знает о нашей крепкой дружбе.

– Лисси, – виновато начала Кора, – понятия не имею, я даже не знаю, от кого оно, вряд ли от императора, – тут мы обе прыснули.

Через несколько часов Кора, закончив свои дела с клиентами и в пошивной, отпустила девушек.

У нас было большое производство. Кора отвечала за модели и производство, а я занималась более приземленными вопросами: варила и продавала свои зелья в магазине, находившемся здесь же, нанимала девушек на работу, выдавала им деньги, заключала договоры с фабриками.

Так как я ведьма, это мне давалось проще – все наши поставщики знали, что я проклятийница высшего уровня. Со мной шутки плохи. А вот Кора у нас была вдохновительницей и искусница. Всем нужен туалет от Коралины Мартинс, и на ее вечерние платья был огромный лист ожидания.

Вечером мы с ней собрались в нашей малой гостиной.

Решили провести время с вином, сыром и в компании с моим неуемным фамильяром Германом – белой лаской. Он обладал сварливым характером и сыпал саркастичными фразами. Увидев нас с вином, сразу проговорил:

– Ага, в любой непонятной ситуации с женщиной наливай ей вина. Что случилось, фрустрированные вы мои?

– Что ты сказал?! – я кинула туфлей в наглеца.

– Ты не ласка, Герман, а скотина, – смеясь, проговорила Кора.

Мы чокнулись бокалами.

– Кора, иногда я думаю, что ты не оборотень, а тоже ведьма, – пришибленно проговорил этот храбрый смертник, обходя меня по широкой дуге и опасаясь выброса второго ножного снаряда.

Я внимательно смотрела на него, прикидывая, какой силы нужно дать мотивированный пинок, чтобы он оставил нас одних. Мой белый крыс это почувствовал.

– А что? И характер как у ведьмы, и таланта не занимать, – он приник к полу. – Лисси, перестань, а то я сбегу от тебя к драконам, – так он пугал меня каждый раз, когда я думала о телесном наказании за его несдержанный язык.

Кора засмеялась.

Моя подруга была оборотнем. Пантерой. Она тоже происходила из высшего общества, рода де Мадрелле. Мы познакомились в академии и жили в одной комнате. Она, как и я, поступила на зельевара, второй специализацией была артефакторика, но настоящей ее страстью оказалась мода.

Тогда, тридцать лет назад, Кора считалась самой привлекательной девушкой в академии, я же была заучкой и сестрой преподавателя. Моя подруга – жгучая брюнетка с ярко-синими глазами и обладательница женственной фигуры. Когда мы вместе появлялись в обществе, всегда производили фурор. Но если для нее это было естественно с детства – оборотни быстро свыкаются со своей сексуальностью, – то я раскрепостилась только после окончания академии и исключительно благодаря своей верной подруге.

Пока мы расслаблялись с виноградным напитком, во входную дверь трижды постучали.

– Именем императора, просим принять нас! – раздался крик за дверью.

– Что ты натворила, Кора? – я округлила глаза и стала похожа на сову.

Герман хмыкнул. По его мнению, мы были теми еще подружками-аферистками, за которыми вот-вот должны прийти дознаватели.

– Ничего, – удивленно отвечала подруга. – А ты?

– Да тоже ничего криминального не припомню.

Мы обе закатили глаза, а в дверь еще раз настойчиво постучали.

Мой «храбрый» белый крыс-ласка, пригнувшись, побежал под диван. Не найдя свободного места ( мы, ведьма и оборотень, хранили там стратегический запас алкоголя), он вылез обратно и прикинулся горжеткой —его профессиональное умение. Я за этого Германа и выбрала. Пойдешь так на праздник, а он и подслушает, и, если надо, «оживет», и напугает незадачливого кавалера своим неповторимым едким сарказмом. В крайнем случае и цапнуть может. В общем, мечта, а не фамильяр… если бы молчал.

– Предатель, – кинула я в него декоративной подушкой. – Предательница! – крикнула спешно удаляющейся подруге.

Встала и пошла открывать. Поздним вечером мы отпускали слуг, так как любили оставаться одни в доме.

Распахнув дверь, я увидела перед собой десая Карганса Торжетеля и еще шестерых стражников. Вот это да! Правая рука императора, с охраной – и к нам. Ох! Вряд ли это к добру.

Гном, посмотрев на меня, упал в поклоне. Его примеру последовали остальные стражники.

– Достопочтенная деса де Ривард, могу я надеяться, что вы разрешите нам войти?

Ага, не разрешу. То-то ты шесть стражников с собой взял. Но, вспомнив, что я благородная деса, а благородная деса непобедима в умении сдаваться, проговорила:

– Ну что Вы, ДЕС Торжетель! – я орала на весь дом, чтобы Кора услышала о гостях. – Проходите конечно. Вот гостиная для приемов. Может, хотите ЧАЯ? – голосила я. – Или распорядиться насчет ЗАКУСОК?

– Нет, благодарю, – вежливо ответил мой непрошенный гость, – я пришел к вам по важному делу, – и заговорщически мне подмигнул.

МНЕ ЗАГОВОРЩИЧЕСКИ ПОДМИГНУЛ ПРАВАЯ РУКА ИМПЕРАТОРА!

Великая Мира, что я сделала?

– Могу я позвать (сюда) подругу? – спросила я.

– Я предпочел бы, чтобы наш разговор был тет-а-тет, но если вы всецело полагаетесь на десу де Мадрелле и совершенно уверены в ее молчании, то кто я такой, чтобы противиться.

– Кора! – истерически заорала я.

Эта бестия отчаянно делала вид, что мои предыдущие окрики никак ее не касались. А несчастный чиновник делал вид, что не замечает напористости в моем голосе. Театр абсурда, не иначе.

Кто он такой, кто он такой. Собака ты сутулая, а не гном при императоре. Еще бы я тебе перечила! Но пока ведьминская сущность окончательно не покинула меня, я еще раз проорала:

– Кора!! Иди сюда!

– Да, дорогая, – моя подруга мигала, как сломанный фонарь, всячески показывая, что уже все подслушала и хотела бы не присутствовать и не отсвечивать при этом разговоре и вообще притвориться мебелью.

Накося-выкуси, любезная! Лучшая подруга – это не та, кто вытаскивает тебя из злачных мест, а та, которая поползет с тобой рядом.

– Милейшая Кора, будь другом, – с нажимом проговорила я, – поприсутствуй при нашей беседе. Дес Торжетель сказал, что всецело тебе доверяет.

Ну, тут я, конечно, приукрасила.

Я взметнула полы свое фривольного халатика. Стражи заметно заволновались. Я их понимаю – мы любили одеваться броско и подчеркивать свои достоинства.

Вот Кора сидит на диване, думает о том, как попала с этой беседой, а стражи думают о ее черных чулках, торчащих из-под едва запахнутого домашнего халата. Одно могу сказать: ноги-то хороши!

– Ну, что, дес советник, – поймала я его взгляд, взметнувшийся от моего декольте (гномы тоже мужчины), – с чем пожаловали?

Милый чиновник пожал плечами, немного растерявшись от напора таких воинственных дам. Да, нам палец в рот не клади, мы свое искусство обольщения уже отточили, и распахнутый нарочито-сексуальный вид Коры тому подтверждение.

– Деса де Ривард, – начал он, – как вы знаете, Его Величество император давно один. Он похоронил супругу, и хоть они и не были истинной парой, относился к ней с большим уважением.

– М-м-м, конечно, кто ж этого не знает. Но ведь вы не поинтересоваться моей проинформированностью насчет Его Величества приехали, – я прикрыла глаза.

– Вы абсолютно правы, деса де Ривард, – терпеливо ответил советник императора. – Император задумал отбор невест среди аристократок Аридии.

– Я не понимаю, – я уже начинала злиться.

– Ваш брат – один из приближенных к Его Светлости брату императора Бастиану, так что благороднейшая семья в курсе вашего скрытого дара, и вам, как верной подданной, надлежит прибыть во дворец.

Вот, братик. Вот услужил, некромант носатый. Прокляну-у-у-у-у-у! Как говорится, мир наш круглый, за углом встретимся.

– То есть Вы хотите, чтобы я посмотрела на невест и указала на благоприятные союзы? – с приторной улыбкой спросила я.

– Нет, – гном встал и подошел ко мне, – императорская семья желает видеть вас в качестве распорядительницы на этом отборе, – он вручил мне конверт с печатью монарха, – а как вы понимаете в такой просьбе не отказывают, – раскланялся он.

Я, не заботясь о приличиях, расселась в кресле, широко расставив ноги, и вскрывала длинными ногтями конверт.

Уважаемая Деса де Ривард,

Настоящим просим Вас прибыть через два дня с момента получения этого письма в резиденцию императора – Равенстерский замок в столице Аридии для достижения договоренностей о Вашей работе в качестве распорядительницы императорского отбора.

С уважением,

Главный дознаватель,

Милир Ойлистрей.

– Вот это ты попала, – проговорил мой фамильяр, все это время притворяющийся меховым воротником, лежащим позади меня на диване.

Милира я помнила слишком хорошо, он один из друзей моего дорогого братика. Раз главный дознаватель вовлечен в этот отбор, мне не отвертеться.

Встречу Себа, не знаю, что с ним сделаю. Мой брат превосходит меня во многом: в бою, в танцах (как ни странно), в учености, но никто не сможет так красиво повалиться без чувств в грязь, особенно если я этому поспособствую.

– Дес Торжетель, раз вы вручили послание, – я открыла дверь, невежливо намекая на выход, – могу я попросить оставить нас? – и кивнула на фамильяра и сосредоточенную Кору. Мне нужно обсудить с домашними дальнейшее светопредст… действия дальнейшие надо обсудить.

– Конечно, благородная де Ривард, – гном сделал вид, что не заметил оговорки, поклонился, вышел за дверь и вывел за собой свою свиту. А я с силой хлопнула этой деревяшкой, не заботясь о том, какое впечатление произведу.

Где там вино?

Пока я наливала нам из стратегического запаса, Кора запрыгала на диване.

– Моя подруга – распорядительница отбора!!!

Вот дурочка, это же такие ограничения. А что скажут мои родители? Надо и с ними переговорить, но когда? Завтра закончу свои насущные дела, а на следующий день уже нужно быть во дворце. Сколько же теперь забот!

Герман деловито поинтересовался:

– Хозяйка, – тут я опешила – эта белая горжетка меня хозяйкой признала? – Хотелось бы знать план твоих дальнейших действий.

Я опять уселась на диван, на котором прыгала Кора, и где я потрошила королевскую почту.

– Ну, во мне два человека. Один не может отказать, а второй… Сегодня как раз дежурит второй.

– И что намерен делать второй? – спросила моя подруга.

– Бойкотировать? – предложила я.

– Лисси, я понимаю, как ты не хочешь светиться в этом обществе, – Кора пожала плечами, ей ли не знать, – но для нас это еще полезно. Переговори с Милиром, не съест же он тебя, – она усмехнулась.

А я вот не уверена, может, и съест.

Подруга продолжала:

– Представь, какие продажи пойдут у нас в ателье и магазине, когда узнают, что будущая королева одевалась у нас и пользовалась нашей косметикой. – Пантерка мечтательно зажмурила глаза. – Мы же так этого хотели. Потом назначим управляющих и будем колесить по стране, когда война закончится.

– Ты права, Кора, – я внимательно посмотрела на нее. – Отбору быть, уж очень хочется управляющего и по миру попутешествовать.

Мы с ней так похожи: она больная, а я вообще контуженная.

Ну и Мира, и Морта, и Гелиос2 с ними, пройдем отбор. Этот император-дракон еще спасибо скажет за свою невероятно прекрасную, одаренную и такую аристократичную суженую – одним словом, скучную. Но дворяне любили именно таких.

Через день я уже сидела в приемной у главного дознавателя. Терпением я не отличалась, а этот дракон либо опаздывал на двадцать минут, либо решил у меня душу вынуть за это время.

Но тут распахнулась дверь его кабинета, и в помещение вплыл он – мой бывший.

М-да, вот такая заминочка. С Милиром мы встречались в академии. Наши семьи уже заключили соглашение о помолвке и пророчили скорую свадьбу. Однако именно от него, по мнению моих родителей, я сбежала в вольный мир соблазна и утех – хотя по факту это был мир работы и идей, но кому я что докажу.

– Ну здравствуй, ведьма, – тепло поздоровался дракон.

– И тебе не чихать, – ответила я. – Милир, давай не ходить вокруг да около, рассказывай по существу, что нужно от меня.

– Узнаю тебя, Лисси, ты всегда была напористой, – усмехнулся дознаватель. – В целом, десай Торжетель должен был все объяснить, – начал он. – Что тебе непонятно из послания ?

Богиня Мира, заступница всех ведьм, дай мне сил, терпения, мозгов и на всякий случай денег, вдруг понадобится нанимать стряпчего, чтобы защищал в суде по делу об убийстве одного дракона.

– Милир, – почти зарычала я на несостоявшегося жениха, – скажи по существу. Разве я вам нужна? Я ведь могу и издалека посмотреть, кто подойдет, а кто нет.

– Так-то оно так, Лисси, но нам нужно доверенное лицо среди девушек. И даже я был готов рекомендовать тебя.

Я удивилась. Дознаватель увидел мое вытянувшееся лицо.

– Я знаю, что лишнего ты не болтаешь, и тоже утвердил твою кандидатуру. Первый, кто тобой заинтересовался, был сам император.

Неожиданно. Наш монарх знает о моем существовании?

– А ты, такой благородный, решил меня поддержать? – съехидничала я.

– Что бы ты там себе ни думала, но я тебя понимаю, – он вздохнул и подобрал руки под стол. – Мы не истинная пара, брак по договоренности, у тебя хватило наглости и храбрости отказаться. Я в восхищении и без претензий, – Милир хищно улыбнулся.

Я скептически помотала головой.

– То есть я могу рассчитывать, что твои люди не будут так досконально изучать мои зелья?

– Лисси, мои люди изучают твои зелья, потому что я знаю, какая ты ушлая и хитрая – ходишь по острию, добавляя полулегальные ингредиенты, – но это точно не обида на то, что ты когда-то отказалась от брака.

– Рада слышать, дес дознаватель! – нарочито веселым голосом прервала я его рассуждения. – Тогда мое первое условие работы с короной – отсутствие всяческих проверок моих рецептов.

Дракон зарычал и зафыркал. На лице и руках обнажились красные чешуйки. Красиво.

Вот-вот обратится в ящера от злости.

Пусть попробует, я ему хвост сломаю, ну и кабинет он свой разнесет. Ремонт потом еще делать. Интересно, а счет он на меня повесит?

Герман на шее начал подавать признаки жизни – испугался.

– Цыц, помощничек, ты воротник, – приструнила я его. Фамильяр опять обмяк.

Милир пришел в себя и успокоил свою внутреннюю сущность.

– Еще условия будут?

– Пфф, обижаешь. Записывай. Хочу мороженое, потом пирожное, – мой шутливый тон приводил дознавателя в бешенство.

Определенно, я напрашивалась. Матушка часто советовала мне раз пять повторить фразу, прежде чем ее озвучить, дабы не обидеть собеседника своим ядовитым языком. Но советов мы не любим, только поддакивания.

Внезапно двери в кабинет ищейки опять отворились, и вошел Его Императорское Величество – Ревенер Первый.

– Мир, – громко провозгласил он, обращаясь по-дружески к дознавателю, – я устал подслушивать.

Я испугалась и лихорадочно начала вспоминать все, что успела сказать за неполные десять минут в кабинете этого недоделанного сыщика.

– Ваше Величество, – присела я в поклоне.

– Рад познакомиться с вами, деса де Ривард, – поклонился мне наш монарх Ревенер Миртеорон и, взяв меня за ладонь, поцеловал ее.

– Меня так уже не называют, – опустила очи долу.

– Да, мне успели донести, – задумчиво произнес наш повелитель, выпуская мою, словно обожженную, кисть.

Милир в это время двигал ртом, как рыба на суше. Возможные запугивания для ведьмы озвучить он не успел – император обладал запасом терпения, равным моему.

– Мы как раз обсуждали возможные варианты сотрудничества, – поклонился дознаватель.

– Я слышал, – весело ответил он.

Красивый, кстати. Наш монарх не был стариком – все маги, а драконы и подавно, живут долго и стареют медленно. Как водится, дракон был темноволос, привлекателен, фигурист. Сама бы с таким загуляла. Но себя одернула.

Лисси, ты тут для дела, успокой свое либидо оборотня-не оборотня!

Герман, почувствовав мою неуверенность, цапнул меня за грудь. Вот же мышь! Я чуть не взвизгнула, но, с другой стороны, в чувство привел. А то я в голове уже детишкам имена подбирала. Надо остановиться. Как говорится, быстро едешь – быстро понесут.

Его Величество, не замечая моей реакции на него, продолжал:

– Элисабет, готов пойти на все ваши условия касательно вашей лавки, а что касается косметических средств на отбор, признать Вас поставщиком Императорского Двора. А еще пожалую несколько преференций для Коралины де Мадрелле и ее ателье.

Я заморгала глазами как заправская гирлянда в праздничный день. Это же какие деньжищи. Если в глазах могут сиять значки наших монет, то в тот момент вместо зрачков у меня были обозначения аридийской валюты.

– А можно поточнее? – надавила я.

Точность – вежливость королей и… убийц. Интересно, к кому из них я относилась?

Монарх еще раз озвучил условия, добавляя больше подробностей в каждый пункт.

– Я согласна, но прошу соблюсти еще одно маленький пункт, – скромно потупила взгляд.

– И какое же? – заинтересованно проговорил наш император.

– Прошу не обозначать нигде мою настоящую фамилию, родители этого не поймут.

Ревенер Миртеорон рассмеялся.

– Зря вы, Элисабет, так думаете. Должность распорядителя при дворе – очень значимая. Отбор объявляется впервые за триста лет. Вы очень высокого взлетите, – он внимательно посмотрел на меня.

– Даже если так, я бы хотела действовать не от имени семьи, а от имени свободного мага Лиссы Риверс. Вы согласны, Ваше Величество?