Шесть из восьми

13 мая. День

– То есть вы тоже поехали на остров в надежде найти свою половинку?

– Конечно, – вздохнула Александра. – Я уже давно не живу с отцом ребенка, мы даже и женаты-то официально не были. Я случайно забеременела, но когда узнала, то не смогла сделать аборт. Вот у вас дети есть?

Вика скривилась от этого вопроса. Достали. Ну неужели нечего больше спросить?

– Нет, у меня нет детей.

– Ой, извините, я просто хотела привести пример, чтобы вы меня поняли.

«Я и так уже поняла, что ты любишь лезть не в свое дело», – со злостью подумала Вика, но ничего не сказала в ответ.

– Я к тому, что осознала, какое это чудо, что внутри меня новая жизнь. И решила оставить ребенка. Мы даже сошлись на какое-то время, когда появился Данечка, но Витя был невыносим, все наши проблемы только усилились, и мы снова расстались. Он иногда навещает ребенка, но нормальных алиментов не дождешься, работает неофициально. Даже судиться с ним пришлось, сейчас вроде платит хоть какие-то деньги да и Даню иной раз забирает, в футбол с ним играют. Так что приходится крутиться одной: на полторы ставки работаю медсестрой, почти без выходных. Хорошо хоть смогла в платную клинику устроиться, все-таки денежек побольше.

– И другим способом вы себе мужчину найти не смогли? – съязвила Вика.

Александра посмотрела на нее с легкой злостью в глазах, но сдержалась, понимая, что со следователем лучше не спорить. Женщины отошли от лагеря и стояли сейчас на берегу озера. До кромки воды, медленно нахлестывающей на камни, оставалось всего несколько шагов. Обе смотрели вдаль, куда-то, где серо-голубая вода сходилась с таким же серо-голубым небом.

– Вы понимаете, как это сложно – устроить свою жизнь с ребенком? – вновь начала жаловаться Александра, пытаясь заработать пару очков по шкале сочувствия. – Да, есть мужчины, которые проявляют ко мне интерес, но дальше встреч пару раз в неделю дело не доходит. Долгое время я и сама старалась никого не приводить в дом, сын для меня главное, и я не хочу, чтобы ему приходилось жить с другим мужчиной. – Попытка набрать очки по шкале «хорошая мать»? – Но сейчас ему уже девять, он взрослеет, и я понимаю, что у него появятся другие интересы, а я не хочу мешать ему своей заботой. Мне всего тридцать шесть, я могу еще наладить свою жизнь. Про проект я от подруги узнала, она тоже в разводе. Попробовали заполнить анкеты. И, видите, мне повезло.

– Я правильно поняла, что у вас завязались отношения с Евгением Карпинским?

Александра громко вздохнула:

– Мне так казалось, но сейчас даже не знаю. Смогут ли продолжиться отношения, которые начались с такого кошмара…

9 мая. День

– Я рада, что ты решил остаться, – произнесла Александра, подходя к Евгению. Он в этот момент разводил костер, готовясь к предстоящему обеду.

Евгений на секунду посмотрел на девушку, а затем вновь продолжил разламывать мелкие ветки.

– Я согласен, что не стоит уезжать с острова из-за пустых страхов, – спокойно произнес Евгений. – Мне здесь нравится.

– Мне тоже, – улыбнулась Александра и взяла одну из веточек, чтобы помочь мужчине. Как бы невзначай она коснулась его руки.

Евгений вздрогнул, это было ожидаемо. По первому их разговору во время утренней прогулки, чуть нескладному, потому что Евгений все больше молчал, Александра поняла, что он не очень-то привык к общению с женщинами. В голове даже мелькнула мысль: а уж не девственник ли он? Нет, определенно, стоит его разговорить.

– А ты до этого ездил куда-нибудь с палатками?

– Уже очень давно, – произнес Евгений, продолжая заниматься костром. – В студенческие годы в лагерь на Селигере.

– И как тебе?

– Селигер очень понравился, а вот жизнь в палатках нет.

Александра почувствовала, что он оттаивает. Надо продолжать.

– А что тебе особенно запомнилось на Селигере?

Евгений отложил веточки и посмотрел в сторону:

– Бескрайняя гладь, тишина, вода чистая очень, за ходишь по шею, а дно видно.

– Да, жаль, что сейчас слишком холодно. Я бы забежала в воду и вперед, до горизонта! – воскликнула Александра.

– Я не умею плавать, – буркнул Евгений и вновь отвернулся к веточкам.

«Бл… На хрен я про это заговорила? – Александра скривилась и сжала зубы, пытаясь подавить разочарование. – Не злиться, а мило улыбаться. Кто же думал, что ты еще больший лох, чем кажешься?»

– Ты знаешь, я сама недавно научилась плавать. Уже после учебы, – соврала Александра, в школьные годы постоянно сбегавшая с друзьями купаться на озеро, когда погода позволяла. – В детстве надо мной все смеялись из-за этого, да и в институте тоже.

– А ты заканчивала институт? – с удивлением спросил Евгений. Но хотя бы в принципе начал задавать вопросы. – Ты же медсестрой работаешь, если я правильно понял.

– К сожалению, пришлось уйти на четвертом курсе, нужно было помогать маме после смерти отца, а у врачей нет заочного обучения. Было очень сложно с деньгами.

На самом деле никакого четвертого курса не было, как и первого, и второго. В медицинский она не поступила ни после школы, ни после медучилища. В чем Александра не соврала, так это в том, что денег учиться платно действительно не было. А потом и желание пропало: работы хватало с головой. Живут и без диплома, и даже замуж вы ходят, а потом сидят на шее у богатых мужей. Вот бы и ей так пристроиться…

– Понимаю, – только и сказал Евгений. Видимо, на тему семьи ему разговаривать не хотелось.

– Эй, мы тут еще веток принесли! – Александра обернулась и увидела подошедших Лилию и Матвея. Судя по всему, эти уже начинают ходить парочкой. Ну что ж… Матвей ей сразу не приглянулся, она даже без каблуков была выше его ростом. Да и инженер на заводе явно зарабатывал меньше программиста. Лилия как соперница тоже отвалится. Хотя на ее лице мелькнула самодовольная улыбка, когда девушка клала ветки рядом с костром, чуть ли не заглядывая при этом Евгению в глаза. Александра подумала, что не стоит ее списывать со счетов. Может, Лиля и другие варианты смотрит. Надю Александра в расчет не принимала: полненькая невзрачная училка вряд ли могла составить ей конкуренцию. А вот Яна пока оставалась темной лошадкой, вообще непонятно, как ее занесло на остров.

– Спасибо, – тихо сказал Евгений, беря хворост у Лилии и сразу отворачиваясь, будто внимание девушки его пугало.

Александра еще раз посмотрела на программиста: вроде и внешность у него нормальная, и работа денежная, но это боязливо-замкнутое выражение, приклеившееся к его лицу, отпугивало. Он будто безмолвно говорил: не хочу никого видеть рядом. Александра еще раз подумала: «Может, стоит все-таки попробовать с Владимиром?»

***

– А какие отношения у вас складывались с убитыми? – спросила Вика, прерывая рассказ про историю любви Александры и Евгения.

– Ну… В целом хорошие. Мы с девочками сдружились, конфликтов не было. Лиля вообще была очень веселая, разговорчивая. С Надей мы, конечно, больше общались, потому что вместе в палатке жили. А вот Лилю с Яной я поменьше знала.

– У вас были мысли, кто мог бы желать ей зла?

Александра напряглась и тут же выпалила:

– А в чем дело? Разве уже не очевидно, что убийца – Марк?

– Пока нет, – пожала плечами Вика. – Марк Шарвин уплыл, но мало ли какие могут быть для этого причины. Забудьте про него. И вообще, кроме его побега, какие у вас еще основания думать, что он к этому причастен?

Александра пожала плечами.

– Ну, он немного странно себя вел. Как-то отбился сразу от коллектива, будто бы ему и не нужно это все. Не пытался никого узнать получше. Да и плюс с Яной они не очень ладили. Знаете, было ощущение, будто его заставили сюда приехать и он рад бы сбежать, но нужно выдержать эту неделю.

– И это все? Какой-то агрессии с его стороны, других отклонений вы не замечали?

– Да нет… Говорю же, если его не трогали, то и он никого не трогал. Я еще Наде советовала к нему присмотреться. Она же тоже довольно замкнутая, глядишь, что-нибудь у них бы и получилось.

Виктория отметила про себя, что Александра и, видимо, Надежда не задумывались о том, что Марк может не интересоваться женщинами.

– Хорошо, – вздохнула она. – Если бы Марк Шарвин никуда не пропал и вы обнаружили два трупа на острове, на кого бы вы в первую очередь подумали?

Вика внимательно смотрела на Александру, но та явно нервничала, думая, что ответить. Наконец, стараясь не поднимать глаз на следователя, она произнесла:

– Если бы речь шла только о Лиле, я бы сказала, что больше всего поводов ненавидеть ее было у Нади.

***

– Надюш, ты чего там одна сидишь? Иди к нам! – Александра заглянула в палатку, где пряталась ее соседка. Та посмотрела в ответ испуганными глазами, будто ее застали за чем-то неприличным, хотя она всего лишь читала. Александра усмехнулась про себя, но решила продолжить изображать заботливую сестричку. По крайней мере, так она легко контролировала бы одну из соперниц. – Ну что ты все с этими книжками? Мы ж сюда за другим приехали, – подмигнула она с улыбкой.

– Да, да, конечно, – заторопилась Надя и вылезла из палатки вслед за Александрой.

– Ну что, все в сборе? – Яна улыбнулась, сощурившись от солнца, чьи лучи резко светили в ее очки. Вся компания теперь сидела у костра. – Мы тут с Лилей посоветовались и решили, что нам стоит поиграть во что-то, что позволит еще немного узнать друг друга.

– Вы всерьез думаете, что сейчас время для игр? – Марк зло посмотрел на всех. – Может, лучше обсудим, что нам дальше делать?

– А какие варианты? – сразу отреагировал Владимир. – Сидеть каждый в своем углу?

– Нет. Я говорю о том, что нам нужно обезопасить себя на эту ночь. Вдруг тот, кто украл фонарь, вернется? – произнес Марк. Его голос звучал уже спокойнее.

– Прилетит и задушит прямо в палатках? – усмехнулась Лиля.

– Прилететь-то не прилетит, вертолет мы бы услышали, а вот приплыть вполне может.

И хотя Марк говорил разумно, Александра тут же прервала его:

– Да что за бред! – Ей совсем не хотелось портить поездку, когда хоть что-то начало наклевываться. – Кому и зачем это нужно?

– Не знаю, – жестко ответил Марк. Когда он переставал истерить, то казался очень даже разумным человеком. – Но я подумал и решил, что нам стоит договориться и оставлять на ночь дежурных. Двоих человек – каждого по три часа, на темное время. С одиннадцати до пяти. Это не так страшно, зато остальные могут спать спокойно.

Александра заметила, как поежилась сидящая рядом с ней Надя. Трусиха.

– На самом деле это не такая плохая мысль, – задумчиво произнесла Яна. – Заодно будет возможность тем, кто захочет, присоединиться к дежурящим и провести время вдвоем ночью у костра. Мне кажется, это довольно интересно.

– Да, Яна права, – поддержала ее Лиля. – Можно составить график дежурств, кто когда, и желающие смогут пообщаться наедине.

– Вообще, у нас для этого отдельная палатка есть, – съязвил Марк, – а я про безопасность говорил.

– Ну хорошо, ради безопасности, – улыбнулась ему Лиля. – Я не против. Думаю, незваных гостей, если не ложиться, мы услышим издалека. Остров крошечный. Ты не возражаешь?

Лиля посмотрела на Матвея, и всем без исключения стало очевидно, что она обращается к нему как к своему парню. «Ого, быстро же они», – мелькнуло в голове у Александры.

– Конечно, нет, – спокойно ответил Матвей. Даже если он и не влюбился еще, внимание Лилии коротышке очень льстило.

– Ну, раз никто не возражает, – громко произнес Владимир, – давайте попробуем.

Александра быстро взглянула на Надю, собираясь спросить, не против ли она. Но слова застряли в горле. Глаза Нади словно остекленели. Она смотрела на улыбающихся Матвея и Лилю. «О как, а училка-то ревнивая», – подумала Александра.

– И кто будет первым? – спросил Евгений.

– Сейчас решим, – захватила шефство Александра, пока никто не передумал. – Предлагаю чередовать. Сначала двух парней, потом двух девушек. – Она быстро обвела всех взглядом. – Пусть сегодня будут Марк и Евгений. Завтра я и Надя. Послезавтра Владимир и Матвей. А на четвертую ночь Яна и Лилия. Все согласны?

– О нет, только не сегодня, – нервно покачал головой Марк. – Я и прошлую ночь толком не спал из-за этого фонаря. Мне что, и сегодня не ложиться?

– Я подежурю за тебя, не волнуйся, – с чувством превосходства произнес Владимир. – Мне не привыкать, за рулем сутки иногда проводил без сна. А ты можешь за меня послезавтра. Или вообще не дежурь, раз тебе так тяжело.

Александра про себя улыбнулась и посмотрела на Марка, ожидая его реакции. Ей нравилось, как Владимир ставит на место этого нытика. И ей импонировала его мужская энергетика. Но также она и не сомневалась, что управлять им будет гораздо сложнее, чем Евгением.

Тем временем Марк глубоко вздохнул и вновь неприятно поморщился. Но, видимо, желание выспаться было сильнее.

– Ладно, давай поменяемся. Я подежурю послезавтра.

– Ну вот и хорошо, что никто не возражает, – примиряюще сказала Александра и с улыбкой посмотрела на Евгения. Кажется, у нее сегодня будет удачный вечер.

13 мая. День

– Значит, это вы предложили сделать такой график дежурств? – уточнила Вика.

– Ну да, – замялась Александра. – Мне казалось, что так будет удобнее. Если бы я только знала, к чему это приведет, я бы никогда не поддержала Марка. Но казалось здорово: можно будет с Женей провести время вдвоем без лишних глаз. По-моему, его очень смущали эти палатки с амурчиками. Да и остров настолько маленький, что всегда кому-нибудь попадешься на глаза.

– Но Надежда была против дежурств?

– Да, она боялась об этом говорить, но, когда мы ложились спать, я ее расспросила, и она призналась, что ей страшно сидеть одной у костра. Ну, я ей сказала, что надо кого-то с собой позвать, и тут она чуть не расплакалась. И призналась, что ей очень нравится Матвей, а он уже с Лилей. Я тогда посоветовала ей обратить внимание на Марка, он явно был пока не при делах. Но хорошо, что она не послушала. Сейчас, по крайней мере, жива.

– А у Марка с Яной или Лилией не возникло симпатии?

– Нет, – произнесла Александра. – У меня было ощущение, что ему очень дискомфортно. А после той первой прогулки, когда Яна его вытащила осматривать остров вместе, между ними какое-то напряжение возникло. И дальше с каждым днем он все больше замыкался в себе. Я даже Женю спрашивала, не говорил ли Марк что-то ему? Но Женя и сам не очень-то общительный, так что, по его словам, они вечером просто молча ложились спать.

– Хорошо… – вздохнула Вика. – То есть, несмотря на некоторые недомолвки, никаких открытых конфликтов в лагере не возникало?

Вика посмотрела в глаза Александре и снова заметила, что та обдумывает, что сказать.

– Вы расспросите лучше Надю. Я слышала, что в один из вечеров, когда я гуляла с Женей, они с Лилей сильно поругались. Но что Надя делала в последнюю ночь, я не знаю. Я ночевала в отдельной палатке с Женей и не видела, во сколько она легла спать.

– То есть и она, и Марк спали по одному и могли вы скользнуть из своих палаток незамеченными… – проговорила Вика вслух, обращаясь уже не столько к Александре, сколько к самой себе. – А вы и ваш спутник спали всю ночь?

Александра на этом вопросе замялась еще сильнее.

– Ну, не только спали, вы же понимаете… Еще кое-чем занимались, а потом уже уснули.

– И из палатки ни вы, ни Евгений не выходили?

– Нет, конечно, я бы услышала, что он вставал. У меня чуткий сон.

– А вы предохранялись? – вдруг спросила Вика, следуя за своей мыслью.

– Что за вопрос? Какое это имеет значение? – резко воскликнула Александра.

– Имеет. Предохранялись?

– Да. – Александра с легкой озлобленностью посмотрела в глаза следователю. – В палатке для этого специально оставили несколько упаковок презервативов.

– Хорошо, – задумалась Вика.

И с мыслью «пора поговорить с Евгением» отправилась искать программиста.

10 мая. Ночь

Евгений проснулся от звонка будильника на наручных часах. «1:59». Мелодия была тихая и противная, как на сотовых времен его юности. Евгений с легкой завистью по смотрел на громко сопящего в соседнем спальнике Марка. Вылезать на холод не хотелось, но ничего не поделаешь. Натянув джинсы на теплое спальное трико, а затем надев куртку и шапку, Евгений высунулся в тамбур. Уже оттуда пахнуло холодом. Кроссовки казались ледяными, когда он натягивал их на ноги и завязывал шнурки. Уже застегнув за собой молнию тамбура, Евгений подумал, что зря не взял ничего почитать. Сидеть три часа у костра было бы как минимум скучно. Ладно, в конце концов можно поизучать правила настольных игр, которые им оставили организаторы. Правда, он никогда эти «мафии» и «уно» не любил: пьяный смех, сопровождавший подобные посиделки на корпоративных выездах, его порядком раздражал.

Когда он подошел, Владимир неподвижно сидел у костра, закутавшись в плед. «Заснул, что ли?» – подумал Евгений, но тот тут же повернулся, будто услышав мысли сменщика.

– Ну наконец-то, два часа, – довольно громко для ночной тишины сказал дежурный.

– Все спокойно? – спросил Евгений, присаживаясь на походный стул.

– Да, никого не видел. – Владимир скинул с себя плед и протянул Евгению. – Накинь, тут очень холодно.

Программист кивнул и взял плед. Мужчины дежурно пожелали друг другу спокойной ночи, и Евгений, проводив взглядом уходящего Владимира, остался в одиночестве у костра. Тишину нарушали лишь крики чаек. Несмотря на холод, это место действовало на Евгения как успокоительное. Те мысли, с которыми он ехал в Карелию, не казались теперь важными. Ему просто хотелось смотреть на гладь озера, дышать воздухом с легким запахом хвои, наблюдать за пламенем, освещающим ночную темноту. В конце концов, он не обязан выполнять задуманное. Но, с другой стороны, неужели он зря проделал весь этот путь?

Евгений протянул руки к костру, чтобы погреться, но пламя было совсем слабым. Видимо, Владимир не сильно утруждал себя подбрасыванием дров. Евгений подошел к укрытой брезентом поленнице, стоящей в паре десятков метров от костра, и взял несколько деревяшек, но тут же вздрогнул от шороха. Сердце бешено заколотилось: кто здесь мог быть? Неужели?.. Борясь со страхом, но одновременно терзая себя надеждой, он оглянулся и в отсветах тлеющего костра увидел женскую фигуру. Нет, конечно, нет. Иначе все было бы слишком просто… У костра стояла Александра. Никак не хочет оставить его в покое.

– Я решила, что тебе скучно будет сидеть одному, – улыбнулась девушка, когда Евгений подошел ближе. – Ты не против, если я составлю тебе компанию?

– Нет, конечно, – соврал Евгений. И вдруг подумал: а может, и не так плохо, что она им заинтересовалась? Это, конечно, не то, что он планировал, но что, если результат окажется еще лучше?

Евгений опустился на складной стул возле костра и подбросил в него веток. Александра села рядом, ближе, чем ему хотелось бы. Слишком близко… Она взяла кусок полена из его рук и как бы случайно коснулась пальцами запястья. Ее руки были теплыми, несмотря на холодный вечер. Она тоже сидела в куртке, волосы были небрежно распущены, а на лице не осталось дневного макияжа. В этот момент Александра показалась ему беззащитной девочкой, такой же, как его младшая сестра, а никак не охотницей за мужем, которой она предстала перед ним в первый раз. Его всегда пугало, когда женщины начинали вести себя агрессивно, предлагать что-то, настаивать на своем. Будто все считали его за дурака, который сам не знает, чего хочет. От таких он сбегал, подозревая, что ничего хорошего из этого не выйдет. Пока не появилась другая… Может быть, он и влюбился тогда так сильно, потому что она слышала и слушала его. Он готов был терпеть все, лишь бы она была рядом. А потом оказалось, что ей нужно совсем другое. Совсем…

– Так хорошо просто молчать… – Евгений очнулся от воспоминаний и увидел, что все еще держит в руках деревяшку, а пальцы Александры нежно поглаживают его ладонь. Ее глаза были прикрыты, и она слегка откинула голову назад, подставляя лицо бледному свету луны, пробивающемуся сквозь облака.

– Да, – произнес Евгений. Наверно, нужно было продолжить разговор, но он не знал, что еще ответить. Пусть придумывает сама, раз уж пришла.

– Расскажи, о чем ты мечтаешь ночью, когда сон не идет.

Евгений подавил желание сказать правду. Нет, это останется только с ним, пока, по крайней мере.

– Как и все, наверно, мечтаю о жене, детях… – решил он подыграть.

– А какой должна быть твоя жена? – спросила Александра, открывая глаза и поворачиваясь к нему, так что ее лицо оказалось очень близко, и он почувствовал теплое дыхание на своей холодной коже.

– Она должна меня любить, – твердо произнес Евгений и повернулся к Александре. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза, а потом девушка резко обняла его и прикоснулась губами к его губам. Отвратительно! Евгению хотелось плеваться, когда ее язык во время поцелуя попытался залезть к нему в рот. Он ненавидел это ощущение, поэтому зубы так и не разжал. Александра удивленно отстранилась.

– Извини, не люблю целоваться с языком, – пояснил он. – Можно я тебя просто обниму?

Александра еще раз безмолвно замерла, но тут же улыбнулась:

– Да, конечно, как скажешь.

Евгений чуть неуклюже погладил ее по плечу, но толстая подкладка куртки не давала почувствовать тело. А ему безумно захотелось сейчас прикоснуться к ее коже. Рука скользнула вверх, и он дотронулся ладонью до обнаженной шеи. Девушка чуть вздрогнула, а ему вдруг стало очень спокойно: он почувствовал под пальцами ее пульс. Евгений прикрыл глаза и на секунду представил на ее месте другую. Возбуждение покатилось вниз, и он ртом вдохнул холодный воздух, пытаясь его остановить. Нет, еще рано, слишком рано.

13 мая. День

– Какие у вас отношения были с погибшими? Евгений, не отводя взгляда от темно-коричневого пятна на тенте чуть сбоку от Вики, произнес монотонным голосом:

– У меня не было с ними никаких отношений. У нас как-то сразу сложилось с Сашей, и на других девушек я внимания не обращал.

– Любовь с первого взгляда? – усмехнулась Вика.

– Не знаю… Она проявила интерес, мне это было приятно. И захотелось узнать ее получше. Вот и все. Разве не за этим мы сюда приехали?

Евгений наконец посмотрел Вике в глаза, но как-то исподлобья. Она поняла, кого он ей напоминает. Теленка из старого советского мультика, которого воспитывал волк. «А то все мама да мама» – любимая фраза всплыла в голове, и Вика не успела сдержать улыбку, но Евгений, видимо, подумал, что смеются над ним, и еще сильнее набычился. А ведь он обладал достаточно красивыми правильными чертами лица, но это выражение, затравленное и агрессивное одновременно, все портило, так что сразу хотелось держаться от него подальше.

– Вам лучше знать, – собралась Вика. – Очень радостно слышать, что хоть у кого-то в этой истории сложилось. Но давайте вернемся к обстановке в лагере. По вашим ощущениям, у кого-то был повод желать смерти погибшим?

Евгений вновь покачал головой, но как-то слишком много и часто, будто у него начался тремор. Вика напряглась: что-то он не договаривал.

– Они обе казались очень добрыми, – все так же, чуть трясясь, произнес программист. – Всегда старались помочь. Не знаю, кто мог бы желать им зла.

– А Марк Шарвин? Вы же жили с ним в одной па латке и больше всего общались. Вы верите, что он мог их убить?

Евгений вновь уставился на пятно и будто остекленел. Секунд двадцать он сидел не шевелясь и наконец произнес:

– Я не знаю, кто еще кроме него мог это сделать.

– Но до той ночи он не проявлял негатива к ним?

Глаз собеседника дернулся. Резко, как при нервном тике. Вика вновь подумала, что за монотонным голосом и вымученными фразами скрывается сильнейшее волнение.

– Мне кажется, ему не нравилась Яна.

10 мая. День

– Будешь со мной? – спросил Марк, забираясь в па латку. В руке он держал бутылку вина и штопор.

Евгений приподнялся в спальнике и покачал головой:

– Не хочу, тем более еще только обед.

– Ты ж сам говорил, что самое время поспать после бессонной ночи. А мне без вина здесь не спится, – с тоской в голосе произнес Марк. – Вчера хоть вырубился с вечера, но слышал, как ты вернулся в пять утра, и больше так и не улегся. Сейчас срубает.

– Может, так заснешь?

– Нет, не получится. Хочу вина, мне всегда помогает. Марк осторожно снял с горлышка этикетку, сел на свой спальник и зажал бутылку между ногами. Аккуратно приставил штопор, завинтил его и, подняв плечики, резко выдернул пробку. Несколько капель красного попало ему на руки. Не боясь грязи, он слизнул вино с ладони языком. Евгения передернуло.

– Точно не хочешь? – протянул Марк бутылку.

– Точно, – покачал головой программист.