Оскверненное место

Людям свойственно пересказывать услышанные истории, добавляя что-то от себя, особенно когда речь заходит о мистических и необъяснимых явлениях. Порой мы приукрашиваем некоторые эпизоды, чтобы общая картина повествования казалась ещё более загадочной и таинственной. Вероятно, по этой причине подобные рассказы не всегда воспринимаются всерьёз.

Мне удалось поговорить с непосредственным участником описываемых событий, которые, по моему мнению, способны заставить усомниться в своих убеждениях даже самых закоренелых скептиков. Различного рода аномалии, способные причинить вред или довести до смерти, могут только подтвердить слова из последнего романа Фёдора Михайловича Достоевского: «Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей».

Имена персонажей изменены.

Год 2006

Несколько лет назад здесь можно было слышать грохот приближающегося состава и монотонный голос диспетчера, предупреждающий о прибытии поезда. Взволнованные пассажиры суетились на перроне, не выпуская из рук чемоданы, слышался лай местных собак где-то на соседней улице, а из рупора на столбе – как всегда народные песни. Неподалёку пивной ларёк, около которого собрались несколько человек, коротающих время до отправления, и пара небритых мужиков – алкоголиков. Несмотря на постсоветский период, жизнь в российской глубинке била ключом.

Сейчас же от железнодорожной станции рабочего посёлка остался лишь шлагбаум, пропускающий редкий, проходящий транзитом «товарняк». Молодёжь перекочевала в крупные города, оставив в посёлке стариков, а также тех, кому жизнь мегаполиса пришлась не по вкусу. Из года в год появлялись пустые дома, которым было суждено умереть на заброшенных улицах. Один из таких домов одиноко доживал свой век на самом краю селения, где сосновый лес уже начал завоёвывать новую территорию. С обвалившейся крышей и сгнившим крыльцом, он останавливал на себе осторожный взгляд любого прохожего, в особенности местных жителей, которые, как бы ни хотели, не могли стереть из памяти историю семьи Емельяновых.

Когда молодая пара переехала в своё жилище, радости не было предела. Подаренных денег на свадьбу в придачу с собственными накоплениями хватило, чтобы через неделю после покупки молодожёны справили новоселье. Их не смутила история предыдущих хозяев дома.

– Ну и что? – ответил Сергей своему другу Никите Черепанову. – Брёвна, они и есть брёвна. А то, что Фёдор Андреевич повесился, так он это где угодно мог сделать. Мало ли что в пьяную голову прийти может?!

Вдова Фёдора Андреевича Тамара Васильевна выставила дом на продажу сразу после смерти мужа. Старушка осталась совсем одна – ни детей, ни внуков. Поэтому у местных жителей возник закономерный вопрос: «А куда же она собралась?»

– Правильно делает, – говорил кто-то из поселковых. – Теперь этот дом ей до конца дней мужа напоминать будет. Видите, как мучается! Пусть едет.

– Да куда она поедет? – отвечали другие. – Седьмой десяток пошёл. В таком возрасте не до поездок, знаете ли.

– А я думаю, это она Федьку со свету сжила.

– Будет тебе, дура! Мелешь, не знаешь чего. Больной он был. Ясно? Говорили же, что еле-еле ходит по дому. Вот и решился, чтобы не обременять жену.

– Так ехать-то теперь куда?

– Куда-куда? Много знаешь, что ли? Поди да спроси!

Споры насчёт переезда Тамары Васильевны не прекращались до тех пор, пока одним солнечным утром она не села в рейсовый автобус до города и не укатила. Навсегда.

Добротный дом достался Емельяновым – молодой супружеской паре, планировавшей растить в нём своих будущих детей. Вскоре Сергей устроился на работу в колхоз трактористом, а Вера занималась домашним хозяйством. Со временем во дворе появилась скотина, а вокруг участка вырос новенький забор. Жизнь стала налаживаться, и все уже позабыли про Тамару Васильевну и её мужа, покончившего с собой.

Понедельник

– Иду-иду! – ответила Вера на стук в дверь.

Чёрный кот Кузя при этом спрыгнул с насиженного места на стиральной машине и поспешил к порогу. Любопытный зверёк предпочитал всюду сопровождать хозяйку.

– Верочка, это я!

Вера без труда узнала обеспокоенный голос своей свекрови Ольги Ивановны. Женщина топталась на крыльце, прижав к груди старую потёртую сумку.

– Это вы, Ольга Ивановна? – всё же уточнила Вера, открывая дверь. – Входите-входите. А Серёжа ещё на работе. Вы к нему?

Женщина заглянула внутрь, удостоверившись, что в доме действительно больше никого нет.

– Нет, Верочка, я к тебе. Можно?

Обычно Ольга Ивановна не приходила просто так. Её появление могло означать либо проверку здоровья её сына, либо нравоучения по поводу того, как нужно жить с Серёженькой, чтобы он ни в чём не нуждался. Вера терпеливо принимала прихоти свекрови, и была сильно удивлена, когда Ольга Ивановна вдруг снизошла до неё. Женщина держала в руках сумку так, словно внутри было что-то очень ценное.

– Верочка, я к тебе. Хотела поговорить насчёт вчерашнего.

– Так вот оно что. Пришли извиниться? – не имея ни капли обиды, спросила Вера.

Ей было не свойственно оставлять за собой недосказанные слова и таить на людей зло.

– И это тоже, – махнула рукой Ольга Ивановна. – Прости меня за то, что я лезу в вашу жизнь, но, согласись, время идёт. Хотелось бы уже внуков увидеть.

– Я думала, мы уже всё обговорили, – фыркнула Вера.

– Конечно-конечно. Но и ты меня пойми.

Она сжала кожаную сумку ещё крепче, будто кто-то чужой вот-вот отнимет её.

– Посмотри, у Филипповых уже второй родился, а у вас с Серёженькой…

Вера отвернулась. Она прекрасно знала, что сейчас последуют уговоры пойти к знахаркам, чтобы те смогли исцелить больную невестку, затем она скажет, что Серёжа мог бы уже давно быть счастливым отцом, а после того, как весь словарный запас Ольги Ивановны иссякнет, она просто сядет на стул и будет молчать в ожидании немедленных ответных действий. Ничего подобного не произошло. На этот раз Ольга Ивановна стеснялась сказать лишнее слово. Было заметно, как она нервничает, что не могло не насторожить Веру. Ольга Ивановна уже не раз наведывалась в гости с настоятельной просьбой о пополнении семейства, чем заслужила к себе особое отношение невестки.

– Что там у вас? – спросила Вера, указав на сумку.

Кот Кузя тут же поспешил к столу, чтобы посмотреть, нет ли внутри чего-нибудь съестного. Он всегда был любителем тереться об ноги в надежде полакомиться всевозможными «вкусностями».

– Ты только пойми правильно, – предупредила Ольга Ивановна, расстёгивая старую молнию сумки, – я желаю вам только добра.

Она достала газетный свёрток, который стала аккуратно разворачивать на столе.

– Это что ещё за веник? – возмутилась Вера, увидев небольшой пучок сухой травы.

– Баба Катя сказала, что это верное средство, – оправдывалась Ольга Ивановна. – Нужно только положить его под кровать, перед тем как… Ну, ты понимаешь.

– Вот это уже перебор! – выпустила пар Вера. – Я терпела вас довольно долго, но на этот раз, вы перешли все дозволенные границы. Забирайте это! Видеть не желаю!

Ольга Ивановна, в свою очередь, решила сменить роль «хорошей свекрови» на привычную «вредную».

– Я просто хотела, как лучше, неблагодарная ты девчонка! – злобно ответила она, застёгивая молнию трясущейся рукой. – Ты не ругайся, а послушай, что тебе говорят. Потом спасибо скажешь!

Терпение Веры было большим, но не безграничным. Кузя, почувствовав назревающий скандал, вдруг оставил ноги Ольги Ивановны без внимания и ретировался в соседнюю комнату. Вера смогла совладать с нервами и старалась не повышать голос.

– Прошу, уйдите, – спокойно проговорила она, дав понять, что разговор ни к чему хорошему не приведёт.

– Хорошо, я уйду, – согласилась Ольга Ивановна, – только учти, я всё равно сделаю так, чтобы мой Серёжа был счастлив.

Не сходя с места, Вера указала на дверь:

– Выход там.

– Нахалка! – крикнула свекровь уже на пороге. – Если ты пустая, как пробка, то и нечего Серёже жизнь ломать! Какая ты хозяйка, если у тебя даже цветы все завяли! Вон, сама посмотри!

Дверь захлопнулась, поставив жирную точку в разговоре. Неприятный осадок на душе не прошёл даже тогда, когда Ольга Ивановна скрылась за дворовым забором. Проглотив комок в горле, Вера боковым зрением уловила цветочный горшок, в котором ещё вчера распустилась орхидея – подарок Сергея на день её рождения. Растение добавляло красок в уютно обустроенное гнёздышко Емельяновых, к тому же Вера тщательно ухаживала за цветком, не имея привычки забывать про поливку.

– Что за чёрт? – удивилась девушка, заметив, как последние листочки растения покинули абсолютно голый стебель.

––

Вечером, когда Сергей вернулся с работы, на столе его ждал горячий ужин. Вера молчала и не знала, как сообщить об очередной выходке его матери. Решив не откладывать разговор до утра, она села напротив и выложила всё, что произошло днём.

– Да что же это такое?! – возмутился Сергей. – Что за чертовщина тут творится?

– Ты должен с ней поговорить и объяснить, что в её помощи мы не нуждаемся! – заявила Вера. – Мы же проходили обследование. Ты здоров, я тоже! Просто так бывает! Помнишь, что врач сказал?

– Да помню я, помню!

–Не нужно бить тревогу. Всё будет хорошо.

Сергей бросил ложку в тарелку с недоеденным супом:

– Всё одно к одному. Будто сговорились.

– Ты это о чём? – поинтересовалась Вера.

Сергей пробежал взглядом по кухне, заострив внимание на навесном шкафу.

Вера знала, что находится за деревянной дверцей, поэтому спросила прямо в лоб:

– Что это вдруг? Есть повод для выпивки?

– Нет, – ответил муж, отведя глаза в сторону. – Я всё пытаюсь понять, почему вы перестали находить общий язык. Когда мы жили в доме мамы, такой проблемы не было. Что изменилось?

Вера задавала себе этот вопрос неоднократно. Три месяца назад, непосредственно перед переездом, её отношениям со свекровью можно было только позавидовать. Не имея собственных родителей, она нашла близкого по духу человека в лице матери собственного мужа, но что именно пошло не так, она не знала. Ольгу Ивановну будто подменили. Сошли на нет прошлые задушевные разговоры и вечерние посиделки, во время которых Ольга Ивановна охотно делилась жизненным опытом со своей невесткой.

– Помню, – подтвердила Вера.

Она заметила, в каком смятении находится Сергей, как трудно ему принять действительность. Уставший взгляд упёрся в пол, аппетит пропал. Вера поднялась с места, подошла к Сергею со спины, положив ладони ему на плечи.

– Хорошо, я постараюсь с ней поговорить, – утешала она, разминая затёкшие мышцы. – Я же люблю тебя.

Он почувствовал приятное тепло женского тела, в который раз поймав себя на мысли, что любит собственную жену ничуть не меньше, чем она его. Он был готов на многое, только бы сохранить в доме уютную атмосферу семьи.

– И я тебя люблю, – ответил Сергей.

Кот Кузя был тут как тут. Он ластился у ног хозяйки, сообщая всем о своем присутствии громким мурлыканием.

– Да, и спустись, наконец, в подвал, Серёж, – вспомнила вдруг Вера. – Эта вонь так и не прекращается. Наверное, мышь в капкане осталась.

– А что ты?

– А я боюсь темноты. Лампа снова перегорела.

Сергей вдруг повернулся к ней лицом.

– Снова перегорела? – переспросил он.

– Да, – ответила Вера. – Уже третья за четыре дня. Сходи, пожалуйста, сам.

– Хорошо, завтра спущусь.

– Почему завтра? – вдруг спросила супруга. – Посмотри сейчас. Ещё же не поздно.

Сергей уставился на деревянный люк в полу, за которым была лестница в подвал. Он смотрел на него подозрительно долго, после чего вдруг сказал:

– Не переживай, я всё сделаю, но только завтра.

Вторник

Громкая музыка оповестила о том, что пора вставать. Обычно Сергей просыпался гораздо раньше будильника, но в этот раз знакомый весёлый мотив неожиданно рано ударил по ушам. Парень вскочил с постели, пытаясь утихомирить электронное устройство, но удалось это только после того, как он вытащил из него батарейки.

– Боже, что это было? – спросонья спросила Вера. – Уже утро?

Покрасневшими, полными песка глазами Сергей пытался сфокусировать взгляд на настенных часах. В полутьме сделать это оказалось непросто.

– Серёж, поставь чайник. Я сейчас поднимусь, – послышался за спиной слабый голос жены.

Парень поднялся на ноги и в полном недоумении уставился на часовую стрелку, которая остановилась на трёх утра.

– Как же хочется спать, – прошептала Вера, закутываясь в одеяло.

– Ну, так спи, – проговорил Сергей. – Проклятый будильник! Это ты его поставила на такую рань?

– Что? – спросила жена, не открывая глаз.

– Ладно, ничего, – ответил Сергей, поставив безмолвный прибор обратно на тумбу.

Батарейки остались лежать на полу. Парень опустил голову на мягкую подушку в надежде снова уснуть. Он смотрел в потолок, на поверхности которого свет уличного столба причудливо играл тенями ветвей деревьев. Наблюдая за чёрно-белыми танцами, он понял, что не сомкнёт глаз до утра.

– Дешёвка китайская, – выругался про себя Сергей, пытаясь заставить клокочущее сердце успокоиться.

– Да почему я?!

Сергей стоял в тесном кабинете начальника, где на стене висел портрет президента.

Обычно в личных просьбах Михаил Андреевич старался не отказывать, но на этот раз он был категоричен.

– Это не моя инициатива, Серёжа, – оправдывался пузатый мужчина с лысой головой. – Остаётся только несколько человек под началом Живаева. Остальные – в свободное плавание.

– Что за бред такой? Я молодой и перспективный. Михаил Андреевич, прошу вас, посмотрите, неужели нет места для перевода?

Начальник с сожалением выслушивал просьбы Сергея, но помочь был не в силах.

На столе лежал приказ о сокращении. Фамилия Емельянов была первой в длинном списке. Не нужно было быть предсказателем или экстрасенсом, чтобы заметить, как высшее руководство целенаправленно разрушает систему, обретая при этом собственную финансовую независимость. Какое им может быть дело до тракториста Сергея Емельянова, если пришло время «сматывать удочки»?

Михаил Андреевич неоднозначно пожал плечами, дав понять, что разговор окончен. Ничего не оставалось, кроме того как молча уйти.

В подавленном настроении парень покинул расположение своего, уже бывшего начальника. За окном одиноко остался стоять на площадке новенький трактор, который вскоре примерит на себя другой водитель. Сергей достал из кармана мобильник, чтобы набрать жене. Открыв адресную книгу, он нашёл нужную строку и поставил палец на кнопку вызова. Нужно было сообщить неприятную новость.

Солнечное утро уже не казалось таким радостным, обещающим приятный тёплый денёк. Всё изменилось. Стоя на ступеньках лестницы, ведущей к выходу, Сергей вдруг подумал, что может завершить этот день так, как сам захочет. Будет лучше, если Вера пока ничего не узнает. Не стоит портить ей настроение. Словно по чужому велению, он опустил палец и набрал совершенно другой номер.

– Эй, красотка! Да, ты! Налей нам ещё!

– Да хватит уже, – пытался остановить своего друга Сергей. – Мне же завтра…

– На работу? – продолжил за него Никита. – Ты что, забыл? Никуда тебе не нужно, балбес! Давай лучше ещё по сто!

Холодная водка вновь обожгла горло, от чего третий компаньон вдруг резко закашлял.

– Эй, ты чего, Санёк? – рассмеялся Никита. – Не пошла тебе огненная вода? Слабак! А вот мы в прошлом году на подсочке самогон из воронок пили. Понял? А тут и понюхать нечего.

Утонув в тумане табачного дыма, трое закадычных друзей нашли своё место в городской «разливайке», где ещё ни один вечер не проходил без мордобоя и визита милиции.

Позвонить своему товарищу со школьной скамьи Никите Черепанову показалось Сергею неплохой идеей. Он знал, что тот никуда не пойдёт без их общего друга Саши Иванова, который, кстати говоря, не был любителем выпить, но никогда не оставлял друзей одних.

Пухленькая девушка с повязанным фартуком принесла поднос, на котором стояла новая порция алкоголя.

– Как раз вовремя! Спасибо большое, – потирая ладони, проговорил Никита.

– А может, хватит, ребят, – подал голос Саша.

Его организм был слабее остальных, поэтому хмель сразил его почти наповал.

– Не говори ерунды, – отмахнулся Никита в предвкушении нового тоста.

Он принялся разливать бутылку по стопкам.

Сергей вдруг понял, что поступает неправильно, когда пьяными глазами заметил шесть пропущенных звонков на экране сотового. Туманный взгляд понесло в сторону, где сквозь клубы сигаретного дыма пробивалось электронное цифровое табло. Шёл двенадцатый час ночи. Несомненно, звонки были от Веры.

– За дружбу! – вскрикнул Никита, подняв стопку вверх.

– Хватит, – взмолился Саша, уже лёжа лицом на столе. – Я больше не могу.

Никита расправился с выпивкой, занюхав рукавом и заметив, что Сергей к своей так и не притронулся.

– Эй, что с тобой, дружище? Всё хорошо?

Сергей уловил на себе плавающий взгляд Никиты со словами:

– Пойдём, подышим. Нам всем нужно освежиться.

Держась друг за друга и за соседние столы, троица покинула смрадно пахнущее заведение под предлогом «покурить».

На улице было свежо. Ноябрьские ночи не радовали теплом, поэтому пришлось накинуть на себя куртки, чтобы не замёрзнуть. Саша уже не держался на ногах. Сергей чувствовал себя немногим лучше, но пока ещё мог самостоятельно передвигаться.

– У меня супер идея! – вдруг предложил Никита. – Поехали в клуб! Сейчас там самый разгар! То, что нужно! Поехали?!

Сергей видел перед глазами не танцующих полуголых малолеток, а образ жены Веры. Совесть призывала остановиться и поехать домой. Будто прочитав эту просьбу в глазах друга, Никита вдруг предложил:

– Ладно, мякиши, поехали. Я вас развезу по домам, а то вы совсем раскисли.

– Нет, – остановил его Сергей. – За руль лучше не садиться!

– Что ты как баба? – возмутился Никита. – Поехали, говорю! Всё будет хорошо.

За окном мелькали фонарные столбы, которые вскоре сменились на тёмные силуэты деревьев. По дороге домой Сергей не думал, что пьяный водитель может совершить аварию или запросто наехать на пешехода. Его душа стремилась обратно к родному человеку, которого он сегодня так бессердечно променял на пьяный вечер с друзьями. Словно некто недобрый шептал на ухо: «Пей-пей, разве ты не имеешь права отдохнуть?»

Вскоре «шестёрка», скрипя колёсами, подкатила к повороту на знакомую улицу. Дальше дорога представляла собой вязкую смесь из грязи и камней.

– Туда мы не проедем, – заявил Никита.

– Всё, я пошёл. До скорого, – попрощался Сергей и открыл дверь.

Хлюпая промокшими ботинками по лужам, он пытался подобрать слова, чтобы оправдаться перед женой. Пьяная голова отказывалась работать. Вера никогда не давала повода думать о себе плохо, отчего Сергей чувствовал себя последней скотиной. Нужно было попросить прощения. Вера хорошая и понимающая девушка, она поймёт и не будет устраивать скандал.

С намерением извиниться Сергей открыл калитку своего двора, но тут же застыл на месте от неожиданности. Вопреки всем ожиданиям в доме горел свет, а за занавешенным окном были видны фигуры людей, и это в половине первого ночи! Через мгновение Сергей услышал то, чего надеялся не услышать никогда. Даже в самых страшных снах и мыслях он не мог себе представить такое – чужой мужской смех, самодовольный и наглый, в ответ на который ласковый голос жены. Они о чём-то говорили. Так весело и громко, что на сердце вдруг стало тяжело от возможного предательства близкого человека.

Кто это? Почему он в моём доме?

Накручивая себя всё сильнее, Сергей вдруг ощутил, как дрожат его руки.

Может, это её брат? Вернулся из долгосрочной командировки?

Не обманывай себя, идиот! Вера поняла, что ты сегодня «на рогах» и воспользовалась случаем

Нет, она не могла! Она не такая!

А ты подойди и загляни в окно! Ха-ха-ха! Посмотрю я на тебя, когда ты увидишь это! Аха-ха-ха-ха!

В голове кто-то ржал, а Сергей неуверенной походкой пошёл к своему дому, откуда доносились счастливые голоса.

Посмотри-посмотри, неудачник!

Парень подкрался к окну. С такого близкого расстояния невозможно было не различить знакомый силуэт жены и крепкого мужчины возле неё. Он обнял Веру за талию, целуя в шею, а она….

Сергея словно обдало кипятком! Огненный жар вспыхнул в груди, отчего захотелось кричать во всё горло, чтобы остановить происходящий кошмар. Она была НЕ ПРОТИВ! Его любимая Вера таяла в объятиях какого-то мужлана, который вёл себя так, будто он здесь полноправный хозяин.

Убедился?! Ха-ха-ха! Что будешь делать, неудачник?

Сергея трясло от напряжения. Он не хотел верить в то, что видели его глаза и слышали его уши. Ноги сами понесли его к двери. Она оказалась заперта. Неудивительно! Парочка хотела, чтобы им не мешали. Достав из кармана ключ, Сергей открыл замок. Стараясь не производить лишнего шума, он отворил дверь собственного дома, который становился вдруг чужим и враждебным. Когда он тихо зашёл в тёмный коридор, рука сама собой нащупала в углу деревянную рукоять топора.

Вот так! Покажи, чего ты стоишь! Жена изменяет, выперли с работы –неудачник!

Прятаться больше не было смысла. Гнев и ярость затмили рассудок настолько, что Сергей потерял принадлежность самому себе. Казалось, что руки и ноги делают всю работу сами, не подчиняясь приказам хозяина. Сам же Сергей был зрителем в кинозале, на экране которого разыгрывался настоящий фильм ужасов. Всё происходящее походило на дурной сон.

Возможно, стоит остановиться? Я же не убийца, в конце концов!

Игривый смех Веры поставил точку в сомнениях парня. С криком дикого зверя Сергей ворвался внутрь.

Вот теперь ты мой, Серёжа. Аха-ха-хах! Спасибо, неудачник!

Странный голос в голове задыхался от смеха, пока Сергей в полной растерянности стоял посреди собственной кухни в кромешной темноте. Света не было и в других комнатах. Мёртвая тишина, и лишь настенные часы давали о себе знать: «Тик-так, тик-так».

Даже под действием палёной водки до головы добралась трезвая мысль о том, что дом пуст. Никого нет, даже Веры. Только невероятно сильный запах разлагающейся плоти. Он был настолько едким и противным, что Сергей прикрыл нос рукой. Ненужно было искать источник. Он прекрасно знал, что запах исходит из подвала. Сергей испугался. Это не было мгновенное чувство, которое испытываешь когда кто-то выпрыгивает из-за угла. Ужас, словно вода, медленно пропитывал дрожащее тело, проникая в каждую его клеточку, обволакивая каждый его нерв. Ноги вросли в пол, а руки оцепенели. Взгляд непроизвольно пал на образ иконы, которая одиноко висела в углу. Сергей не был верующим человеком, не имел привычки ходить в храм и никогда бы не обратился к Богу, но в тот момент он решил поступить именно так.

– Господи… – прошептали побледневшие губы, как в спальной вдруг раздался громкий шум работающего телевизора.

Комнату наполнили радостные крики телеведущего, который что-то усердно рекламировал, призывая купить товар прямо сейчас. Запах при этом стал невыносимым. Он невидимым туманом выползал из-под закрытой двери подвала, стараясь поселиться даже в самом укромном уголке дома. Парень зажмурил глаза, всецело поддавшись паническому страху. Сергей ещё слышал призывы телеведущего, когда, теряя сознание, повалился на пол.

Теперь ты мой, неудачник! Аха-ха!

Среда

На пригородной автобусной остановке людей было немного. Большая часть пассажиров села в автобус на вокзале, а остальных ПАЗик подбирал по пути в посёлок . На окраине его ожидали работники местных предприятий, расположенных в промышленной зоне, и поселковые жители, приехавшие на службу в церковь. Среди них можно было встретить как пожилых людей, так и молодых родителей с детьми. В сторонке одиноко стоял высокий мужчина средних лет. Принадлежность к церкви выдавала в нём не борода и длинная ряса под курткой. Было в его добром взгляде что-то высшее и благодатное, к чему люди подсознательно тянулись. Все, кто присутствовал на проповедях у отца Владимира, отмечали, как тот верно может подбирать слова, чтобы точно донести свою мысль до всех прихожан, независимо от возраста и пола.

Ожидая автобус на остановке, отец Владимир и не думал, что в числе пассажиров окажется некая Ольга Ивановна – женщина, нарочито отправившаяся в город, чтобы встретиться с ним с глазу на глаз. Впервые в жизни Ольге Ивановне пришлось искать помощи у совершенно незнакомых людей, тем более у служителей церкви. Она не сделала бы этого, если бы не видела глаза собственного сына в тот момент, когда он рассказывал ей о минувшем вечере. Отравление алкоголем может привести к различным последствиям, вплоть до зрительных и слуховых галлюцинаций. Чашу весов склонила Вера, которая в ночь со вторника на среду ушла ночевать к подруге. Причиной послужил аномально сильный органический запах, который сделал пребывание в доме невозможным. Наутро, когда Вера нашла своего мужа в бессознательном состоянии прямо на полу, от странного смрада не осталось и следа.