Измена. Без права на прощение

© Апрельская Анна

© ИДДК

Внимание! Содержит сцены распития спиртных напитков. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Глава 1

– Жень, зачем тебе эта посредственность? – услышала я насмешливый голос из открытого окна. – Она глупа как пробка! С лица кикимора кикиморой! Нацепит свои джинсы с футболкой и чешет по Москве, как плебейка!

– Она плебейка и есть, – лениво бросил мой благоверный. – Глупая курица, только и делает, что думает о своем мелком цыпленке. Как же она мне надоела!

– Не верю!

– Да она достала меня! «Женечка, ужин готов! Все, как ты любишь». «Жень, чистая рубашка готова. Я все погладила», – язвительно перековеркал мой голос Евгений. – Ненавижу эту домовитую курицу.

От услышанного мне стало не по себе.

На душе стало мерзко.

Неужели Евгений действительно так думает обо мне?

Да еще и Маришку цыпленком обозвал.

Ладно, меня муж не любит, но при чем здесь наша дочь?

Он же постоянно твердит, что мы лучшая в мире семья.

Получается, Женя врет?

Неужели ему со мной плохо?

Ему не нравилось, как я заботилась о нем?

Какая я дура!

Каждый вечер готовила ему вкусный ужин! Наглаживала его рубашки!

Чем я заслужила такое отношение?

Как он может называть Маришку мелким цыпленком?

Она – наше сокровище!

Дочка – самый лучший подарок в моей жизни!

Неужели Евгений ее совсем не любит?

– Почему ты не бросишь жену? – опять заговорила женщина.

– Я полностью зависим от нее, – недовольно выдал муж. – Благодаря Дашке у меня есть хорошая должность в ЗапСибМете. Она – близкая подруга сестры Белова.

Я застыла в изумлении.

Я не верила своим ушам.

Неужели Борисов со мной только из-за тепленького местечка в холдинге?

Заливистый женский смех прервал мои мысли.

– Какой же ты везунчик, Евгеша! Ты забыл, что я жена Белова? – вновь услышала я самодовольный голос. – Думаешь, я не смогу обеспечить тебе повышение? Да запросто. Серега у меня с рук ест. Верит каждому слову.

Я отказывалась верить в происходящее.

Этого просто не может быть!

Снежана Белова и мой муж?!

Что они делают в дачном доме его родителей? И где Виктория Павловна? Она сама просила привезти ей сегодня саженец. А ее, видимо, нет на даче.

Тогда зачем она просила меня приехать именно сегодня?

Странно это…

Я заглянула в раскрытое окно и повторно застыла в шоке. На расправленном диване лежали совершенно голый мой супруг и поразительно знакомая девица.

Я смотрела и не верила своим глазам.

Неужели они голые в шахматы играли?

Бред!

Этого не может быть!

Женька точно – идиот, нашел с кем крутить шашни. С женой Сергея Белова!

И что теперь будет?

– Ну что решил, любимый? Бросаешь твою плебейку? – опять ударила меня словами Снежана. – Хочу, чтобы ты был только мой!

– Но, Снежа… – протянул Борисов, обхватывая рукой грудь любовницы. – Не глупи, я и так принадлежу только лишь тебе. У нас с Дашкой уже давно ничего не было.

– Вот и разведись с ней, – настаивала вертихвостка. – Не хочу, чтобы в твоей жизни присутствовали другие женщины.

Снежана перевернулась, оседлав моего пока еще моего мужа, и потянулась к его губам.

Я обессиленно присела и прикрыла глаза, чтобы не видеть картину измены. Перед глазами стоял образ сплетенной в страсти парочки.

– Люблю тебя, – донеслось из открытого окна.

Правда сильно ударила по мне.

В сердце образовалась огромная дыра.

Ничего. Я выдержу.

Я сама подам на развод. Заберу дочку и уеду.

Я на автопилоте дошла до машины, села в нее и добралась до Москвы. На мою удачу, все прошло благополучно, аварии миновали меня. Или я аварии…

Чисто автоматически я доехала до офиса. Поднялась на президентский этаж, дошла до кабинета генерального. Меня кто-то встречал, здоровался, что-то говорил. Но я ничего и никого не видела. Меня попыталась остановить секретарша Сергея, но я просто прошла мимо нее и вошла в кабинет Белова.

Генеральный директор и владелец Западно-Сибирского металлургического холдинга спокойно работал за своим столом и не сразу заметил мое вторжение.

Наконец он поднял взгляд и удивленно посмотрел на меня.

– Даша? – произнес Сергей. – Выглядишь неважно.

Я стояла и не знала, что сказать. Разве я могла раскрыть Белову ту мерзкую тайну? Он же любит Снежану.

Любит ее, а не…

Нет!

Я не должна даже думать об этом.

Белов – мой непогрешимый идеал. Мужчина моей мечты, который никогда не станет моим.

Мой удел – врун и обманщик Женька, за которого я вышла замуж, чтобы забыть другого.

Но разве это возможно?

– Дарья Васильевна, может быть, вы что-нибудь уже скажете? – донесся до меня озабоченный голос генерального.

Я растерянно посмотрела в темные глаза начальника.

Нельзя быть таким притягательным!

Нельзя!

Это оружие массового поражения, а не мужчина!

– Даша, хватит молчать. Если ты сейчас мне все не расскажешь, я позвоню Лиде. Пусть она сама разбирается со своей неадекватной лучшей подругой, – пригрозил Белов.

– Запрещенный прием, – покачала я головой.

От легкого движения у меня в голове все смешалось. Я покачнулась и начала падать. Встречу с полом остановили сильные руки.

– Хватит, Ёлочка. Я вызываю врача, – категорично выдал Сергей и подхватил меня на руки, бережно прижимая к себе.

– Какого врача? – встрепенулась я. – Не хочу врачей.

– Даш, тебе уже не десять лет, чтобы докторов бояться, – рассмеялся Белов, по-доброму подтрунивая надо мной.

– Не десять, – согласилась я, удобнее обхватывая шею мужчины.

Так бы и сидела у него на руках.

– Слушай, Ёлочка, мне, конечно, не тяжело, даже приятно обнимать такую красотку, как ты. Но, может быть, ты все же расскажешь, зачем прибежала ко мне? – серьезно произнес Сергей, глядя мне в глаза.

– Не называй меня так, – по-детски выдала я.

– Но ты же Ёлкина, значит – Ёлочка, – как в детстве, убеждал меня Белов.

– Мне уже далеко не десять, – покачала я головой.

«И я давно уже не Ёлкина», – добавила я мысленно.

– Я это понимаю. К тому же держать на руках обворожительную женщину намного приятнее, нежели ребенка.

– Ты старше меня всего на шесть лет, – с наигранной обидой выпалила я. – А говоришь, как умудренный опытом старик.

– Может, я и чувствую себя стариком, – глухо признался мужчина и поставил меня на ноги.

Кажется, прошла минутка воспоминаний о детстве. А жаль…

– Последний шанс все рассказать, Дарья Васильевна, – уже серьезно произнес генеральный, пристально глядя на меня.

Я мотнула головой. Не хочу говорить об измене мужа. Это зацепит вопрос, с кем я застала Евгения. А говорить о Снежане я не хотела. Зачем делать больно хорошему человеку.

– Я, пожалуй, пойду, – прошептала я, отступая к двери.

– Стоять, – резко приказал начальник.

– Вы что-то хотели, Сергей Данилович? – с милой улыбкой спросила я.

– Как с тобой непросто, Ёлкина, – отрывисто произнес Белов.

– Борисова, – напомнила я.

– Да гори он синим пламенем, твой Борисов! – резко воскликнул Сергей.

Глава 2

Я даже подскочила на месте от его окрика.

– И зачем ты мне его навязала? – недовольно спросил большой босс.

– Так не брал бы, если бы не хотел, – пожала я плечами.

– А если я уволю твоего Женьку? Заступаться за него будешь?

– Нет, – спокойно ответила я.

– Как интересно, – протянул генеральный, не отрывая от меня сканирующего взгляда. – И давно ты не против увольнения своего благоверного?

– Примерно половину дня, – еле слышно сказала я.

– Значит, что-то произошло? Поэтому ты по привычке примчалась ко мне? В десять лет я тебе коленки зеленкой мазал, а сейчас мужа неверного буду увольнять?

– Решать тебе, большой босс, – с тяжелым вздохом сказала я.

– Решать мне, – согласился Сергей.

– Я пойду, – отступила я еще на пару шагов.

– Иди… Да. Я тебе на почту скинул текст. Его нужно перевести в кратчайшие сроки. Желательно сегодня. Сможешь? – спросил начальник.

– Конечно, – кивнула я. – Сейчас приеду домой и все сделаю.

– Замечательно. Тогда иди. И жди звонка Лиды, – бросил он мне в спину.

– Ждать звонка Лиды? – переспросила я, застыв в дверях.

– Не могу же я тебя оставить без поддержки, – тихо сказал Белов. – Встретитесь, перемоете нам, мужикам, косточки, расскажешь все подруге. И тебе легче станет, Ёлочка.

– Серёж… – протянула я.

– Да, малышка?

– Спасибо тебе, – прошептала я и вылетела из кабинета генерального.

В приемной меня встретила недовольная секретарша Белова.

– Дарья Васильевна, так нельзя делать. А если бы Сергей Данилович был занят с кем-то? – начала она отчитывать меня.

– Я в тот момент ничего не соображала. Мне плохо было. Дурочка я. Понимаю все. И зачем понеслась к Белову? – тяжело вздохнула я.

– По холдингу и так ходят слухи, что ты его любовница. Я устала опровергать их. А ты подливаешь масло в огонь.

– Любовница? – ошарашенно переспросила я. – Но это же не так.

– Так, не так – никто не знает.

– Да Сережа просто мой самый лучший друг!

– Говорят, от друга к любовнику всего один шаг, – задумчиво проговорила пожилая женщина.

– Но это же неправда! – гневно выпалила я.

– Я свечку не держала. Точно ничего не скажу. А ты просто знай, Даша. Слухи ходят. И они могут дойти до твоего мужа.

– Глупости все это, – фыркнула я.

– Думай сама. Как бы потом не пришлось выбирать между другом и мужем, – назидательно произнесла секретарша.

– Да мне уже… – начала я, но оборвала себя на полуфразе.

Ни к чему чужим знать, что мужа, по сути, у меня уже и нет.

Обидно, конечно.

Но, может, оно и к лучшему? Не получилась из меня жена. Наверное, не мое это…

Прежде чем выйти из здания, я зашла в дамскую комнату. Умылась и внимательно осмотрела свое отражение.

Да, пора менять стиль одежды. Футболки и джинсы меня больше не прельщали.

Лишь сейчас я поняла, что они делали из меня простушку.

«Кикимора», – всплыло в голове обидное прозвище, которым меня наградила Снежана.

Ну да, я не стильная светская львица. Обычная молодая женщина. Немного худая…

Да кому я вру?

В последнее время я резко похудела. Остались только кости да кожа.

Женька превратил мою жизнь в сплошную нервотрепку. То ему то не так, то это не так. То суп пересолен, то недосолен, то мясо подгорелое, то почему оно с кровью?

Казалось, он только и делал, что придирался. А я упорно закрывала на это глаза.

На его постоянное раздражение, недовольные взгляды и долгие переписки в телефоне.

Я боялась остаться одна с ребенком на руках. Мне попросту некуда было пойти.

Родители, наверное, могли бы принять нас с Маришкой. Но не больше, чем на пару дней. Мать боготворила зятя, твердила, как повезло ее глупой дочери заполучить такого видного парня.

Мне даже казалось, что это Женька – сын Ёлкиных, а не я. По сути, свекровь ко мне относилась лучше, нежели родная мать.

Так. Свекровь. А где же она была сегодня днем? На даче ее точно не было. Сама просила меня привезти ей саженец яблони.

Или это была спланированная акция с ее стороны?

Получается, Виктория Павловна хотела поставить меня в известность о том, что ее сын изменяет мне?

Но зачем она это сделала?

В раздумьях я доехала до детского сада и забрала Маришку. Маленький ураган сразу же сбил меня с ног своей неудержимой энергией.

– Мамочка, сегодня в садике было столько интересного! Мы рисовали зайчиков, учили буквы и играли. На обед были суп с курицей и пюре с котлетой. Очень вкусно. А после сна мы пошли гулять, – на одном дыхании выдала малышка.

Ее энтузиазм заставил меня улыбнуться. Я хоть ненадолго забыла о своих проблемах.

Дома я приготовила ужин, накормила Марину, немного поела сама.

Женьки так и не было. Да я и не ждала его. Обида все равно сидела в сердце.

Над переводом я просидела до девяти, затем уложила дочку спать и села в гостиной обдумать случившееся сегодня.

Факт измены неприятно ударил по мне. Я, конечно, понимала, что Евгений не любит меня, но и я не любила его. У нас общая дочь и, как я думала, какая-никакая семья.

Но все оказалось иначе.

Обидно было слышать слова, которыми меня наградили. Согласна, пора больше времени уделять себе. Купить новую одежду. Хотелось бы в спортзал походить. Но на все нужно время, которого мне катастрофически не хватало.

Обиднее всего мне показались слова Евгения. Значит, я – «домовитая курица»?

Хорошо. Значит, с сегодняшнего дня ты, дорогой, будешь сам заботиться о своих рубашках, брюках и джинсах. Ужин сам себе будешь готовить. Или заказывать где-то. Мне все равно!

Уйду от него и подам на развод!

Только куда мне податься?

Я тяжело вздохнула.

Гнетущую обстановку разрушил звонок телефона.

Я посмотрела на дисплей смартфона и еще больше расстроилась. Звонила мама. И ничего хорошего от ее звонка ждать не следовало.

– Привет, мам, – сказала я, отвечая на звонок.

– Здравствуй, дочь. Как у вас дела? – дежурно спросила она.

– Не очень хорошо, – призналась я.

– Надеюсь, Маришка не болеет?

– Нет. Дочка здорова. Уже спит.

– Тогда в чем дело? Почему у тебя такой потухший голос?

– Я сегодня застала Женю с другой, – начала я, но меня тут же остановили:

– Как ты могла допустить такое? – гневно спросила мать.

– Я-то тут при чем? – удивленно произнесла я.

– Как это при чем. За атмосферу в доме отвечает жена. Если муж пошел налево, значит, жена не дала ему ласки в полной мере. Я тебе сколько раз говорила: от хороших жен не гуляют! Как так можно было допустить подобное?

– Мама, ты тут совсем не права, – попыталась я сопротивляться, но куда там.

– Ты плохая жена, Даша. Плохая.

– Пусть я плохая жена. Но что мне сейчас делать?

– Спасать семью, – категорично выдала родительница. – Приготовь вкусный ужин, надень белье пооткровеннее и встречай мужа во всеоружии. Заставь Евгения забыть ту другую, докажи, что ты лучше ее, – убеждала она меня.

– А если я этого не хочу? – тихо спросила я.

– Что значит, не хочешь? – удивленно выдохнула мать.

– Ты прекрасно знаешь, я никогда не любила Борисова. Думала, что смогу с ним жить. Но… Не получается у меня…

– Что это ты надумала? – недовольно поинтересовалась мама.

– Хочу уйти от Женьки и подать на развод.

– С ума сошла? – гневно переспросила она. – Не смей даже думать об этом! Не любит она?! Ну и не люби. Тебе такой парень видный достался, из хорошей семьи. Квартира своя есть, зарабатывает немало. Где ты такого найдешь?

– Но, мама…

– Не «мамкай» мне. Выбрось дурь из головы. На развод она подаст, – не успокаивалась родительница. – А ты подумала, куда пойдешь? Да не одна, а с ребенком. Или ты рассчитывала переехать к нам с отцом? Но этого не будет. Мы уже пожилые, нам покой нужен. А какой покой с твоей непоседливой дочерью? Так что никаких разводов и уходов от мужа. Делай все, чтобы помириться с Евгением! Ты поняла меня? – гневно спросила она.

– Поняла, мама, – пришлось мне сказать, иначе бы она от меня не отстала.

Я тяжело вздохнула.

Как и думала, мама не поможет мне в сложной ситуации. Для нее всегда на первом месте ее интересы, никак не мои или единственной внучки. И папа привык поддакивать ей.

Нет места нам в их трехкомнатной квартире.

Обидно, но ожидаемо.

Что же мне делать?

Может быть, позвонить Лиде? Хотя бы совета спросить у подруги.

Я бросила взгляд на часы – уже двенадцатый час. Поздно звонить. Лучше завтра наберу Лиду, зачем тревожить ее.

Я так и сидела в кресле, размышляя о своей жизни.

Борисов явился ближе к двенадцати.

Муж открыл дверь своими ключами и тихо прошел в гостиную.

– Марина спит? – спросил он вместо приветствия.

– Спит, – ответила я.

– Это хорошо, – сказал он, прошел на кухню, достал бутылку минералки и начал жадно пить воду.

Любил он холодную минералку. Причем пить ее он предпочитал прямо из горлышка, не утруждая себя стаканами.

Я продолжала сидеть в гостиной, спокойно наблюдая за мужем, который возится в кухне.

– А что у нас на ужин? – раздался вопрос из кухни.

– Можешь разогреть макароны с котлетами. Или, если хочешь, еще гречка осталась, – предложила я, не вставая с места.

– А для меня сложно было что-то приготовить? Ты же знаешь, я не люблю котлеты, – недовольно заявил Борисов, возникая в проеме кухни.

– Не нравится – готовь сам, – отбрила я.

– Что? – удивленно посмотрел на меня мужчина.

– Я говорю, не нравится, готовь себе сам, – повторила я. – Только сначала тебе нужно сходить в магазин и купить мяса.

– А ты не могла сама его купить и пожарить?

– Не могла, – равнодушно ответила я.

– Почему?

– Потому что у меня нет лишних денег. Покупать продукты для тебя я не могу. Мне нужно кормить и одевать дочь.

– Дарья, – начал что-то говорить Евгений, но я не дала ему такой возможности.

– Коммуналку я плачу, а это немаленькая сумма. Ты бы хоть один раз выделил денег на общие нужды. Почему мои деньги мы тратим всей семьей, а твои ты сам транжиришь? – произнесла я то, что давно вертелось на языке. И почему я раньше боялась это высказать?

– Как ты заговорила. И чего такая смелая стала? Раньше слова лишнего боялась сказать, а сейчас какие-то глупые претензии выставляешь, – проговорил Борисов, сканируя меня взглядом. – Что-то изменилось?

– Может быть, и так, – сказала я уклончиво.

– А поточнее, – с вызовом проговорил муж.

– Где ты был сегодня? – вместо ответа спросила я.

– На работе, – как обычно, солгал он.

– До двенадцати ночи?

– Пришлось задержаться.

– Тебя сегодня не было в холдинге, – произнесла я, вглядываясь в глаза мужа.

– Следишь за мной? – с вызовом спросил Борисов.

Еще пару часов назад я хотела высказать мужу все, что я о нем думаю, а сейчас сдулась, как воздушный шарик.

Что мне делать? Неужели мне так и придется изображать из себя покладистую дурочку?

Как я устала от этого…

– Так что ты замолчала? Решила пойти на попятную? Опять залезла в свою скорлупу? Как мне все надоело! Да и ты мне надоела больше горькой редьки! – гневно выпалил Борисов, развернулся и вылетел из квартиры.

Глава 3

Это куда он? Проветриться решил?

Я с удивлением смотрела на закрытую дверь квартиры.

И что мне ждать от Борисова? Что это был за странный выпад? Или его Снежана плохо удовлетворила? Мне стоит пожалеть дорогого мужа?

От этой мысли я улыбнулась, наверное, впервые за последние часы.

Обида на мужа отступила на второй план, сейчас меня больше волновал вопрос: что мне делать дальше? Одно я понимала точно: как раньше оно уже не будет.

Я просто не смогу.

Не смогу воспринимать Евгения как мужа, не смогу ложиться с ним в одну постель. Да, он отец моей дочери. Но на этом все.

Кажется, я перешагнула какой-то невидимый рубеж, после которого все будет иначе.

Я так и сидела в кресле, когда дверь снова хлопнула, и в квартиру вошел Борисов.

– Дождик идет, – как ни в чем не бывало сообщил Женька, стаскивая с себя мокрую рубашку. Затем он вытер ей волосы и бросил на пол.

– Проветрился? – спокойно спросила я.

– Не то слово. Промок до нитки, – выдал он, скидывая влажные брюки и кидая их к футболке.

– Что это за стриптиз? – спросила я, равнодушно взирая на голого мужа, который успел снять и трусы.

– Даш, да мокрое все, – пожаловался Женя.

– Ты бы поаккуратнее с вещами. У нас уборщицы нет, за тобой убирать некому, – сказала я, переводя взгляд на кучку одежды, которая утром была в идеальном состоянии.

– А что, тебе сложно убрать? – удивился благоверный.

– Нет. Не сложно. Но делать этого не буду. Тебе же не нравится, когда о тебе заботятся. Считай, что «домовитая курица» исчезла, испарилась. Нет ее больше, – ровным голосом сообщила я.

Моя реплика застала мужа в дверях ванной. Видимо, Борисов решил принять душ.

– Ты это о чем? – недовольно спросил он, развернувшись ко мне, давая возможность увидеть себя во всей красе.

Только меня это уже не трогало.

Рубикон был пройден.

– О твоих словах, дорогой. «Да она достала меня!». «Женечка, ужин готов! Все, как ты любишь». «Жень, чистая рубашка готова. Я все погладила». «Ненавижу эту домовитую курицу», – спокойно повторила я услышанное днем. – Кажется, ты все сказал именно так.

– Даш, что ты ерунду городишь? – отмахнулся от меня Женька, развернулся и ушел в ванную, сверкая голой задницей.

Через минуту послышался шум воды. Муж действительно принимал душ. Видимо, ему не понравился водный поток на улице.

А я любила ходить под дождем. Мне казалось, что кто-то наверху открыл небесный кран, чтобы отмыть нас от глупых поступков и ошибок. Так почему не воспользоваться возможностью и не вымыть душу?

Я поднялась с кресла и направилась в спальню. Достала запасное одеяло, взяла свою подушку и пошла в комнату Марины. Сегодня я решила ночевать с дочкой.

Когда я уже приготовила себе спальное место рядом с малышкой, в дверном проеме возник муж.

– Ты чего это надумала? – недовольно поинтересовался он.

– Не хочу спать рядом с тобой, – честно ответила я.

– Совсем сдурела? – фыркнул Борисов.

– А ты предлагаешь мне принять тебя после Снежаны? – равнодушно произнесла я. – Извини, но я брезглива.

– Идиотка! – воскликнул Женька, больно схватил меня за руку и вытащил из детской.

– Отпусти! – ойкнула я, пытаясь вырваться.

– Ты что такое придумала? Какая еще Снежана? Нет у меня никого! – гневно выпалил муж, отпуская, наконец, мою руку.

– Очень смешно, Борисов… Если бы не было так грустно… – с тяжелым вздохом произнесла я. – Я видела вас сегодня.

Наконец я это сказала. С души словно камень упал.

– Кого ты видела? – озадаченно спросил мужчина.

– Тебя и Снежану Белову. На даче. Голых. Только не говори, что я ошиблась! Вы же не в шахматы играли в таком виде? – на повышенных тонах проговорила я.

Некоторое время мы молчали. Евгений переваривал услышанное и, скорее всего, искал себе оправдание.

– Как ты там оказалась? – уже совсем другим тоном произнес он.

– Твоя мать попросила привезти ей саженец яблони. Ей его наша соседка обещала.

– И ты решила притащить его именно сегодня? – наступал на меня Женя, словно это я в чем-то виновата, а не он.

– Нет, Борисов, – устало усмехнулась я. – Виктория Павловна просила привезти саженец именно в два часа дня. Сказала, что точно будет на даче.

– Мама не могла так поступить! – уверенно припечатал Женька.

– Позвони и спроси у нее. Мне как-то было не до того, чтобы созваниваться с ней. Я была, мягко скажем, шокирована увиденным и услышанным. Я много думала. И поняла, что вы со Снежаной правы. Зачем я навязываюсь тебе? Не хочешь иметь жену – «домовитую курицу», и не надо! С этого дня ты у нас самостоятельный. Посмотрим, на сколько тебя хватит.

– Даш, ты сейчас говоришь лишнее. Одумайся… – попытался остановить меня муж.

Но кто бы его сейчас слушал?

Меня несло все сильнее.

– Ты же у нас привереда. То ты ешь, это нет. Ты привык к идеально чистой и выглаженной одежде. И ничего, что я, бывало, по ночам стояла у гладильной доски. Это все мелочи. Главное, чтобы ты выглядел лучше остальных. Твой внешний вид всегда стоял на первом месте.

– И что, тебе сложно, что ли, было? Ты моя жена. Ты обязана выполнять все эти женские дела. Не я же буду это делать?

– Будешь. Потому что с сегодняшнего дня все будет иначе. Я развожусь с тобой, Борисов, – завершила свой спич я, развернулась и пошла в ванную комнату.

Там под звук воды я могу нареветься вдоволь.

Наверное, это был самый сложный день в моей жизни.

Но он наконец-то закончился.

Как же я устала…

Чисто на автомате я разделась, включила воду и встала под теплые струи.

Сегодня вода не принесла мне желаемого облегчения. Я обессиленно опустилась на пол душевой кабинки, обняла себя руками и разрыдалась.

Почему у меня все так сложно в жизни?

Как я устала от этого!

Неужели я не достойна простого человеческого счастья? Не достойна любви и участия?

Как же мне больно!

Душа разрывалась на части…

Я слышала, что Женька стучал в дверь ванной, но мне было все равно. Мне нужно было выплеснуть накопившиеся за день эмоции.

Ревела я долго, пока не закончились слезы и я окончательно не обессилела.