Во власти Ублюдков

6 глава

Кира:

— Ты прекратишь сегодня реветь или нет? — вроде уже с раздражением, но мне совсем не обидно.

Сразу из универа я помчалась в общежитие, в мужское крыло. К Диме ворвалась без стука, и зайди я на мгновенье позже, смогла бы лицезреть достоинство Дмитрия во всей красе. Он как раз, выйдя после душа, собирался сорвать с себя полотенце, чтобы одеться.

Я с ногами забралась на его постель, схватила пахнущую им подушку, положила себе на колени и уткнувшись в неё носом, зашлась в рыданиях.

— Дим, ну я же всё решила! И на вопросы на все два ответила, и развёрнуто, не абы как. А он…

— Рубинина, ты мне всю подушку соплями измазала, — Дима отбирает у меня подушку и подает стакан воды. Не сопротивляюсь, жадно пью, стукая зубами о стакан. — Кончай реветь, я тебе говорю.

— Никакого сочувствия. Друг называется!

— Я тебе сочувствую. Хотя ничего смертельного не произошло. Но моя подушка тут ни при чём.

— Ыгы…

— За что неуд тогда, если, как ты говоришь, всё написала?

— Всё написала! — снова поясняю.

— Ну?

— Он меня вынудил.

— Рубинина… — с рыком, предупреждающе.

— Я его престарелым мужчиной назвала.

— Кого? Дамира? — искренне удивлен мой друг.

— Так получилось! — паузу заполняет громкий хохот. — Дим, ну чего ты ржёшь? — Дима чуть ли пополам от смеха не складывается.

— Ну ты дала, конечно. Представляю рожу Дамира! Ему тридцать семь, рановато ты в старики его записала.

— Почему тридцать семь? Ритка сказала — сорок.

— Нет ему сорока, я лично у него спрашивал.

— А вы, типа, сдружились? — спрашиваю, чуть сощурив глаза. — БДСМщик ты херов!

— Не кричи. Стены тонкие.

— Думаешь, твои соседи услышат и захотят попробовать?

— А ты попробовать не хочешь? — я аж икнула.

— Дим, ты чего? Мы же друзья!

— Да, и я с тобой не смогу! — усмехается Димка. — Ты же мне как сестра. Куда тебя ремнём по жопе?!

— Дим, ты что-то знаешь? — Дима, присев на край стола, потирает свой гладко выбритый подбородок. — Дим?

— Не знаю, Кир! Но то, какие взгляды они оба в клубе бросали в твою сторону, мне ни хрена не понравилось.

— Они гадости про меня говорили?

— Конкретно про тебя они не говорили. Но…

— Что но?

— Не знаю. Но к сессии они склонять тебя однозначно будут.

— Это почему ещё?

— Я знаю, как смотрят мужики, когда примечают себе нижнюю.

— Чёй-то я нижняя? — спрашиваю наигранно-капризным голосом.

— То есть тебя волнует больше то, как я сейчас тебя обозначил, а не то, что тебя хотят сразу два мужика?

— Потому что то, что ты говоришь, не соответствует действительности, — Лопатин продолжил буравить меня взглядом. — Дим, когда я после факультатива подошла к Дамиру с вопросом по задачи, он попросил держать дистанцию. Я его крайне сильно раздражаю.

— Хорошо если так, и я неправильно расценил их взгляды в твою сторону, — парень взял в руки футболку, явно намереваясь всё же одеться. — Всё, успокоилась? Вали давай в свою комнату. Мне на тренировку пора уже выдвигаться.

— Ладно, пойду физику зубрить.

— Не загоняйся, Кира. Ты хорошо знаешь этот предмет. Лучше черчением позанимайся, у тебя кривые — сама знаешь.

— Хорошо! — встав с Димкиной постели, иду к порогу, чтобы обуться. — Думаю, ты прав.

— Я всегда прав!

Эти слова я слышу, уже выйдя за порог.

Мне до чертиков обидно, но на долгое самобичевание у меня времени нет. Впереди еще два зачёта. Хорошо, что самые последние два всё-таки автоматом! Про пересдачу решила не думать пока. Сдам в следующим семестре или вообще году…

От этих мыслей даже настроение повысилось. Жаль, что совсем не посещать лекции Дамира я не могу.

***

— Ну что, подруга, можно поздравить? — Лопатин догнал меня у входа в лабораторию.

— Ага, пять, представляешь, Дим? — Лапатин, как обычно, по-приятельски кладет мне руку на плечо и чуть притягивает за шею к себе. — Причём Назар так аккуратно, чтобы никто не заметил, забрал у меня чертёж с отклоненной кривой и, тихонько шепнув: «Я этого не видел», отошёл к своему столу. Я прямо растерялась…

— Прямо растерялась! — передразнивает друг. — Видишь, значит, нормально они к тебе относятся.

— Не нормально. В смысле, Назар, он всего пару раз грубил мне. И то, в начале ещё. Это всё Дамир. В последнее время, кстати, он меня вообще пугает, — вижу, как вмиг взгляд Димы стал серьезным. — Дим, ну о чём вы позавчера говорили? Я же видела, что обо мне!

— Тебе показалось! — щелкает меня по носу. — В субботу всё в силе?

— А то! Я на эту тусу полгода копила.

— Может давай, как в прошлый год?

— Ну уж нет! Это тогда не мой день рождения будет, а обычная гулянка.

— Хорошо, тогда до субботы.

В прошлый понедельник был очередной негативный выпад Дамира в мою сторону. Причем ещё какой!

Я перестала заниматься на уроках физики, точнее на факультативах для двоечников, в число которых мне выпала честь попасть.

Я просто не вижу в этом смысла!

Разумеется, я не сошла с ума, прекрасно понимаю, физика — это один из главных предметов нашей профессии. Просто теперь, приходя в свою комнату в общежитии, я открываю учебник и штудирую пройденную тему самостоятельно. В общем, Дамир не такой дурак, и понял, что я решила его полностью игнорировать как преподавателя, и это его очень бесит. Мне иногда даже кажется, что от злости он зубами скрипит.

А недавно я совсем обнаглела. Прямо во время очередного дополнительного урока по физике отвечала на смс Шурки, что в сообщении в красках мне описывала то, как её бабушка застукала Тёмку, когда тот по привычке пробрался в окно к своей любимой… Эх. Прелести частного сектора!

Чтобы правильно представить картину того, что там происходило, нужно знать Эльвиру Петровну, а я-то знаю! Поэтому с трудом гасила смех, просто улыбалась, ёрзая на стуле, визуализируя зрелище, происходящее там.

— Рубинина, у тебя что, шило в жопе, или что-то поприятнее, раз ты так эйфорично улыбаешься, дергаясь на стуле.

Я даже нахмурилась! Поняла смысл сказанного только после того, как все в голос заржали, а я вспомнила об увлечении нового преподавателя.

В тот момент я настолько растерялась, что даже расстроиться не смогла. Просто как в некоей прострации пребывала. А когда немного меня подотпустило, решила, что грешно держать обиду на больных и убогих, на этом и успокоилась.

На следующий день я увидела, как Дима разговаривал с Дамиром на повышенных тонах. Они сбавили голоса, заметив меня. Именно из этого я сделала вывод, что речь шла обо мне. Хотя самого Димы в тот момент не было в аудитории. Зато был Соловьёв. Ещё один друг Димке, и он не мог не рассказать ему о том, что случилось на физике.

7 глава

***

— С днём рождения, моя старушка! — весело выкрикивает Ритка.

Вот и наступил день моего рождения. Не знаю почему, но в этом году я ждала его с каким-то особым нетерпением.

— Эй! Мне всего двадцать один, — смеюсь, отвечая подруге. Настроение просто отличное. — Ты обалдела, Рит? — спрашиваю уже серьёзно, заглядывая в подарочный пакет.

— Так! Угомонись. Могу себе позволить, — не спорю, просто целую подругу в щёку. Она знает, что мой телефон настолько плох, что давно живёт своей самостоятельной жизнью. Только могла бы и подешевле купить. А не дорогущий айфон, наверняка последней модели, как у неё.

Настроение моё действительно самого утра просто супер! Мой день рождения мы отмечаем в довольно приличном клубе, даже по меркам нашей Риты.

Разумеется, за комфорт и роскошь нужно платить, но именинникам хорошие скидки.
Только больше, разумеется, я рада тому, что на моем празднике не будет лишних людей. И ещё, нам достался угловой столик на втором этаже, тут никто не мешает, не врезается в нас, проходя мимо.
Сегодня нас всего восемь человек, но нам не скучно. Да и не помню я, мы вообще когда-нибудь друг с другом скучали? Всегда есть о чем поговорить или кого обсудить! Над кем пошутить или даже кости перемыть. Правда, если мы с девчонками начинаем кого-нибудь «мылить», парни нас зачастую одёргивают. Но сегодня как-то всё очень гармонично.

— А, да, точно! Катька Амельчева тогда ещё сходила к новичку-парикмахеру и Леонид Игоревич, увидев её, стал заикаться, — многие из нас, уже изрядно подвыпившие, вспоминали смешные ситуации, произошедшие за время учёбы.

— Мне кажется, он больше охренел от криво выбритых висков, чем от ядовито болотного цвета её волос, — отвечает Дима Костику.

Костик нечасто бывает в нашей компании, и на моём дне рождения его не должно было быть. Он сам подошел ко мне два дня назад и попросил, чтобы я его пригласила. Он с первого курса убивается за Риткой, и хоть эта коза в сторону Кости даже не смотрит, я не смогла отказать безнадежно влюблённому.

— А помните, как на первом курсе Кирка с Димкой, что называется, влились в коллектив? Кирка меня тогда так взбесила.

— Потому что в целом я всё правильно сказала! — поднимаю палец вверх, глядя на Аринку.

— Поэтому и взбесила!

— А что она сказала? — Тёма учится на последнем курсе, и он один из присутствующих, кто не знал того, как "эффектно" мы с Лопатиным появились.

— Тут даже дело не в том, что она сказала! А как преподнесла всё это, — вступает Ритка. — Заходит такая… Кир, не обидишься?

— Да ну, ты брось, — отмахиваюсь, доедая дольку апельсина.

— Короче, СЕЛО! Кремовая блузка с воланами, на голове куры сношались…

— Да блин, на улице ветрище был.

— Ну хер с ним, — теперь отмахивается подруга, — юбку, скорее всего, у баб Нади одолжила. В общем, входит такая… смотрит на нас, мы на неё. В аудитории тишина полнейшая. А она такая. Входящему вслед за ней Димке: «Не ссы, Димон. Тут одни соски. Маникюр у каждой дороже, чем твоя машина. Девки не захотят ноготки портить, а если пацаны полезут, ты им наваляешь». И такая. Резко кладет ему руку на плечо. Пронзительно так ему ещё в ухо — но все слышали: «Я в тебя верю!»

Тёмка рассмеялся, а Димке та ситуация до сих пор смешной не кажется.

— Ага. Я готов был сквозь землю провалиться, — говорит Дима.

— Ты сам виноват! Всю дорогу мне в уши дул: «Как поставишь себя, так и пойдет. Нельзя показать себя чмошницей» — кривляю друга. А я зашла, смотрю на этих фифулин и понимаю — я и есть чмошница в бабушачьей юбке. А в голове твои слова: «Как себя поставишь, как поставишь…» Я в состоянии аффекта была!

— Да, родная. Эффект однозначно был! Но нужно признать, уже к концу недели все про это забыли, — говорит Аринка.

— Потому что все поняли, какая ты у нас ку-у-урачка! — это уже Шурка лезет с целовашками. Она изрядненько пьяненькая, и у меня складывается ощущение, что Артём не просто так ей винишко подливает. У кого-то сегодня будет жаркая ночка.

— Всем привет!

Ну этого только не хватало!

К нам какого-то лешего подошли наши кайфовщики. Вернее, часть из них. Игнат, он не с нашего потока, но мы все этого идиота знаем. Снежана и Коля. Куда без него то?

— Чё надо? — высовывается Костик вперёд Димы — Вас вроде как не приглашали.

— И очень зря, у нас подарок для именинницы! — весело щебечет Снежана, не в силах сдержать своей счастливой улыбки.

Коля протягивает мне небольшую коробку, но я даже не думаю её брать.

— Спасибо, конечно, Коля, но я воздержусь. Оставь себе!

— Да брось, Кира. Тебе понравится! — и всё равно достаёт оттуда какой-то непонятный предмет.

— Ты ахуел, что-ли? — Дима, вскочив со своего места, как в боевике, с ноги опрокидывает Саужского.

Аринка враз прекратила давиться смехом, она вообще единственная, кто из нашей компании засмеялся вместе с Игнатом, Снежаной и Колей. А мне впервые плевать на мордобой. Меня душат слёзы.

Эти уроды подарили мне огромную анальную пробку! Причем Коля поднял её высоко вверх, чтобы все соседние столики видели.

Пока к нам на второй этаж пробралась охрана, Николая уже сложно было узнать. Димка буквально вдавил нос в череп парня. Тот истекал кровью и был уже не в силах отмахивается.

— Дима, всё, я сказал! — доносится до меня знакомый строгий баритон.

Откуда взялись здесь Дамир с Назаром, мне непонятно. Дамир сейчас жёстко держал Димку за шею своей огромной ручищей. Заставлял его смотреть ему в глаза, очевидно, чтобы Дима в себя пришёл!

8 глава

Всю нашу компанию провели в большой кабинет. Как выяснилось, клуб принадлежит хорошему другу Дамира, он также байкер, причем, в отличие от моего преподавателя, очень воспитанный байкер!
Марат сказал, что кабинет полностью в распоряжение Дамира, и так как произошедшее его не касается, он ушёл в зал.

— Саужский, давай с тебя начнём! — все расселись кто куда, но меня Назар усадил на небольшой кожаный диванчик рядом с собою.

Дима уселся прямо на пол у стены, он по-прежнему делает глубокие вдохи, так как слишком сильно вышел из себя, и теперь всё никак не может полностью привести свою нервную систему в порядок.

— Дамир, да мы просто прикололись! — голос парня невозможно узнать. Дышать Коля может теперь только ртом. Кстати, Николая уже осмотрел врач, и даже укол ему сделали. Скорая уже ждёт у задних ворот, ему после беседы придётся ехать в больницу.

— А-а, это прикол был? В таком случае почему вы мне не подарили? Ну так, по приколу! У меня неделю назад так-то тоже день рождения был!

— Мы не знали!

— А знали бы, подарили?

— Да-да нет, вы ч-чего. Вам нет, точно нет! — Заикаясь, начал оправдываться парень.

— Так объясни мне, какого хрена ей можно! — резко мотает головой в мою сторону.

— Она же…

— Что она?

— Ну, увлекается!

Я давлюсь воздухом и даже слёзы высыхают полностью.

— Сколько раз у вас с Рубининой был секс?

— Кого? — выпучив глаза, переспрашивает Коля. — У нас с ней не было! — говорит почему-то после небольшой паузы.

— Очень интересно. А у кого был?

— Не знаю. Ну... Игорёк? — обращается к Рыжову. — Ты же мне говорил!

— Ничего я не говорил, — как-то излишне быстро отбывает парень. — Чё я сразу?!

— Блядь, какие вы дети, — Дамир, опустив голову, большим и указательным пальцем зажимает переносицу. — Ей-богу!

— Да мне Снежанка рассказывала. Блин, да кого… — Игорь явно растерян. Он продолжает свои нелепые попытки оправдаться.

Его порыв очернить меня или хотя бы выдумать несуществующую связь между нами вполне оправдан. Я не раз отвергала его попытки ухаживания. Последний раз даже грубо получилось, но мне казалось, тот период на первом курсе мы перешагнули, но, похоже, осадок у парня всё ещё остался.

— Да вы же сами, когда в «Заре» мы сидели, рассказывали, — кажется, чуть осмелев, снова подаёт голос Коля.

— Что мы рассказывали? — рявкает Дамир, а я пугаюсь и даже не сразу реагирую, когда Назар за талию притягивает меня ближе к себе. Только ничего лишнего надумать я не успеваю, так как он почти сразу и отпускает меня. Едва заметно подмигнув мне, мужчина, встаёт с дивана, уступая место моей Ритке.

— Ты как?

— Нормально… — перешептываемся с подругой.

— Чего молчишь? Я задал вопрос? — Дамир оглядывает всех присутствующих.

— Дамир, в тот вечер даже дебилу было понятно, что, рассказывая о том, как на оргиях БДСМ развратно ведут себя девушки, вы имели в виду, что Рубинина была там! — довольно сбивчиво проговаривает Коля.

— Это пиздец! — громко выругался Назар.

— Назар, кто все эти люди? — спокойным голосом спрашивает Дамир, глядя на своего друга.

— Деградирующие личности, застрявшие в пубертатном периоде. И с которыми нужно держать четкую дистанцию.

В этот момент все без исключения чувствовали жгучую неловкость.

— А на факультативе? Вы же сами постебались над ней, сказав, что ёрзает она на чём-то приятном.

— Не над кем я не стебался! Она вертелась как уж на сковородке. Я ляпнул со злости! Причём, совершенно не думая о пошлости, — и мне почему-то сейчас кажется, что он говорит правду. Дамир злится. Злится так, как злится человек, которого просто не поняли.

— Снежана! — Дамир говорит уже спокойно. — Никто вас за наш столик не приглашал! — это раз. И если ты что-то где-то не поняла, то следовало бы переспросить.

— И что касается оргий! — вступает Назар. — Да будет вам известно, что в редких случаях, но всё же в них принимают участие даже супружеские пары. И не всегда молодого возраста. Когда людям не хватает остроты ощущений или же они хотят разнообразить свою сексуальную жизнь. То же касается секс-игрушек и анального секса в целом. Дело это сугубо личное. Не думаю, что среди нас, здесь присутствующих, одни монахи невинные собрались! Да и в целом, я не припомню, чтобы в столь откровенном разговоре, который, так на минуточку, вас вообще не касался, мы говорили о том, что вообще хоть кто-то пёрся в зад. Мы со взрослыми дядями, не с вами, говорили о взрослых играх, до понимания которых вам, как до луны.

— К чему вы это всё нам сейчас говорите?

— К тому, что даже если предположить, что Кира принимала участие в чем-то подобном, это только её личное дело! И тем более, это не повод, прилюдно дарить ей подобные вещи, — Назар перевёл взгляд, полный брезгливости, на Лисицыну. — Тем более бэушные, Снежана. В первую очередь, это негигиенично! — последнее сказал резко, чуть повышая голос.

В одно мгновение наступила полная тишина. От услышанного охренели все присутствующие.
Снежана не то что побагровела, позеленела от стыда.

Первым прыснул со смеху Игорь, следом Артём с Костей и далее цепная реакция.
Только мне по-прежнему не смешно. И Дамиру с Назаром тоже. Они оба рассержены. И мы, наверное, единственные, кто сейчас видит состояние Лисицыной. Видим то, как она в сторону Назара бросила быстрый взгляд, полный разочарования, и стремительно покинула кабинет.

— Ты на хрена это сделал, Назар? — Дамир подаёт мне стакан с водой. Делаю глоток. Вода немного сладковатая, хочу убрать, не пить дальше, но Назар аккуратно, двумя пальцами, придерживает за дно стакан. Приподнимает его, заставляет выпить всё, до последней капли.

— Что сделал? Про анальную пробку сказал?! Ну не соврал же. Захар на заказ для неё делал. Мне хвастался. Между прочем, там даже её прозвище выгравировано.

— И как он назвал свою новую игрушку?

— Шкура! — будтобы ласково, чуть тянет это слово Назар.

— Банально… — сейчас, кроме меня, нас слышали только Ритка и Дима, остальные всё никак не могли остановить смех.

Вообще, мне кажется, что ребятам не столько смешно всё это, сколько сказывается нервное перенапряжение. Всё же данная ситуация тряханула всех.

— Ну всё, посмеялись? — это Дамир говорит уже громко. — Давайте заканчивать этот балаган. Дима?

— Что?

— Ты в норме?

— Да!

— Догони Лисицыну. Успокой и домой отвези, а то мало ли. Она только тебя сейчас послушает, — Дима молча смотрит на меня. — Мы сами отвезём её, — теперь Димка в упор смотрит на Дамира. — Да нормально всё будет!

Я ничего не говорю. Наверное, так же как и Дима перенервничала и хочу просто ещё какое-то время неподвижно посидеть. Тем более тут остаётся Ритка.

— Если что, звони, Кир!

— Хорошо, Дим.

— Я заяву на тебя накатаю! — гундосо выкрикивает Коля. У него до сих пор немного кровь носом идёт.

— А я на вас! На всех троих, — мой голос звучит уже совершенно спокойно. — За оскорбление и унижение. Скорее всего, отделаетесь штрафом, но дело то заведут, а это исключение из вуза.

Полная тишина. Всем и так понятно, что я победила.

— Все свободны! — объявляет Дамир.

— Я отвезу тебя, — говорит мне Ритка, вставая со своего места. — Папа шофера за нами уже прислал.

— Рита, поезжай! Мы немного ещё побеседуем с Кирой.

— Но… — я напрягаюсь, но через небольшую паузу всё же говорю:

— Всё нормально, Рит. Поезжай. Я правда в норме, — думаю, стоит наконец всё-таки всё прояснить. Ничего страшного, если меня отвезут Дамир с Назаром. Как-нибудь переживу!

— Уверена?

— Да!

— Ладно, я позвоню завтра.

— Хорошо.

Проходит совсем немного времени и в кабинете наступает тишина. Если не считать доносящейся из зала музыки, что не громко, но всё же слышна.
Наверное, нужно сказать спасибо? Всё-таки они вступились за меня. Но я даже рта открыть не успела.

— Кира, в понедельник явишься по этому адресу, — протягивает мне визитку Дамир. Принимаю её машинально. — Пройдешь все необходимые обследования.