Рациональное и идеологическое мышление

Основанные на рациональном мышлении научные идеи, в том числе научные безгранично идеализированные предметы, невозможно использовать в качестве прямых регуляторов сознания и поведения людей, поскольку они не обладают категорически императивной силой. Значительная часть научных знаний вообще не обладает нормативностью, а часть из них, напр., методы, парадигмы, критерии, ориентиры обладают условной нормативностью, которую можно сформулировать следующим образом: чтобы достичь определенного эффекта, целесообразно действовать следующим образом. Ученые открывают объективные законы, изучают проявление этих законов и т. д., инженеры с помощью научных знаний создают планы, проекты, но они вольны в том, использовать или не использовать научные идеи в познании, в конструировании и в практической деятельности. Их воля обладает суверенностью, т. е. независимостью, в отношении научных и инженерных идей и обладает верховенством над ними. Ученым, инженерам и иным людям с чисто рациональным мышлением не нужны идеология, ее творцы, проповедники и иные идеологи, а значит, им не нужны их интересы. Так за что идеологам любить ученых, инженеров и иных людей с чисто рациональным мышлением? Это объективные антагонистические идейные и социальные противники.

В отличие от науки, идеология как система идей, основанных на безгранично идеализированных предметах и вере в их осуществимость, категорически предписывает ее адептам следовать ей. Поскольку адепты конкретных идеологий не вольны в том, следовать или не следовать их идеям, то их воля не обладает суверенностью в отношении идеологических идей. Потому диктаторские правители стремятся опираться в управлении людьми не на социальную науку и научно обоснованные социально-инженерные разработки, а на конкретную идеологию, в том числе с помощью превращения ее в официальную, тем самым используя власть для дополнительного принуждения адептов этой идеологии следованию ей и усиливая с помощью официальной идеологии подчинение ее адептов диктаторской власти.

Только люди с идеологическим мышлением верят в якобы осуществимость мысленных безгранично идеализированных предметов идеологии. Они мыслят мир безгранично идеализированно, полагая, будто используют абсолютно истинные образы мира. Именно эти люди нуждаются в идеологии. А во что они верят – это зависит от их ценностных жизненных устремлений, от социально-культурной среды, в которой они формировались и живут, от ряда их психических особенностей и др. Но лишь немногие из них способны самостоятельно создать для себя относительно целостный идеологический взгляд на мир, его создают специалисты, т. е. идеологи, которые его интерпретируют и пропагандируют. Если какое-то идеологическое учение не имеет приверженцев (потеряло или не приобрело), то это искусственная мертвая идеология. Любое идеологическое учение живет, пока есть хотя бы один его последователь.

Идеологическая вера – это абсолютная категорически императивная убежденность приверженцев идеологии в истинности их идей, в которых описываются безгранично идеализированные предметы (полностью совершенное общество, мессия, бесконечные материя, бог и др.), поскольку невозможно ни при каких условиях практически доказать их якобы истинность и невозможно сконструировать даже на уровне научной идеализации условия практического доказательства будто бы истинности данных идей.

Идеологическая вера по силе направленного побуждения ею сознания, воли, чувств и поведения ее носителей подобна инстинкту. Но она связана конкретными идеологиями. У конкретных людей, обладающих склонностью к идеологической вере, нет идеологической веры вообще, а есть идеологическая вера в якобы истинность конкретных идеологических идей, приверженцами которых они являются, а не всяких идеологических идей. Но хотя идеологическая вера представляет собой абсолютную убежденность в якобы истинности идей об осуществимости безгранично идеализированных предметов, используемых в конкретных идеологиях, она является завуалированно осознанной познавательной позицией. Эта позиция представляет собой субъективистский взгляд на сущность истины и ее критерий. Она основана на безусловной установке, что если идеи о якобы существовании и возможности существования конкретных предметов, которые с точки зрения рационального мышления являются безгранично идеализированными, но с точки зрения идеологического мышления не являются идеализированными, устойчиво существуют в сознании, не подвержены сомнению в них и их отрицанию, то они являются истинным знанием о мироздании. А вот откуда эти идеи появляются в сознании – это для обладателей идеологической веры отдельный аспект взгляда на мир.

Безгранично, в том числе бесконечно, идеализированные предметы – это узловые пункты всякой идеологии. Относительно них объясняются реальные предметы и строятся действия тех, кто исповедует идеологию. Во всякой идеологии присутствует иерархия безгранично идеализированных предметов. Безгранично идеализированные идеологическим мышлением конечные предметы, относящиеся к локальному миру (к живой природе, обществу, человеку, политике, власти и т. п.), не будут полноценными предметами идеологической веры, если их не обосновать с помощью идеологической веры как якобы проявления бесконечной основы мироздания. Поэтому генеральной идеей относительно сущности завершенной конкретной идеологии является идея о будто бы существовании бесконечной основы мира как якобы абсолютной причины конечных предметов. Это означает, что любые идеологические идеи о государстве, человеке, обществе и т. п. невозможны без религиозных, философских, теософских или иных идеологических идей, категорически предписывающих для их приверженцев веру в якобы существование бесконечной основы мира и нуждаются в них.

Но если бы идеологии навязывали себя только в качестве интеллектуально-познавательных конструкций как якобы неоспоримо истинные изображения реальности, то рациональному мышлению было бы относительно просто показать их нереалистичность и потому непригодность для научного познания мира, конструирования осуществимых предметов, эффективного управления обществом. Для выявления такой непригодности идеологий достаточно было бы тех критериев, с помощью которых проверяются научные знания. А позитивизм, который является одной из разновидностей, хотя и непоследовательной, методологии рационального познания, разработал весьма серьезные инструменты для отграничения научного знания от идеологических идей о бесконечной основе реальности и о ее якобы проявлении в конечных предметах. Это в первую очередь верификация и фальсификация. Хотя возможность использования данных методов для строгого проведения границы между строгим научным знанием и идеологическими идеями о якобы существовании бесконечной основы мира ограничена, однако их достаточно для установления приблизительной границы. Тем не менее даже самые убедительные и эффективные с точки зрения законов построения научного знания доказательства несоответствия содержания идеологических идей нормам научного знания и познания не являются аргументами для отказа приверженцев идеологий от них. Развитие идеологий, их зарождение, расцвет и упадок, уменьшение и увеличение числа их приверженцев идет по особым внутренним законам идеологического мышления и идеологий.

Однако позитивизм не учел того, что идеологические изображения мира не имеют для верующих значения просто знания и служат для них прямым высшим неоспоримым средством их ориентации в мире и организации их жизнедеятельности, имеющим для них силу не подлежащего нарушению абсолютного закона. Между применением рациональных идей, т. е. научных знаний, инженерных проектов, знаний, полученных на основе повседневного опыта, стоит свободное решение человека, обладающего рациональным мышлением, о целесообразности применения рациональных идей. Рациональные субъекты свободные, суверенные в принятии решения об использовании даже самых проверенных рациональных знаний и проектов. Они вольны намеренно принять решение о том, использовать или не использовать любое рациональное знание. Они вольны даже принять решение о применении заведомо ложных идей. Идеологические же идеи имеют для идеологических верующих силу прямого действия. Это значит, что приверженец идеологии не волен свободно решать, руководствоваться ли ему своими идеологическими идеями или не руководствоваться, признавать их истинными или не признавать. Он не суверенен в отношении своей идеологии. Его вера категорически повелевает ему считать свою идеологию абсолютно истинной, сообразовать себя, свои конкретные мысли о мире, волю, свое отношение к миру, свои действия со своим вероучением и неукоснительно следовать ему. Индивидуальная воля идеологического индивида однозначно подчинена надиндивидуальному категорическому повелению признанной им посредством идеологической веры якобы абсолютно истинной его идеологии, заключенному в его идеологической вере. Люди, обладающие искренней идеологической верой, являются идейными рабами своих идеологий, и, соответственно, идейными рабами творцов, толкователей, проповедников и других идеологов этих идеологий.

Любая конкретная идеология – это имеющая категорически императивную силу для ее приверженцев программа их мышления, поведения, деятельности, отношения к миру и др., даже если в ней не присутствует специализированная программа действий. По нерушимости своего действия она схожа с генетической программой. Каждая идеология категорически побуждает своих приверженцев неукоснительно следовать ее положениям как якобы безусловно истинным (за исключением тех положений, которые не устанавливаются в качестве безусловно истинных, но такое установление не относится к основным положениям) – мыслить мир, относиться к нему, анализировать его, объяснять его, действовать в нем так, как это изложено в идеологическом учении.

Если содержание идеологических идей как внерациональных безгранично идеализированных изображений мира не представляет ценность для нужд рационального реалистичного познания, обустройства общества, государства, человечества, а также управления ими, то идеологию как категорически повелительную для ее приверженцев программу их жизнедеятельности невозможно игнорировать. Рациональное мышление и идеологическое мышление, наука и идеология – это противоположности. Использование науки преимущественно полезно для общества, государства, человечества, а использование идеологии для общества, государства, человечества преимущественно вредно. Разумно организованное государство отделяет идеологию от государственной власти, рассматривая ее как исключительно частное дело, и вырабатывает механизмы по предотвращению или ослаблению негативного влияния идеологий на науку, общество, государство и человечество.

* * *

Люди с рациональным взглядом на мир, ищущие смысл своей жизни, своего бытия, самодостаточны при его выработке или выборе из уже сформулированных смыслов, т. е. они способны свободно выбирать или не выбирать, вырабатывать или не вырабатывать смысл своего бытия, исходя из установки, что осуществимы только конечные предметы, и потому они способны ориентироваться только на конечное бытие как смысложизненную ценность, а если они вырабатывают или выбирают смысл своего бытия, то вольны следовать или не следовать выработанному или выбранному смыслу своего бытия.

Те люди, которые обладают врожденной склонностью к идеологической вере, будь то религиозная, философская, теософская и др., изначально не самодостаточны при выработке смысла своей жизни, своего бытия или выборе его из уже имеющихся идей о смысле жизни. Они не способны сделать своей смысложизненной опорой ни свое реальное конечное бытие, ни окружающий их реальный конечный мир. В них они не в состоянии усмотреть смысл своего бытия. Для обретения смысла своего бытия они нуждаются в опоре на веру в свою якобы причастность к существованию бесконечного бытия в виде будто бы существующей бесконечной основы мира. Если идеологические индивиды не являются творцами идеологий, то они нуждается также в поводыре в мире в виде обусловленных верой в якобы существование бесконечной основы мира идеологических категорически императивных взглядов на мир, на свое бытие в мире. Идеология непреложно предписывает верующим смысл их жизни.

Люди, не обладающие склонностью к идеологической вере, не в состоянии понять, как искренняя идеологическая вера (религиозная, философская и др.) способна категорически повелевать обладающим ею человеком и почему этот человек не может ей сопротивляться. Между врожденной склонностью людей к идеологической вере и их изначальной идейной несуверенностью существует однозначная зависимость, они жестко связаны и взаимообусловлены.

Поскольку склонность как к рациональному, так и к идеологическому мышлению врожденно обусловленная, то преследование идеологическими (идеологократическими) государствами с официальной идеологией (теократическими, радикально-социалистическими, националистическими и др.) рационалистов за то, что они вообще не способны обрести идеологическую веру, можно рассматривать как своеобразный генетический идеологический расизм. Преследование рациональными (не идеологократическими) государствами людей, обладающих идеологической верой, за то, что они вообще не способны избавиться от нее, можно рассматривать как своеобразный генетический рационалистический расизм. Но т. к. рациональными способны быть полноценные демократические государства, в которых не только идеология отделена от государственной власти, но которые признают право людей с идеологическим мышлением на идеологическую веру, то в рациональных государствах вероятность преследования людей за наличие у них идеологической веры намного меньше, чем в идеологических государствах вероятность преследования людей за отсутствие у них идеологической веры.

* * *

Поскольку идеологический тип мышления обладает способностью жестко программировать мыслительную деятельность обладающего им человека, то созданные с помощью него мысленные безгранично идеализированные предметы как якобы безусловно истинные образы мира сковывают его интеллектуальную и практическую деятельность, в том числе и инновационную. Поскольку идеологическое мышление и созданные им безгранично идеализированные предметы регулируют жизнедеятельность идеологического человека, то они отрицательно влияют на эффективность жизнеспособности его и человеческого вида.

Предполагаю, что сохранение в генотипе современного человеческого вида небольшой доли генов, детерминирующих монистичный идеологический тип мышления и дуалистичное рационально-идеологическое мышление – это остаточное следствие эволюционного становления современного человека как вида Homo sapiens. Не исключаю, что формировавшееся мышление предков современного человека содержало одновременно элементы зарождавшихся идеологического мышления и рационального мышления и представляло собой смешанное дуалистичное рационально-идеологическое мышление, но в ходе эволюции от него отпочковывались в качестве самостоятельных монистичные рациональный и идеологический типы мышления, а дуалистичное мышление у части людей сохранилось. Однако в современную эпоху идеологическое мышление становится не только ненужным для прогресса человечества, но все более вредным для сохранения и повышения его жизнеспособности.

Даже незначительное меньшинство людей с идеологическим типом мышления нанесло и наносит жизнеспособности человечества огромный урон. Так, за период писаной истории человечества вследствие сознательного применения в общественной жизни предрасположенными к идеологии людьми своих идеологий были уничтожены много миллионов людей, уничтожено людей не меньше, чем ради реализации людьми своих корыстных интересов. Велик ущерб для прогресса человечества от негативного влияния идеологического мышления и идеологий на развитие науки, техники, экономики, искусства и др. Если бы идеологического мышления и идеологий не было в человеческом сообществе, то, возможно, человечество уже осваивало бы галактики.