Профессорская дружка

© Мари А., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

Глава 1

Академия МагФорм разительно отличалась от Академии Воздушных Потоков, и не столько величественностью зданий и путаностью темных коридоров, сколько кровожадностью атмосферы, давно сложившейся в ее стенах. И дело не в преподавателях, нет. В студиозах! Стая шакалов!

В большинстве своем все они были из богатых семей или знатного рода, с вовремя вспыхнувшим даром и отчетливым маг-отпечатком в ауре. И я для них представляла собой что-то среднее между пустым местом и столбом, который нужно обойти с видом «понаставили!», ведь искорки мои почти не ощущаются. Не буду скрывать, в Девенсии поначалу приходилось так же несладко, пока я не обогнала группу в теории и практике. Здесь же… мне слова не давали сказать. А все потому, что имя ответчика крупными буквами высвечивалось на доске оповещений; и, как сказал Дениэ Гову, случись подобное, мое имя станет последним, что я услышу. Вот даже преподаватели, проверяя присутствующих по журналу, зовут меня исключительно Ирэн, редко кто вспомнит фамилию Адаллиер. И так пять дней подряд, пока в одно прекрасное утро в аудитории с триста первой группой не раздалось через эхо-порт громкое:

– Ирэна Лесски, ваш муж ожидает вас в своем кабинете.

Вот и все, подумала я, отметив, как перья моих одногруппников прекратили шуршать по бумаге и слаженное восклицание «Что?!» огласило пространство. Вот теперь меня ждет грязная травля студенток, а демоницу Найшу окончательное увольнение. И извинения тут не помогут.

– Ой! Простите… ваш жених. – Фальшь в каждом слове, искреннее ехидство и треск очередного сломанного карандаша при произнесении моего имени: – Студиоз Ирэна Адаллиер, профессор Дейр Лесски вызывает вас в деканат. Срочно.

Да, теперь сомнений нет в том, кто «муж», и тишина в аудитории стала от напряжения не просто гробовой, звенящей. Всевышний, почему ректорского секретаря не перевели в другое отделение сразу после «нечаянной ошибки» в моих документах? Зачем они оставили ее на двухнедельную отработку за злостное нарушение?

– Ирэн, поторопитесь! – А это уже наш куратор Гарива Нокбо с сочувствующей улыбкой отпустила меня с лекции.

Под тяжелыми взглядами притихших студиозов я быстро собрала тетради и письменные принадлежности в сумку и, прихватив ее, вышла. Вначале шла быстро и легко, но чем ближе подходила к деканату, тем неувереннее и медленнее становились мои шаги. А затем я и вовсе застыла на середине пути, в волнении потирая вспотевшие руки. Всего на мгновение представила, как увижу сейчас стихийника, и в отчаянии прикусила губу. Не хочу идти к нему, совсем не хочу. Уж лучше пусть меня Найша на всю академию ославит, главное, не встретиться с осуждающим взглядом девя…

Додумать не успела, как вдруг в коридоре завизжал эхо-порт.

– Ирэна! Профессор Лесски ожидает вас! – сообщила демоница. А следом прозвучал и сердитый голос самого профессора:

– Рэш, прояви благоразумие и явись наконец.

Вот теперь все, как заказывала! Получите, распишитесь… и слава на всю академию, и немедленное требование прийти. Какой ужас!

И словно бы по сигналу двери аудиторий начали открываться, чтобы явить взглядам любопытных ранее неизвестную Рэш. Хотелось бы сказать им всем, что любопытство не порок, а большое свинство, но моя куратор честно предупредила, что в гонке за ЛесДе участвуют не только девушки-студиозы.

Вспомнив об этом, я накинула на голову капюшон мантии и устремилась в деканат. Хорошо, что форма здесь одинакова для всех независимо от курсов, серое платье, белая рубашка, темно-серая мантия, и лишь шарфик на шее определяет стихию факультета. Мой был белым, и с ним я сейчас явно сливалась по цвету.

С момента моего зачисления в Академию МагФорм прошло две недели, из них пять дней учебы, с которой Дейр якобы смирился. Якобы, потому что все это время девятый со мной не разговаривал, старался не сталкиваться и всячески обходил ситуации, где бы потребовалось его присутствие возле меня. Поэтому я сама встретила Ливи и Эсмиру, переместившихся, чтобы поздравить меня, в одиночестве принимала родителей маг-опекуна на выходных и лично отваживала от двери мрачных посланцев Гадарта Великого. Последние, судя по взглядам, желали лишить зарвавшегося дворецкого не только энергии, украденной у Эви, но и жизни. Как простолюдин без дара сумел забрать резерв металлистки, они знать не знали, но козла отпущения в его лице уже нашли и теперь охотились и за его шкурой.

И вот, преодолевая очередной коридор академии, я поймала себя на мысли, что сейчас и я окажусь в роли… козочки.

Ворвалась в деканат и попала прямиком в объятия Дейра.

– Наконец-то… – выдохнул он и сбросил с моей головы капюшон. – Почему так долго?

– А… что? Что-то случилось?!

– Ничего особенного, – ответил стихийник наперекор собственному виду и, подхватив меня под локоток, потянул за собой по коридору мимо резных дверей декана, его зама и прочих представителей администрации, туда, где пересекались коридоры.

– Ничего? Всевышний… Вы же на всю академию заявили о моем благоразумии и слова не сказали против! Вы же сами своим молчанием… сами… Вы! – Слов попросту не находилось, лишь не подобающая леди матросская брань на светлую голову девятого. – Вы же ругали меня на чем свет стоит за маленькую оплошность! Не разговаривали со мной до сегодняшнего дня! А сами… И Найша, вы хоть слышали, что сказала она?!

– Ну, Ирэн, ваша маленькая оплошность, как вы ее назвали, магически отпечаталась на всех бланках академии, документах студиоза и дипломе, – ехидно произнес Дейр. – И о чем вы только думали?

– В тот момент я радовалась, замерзала, пребывала в состоянии шока и не видела, что у моего имени ваша фамилия, – холодно ответила я.

– Ладно, – оборвал он, – давайте забудем об этом инциденте и оставим его позади.

– А раньше не могли? – возмутилась тихо.

– Раньше духа не хватало. – Девятый как раз подвел меня к кабинету, вход в который венчала табличка с золотой гравировкой: «Дейр Лесски, профессор-практик». Взялся за дверную ручку, чтобы открыть, и чуть-чуть скривился.

Странно, но вот сейчас появилось ощущение, что в кабинете профессора меня ожидает новый судьбоносный поворот, такой же неожиданный, как перед дверью дома Лесски, моего девятого правообладателя.

– Погодите! – Я ладошкой накрыла его руку, спросила с опаской: – А что изменилось теперь?

И неожиданно в пространстве рядом с нами раздалось:

«Ненавижу! Ненавижу их всех… Подонки, подлецы!.. – грохот чего-то массивного и протяжный стон: – Где его черти носят?»

– Эвения?! – Я с удивлением узнала металлистку по голосу и посмотрела на наши с Дейром руки. Неужели он до сих пор не снял маячок и прослушку?

– Да, она, – кивнул Дейр, говоря, – и опять в истерике…

Не успела я его остановить, как он открыл дверь и за руку ввел меня в свой кабинет.

– Эви, смотри, кого я привел! Свою неве… о, ужас! – На последнем слове скривился, как от лимона, и потер затылок, за что получил от меня легкий тычок.

Нашел время для сожалений. Подумаешь, вся казенная мебель превратилась в щепу, окна лишились стекол, и обломки неизвестных статуэток лежат повсюду, зато книги не тронула.

– Лучше бы служку привел, – фыркнула рыжая красавица, обернувшись от окна, и застыла. А затем и села на подоконник, с удивлением глядя на меня: – Ирэна, вы? И в невестах?..

– Д-да. – Я опасливо посмотрела на нее, а затем на стихийника: – А что-то не так?

– За него я могу порадоваться, а за вас… – Она с трудом улыбнулась и грозно посмотрела на моего спутника. – Извини, Дейр, но ты ее недостоин.

– Ну, спасибо. – Он ответил со всей невозмутимостью, а руку мою сжал сильнее.

– Всегда пожалуйста, – отмахнулась леди Ритшао и добавила слезливо: – В отличие от тебя она мне помогала, поддерживала, а ты…

– А я привел Ирэн в подмогу и в поддержку.

– Так, погодите! – Воздушным потоком сдвигая в сторону осколки и щепу, я прошла к Эвении и села рядом с ней: – Что случилось?

– Гадарт отказывается провести обряд моего отречения.

Хорошо, что я сидела, иначе, несомненно, упала бы на пол от столь неожиданной новости. Глава рода Ритшао передумал? Какое коварство!

– Всевышний, да я не просто согласилась со всеми их условиями, я отказалась от всего, что успела собрать за годы, проведенные во дворце. Подарки, украшения, платья, артефакты, даже книги, которые покупала на свои собственные средства.

Голос металлистки дрогнул, и я прикоснулась к ее руке, аккуратно сжала пальчики и отпустила.

– А распоряжение об отречении подписано?

– Мною да, а дедом… – на последнем слове тихо просипела, – оказывается, он перестраховался. Решил, что мне вскоре резерв вернут, и не захотел отпускать. И я… я даже с Уордом повздорила по этому вопросу, хотела отдать и накопленную энергию, но он не согласился…

Значит, Ганс не стал скрывать отъема энергии у рыжей красавицы и веско его обосновал. И, несомненно, огневик обязался ей все вернуть по первой же просьбе. А вот теперь получается, что просьба была озвучена, однако совсем его не обрадовала. Еще бы! Мне самой было бы жалко отдать главе рода сто пятьдесят резервов. Огневик наверняка уже давно просчитал их стоимость на рынке, представил сумму в золоте и понял, что Гадарт Великий обойдется без нее. Теперь понятно, почему Его Величество Дворецкого искали. Но неизвестным остается одно: зачем Эви пришла к девятому? Чтобы повлиял на огневика или причина другая?

Не успела я сказать и слова, как рыжая красавица произнесла, чуть ли не рыча:

– А тут еще и женишок мой объявился! Отбегался, сволочь…

– Правда? – Я с удивлением посмотрела на профессора, но он лишь поджал губы.

– Да… правда. Ршайг узнал через своих агентов о том, что семья эль Гаерд решила пересмотреть ранее расторгнутый брачный договор.

– Не может быть! Какая радо… – столкнулась взглядом с колючим взором расстроенной Эвении и тут же исправилась: – Какая досада! А вы, наверное, уже и монастырь присмотрели с красивым садом и приличной формой для послушниц?

Моей шутке она не улыбнулась.

– Мне не позволили покинуть столицу и направили сюда, в Академию МагФорм, преподавателем.

Неслыханная наглость! Столько лет удерживали в золотой клетке, а вот теперь вместо свободы предложили пожить на цепи.

– Его решение можно опровергнуть и потребовать вашего отречения от рода, – воинственно заметила я. – На всю страну лишь два металлиста, вы и ваша троюродная сестра королева. К тому же для преподавательской деятельности у вас должна быть степень профессора.

– Мною окончен профессорат в Аркаде. – Кривая улыбка и пояснение: – Там три академии с факультетами для металлистов. Я училась и искала беглеца.

Теперь понятно, почему Ганс все это время прятался в нашем государстве на должности дворецкого. Однако умно. Но…

– Чтобы нанять вас, необходимы как минимум группа одаренных из военизированных академий, как максимум целый факультет металлистов, – нашла я еще одну отговорку в пользу ее отказа от должности.

– Ирэн, чтобы удержать меня в столице, Гадарт собственноручно выпишет и переместит сюда сотню металлистов, а может, и две. – Она с мягкой улыбкой похлопала меня по руке: – Я не представляю, как можно отменить его решение, но знаю, кто может достучаться до семьи эль Гаерд.

– Кто?

– Друг Дейра. – Наши взгляды обратились к стихийнику, и Эвения напряженно продолжила: – Точно знаю, что у него в Аркаде есть человек, которому он всецело доверяет. Поэтому и прошу связаться с ним.

Дейр в раздумье погладил корешки книг:

– И зачем?

– Хочу напрямую переслать письмо трусливому беглецу, который меня фактически перед алтарем бросил. Я намерена избавиться от него самого, от рода и от девичьей фамилии. В моей жизни уже появился достойный человек, и мне его более чем достаточно.

Мы с девятым молча сверлили взглядами друг друга. Да, если брать в расчет, что тот самый жених, друг и достойный человек – одно и то же лицо, ситуация становится весьма интригующей и в то же время непредсказуемой. Ведь неизвестно, что может сделать отчаянная металлистка, решившая бороться за себя.

– Я передам… – Мои слова прозвучали как гром среди ясного неба. Дейр нахмурился, словно туча, а Эви, наоборот, будто бы молнией-улыбкой просияла.

– И Уорду передашь пару строк? – прошептала рыжая красавица. – Он обещал вернуться через неделю, но я бы хотела знать…

В ответ я лишь кивнула и постаралась взгляда на девятого не поднимать и помалкивать. Поблагодарив меня за помощь и в очередной раз поддев Дейра за черствость, королевская сестра ушла, и молчание между мной и стихийником стало гнетущим. Решив, что мне здесь более делать нечего, я тихонько направилась к двери, но была остановлена. И не самим магом, а его воздушными потоками.

Неужели настолько зол, что может порвать меня собственными руками?

С замиранием сердца посмотрела на своего маг-опекуна.

– Ирэн, – начал он грозно, – вы хоть представляете, что произойдет, если?..

Договорить не дала, перебила:

– Дейр, более всего я боюсь представить, что сделает Эви, когда Ганс признается во всем… Но до тех пор, пока он не раскрыл своего инкогнито, вам следует молчать.

– Почему мне? – нахмурился девятый и уверенно произнес: – Нам.

Улыбка коснулась моих губ, и в голос я добавила ехидцы:

– Потому, что я в этом деле от силы второй месяц, а вы уже двенадцать лет. И знаете, своим согласием на просьбу я выиграла неделю затишья, а может быть, и две. А сейчас прошу простить меня… – оправив мантию, накинула на голову капюшон. – Мне пора.

– Вы куда?

– На лекцию. Видите ли, с некоторых пор я поняла, что пощады не будет. К слову, не желаете заблаговременно предупредить, от каких преподавательниц следует ждать подставы?

– Я… – Он удивленно застыл, не зная, что ответить.

– Не вели список? – убрала растрепавшиеся локоны за уши и лукаво взглянула на него.

– Нет, я…

– Даже представить не можете, сколько юных леди желало стать миссис Лесски?

– Ну…

Девятый неожиданно замялся. Из чего я сделала вывод:

– Или в их рядах были и совсем не юные? А может, еще и замужние?

– Ирэн, помолчите секунду. – Профессор раздраженно потер затылок и шумно вдохнул. – Я же предупреждал вас, помните?

– Да.

– Так вот… я насолил многим. Если не успешностью, так своей профессиональной деятельностью; если не родством с ректором, так своей стихийностью; если не отказом, так непродолжительностью встреч с леди. – Он, словно бы извиняясь, развел руками. – И вся проблема в том, что меня они тронуть не посмели, а вот вас…

– Вот тебе и коза отпущения, – пробормотала я тихо. – Что ж, спасибо за пояснения… милый. – И, криво улыбнувшись оторопевшему стихийнику, вышла из его кабинета.

Я никогда не боялась сложностей и зыбкой неизвестности, но, несмотря на это, порадовалась, что леди Ритшао также оказалась в академии. Верные союзники мне не помешают.

Возвращение в аудиторию прошло без эксцессов, всего лишь дорогу заступил темноволосый студиоз-оборотень, кажется, рысь, со старшего курса. Он решил со мной познакомиться и, несомненно, обнюхать для начала. Отказалась и обошла его по дуге – другим коридором. А там три вампирки предложили немного поговорить. Заикаясь от их приветливых оскалов, сослалась на срочные дела и попросту сбежала. Добравшись до заветной двери в аудиторию с моей группой, скрылась за нею и только хотела спокойно вздохнуть, как вдруг… Вздрогнула под тяжелым взглядом огневички Данаи, сидящей за столом преподавателя.

«Всевышний, пусть она меня не вспомнит!» – мысленно взмолилась я и не сдвинулась с места.

– Что же вы стали в дверях? – спросила она злобно. – Проходите, Ирэна Лесски, присаживайтесь.

Помнит и ошибку в журнале уже прочла. Неприятная новость. Стараясь не споткнуться, прошла к своему столу. Села, с радостью отметив, что парта не горячая и стул тоже нормальной температуры. Быть может, я могу надеяться на честную месть Данаи без нанесения травм и ожогов, хотя… Попасть в столь же унизительное положение, в какое из-за меня попала она, отчаянно не хотелось. Более двух месяцев прошло, но я до сих пор помню ее фривольное белье и мой стыд за вынужденную проделку.

– Простите.

– За опоздание, конечно, прощу. – Последнее слово магиана выделила и вздернула подбородок.

В ее голосе было столько презрения, что я на мгновение потупилась и прикусила губу. Мне жаль, что я выставила ее из дома Лесски в весьма неприглядном виде, и я чрезвычайно сожалею, что помочь ей тогда не могла. Но… И в то же время, если подумать. Она явилась в дом любовника, который устал от отношений, обвинила меня в разврате и попыталась уничтожить девятого. Ее фаербол сжег бы Дейра дотла, оставив лишь кучку серого пепла. Так что да, вины я чувствовать не должна, потому что своим смелым и рискованным поступком я уберегла Данаю от каторги и магического опустошения. Пусть это было и достаточно грубо.

Подумав об этом, я перестала терзаться чувством вины и, расправив плечи, посмотрела на профессора с улыбкой. И что-то подсказывало мне, что управа на бывшую подругу стихийника будет найдена.

– Чему вы так улыбаетесь? – мгновенно отреагировала огневичка, и перья в руках студиозов триста первой группы во второй раз за день остановили свое движение, чтобы страждущие могли насладиться скандалом.

Однако зря они замерли и затаили дыхание, я не была готова воевать.

– Радуюсь, что вы у нас преподаете, – ответила с самым невинным взглядом, и она не нашла, что сказать.

В целом день вселенского разоблачения прошел тихо.

Всего лишь споткнулась из-за какого-то мага-земляника в коридоре и на выходе из здания чуть не угодила во вьюн первого порядка. Он прошел по косой, едва задев меня, юбку вокруг ног закрутил, взлохматил волосы и помог потерять не только ориентацию в пространстве, но и сумку. В целом сильно не навредил, но задуматься заставил.

Решено: по коридорам и свободным пространствам я более не хожу, перемещаться между аудиториями буду по кладовым, из двери в дверь. Осталось лишь у Радоса Лесски добыть разрешение на несанкционированное проникновение в учебные корпуса, ведь здесь везде охрана.

Что ж, выход найден, прорвемся! Именно так думала я, шагая к Дейру домой. В душе теплилась надежда, что масштабные гонения и нападки на невесту Лесски начнутся только завтра, но оказалось, что студиозы Академии МагФорм предпочли нанести удар сразу. И первым из них оказался взбрык. Это медленно растущее, вечнозеленое маг-растение из низинных болот, которое большую часть жизни мирно пребывает в анабиозе и умирает, не выходя из него. Но стоит растению попасть на свет, как оно выпускает ядовитые побеги и разрастается с немыслимой скоростью. Стремительно создает кокон и листами залепляет просветы внутри него, чтобы скрыть от солнца сердцевину и вернуть себе прежний покой.

Я заметила его с огромным опозданием, ночью, когда мельком посмотрела в зеркало ванной комнаты и с удивлением обнаружила странное плетение на шее. Странное, потому что оно было с листьями и шелестело. Всевышний! Не знаю, как ума хватило не закричать и не забиться в истерике, но я даже не прикоснулась к нему, на мгновение предположив, что он истощен и попросту греется. А что еще думать, если зеленый монстр отреагировал на вспышку яркого света в ванной лишь тихим шелестом, а не ростом многочисленных ядовитых побегов? Дрожа от страха, вернулась в спальню и замерла на ее пороге, потому что абсолютно все плоскости комнаты были покрыты деревенеющими стеблями, и самые толстые из них ползли из моей сумки.

Так это мне в академии подкинули зеленую зверюгу…

Медленно осела на пол. Какое счастье, что я читать ушла в библиотеку и не видела, как взбрык в борьбе за темноту оплел окно; как спальня засветилась символами и раздраженный боец потянулся их закрывать. И, слава Всевышнему, умаялся, едва занавесил стены и потолок.

Я протяжно выдохнула и, стряхнув оцепенение, огляделась.

В свете, падающем из ванной, можно увидеть, что вечнозеленый монстр сделал интерьер моей спальни запоминающимся, словно поработал мастер по дереву. Но вряд ли взбрыка это убережет от иссушения, Дейр все-таки стихийник… Стихийник!

И тут я сообразила, кто спасет меня от оккупанта.

Глава 2

– Дейр… – Мой шепот был едва слышен, потому что стоило поднять голос, как взбрык начинал шелестеть. – Дейр, проснитесь…

В ответ молчание и сопение.

– Девя-а-а-а-тый? – Не стыдно и взмолиться, лишь бы проснулся и помог.

А он, шумно выдохнув, перевернулся на другой бок.

– Профессор Лесски… – Я села на кровать, чтобы шепот мой был ему слышен. – Стихийник? – взялась за одеяло и потянула на себя. – ЛесДе?

В ответ сонный вздох и шорох одеяла, скользящего по спине, белеющей в темноте. Вот открылись его лопатки, крепкие мышцы спины, поясница… отстраненно подумала, что маг может спать без пижамы, и перестала тянуть. На мгновение задумалась, как же его разбудить. Ведь магией действовать нельзя, свет включать опасно, звать громче страшно, подушку сверху уронить некрасиво и водой побрызгать нельзя: из-за запаха проснется взбрык. Вдохнула-выдохнула и…

– Дейр, милый? – Ладошка нежно скользит по его плечу, достигает шеи и забирается в светлые локоны. – Проснитесь, дорогой, нам нужно поговорить…

В это мгновение я была уверена, что он от прикосновения проснется или, как и днем, отреагирует на слово «милый», но все оказалось куда более прозаично, он от другого подскочил на кровати.

– Поговорить?! – Сонный хрип и мужские ладони сходятся, чтобы сделать хлопок. Вовремя поймала его руки, не позволила зажечь свет, отчего он удивленно вскинулся: – Ирэна?!

– Я, – не удержала вздох облегчения, поняв, что стихийник проснулся, а вечнозеленый оккупант все еще спит.

– Что случилось? Почему вы здесь? – Профессор пересел ближе ко мне, взял за плечи. – Что-то плохое приснилось?

– Скорее стряслось. Скажите, вы с растениями хорошо ладите?

– Ну… – Видимо, такого вопроса он не ожидал и замешкался с ответом. – Я не сильно развивал этот дар.

– Но подчинить их своей воле можете, так?

– Могу. – И руками провел по моим плечам, спрашивая с иронией в голосе: – Так вы ко мне средь ночи явились из интереса?

– Не только, – возразила я и попросила сбивчиво: – Активируйте ваши маг-потоки древяниста и прощупайте основание шеи.

– Чьей?

– Моей.

Хмыкнул, сверкнув улыбкой в темноте, и, не убрав рук с моих плеч, подключил к прощупыванию потоки. Видимо, со сна он не сразу понял, где у меня основание шеи, вначале взялся за мочки ушей, затем ласково скользнул вдоль скул к подбородку, провел потоками по горлу и у самых ключиц наткнулся на взбрыка.

– Что за?!

– Подарочек от обитателей Академии МагФорм, он всю мою комнату оплел, выдохся и почему-то ко мне полез… погреться.

Девятый напряженно молчал и, погрузившись в тяжелые раздумья, ладонями несколько раз провел по моим рукам. Вниз-вверх.

– Погреться? Если бы, – протяжный выдох и признание, явно давшееся тяжелее вдоха, – он искал источник.

– Шутите? В паре метров от кровати была ванная, вот там уж водных источников неограниченное количество.

– Ирэн, он к вашим искрам потянулся и, кажется, пригрелся…

– Как? Я же… – С ужасом осознала, что он ко мне прицепился надолго, и во мне шевельнулась паника. – Нет, нет и нет! Снимите его с меня. Позовите, пожалуйста, пусть греется на ком-то другом.

– Я его уже минуту зову, не откликается, – признался Дейр виновато. – И сдается мне, императорский взбрык ощутил мощь вашего резерва, поэтому и…

Внутренне похолодела и сжалась от ужаса. Он не может быть императорским. Не может!

– Вы смерти моей хотите? – чуть ли не прорычала я. – Императорский, он же… он же… Он не жуткую аллергию вызывает, а травит и отправляет в мир иной восемь человек из десяти!

– И все-таки он именно императорский и весьма почтенного возраста. Наверняка совсем недавно был выброшен, как мусор, из оранжереи. – Стихийник задумался на мгновение и сказал: – А знаете, Ирэна, может быть, взбрык откликнется и подчинится вам, если действовать с лаской…

– Что-о-о-о?

– Ну, меня вы именно так и пробудили. – Профессор вновь потер затылок.

– Но откликнулись вы с совсем другими словами, – упрекнула я.

– Хорошо, в следующий раз я скажу то, что думаю. – Он просиял очаровательной улыбкой. – И с удовольствием посмотрю, как вы отреагируете на фразу: «Дорогая, замолчи и продолжай. Мне все нравится».

И мой страх перед зеленым оккупантом ушел на второй план из-за искреннего негодования. Да как девятый смеет подобное мне говорить, пусть я и служка, и маг-опекаемая криба, и псевдоневеста в одном лице, но никак не одна из этих его… не леди.