Забудь меня. Я (не) твоя жена

Пролог

– Ты должна меня понять. Это мой шанс. Я не могу его упустить. Отец предложил мне пост генерального, – ранил меня словами любимый муж.

– Ты улетаешь в Москву? Но как же я? – глухо спросила, пытаясь сдержать набегающие слезы.

Не похоже, что я вписывалась в его планы.

Почему он так со мной? За что?

Иван стоял спиной ко мне и смотрел куда-то в сторону. Видимо, ему было проще выкидывать меня из своей жизни, не глядя мне в глаза.

– Я не могу взять тебя с собой. Ты же знаешь, мама тебя терпеть не может. Да и тебе будет неуютно в нашей семье.

Меня уже и за семью не считают. Как же больно это слышать от любимого человека. Его слова обжигали. Падали камнями в мою душу. Мне словно ржавый нож воткнули в сердце и провернули там без анестезии.

– Поэтому ты и скрывал наш брак все эти годы?

– Нет. Все не так, – Иван резко развернулся и все же посмотрел на меня. – Я действительно любил тебя. Прости, что все изменилось.

– Любил… В прошедшем времени? Значит, чувства… прошли? – с трудом произнесла слова, они вонзились в меня острыми иглами.

Муж опять отвернулся, ему было не до меня. Он быстро сложил свои вещи в новый чемодан, застегнул его. Затем выпрямился и, наконец, посмотрел на меня. На этот раз его взгляд был холоден. Мне стало еще тяжелее.

– Мне пора, не хочу опаздывать на самолет. Мой рейс через четыре часа. А мне еще нужно доехать до аэропорта, – сосредоточенно проговорил Иван и вышел из нашей квартиры.

И почему мои воздушные замки рухнули так неожиданно? Еще вчера я верила в то, что у нас всё хорошо. Да мы немного отдалились друг от друга. Но я думала, что все поправимо.

Еще вчера у нас было будущее.

По крайней мере в моих глазах.

А сейчас все рухнуло, как карточный домик.

Я подошла к окну и увидела, как Иван Чаровский уходил из моей жизни.

Я ненужная жена… Нелюбимая… Выброшенная в никуда…

Как же больно от этой мысли.

Я ничего не ощущала от разрывающей сердце боли. Слезы катились по щекам. Но я смотрела, как исчезает за поворотом дороги машина с Иваном.

Этот мужчина когда-то стал центром моей вселенной. Всем для меня.

Нет! Я забуду его. Ивану нет места в моей жизни!

Или есть?..

Я положила руку на живот, где уже росла частичка меня и Вани.

Как же мне поступить? Ведь я так и не рассказала мужу о малыше.

Нужно ли это сейчас?

Глава 1

“Привет, я в Екатеринбурге. Скоро буду у тебя. Нам нужно поговорить”.

Я с удивлением смотрела на экран телефона. И что понадобилось Роме, раз он так срочно прилетел к нам? Вроде месяц назад появлялся у нас с Иришей. Никогда он не радовал нас частыми визитами.

Что случилось?

Сердце застучало сильнее. Перед глазами возникло лицо некогда любимого мужчины. Темные волосы, квадратный подбородок, прямой нос, карие глаза искрящиеся от смеха и зажигательная улыбка. Таким я чаще всего вспоминала его.

Глупая, глупая Таша. О тебе давно забыли, а ты все витаешь в облаках.

Тогда почему же я до сих пор не решилась на новые отношения? Почти три с половиной года как одна. Пора бы уже. Но… Сердцу не прикажешь.

– Ма, ты пла? – возникла около меня Иришка.

– Нет, родная, все хорошо. Маме просто соринка в глаз попала, – обманула я малышку.

– Соин-ка? Не… Я лю тя, – поняла все моя кроха и забралась ко мне на колени. – Не пла…

– Хорошо, я не буду плакать, – пообещала я дочке, обнимая хрупкие плечики.

Как же замечательно, что она есть у меня.

– Скоро дядя Рома приедет, – вспомнила я радостную новость.

Темные глазки загорелись восторгом. Ириша всегда любила Романа, хоть он и появлялся у нас не так часто.

– Ёма?! Уя! Ми поигяем с Ёмой, – затараторила девочка, продолжив что-то на понятном лишь ей языке.

– Надеюсь, что да. Дядя Рома хочет рассказать мне что-то важное, – поделилась я с малышкой.

Ее мордашка стала серьезной. Ира покивала с умным видом, она привыкла, что я часто с ней разговариваю как со взрослой.

– Пло па? – внезапно озадачила меня своим вопросом.

Ответить я не успела, раздался звонок в дверь. Роман приехал. Быстро он.

– Ёма! – маленький метеор со звонким криком бросился к входной двери.

Не успела я открыть дверь, как Рома подхватил малышку на руки.

– Кто это так рад меня видеть? – со счастливой улыбкой на лице спросил он и чмокнул Иришу в щеку.

– Ииша! – объяснила непонятливому дяде девочка.

– Ты так выросла, Ириша. Я даже не узнал тебя, – все играл словами наш гость, а дочке это и надо было. В ее жизни почти не было мужчин.

Через час я с трудом уложила егозу на дневной сон. Конечно, разве можно заснуть, если в кухне сидит ее дядя Рома?

– Что-то случилось? – сразу перешла я к делу, когда зашла в кухню.

Роман пил чай и смотрел телевизор, который тут же выключил, посмотрел на меня серьезным взглядом. Глазами, такими похожими на темные глаза моей крохи.

– Иван собрался жениться, – взорвал бомбу своими словами мой гость.

Я шлепнулась на стул, не в силах стоять на ногах.

Он женится.

Как же больно…

“Женится мой мужчина, – подумала обреченно я. – Тот, кто когда-то обещал мне вечную любовь. Тот, за кого я когда-то вышла замуж. Тот, с кем я венчалась в церквушке близ Новосибирска”.

В сердце воткнулась стая острых иголок. Боль все усиливалась, пока я не почувствовала около губ прохладную воду.

– Пей, Таша, – сквозь вату услышала я голос Романа. – Возьми себя в руки. Прошу тебя, систр.

Я сделала пару глотков. Мне стало полегче. Тогда я смогла взять в руки стакан, и уже сама выпила всю воду, что налил мне Рома.

– Прости, не ожидала от себя такой реакции на подобное известие, – хрипло проговорила я.

– И я не ожидал от тебя такого. Столько лет прошло. Неужели все еще любишь моего брата?

– Еще вчера я бы сказала, что нет. Но сейчас. Не уверена. Глупо, наверное, все это.

– Ты давно была у врача? – тревожно спросил друг.

– Пару недель назад. Бабушка настояла. Она даже сама записала меня на прием. Так что шансов отвертеться у меня не было.

– Это да, с Василиной Лаврентьевой лучше не шутить. Она одним взглядом может так одарить, что еще долго будешь вздрагивать.

– И тем не менее ты нашел ее, когда мне нужна была поддержка.

– В тот момент тебе нужен был близкий человек. Твоя мать преспокойно жила в Германии с новым мужем. Не сразу, но она сказала имя бывшей свекрови и где ее можно найти. А что твоя бабушка оказалась еще и известным врачом, так это тогда нам на руку было.

Три с лишним года назад мне было сложно понять, что происходит вокруг меня. Я тогда плохо соображала. Предательство любимого мужа сильно подкосило меня. И если бы Рома не нашел бабушку, не знаю, что бы со мной было. Ребенка я тогда точно бы потеряла.

– Спасибо, что разыскал бабулю. Мама о ней старалась не говорить. Я о матери папы почти ничего не знала. Если бы не ты, мы бы и не встретились.

– Не преувеличивай, – с улыбкой отмахнулся от моих слов Рома и вновь посерьезнел. – Так все же, что сказали врачи?

– Все хорошо. Можно в космос лететь, – с грустью рассмеялась я и вновь вернулась к интересующей меня теме. – Значит, Иван решил оставить холостяцкий образ жизни?

– Да, отец настаивает. Ему нужны наследники.

Опять кольнуло в сердце. Конечно, моя дочь для них не наследница. Они о ее существовании даже не знают.

– А что же ты? – хрипло спросила я.

– Ты сама-то поняла, что сказала? – хмыкнул мужчина. – Им нужны внуки от правильного сына. Я же так… Недоразумение, посмевшее пойти своей дорогой.

– Мне жаль, Ром.

– Да я уже привык. Зато я могу делать что хочу, в отличие от некоторых.

– Пора и тебе семьей обзавестись, – подколола я старого друга.

– А надо ли? – серьезно ответил Роман. – Глядя на отношения в нашей семье, я такого совершенно не хочу. Да и у меня есть ты и Ириша. Пусть я дядя, а не папа, но мне этого пока хватает.

– Тебе, конечно, решать, Рома. Но я бы хотела, чтобы ты был счастлив, – тихо произнесла я, вспоминая сколько для нас с дочкой сделал брат моего мужа.

И тут я зацепилась за мысль.

– Ром, но мы же еще женаты. Как же тогда Иван собрался жениться? Я что-то не понимаю.

– Он так и не вспомнил те годы. Не вспомнил тебя, как вы жили в Новосибирске. Отец придумал благоприятную историю о том, как Ванька жил один. Ты просто выпала из той ровной конструкции лжи.

– Но почему память так и не вернулась к нему? Ведь прошло столько лет. Ты тогда сказал, что Ваня не сильно пострадал в аварии. Это было неправдой?

– Частично. Я действительно приукрасил события. Тебе тогда нельзя было говорить правду. Ты и так тяжело переносила беременность.

– Но почему ты за все эти годы так и не сказал правду? – захлебываясь словами, спросила я.

– Прости, как-то к слову не пришлось. Мы с тобой вообще редко затрагивали тему Ивана.

– Так что там было на самом деле? – я с замиранием сердца ждала продолжения истории.

– Автомобильная авария, как ты и знаешь. Водитель погиб на месте. Ванька же был в коме две недели. Врачи говорили, что мала вероятность того, что он будет ходить.

– Рома… – в ужасе я прижала ладони ко рту.

Неужели мой любимый был так близок к смерти? А я и не знала этого.

– Так, успокойся, систер. Выпей еще воды, – подал деверь мне еще стакан с водой, которую я залпом выпила.

– Что было потом? – тихо спросила я, стараясь дышать ровнее.

– Прогнозы врачей не оправдались. Как только Ванька очнулся, он стал стремительно идти на поправку. С ногами действительно были проблемы. Но брат у меня сильный, все переборол. Через полгода почти никаких последствий аварии не осталось. Лишь потерянная память никак не спешила возвращаться к Ивану. И не вернулась до сих пор.

– Насколько я понимаю, это не сильно мешает Ивану. Может быть, ему и не нужно помнить о нас с дочкой. Хотя о ее существовании он так и не узнал.

– В чем-то ты права. Казалось бы, брат живет припеваючи. Генеральный директор ЧарКомБанка.

– Все как он и хотел… – отметила я.

– Да, все как он и хотел. Но Ванька сильно изменился за эти годы. Иногда мне кажется, что он чувствует, что потерял нечто важное. Но не помнит что.

– Думаешь, наши отношения были важны для него? Не верю я в это. Он тогда дал понять, что чувства ко мне у него прошли. Я для него была никем. Так что наверняка ты ошибаешься. Да и судя по снимкам в сети, твой брат живет полной жизнью. Каждый раз фото с новой красоткой.

– Ты ревнуешь, систер. Значит, еще любишь моего брата? – заинтересованно проговорил старый друг.

– Нет. Нельзя такого любить, – как можно равнодушнее произнесла я.

Только сердце заныло от воспоминаний о счастливых моментах, что прожили мы вместе с мужем. А за три года их было немало.

– Так что мы решим, Таша? – спросил Роман с хитрой улыбкой на лице.

– Насчет чего? – сделала я вид, что не понимаю вопроса мужчины.

– Твой муж собрался жениться. Не пора ли напомнить ему, что он женат?

***

Как я поддалась на уговоры Ромы, не знаю.

Возможно, подсознательно я хотела увидеть Ивана?

Не знаю.

Хоть я и гнала от себя все мысли о муже, но его образ постоянно всплывал передо мной.

Уже после моего согласия Рома изволил сообщить, что жить мне предстояло в особняке Чаровских. Как он сказал, иначе просто ничего не получится. Что же, посмотрим, прав ли мой почти брат.

Собрались мы за день. Ириша радостно прыгала, помогала собирать игрушки. Что удивительно, малышка почти не мешала. В самый разгар сборов она уселась на свою кроватку и начала рассказывать любимому плюшевому мишке о новом доме, куда они скоро переедут. Вскоре дочка счастливо засопела в подушку.

– Много вещей не бери. Если что, после можно будет перевезти остальное. К тому же комната для Ириши уже готова, – заверил меня Рома.

Что-то в этой фразе зацепило меня. Но мне было некогда искать второй смысл в словах деверя. Как ни крути, но собрать хотелось многое. Кто знает, что мне может понадобиться?

Утром Рома уже заехал на нами. Рейс в Москву был ранний. И опять же я не зациклилась на спешке. Не до того было в тот момент. Лишь после я поняла, что Рома сделал все, чтобы я не успела передумать.

При виде черного кованого забора на меня накатил страх. Я вспомнила, как жила в этом доме, где мама работала экономкой. Вспомнила, с каким пренебрежением ко мне относилась хозяйка особняка. Светлана Дмитриевна смотрела на меня как на лишний довесок к хорошей экономке. Меня старались не замечать. Да и я предпочитала не светиться перед хозяевами.

Лишь с Ромкой у нас почти сразу сложились дружеские отношения. Младший Чаровский мне тогда казался совершенно иным. Простым и словоохотливым парнем, который за пару дней принял меня в круг своих друзей.

– Таша, ты что застыла? – выдернул меня из воспоминаний Роман. – Идем. Отец, наверное, уже ждет нас.

– Скажи, а Иван дома? – мой голос слегка дрогнул.

– Скорее всего, нет. Он должен быть в командировке. Боишься встречи с ним? – тихо спросил друг.

– Да. Я пока не поняла, как мне реагировать на то, что он рядом. Мне сложно забыть, как он бросил меня.

– Он не помнит тебя, – напомнили мне.

– Это было после, Ром. А сначала он уехал в Москву. Бросил меня в Новосибирске. Он два месяца не давал о себе знать. Вычеркнул меня из своей жизни. Ты считаешь, я могу это забыть? – голос опять задрожал.

Лишь бы не зареветь. Нет. Я должна держаться. Нельзя показывать слабину перед родителями Ивана.

Вдох-выдох. Нужно успокоиться.

– Все хорошо, – наконец сказала я. – Сейчас достану Иришу из детского кресла.

– Я сам. Малышка уже тяжелая для тебя.

Пара мгновений – и моя кроха уже смотрит сонными глазками на дядю.

– Ёма?.. – улыбнулась ему Иришка и протянулась к мужчине. – Ня ючки…

– Конечно, малявочка. Сейчас отстегну тебя и возьму на ручки.

– Оешо, – серьезно кивнула дочь, зависнув в ожидании обнимашек.

В холле нас ждал вытянувшийся по струнке дворецкий.

– Роман Борисович, я уже распорядился, чтобы вещи ваших гостей перенесли в их комнаты, – оповестил высокий незнакомый мужчина.

Скорее всего, за эти годы сменился не только дворецкий. Интересно, я увижу кого-то из тех, кого знала раньше?

– Спасибо, Семен Климентьевич, – кивнул Роман, проходя мимо дворецкого. – И попросите старшую горничную зайти в комнаты Натальи Захаровны. Я хочу поговорить с ней лично.

– Будет исполнено, – тут же отозвался мужчина.

– Непривычно слышать свое полное имя, – хмыкнула я, когда мы поднялись по лестнице.

– Привыкай, Таша. В этом доме слуги к тебе должны обращаться по имени-отчеству. Значит, Наталья Захаровна, и не иначе, – поучительным тоном выдал Рома.

– Постараюсь привыкнуть. Ты прав. Так будет правильно.

Когда мы поднялись на третий этаж, нам навстречу вышла одна из горничных.

– Роман Борисович, мне приказано проводить гостей в отведенную им комнату, – сказала еще одна незнакомка и склонила голову в почтении перед сыном хозяев.

– Хорошо, – рассеянно кивнул друг.

Очнулся он, только когда мы переступили порог обычной гостевой комнаты.

– Не понял, почему вы привели нас сюда? – мрачно проговорил Рома.

– Это приказ Светланы Дмитриевны, – ответила девушка и почему-то опустила голову вниз.

Я тут же поняла – что-то не так. Но что?

– Не нра, – протянула Ириша и наморщила носик, оглядывая стандартную комнату. – Тики не нра, – повторила она за любимого мишку.

Малышка протопала до кровати, потыкала пальчиком в белоснежное покрывало. Затем положила на край мишку, но он не пожелал сидеть спокойно, и стараниями нашей непоседы игрушка упала на пол.

– Скойско, – прилежно выговорила она и подняла невинные глазки на нас.

– Вы должны были жить в другой комнате. Я разберусь с этим, – пообещал Роман.

– Ты же слышал, это приказ твоей матери. Вот и первый камень в мой огород.

– Мне приказали остаться с девочкой, а вам пора на обед, – сообщила горничная, которая так и стояла в дверях.

– Неть. Ма. Неть, – твердила дочка, вцепившись в брючину моих джинсов.

– Что делать? – тихо спросила я у Ромы. – Может, я останусь с Иришкой?

– Ты хочешь облегчить матери задачу? – с иронией поинтересовался мужчина. – Нужен другой вариант.

– Какой?

– Иришик, а ты не хочешь пойти на взрослый обед? – внезапно спросил у малышки Роман.

– Оед? – с серьезным видом посмотрела на него малышка и вскоре выдала: – Неть.

– Но почему? – настаивал Рома.

Дочка замотала головой и прижалась ко мне.

– Ма. Не еди, – прошептала она со слезами на глазах.

Я присела, обняла кроху.

– Ириш, у тебя два варианта на выбор. Или ты остаешься в комнате с тетей, или идешь с нами на обед.

– Там чуие, – прошептала малышка.

– Я понимаю, тебе страшно. Чужих ты не любишь. Но ты же у меня храбрая девочка, – убеждала я или дочку, или себя. Сама не могла понять, кого больше.

– Мы можем посмотреть мультфильмы, – неожиданно проговорила горничная. – Давай познакомимся для начала. Я Луиза, – с улыбкой добавила она.

– Ииша, – выдала девочка, подняв глазки на девушку.

Разговор был прерван появлением лакея, который принес чемоданы.

Не знаю как, но, кажется, Луиза смогла найти общий язык с Иришкой. Уже через четверть часа девочка была переодета, умыта и с интересом наблюдала за героями мультфильма, который показывали на одном из детских каналов.

Казалось, про меня она забыла. Но надолго ли?

На обед я собиралась с тяжелым сердцем. Все корила себя, что придется оставить дочку с посторонней женщиной. Хотя, со слов Ромы, ей можно было доверять. Кажется, младший Чаровский неплохо знал Луизу.

Глава 2

По сути, переодеваться мне было не во что. Чемоданы так и стояли неразобранные. Насколько я знала, это было в обязанностях горничной. Только я не уверена, что хозяйка дома приказала хоть одной из них разбирать наши с Иришей вещи.

Но я и сама попозже справлюсь с этой задачей. Сейчас же я надела свежие джинсы и футболку, умылась, переплела косу, слегка подкрасила ресницы и губы.

Вот и весь мой марафет, как говорит бабуля.

Вспомнив о Василине Лаврентьевне, я подскочила на месте. Схватила телефон и застрочила сообщение для бабушки. И как я забыла написать ей сразу по прилету?

У двери я бросила взгляд на Иришку. Та смотрела мультфильм и что-то шептала Тики. Любимый мишка кивал в ответ. На этот раз ему помогала Луиза. Ириша довольно улыбалась и делала вид, что не замечает движений горничной.

В коридоре меня встретил Рома. Мужчина также сменил одежду, он, как и я, был в джинсах и футболке.

– В пику матери? – тихо спросила я.

– А нечего было устраивать обязательные созывы на обед. Мы только прилетели. Можно было бы и отдохнуть.

– Не для твоей маман, – покачала я головой и нахмурилась.

Как же не хотелось встречать обитателей этого дома, но выбора нет. Я уже решилась на переезд в дом Чаровских. Что сейчас я увижу этих снобов, что позже. Какая разница?

В главной столовой все уже сидели за столом. Мы зашли в полной тишине. Даже стука приборов не было слышно.

– Вы опоздали, Роман. Мы уже начали обедать, – недовольно проговорила хозяйка особняка.

– Нам уйти? – с вызовом поинтересовался Рома.

– Хватит, сын. Садитесь, – приказал Борис Иванович. – Хорошо, что ты приехала, Наташа, – неожиданно произнес он мне.

– Спасибо. Добрый день и приятного аппетита, – улыбнулась я, садясь за стол.

Мое место было рядом с Ромой. Это был явный плюс. Но пустое место напротив тревожило меня. Я вспомнила, что братья всегда сидели друг напротив друга.

Так. Вдох-выдох.

Иван пока не сидит передо мной. Незачем переживать заранее.

Зря я об этом подумала. Ой зря…

– Извините за опоздание. Я только прилетел из Бангкока, – раздался знакомый до боли голос.

Я подняла взгляд, и мир поплыл передо мной. Как ни пыталась я быть сильной, но увидеть мужа после стольких лет было тяжело. Казалось, он совсем не изменился – такой же высокий худощавый брюнет. Разве что морщинки появились на лбу. Он часто хмурится?

Скорее всего, да. Тот Ваня, которого я знала в прошлом, много смеялся, улыбка не сходила с его губ. Как же я любила его улыбку…

Сейчас же передо мной сидел излишне серьезный человек, бизнесмен, банкир. Он казался совершенно незнакомым, холодным, чужим.

Интересно, где-то в глубине этого куска айсберга еще есть тот, кого я когда-то любила?

Из размышлений меня вырвал хриплый голос Ивана:

– Извините, я не знал, что у нас сегодня гости. Если бы меня предупредили, то я поел бы у себя в кабинете.

– Ваня, сколько можно кусочничать в кабинете? Подумай о своем здоровье, – недовольно произнесла Светлана Дмитриевна.

– Хорошо, мама. Я подумаю о здоровье, – равнодушно выдал мой бывший.

– Хватит разговоров. Давайте спокойно поедим, – довольно жестко прозвучали слова хозяина дома.

Все тут же уставились в свои тарелки. Все было как и раньше. Никто не пытался противоречить Борису Ивановичу.

На несколько минут появление Ивана заставило меня забыться. Но наваждение быстро прошло, оставляя тревогу. Я сидела как на иголках.

Как там Ириша?

Я с трудом выдержала несколько смен блюд. Но когда принесли чай, мое терпение закончилось.

– Если вы не против, я закончу обед, – сказала я и встала, не дожидаясь разрешения хозяев дома.

– Какая невоспитанность, – сквозь зубы проговорила Светлана Дмитриевна. – Тебя, девочка, пригласили в высшее общество. А ты ведешь себя, как самая последняя деревенская девка. Хотя о чем я… Ты всегда и была ею, – припечатала она. – Сядь немедленно. Никто не смеет встать из-за стола раньше хозяина дома.

– Мне лучше вернуться в свою комнату, – настаивала я.

– Я сказала, сядь за стол, – резко приказала свекровь.

– Света, прекрати, – выдавил Борис Иванович, пронзая меня взглядом.

– Что-то случилось? – прошептал Рома.

Иван с интересом наблюдал за мной. Не знаю, что он обо мне сейчас думал. Да мне и было все равно. На душе было очень неспокойно.

Я уже сделала шаг в сторону двери, как в столовую влетел маленький метеор.

– Ма! Ма! – кричала Иришка, в истерике ища меня взглядом.

– Я тут, малышка, – кинулась я к дочке.

Иришу сильно трясло. По дорожкам из слез я поняла, что моя кроха уже давно плачет. Так почему же не позвали меня?

– Ириша, что случилось? – тихо спросил Роман.

– Ёма… Оя… уаила… мя… – с трудом выдала девочка.

– Что? – в шоке проговорила я, переводя взгляд на младшего Чаровского.

– Кто тебя ударил, солнышко? – раздался мягкий мужской голос за моей спиной.

Ириша встрепенулась, посмотрела на кого-то, в ее глазах я увидела радость узнавания.

– Де! – со скоростью света кроха сорвалась с моих рук и кинулась к… деду. – Оя уаила мя. Оя выинуа Тики, – уже жаловалась Ириша Борису Ивановичу.

Тот поднял внучку на руки, ласково погладил по голове, поцеловал в щечку.

– Так кто тебя ударил, радость моя? – опять спросил старший Чаровский.

– Сюанка. Луза ула. Луза аошая. Пойя пахая, – объяснила Ириша, сосредоточенно проговаривая каждое слово.