Родники любви

Глава 1

Открыв дверь и сняв шляпу, Дрэйк Дэлтон вошел в магазин.

– Как это, черт возьми, оказалось у меня под подушкой?

Услышав шум. Селена Моргань подняла голову и с удивлением взглянула на стоявшего перед ней человека. Где только он откопал такие брюки, кожаную рубаху с бахромой, немыслимые ботинки и огромную ковбойскую шляпу? Загорелое лицо контрастировало с густыми, светлыми, выгоревшими на солнце волосами. Однако он был высоким, мускулистым и, несмотря на экзотический наряд, поразительно красивым.

Ясно, посетитель не из Нового Орлеана, скорее всего откуда-то с Запада. В аптеке стало тесно и как-то неуютно. Захотелось, чтобы он как можно скорее ушел.

Дэлтон бросил на прилавок маленький бархатный мешочек.

– Кто это купил и зачем?

Комната была полна запахов. Сладкие, терпкие, острые, раздражающие – от них хотелось не то чихнуть, не то кашлянуть.

Селена встала, хотя от этого их разница в росте мало изменилась. Но она не позволит себя запугать.

– Разрешите посмотреть, у меня ли…

– Это купили точно у вас, леди. Ведь это аптека «Любовные снадобья»?

Разглядев на внутренней стороне мешочка свою эмблему, она снова затянула веревку.

– Смесь номер семнадцать. Вы недовольны товаром? Хотите его обменять?

– Нет! Я хочу знать, кто его купил!

– Так его купили не вы и вы не хотите обменять?

– Ну, наконец-то до тебя дошло, – сощурился он. – Ладно, как тебя зовут и кто это купил?

– Селена Морган, владелица лучшей аптеки в Новом Орлеане. – Она поколебалась, прикидывая, как бы побыстрее от него отделаться. – Вы влюблены?

– Нет.

– Ну и ладно. Эта смесь на нас все равно не подействует. Думаю, вас лучше привораживать с помощью куриной лапы. – Она хотела задеть его, но сама улыбнулась. Ситуация становилась забавной.

– Куриной лапы? – с отвращением повторил он.

Он явно чувствовал себя неуютно в этой отделанной в розовых тонах комнате. Ему, привыкшему к запахам лошадей, табака и кожи, все здесь казалось слишком женственным. Но уходить все же не, хотелось.

– Да, мне так кажется, – сказала она. – Хотя, наверное, не особенно приятно проснуться утром и наткнуться в своей постели на куриную лапу. Но уверяю вас, это весьма эффективное средство. – Она продолжала улыбаться. Хорошо, что он чувствует себя не в своей тарелке.

– Ты это серьезно?

Он вдруг пожалел, что пришел сюда, хотя девушка за прилавком, несомненно, хороша. Пусть сейчас ее длинные каштановые волосы забраны в пучок на затылке и на ней простое зеленое платье, но он готов спорить – без него она просто восхитительна.

– Да, я серьезно, – улыбка исчезла с ее лица. – Помимо всего, это моя работа.

Он почему-то с трудом поддерживал разговор.

– Ты хочешь сказать, что зарабатываешь на жизнь, продавая приворотные зелья?

Она кивнула и посмотрела на него большими зелеными глазами.

– И мое дело процветает. Это не удивительно, так как вокруг полно таких, как ты.

– Таких, как я? Да что, ты, собственно, обо мне знаешь?

Странно, но он, видимо, ей не нравился.

– Да, я тебя, конечно, совсем не знаю, но вижу, ты груб и заносчив. Если познакомиться поближе, то скорее всего выяснится и что-нибудь похуже.

Селена вдруг поняла, что едва сдерживается. Так захотелось прикоснуться к нему. Сердце взволнованно билось. Это было совершенно на нее не похоже.

– Ты оскорбляешь каждого покупателя, который к тебе приходит? – Он начинал выходить из себя.

– Ты не покупатель.

– Конечно, нет, черт побери! А ты – мошенница, вымогающая деньги у доверчивых женщин. Надо же, любовное зелье!

– Мои клиенты довольны и рекомендуют меня своим знакомым. Рецепты издавна известны моей семье, их действенность проверена. – Она сжала мешочек, чтобы он не заметил, как дрожит ее рука. Он тоже привел ее в бешенство, и, понимая это, она злилась еще сильнее.

– Ладно, пусть будет так, – он замялся, все-таки вспомнив, зачем сюда пришел. – Теперь назови имя женщины, купившей эту гадость для меня.

– Я не разглашаю имен клиентов. Но вкус этой женщины оставляет желать много лучшего.

– Ты ни черта не понимаешь в мужчинах. Тебя надо бы высечь, тогда ты узнаешь, что такое настоящий мужчина. – В него словно вселился бес. Стараясь успокоиться, он медленно разжал кулаки.

– Стоит ли так утомлять себя?

– Да, ты права, – он окинул ее демонстративно холодным взглядом.

Как жаль, что она такого маленького роста. Рядом с ним она чувствовала себя просто крошечной. Но у нее злой язык, и она это знала.

– Мистер, может быть, вы все же уйдете? Вы распугаете всех моих клиентов.

– Ладно, я пошел. Но с тобой пока не прощаюсь. Ты обманываешь людей, и я положу этому конец.

Подойдя к двери, она открыла ее.

– Прошу вас, мистер…

– Дрэйк Дэлтон. Запомни это имя. Ты его еще услышишь.

Он бросил на нее тяжелый взгляд, надел шляпу и вышел вон.

Закрыв дверь, она прислонилась к косяку, внезапно почувствовав слабость. Еще никто и никогда так на нее не действовал. Она всегда себя контролировала. Но в этом человеке, кроме грубости, было нечто, заставившее ее сердце учащенно забиться. Он был взбешен, а ей хотелось разозлить его еще сильнее.

Улыбнувшись, она вернулась к прилавку и взяла в руки маленький бархатный мешочек. Значит, он ненавидит любовные снадобья, думает, что она мошенница. Хорошо же! Она приготовит смесь специально для него, чтобы он влюбился в нее. А потом расскажет, почему это произошло. Тогда он сам убедится, насколько хорош ее товар, а она рассмеется в лицо, повернется и уйдет.

– Селена, что здесь происходит? – Роза Дубони спустилась со второго этажа, осмотрелась и направилась к входной двери. – Ты что, выгнала покупателя?

Селена громко рассмеялась.

– Только что я поругалась с одним ужасным человеком.

– Правда? – Роза удивленно посмотрела на подругу. – Кто же умудрился так тебя разозлить? Вас было слышно даже наверху.

– Это не «кто-нибудь». Но я о нем позабочусь.

– Что ты имеешь в виду? – Карие глаза выражали удивление и любопытство. В отличие от Селены Роза была высокой и стройной. Длинные черные волосы перехвачены на голове узкой ленточкой, пестрое платье с широким поясом очень ей шло. Селена всегда завидовала ее фигуре, особенно с тех пор, как узнала, что никакая еда ей не вредит.

– Представь себе, врывается сюда ковбой и пытается меня запугать.

– Запугать?! Да скажи же наконец, что случилось?

– Все очень просто. Один человек с Запада находит у себя под подушкой наш мешочек. Ему бы обрадоваться, что о нем кто-то думает. А он врывается сюда и грубит. Представляешь? Обозвал меня мошенницей и угрожал закрыть наше дело.

– Ох! – Роза забеспокоилась. – Ты думаешь, он и вправду может это сделать?

– Не знаю, возможно, – Внезапно ее бравада испарилась, и она обессиленно опустилась на стул. – Сама знаешь, как доктора, называющие себя «настоящими», относятся к акушеркам и знахаркам, тем более, к таким, как я.

Роза нахмурилась.

– Эти «настоящие» доктора лишают простой народ выбора. Многим просто не по карману их услуги. Да и на что они способны, эти доктора! Издеваться над тобой, давая слабительное или хлористую ртуть. Многим без них даже лучше. Если твой бизнес рухнет, плохо от этого будет многим, а не только нам с тобой.

Селена кивнула, соглашаясь, и обвела взглядом свои владения.

– Все это начала моя бабушка вскоре после войны. Мы были вдвоем, и у нас не было ничего, кроме ее опыта и знания целебных трав. Она продавала любовные снадобья, поэтому я смогла ходить в школу. Сейчас мне двадцать четыре. Я выросла здесь и хочу жить здесь и заниматься своим делом.

– И ты здесь многим нужна. Ведь мы-то хорошо знаем, что только благодаря деньгам, вырученным от продажи наших снадобий и парфюмерии, ты можешь что-то делать для бедных.

– Да, но…

– Ты просто не имеешь права позволить этому человеку повредить аптеке. Эти так называемые «доктора» не знают и половины того, чему научила тебя бабушка. – Роза глубоко вздохнула. – Они уже пытались нас закрыть. Конечно, если бы им это удалось, у них прибавилось бы клиентов. Если этот тип скажет им, что мы сделали ему что-нибудь плохое…

– Не говори так! – Зеленые глаза Селены вспыхнули. – То, что я хочу сделать, пойдет Дрэйку Дэлтону только на пользу. И не беспокойся за свое место. Роза. Ты – лучшая помощница, какую только можно найти. На самом деле ты уже вполне можешь открыть собственное дело.

– Будь у меня светлая кожа, я бы, наверное, так и сделала. Но я мулатка, так что нечего об этом и думать.

– В тебе не только африканская кровь, но и французская, и индейская.

– Все равно, я – потомок рабов, а ты прекрасно понимаешь, что это значит.

– Да, но я не отношусь к тем докторам, которые стараются не пускать мулатов в медицину. Ты также нужна людям.

– Я не перестану им помогать, даже если богатые белые издадут закон, запрещающий мулатам заниматься медициной. Всю жизнь я буду делать то, что считаю нужным. Мне двадцать шесть, и у меня еще есть время, чтобы помочь многим.

– А как с личной жизнью? Роза покачала головой.

– Не напоминай мне об Альфреде.

– Он белый, едет на север. Значит, не может взять тебя с собой, как бы сильно ни любил.

– Он прав. Женитьба на мулатке разрушит все его планы. – Роза встала и принялась расхаживать по комнате. – Все его предки были свободными, среди родственников никогда не было черных. В нем течет чистая кровь. И, в конце концов, у него есть паспорт. Я не могу просить его всем этим пожертвовать.

Селена промолчала. Такие аргументы она уже слышала много раз. Что она могла сделать для Розы? Лишь как можно лучше вести дела, чтобы у них была работа и деньги. Теперь же нужно подумать о Дрэйке Дэлтоне.

– Я дам ему возможность во всем убедиться самому.

– Альфреду?

– Нет, Дрэйку Дэлтону. Я хочу приготовить для него любовное снадобье. А когда он в меня влюбится, расскажу правду. Ему придется нам поверить. И сказать «докторам» ему просто будет нечего.

Роза нахмурилась.

– Но ведь ты еще никогда так не делала!

– Да, я не хотела дополнительных хлопот. Не хочу их и сейчас. Мистер Дэлтон мне абсолютно безразличен, но следует преподать ему урок. – Она уже злилась. – И я – та женщина, которая это сделает.

– Не знаю, не знаю. По-моему, это опасно. У богатых белых большая власть.

– Может быть. Но у нас тоже есть власть, и мы ею воспользуемся.

Селена развязала принесенный Дрэйком мешочек и высыпала содержимое на прилавок.

– Это снадобье слишком слабо для мистера Дрэйка Дэлтона. Роза кивнула.

– Наверное, можно попробовать. А если оно подействует и на тебя?

– На меня?! – Селена отрицательно покачала головой. – Это обыкновенный ковбой. Такие меня никогда не интересовали. У меня хватит ума, чтобы не влюбиться.

– К уму это не имеет никакого отношения, – усмехнулась Роза. – Иначе я не сбежала бы от Альфреда. Просто ты еще не встретила своего принца. Когда это случится, ты влюбишься, наверное, еще сильнее, чем я сейчас. Вот тогда мы с тобой и поговорим.

– Может быть, ты права, но одно я знаю наверняка: Дрэйк Дэлтон – не тот человек, из-за которого я могу потерять голову.

Кивнув Розе, она вышла, решив взглянуть на аптеку снаружи. Перейдя на противоположную сторону улицы Декатур, она остановилась у кафе «Де Монпье» и стала внимательно разглядывать свой дом.

Аптека и жилой этаж над ней стали домом для Селены после войны. Теперь она жила здесь одна, но одинокой себя не чувствовала. У нее было много друзей, может быть, даже слишком много. Иногда она думала о том, что придет время, и она свяжет свою жизнь с мужчиной, которого полюбит и которому будет доверять. Но если это когда-нибудь и случится, то, конечно, не скоро.

Снаружи дом выглядел очень привлекательным. Первый этаж был выкрашен белой краской, сквозь огромные окна виднелись стоявшие на подоконнике кувшины с сухими цветами и травами.

Второй этаж из красного кирпича украшали два окна с белыми наличниками, и между ними – балкон с черными коваными перилами. Под самым коньком крутой крыши – маленькое слуховое окно.

Висящая над дверью вывеска «Любовные снадобья» слегка покачивалась от дующего с Миссисипи ветерка. На голубом небе со стороны Мексиканского залива появились темные облака. Похоже, после обеда опять будет дождь. Значит, ей не придется поливать многочисленные травы и цветы, растущие в ящиках на балконе. В этом году им достаточно и дождей, и солнца.

Селена вернулась в дом, оставив дверь открытой, чтобы немного проветрилось, и присоединилась к Розе, работавшей за длинным столом в задней части магазина. Здесь, под лестницей был тихий, благоухающий травами уголок. Стол был завален кусочками тканей, разнообразных по цвету и рисунку, с краю лежали ленты всех цветов радуги, широкие и узкие, длинные и короткие.

Стоило Селене взять в руки лоскуток и посмотреть на подругу, как напряжение стало спадать.

– Ты что-нибудь слышала о Француазе и Джоне? – спросила Роза.

– Нет, – ответила Селена, думая уже лишь о том, как лучше сшить мешочек из черного шелкового лоскутка. – Сегодня утром я опять была в полиции, но у них по-прежнему никаких новостей.

– Думаешь, на самом деле они ищут какую-то мулатку и иранца – портового грузчика?

– Вряд ли они особенно стараются. Но им приходится делать вид, я ведь регулярно спрашиваю их о результатах.

– Конечно, если речь идет не о деньгах, они не будут напрягаться. По-моему, нам нужно что-то делать самим. Ждать больше нельзя.

– Но что? – Селена откусила длинную черную нитку. – Сколько людей уже исчезло?

– По-моему, около двух дюжин. И все они бездомные: нищие, проститутки, безработные, бывшие заключенные.

– Именно таким мы помогали. Ведь они неплохие люди, просто невезучие. – Вдев нитку в иголку и завязав на конце узелок, она воткнула ее в ткань. – Ox! – уколола палец Селена.

Роза сочувственно вздохнула.

– Нам известно о двух дюжинах. А о скольких мы не знаем?

Она нахмурилась и стала отбирать травы из разных горшков, стоявших здесь же, на столе.

– Ты думаешь, их убивают? Или они уехали? Может быть, на Север в поисках работы?

– Но тогда хоть кто-то рассказал бы нам о своих планах.

– Да, пожалуй. Я просто не знаю, что делать. Роза подняла голову.

– Ты расспрашивала полицию, они своих осведомителей. Я говорила с друзьями. Никто ничего не знает. Люди напуганы.

– Это понятно.

Селена делала аккуратные стежки по краю, шелкового черного квадрата. Если бы преодолевать жизненные трудности было бы так же просто, как сшить этот маленький мешочек!

– Все-таки что же нам делать?

– Ты видела афиши о лекциях и сеансах гипноза Густава Доминика? – спросила Селена.

– Да, но какое отношение они имеют к нам?

– Гипноз – новое направление в медицине. Считают даже, что его можно использовать вместо хлороформа. Я была на одной лекции, а теперь мне хотелось бы сходить на сеанс.

Роза оторвалась от работы.

– Да что с тобой? То ты хочешь приготовить снадобье для этого Дэлтона, теперь вот сеанс. Ты же понимаешь, как это опасно.

– Может быть, гипноз кажется опасным только потому, что малоизвестен?

– А вдруг это тебе повредит? – Роза взяла один лоскуток, отшвырнула его, взяла другой. – Сама знаешь, новое – вовсе не значит хорошее.

– Но надо же узнавать новое, только бабушкиных знаний недостаточно. А если эти сеансы не обман? Вдруг мне удастся поговорить с кем-то из пропавших.

– Ах вот в чем дело! – Роза возмущенно поднялась. – Ты просто не понимаешь, куда стремишься. Без специальной тренировки и контроля все, что касается духовной энергии, может причинить громадные неприятности.

– Я верю тебе, но хочу попробовать.

Роза села рядом с Селеной и взяла ее за руку.

– Ладно, знаю твое упрямство. Только будь осторожна. А я тем временем попробую разузнать наших друзьях еще в одном месте. Потом расскажу, что у меня из этого вышло.

– Ты говоришь загадками. Роза улыбнулась.

– А теперь давай вернемся к работе.

Глава 2

Дрэйк Дэлтон в очередной раз выругался. И это самый престижный район Нового Орлеана?! Да, действительно, на Чартес Стрит можно купить все, что угодно, и недорого. Но он уже не мог выносить влажного воздуха, постоянного запаха цветов, узких улочек с плотно прижатыми друг к другу домами и праздно шатающимся народом. Ему хотелось обратно в Техас.

Плохое настроение не покидало его. Встреча с Селеной Морган не улучшила положения. С какой стати она так гордится своим делом! Подумаешь, обыкновенная мошенница, продающая ложь и пустые мечты. Надо положить этому конец.

Дрэйк разглядывал небольшие домики с ажурными балконами, отыскивая номер 1109. Напрасно он принял Селену Морган так близко к сердцу. Просто за последнее время он сыт по горло женщинами-обманщицами. Джой Мари. Ну кто бы мог подумать, что его невестка снимет со счета ранчо все до последнего цента и сбежит с каким-то незнакомцем!

Он всегда любил Джой Мари, относился к ней, как к сестре. На нее можно было положиться. Он спокойно оставил ранчо на ее попечение, когда погнал на север скот. Кроме того, она чувствовала себя одинокой после смерти мужа, брата Дрэйка, и ее нужно было занять делом, чтобы отвлечь от мрачных мыслей. – , Он приходил в ярость всякий раз, вспоминая, как вернувшись домой, нашел пустое ранчо. Это было всего две недели назад. Шарлотта и Джордж, мексиканская паря, ухаживавшая за лошадьми еще при его родителях, рассказали ему, что в Систердэйч де Джой Мари встретила парня, умевшего красиво говорить, и тут же влюбилась в него. Все произошло буквально за несколько дней. Шарлотта пыталась отговорить Джой Мари, но та ее просто не слушала. Сказала только, что берет деньги ранчо в качестве приданого. Вот и все.

Когда злость немного улеглась, Дрэйк начал беспокоиться. Может быть, этот парень запугал ее или увез насильно? Неужели они на самом деле полюбили друг друга? Он решил все это выяснить и выручить ее, если она попала в беду. Если же нет, то потребовать деньги назад.

Шарлотта слышала, будто они собирались в Новый Орлеан, и Дрэйк отправился туда, но нашел ее в большом городе далеко не сразу. Он и сейчас не был уверен, что значившаяся в расклеенных по всему городу афишах ассистентка гипнотизера Густава Доминика – та самая Джой Мари, которую он ищет. Но скоро он все выяснит.

Иллюзий в отношении женщин он больше не питал. По крайней мере одну коварную женщину из своей жизни он теперь вычеркнул. Он познакомился с Сюзанной на конном заводе, вечером они отправились в бар, играли в карты, и всю игру она не сводила с него глаз. Он выиграл, и Сюзанна до полудня согревала его постель. Наверняка это она положила ему под подушку любовное зелье. Селена Морган это не подтвердила, но ясно, ворожба – дело рук Сюзанны. Больше она для него не существовала: он не любил ни темных делишек, ни секретов, ни всяких мошенниц.

Наконец Дрэйк добрался до нужного места и остановился. На втором этаже красивого дома в закрытых кружевными занавесками окнах гостеприимно горел свет, однако массивные деревянные ворота с калиткой выглядели, отнюдь не дружелюбно. Все же он постучал. Какого черта этот Густав Доминик проводит свои сеансы дома? Дрэйк никогда не бывал на подобных сеансах и ни за что не пришел бы сюда, если бы не Джой Мари.

Его не покидала мысль, что здесь какая-то другая Джой Мари. Насколько он знал свою невестку, она никак не подходила на роль ассистентки гипнотизера. Правда, не известно, какие нужны способности для подобной работы, если они вообще нужны. Он сжал кулаки и попытался унять злость. Сейчас не время терять голову.

Вдруг калитка распахнулась, и Дрэйк увидел человека около семи футов роста. У великана не было одной руки, но он, видимо, обладал недюжинной силой: мускулы угадывались даже под дорогим вечерним костюмом.

– Я пришел на сеанс.

Великан протянул хрустальную вазу, почти доверху заполненную банкнотами.

– Сколько?

Человек по-прежнему молча держал вазу.

Дрэйк положил в нее больше, чем собирался, и тот отступил, позволив ему войти в наполненный запахом магнолий сад. Как хорошо, что он догадался спрятать свой пистолет за пояс и его прикрывала куртка.

Великан направился через сад, Дрэйк – за ним. Лунный свет струился сквозь кроны деревьев, несколько ажурных, белых столов и стульев стояли среди плакучих ив и цветущего кустарника. Дрэйк осмотрелся, прикидывая, как побыстрее отсюда выбраться. К сожалению, выход один – через главные ворота.

Подойдя к дому, человек открыл дверь, приглашая Дрэйка войти.

Оказавшись внутри, Дрэйк услышал, как дверь позади него затворили, но, кажется, не заперли. Однако он чувствовал опасность и, быстро оглядевшись в комнате, постарался оценить ситуацию.

Комната освещалась лишь свечами в витом серебряном подсвечнике, стоявшем в центре круглого деревянного стола. Вокруг него сидело шесть человек. Окна были закрыты и занавешены темными портьерами. Было жарко и сумрачно.

Дрэйку все здесь не нравилось. В такой обстановке могло происходить все, что угодно.

Из-за стола поднялся человек.

– Проходите, пожалуйста. Меня зовут Густав Доминик.

Насколько Дрэйку удалось рассмотреть, Доминик был стройным черноволосым и усатым человеком лет тридцати пяти, приблизительно пяти футов семи дюймов роста, в дорогом черном костюме и белой кружевной рубашке. Проницательный взгляд карих глаз казался одновременно чувственным и властным.

Дрэйк невзлюбил его с первого взгляда.

– А это – моя прекрасная ассистентка Джой Мари. – Густав указал на сидевшую слева от него женщину.

Улыбаясь, она встала.

– Здравствуй, Дрэйк. Что привело тебя в Новый Орлеан?

Холодная, таинственная, прекрасная. На улице он никогда бы ее не узнал. Уложенные светлые волосы, косметика, черное с блестками платье с глубоким вырезом на груди, идеально сидевшее и подчеркивавшее все достоинства фигуры. Она была совсем не похожа на загорелую девушку, которую он привык видеть на техасском ранчо. И все же это была Джой Мари.

Дрэйк не ответил, а лишь продолжал смотреть на нее, и Джой Мари повернулась к Густаву:

– Это Дрэйк Дэлтон. Помнишь, я рассказывала тебе о нем?

– Брат твоего мужа, – Густав прищурился. Наконец Дрэйк снова обрел дар речи.

– Я приехал в Новый Орлеан, чтобы поговорить с тобой, Джой Мари.

– Это очень приятно. У тебя здесь еще какие-нибудь дела?

– Нет. Ведь ты уехала не попрощавшись. Она улыбнулась.

– Ах, да.

– Я хочу с тобой поговорить.

– Хорошо. Но тогда придется подождать окончания сеанса. Мы как раз начинаем. Оставайся с нами.

– Нет, я…

– Ты что же, испугался? – с вызовом произнес женский голос, и Селена Морган повернулась к нему лицом. От удивления Дрэйк чуть не выругался вслух. Он должен был заметить ее сразу же, но она сидела спиной. Он был так поглощен Джой Мари и Густавом, что даже не взглянул на остальных. Это оплошность, нельзя было позволить так просто себя поймать.

– Вряд ли что-либо в этой комнате напугает человека, гоняющего стада из Техаса в Канзас.

– Ну и хорошо, – Селена кивнула на свободный стул возле нее. – Значит, ты остаешься.

Дрэйк сел. Его перехитрили. Но сейчас это не главное. Нужно узнать, что здесь делает Джой Мари и какая роль отведена Селене Морган. Судя по тому, как Густав Доминик смотрел на нее, они не чужие. Что же за игру ведет Селена?

– Я вижу, вы уже знакомы, мистер Дэлтон, – сказал Густав, холодно посмотрев на Дрэйка.

– Нас свело любовное зелье, – рассмеялась Селена.

– Мистер Дрэйк, вы должны быть осторожны в Новом Орлеане, – сказал Густав. – Здесь не Дикий Запад.

– Спасибо за предостережение, – Дрэйк стиснул зубы в неком подобии улыбки. Почему Густав так агрессивен? Боится, что он уговорит Джой Мари уехать обратно в Техас? Или это как-то связано с Селеной? Так или иначе, он в этом разберется.

Густав слегка кивнул и обвел взглядом сидящих за столом.

– Разрешите представить вам остальных гостей. Справа от вас – мадам Джорджес. Ее муж погиб на вашей Гражданской войне, и она хочет с ним поговорить.

Дрэйк вежливо кивнул, подумав, однако, что мадам Джорджес стоило все сказать мужу еще двадцать лет назад. Ведь сегодняшней возможности могло и не представиться.

– Рядом с ней – капитан Райт. Несколько месяцев назад его дочь утонула в Миссисипи. Он хочет узнать, все ли у нее в порядке.

Дрэйк снова кивнул. Увы, с дочерью капитана Райта все совсем не в порядке. Она мертва.

Он посмотрел на Селену. С кем хочет поговорить она? И вдруг с удивлением понял, что если с другом, любовником или мужем, то был бы рад услышать, что тот умер.