- -
- 100%
- +
–Давай домой дуй, нечего шляться по таким клубам, – строго велел я, надеясь, что Альбина прислушается. Для перестраховки проследил за ней, проводя взглядом, но вроде бы, она и правда была здесь одна. Слава Богу! Не хватало еще, чтобы она впутала мою дочь!
Я спустился на цокольный этаж, меня снова провели по коридору, который давил серостью и нагнетал обстановку. Как в американском кино, промзона, где тебя сейчас закатают в бетон и поделом.
Милас уже был в кабинете Гасанова. Они оживленно болтали, попивая дорогущий виски.
–Давид, присоединяйся! – махнул рукой Роман Георгиевич, приглашая меня сесть за стол, и тут же наполнил мне бокал.
–Отличного ты парня мне привел. Сработаемся, однозначно. Но учтите, даю на снос две недели. Ну там, организуете все. Всех детей с вещами на выход, утиль, уборка… Через две недели площадка должна быть готова под застройку, – довольно спокойно, но, в то же время с некой угрозой, сообщает новые сроки Гасанов.
–Тебе удалось договориться? – с каким-то удивлением, набрав полные легкие воздуха, готовясь облегченно выдохнуть, когда Милас даст мне положительный ответ.
–Обижаешь, Давид Борисович. Конечно удалось. Здание по документам официально признано аварийным. Кроме того, государство с половины финансирует мне постройку нового детского сада в этом районе, – и да, я с облегчением выдохнул, что вопрос с Альбиной решился. Но рано радовался.
После посиделок, Гасанов попросил меня задержаться.
–Ты хороших и нужных людей знаешь, Кирсанов. Мне нужен такой человек как ты. Предлагаю партнерство, – я, конечно, был удивлен такому предложению. Но вряд ли такие люди, как Гасанов, подобными предложениями разбрасываются по доброте душевной.
–Отказов, Вы, конечно же, не принимаете?
–О чем речь, Давид? Или ты забыл, что у меня есть короткометражка, где ты трахаешься с англичаночкой?
–Такое забудешь, – не успел я договорить, как в кабинет вошел сын Гасанова, подталкивая перед собой Альбину.
–Какого хрена? Я думал вопрос исчерпан, – возмутился я, с ужасом глядя на Романа Георгиевича.
–Ну, сейчас решается вопрос радужного будущего двоих влюбленных, – криво усмехается Гасанов, протягивая сыну конверт. К моему удивлению, там две путевки в Таиланд. Альбина, как дурочка начинает радоваться, хлопая в ладоши. Вот всегда задавался вопросом, это в крови у баб? С детства заложено на генном уровне? Продаются за плюшки-безделушки. Мало эта дурында по миру с родителями катается?
–Папке я сообщу, не бойся, так что хорошего вам отдыха. Брысь отсюда, – с наигранной любовью произносит Роман.
–И не Дай Бог Горячев узнает, где его дочь. Ему полезно немного напрячься. Все-таки неустойка, все дела…– предупреждающе тыкает в меня пальцем Гасанов.
–А как они полетят? Ей восемнадцати нет, без родителей ее никто не пустит.
–Я, по-твоему, дурак ее чартерами отправлять? Все схвачено, Кирсанов, – угораздило же меня стать у этого урода мальчиком на побегушках.
–Я не обижаю женщин и детей, Давид. Спасибо за помощь. Пока свободен. Как к делу приступим и когда понадобишься, я свяжусь с тобой.
–А может будет какой-то контракт? Оговорим сроки моей верной службы Вам? – с нескрываемым недовольством, даже позволив себе хамить, спрашиваю я. Гасанов только посмеялся.
–Обещаю не эксплуатировать тебя до конца твоих дней. Да и мои, вероятнее, истекут раньше твоего. Но я уверен, когда мы закончим, тебе понравится и ты сам захочешь остаться.
Глава 4
Когда спустя неделю Альбина не появилась в школе, во мне и Лерке проснулись детективы. Не знаю кто у нас был Шерлок, а кто Ватсон, но мы четко решили выяснить, что с подругой.
После школы, без предупреждения мы решили поехать к Горячевой и встретили ее прямо у подъезда, с Вадимчиком, чемоданами, разъяренным отцом и заплаканной мамой.
–Че это они? – шепчет Лерка, ухватившись за мою руку. Мы стояли в стороне, не решаясь подходить ближе и вмешиваться в семейный скандал.
–Может Алька решила свалить к Вадиму? – так же шепотом отвечаю я.
–Глянь, что-то она загорелая такая.
–Ну да, только наш русский народ уходит на больничный, а выходит отдохнувший и загоревший, – на этот мой комментарий Лера негромко хохотнула.
–Может домой поехали? Все нормально с ней, по-моему, Альбина в своем репертуаре, подмечает Лера и я, пожалуй, готова с ней согласиться. Явно было, что она не болела вовсе, а просто прогуливала школу со своим хахалем и теперь получала люлей от предков.
На следующее утро, Горячева таки заявилась на уроки. Мы с Лерой делали вид, что таим глубочайшую обиду. А сами с нетерпением ждали всех объяснений с подробностями.
–Так, курочки, я поняла, в чем дело, – шумно выдыхает Аля, собираясь с мыслями перед тем, как выложит нам всю правду-матку.
–Я не болела. Была в Таиланде.
–Что?! – в один голос вопрошаем мы с Лерой, разинув рты от удивления.
–А ты не могла сказать нам правду? Зачем было врать?– возмущенно фыркаю я, не понимая совершенно поступка своей подруги.
–Все вышло очень спонтанно. Папа Вадика подарил нам путевки в тот самый вечер, когда я осталась в клубе.
–Щедрые подарки, однако, – закатив глаза, Лера отвернулась от одноклассницы, демонстрируя всем своим видом незаинтересованность.
–Мы в ту же ночь вылетели. Роман Георгиевич сказал, что предупредит моих родителей, но когда я сама позвонила папе уже с аэропорта, такого наслушалась… Что решила послать всех и вся к черту и абстрагироваться.
–Ну да, я бы тоже наслушалась. Вышла за хлебом, а вернулась через неделю, – язвительно с ухмылкой комментирует Лера. И на этот выпад Альбина уже отреагировала своим недовольством.
–Слушай, Лера, мне хватило того, что мне отец устроил. И дешевкой меня продажной называл и дурой наивной, уверял, что меня в том Таиланде продадут в рабство тапки в пыльных подвалах шить, что мой Вадим, как и его отец жестокий мерзавец только попользуется мной, а я тупая малолетка развесила уши и расставляю ноги.
–Серьезно? Прямо так и говорил? – удивляюсь я услышанному. С одной стороны, будь я родителем, так же бы орала на свою дочь, особенно если бы она вела себя как Альбина. Ну, может теперь они будут за ней тщательнее присматривать.
–Да, так и сказал. У них там с отцом Вадика какие-то терки в бизнесе, вот он и псешит.
–Ну так, а нам зачем врала?
–Ну, Лера, ну по любому бы узнали все в классе. И присоединились к словам моего папы, что я себе путевку эту насосала, и тому подобное.
–Ха-хах, дружный класс, говорили они мне… – с иронией усмехаюсь я.
–Ну сейчас-то все нормально?
–Да. Я под бессрочным домашним арестом. Папа лично привозит и забирает меня со школы, у меня ограниченное время на интернет и телефон и чудо, что у меня не синяя от ремня задница, – с удрученным видом бубнит Альбина, но после этой фразы мы все дружно рассмеялись, даже сама Алька.
–Зато в Таиланде с Вадиком побывала, – подмечаем мы, обнимая свою непутевую подружку.
А дальше все было стабильно спокойно и монотонно. Учеба, друзья, тупые подкаты Русика, школьная дискотека перед Новым годом… Русик попытался меня поцеловать, и я теперь стала его избегать. Мне нравилось с ним общаться вне учебы, в интернете, но почему-то его поведение раздражало меня в школе. Пижонство, попытки выпендриться перед девчонками класса. Этот шаблон поведения не соответствовал моим требованиям.
Новый год меня приглашала праздновать к себе Лера. Говорила, что они отмечают в семейном кругу, но ей разрешили пригласить подругу. Но опять же в силу того, что мне придется видеть Руслана да и того, что я заранее спланировала как отмечу этот праздник, я отказала. Мы с родителями поехали в Самару! И зимние праздники я провела со своими старыми друзьями, по которым, если честно, тосковала уже меньше. Я стала пускать корни на новом месте, в Москве, которое уже и не так ново для меня было. Чем я не москвичка-то?
А в феврале мы и так должны были круто провести время с Лерой! И не где-нибудь, а в Нью-Йорке на неделе моды! Как оказалось, мама Леры успешный дизайнер, у нее сеть бутиков и несколько своих мастерских по пошиву одежды. Потому она не пропускала ни одного показа.
–Я обязательно поговорю с мамой! Уверенна, ей понравятся твои рисунки! – уверяла меня Лера, когда увидела мои эскизы и узнала, что я планирую постичь именно эту профессию, поступить в ИСИ (институт современного искусства) и стать известным дизайнером одежды под собственным брендом.
Ну и Лерке пришлось уговорить маму взять ее с собой. Моя же мама, пожертвовала ради меня неделей моего обучения в школе, под предлогом того, что я должна познавать мир современной моды и наматывать на свой рыжий локон, если хочу связать с этим жизнь.
В самый последний момент у моей матери не получилось отпроситься с работы, потому я полетела в сопровождении отца. И, конечно же, ни на один показ он со мной не пошел. Все занимался какими-то своими делами.
–Хеллоу, Кэчшрин? Вейтинг фор ю на показе в сикс оклок, – с дурацким смешком говорит мне в трубку Лера. Они с семьей остановились в другом отеле, потому мы пересекались только на показах и мама Леры, нянчилась с нами двумя, как пионервожатая. Папкам, было далеко не до нас и нашей моды. У каждого свой бизнес, свои дела.
–Ес овкорс, мисс Валери, – с таким же задорным смехом отвечаю я подруге, сбрасывая вызов.
–Пап! Мне на шесть сегодня нужно ехать. Снова без тебя? – отвлекаю отца, сосредоточившегося на чем-то в своем ноутбуке.
–Ну что мне там делать? Я совершенно ничего не понимаю в моде. Поймаешь такси? Сколько тебе денег дать? – вот такие они, папы. Всегда готовы откупиться, лишь бы не делать то, что им не нравится.
Я быстро собралась, и вышла немного раньше, чтобы пройтись и осмотреться. Конечно, увидеть Нью Йорк я мечтала в период Рождественских праздников, но и так сойдет.
Заскочив в кофейню, прикупила себе смачный хот-дог и большой стакан капучино и со спокойной душой могла отправиться на шоу.
Увидев среди кучи машин желтенькую с черным, я выбежала на дорогу и махнула рукой.
–Такси! – но, что за хрень? Кажется, это “такси” не спешило останавливаться. Я собиралась отскочить назад на тротуар, но феерично поскользнулась на каблуках, с мясом выламывая один, и грохнулась на асфальт. То, что это было не такси, я увидела, по значку авто, когда оно затормозило перед самым моим носом.
–Козел холмогорский! – заверещала от ужаса я, уже почти попрощавшись с жизнью.
–Are you o’key? – слышу сквозь свою ругань вопрос мужчины, понимая, что этот он ко мне обращается.
–Лондон из зе кэпитал оф Грейт Британ! – резко отвечаю ему я, давая понять, что по-английски я ни бе, ни мэ, ни кукареку.
–Понял. Про “козла холмогорского” тоже понял, – вдруг слышу, как водитель машины, которую ошибочно приняла за такси из-за характерной окраски, говорит на родном русском. Небось мое красноречие и знания русского мата он тоже оценил. Поднимаю на него голову, и заливаюсь краской со стыда. Было бы не так неловко, если бы он дальше “спикал” на своем английском.
–Простите… – мямлю я, зажевывая все свои слова в густую кашу. Смотрю на этого мужика и лужицей растекаюсь по асфальту, забыв и про боль вывихнутой ноги, и про сломанный каблук, и про то, что чуть не стала котлетой посреди дороги.
–Сильно ушиблась? – спрашивает он, присев возле меня? И схватив руками за лицо, осматривает. А я смотрю на него и оцениваю. И попутно думаю, не ударилась ли я часом головой при падении, потому что вылетели все мысли, кроме одной, вихрем закрутившейся в моей голове. Мысли об этом незнакомце.
–Земля вызывает прекрасную незнакомку, – сквозь свои мысли слышу голос мужчины, обращенный ко мне, и он щелкает пальцами у меня перед носом. Словно выходя из ступора, я возвращаюсь к этой нелепой ситуации, которая собрала вокруг нас кучу зевак.
–Не сильно, ногу подвернула, – поморщив нос, тянусь к своей ноге, потирая лодыжку, сжатую замшевым сапогом, который, к слову, теперь придется отправить в утиль из-за сломанного каблука.
Внезапно и неожиданно для меня, мужчина подхватывает меня на руки и я невольно обвиваю его шею руками, и только теперь замечаю кровь, на своих руках, которой испачкала ворот его рубашки, выглядывающей из под зимнего пальто, и его лицо.
–О, Боже, кровь! – в панике начинаю кричать я, руками пытаясь найти на себе источник крови. Но вообще я не чувствовала прямо такой боли, чтобы предположить, что серьезно что-то повредила. Но все же испачканной рукой я касаюсь своего лица, носа, зубов, провожу рукой по волосам. Вижу, тревогу и в этих серо-голубых глазах незнакомца, который не меньше моего разволновался. Ну конечно, разве нужны человеку в такой дорогущей одежде и на такой машине, проблемы с пострадавшей девицей, которая бросилась ему под колеса.
–Тише-тише, – успокаивает меня мужчина и усадив меня на капот своего желто-черного автомобиля, резко ловит меня за одну руку.
–Вот твоя “кровь”. Никто кроме твоего хот-дога не пострадал, – на его лице появляется тень улыбки, осторожная и мягкая. Но эта улыбка заставляет меня взять себя в руки и, переводя дыхание, я успокоилась, улыбнувшись ему в ответ. Оказывается, когда я грохнулась на асфальт, уронила стаканчик со своим капучино, расплескав часть содержимого на себя, а часть на автомобиль своего почти убийцы-спасителя, а вот хот-дог из рук не выпустила, а лишь сильнее сжала свежую булочку, от чего из той вылез практически весь кетчуп. И именно им я успела испачкать и себя и незнакомца.
–Давай отвезу тебя в клинику, пускай осмотрят ногу, – заботливо произносит мужчина, снова аккуратно подхватывая меня на руки, и обойдя авто, бережно усаживает на пассажирское сидение. Я молча соглашаюсь, понимая, что самой мне уже ни на показ не доковылять, ни обратно в отель. К тому же, я испугалась признаться папе, что со мной приключилась неприятная ситуация, уже прокручивая в своей голове план того, как я из нее буду выкручиваться.
–А Ваш Бамблби меня не катапультирует, за то, что облила его горячим кофе? -интересуюсь я, с любопытством рассматривая салон машины. (прим. авт. Бамблби англ. Bumblebee – Шмель, – персонаж «Вселенной Трансформеров». Окраска корпуса – жёлтая с чёрным, отсюда и прозвище).
–Нет, он совершенно безобиден и дружелюбно настроен к людям, – не скрывая улыбку, отвечает мне мужчина, сев за руль своего шевроле Камаро. Какая это машина, я поняла по значку, который остановился в сантиметре от моего носа, после падения. И, словно читая мои мысли, водитель решает поинтересоваться, как же вышло это происшествие.
–Ты чего под машину то бросилась? – и тут я поняла, что мои щеки горят красным огнем и я вот-вот сгорю от стыда.
–Из-за окраса машины, я перепутала ее с такси, – виновато опускаю глаза, уставившись на свои пальцы, которые чуть ли себе не выламывала от волнения.
–Надо бы поразмышлять над запуском службы такси повышенного комфорта с использованием таких машин в Москве, – смеется водитель, чьего имени я так и не знаю.
–Ага, автоботы трансформируемся! И на крыше машины появляется шашка, – усмехаюсь я в ответ.
–Точно, – односложно отвечает он, и после этой фразы, между нами повисает молчание, от чего мне становится неловко.
–Так Вы из Москвы? – нарушаю тишину я, решив поинтересоваться у незнакомца.
–Да, а ты откуда такая? Что про козлов холмогорских осведомлена? – и после этого вопроса я снова заливаюсь краской, поймав на себе слегка, как мне показалось, укоризненный взгляд мужчины.
–Простите меня, правда, я не хотела…
–Да ладно, брось. Ты сказала все, что хотела, будь на моем месте какой-то америкос, ты бы вряд ли стала извиняться перед ним.
–Ну, только если была бы уверенна, что он не понял смысла этой фразы.
–Так откуда ты? – переспрашивает мужчина.
–Тоже из Москвы. На неделю моды приехала, – и тут я собиралась сказать, что приехала сюда с папой и практически все время провожу под присмотром матери своей подруги, но почему-то запнулась, решив утаить все подробности.
–Работаешь в этой индустрии? – интересуется мужчина.
–Да, я дизайнер, – не задумываясь даже над ответом, зачем-то вру я. Ну, с другой стороны, почему же вру? Это мои планы на будущее, и я уверенна, что я добьюсь своих целей и действительно буду дизайнером. А с этим мужиком мне детей не крестить, потому правды он так и не узнает. Так что, после своего ответа, я сразу же мысленно начала придумывать себе легенду о том, какой я успешный модельер.
–Значит, я могу рассчитывать на компенсацию за испорченный кетчупом костюм и получить новый, эксклюзивный от известного дизайнера? – вскинув бровь, мужчина смотрит на меня, а я на мгновение замешкалась, находясь с ответом.
–Смею предположить, что Вы вовсе не сапожник, чтобы я могла рассчитывать на новые сапоги, взамен на испорченные старые. Потому, боюсь, взаимовыгодной компенсации у нас не получится, – мужчина рассмеялся, но комментировать ничего не стал.
Мы как раз остановились у какой-то клиники, судя по всему, частной. Выйдя из авто и обойдя его, незнакомец снова бережно подхватил меня на руки и понес в больницу. Чувствовала себя какой-то принцессой, которую носит на руках ее принц. Находясь довольно близко к мужчине, в момент, когда расположилась у него на руках, я имела возможность рассмотреть его. К слову, принц из него вышел бы что надо. Именно к таким в сказках выстраивались очереди из принцесс, претендуя на его сердце. Или может на его состояние…
Незнакомец оставил меня сидеть на кушетке и велел ждать, сам же подошел к регистрационному столу, и я слышала, как на безупречном английском он что-то объясняет медработникам.
–Как тебя зову? – спрашивает он, вернувшись ко мне и присев, начинает снимать с ног мои сапожки.
–Катя, – с неким опасением и беспокойством отвечаю я. Мужчина же отставил в сторону мои сапоги, и помог мне забраться на кресло, в котором меня укатили в неизвестном направлении. Отдаленно я лишь слышала, как незнакомец назвал мое имя, на английский лад. “Кэтрин”. Видимо для записи в регистратуре. Я не успела ничего спросить, не успела узнать куда меня везут, что со мной будут делать. Заерзала в этом кресле, растерявшись и переживая, будто меня на какую-то смертную казнь везли. Было бы не плохо сейчас вспомнить все свои знания английского, и я пытаюсь спросить куда же мы едем, не соблюдая при этом никаких грамматических правил при построении предложения.
– We need to make an X-ray? (англ. Нам нужно сделать рентген) – отвечает мне медсестра, в надежде, что я поняла ее. Но, не тут-то было! Но я догадываюсь, что со мной будут делать, когда меня усаживают на кушетку в одном из кабинетов, крутят-вертят мою ногу, чтобы она лучше смотрелась в кадре и накинув на меня защиту, сестра сделала рентген. Когда мы закончили с процедурой, меня вернули обратно в приемную, где я расположилась в комфортабельном кресле и ждала чуда. Наконец меня осенило, что я сижу в одних лишь носках, потому, позвав к себе медработника, спрашиваю, где мои “шуз”, на что мне лишь пожимали плечами. Круто. Просто нет слов. Сижу в какой-то непонятной клинике, как дура без подарка, не понимаю, что хотят от меня и что мне собираются делать, потому что меня снова куда-то увезли, и начинаю волноваться снова, пуще прежнего, мне стало страшно. Я в незнакомом городе, попала в такую ситуацию, а как из нее выйти не имею никакого представления.
Ко мне подошел, по-видимому, доктор, держа в руках мой снимок и показывая мне, что-то рассказывает. Взглянув на меня, он увидел на моем лице выражение полного непонимания. ERROR 404! Потому подойдя ко мне ближе, протянул руку к моим волосам, и я в ужасе отшатнулась. Мужчина поднял руки, давая понять, что плохого ничего не сделает и осторожно стянул резинку, распустив мой тугой хвост и позволив медным локонам разлететься. Приложив резинку к моей ноге, где-то в области голеностопа, доктор начал растягивать ее, глядя на меня. Я улыбнулась, потому что объяснения мне, русской дурехе, что у меня случилось в виде известной игры в шарады, было довольно действенным методом. Я кивнула, дав понять, что до меня дошло, что я растянула связки. Благо никаких гипсов и шин мне не потребовалось. Доктор намазал ногу какой-то мазью, протянув тюбик мне и туго перебинтовал ногу. Отблагодарив его за оказанную помощь, я улыбнулась, собираясь дохромать обратно до фойе, но меня туда снова вывезли в инвалидной коляске.
А после мне вручили квитанцию на оплату услуг клиники. И тут я просто выпала в осадок. Как бы я не хотела скрыть факт неприятного инцидента, случившегося со мной, от отца, выхода у меня не было. Налички, которая у меня была с собой было бы недостаточно на оплату дорогой частной клиники. Ко всему в придачу, я по-прежнему была босая. Понятное дело, что тот мужик, который меня чуть не сбил, даже не собирался заморачиваться всем этим. Сдал меня в руки врачам и поехал по своим делам на своем “трансформере”. Я достала телефон, собираясь набрать отца, поникнув и уткнув голову в дисплей телефона.
Что происходило вокруг было каким-то размытым и невнятным шумом, который назойливо нарастал в ушах. Слышу лишь разные голоса, сливающиеся в невнятную какофонию. А после улавливаю только одно слово, которое услышала буквально минут сорок назад, когда меня только привезли в эту больничку.
–Oh! Miss Kethrine! She’s here! (англ. О! Мисс Кэтрин! Она здесь), – из всей фразы я отчетливо слышу свое имя, которое звучит для меня так по-новому в этом американском стиле.
–Мисс Кэтрин, как себя чувствуете? Все обошлось легким испугом, я надеюсь? – я поднимаю свой взгляд и вижу перед собой того самого незнакомца, который и стал виновником всего происходящего. Стоит передо мной с какой-то коробкой в руках и улыбается. И я в ответ начала улыбаться как дурочка, ощутив какое-то облегчение. Мне было невероятно приятно, что он не бросил меня здесь одну.
–Это давай мне, – потянулся он ко мне, забирая из моих рук квитанцию об оплате.
–А это тебе, – незнакомец протягивает мне коробку, которую я осторожно открыла и оценила пару новеньких замшевых сапог, на этот раз без высоких каблуков, но нравятся мне они от этого не меньше.
–Неужели все-таки сапожник и мне придется шить для Вас эксклюзивный костюм? – улыбаюсь я, глядя на мужчину.
–Все может быть, Катён. Все может быть… – прибавив ответу ноток загадочности и таинственности, мужчина присел напротив меня, помогая мне обуться и опять в моей голове сравнение, как прекрасный принц надевал туфельку Золушке. И слышу это “Катён”, что эхом отбивается в моей голове, заставляя запомнить этот голос, впечатывая ее мое сознание. И все. С этого момента я поняла, что пропала, а еще даже его имени не знала.
Мы, девочки, любим фантазировать, витать в облаках, строить воздушные замки и прикидывать, как будем там смотреться со своим принцем. И, конечно же я не могла упустить момента, примерить королевский трон на этого мужчину. Меня даже не смутило то, что он был заметно старше. Я, конечно, никогда не представляла себя с кем-то, кто будет значительно старше меня, но на такой случай я обязательно использую ту самую заезженную фразу о том, что любви все возрасты покорны. Ну и в силу того, что парни взрослеют позже девушек, а нам, таким созревшим и готовым создавать семью, всегда хочется видеть рядом с собой состоявшегося мужчину постарше. Попахивает клише. Да и вообще, о чем сейчас речь? Фантазии фантазиями, а надо вернуться на землю и смотреть правде в глаза. Вряд ли он разглядел во мне хоть что-то, что привлекло бы его внимание ко мне, как к женщине.
–Катя, опять куда-то улетела? – вдруг понимаю, что мужчина с улыбкой на лице, машет мне ладонью перед глазами, и я словно прихожу в себя.
–Какая неземная, – смеется он, выпрямившись и протягивая мне руку, чтобы помочь встать. Я вкладываю свою ладошку в его ладонь, которую он бережно сжимает и ощущаю, как тепло его руки разливается по всему моему телу, и я невольно вздрагиваю.
–Идти можешь? – интересуется мужчина.
–А Вам надоело носить меня на руках? – с ухмылкой и наигранно обиженным лицом отвечаю я, поднявшись с кресла. Незнакомец мне и слова не ответил, а сразу же подхватил на руки, направившись со мной к выходу из клиники.
–Наглость второе счастье, да? – усмехается мужчина.
–А первое это я, – довольно отвечаю я.
–О, ты еще и скромная, я погляжу! Сильно спешишь? Есть одно маленькое дело, а после я могу отвезти тебя, куда скажешь, – интересуется мужчина, снова усаживая меня в желто-черное авто. Да, конечно, я понимала, что из-за меня он потерял сегодня слишком много времени, возится тут с неуклюжей девицей вместо того, чтобы заниматься своими делами.
–Я могу на такси поехать, никаких проблем, – отвечаю я, намереваясь выбраться из машины.
–Ну уж нет, мне будет спокойнее, если я тебя отвезу, а то мало ли, еще что-то напутаешь, – с усмешкой подмечает он, вспоминая мою фразу о том, что я перепутала такси с его машиной.