Мама для дракона. Попаданку вызывали?

Пролог

Вечерний туман опустился на РоттерХаус. Мрачный замок в свете заката казался ещё более зловещим. А ведь старые стены ещё помнили то время, когда всё вокруг было наполнено светом. Когда большие витражные окна переливались на солнце, играя яркими красками. В то время окружающая природа радовала зеленью деревьев и благоуханием прекрасных цветов.

Но всё это было так давно, что нынешние обитатели РоттерХауса просто не помнят об этом. Все началось примерно сто лет назад, именно тогда светлый замок постепенно начал наполняться тьмой.

В последние же годы светлым магам стало слишком тяжело находиться в мрачных стенах. На их души влияла тьма, которой он был переполнен. РоттерХаус держался из последних сил. Он должен был устоять… дождаться её… Ту, что способна принести свет в его тёмные коридоры. Ту, что изгонит страшное колдовство из старинного замка.

Сейчас же он как мог старался очистить себя от черноты, которой насильственно наполняли его.

***

– Мариэлла, сколько можно? Откуда у тебя опять этот амулет? – гневно спрашивал высокий кареглазый брюнет.

Он свирепо смотрел на молодую женщину, вальяжно сидящую в кресле, закинув ногу на ногу. В ответ она цинично улыбнулась и произнесла:

– Где взяла, там уже нет!

Мужчина был сильно раздражен, невыносимо было видеть вызывающую позу жены.

– Леди Блэк, встаньте, когда с вами говорит князь, – воскликнул он.

Мариэлла вскочила со своего кресла и гневно уставилась на мужа, который бесил её своим существованием.

– Да сдалось мне твоё “леди Блэк”! Ненавижу! Всё тут ненавижу! Ненавижу весь РоттерХаус! – Топнула она ногой от избытка чувств, что переполняли её.

– Это я уже слышал, дорогая, – с издёвкой произнёс лорд Блэк, сделав ударение на последнем слове. – Но ты так и не ответила мне, откуда взяла артефакт для прерывания беременности?

– Да какая разница?! Я не хочу этого ребёнка! Понимаешь, не хочу! – выпалила она, с ненавистью смотря на мужа.

– Мне наплевать на то, что ты не хочешь, – холодно сказал брюнет и сорвал с жены цепочку с кулоном-артефактом. – Ты родишь этого ребёнка.

Он просканировал магическим зрением состояние малыша в животе жены и остался им сильно недоволен. Его сыну непросто было расти в такой матери. И за что его наказали боги? Почему они настояли на этом браке?

Мужчина попытался успокоиться и в который раз решил напомнить жене о божественном велении. Как же он устал говорить ей это, только, судя по действиям жены, она все пропускала мимо ушей.

– Ты прекрасно знаешь, что от этого ребёнка слишком многое зависит. Его даровали нам боги. От этого никуда не спрячешься. Неужели ты думаешь, мне так нравится то, что моего наследника вынашиваешь именно ты? Самая беспринципная леди во всём королевстве. И почему боги решили, что ты станешь хорошей матерью для моего сына? – произнес лорд, с неприязнью глядя на супругу.

Услышав слова мужа, молодая женщина еще больше разозлилась. Она всем своим существом излучала флюиды тьмы, которая переполняла её.

– Тебя наказали мной. Ты чересчур правильный, Джеймс. Мы с тобой как с разных полюсов. Ты совсем не МОЙ мужчина! Именно поэтому я ненавижу и твоего ребёнка, что сейчас растет во мне! У меня одно желание – убить его! Как, впрочем, и тебя! – выплеснув ненависть, она зашлась в истерическом смехе.

Лорд Блэк в ужасе смотрел на жену, которая то рыдала, то заходилась в смехе.

– Боже, ты сумасшедшая. Хватит! Я запираю тебя. Ключ от твоей комнаты будет лишь у миссис Брукс. Она будет приносить тебе еду и помогать одеваться. Ни одна служанка не переступит больше порог твоей комнаты.

Девушка мгновенно прекратила смеяться и тут же кинулась на мужа с кулаками.

– Что? Нет! Не хочу видеть эту старую грымзу. Оставь мне мою Люссию. Пусть останется только она, – верещала женщина, пытаясь поцарапать лицо мужа острыми ногтями.

– Никто, кроме миссис Брукс. Я уже сказал, – резко повторил лорд.

Но Мариэлла все больше распалялась. Ее крик наверняка был слышен на весь этаж. Женщина все сыпала проклятиями в адрес мужа и ребенка, которого она совсем не хотела вынашивать.

Наконец лорд Брукс не выдержал и кинул в жену сонное заклинание, нужно дать малышу хоть немного спокойствия. Страшно подумать, что переживает его нерожденный сын. Иметь такую мать не подарок.

***

– Хочу избавиться от него… Хочу… – твердила Мариэлла, раскачиваясь из стороны в сторону.

За последние дни её состояние стало ещё хуже. Может быть, тому виной было то, что нахождение в своей комнате ужасно злило леди. Одинаковые стены иногда кружили в её воспаленном мозгу. Пусть и комфортабельная у Мари была темница, но как же хотелось девушке вырваться, сбежать. А, самое важное, найти того, кто поможет ей избавиться от ненавистного ребёнка, что рос в ней.

– Ваш обед, леди Блэк, – сухо проговорила экономка, поставив поднос на столик. – Вам лучше всё съесть. Вы очень плохо выглядите.

Пожилая женщина с беспокойством смотрела на беременную жену хозяина. С каждым днем та все больше походила на безумную.

– Убирайся! – прорычала Мариэлла, кидая в миссис Брукс диванную подушку.

– Хорошо, я уйду… Но вы всё съешьте, иначе я буду вынуждена рассказать о вашей голодовке князю Роттербургу, – произнесла домоправительница и вышла, закрывая за собой дверь на ключ.

Леди встала с мягкого дивана, на котором проводила почти все дни. Именно на нем она предавалась жалости к себе, всеми забытой и одинокой.

Сейчас же она зло прошипела вслед экономке:

– Чтоб тебя! Как бы я хотела, чтобы вместо этого дурацкого целебного отвара был ведьмовской настой, что избавил бы меня от нежеланного ребенка, – прошептала она и взяла в руки кружку. – А ведь у меня всё почти получилось. Люссия обещала мне принести такое зелье. Местная ведьма говорила: капли хватит для того, чтобы скинуть ребёнка. Как же обидно…

Как обычно, Мариэлла жалела себя, виня в своих бедах только мужа. Слёзы лились по щекам женщины. Казалось, она полностью ушла в свои думы. И через десять минут беременная также сидела, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Я бы душу отдала за такой ведьмовской настой! – внезапно прокричала она куда-то в небо.

– Будь по-твоему… – прошелестела тьма в углу. – Твоё желание исполнится. Я избавлю тебя от ребёнка.

Кто-то невидимый зло рассмеялся, подошел к Мариэлле и плеснул ей в кружку, что держала леди, половину бутылька ведьмовского зелья.

– Душа, так душа. Думаю, в аду будут рады такой подлой и прогнившей душонке как твоя. Таким там самое место, – вновь послышался чей-то злой смех.

Женщина уже не могла сопротивляться, она залпом выпила содержимое кружки, хотя и понимала, что там что-то совсем нехорошее. Холод тьмы сразу сковал её тело, с каждой секундой ей было сложнее дышать. Она лишь чувствовала, как её куда-то тянут, рвут на части. От этой адской боли Мариэлла потеряла сознание. Ее душа уже приближаясь к грани, за которую нет хода живым.

Глава 1

На улице светило солнышко, весна наконец-то вступила в свои права. Появились первые листочки, на клумбах распустились яркие цветы. Пели птички, перекрикивая друг друга. Настроение у меня было замечательное. Я шла по тротуару, мокрому от вчерашнего дождя.

Моё радостное состояние не омрачилось даже тем, что пришлось в свой выходной день выйти на работу. Всего каких-то пара часов, и я вновь буду радоваться отдыху. К тому же начальница обещала мне завтра дополнительный выходной. К чему этот аттракцион щедрости, я не знала, но была ему очень рада. Сдержанная и чересчур строгая Ирина Викторовна всегда держала слово.

Значит, завтра я могу весь день посвятить Жене. Сегодня у нас годовщина, ровно три года назад мы познакомились. Как же быстро летит время. Вроде бы ещё недавно я впервые увидела этого красавчика, который теперь мой. И только мой! Никому не отдам.

Всю дорогу я шла и довольно улыбалась, представляя, как завтра мы с Женей отправимся в любимое кафе.

Когда зашла в гостиницу “Great Hotel”, в которой работала уже довольно давно, увидела удивленное лицо Сони, девушки, стоявшей на ресепшене. Почему-то она была сильно удивлена моему приходу. Просто застыла с открытым ртом.

– Мария Борисовна, вы зачем сегодня пришли? У вас же выходной.

– Меня Ирина Викторовна вызвала на пару часов, – сухо ответила я, не понимая её реакции.

Девушка странно посмотрела куда-то в сторону коридоров с номерами для постояльцев. А затем подскочила ко мне и начала выталкивать к двери, ведущей в административную часть отеля.

– Тогда идите быстрее к ней, вдруг что-то очень срочное, – почти приказала она.

То, что я была в шоке, это точно. Что происходило?

– Сонь, ты почему такая странная? – спросила я, пытаясь вырваться из её рук.

– Да иди ты уже, – прошипела она, пихая меня вновь.

Тут я осознала, что уйти просто так мне нельзя. Странности Сони сегодня зашкаливали. Что случилось с девушкой, которая всегда лебезила передо мной? Она явно думала, что я как бухгалтер могу насчитать ей лишнюю копейку. Вообще мне эта блондинка никогда не нравилась. Не раз пыталась разъяснить ей, что не в моих правилах выделять кого-то. Да и за такое меня бы не погладили по голове. Начальство всё же было строгим, от слова очень.

Работы в “Great Hotel” всегда хватало. Особенно если учесть, что на мне был ещё и “Great Spa”, который уже год как хорошо известен в нашем городе. Именно поэтому я пару дней в неделю проводила там, проверяла накладные, сверяя их с онлайн-версией.

Соня все продолжала толкать меня к двери, совершенно забыв о субординации, принятой в гостинице.

– Я уже слышу, как Ирина Викторовна вас зовёт, – солгала девушка.

– В коридоре же тихо, – проговорила я.

Но передо мной уже закрыли дверь, выставив из вестибюля отеля.

И что это сейчас было? Я поняла, что от меня что-то хотят скрыть, другого варианта просто не было. Через пару минут я приоткрыла злосчастную дверь… и застыла в шоке.

Нет… Этого не может быть…

Я даже проморгалась немного, но когда открыла глаза, картина не изменилась. Около ресепшена стоял мой мужчина. Или уже не мой?

Евгений самозабвенно целовался с моей однокурсницей Кристиной. Да и та не стояла столбом, облепила Евгения, словно обезьяна пальму. Они бы, наверное, дальше продолжили, но их остановил голос Сони:

– Вам сегодня лучше поискать другое место, – прошептала она.

Крис, оторвавшись, наконец, от почти уже не моего мужчины, вызывающе спросила:

– Это ещё почему? Мы и так три дня не виделись. Ты же сказала, что Машка сегодня отдыхает?

– Но послушайте…

Соня попыталась что-то сказать, но её перебил Женя:

– Сонечка, если ты так хочешь, можешь присоединиться к нам. Меня на всех хватит, – пафосно заявил мой бывший.

Затем он перегнулся через стол, чтобы поцеловать и Соню. Меня от всего увиденного и услышанного чуть не вывернуло. То, что он начал целовать ещё и нашу администраторшу, это было явным перебором.

Боже за что мне это? Что я сделала не так? Как же было обидно, что я верила такому… мужчине.

– Извини, Маша, именно это я и хотела тебе сегодня показать, – услышала я шёпот Ирины Викторовны за своей спиной. – Сама пару дней назад узнала про это безобразие. Не могла оставлять тебя и дальше в неведении.

– И давно они так? – глухо спросила я, не замечая слёз, что катились по моим щекам.

– Я узнала от девочек горничных, что Евгений Чёрный, приводит сюда девиц почти каждый раз, когда тебя нет, – объяснила начальница.

Эти слова уничтожили последние капли того хорошего, что было между мной и Женей.

– Это он так нервы себе щекочет, для него экстрим заниматься сексом в отеле, где ты работаешь. Извини, я понимаю, тебе больно, но лучше так, чем верить этому… Даже слова хорошего не могу подобрать, чтобы его описать.

– Но как же он узнавал, что меня нет? Я же никогда точно не говорила, что сегодня или завтра буду в “Great Spa”?

Я все еще не понимала, как такое могло произойти.

– Их всегда предупреждала Софья, – пояснила начальница. – Сегодня же уволю эту дрянь. Замену ей я уже нашла. Девочка ждёт у меня в кабинете.

В то время около ресепшена продолжались любовные игры моего бывшего мужчины. Он целовал то Крис, то Соню, которая, видимо, напрочь забыла, что я где-то рядом, в здании “Great Hotel”.

Я же стояла и смотрела на весь этот разврат. Мои мечты рухнули, словно карточный домик. Мой мир оказался так хрупок, что вмиг рассыпался на осколки. Сердце будто разорвалось на куски. Было больно и горько от этого предательства. Мою любовь убили самым жестоким образом, да и ещё смешали с такой грязью.

Я была словно в прострации, боль все накатывала, кружила вокруг меня. Мой мозг чисто автоматически стал откидывать всё ненужное подальше. А ненужным и были мои чувства, что переполняли меня сейчас. Я ощущала себя роботом, у которого просто нет эмоций. Лучше так, чем показывать Жене, как мне больно. Как у меня это получилось? Сама не поняла. Но я заблокировала все слёзы и боль, что переполняли меня пару минут назад.

– Господин Чёрный, вам тут не притон! – резко заявила Ирина Викторовна, выходя в вестибюль. – Немедленно покиньте “Great Hotel”, мы не предоставляем услуги подобного рода.

Евгений недовольно оторвался от своих красоток и повернулся к нам.

– Что? Не понял, это сейчас кто сказал?

– Вас просит удалиться владелица “Great Hotel”, – спокойно произнесла я.

Бывший тут же откинул от себя девиц, все еще висящих на нем. И с видом оскорбленной невинности произнес:

– Маша… Ты всё не так поняла…

– А что тут не так понять? Ты собирался провести жаркие часы в обществе Кристины и Софьи. Или это не так? – поинтересовалась я.

А ведь всего лишь месяц назад он сделал мне предложение. Как же так? Почему я тогда согласилась? Почему не увидела его гнилую душу?

– Думаю, это твое? – спросила я, снимая помолвочное кольцо.

– Меня оклеветали! – кричал мужчина, он явно не желал принимать кольцо, что я бросила ему в руки. – Не верь им!

– Дорогой, а что ты унижаешься перед этой? – спросила Крис, смерив меня пренебрежительным взглядом. – Зачем тебе она? Если есть Я?

Бывшая однокурсница надула губки бантиком, давая понять Евгению, что она-то всегда рядом, никогда не откажет в сексуальных услугах.

– Потому что… – начал что-то говорить брюнет, но резко передумал это делать.

– И действительно, зачем я тебе, если у тебя столько красавиц вокруг? – холодно спросила я.

Сейчас я уже понимала, что меня уже не трогают измены бывшего жениха. Я смотрю на всё как-то издалека.

– А то, что я люблю тебя, дуру! Ты не принимаешь в расчет? – выпалил со злостью Евгений.

– Ключевое слово “дура”, – проговорила я, сверля глазами когда-то любимого мужчину. – Вот тут ты прав. Дура и есть. Три года верила тебе. Но хватит! Баста, карапузики, кончилися танцы! Кстати, ты не получишь ни денег на моём счету, ни квартиры, что оставил мне папа. Год назад, когда ты пропал из моей жизни на пару месяцев, я по настоянию мамы переписала завещание. Если со мной что-то случится, то всё моё имущество будет поделено между мамой и сестрой.

И тут мужчина, которого я когда-то любила, заорал на меня:

– Что? Да как ты смела всё переписать? Это всё должно было стать моим! Только моим!

Думаю, добром все бы не закончилось, но подоспела служба безопасности, с которой работал “Great Hotel”, и несостоявшегося хозяина моего имущества выставили вон. Да ещё пригрозили, что если он подойдет на пушечный выстрел к отелю или ко мне, то его ждут крупные неприятности. И показали ему видео в телефоне, по звукам Евгений там явно не в шахматы играет. Такие восторженные женские крики мы все услышали, что мне аж интересно стало, что бывший делал с этой дамочкой? Я как-то ничего примечательного в плане секса от него не видела.

Может, не мой это мужчина? Только где ОН, тот, который МОЙ?

– Если что, это видео окажется у мужа госпожи… – специально не стал продолжать главный из безопасников. – И тогда вам крышка, господин Чёрный. Причём полная… – усмехнулся он.

***

Как я дошла домой, я не поняла. Сразу после того, как увезли Евгения и его любовниц, на меня напала странная апатия. Мне было всё равно… Абсолютно… Сквозь толстый слой окружающей меня ваты я слышала, как Ирина Викторовна просила отвезти кого-то домой. Позже поняла, что речь шла обо мне.

Очнулась я около дома, поняв, что мы стоим уже минут десять. Водитель машины оказался старым другом моей начальницы, тихо сидел со мной рядом.

– Как ты, девочка? – спросил мужчина.

– Кажется, лучше, спасибо, что увезли меня оттуда, – прошептала я.

Окружающий мир начал медленно проникать через щит, который я создала, спасаясь от боли.

– Теперь вижу, что бледность уходит с твоего лица. Ты не переживай, не стоит он твоих слёз. Не твой это мужчина. Не твой, – уверенно проговорил он. – Тебе просто нужно найти своего. Твою половинку. Ты поймешь, когда встретишь его. Ты только тогда почувствуешь эту разницу.

– Спасибо вам за поддержку, я обязательно найду его. Как бы далеко он ни находился, – произнесла я, улыбнулась на прощание и вышла из машины.

Дом встретил меня гнетущей тишиной. Опять вспомнилось, как мы с Женей смеялись над фильмами, какие романтические вечера он мне устраивал. Тогда мне казалось, что этот мужчина – предел моих мечтаний. А сейчас? Сейчас я была опустошена морально и физически. Меня будто выжали как кусок ненужной ткани, да и перед этим успешно изваляв в грязи.

– Ничего, я всё переживу. Я сильная! – твердила я себе, бродя по квартире.

Глаза натыкались на оставленные вещи Жени, и я начала их скидывать в пакет с логотипом близлежащего магазина. Рубашка… штаны… ещё рубашка и футболка… зарядное от телефона… зубная щетка… одеколон… пена для бритья и лезвие… Кружка, из которой он любил пить, полетела в мусорное ведро. Фотографии туда же. Я всё обходила квартиру, наполняя теперь уже второй пакет. Вещей бывшего жениха набралось удивительно много. И тут мои глаза замечают связку ключей на столике в прихожей. Не мою связку! Женину…

– Это просто замечательно, – горько рассмеялась я, понимая, что мужчина вчера забыл их у меня. – Значит, и не сунется теперь ко мне. Так намного лучше. Но как же ему вещи передать?..

Мои размышления прервал звонок телефона. Посмотрев на дисплей, поняла, что это мама. Как не хотелось ни с кем сейчас разговаривать, но звонок пришлось принять.

– Машенька, приезжай к нам, я твой любимый пирог в духовку поставила.

– Мам, что-то случилось? – спросила я.

Я пыталась понять причину приглашения в гости среди недели. Ведь мама не в курсе моего выходного, она должна была думать, что я на работе.

– Да ничего такого… Просто хочу тебя увидеть и всё, – пролепетала она.

– А тебе Ирина Викторовна, случайно, сегодня не звонила? – догадалась я, кто мог спровоцировать такую материнскую щедрость, что случалось не так часто.

– Да ладно тебе, чего не бывает, – уже другим тоном заговорила родительница. – Ты знаешь, дочь, Евгений мне никогда не нравился! Ну не вызывал доверия, что ли.

– А почему мне не говорила?

– И ты бы прислушалась к моим словам?

– Не уверена.

– Всё, давай приезжай, я и правда пирог поставлю сейчас, – чересчур жизнерадостно сказала мама. – А про этого забудь! Не стоит он твоих нервов!

Я тяжело вздохнула, оглядела пустую квартиру и решила согласиться.

– Спасибо, мам. Но давай завтра, сегодня у меня сил ни на что нет. Да попроси папу забрать Женины вещи, я их в два пакета положила, они в коридоре стоят.

– Конечно, как скажешь. Отец всегда тебя поддерживает, да и любит, наверное, больше чем Олюшку. А она всё же ему родная, – затеяла родительница опять свою песню.

– Мам, папа Боря любит нас с Олей одинаково, ты за это не переживай.

В который раз пытаюсь донести до родительницы то, что отцовской любви у моего отчима хватает на двоих. Но мама моих слов будто не услышала. Она, как всегда, продолжила настаивать на своем:

– Ты должна быть благодарна Борису, что он принял тебя как свою. И как только у твоего родного отца хватило наглости оставить тебе наследство! Это же немыслимо!

– Мам, а что в этом такого? Я получила его в восемнадцать лет, когда мне необходимы были квартира и возможность жить отдельно.

Почему-то тема квартиры и оставленных мне денег очень волновала маму. Она заводилась с пол-оборота, как и сейчас:

– Но это неправильно!

– Что неправильно? – разозлилась в ответ я.

– Почему он не оставил всё мне? Как твоей матери? Зачем было ждать так долго? Ведь он исчез из нашей жизни, когда тебе был год, – никак не останавливалась она.

Ещё долго мама что-то говорила мне в трубку, поливая грязью моего родного отца и меня заодно. Но я это слышала уже, наверное, раз пятьдесят, а может, и больше.

Как же я устала от этих разговоров. Каждый раз одно и то же. Я виновата, что папа ушёл, оставил её с маленькой мной на руках. У нас всегда были довольно прохладные отношения, но стали ещё хуже с того момента, когда мама узнала про наследство, что ждало меня семнадцать лет. Постоянные нравоучения, претензии, что ей бы эти деньги были не лишними.

Как же я устала от этого. Почему она так со мной? Ведь я такая же дочь ей, как и Оля. Как будто я ей не родная…

В расстроенных чувствах я выключила телефон, хватит на сегодня телефонных звонков. Слезы опять полились из глаз. Какой же несчастной я себя ощущала.

– Хочу, чтобы меня любили… Хочу узнать хоть немного материнского тепла… – прошептала я, смотря куда-то вверх, словно к богу, к которому обращалась в первый раз в жизни. – Хочу найти своего мужчину… Своё маленькое женское счастье… Если ты слышишь меня, прости что не верила в тебя… Кажется, настал в моей жизни момент, когда я могу поговорить только с тобой… Боженька, помоги мне… я так устала…

Глава 2

Проснулась я от ласковых лучей солнца, которые как котята ластились ко мне.

– Как же хорошо… – выдохнула я, потянувшись от души.

Прислушавшись к себе, я поняла что вчерашние переживания совсем не оставили следа на моём мироощущении. Мне было легко и уютно лежать в мягкой постельке.

Так… стоп… какая мягкая постель? Где мой ортопедический матрас?

Где я? Я резко села в кровати и посмотрела по сторонам. Вроде бы я в своей детской комнате в доме родителей. Только она какая-то другая. Может, это Оля переделала в ней всё? Я не была дома пару месяцев, за это время можно было многое переставить.

Нужно успокоиться. Наверное, это сестра, кто же больше.

– Так… но когда я успела попасть в родительский дом? – застыла я в шоке. – Или я чего-то всё же не помню? Может быть, прошло уже несколько дней? Как всё странно…

И тут в мою комнату заглянула мама. Почему-то помолодевшая мама. Как такое было возможно?

– Доченька, просыпайся, завтрак на столе, – ласково позвала она.

– Мама… – прошептала я, с удивлением смотря на родительницу.

– Вставай, всё стынет. Мариэлла, ну что ты смотришь на меня, будто впервые увидела? – рассмеялась по-доброму такая знакомая мне женщина. Или всё же незнакомая? И почему она называет меня таким странным именем?

– Мариэлла? – переспросила я, вставая с кровати.

– Знаю, ты не любишь, когда я тебя так называю. Но дорогая, нужно поторапливаться. Скоро появится твой муж, а он так просто не оставит твоё появление у нас. Как бы я была ни рада тебя видеть, но не хочется навлекать на тебя гнев князя Роттербурга.

– Что? Кого? – в шоке смотрела я на маму.

– Детка, ну что ты… Я понимаю, не по любви вы поженились. Но на то была воля богов.

– Мам, ты про что?

– Я про твой брак, дорогая.

– Брак?.. Муж?..

Что за ерунда творится? Какой еще "муж"?! С изменником женихом вчера я рассталась. А сегодня у меня вдруг муж появился?!

Мама, видя мое недоумение, решила объяснить свои слова:

– Твой муж Джеймс Блэк, князь Роттербург. Почему ты так удивленно смотришь на меня, дочь? Ты его ещё за глаза Женей называла.

– Что?! – взвилась я.

Меня как кипятком окатило, какой ещё Женя! Хватит в моей жизни Жень!

– Ну да, Женей называла, как и себя почему-то Машей, что за блажь такая у тебя появилась. Не понимаю я этого, – сердилась мама. – И где только таких имён нахваталась?

– Мам, я замужем? Но как такое может быть?

– Да что с тобой сегодня, Мариэлла Элиос? Пора приводить себя в порядок. Все. Иди умываться и спускайся завтракать. Папа уже заждался тебя. Они с Оленой решили не завтракать без тебя. Сестра твоя только и твердит, что ты радость в наш дом принесла. И что это может значить? – ворчала мама, выходя из моей комнаты.