Аквилон. Проклятие Безликих

Глава 5. Границы реальности

Я смотрел на статую и не мог оторвать от неё взгляд. Металл беджа с моим именем холодил мне руку, но не давал раствориться — будто только он и держал мой рассудок на месте, позволял не сойти с ума от этого тяжёлого, пугающего взгляда пустых прорезей глаз маски. Моё дыхание сбилось, а тревога поглощала мой разум.

«Что же творится в этом городе? Почему статуя двигается? Морвин Кажется, он знает больше Селены и совершенно не выглядит напуганным» — я судорожно осматривал своих новых знакомых.

Морвин выглядел спокойным, будто ничего странного не произошло, а Селена тоже была напугана. На её лице отражался ужас не меньше моего.

— Морвин Объясните, пожалуйста — я не мог подобрать слов, как и сдвинуться с места.

— Безликие не любят, когда ими интересуются, — тихо ответил он, чуть склонив голову, словно прислушиваясь к чемуто. — Но мне есть что вам показать.

С этими словами Морвин последовал кудато вглубь своего заведения, приглашая нас идти вместе с ним. Мы с Селеной переглянулись, но всё же отправились следом.

Ступени лестницы, ведущей в подвал, были выточены из тёмного камня и чуть влажно блестели — будто их недавно протирали. С каждым шагом вниз воздух становился гуще, наполняясь запахом старых книг, чернил и едва уловимой примесью чего-то металлического, как будто рядом хранили медь или железо. Где-то вдалеке слышалось едва различимое тиканье — то ли часов, то ли чьего-то мерного дыхания.

Следуя за владельцем таверны, мы оказались в подвальном помещении. Оно выглядело как рабочий кабинет: большой письменный стол, множество бумаг, книги и карты. И на всех них надписи и рисунки не исчезали — в отличие от улиц города, они оставались чёткими и неизменными. Тени от ламп дрожали на стенах, рисуя причудливые узоры, будто пытающиеся что-то сказать.

Я подошёл ближе к одной из карт. Линии на ней пульсировали слабым светом, словно под поверхностью бумаги текла живая кровь. Прикоснувшись пальцем, я почувствовал лёгкое покалывание — и на мгновение увидел вспышку: площадь, статуя, но не одна — их было три, стоящие треугольником.

«Они были здесь раньше Они охраняют что-то», — пронеслось в голове.

Морвин заметил мой взгляд и кивнул:— Да, статуй несколько. И они не просто наблюдают. Они запечатывают границы.

— Границы чего? — прошептал я.

— Города. Реальности. Памяти, — он провёл рукой над картой, и линии на ней зашевелились, складываясь в новый узор.

— Этот город — не место. Это ловушка для тех, кто хочет забыть. Или тех, кого забыли.

Селена вздрогнула и прижала ладонь к груди:

— Я не помню, как сюда попала. Совсем. Только то, что было здесь.

— Потому что ты не пыталась уйти, — мягко сказал Морвин. — А вот наш гость — он посмотрел на меня. — Он уже начал искать выход. И город ответил.Я сжал бейдж крепче.

«Значит, всё это — реакция на моё желание вспомнить? На попытку сбежать?»

— Не выходи за черту, — Морвин указал на край карты, где линия была толще и темнее остальных. — Никто не знает, что там, и лучше не пытаться узнать. За чертой — пустота. Там стирается всё: имена, лица, воспоминания.

Селена подняла глаза от карты:

— А если мы найдём способ обойти черту?

— Тогда, — Морвин улыбнулся, но в улыбке не было веселья, — город покажет своё истинное лицо. И либо ты станешь частью его, либо исчезнешь.В воздухе повисла тяжёлая тишина. Где-то за стенами таверны раздался отдалённый гул, словно город вздохнул.

Я выпрямился и глубоко вдохнул, чувствуя, как холодный металл беджа напоминает о том, кто я есть.

— Хорошо, — произнёс я твёрже. — Покажите мне карту. Покажите, где проходит черта. Я хочу знать, с чем именно я имею дело.Морвин и Селена переглянулись. В их взглядах читалось что-то новое — не страх, а уважение?

— Наконец-то ты готов, — произнёс Морвин. — Тогда слушай внимательно. Первое правило города: чтобы найти выход, нужно сначала понять, что ты хочешь оставить позади.

Глава 6. Приглашение

Разговор с Морвином произвёл на меня глубокое впечатление. Он объяснил нам, что те напитки, которые он предложил сначала, — это зелья, способные влиять на память. У меня было ещё море вопросов: откуда он всё это знает? Почему помнит? Как смог всё записать? Как ему удаётся создавать эти зелья? И почему таинственные Безликие не приходят за ним?

Но задать ни один из них я не решался. Сам не знаю почему. Просто чувствовал, что он не ответит — или случится чтото ужасное, если я узнаю эти ответы — вот так сразу.

— Правильно, — мрачно хихикнул Морвин. — Тебе пока рано это знать. А теперь идите. Если хочешь попытаться уйти, тебе нужно спешить, пока город не забрал твою память, а вслед за ней — и тебя самого.

Я нервно сглотнул. Мы с Селеной послушались его и поспешили удалиться, не забыв перед этим купить два флакона с зельями — «Рассвет памяти» и «Полдень истины». «Сумки забвения» отпугивали даже своим названием

Статуя на улице всё ещё смотрела на нас. От этого взгляда у меня по спине пробежал холодок, а волоски на затылке встали дыбом. Казалось, её пустые прорези глаз следят не просто за нами, а за каждым нашим шагом, за каждым вздохом. Мы поспешили укрыться от её взгляда в книжном магазине.

— Эрион — голос Селены прозвучал еле слышно, словно она боялась, что её услышат. Она стояла вполоборота, не отрывая взгляда от окна, и вся её фигура выражала напряжение. — Я тоже хочу уйти. Мне теперь очень страшно Когда мы узнали это, я будто проснулась

Дрожь пробежала по её телу, передаваясь мне через воздух. Я заметил, как мелко трясутся её пальцы, как часто она сглатывает, пытаясь унять волнение. В её глазах читался не просто страх — в них мелькнуло чтото ещё, будто она уловила отзвук далёкого зова, который я пока не мог услышать.

Она вдруг резко повернулась ко мне, затем снова метнула взгляд к окну — и я понял: она чтото почувствовала. Чтото неправильное за стеклом. Без слов мы двинулись к окну. Ставни захлопнулись с глухим стуком, отрезая нас от улицы.

В последний миг я успел заметить, как по тёмной древесине метнулась длинная тень — будто ктото высокий и нескладный прошёл мимо, едва не коснувшись стекла. Но не просто тень: она будто проступила сквозь дерево, оставив на нём едва заметный серебристый след, который тут же растаял. Я проверил засовы — один, второй, третий. Каждый щелчок отдавался в тишине, как обещание безопасности, как заклинание, отгоняющее тьму.

— Здесь мы в безопасности, — сказал я, скорее убеждая себя. Слова прозвучали чуть громче, чем нужно, будто я пытался закрепить их в реальности.

Селена медленно выдохнула, плечи её опустились. Она провела ладонью по лбу, словно стирая остатки наваждения.

— Останься со мной на эту ночь, — попросила она. — Пожалуйста. Мне спокойнее с тобой. — Останусь, — ответил я твёрдо. — До утра. И пока я здесь, никто не войдёт.

Она слабо улыбнулась, но взгляд её ещё несколько мгновений оставался отстранённым, будто она всё ещё слышала тот зов.

Я сел за стол и открыл свой блокнот. Снова пытался записать события этого дня, фиксируя каждую деталь, будто боялся, что воспоминания растворятся, как утренний туман. Пальцы слегка дрожали, когда я выводил буквы — казалось, сама бумага сопротивляется моим словам.

Часы на стене мерно тикали, отсчитывая секунды. Их звук казался слишком громким в тишине помещения, будто каждый удар маятника напоминал: время уходит. Когда они пробили полночь, я почувствовал странное притяжение — будто чтото внутри меня подсказало открыть последние страницы блокнота. Там я увидел новую надпись, выведенную незнакомым почерком: «Увидимся за чертой».

Чернила казались свежими, будто надпись появилась всего мгновение назад. Я провёл пальцем по буквам — они чуть липли к коже, словно были написаны не чернилами, а чемто более живым. На мгновение мне показалось, что буквы слегка пульсируют, будто дышат. Холодок пробежал вдоль позвоночника: это послание было адресовано именно мне.

Я решил показать эту надпись Селене. Она посмотрела на неё в мрачной задумчивости, её пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

— Думаешь, что единственный способ сбежать из города — это пойти именно туда, куда советовал не ходить Морвин? — тихо пробормотала она.

— Думаю, что да, — устало вздохнул я. — Просто выйти, как пришёл, я уже пытался — и результатов это совершенно не дало Только меня тревожит, кто именно ждёт нас там. Этой надписи раньше не было.

Селена медленно кивнула, её взгляд стал отстранённым, будто она прислушивалась к чемуто внутри себя. В этот момент часы снова пробили — но не один раз, а трижды, хотя время давно прошло. Мы переглянулись.

— Возможно, — прошептала она, — это не просто предупреждение. Возможно, это приглашение. И, кажется, оно уже знает, что мы его получили.

В глубине магазина что-то скрипнуло — будто одна из книг сама собой сдвинулась с полки. Мы одновременно повернулись на звук. На мгновение между стеллажами мелькнуло что-то тёмное, но, когда я моргнул, видение исчезло.

Глава 7. Второй шанс

Я долго смотрел на сдвинувшуюся книгу. Селена смотрела тоже. Мы молчали и гипнотизировали её взглядом несколько мучительных мгновений, после чего я всё-таки решился протянуть руку и коснуться книги. Обложка была твёрдой, чуть прохладной и манила открыть её.

Не сдержав любопытства, я распахнул книгу. Сразу почувствовал запах старой книги, а затем — зимнего хвойного леса и озера. На пустых страницах проступили слова: «За чертой — источник... Он питается нашими воспоминаниями...»

Я нервно сглотнул. К горлу подступил ком, а меня охватило удушающее ощущение паники. Воздух будто стал тяжелее и гуще, затрудняя дыхание. Холодный пот выступил на лбу. Сердце колотилось как безумное, а в ушах стоял звон.

«Спокойно, Эрион, спокойно Паника ситуацию явно не разрешит. Нужно собраться с мыслями», — размышлял я, пытаясь взять себя в руки.

— Эрион! — голос Селены дрожал от страха и беспокойства. — Что с тобой?

Девушка опустилась рядом, её тёплые руки легли на мои плечи. Её зелёные глаза, словно два изумрудных озера, удерживали мой взгляд, не давая провалиться в пучину страха. В их глубине я видел отражение собственных страхов и надежд.

Мир вокруг начал искажаться. Звуки стихли, словно кто-то приглушил громкость. Я чувствовал, как теряю связь с реальностью, падаю в бездну, где время течёт по иным законам.

В этом падении я увидел иную версию города. Аквилон жил! Улицы были заполнены людьми, их смех и разговоры создавали уютную симфонию. Вместо зловещих статуй безликих — цветущие клумбы. Воздух звенел от ароматов свежеиспечённого хлеба, от которого шёл пар, горячего кофе с корицей, цветущих садов, мокрой листвы и травы после дождя.

Это был город мечты, где каждый уголок дышал жизнью. Где-то вдалеке играла музыка — нежные звуки лютни переплетались с весёлыми мелодиями флейты. Дети смеялись, играя в прятки, их смех эхом отражался от стен. Торговцы раскладывали товары на прилавках: необычные фрукты с перламутровой кожурой, яркую одежду из неизвестных мне тканей, сверкающие украшения, отражающие мягкий свет, загадочные артефакты, от которых исходило едва заметное сияние.

Люди общались, улыбались, и в их глазах не было той тревоги, что преследовала меня. Они жили полной жизнью, не обременённые страхом или безысходностью. Я слышал, как торговки на рынке бойко зазывают покупателей:

— Свежие булочки с мёдом! Только что из печи!— Серебряные украшения, приносящие удачу!— Пряности из дальних земель!

В воздухе витали звуки: звон монет, хлопанье навесов, шёпот ветра в кронах деревьев, тихое журчание фонтана.

Каждый уголок этого города дышал жизнью и теплом, каждая деталь казалась наполненной особым смыслом. Это был мир, где время текло иначе, где каждый звук имел значение, где каждое прикосновение оставляло след в памяти.

«Может, это всего лишь иллюзия? — подумал я. — Может, город показывает мне то, что я хочу видеть?»

Но что-то подсказывало — эта версия города реальна, просто скрыта от посторонних глаз. И возможно, только я могу вернуть её к жизни. И в этой реальности я чувствовал себя... дома.

Глава 8. Селена

Я долго смотрела на сдвинувшуюся книгу. Эрион смотрел тоже. Мы молчали и гипнотизировали её взглядом несколько мучительных мгновений, пока он наконец не решился протянуть руку и коснуться книги. Я это сделать побоялась.

Когда Эрион распахнул книгу, его лицо мгновенно побледнело. Он застыл, тяжело дыша, а его тело начало сотрясаться от дрожи. Я в ужасе наблюдала, как он теряет сознание.

— Эрион! — мой голос дрожал от страха и беспокойства. — Что с тобой?

Я опустилась на пол, рядом с Эрионом, крепко сжала его плечи и посмотрела в глаза. Наши взгляды встретились, и в этот момент его состояние ухудшилось. Он закрыл глаза и начал падать. Я едва успела подхватить его.

В мое поле зрения попала книга, что он держал в руках раскрытой. На пустых страницах было лишь несколько слов: «За чертой — источник... Он питается нашими воспоминаниями...». Но как эта фраза могла так сильно его напугать?

В кармане я внезапно почувствовала тепло. Рефлекторно опустила туда руку. Достала оттуда флакончик с зельем, что мы купили у Морвина. На этикетке аккуратным почерком было написано название: "Полдень истины". Может, это знак, что оно необходимо ему?

Я приподняла Эриона так, что бы мочь дать ему выпить зелье. Не думала, что будет так сложно напоить его в таком состоянии. Никогда не сталкивалась с таким раньше. Или просто не помню?... Мои руки дрожали. Кажется, меня всю трясло. Не помню, что бы раньше я так сильно боялась.

Когда мне удалось помочь ему выпить все зелье, я уложила его на пол. Теперь мне остается только ждать... Время уже перевалило заполночь, звать на помощь некого. Да и оставлять его одного в таком состоянии очень страшно...

Я подняла с пола оброненную моим другом книгу. Текст на страницах снова исчез, будто его и не было. А на пузырьке текст не исчезал до сих пор. Интересно, как Морвин этого добился?... Надо расспросить его о произошедшем. Может, он знает, что случилось с Эрионом, что значит эта странная фраза из книги. Как же страшно... Что я еще могу сделать, что бы помочь ему?

— "Память будто стерта. Я совсем не помню, что делать, если кто-то рядом теряет сознание..." — я быстро перебирала все книги, что должны были относиться к медицине, но не находила ни слова на пустых страницах. Паника нарастала. Мне и самой становилось трудно дышать.

Из уголков моих глаз покатились слезы. Я снова села рядом с ним и взяла его за руку. Я чувствую, что хотя бы так я могу удержать его здесь. Его кожа оказалась очень холодной, а рука мелко дрожала.

— Эрион... — прошептала я, а голос предательски дрожал от слез. — Пожалуйста, вернись...

Время тянулось бесконечно медленно. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать, а сердце билось где-то в горле. Внезапно я заметила, как его дыхание стало ровнее. Пальцы, до этого ледяные, начали согреваться.

- «Пожалуйста, пусть он придёт в себя», — мысленно молилась я, сжимая в другой руке флакон с зельем.

Эрион пошевелился. Его ресницы затрепетали, и он медленно открыл глаза. Сначала взгляд был туманным, но постепенно в нём появилось осознание.

— Селена... — прошептал он, пытаясь сфокусировать взгляд. — Что произошло?

— Ты потерял сознание, — быстро ответила я, чувствуя, как накатывает облегчение. — Я дала тебе зелье Морвина.

Он попытался подняться, но я мягко удержала его:

— Не торопись. Тебе нужно отдохнуть.

Эрион огляделся, его затуманенный взгляд упал на книгу:

— Что это за надпись была? «За чертой — источник»?

Я рассказала ему о том, как текст исчез с страниц. О том, как я нашла зелье в кармане, словно оно появилось там само собой.

— Это место оно странное, — тихо произнёс Эрион. — Очень странное. Нужно найти Морвина. Он знает больше, чем говорит.

Я кивнула, не отрывая взгляда от его все еще бледного лица:

— Я пойду с тобой. Не могу отпустить тебя одного.

Мы оба знали, что впереди нас ждёт нечто большее, чем просто путешествие. Этот город хранил свои секреты, и теперь мы стали частью его тайны. В этот момент я поняла, что наши судьбы неразрывно связаны с этим городом и его загадками. И что бы ни ждало нас впереди, мы встретим это вместе.

Глава 9. Полдень истины

Улицы города жили. Люди смеялись, улыбались, веселились. Я брел по площади и чувствовал, что мне очень хорошо. Это место вызывало ощущение дома. Но вдруг я почувствовал, что что-то не так.

Небо внезапно потемнело, его заволокло тяжелыми тучами, словно кто-то выключил свет. Крупные хлопья снега закружились в воздухе, создавая вихрь из белых точек. На постамент фонтана медленно поднялся человек в плаще с серебряными узорами, напоминающими нейронные связи. Его лицо скрывала маска, но когда он ступил на постамент, всё его тело и одежда превратились в чёрный камень. Он оказался той самой статуей, что следила за городом.

Люди вокруг начали кричать и медленно растворяться в воздухе. Их крики становились всё тише, пока они не превратились в безликие тени. Я стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться, чувствуя, как холодеет воздух вокруг. Мои руки начали темнеть и становиться полупрозрачными, как у тех теней.

Внезапно пространство вокруг исказилось. Дома начали пульсировать, их стены истончались, превращаясь в полупрозрачные завесы. За ними виднелись пульсирующие символы, источающие багровое сияние. Улицы извивались, словно живые существа, меняя своё направление.

В воздухе кружились обрывки чужих воспоминаний, мыслей и страхов. Они пытались проникнуть в мой разум, растворить мою личность в этом хаосе. Я слышал шёпот тысяч голосов, молящих о помощи, кричащих от боли.

Передо мной открылась страшная правда: в центре площади зияла огромная воронка, всасывающая свет, память и саму суть города. Вокруг неё кружили фигуры в плащах — те самые безликие стражи. Они охотились за воспоминаниями, питались ими, охраняя границу между реальностью и забвением.

Я пытался бежать, но чувствовал, как меня затягивает в чёрную воронку. Мои ноги повисли над бездной, а руки отчаянно цеплялись за край реальности. Внезапно Безликие остановились. Их маски отражали лунный свет, а город погрузился в мёртвую тишину.

Ближайший ко мне Безликий протянул руку. Его прикосновение было холодным, как камень, но в нём чувствовалась странная сила. Он поднял меня над бездной, и в этот момент я увидел истину: они не были врагами. Они были стражами баланса между памятью и забвением.

Внезапно воздух наполнился пронзительным свистом, от которого свело зубы. Этот звук словно проникал в самое сознание, заставляя внутренности скручиваться в узел. Стены дома начали пульсировать, как живые артерии. Символы на них задвигались, складываясь в новые узоры, источающие багровое сияние. Каждый такой символ оставлял на моей коже ожог, будто клеймо.

В ушах раздавался шёпот тысяч голосов — они молили, кричали, плакали. Я чувствовал, как их боль проникает в моё сознание, пытаясь поглотить мою личность.

- «Не сдавайся!» — пронеслось в голове. Чьё-то присутствие рядом давало силы сопротивляться.

Воронка в центре площади запульсировала ярче, источая чернильный мрак. Безликие начали кружить быстрее, их плащи развевались, словно крылья хищных птиц. Я ощутил, как мои кости становятся хрупкими, как стекло. Кожа теряла плотность, превращаясь в дым. Но вместе с этим пришло и другое чувство — связь с чем-то важным, что держало меня на краю забвения.

«Помни!» — прозвучал голос внутри меня. Внезапно пространство вокруг исказилось. Я увидел множество версий себя, тонущих в бездне забвения. Но одна из них сопротивлялась, держась за что-то невидимое.

Когда безликий протянул руку, я почувствовал не только холод камня, но и слабое тепло — словно под маской скрывалась живая душа. В этот момент я понял главное: они не были врагами — они были стражами, охраняющими баланс между памятью и забвением.

Падение в бездну замедлилось. Я услышал далёкий звон — будто кто-то бил в колокол памяти. И в этот момент понял: город не пытается меня уничтожить — он испытывает, проверяя, достоин ли я знать его тайны.

Когда безликий отпустил мою руку, я упал в бездну, но не растворился — я увидел, как моё сознание формируется в новую форму, способную существовать в двух мирах одновременно.

Я оказался в полной темноте и почувствовал, что могу открыть глаза. А еще почувствовал теплое прикосновение к моей руке и смог открыть глаза.

— Селена... — прошептал я, пытаясь сфокусировать взгляд. — Что произошло?

Мой голос звучал тихо и хрипло, будто не принадлежал мне.

— Ты потерял сознание, — быстро ответила Селена. — Я дала тебе зелье Морвина.

Глава 10. В поисках ответов

— Это место странное, — тихо произнёс я. — Очень странное. Нужно найти Морвина. Он знает больше, чем говорит.

— Я пойду с тобой. Не могу отпустить тебя одного, — Селена кивнула мне, её лицо выражало тревогу. В её глазах читался немой вопрос.

Я перевёл взгляд на часы. Уже наступило утро, пусть и раннее. Медленно поднявшись с помощью Селены и пересев в кресло, я ощутил слабость. Её зелье Морвина Значит, моё видение было не просто игрой разума, а настоящим откровением?

По настоянию Селены мы выпили чай, дожидаясь, пока ко мне вернутся силы. Моё падение в бездну Что это было? Предупреждение? Знак? Угроза? Или предсказание неизбежного будущего?

День близился к полудню, пока мы размышляли. Мы направились к таверне Морвина. Выйдя из книжного магазина, я бросил взгляд на статую — её маска следила за мной с холодным интересом, словно хищник, изучающий добычу.

В таверне Морвин приветливо улыбнулся:

— Доброе утро. Как прошёл ваш вечер, дорогие друзья?

— Морвин, — начал я, подбирая слова. — У нас много вопросов.

Я почувствовал прикосновение Селены — она взяла меня за руку, её пальцы дрожали, как листья на ветру.

— Морвин, — добавила она, — нам нужна твоя помощь.

Его улыбка стала снисходительной, с ноткой понимания.

— Идёмте, — пригласил он, направляясь в подземный кабинет. Его шаги эхом отражались от каменных стен.

В кабинете царила особая атмосфера. Пахло старой бумагой, чернилами, травами и свечами. На стеллажах стояли книги, сушёные травы, кристаллы, флаконы с зельями. В углу виднелся алхимический верстак, мерцающий в полумраке.

Морвин расставил стулья, заварил чай из трав и ягод, собранных в полнолуние. Помещение наполнилось ароматом горных трав и лесных ягод.

— Итак, что привело вас ко мне? — спросил он, и его улыбка вызвала у меня тревогу, словно предвестник бури.

В воздухе повисло напряжение, словно натянутая струна арфы. Тени от свечей танцевали на стенах, создавая причудливые узоры, а пламя колебалось в такт нашему дыханию.

Я постарался кратко и без лишней паники пересказать то, что я успел заметить в городе, что произошло в книжном и что видел, пока был без сознания. Однако мое тело не захотело помочь мне скрыть эмоции и мои пальцы предательски задрожали, как и голос. Я отпил чай из чашки, пытаясь скрыть свое волнение, и почувствовал приятную теплоту и спокойствие. Это тоже какое-то зелье?

— Что-то мне подсказывает, что это не все ваши вопросы, — усмехнулся Морвин, разглядывая нас поверх чашки с чаем. — Что же вас так заинтересовало, дорогие гости?

— То, что я видел — начал я, но голос предательски дрогнул. — Это было видение или реальность?

Селена крепче сжала мою руку, и я почувствовал, как её пальцы слегка подрагивают.

— Ты видел то, что должен был увидеть, — уклончиво ответил Морвин, помешивая несущественный осадок на дне чашки. — Каждый видит своё.

— Но что это значит? — настаивал я. — Та бездна, безликие Они охотятся за нами?

Морвин отставил чашку и сложил пальцы домиком.

— Они не охотятся. Они охраняют. Границу между памятью и забвением.

— А что находится за той чертой? — спросила Селена, впервые за разговор поднимая глаза на Морвина.

— За чертой — он помедлил, словно взвешивая слова. — За чертой — источник. Сердце города. Но не каждому дано его увидеть.

— А нам дано? — я наклонился вперёд, чувствуя, как внутри разгорается любопытство.

— Возможно, — загадочно улыбнулся Морвин. — Если вы выдержите испытание.

— Какое испытание? — почти одновременно спросили мы с Селеной.

— Город сам решит, что вам предстоит пройти, — ответил Морвин, поднимаясь из-за стола. — А теперь, дорогие гости, позвольте дать вам совет: не спешите к источнику. Сначала узнайте, кто вы здесь.