Планета Далила

Глава 1

Небольшой катер с едва видимой тёмно-зелёной окраской и шрамами от многочисленных ремонтов улиткой, что спрятала свои рожки, полз среди каменных островов. Ещё более замедляясь возле лениво крутящихся обломков, которые когда-нибудь сольются в планету. Невидимые лучи жадно ощупывали поверхность, стараясь поглубже запустить свои шаловливые пальчики. Не, найдя ничего интересного катер с пренебрежительным фырканьем, отворачивался и полз к следующей достойной цели. Выровнявшись перед очерёдной разжиревшей покрытой выбоинами и с торчащими каменными иглами жертве, мелкая щепка в океане обломков выплеснула лучами. На экране сканера замельтешили радостные цифры, обведённые золотой и серебряной рамкой. Стоимость невзрачной громадины рос немереными прыжками. Включился магнитный захват и каменюка вздрогнув, стала медленно притормаживать, а затем лениво ползти за катером, словно обожравшаяся собака за новой порцией печени. Арсен Марков лет тридцати, с чуть отросшими волосами, явный бунт против коротких военных стрижек, в поношенном сером комбезе со споротыми нашивками, с удовольствием откинулся в уже привычном перекошенном кресле. Из пневмотрубы очередью вылетели и разошлись веером управляемые снаряды. Выбрав курс, уверенно поднимая, облака пыли воткнулись в камень. Вспышки. По поверхности пробежала щель. Неслышный раздираемый скрежет и грохот. От астероида отделился кусок не меньше трети. В облаке пыли и крошки они медленно делились, разлетаясь в разные стороны. Приличный кус, набитый редкими рудами, двигался к нему прямо в руки. На оставшуюся часть каменюки, не забыл отстрелил скрытый маячок. Так, что не потеряется, и вся вкусная добыча уляжется в его трюме.

– Джон, иду обратно. Принимай подарок, – добродушно сказал Арсен, связавшись с кораблём. Если цифры сканера не врут, то притащив этот образец на плавильни Крора, можно отлично приподняться. А если сделать ещё две ходки и забрать оставшееся, то можно заваливаться в ближайший ресторан и заказывать бассейн шампанского.

– Слышу тебя. Ребята готовы принять. Грузовой шлюз открыт, – многозначительно помолчав, довольно едко и неприятно продолжил, что по спине Арсена пробежали холодные щупальца с иголками вместо присосок, – ты надеюсь, в этот раз габаритами не ошибся?

Джон, парень под тридцать невысокого роста. Под всегда хмурым лицом прятал весёлую улыбку. Оптимистично смотрел на возможный исход, даже мерзких, леденящих событий, происходящих вокруг. На корабле числился пилотом и не любил, когда его детищу, в которую он после приобретения вложил кучу сил, причиняют вред. Как он говорил: «Мне на нём ещё летать, а вы лишь балластные крысы».

– Чёрт Джонни! Это было один раз! Причём давно! – раздражённо гаркнул Арсен. Тот случай произошёл на заре их карьеры по сбору минералов. Казалось бы, простое дело. Подцепил магнитным захватом кусок скалы и запульнул в грузовой шлюз корабля. Что может пойти не так. Если этим справляются алкаши из баров, что работают на добытчиках сырья, то он вообще справится легко.

– Зато для меня, как сейчас! Нам всём пришлось вылазить и резать его, чтобы вытащить. Твой запулённый подарок разорвал шлюз. Потом ещё пришлось всё заваривать, чтобы загерметизировать грузовой отсек!

– Ты решил меня подавить морально? – раздражённо поинтересовался Арсен, наблюдая за стабильно идущим обломком и добавляя скорость катеру, – Сколько можно об этом?

– Да каждый раз, чтоб знал, как грузить корабль! Столько лет, а нормально сделать работу не можешь!

– И кто после этого капитан корабля, – проворчал Арсен и, чтоб убедиться в этом, взглянул на лацкан с шевроном, – всё тебя стараются гнидить за малейшую ошибку. Вот поссаживаю всех в дальнем мирке, будете там землю копать. Причём кривой лопатой. Слышь Джонни, хочешь землю копать?

– Да, упаси боже! Не для того я вкалывал, учась на пилота, чтобы прозябать внизу среди грязи и воды, что удивительным образом падает с нёба.

– Тогда заткнись, а то я нервничать начинаю. Отправлю камень в рубку, будешь знать, как меня расстраивать.

– А потом, как выбираться отсюда будешь? Ножками? Раз – два, раз – два, раз – два. Сменные ботиночки есть?

– Да уж как-нибудь, – проворчал Арсен, притормаживая и включая маневровые, чтобы обойти медленно плывущую преграду размером не уступающую и федеральному линкору.

Секунды складывались в минуты. Катер, как трудолюбивый муравей, тащил добычу к себе в муравейник или корабельник. Тут Арсен попытался найти подходящий и звучащий синоним. Окружающий пейзаж из многочисленных камней, что плыли в пустоте, будили воображение. Так захотелось выбрать кусок поздоровее, да чтоб драгоценных жил побольше и устроить там базу. Построить перерабатывающий заводик и не заботясь не о чем подтаскивать астероиды на разделку. Потом продавать добытый металл и гнуть пальцы перед завистниками. Как же, ему удалось подняться на таком поприще! А то все гнусавят – ты не сможешь. У тебя хватки нету. Прогоришь. Приползёшь и будешь просить подаяние. Последнее они не говорили, но Арсен посчитал, что как минимум думали, посверкивая своими наглыми глазками. Таких он мог назвать, как минимум парочку особо мерзких типов, считавших его тупорылым выскочкой. Он бы с удовольствием понаделал в них отверстий, чтобы вышел избыток гноя, которым они переполнены.

Из под горы ленивой змеёй выползло расползающиеся пылевое облако с клубящимися и закручивающимися вовнутрь краями. Стараясь уйти от столкновения, катер, подвывая подуставшим магнитным приводом, почихивая движками облетел по дуге. Ещё не хватало латанную обшивку повредить. Мысли Арсена текли неторопливо. Руки уверенно лежали на штурвале. Всё-таки народ ошибается, думал он. Космосу не подходят симфонии. Ну вот в открытом космосе там да. Пустота. Далекая звезда испускает лучи частиц и света. Планеты что бегут по кругу. Там да симфония пойдёт. Этакий гимн спокойного движения и расчёта. А вот тут нет. Он проследил, как астероид расползся на несколько кусков от столкновения. Нет. Никакой симфонии! Только рок. Даже тяжёлый рок. Вот ударная партия по барабану и величавые горы сталкиваются, круша друг друга, разбрасывая пыль и обломки. Пронзительный вой синтезатора и скала в форме иглы распарывает мелкие камни, что мечтали стать огромной горой. Соло гитарной пары рвёт струны и два гигантских обломков подобно космическим кораблям проходят впритирку – стирая в порошок бока. Победные аккорды и рёв – могучая гора, размётывая пылевое скопление, и несётся в их завихрениях дальше. Да вот оно! Арсен отбил ритм пальцами на штурвале. Вот куда надо запихивать композиторов, чтобы они соизволили писать достойную музыку.

– Капитан у нас проблема! – ворвался в эфир напряжённый голос Джона и тем самым, сметая мысли Арсена, отбрасывая всякие помыслы о музыке.

– Чего еще там?

– Нарастает гравитация. Дьявол! Арсен! Похоже, идёт гравитационная волна!

– Время подхода? Успеем камень загрузить?

– Кэп, кидай его! Я разворачиваю корабль и ускоряюсь. Шлюзы задраены. Заходи с запада тридцать. Пристыкуешься там.

– Проклятье! – пробормотал Арсен, стараясь подавить бешеный выброс адреналина. Хотелось выбежать из катера и толкать в корму, чтоб быстрее шевелил дюзами.

Разблокировав захват, подал высвободившуюся энергию на движок. Кораблик испуганно шарахнулся, взвыв от хлынувшего потока. Дюзы заплевали перебоями, но выровняли поток. Пошёл уверенный разгон в сторону корабля. Напоследок успел отстрелить в рудный камень маячок. Волна пройдёт, если астероид останется цел, он его найдёт и назло волне притащит на корабль.

Гравитационная аномалия, основная причина, почему никто особо не стремился разрабатывать местный метеоритный пояс. То, что не сомнёт волна, снесут сдвинутые с места астероиды. После первых неудач, стали использовать корабли матки вдали от астероидов и кучу мелких судов, что доставляли к ним добычу. Так продолжалось, пока не возникла гипергравитационная волна. Она достала корабли носители и заводы переработчики. Превратив их в смятый никчёмный хлам. С тех пор система считается проклятой. Редкие старатели после этого пытались покушаться на местные богатства. Чаще всего они исчезали, так не вырвавшись из-под волны.

Грузовой корабль «Лохр» с белёсыми разводами от сползающей отражающей поверхности, фонтанируя маневровыми, спешил развернуться. Совершив манёвр, удачно разминувшись носом с высунувшейся от любопытства скалой, включил движки. Выхлоп из дюз быстро стал набирать мощность пытаясь как можно быстрее выйти на форсаж, покинув опасное место. Это был промежуточный класс грузовозов. Занимал место между малыми и средними судами. Небольшая грузоподъёмность компенсировалась быстротой и достаточно уверенной манёвренностью. Он видел, как позади начали шевелиться до этого мирно спящие горы. Сильнее схватившись за управление, чувствовал, как катер начал вибрировать, пытаясь кувыркнуться. Повысил скорость на максимум, слыша неприятный поскуливающий свист. Так выгорает тепловая защита дюз, и так уже порядком изношенная. Уворачиваясь и прыгая на ухабах, добрался до «Лохра», вот только для него это было только началом кульбитов. Пришлось не только выравнивать скорость, но и подстроиться под рыскание. Не хотелось размазаться о корпус. Джон, видя его, постарался стабилизировать, выпустив с правых тормозной выхлоп. Корабль чуть замер, и Арсен постарался максимально воспользоваться данной возможностью. Резкое ускорение вдавило в кресло. Движок истерично чахоточно закашлял. Затем тормоз. Передние дюзы заполыхали, гася избыток скорости. Он сам уже повис на ремнях безопасности. Доворот и вот катер гнусаво скрежещет по корпусу. Противное и тягучее замедление ещё более выровняла скорости. Корректируя свой путь, сполз до люка. Магнитные захваты радостно сработали, почувствовав добычу. Катер дёрнулся так, что показалось они оторвутся. После этого мерзкого события вместе с его лодочкой отправятся до ближайшей скалы, где станут жировой прослойкой. Хотя не исключалось, что в далёком будущем это прослойка послужит источником новой жизни. Арсен помотал головой, выгоняя тупорылые мысли. Он пристыковался к аварийному люку и его ждут в рубке. Отцепив ремни, пробрался мимо кресла узковатой кабины и ударил кулаком по сенсору шлюзу. Тот обиженно пискнул, громко выдохнув разогретым паром. Явно повредился трубопровод. Хорошо хоть не в меня успела промелькнуть мысль, когда он влетал внутрь и нажимал на доступ дальше.

– Всё Джон пристыковался! Иду в рубку, – выкрикнул в наручный комм.

– Давай, быстрее! Идёт сильная волна! Чёрт, да она просто сминает астероиды! Твою же!

Корабль застонал, от работы экстренно запущенных тормозных движков, а затем резкая смена курса. Арсена впечатало в стену. По лицу языком прошлась боль.

– Быстрее Арсен! Без навигатора, полное дерьмо. Отстреливаю катер.

Капитан, пошатываясь, побежал по коридору, ощущая, как его корабль начал, содрогаясь вибрировать. Слышался лёгким шорох от ударов мелких камней и пыли об поднятую защиту. Весь коридор казался затянут кривляющейся дымкой пыли. Хотя такого не могло быть. Арсен списал это на последствия встречи со стеной и нервного напряжения.

– Что команда? – выдохнул он, забегая в рубку.

– Келс в двигательном. Дорс и Вагнер в генераторной. Он сбоит и греется. Вагнер говорит, где-то пробита защита, и коротит туда.

Подавляя стон в самом зародыше и не обращая внимания на капающие с лица кровь, рухнул в капитанское кресло. Немигающими глазами впился в экраны задней полусферы. За ними неслась волна астероидов. Колеблясь и раздавливая мелкие, слипаясь в более крупные, она подавляла своим величием. Хотелось как можно скорее убраться от каменного цунами. Взглянул вперёд, оценивая будущий путь бегства. Там картина была не менее угрожающей. Камни шевелились. Двигались. Норовили выйти на курс потрёпанного жизнью, честно сказать, грузовика. Словно разумные кидались под него, лишь бы замедлить. Замедлить и дать шанс волне сзади нагнать и перемолоть, как прошлых старателей.

– Джон что впереди? Почему они двигаются на нас?

– Ещё одна на семьдесят градусов. Гонит боковую волну.

– Тогда уходи влево, сто сорок. Там вижу просветы. Вот курс. Должны проскочить.

– Арсен! Энергия щита на сорока, – голос Вагнера скрежетал как напильник по ржавому металлу, – генератор уже дымится! Надо искать замыкание. Иначе запечёмся пирогами, а потом размажемся питательным маслом по скалам!

– Давай, только поторопись!

– Не беспокойся, кэп. С Дорсом быстро управимся. Всё, жди.

Корабль маневрировал, между двигающихся астероидов, выискивая свободное пространство. Набор скорости сменялся на резкое торможение и смену курса. Он подобно бегемоту метался между сходящей с гор лавины, если вообще такое возможно, мелькнула безумная мысль у Арсена и панически сбежала. Всё окружающее пространство превратилось в живой дышащий лабиринт. Словно неведомое животное свивало свои кольца вокруг, не давая им выскочить.

– Арсен долго ещё? – простонал Джон, весь покрытый потом. Его руки буквально приросли к штурвалу. Мышцы вздулись настолько, что свободный обычно комбез стал их обтягивать.

– Осталось немного. Давай вверх на тридцать, там должны пройти.

– О-о вижу выход! Похоже, вырвемся. Нам везёт! – вырвалось у Джона с облегчённым выдохом.

Резкий удар сотряс корабль. Заморгал в безумном танце свет, затем до рези ярко вспыхнул, заставляя зажмуриться. Прищурив глаза, стараясь проморгаться от выступивших слёз, Арсен заорал:

– Попадание в левую корму! Джон, выруливай! Астероид по центру.

Корабль нёсшийся на скалу, дёрнулся и резко, скрепя шпангоутами, отвернул, устремившись в пылевое облако. Скрежет и вой усилился, пожирая щит. Капитан быстро перебросил избыток энергии на него. Яркость света в рубке чуть померкла, но оставалась сильной.

– Джон, уходи вправо двадцать! Вагнер что с генератором? Келс двигатель?

– Двигатель критичен! Едва не сожгли. Скачек энергии. Выправляю.

– Вагнер! Твою на рыло. Доложи!..

– Кэп дерьмо, – сухо прервал Джон, бросая корабль с завыванием двигательных стабилизаторов в небольшой проход и давая максимальную тягу, – у Вагнера и Дорна жизненные показатели по нулям. Похоже, их накрыл камень или разряд, когда они были в корме.

– Что с двигателем?

– Дымится, что с ним ещё сделается. Быстрее выруливайте иначе рванёт!

– Джон в проход на десять! Идём туда.

Ещё немного бешеной гонки и игрой в пятнашки – корабль вылетел из шевелящегося астероидного поля в чистый, прозрачный космос. За кораблём словно жаждущий сладкого потянулся язык мелкого крошева. Постепенно он замедлился, а затем стало втягиваться обратно. Арсен, откинувшись в кресле, прикрыл глаза. По спине пробегала дрожь спадающего напряжения. В голове образовался не меньший вакуум, чем снаружи.

– Что с кораблём Джон?

– Дела плохи. Большинство датчиков уничтожено. Повреждение корпуса. Антенна связи, как не было. Что с двигателем не знаю. Но могу выдать только треть мощности. Приходят аварийные сигналы. Келс, тебе лучше доложит.

– Когда нам нужен срочный ремонт и восстановление корабля, Дорн с Вагнером дали себя убить. А ведь так хорошо шло! Проклятье!

– Ты ведь прекрасно знал, куда лез. И нас тащил! Хорошо хоть втроём вырвались. А то бы записали в потерявшихся.

– Держи курс. Я к Келсу. Посмотрю, что творится. Заодно в генераторную зайду. Может всё-таки свезёт и Вагнер живой. Просто датчики сгорели.

Арсен чуть мотнул головой разгоняя подползающую муть усталости и мерзкий холодок по спине. Медленно поднявшись, с хрустом, разминая шею, направил свой путь из рубки. Джон без слов проводил его взглядом. Световые панели ярко полыхали, стараясь выжечь тень, и издавали звук, словно разворошили рой ос. Всё это шоу света и звука сопровождались какими-то глухими ударами. Чем ближе он подбирался к цели, тем звук тупых ударов становился ярче и насыщенней. В двигательном вибрировал раскалённый воздух. Из-за стены раздавалось недовольное урчание двигателя, прерываемое скрежетанием и кашлем столетней старухи. Возле одной из стен отплясывал голый, только в одних ботинках, широкоплечий Келс с ожогами по всему телу. Его спину украшал татуировка помесь танка и бульдозера с лапищами ковшами. Вокруг шла надпись «уроем всех – потом зароем». Кроме ботинок, что раздумывали запечь мясо на косточках или поджарить, на лапищах у Келся присутствовали толстые рукавицы. Ими он удерживал гаечный ключ, которым пытался выкрутить гайку. Периодически остервенело, стучал им по изогнувшейся трубе. Ещё пара поворотов и гайка слетела. С трубы закапала дымящаяся чёрная жижа с остро режущим горло запахом.

– Наконец-то ты потекла, – сквозь зубы, словно змея прошипел Келс.

– Ну и как? – спросил Арсен, стараясь реже вдыхать огонь, что по ошибке называли воздухом, – сможем разогнаться?

– Ложись, обними движок. Как только его охладишь своим прекрасным, хладным тельцем, так сразу и полетим! Охладитель не поступает в двигатель! Трубы погнуло! Эта дрянь едва сочится! Хорошо хоть не разорвало, а то бы сварился, как цыплёнок в духовке.

– Тогда одевайся, устраняй течь и подходи в рубку.

– Что в генераторной? Если в порядке, пусть Вагнер идёт сюда. Поможет. Да и Дорн притаранит обезболивающее.

– Если датчики не врут, у нас нет ни дока, ни ремонтника. Справляйся сам. Зайдёшь в мед кабину, наберёшь каких надо лекарств.

– Да… В хорошую парашу ты нас затащил! Ладно я дурак, но умница Вагнер? Да ещё с пришивальщиком конечностей в комплекте. Подарок два в одном, – Келс качая головой, матерясь сквозь зубы, приступил к ремонту охлаждения двигателя, не обращая внимания на уходящего капитана.

Генераторная встретила Арсена натяжным гулом и потрескиванием. Шкафчики с электроинструментами были распахнуты, часть лежала на полу, отброшенное в спешке Вагнером. Подойдя к пульту управления, взглянул на аварийные сигналы. Две ячейки выгорело, другая пара имела мелкие повреждения. Остальные работали на максимуме, снабжая корабль энергией настолько, что он дрожал от избытка, готовясь вспыхнуть новой звездой, а то и сверхновой. Уменьшив нагрузку, вздохнул с облегчением. Прикрыл глаза, уставшие от режущего яркого света. Переведя управление генератором в рубку, он двинулся дальше по коридору. Туда, где Вагнер должен был устранять аварию. Следующий отсек был перекрыт аварийной переборкой. Индикация мигала однозначно показывая, что за ней вакуум. Проведя рукой по металлу, ощутил кончиками пальцев проникающий холод. Сглотнув накатившийся ком, Арсен развернулся, решительно направляясь обратно.

В рубке он обнаружил сидящих Джона с Келсом. Последний уже одетый по пояс размазывал по себе противно воняющую противоожоговую мазь. Арсен никогда не понимал, почему фармацевты делают её такой вонючей, что в носу свербило и глаза слезились. Нет бы пахло ромашками или розами. Он особо не разбирался в этом, но это всяко лучше этой мерзости.

– Ты мог делать это в другом месте? – хмуро произнёс Арсен, усаживаясь в своё кресло.

– Ты же меня сюда сам звал, – пожал Келс плечищами и продолжил втирать мазь, ощущая охватывающий холод там, где горело. Капитан, морщась от гуляющих ароматов, пощёлкал экранами просматривая, как работает связь с генератором.

– В общем, так. Келс, что у тебя с двигателями? Скорость для прыжка наберём?

– Нет. Движок греется при малейшей нагрузке. Нужен ремонт и желательно на верфи. В крайнем случае на планете.

– Джон что у тебя?

– Не лучше кэп. Повреждения корпуса. Всё сифонит и свистит. Регенерация воздуха едва справляется. Ещё немного, будем учиться дышать вакуумом или привыкать к скафандрам. Ты к чему больше склонен кэп?

– Ни к чему. До ближайшей планеты далеко?

– До Чарир? Пару часов лёту. Вот только климат не очень. Холодно, темно и мерзко.

– Джон!!! Я вышвырну тебя из шлюза за твой плоский юмор! До! Нормальной! Планеты! Далила вроде?

– До неё пять часов хода. Но нам нужно ещё обогнуть пылевое облако, это ещё пара часов. Итого семь.

– Потянем? – Арсен тяжело посмотрел, на медленно разминающего шею Келса.

– Движок должен. Охладителя точно хватит. Главное, чтобы Джон не гнал, ехал мееедленно. Тихооонечко.

– Слышал Джон? Никаких гонок.

– Да пошли вы. Как-нибудь уж долетим. Гнать не буду.

Полёт прошел более семи часов. Для Арсена они были заполнены беготнёй, наваливающейся тяжестью и мутью. Из мед отсека он вытащил заначку Дорса состоящую из армейских стимуляторов. Вколол себе и дал другим. Келс вколол не глядя и продолжил обхаживать кувалдой трубопровод. Джону вколол сам, тот буквально прилип к штурвалу, контролируя рыскание корабля. В это время то один, то другой отсек начинал свистеть наружу драгоценным воздухом. Приходилось всё бросать и быстро заваривать образующиеся дыры. Похоже, у корабля пострадал каркас и под нагрузкой, расходился корпус. Один из отсеков пришлось запечатать. Слишком большие повреждения. Арсен старался не думать, как пройдёт в таком положении посадка. Келс с красными глазами и замотанными руками старался вовсю, делая возможный ремонт, но до основных узлов, не мог добраться. Единственным подарком напоследок от Вагнера стал уверенно работающий генератор. О сгинувших товарищах молчали, стараясь придать максимально возможную живучесть кораблю.

Выйдя на орбиту Далилы, Джон сбросил нагрузку с двигателя, как просил Келс, чтобы дать тому охладиться. Арсен ещё раз проверив генератор, вернулся в рубку. Завалившись без сил в кресло, прикрыл горящие от песка глаза. Голова болела, летали непонятные табуны мушек в сопровождении серых точек. Дышать было тяжело. Ещё немного и надо надевать скафандры – думалось ему. Этими мыслями он пытался сбить истинную причину происходящего – усталость. Проведя ладонью по лицу размазывая грязь и разгоняя кровь, посмотрел на пилота.

– Джон как?

– Всё готово к посадке. Жду только приказа.

– Келс?

– Движок охладился, но нагрузка быстро это исправит. Я тут присмотрю за ним. Если, что открою задвижку, начну сливать перегретый охладитель.

– Нет Келс. Переключай управление в рубку и поднимайся.

– Кэп, задвижка ручная. Удалённо не откроешь.

– Если движок рванёт, тебя там размажет как пищевой фабрикант. В рубке у нас будет шанс. Бегом сюда!

– Ладно. Моё дело предупредить, – проворчал Келс.

Вбежав в рубку, он хлопнулся в неприязненно скрипнувшее кресло. Быстро провёл удалённую диагностику двигателя. Его движения были резкими. Пальцы со следами противоожоговой мази ни разу не дрогнули при нажатии клавиш. Голова наклонена чуть вбок от широкого бугристого шрама, шедшего из-под коротких рыжих волос к левому плечу.

– Всё двигатель готов.

– Джон, приступай к посадке.

– Слушаюсь кэп. Пристегнитесь идём навстречу с Далилой.

– Надеюсь, наше свидание с ней пройдёт без жарких объятий и фейерверков, – проворчал довольно громко Арсен.

– Давай Джон, я готов, – Келс отстучал несколько команд, – давай поехали, а то он скоро перегреется. Будет тогда тебе фейерверк и объятия.

Корабль, вздрагивая и трясясь словно лысая обезьяна, вылезшая из проруби, стал сходить с орбиты, погружаясь в атмосферу. Корпус начал мелко вибрировать. Порванная обшивка начала раскаляться. Мало этого всё наполнилось гулким звенящим звуком, переходящим в пронзительный свист и стон. Корабль подобно любой живой твари испуганно орал, погружаясь всё глубже в густеющую атмосферу.

– Джон, тормози! Иначе вобьемся в планету.

– Пытаюсь! Тормоз не справляется! Буду переворачивать корабль. Келс, что с движком?

– Греется, но пока терпимо.

– Начал поворот.

Корабль начал поворачиваться. Когда встал боком, раздался скрежет раздираемого металла и оглушительный хлопок сминаемой стального тела. Келс схватился за голову. Из ушей бежала кровь, уверенными ручейками стекая за воротник комбеза. С отчаянными криками боли корабль содрогаясь в конвульсиях, наконец развернулся. Полыхнули движки, даря облегчение и надежду на удачное приземление.

– Идём на посадку!

– Келс что движки? – заорал Арсен, пытаясь перекричать окружающие вибрирующие звуки.

Келс скорее почувствовал крик, чем услышал. Отнял окровавленные руки от головы всматриваясь в экраны. Пальцы, оставляя багровые кляксы на кнопках заметались по клавиатурам.

– Греются! Джон идёт перегрев! Ещё немного рванёт. Давление охладителя на выходе шкалит.

Джон мгновенно уменьшил мощность, и корабль с воем безысходности чувствительно просел. Ремни с отчаянием впились в плечи, пытаясь удержать тела в креслах. Как только планета приблизилась, в двигатель ударилась увеличенная нагрузка. Теперь скрипели кресла, пытаясь оставить позвоночники там, где они должны быть, а не пробивающие палубу. Корабль алой звездой почти замер, плавно опускаясь. Раздался грохот безысходности. Корабль вздрогнул от кормы до носа, расшвыривая куски себя.