Недееспособность и опека
- -
- 100%
- +
Предисловие
Долгое время к правам лиц с психическими расстройствами относились как к правам второстепенным, не требующим детального регулирования и закрепления в законодательстве. Однако ситуация претерпевает изменения, все больше внимания уделяется обеспечению гарантий прав граждан данной категории.
На фоне значительного количества публикаций по медицинскому праву (правовому регулированию медицинской деятельности) работ по проблемам права и психиатрии явно не достаточно.
Данное пособие не имеет аналогов, поскольку его автор является одним из ведущих разработчиков направления «Право и психиатрия» в России. Имеет огромный практический опыт по защите прав граждан с психическими расстройствами, осуществляет научную и педагогическую деятельность, участвует в законотворческом процессе, является участником международных конгрессов, конференций по данным вопросам, ведет постоянную рубрику «Психиатрия и право» Независимого психиатрического журнала, является автором серии книг «Права граждан с психическими расстройствами».
В представленных материалах отражена ситуация, которая имеет место в России в настоящее время, использована самая свежая судебная практика. Большой интерес представляют статистические данные. Работа имеет особую ценность аналитическим подходом автора к освещению правовых коллизий и методов их решения.
Надеюсь, пособие будет востребовано законодателем при разработке защитных механизмов, препятствующих нарушениям прав человека в психиатрии. Оно не только окажет помощь медицинским работникам, юристам и правозащитникам, но и станет руководством для населения в повышении степени своей осведомленности и активности в вопросах реализации и защиты своих прав.
Нет сомнений в том, что данное пособие даст толчок к большему пониманию роли прав человека при оказании качественной медицинской и социальной помощи в учреждениях здравоохранения и социального обслуживания, а также станет бесценным источником информации для людей, страдающих психическими расстройствами, в т. ч. недееспособных граждан, а также для тех, кто непосредственно связан с ними в своей каждодневной трудовой деятельности.
Автором проанализированы практически все вопросы, с которыми часто сталкиваются родственники лиц, страдающих тяжелыми психическими расстройствами, при необходимости постановки вопроса об их недееспособности, а также опекуны, сотрудники органов опеки и попечительства, прокуратуры, работники психоневрологических диспансеров и интернатов, судьи. На них даны содержательные и исчерпывающие ответы.
Практика Регионального Медико-правового центра по программе «Психиатрия и право» показывает, что существующий в российском законодательстве институт недееспособности и опеки не способен в полной мере обеспечить и защитить права и законные интересы недееспособных граждан. Из страха, что лицо, страдающее психическим расстройством, может лишиться своего имущества, государство идет по пути лишения его всех прав.
Как свидетельствует судебная практика, а также опыт работы специалистов и экспертов РМПЦ, процедура признания гражданина недееспособным носит в большинстве случаев формальный характер. Человека, попавшего в жернова судебной системы и ставшего невольным участником судебного процесса по признанию его недееспособным, как правило, не слышат и не видят. Этому способствуют различные факторы: стереотипы, существующие в обществе по отношению к лицам с психическими нарушениями; небрежное отношение должностных лиц к правам и свободам граждан; отсутствие правовой культуры в обществе; элементарное отсутствие базовых знаний у граждан о способах самозащиты в подобных ситуациях и многие другие.
Мы разделяем мнение автора о недопустимости признания недееспособным человека, основываясь только на заявлении его родственника, который может преследовать личные цели, и на заключении судебных экспертов, которое ставит точку в таких делах, будучи основным и единственным доказательством по делу. Экспертиза по таким делам назначается, зачастую, без представления суду достаточных данных о психическом расстройстве гражданина и при отсутствии в материалах дела сведений о его социальном статусе.
Для улучшения качества жизни недееспособных граждан необходима их максимальная интеграция в общество. А это возможно только в случае сохранения за гражданином дееспособности в максимально возможной степени и изменения роли института опеки и попечительства. Должны расширяться обязанности опекуна в плане учета мнений и предпочтений опекаемого лица, повысится ответственность опекуна.
Надеемся, что данное издание станет существенным вкладом в одно из важных направлений работы РМПЦ по минимизации нарушений прав граждан в процессе признания их недееспособными.
Задача нашего Центра создать для всех участников медикоправовых отношений благоприятные условия для получения ими доступной и квалифицированной помощи наших специалистов и экспертов.
Выражаю особую благодарность автору как надежному другу, учителю и ведущему специалисту в области права и психиатрии за неоценимый вклад в сферу правового регулирования психиатрической деятельности.
Директор Автономной некоммерческой организации
«Региональный Медико-правовой центр»,
кандидат юридических наук,
эксперт права в области правового обеспечения
медицинской деятельности
М. А. Курбанов
От автора
Данное пособие явилось продолжением серии изданий, посвященных правовому положению граждан, страдающих психическими расстройствами[1]. Оно подготовлено на основе многолетней практики по проблеме прав человека в психиатрии, с учетом опыта по защите интересов граждан, признанных судом недееспособными, а также по результатам исследовательской, законотворческой, преподавательской, экспертной и консультативной деятельности по вопросам, находящимся на стыке права и психиатрии.
Оно подготовлено в преддверье кардинального реформирования института недееспособности и опеки в российском законодательстве. Начало таким переменам было положено Европейским Судом по правам человека. Однако необходимость системных преобразований стала очевидной благодаря решениям Конституционного Суда РФ, на которых мы подробно остановимся ниже, и активной позиции ряда правозащитных организаций и отдельных юристов.
Российское законодательство не предусматривает иных способов защиты прав и законных интересов граждан, страдающих тяжелыми психическими расстройствами, как признание их полностью недееспособными и установление опеки. Такие граждане на неопределенный срок полностью лишаются возможности самостоятельно осуществлять фактически все свои права и нести обязанности.
Законодателю предстоит выработать альтернативные, менее ограничительные меры поддержки таких граждан, аналогичные, например, институту попечительства. В «пограничных» случаях, когда лицо частично сохраняет способность понимать значение своих действий и руководить ими, могло бы применяться частичное ограничение дееспособности в тех сферах правоотношений, в которых гражданин не способен к принятию осознанных решений, понимать и контролировать свои действия.
Гражданское законодательство должно быть дополнено с учетом Рекомендации Комитета министров Совета Европы СМ/Rec (2009) 11 «Относительно длящихся доверенностей и предварительных указаний на случай недееспособности». Необходимо предусмотреть право совершеннолетнего дееспособного лица выдать доверенность, полномочия по которой вступают в силу в случае наступления недееспособности лица, выдавшего доверенность, а также право такого лица дать письменные указания с инструкциями и пожеланиями по вопросам, которые могут возникнуть в случае его недееспособности.
Оптимизация законодательства в данной сфере – задача наисложнейшая. Каждый читатель может поразмыслить на заданную тему и участвовать в поиске приемлемой модели законодательного регулирования. Но никакие правовые реформы не смогут продемонстрировать свою жизнеспособность без изменения позиции общества к людям, имеющим психические расстройства.
В пособии представлены ответы по самым распространенным, а также по наиболее сложным вопросам, встречающимся в правоприменительной практике, дается комментарий к законодательству с акцентом на выявленные в нем пробелы и противоречия, высказываются предложения по их устранению.
Задача пособия – способствовать повышению правовой культуры граждан, должностных лиц, специалистов, формированию правосознания и уважительного отношения к правам и свободам других граждан, в т. ч. принадлежащих к наиболее уязвимым категориям; вооружить знаниями о том, как защитить себя и других, придерживаясь правовых рамок; предостеречь от нарушения законов лиц, призванных точно, строго и неуклонно соблюдать их.
Раздел 1
Общая характеристика института недееспособности. основания и порядок признания гражданина недееспособным
Что такое дееспособность гражданина?
Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ) оперирует понятиями правоспособность и дееспособность гражданина.
Гражданская правоспособность – способность иметь гражданские права и нести обязанности – признается в равной мере за всеми гражданами. Граждане могут иметь имущество на праве собственности, наследовать и завещать его, заниматься предпринимательской и любой иной не запрещенной законом деятельностью, совершать любые не противоречащие закону сделки и участвовать в обязательствах, избирать место жительства, иметь иные имущественные и личные неимущественные права (ст. 17, 18 ГК РФ). Социальным содержанием правоспособности являются политическая, экономическая, культурная, личная и иные социальные свободы и соответствующие им обязанности лица в обществе. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью, она не зависит от возраста человека, состояния его здоровья.
Под дееспособностью понимается способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (ст. 21 ГК РФ). Дееспособность предполагает осознанность и правильную оценку человеком совершаемых им действий, имеющих правовое значение, что, в свою очередь, зависит от степени психической зрелости лица. Зрелость психики человека зависит от его возраста и психического здоровья.
В полном объеме дееспособность возникает с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении 18-летнего возраста. При этом закон исходит из того, что именно в этот период человек достигает психической зрелости и приобретает тот жизненный опыт, который позволяет психически здоровому человеку правильно понимать (осознавать) и регулировать свои действия.
Дееспособность состоит из трех элементов:
– способность человека самостоятельно осуществлять принадлежащие ему права и нести обязанности;
– способность совершать сделки, приобретая тем самым новые права и возлагая на себя новые обязанности (сделкоспособность);
– способность нести гражданскую ответственность за вред, причиненный его противоправными действиями (деликтоспособность).
Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. В частности, не ограничивает ни право-, ни дееспособности само по себе наличие у лица психического расстройства, нахождение его под диспансерным наблюдением или помещение в психиатрический стационар.
Каковы основания для признания лица, страдающего психическим расстройством, недееспособным?
Если гражданин вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, он может быть в соответствии со ст. 29 ГК РФ признан судом недееспособным. Над ним устанавливается опека.
Для признания лица недееспособным необходимо сочетание медицинского критерия (психическое расстройство) с юридическим, который, в свою очередь, состоит из интеллектуального признака (неспособность понимать значение своих действий) и волевого (неспособность руководить своими действиями). Юридический критерий выражает определенную степень расстройства психической деятельности. Союз «или» в формулировке ст. 29 ГК РФ указывает на то, что для установления недееспособности достаточно наличия (наряду с медицинским критерием) лишь одного из признаков юридического критерия.
Недееспособность обуславливают такие психические расстройства, которые достаточно выражены, значительно снижают критическое отношение к окружающему и собственной личности, искажают оценки реальных событий и своего состояния, нарушают поведение, препятствуют поддержанию адекватного контакта с окружающими и лишают больных возможности принимать осознанные решения. В структуре психических расстройств у лиц, признаваемых недееспособными, преобладают органические психические расстройства, в т. ч. включающие деменцию, далее по распространенности следуют умственная отсталость и шизофрения.
Как следует из формулировки ст. 29 ГК РФ, суд вправе не лишать дееспособности лицо, подпадающее под указанные критерии. Это указывает на необходимость применения индивидуального подхода в каждом конкретном случае.
Можно ли признать недееспособным лицо, не достигшее совершеннолетия?
Ответ на этот вопрос в гражданском праве не вполне очевиден.
В силу п. 1 ст. 21 ГК РФ гражданская дееспособность возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении гражданином 18-летнего возраста. Из этого, на первый взгляд, может следовать, что нельзя лишить человека того, чем он в полной мере не обладает или обладает лишь частично.
Вместе с тем п. 4 ст. 26 ГК РФ в отношении несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет предусматривает возможность ограничения или лишения его права самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или иным доходом, за исключением случаев, когда такой несовершеннолетний приобрел дееспособность в полном объеме до 18 лет в соответствии с п. 2 ст. 21 (со времени вступления в брак) или со ст. 27 ГК РФ (со времени начала трудовой деятельности по достижении 16 лет).
Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ1, поскольку ст. 29 ГК РФ не содержит ограничений относительно возраста гражданина, которого можно признать недееспособным, несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет, страдающий психическим расстройством, может быть признан судом недееспособным (в том объеме дееспособности, которым он наделен в соответствии со ст. 26 ГК РФ).
Из разъяснения Верховного Суда можно также заключить, что в отношении малолетних (т. е. несовершеннолетних, не достигших 14 лет) вопрос о признании их недееспособными ставиться не может.
Законодательство не содержит ответов на вопросы о том, приобретает ли несовершеннолетнее лицо, признанное недееспособным, по достижении им 18-летнего возраста дееспособность в полном объеме; требуется ли вновь возбуждать дело о признании такого лица недееспособным, если основания для принятия данного решения имеются. Представляется, что статус недееспособного гражданина у такого лица должен пересматриваться.
Каковы цели признания гражданина недееспособным?
Признание гражданина недееспособным и установление над ним опеки осуществляются в целях обеспечения и защиты прав и законных интересов, прежде всего, самого психически больного, для восполнения его дееспособности и социальной заботы о нем. Речь идет о тех случаях, когда иные меры защиты его прав и законных интересов оказываются недостаточными, когда самостоятельное осуществление больным своих прав наносит или может нанести ему или иным лицам серьезный ущерб. [2]
Зачастую мотивами признания лица недееспособным являются: необходимость получения и расходования в интересах больного начисленных ему пенсий и пособий; превенция растраты им денежных средств (кредиты, займы); превенция отчуждения имущества (преимущественно недвижимого) и последующего оспаривания заключенного им гражданско-правового договора (купли-продажи, мены, дарения, ренты); превенция оформления завещания на случай ных лиц.
Такая мера как лишение гражданина дееспособности может применяться лишь в тех случаях, когда она отвечает критериям необходимости и соразмерности преследуемой цели.
Не следует лишать человека дееспособности только для того, чтобы обеспечить решение «разовых» задач: преодолеть нежелание больного человека дать согласие на приватизацию или размен квартиры; осуществить от его имени принятие наследства, от которого он отказывается; инвалидизировать больного против его желания; пресечь намерение лица, страдающего психическим расстройством, расторгнуть брак (или, наоборот, упростить процедуру развода с супругом, признав его недееспособным).
До недавнего времени была распространена практика подачи заявления в суд о признании гражданина недееспособным с целью обеспечить возможность помещения такого гражданина без его согласия в психиатрический стационар либо психоневрологический интернат. Благодаря решениям Конституционного Суда РФ[3] такое помещение отныне производится только при наличии судебного решения.
Признание лица недееспособным имеет также своей целью защиту прав и законных интересов других лиц, охрану иных конституционно значимых ценностей[4] в смысле ст. 55 (часть 3) Конституции РФ.4 Однако конституционный принцип соразмерности устанавливаемых ограничений целям таких ограничений применительно к институту недееспособности не выдерживается.
Каковы правовые последствия лишения гражданина дееспособности?
При выборе столь радикального способа защиты прав психически больного лица, следует учитывать, что лишение человека дееспособности влечет для него существенные изменения правового положения. Гражданин на формально неопределенный период полностью лишается возможности самостоятельно, собственными действиями осуществлять фактически все свои права и обязанности.
Принято считать, что лицо, признанное недееспособным, полностью сохраняет свою правоспособность. Однако запреты и ограничения, которые налагаются на таких граждан нормами гражданского законодательства, а также других отраслей права, свидетельствуют об обратном.
Недееспособный гражданин теряет право:
– участвовать в выборах (активное и пассивное избирательное право),
– быть членом политической партии,
– состоять на государственной и муниципальной службе,
– самостоятельно совершать завещание, сделки, распоряжаться денежными доходами и имуществом по своему усмотрению,
– вступать в брак,
– быть усыновителем,
– обращаться к нотариусу,
– выдавать доверенность, [5]
– подавать заявления в суд (за некоторым исключением),
– быть присяжным заседателем и др.
Согласия недееспособного гражданина не требуется:
– на расторжение с ним брака,
– усыновление его детей,
– обработку его персональных данных,
– использование его в качестве объекта клинических исследований лекарственных средств,
– проведение в отношении него судебной экспертизы,
– прекращение предоставления ему социального обслуживания,
– распространение журналистом в СМИ сведений о его личной жизни,
– на проведение государственной дактилоскопической регистрации,
– на проведение государственной геномной регистрации (получение биологического материала от недееспособного гражданина для геномной регистрации на основании заявления его опека квалифицируется законом как «добровольное») и др.
Гражданство недееспособного следует гражданству опекуна.
До недавнего времени такие лица без учета их мнения могли быть подвергнуты психиатрическому освидетельствованию и лечению, помещены в стационар или в психоневрологический интернат.
В силу некоторой неопределенности норм в ряде отраслей права недееспособным гражданам отказывают в праве на получение образования, в возможности трудоустройства в соответствии в индивидуальной программой реабилитации.
Накладывание вследствие признания гражданина недееспособным всех перечисленных выше запретов, включая полное лишение ряда прав, не является адекватным, пропорциональным и необходимым для защиты основных конституционных ценностей, поскольку не учитывает реальную степень ограничения способности лица, страдающего психическим расстройством, самостоятельно распоряжаться своими правами и основываются на презумпции либо полной способности гражданина понимать значение своих действий и принимать решения, либо полном отсутствии такой способности.
Соответствует ли институт недееспособности и опеки общепризнанным принципам и нормам международного права?[6]
Принципы института недееспособности в российском гражданском законодательстве не признают, насколько это возможно, существование различных степеней недееспособности, а также возможности изменения характера недееспособности с течением времени. Меры защиты автоматически связаны с полным лишением гражданской дееспособности и без ограничения по срокам. При этом российское законодательство не обеспечивает надлежащего регулирования правового статуса недееспособного лица, полностью зависимого от опекуна (или от учреждения, наделенного опекунскими функциями) и по-существу находящегося в его власти.
Допущение бесконтрольного вмешательства опекунов (а также учреждений, выполняющих опекунские функции) в частную жизнь своих подопечных без учета пропорциональности преследуемой цели – защита его интересов и здоровья – представляет собой нарушение ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на уважение частной и семейной жизни). Оно не согласуется с требованиями ст. 12 Конвенции о правах инвалидов (принята резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 13 декабря 2006 г. № 61/106)[7], в соответствии с которыми меры, связанные с реализацией правоспособности, должны ориентироваться на уважение прав, воли и предпочтений лица, быть свободными от конфликта интересов и неуместного влияния, быть соразмерными обстоятельствам этого лица и подстроенными под них, применяться в течение как можно меньшего срока и регулярно проверялись компетентным независимым и беспристрастным органом или судебной инстанцией.
Принципы института недееспособности и опеки не соответствуют Рекомендации Комитета министров Совета Европы № R (99)4 «О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых». В частности Принципу 2 (гибкость правового регулирования), т. к. российское законодательство не содержит мер защиты, не связанных с лишением дееспособности лица с психическим расстройством; Принципу 3 (максимальное сохранение дееспособности), т. к. законодательство прямо не предусматривает возможности принимать заинтересованным лицом решения личного характера во время, когда оно способно совершать такие действия; Принципу 6 (пропорциональность), т. к. применение мер защиты не соотносится с индивидуальными обстоятельствами и потребностями лица, а меры ограничения – с целями такого ограничения; Принципу 19 (ограничение полномочий представителя), т. к. законодательство не определяет, какие юридически значимые действия имеют настолько личный характер, что их осуществление представителем невозможно; Принципу 14 (длительность, пересмотр и обжалование), т. к. нормы права не устанавливают предельного срока, на который лицо признается недееспособным (недееспособность фактически является бессрочной).
Порядок временного назначения опекуна недееспособному не соответствует Принципу 7 Рекомендации, поскольку в этом вопросе отсутствуют «достаточные процедурные гарантии для защиты прав недееспособного и для предотвращения возможных злоупотреблений»; Принципу 8, в соответствии с которым выбор любого лица для представления интересов или оказания помощи недееспособному должен быть основан, прежде всего, на том, подходит ли выбранное лицо такому индивиду для осуществления защиты его интересов и содействия его благополучию; Принципу 9, согласно которому при выборе такого лица должно приниматься во внимание желание недееспособного.
Большинство норм, касающихся правового режима имущества недееспособного, надзора за деятельностью опекунов, прекращения опеки, не согласуются с Принципом 16 Рекомендации, т. к. не обеспечивают осуществление надлежащего контроля над использованием мер защиты, а также над действиями и решениями представителей недееспособных. Нарушается и Принцип 9, в соответствии с которым лицо, представляющее интересы недееспособного, должно предоставить ему должную информацию, насколько это возможно и осуществимо, в особенности в отношении любых важных решений, затрагивающих его интересы, для того, чтобы заинтересованное лицо могло выразить свое мнение.