ЧП в экспедиции

Выписка из Указа Международной ассоциации космонавтики (МАК) от 12 мая 2045 года:

«Всякий предмет, а также одушевленное лицо, не оговоренный (ое) в Перечне предметов и лиц, допустимых к ввозу на планету настоящей экспедиции и вывозу с нее, считать контрабандой. Виновных в провозе контрабанды судить в соответствии с Международным уголовным кодексом (МУК)».

                        В Организацию Объединенных Наций

                        Международный Суд,

                        Гаага

                        от Петрушина Степана Николаевича

Объяснительная.

Я, полковник Петрушин Степан Николаевич, командир экспедиции Марс-45, признаю себя виновным в преступной халатности, повлекшей за собой опасные для Солнечной системы последствия.

Ввиду того, что член экспедиции Марс-45, майор Громов Геннадий Аркадьевич, находящийся у меня в непосредственном подчинении, контрабандой провез на исследуемую планету (Марс) запрещенный биологический материал и допустил его проникновение на поверхность исследуемой планеты (Марса), прошу считать виновным меня, как командира, не обеспечившего должного контроля за вверенным мне подразделением. Считаю, что майор Громов действовал без злого умысла. Прошу наказать за происшедшее только меня, а в отношении майора Громова ограничиться общественным порицанием.

По существу вопроса:

Кто космонавтикой интересуется, тот, наверное, читал, что мы, Европа и Америка каждый разрабатывали свой проект изучения Марса. Американцы больше всех размахнулись. Они хотели высадить на экваторе какие-то мексиканские кусты из горных районов, к перепаду температур и кислородному голоданию привычные. Наш проект был, понятно, самый дешевый, и осуществить мы его собирались лет на десять раньше. Космонавтов набирали солидных, все за тридцать. Готовили их долго, ведь лететь туда – обратно два года. Не каждый выдержит, тут очень крепкие нервы нужны, чтобы каждый день видеть одни и те же физиономии.

Генка Громов – прекрасный микробиолог, поэтому я пригласил его в Экспедицию, о которой он мечтал всю сознательную жизнь. А вернее, и мечтать не смел, поскольку к космонавтике имел чисто теоретическое отношение.

Последние годы он занимался интереснейшей работой в засекреченной лаборатории – участвовал в выведении специального сорта миниатюрных толстоствольных пальм с особыми свойствами… Распространяться по этому поводу я не имею права!

Но надо такому случиться, что эта Генкина работа совпала с напряженнейшей ситуацией в личной жизни.

Мы все знали о его связи с замужней женщиной, хотя он не из тех, кто хвастается и много болтает. И случай – не тот, что вы подумали. У него со Светланой настоящая любовь, на всю жизнь. Да вот беда – глупая еще она была и молодая, когда выскочила замуж за этого прохвоста Рудольфа. Мало того, родила через год чудесного парня Мишутку. Мы улетали – ему четыре стукнуло, значит, сейчас уже шесть. А папаша его, с первого взгляда несчастный и обиженный, гадом оказался – прописался в Светланиной однушке, и месяца после этого не прошло, как говорит жене: «Ты мне неверна. Я подаю на развод, а мальчика забираю. Безнравственные женщины не имеют, мол, права воспитывать детей!». Как будто она год назад более нравственная была, когда уже с Генкой встречалась. Он-то ей сколько раз предлагал:

– Разводись. Мишутку, конечно, забери. Я его усыновлю – парень хороший, глаза как у тебя смешливые и макушка пушистая.

Полюбил сразу двоих: и Свету, и ее сына – бывает же так.

Она не послушалась, не хотела ребенка травмировать – вот и допрыгались.

Подал ее благоверный на развод, а на суде вместе со своей мамашей столько грязи вылил на жену, что судья не знал, что и делать. Настоящие мужики так не поступают – ты поговори по-хорошему, выясни, почему жена к тебе охладела. Потом решай, как мужик. Хотя каждому понятно – не от хорошей жизни Светлана из семьи бегала. При ее-то воспитании (мать с отцом всю жизнь вместе, разводиться не собираются) терпела до последнего. А переехала к свекрови – та ей вместе с сыночком всю душу вымотала – Рудику не ту рубашку подала, не подходи к Рудикову кабинету, плохо Рудикова начальника принимала, салат пересолила. Словом – все не так. Все терпела. Но когда бесценный Рудик заявился домой пьяный, женскими духами пропахший, и супруге по уху съездил – поняла: больше не любит.

Через какое-то время Генку встретила. Так все и завертелось.

Вы не думайте, что это сплетни. Просто в экспедиции все – одна семья. Ничего не скроешь, да и не хочется. Ближе людей нет, чем те, с кем и горе, и радость, и опасность пополам.

За месяц до полета (позже не положено) мы по сто грамм выпили, и он мне рассказал про свою жену. Так захотелось этому Рудику морду начистить, но не мог – тогда в экспедицию не взяли бы.

Дальше – больше. Светланина свекровь ребенка к себе забрала, полгода не отдавала. За это время Света худая стала, аж прозрачная вся. Я вот, думаю, может есть все-таки кто-то там, наверху… Куда ни одна экспедиция не долетит…

Встретила она бывшую соседку, которая себе новую квартиру купила, переехала и, естественно, ничего о подругиных делах не знала. А соседка Юридический закончила и адвокатом работает. Разговорились про жизнь. Светлана расплакалась, все рассказала. Подруга говорит:

– Не реви, помогу тебе. Позвони своему бывшему, скажи, что наняла адвоката. Скажи ему, если ребенка не отдадут, из своей квартиры его выписываешь.

Есть такой закон: десять лет вместе не прожили – выметайся, бывший супруг, с жилплощади. Или ребенка отдай, тогда не выпишу, хоть все равно право такое имею. Генка поддержал – ему квартиру недавно от института дали, тоже однушку, правда, в Южном Бутово. Но жить можно. Говорит:

– Что нам за квартиру цепляться, у меня отдельная. Мама в центре живет. Жену с ребенком я найду, где поселить.

Светлана не хотела звонить, опять дело иметь с этим гадом. Ее соседка, бывают же хорошие люди на свете, сама все сделала. Короче, отдали Мишутку. Оказывается, у его папаши вторая жена на сносях, так что родитель не больно-то сопротивлялся.

Короче, кончились беды, началась нормальная жизнь с порядочным мужиком, который только и думает, что о супруге да о приемном сынишке. На даче летом были вместе с новой свекровью. Оказывается, и свекрови разные бывают. Генкина мать как на Мишутку поглядела, так и растаяла. Игрушки ему покупает, книжки читает, колыбельные каждый вечер поет. Даже Генка возмутился, говорит:

– Испортишь ты мне сына одними баловствами. Он, может, будущий космонавт. А ты с ним, как с девчонкой, нежничаешь.

А мать ему:

– Вниманием и нежностью никого не испортишь, тем более такого чудного малыша.

Ну, Генка и махнул на эти дела рукой. Понял, что мать не перевоспитаешь. Кроме того, его возражения, если честно, больше от ревности происходят. Очень он хочет, чтобы парень его больше всех любил.

Когда Генка улетал, вся семья ревмя ревела. Да и Генка на части разрывался – хоть отказывайся от экспедиции. Но нельзя – сын первый же уважать перестанет. Постепенно взрослые взяли себя в руки. И так парнишка столько пережил, нельзя ему опять истерики закатывать.

Генка с Мишуткой поговорил:

– Ты – мужик, значит, главный в доме. Не реви, береги маму с бабушкой. А мне свою фотографию дай, я в каюте повешу, чтобы меньше скучать.

Парень рев прекратил и в свой уголок юркнул. Минут через десять приносит Генке коробочку.

– Бери, – говорит, – пап. Тут много фотографий. Только сейчас не открывай. Когда будет в полете свободное время, тогда посмотришь.

Генка согласился. Откуда он знал, что в коробочке не только фотографии окажутся? Вот так и получилось, что теперь, если вы не примете во внимание все обстоятельства – беда. Мы же все не дети. Понимаем, что грозят ему и МАК, и МУК (Международный уголовный кодекс).

В незаконно провезенной майором Громовым коробочке кроме фотографии сына оказались семена широко распространенного на Земле растения.

Сам-то я одуванчики люблю. Особенно в начале лета, когда целые поляны покрываются желтыми головками. И красиво, и на сердце теплее.

Другое дело, если рассматривать одуванчик как сорняк. Корень у него стержневой, длинный, но хрупкий. Выдрать его с грядки – и думать нечего. Ты его подкопай сначала, тяни потихоньку, а то оборвется, и через две недели опять тут как тут. Даже слизняки его не едят. Но, с другой стороны, вино из одуванчиков. Весной моя супруга Катя еще листья вымачивает и в салат кладет.

Генка Громов про одуванчики сейчас вообще слышать не может. Понятное дело. До сих пор понять не можем, то ли его наградят, то ли спишут и под суд отдадут. Тут кто хочешь чувство юмора потеряет. Однако сам виноват – выбросил бы Мишуткин подарок в утилизатор, и дело с концом.

Из докладной записки командующего Земным космическим флотом Антонио де Гарсия председателю Международной Ассоциации космонавтики академику Федоровичу Андрею Васильевичу:

Поступок майора Громова, рассмотренный Дисциплинарной комиссией, нельзя считать приведшим к ущербу, нанесенному экологии чужой планеты, поскольку последствием вышеуказанного поступка, несомненно, является существенная победа русской и мировой науки. Поля одуванчиков, выросшие на необъятных просторах Марсианских равнин, успешно справляются с обогащением атмосферы кислородом.

Из выступления академика Федоровича А.В. на сессии МАК:

Переименование красной планеты в желтую считаю преждевременным. Недели через две одуванчики созреют и станут белыми. Что, тогда опять переименовывать?