НАМ ШЕПЧУТ АНГЕЛЫ. Поэтический сборник

Верь в Домострой наставников – святителей!

Свой статус не оспаривай. Прими!

Ведь в будни или в праздники великие,

Пока мы благодарно чтим родителей,

Для мира мы останемся детьми.

Со свиданьицем!

Убежало время летних вечеров.

Здравствуй, Осень – умница, красавица!

Всех учителей и школяров —

Со свиданьицем!

В добрый час! Ученики!

Сняты шлёпанцы и кеды.

Календарно – без поблажек,

дорогие непоседы,

убежало время пляжей,

пряток и велосипедов.

Удивлённо опустели

перед домом карусели…

Видя банты и букеты,

двор задумчиво притих.

Сентябрём сменилось лето!

Наступил серьёзный миг

расписания и книг.

Дни учебной дисциплины

переменят ваши планы.

Кроме зуммеров мобильных

ожидаемы, желанны

будут школьные звонки.

Таинством уроки станут…

В добрый час! Ученики!

Дом детства

Дом детства – это он:

И колыбель, и крепость.

В нём правды камертон

И право на нелепость.

Плетутся тени крыш

По дворовой поляне,

Здесь отрок и малыш —

Мы все его дворяне.

Он помнит наизусть

Все прозвища и лица.

Ах, ностальгия-грусть,

Не надо торопиться…

Он в мыслях о святом.

Теплее нет на свете,

Чем этот детства дом,

Где мы – навечно – дети.

Стоит вспомнить

Мне осенним листком в чужедальних краях

Суждено отправлять откровенные строки.

Знают только мой дом и Отчизна моя:

Им меня не предать, мне не быть одиноким.

Мне давно на заре не поют соловьи,

И верба над рекой не зовёт искупаться.

Где-то в дальнем дворе бродят мысли мои —

С малолетним со мной не хотят расставаться.

Счастье, видимо, в том, что не надо искать

Ни звезды, ни креста на крутом повороте.

Стоит вспомнить мельком, как умела мечтать

Только девочка та – из подъезда напротив.

И куда б ни тянул груз погон на плечах

Через прозу и стих, здравый смысл и нелепость,

Всё, что в сердце вдохнул дома тёплый очаг,

Согревая, хранит нашей памяти крепость.

Мы-боль и радость наших матерей

Таким Создатель видит мир людей

С момента непорочного зачатья:

До адских мук и крестного распятья

Мы – боль и радость наших матерей.

Ни песней, что заводит соловей,

Ни Кобзаря Великого виршами

Не передать таинственности всей

Тех колыбельных, что звучат над нами.

Не забывайте, Саша и Андрей:

Нет искренней, чем матери объятья!

В любых лохмотьях и пасхальных платьях

Мы – стыд и гордость наших матерей.

Все до единого (патриций и плебей),

Каков бы ни был пол, гражданство, раса,

От всех начал до рокового часа

Мы – слёзы и надежды матерей.

Признаются Лука, Иван, Матвей,

Что лишь Святое Бытие нетленно.

Все – проходящее… А это неизменно:

Мы – плоть и вера наших матерей.

Когда уходим в школу на занятия

Или знакомим с девушкой своей,

Когда спешим на помощь младшим братьям,

Мы – утешение и силы матерей.

Поляк, индеец, русский и еврей,

Оспаривать и отрицать не надо!

Мы – справедливость наших матерей,

И выше – лишь Божественная Правда.

У всех на этом Свете сыновей

Свой путь любви, познания и счастья,

Но даже воскресая от распятья,

Мы – боль и радость наших матерей.

Наша погремушка

К вечеру устала наша погремушка,

Щечкою прижалась и сопит в подушку.

В маленькой ладошке – кончик одеяла.

Приютившись в ножках, кошка заурчала…

Вижу с умилением, как дочурке снится

В ярком оперении дивная Жар-птица…

А конек – посланник маленького принца —

Прокатиться манит в звездной колеснице.

Барби, супермены – клиповое племя…

На часах волшебных – замершее время!!!

Тортов и пирожных вкусное соседство…

Сладкий сон – он тоже продолжение детства.

Сказка сновидений: так легко и зыбко…

То, что не сумеет золотая рыбка,

Все исполнит фея с маминой улыбкой.

Акрозагадки для маленьких

Крючками рожки тонкие,

Округлые глаза.

Звучат копытца звонкие,

А звать её … (коза)

Лугами бродит в травах

И прячется в лесах,

Сама хитра – лукава,

Ах, кумушка – … (лиса)

Кто всегда во тьме живёт?

Роет норки, корни рвёт.

Он – не кролик и не кот.

Тонкий хобот носит… (крот)

Желтобрюхая лягушка,

А в траве заметна слабо.

Берегись, комар и мушка,

А не то проглотит … (жаба)

Сутулая, пернатая, лесная:

Охочие глаза и с клювом голова.

Весь день – в дупле слепая,

А ночью очень зоркая … (сова)

Шерсть мохнатая на коже.

Мухи, пчелки – не похожи.

Есть в нем важность короля.

Лучше буду осторожен

Я в присутствии … (шмеля)

Страны богатство

Помните, братцы!

Для каждой страны

дети: девчонки и пацаны —

это богатство

безмерной цены!

Детство не оцифровать

Может, посторонним не понять?!

Я сейчас похож на идиота.

Улыбаюсь карточному фото…

Детство наше не оцифровать!

Там – хоть понедельник, хоть суббота:

Карусели, школьницы, ситро,

Велики, индейское перо,

Пляж, каток, соседскаябосота…

Но, увы, у времени – работа:

Медь волос менять на серебро,

И, стремясь утраты оправдать,

Негатив из памяти стирать.

Фотка – это маленький привет

Из поры, где страсти и сомненья,

Где струится негасимый свет,

И откуда веет ощущением

Веры в то, что где-то в мире есть

Девочка из дома двадцать шесть,

У которой скоро день рожденья!

И хотя бытует утверждение,

Что влюбленность детская напрасна —

Эта мысль крамольна и опасна

Для любой среды, и воскресенья

Муз огня надежд, и вдохновенья.

С кафедры моих почтенных лет,

Если просто верить документам,

Стать давно пора интеллигентом,

Коль уже объехал целый Свет,

И читаешь лекции студентам…

Но хотелось как-то не об этом…

С детства до сегодняшнего дня

(Как бы ни случалось одиноко),

От греха и слабости храня

И в любви спасая от порока,

Эта одноклассница меня

Всё влечёт в прекрасное далёко…

Сила государства

Забавных несмышлёнышей-детей

(сыночков и любимых дочерей)

цветами жизни называют часто.

Однако же, при всём земли богатстве

цветочки не родятся без корней.

Тепло страны и сила государства —

в родительстве отцов и матерей.

***

Пусть вьётся поколений серпантин!

Чтоб за Отчизну сердце не болело,

Для ветеранов и отцов – святое дело:

Из мальчиков-юнцов растить мужчин.

У школьного порога

Верстки строк и версты дальних мест,

Где на сапогах то блеск, то кровь…

То в строю, то как в трясине шест,

Я искал путей в страну чудес,

где в достатке радость и любовь…

А душа сюда стремилась вновь.

Будь на ней асфальт, брусчатка, шерсть

Или бархат праздничных ковров…

Вряд ли для меня на свете есть

Более счастливая дорога,

Чем вот эта дюжина шагов

У родного школьного порога.

***

Пусть на видном месте в кабинете

(Над классною широкою доской)

Хоть в сотый раз меняются портреты,

На коих продуцирован правитель,

Но пусть вовек не знается с тоской

Наш добрый Бог по имени Учитель.

Наш детский мир

Наш детский мир – совдеповским глотком

оставил привкус скромненько и мило.

Нас грели зимы горкой и катком.

И шевелилось задничное шило.

Нам (пацанам) на ум не приходило:

чтоб вход в подъезде – с кодовым замком?!

От съезда к съезду заседал партком…

Ещё начальство жило не на виллах —

в единстве с Партией была народа сила.

На всех хватало хлеба с молоком,

и никого зараза не косила.

Система нас бросала в лагеря

на срок до трёх недель на радость лету.

Сквозь лес из репродукторов «Заря»

неслась, как фон к речёвкам и куплетам.

Незабываема та острота сюжета,

когда девчонок наших и ребят

под песни и уже полураздетых

к речной купальне вывели отряд.

Чтоб, лихо сбросив шлёпанцы и кеды,

безудержно плескаться и нырять

до синих губ! До одури – победы!

Потом звучал суровый приговор

вожатых с воспитателями строго:

«Всем – из воды! Рассесться на бугор!»

А мы в ответ: «Ещё чуть-чуть… Немного!»

И не было ни ангела, ни бога,

чтоб заглушить такой молельный хор.

А где-то ждал соскучившийся двор

и школьная по осени дорога…

А дальше – военком и прокурор-

вся прелесть жизни – в будничных тревогах.

И бесконечно – взрослый разговор.

Удачное фото

Вижу своё удачное фото,

от удовольствия млея…

Вряд ли способны любить кого-то

те, кто себя не ценят.

Андрюша и Дед Мороз

Так начинались стихи и проза

в саду «Берёзка» под ёлкой…

Был я совсем не ребёнком…

А в свите Деда Мороза —

маленьким медвежонком.

Но верил, что стану когда-то

шофёром или солдатом…

И только теперь я знаю:

Всё Дед Мороз исполняет,

о чём мечтают ребята!

Не стесняйтесь правду говорить

Не теряйте время понапрасну.

У него безудержная прыть.

Звёзды загораются и гаснут.

А глаза любимых так прекрасны…

Не стесняйтесь правду говорить!

Не пеняйте на нужду и нервы!

Даже в том, что подло и грешно,

Не пугайтесь повиниться первым!

Вам не зря, как избранным и верным,

Право слова господом дано.

Даром, как божественным твореньям,

Честь не для обмена на гроши

Послана из-под венца терпенья!

Даже там, где мучают сомненья,

Правда – во спасение души!

Чтоб не быть заложниками чёрта,

В рапортах-отчётах для элит

Не скрывайте истинных расчётов.

Пусть вокруг беснуется болото,

Не пытайтесь правду утопить!

С правдой жизнь добра и благородна,

Словно созидательная нить.

Только разорвать её несложно.

Потому, пока ещё не поздно,

Не стесняйтесь правду говорить.

Не поселится детство

Мне не надо зелёного чая,

Мармелада и мятных конфет!

Я сегодня, по Шостке скучая,

Вспоминаю деснянский рассвет.

Жизнь-река (половодье мгновений)

То бурлит, то уносится в глушь,

Умостив из камней преткновений

Путь в купель омовения душ.

Древний месяц плывёт в бесконечность…

Для Руси он – святой оберег,

Где посеяли Веру и Вечность

Ольга, Игорь и Вещий Олег.

На душе, как и в суетном мире,

Всё изменится, время придёт…

Но уже в коммунальной квартире

Не поселится детство моё.

Я останусь бродячим расстригой,

Пролиставшим «застой» и «отстой»…

И устало над прожитой книгой

В мыслях месяцу крикну: «Постой!»

Знаю: жизнь промчится чудным мигом,

Сколь бы ни был норов мой упрям.

Верю не барыгам и расстригам,

Верен не царям, а алтарям!

Веруй

Мне когда-то сказали: «Андрей,

небезгрешны погоны и троны!

Веруй в святость родных алтарей,

даже если срывают иконы…»

По задумке Творца и Спасителя,

в бесконечности человечества

нам земля с очагом обители,

как и наши предки, родители —

воплощенный образ Отечества.

Можно место прописки сменить.

Быть с любимой возможно в разводе!

А Отечество – ни изменить,

ни забыть… Даже в дальнем походе!

Одним Отечеством дышу

Я лишь однажды присягнул народу

И клятвопреступлением не грешу.

Меняются правительства и мода,

А я одним Отечеством дышу!

Моё Отечество – вне времени и Власти!

Оно по-прежнему и дышит, и поёт.

В СССР я молод был и счастлив,

И пусть планету раздирают страсти,

Всегда в душе Отечество моё!

Я с гордостью его останусь частью!

***

Родства не помнят только те,

Чей разум спесью затуманен:

Лжецы, глупцы и басурмане!

Им места нет ни в Правде, ни в Мечте.

Страны не знаю лучшей

Я не боюсь прослыть «совком»,

Но с детства не приучен

Шептать об истинном тайком!

Страны не знаю лучшей,

Чем та, где предков души!

Где материнским вскормлен молоком!

Не мартовский блудный кот

Утопает в лазури тишь.

Это март беззвучно уходит.

В ожиданье весенних мелодий

смирно замер сухой камыш.

Солнце дарит миру лучи.

Согревает луг и пригорок!

Отступает холодный морок,

собиравший силы в ночи.

Край, где щедро озарена

благодатным, радостным светом

мать для воинов и поэтов —

Русь – родная моя сторона!

Замолкают тоска и грусть.

Забываю чужбин пейзажи…

С тихой песней (с повинной даже)

я к тебе возвращаюсь, Русь.

Где валюта твёрже рубля,

врут моря про воли безбрежность!

Ведь твою суровость и нежность

не найти на чужих полях!

Ты не верь, что я на чужбинах

предал Веру и свой народ.

Я – не мартовский блудный кот,

я, скорей, заплутавший инок.

В лугах Костромы

Лето. Моросят дождями воды,

Возвращаясь в лоно Костромы.

Слава Небу за часы и годы

Счастья – без сумы и без тюрьмы!

Как же я богат на свете этом!

И не нАжил кровного врага.

Скромно, но в цветах весной и летом

Костромы холмистые луга.

Избы прижимаются к пригорку,

Провожая утомлённо век,

И смиренно грезят втихомолку:

Бог сберёг – не бросит человек.

Правдой дышат ельник и болото,

А вдали всё так же поутру

Городских многоэтажек соты

Пчёлок превращают в мошкару.

Зря искушает

Зря искушает волю смуты грех.

Бессильны ересь и раскольничества враки!

Им не опошлить дух и веру тех,

Кто Лавру чтит, и царственный Исаакий!

Дело – табак… Вологодский кабак

Рассвет умылся в облаках

над летней ночью скоротечной.

Ширь вологодская близка!

Но в ней ни птиц, ни ветерка…

В окне мелькает поезд встречный.

Опять товарный прёт состав

по старой северной железке.

Снеся пейзажи сонных трав

и дрёму тихих перелесков,

он мчится к западу стремглав…

С заплечным штопаным мешком,

с мечтой и жаждущей утробой,

покинув тёплый отчий дом,

здесь Ломоносов шёл пешком,

России преданный до гроба!

А нынче… В чушках, кругляком,

в цистернах по усталым шпалам

за баксы, евро, чёрным налом

страну вывозят с ветерком…

К портовым тащат терминалам.

Что ж… Зря взывая к воле братства,

хрипел поэт, как злой бурлак:

«Хорош!!! Предел! Дела – табак!

Иссякнут русские богатства!»?

Но продолжал гулять кабак!

Град Петра

Отмолен в лаврах каждый грех

его строителей Великих,

создавших крепости и лики

в лугах и топях Невских рек…

Маяк воздвигших Мариинский!!!

Геройски терпит Град Петра,

когда его красу святую

попсой похабною шнуруют…

И приблатненно доктора

похмелье публики врачуют.

Он слышал оды, приговоры,

в парадных скрипах звон посул

и деловых проспектов гул…

Где в серость крашеной «Авроры»

сигнальный выстрел утонул.

Я-не грибник

Я не грибник, не травник, не рыбак

И на продажу кофты не вяжу.

Но я рыбачу и в лесу брожу,