Подари мне солнышко

Серый и ничем не примечательный день. На небе такое же серое небо, по таким же серым улицам ходят высокие люди в серых пальто, держа над головой черные зонтики. Они все куда-то спешили, с каким-то детским страхом обходя лужи и сурово смотря на друг друга из под серых шляп серыми глазами. Серый город. Казалось, будто какой то неаккуратный художник пролил на карандашный набросок воду, из-за чего грифель поплыл покрасив всё в столь скучный цвет, а его друг- архитектор решил, что это отличная идея и соорудил на месте серого пустыря этот серый город.

Тоскливо тут…

Мимо проехала серая карета с серыми лошадьми, обдавая серых людей серой водой, те шустро пытались отскочить от волны этой мутнятины, и многим это даже удаалось, но а тем, кому не повезло начинали грязно ругаться, одновременно доставая из серых портфелей серые платки.

Тут из-за угла выбежал мальчишка. Тоже весь абсолютно серый. С серой кожей, с серыми волосами, серыми глазами. Лишь нос да щеки были у него слегка красные из- за продолжительного внепланового марафона. Толкая по пути серых людей, которые от неожиданности и возмущения ойкали да ругались, мальчонка спешил к серому кирпичному зданию.

Дитя, размазывая по лицу дождевую воду, схватился за аккуратную гладкую ручку двери, навалившись всем своим небольшим весом, он кое-как открыл её и забежал внутрь, бегая по коридору мимо одинаковых дверей.

За одной из дверей сидел старик. Он не был таким уж прямо старым, он шустро бегал между комнатами, принося то один инструмент, то другой, но его серые глаза выглядели такими печальными и тусклыми, что многие прибавляли мужчине лишние тридцать лет. У него были серые волосы, которые уже частично тронула седина, как россыпь жемчужин среди горсти пепла. На руках были старые потертые перчатки. Фартук его лежал гле-то сзади- на каком то из нескольких новеньких стульев, аккуратно покрашенных в серый цвет. Мужчина неспеша тер наждачной бумагой двадцать шестую ножку для стула за эту неделю, щурясь и периодически вздыхая.

Тут дверь за ним хлопнула. Он лениво повернул голову на гостя и внимательным взглядом прошёлся по мальчишке, который тяжело дышал на пороге, попутно сжимая в ручонках мокрый гаврош.

Мужчина ещё раз осмотрел ребёнка сверху вниз и тут раздался его хриплый, низкий голос:

–Ну и где ты был?– спросил он и развернулся смотря на часы.– Ты на час опоздал. В очередной раз.

Мальчик громко шмыгнул и ответил:

–Да так… дома убирался.

Мастер, вроде бы понимающие кивнул, но после поднял на мальчонку суровые глаза, выглядывающие из-за косматых бровей.

–Если ты ещё раз опоздаешь- можешь сюда больше не приходить- сказал он негромко и вновь принялся за осточертевшую ему ножку.– Приступай к работе. Для начала- принеси мне с прачечной мои вещи, а после подмети здесь, а дальше- посмотрим.

Мальчик активно закивал снимая с себя тонкую курточку и практически сразу выбежал за дверь, мчась в другой конец здания.

Дедушка Джон оказался единственным человеком, который решил взять мальчика на работу. Другие же обычно не соглашались из-за небольшого возраста оного- 6 лет пацаненку. Говорили, что тот так или иначе ничем помочь не сможет, ту же корзину из прачечной не пронесет и полфута. Плюс на такие выводы подталкивала и его излишняя худоба да бледность. Некоторые поздние посетители здания вобще могли с перепугу вскрикнуть (особенно дамы) когда замечали того в темноте коридоров- им казалось, призрак наведался в серый город. И это тоже являлось причиной отказа на просьбы мальчика взять того на работу- никто не хотел терять клиентов. Да и сам Джон бы спокойно обошёлся без бледного помощника, но жаль ему его было, тем более когда оказалось что он живет с сестрой. Правда, эту сестру никто никогда не видел. Все трудоголики на этой улице знали мальчишку, знали, что у него есть сестра. Но никто не знал имени мальца, никто не видел его сестру, никто не знает сколько сестре лет, да и про существование той узнали совсем случайно- когда на перерыве мальчишка расстроился упавшей на землю корке хлеба. Тогда очень добрая женщина Джуди подошла к мальчику и спросила что же он чуть не плачет, у него же осталось ещё несколько кусков свежего хлеба, паренек тогда ответил, размазывая слезы по щекам, что его сестренка не сможет наесться.

Старик Джон отчего то вспомнил этот случай и задумчиво покрутил в руках кусок деревяшки. В эту же секунду впопыхах забежал мальчишка с корзинкой вещей и аккуратно поставил её рядом с сломанным гончарным кругом, после чего забежал за старый шкаф и появился с погрызенным мышами веником в руке. Джон вздохнул и продолжил свою работу.

К концу рабочего дня старик с презрением откинул спинку готовящегося стула и разминая затёкшую шею, поднялся с места. Он обернулся и увидел как мальчонка тут же подбежал к нему и начал собирать в ящик все инструменты. Джон улыбнулся:

–Спасибо тебе, малец.– тяжелая рука упала на серую макушку уставшего паренька и слегка растрепала его волосы.– Пошли, вручу тебе твою зарплату.

Мальчик тут же встрепенулся и подскочил к старику, выуживающего кошелек из небольшого ящичка под столом.

Джон задумчиво посчитал купюры и дал малышу одну помятую бумажку и несколько звонко бьющихся друг о друга монет.

–Вот, это тебе.-сказал улыбаясь старик.– А теперь- ступай-стурай, мне ещё тут кое-что доделать надо.

Мальчонка активно закивал и пулей выбежал из комнаты.

Старик ухмыльнулся, слушая за дверью топот маленьких ножек.

Дитя быстро бежало уже в другое место- там продавали самый дешевый хлеб на всей улице.

Мальчик с натугой начал открывать дверь, зазвенел колокольчик, и тучная рыжая женщина за стойкой лениво подняла взгляд на позднего гостя, неспеша жуя булку.

–Здравствуйте!– мальчик не скрывая радости протянул женщине купюру.– Можно две булки хлеба пожалуйста!

Женщина тяжело нагнулась над лежащей перед ней купюрой, словно принюхиваясь к ней- а не фальшивку ли ей подсунул паренек, после чего грузно уселась на своё место.

–Тут не хватает.– сказала она засовывая в рот последний кусок булки.

Мальчик в недоумении сдвинул брови:

–Как это не хватает?– спросил он.

–Так это!– передразнила его интонацию рыжая тетка.– Не хватает здесь. Тут разве что на полбулки хватит, и то с натяжкой. Я могу тебе дать её, но ты потом ещё должен будешь занести.

–А…– пискнул мальчик.– А почему так подорожал? Хлеб…

–Не слышал что ли? – сказала женщина облизывая пальцы.– Кто-то поле день назад поджег. Потушить не успели, вся пшеница погорела. Вот цены и поднялись.– сказала она облизывая толстые сахарные пальцы.

Мальчик сглотнул и опустил глаза в пол.

–Так ты брать будешь или нет?– спросила женщина доставая откуда-то из под прилавка очередную булку.

–Да… Давайте…– произнес резко осипшим голосом мальчик.

И вот он уже шел по темной улице, крепко сжимая в руках полбулки хлеба, жадно рассматривая её. Ему так хотелось есть, он за весь день только орех то и съел, который он нашел по дороге на работу. А как же сестра? Она вобще со вчерашнего дня ничего не ела. Паренек так надеялся что у него останется хотя бы пару центов, что бы отложить их на доктора сестренке, но, видимо, не в этом сезоне.

И вот, спустя час мальчонка стоит перед дверью древнего здания, которое ещё не рухнуло видимо, только по божьей воле. Обшарпанные стены, дырявая крыша и крысы по углам- всё это было его домом.

Мальчик аккуратно открыл дверь, что бы она, не дай бог, не повалилась на земь и не рассыпалась в пыль. Бесшумно зайдя, ребенок попытался закрыть за собой, что бы не создавать сквозняка, но упрямая дверь всё же не выдержала тяжестии своих лет и с грохотом рухнула оземь.

Где-то в глубине дома мальчик заметил движение.

–Не бойся, Алиса, это я.– будто бы обращаясь к невидимому призраку, прошептал мальчик поднимая дверь.

–Братик?– голос был еле слышен. Он походил на секундный шелест ветра, на нечаянный всплеск воды, но никак не на голос маленькой девочки 4 лет.

–Алиса, я принес тебе хлеба!– малыш на носочках приблизился к сестре, стараясь сильно не шуметь, и протянул к тоненькому носику половину буханки. Девочка без особого интереса посмотрела на хлеб, она рассматривала маленькие дырочки, будто бы надеялась, что из какой то из них выскочит мышка-норушка, о которой рассказывала ей мама, до того как умерла.

–Я не голодна, братик.– тихо произнесла она, медленно отворачиваясь от брата к окну.

Улыбка мальчика тут же исчезла с его лица. Его внимание тоже перепрыгнуло на окно. Вроде бы уже ночь, а небо всё такое же серое, единственное отличие от дня- серых облаков не видно, будто бы бог выловил облачка сачком, словно рыбешек из пруда и спрятал их в свою седую бороду.

Мальчик задумался, а хочет ли помочь им бог? Он как то проходил мимо церкви во время молитвы, тогда, находясь под окном, он услышал от священника слова, которые запомнились ему: "Помогай ближнему". Мальчишка в тот день, сразу после молитвы зашел в церковь, но только он подошел к длинобородому папе, как тот посмотрел на него с презрением: "Пшёл отсюда, мелкий засранец! Попрошайкам здесь не рады!"

Малыш тяжело опустился у сестринского ложа, представляющего собой ящик с небольшой подушкой да старым прогрызенным молью пледом и чуть наткусил хлеб. Правда бог любит все свои создания? И их в том числе? Правда ли эти священники слышат его голос? Почему они тогда такие злые? Ведь бог судя по Библии и Евангелие очень добрый человек. Почему же тогда те, кто его слышат- такие черствые и злые?

"Странно"– подумал мальчуган откусывая в очередной кусок.

–Братик?…

Мальчишка тут же встрепенулся и повернулся к сестре, нежно взяв в ладошки её тонкую ручонку.

–Что такое, Алиса? Хлеба захотела?

Девочка отрицательно помотала головой. Она подняла мутные глаза куда-то туда, высоко в небо. И молчала. Её братец же терпеливо ждал ответа. Он знает, из-за болезни ей порой бывает сложно дышать, что уж тут говорить о словах, для произнесения которых девчушке надо приложить столько де усилий, какие дядя Джон тратит в день на создание всяких разных деревянных вещей.

–Я…– слова малышке давались очень тяжело, она помолчала с минуту, и сказала то, чего её брат никак не ожидал услышать.-Подари мне… Солнышко.

Мальчишка впал в ступор. Озадаченно глядя на сестру, он решил уточнить:

–Ты хочешь солнышко?

–Д-да…– впадая в дрожь произнесла сестра. Ребенок тут же снял с себя пальтишко и накрыл им девочку.– Понимаешь… Тут так… Серо… Всё это место… Серое… Я просто хочу опять увидеть солнышко.– малышка тяжело повернулась к брату.– Подари мне солнышко.

Мальчик умолк и стыдливо опустил глаза в пол. Принести солнышко? Но как? Сказать ей что он слишком мал что бы дотянуться до него сквозь облака? Нацарапать её на деревянной стене?

Мальчик сжался в комок, будто сейчас он получит удар.

Как он подарит ей солнышко?

Он поднял глаза. Сестра смотрела на него устало, сонно. Но в мутных зрачках девочки кое-как искрились огоньки надежды. Она правда верила что могучий старший брат сможет принести ей солнышко. Он не мог потушить эти искры. У него попросту не хватит духа и смелости.

–Я… Принесу тебе солнышко!– сказал он уверенно смело глядя Алисе в глаза, словно бросая вызов жестокой судьбе.

Сестренка сначала с секунду никак не реагировала, видимо, переваривая услышанное, а после слабо улыбнулась.

–Я… Верю тебе…– сказала тихо она. После улыбка соскользнула с её бледного лица, она медленно закрыла глаза.

Мальчишка сжал в руках подол тонкой рубашки, плотно сомкнув розовые губки. Он аккуратно наклонился к девочке, прислушиваясь. Уловив слабое дыхание, он расслабился, расжал кулачки и с облегчением вздохнул.

Солнышко…

Белобровый мальчик долго шагал по комнате, раздумывая над желанием сестры. Подойдя к гниющей стене, он плюхнулся на пол прислонившись к плесени. Как можно подарить ей солнышко? С неба-то он его точно не достанет. Может, спичку да свечки купить? Брат повернул свою голову и посмотрел на мирно спящую сестру. Он резко замотал головой и сложил руки на груди. Нет, это не пойдёт, вряд ли она примет такое "солнце".

Мальчик глубоко вздохнул и шумно выдохнул через нос. Тут заскрипела входная дверь, медленно открываясь, будто бы приглашая мальчика выйти на улицу.

–Странно, совсем недавно я еле тебя открыл.– хмыкнул мальчик смотря на неё.

Петли вновь протяжно скрипнули, будто бы отвечая: "Извини уж, я тогда не узнала тебя, не хотела пускать сюда чужаков". Мальчик слабо улыбнулся. Дверь вновь скрипнула, будто приглашая парня прогуляться по ночному серому городу. Малец пожал плечами: "Почему бы нет?".

Он встал и тихо зашагал к двери. Выйдя за порог и закрыв за собой, карапуз неспеша зашагал по серым улицам, внимательно разглядывая серые дома. Ему некогда было разглядывать город, каждый раз он бежал либо на "работу" либо домой, к сестренке. Он так давно не гулял. Просто, без причины. Он помнил, как когда Алиса только родилась, его мать дала её мальчику, такую кроху, ненамного больше щенка. Он тогда вышел с ней на улицу под присмотром мамы и показал сестре яблоню. Она тогда так тянулась своими крошечными ручками к алым плодам, так забавно хлопала глазами и открывала ротик, что мама тогда рассмеялась. Так заливисто, так красиво. Её смех напоминал журчание речки, трель соловья, шелест травы. Как давно они не слышали мамин смех.

Воспоминания о маме сделали и так паршивое настроение ребёнка ещё хуже. Мама…

Проходя мимо груды мусора, ухо уловило странный пищащий звук. Дитя резко остановилось и осмотрело огромную помойку, напоминающую гору. Вновь странный писк. Ребенок неуверено шагнул в сторону мусора и приближался поближе. Вновь звук. Мальчик повернул голову и увидел небольшую коробку. Она вдруг еле видно зашевелилась. Аккуратно подойдя, он заглянул внутрь.

Внутри коробки находилось тело рыжей кошки. Видно, что она уже давно не дышит, дня 2 как минимум. Комки её рыжей шерсти были в грязи, сама коробка от дождя размокла и была больше похода на грязный мешок. В самой коробке сохбралось немного воды, из-за которой иссохший хвост еле колебался на поверхности. А рядом с ней сидел маленький огненный комочек.

Котёнок, маленький котёнок. Ещё чудом живое Кошкино дитя. Малыш жалобно мяукал, тыкался носом в холодный живот и аккуратно мял его лапками, ожидая когда мама проснётся. Но мама не просыпалась.

Тут мальчика как будто током ударило: в этом котенке, он увидел свою сестру. Такую же маленькую и беззащитную, оставленную в этом жестоком мире посреди воды, которая вот вот не даст ей доступ к воздуху. Он увидел в этом котенке себя.

Мальчик присел и аккуратно взял рыжего ребенка на руки. Котенок вновь пискнул, будто бы обронив слезу, но он не вырывался, видимо, он всё таки понимал, что его мама больше не встанет.

Мальчонка аккуратно укутал шерстистого в рубашку. Тот, же, в свою очередь, стянув маленькими лапками с мордочки ткань, начал внимательно смотреть зелеными глазами на дитя, что только что подарило ему тепло. Мальчик поднял котенка ближе к глазам, что бы получше разглядеть его, и когда рыжик оказался перед его глазами, ушастый лизнул его нос шершавым языком. От такой неожиданности мальчик дернулся и начал тереть его ладонью, чуть смеясь. Вот оно- солнышко. Малыш улыбнулся рыжему коту, и тот будто бы тоже улыбнулся в ответ. Мальчик поудобнее взял животное и помчался домой.

Он бежал и всё шептал и шептал:

–Солнышко! Я нашел солнышко! Я его достал!

Он распахнул скрипучую дверь. Появившись на пороге, он крикнул:

–Алиса! Я нашел! Я нашёл тебе солнышко!– но ответом ему была тишина.– Алиса?– мальчик неуверенно шагнул внутрь. Котенок выпрыгнул из его рук и проскользнул к ящикам, тут же оказыгись на одном из них.

Маленькое тельце лежало на старой подушке, чуть прикрытая таким же старым пледом, которую уже давно прогрызла моль. Беленькая ручонка слегка дотрагивалась грязного серого пола. Серые кудри узорами лежали на деревянных дощечках, напоминая иней на стеклах во время зимы. Глазки были закрыты, а ротик слегка приоткрыт. Казалось, она просто спит, просто отдыхает пока болезней не так тревожит её. Теперь она правда больше никогда не сможет потревожить детское тельце, чувство боли никогда не искривит белое личико. Но и говорить она больше никогда не сможет.

Поцелуй смерти навсегда отправил её туда, куда её брату пока никак не попасть..

–Алиса…– имя единственного оставшегося с мальчиком родственника, слетело с его губ словно бульканье утопшего в море. Казалось, что то внутри парня умерло вместе с его сестрой.

Он упал перед ней на колени и сжала в руках бледную ручку. Прилолив её ко лбу, он захныкал. По розовым зекам полились горошинки слез. Они скатывались по щекам, прыгали с подбородка и разбивались об колени на десятки таких же, но только ещё более мелких горошенок.

–Прости… Прости меня…– захлебываясь слезами произнес малыш.– Мне жаль… Мне так жаль…

Маленький рыжий котенок аккуратно забрался девочке на живот, свернулся на ней калачиком и замурлыкал, отправляя малышку в последний путь, прощаясь с ней, провожая туда, откуда нет обратного пути.