Последние стихотворения

* * *

Лоскут огня в моей руке

Пометил алым сигарету,

Из приоткрытых губ слетел

Дымок и потянулся к свету,

Неся молекулы свои

Навстречу северному ветру,

Чтоб тот их жадно подхватил

И раскидал на километры -

За край чужих пустынь морей,

Как если бы все это рядом

Лежало – только одолей

Два или три никчемных шага,

Забыв, что очень далеко

Шумят волнами океаны,

А здесь то дождь, то снег в окно,

И полу-полные стаканы…

* * *

Сяду в пустой троллейбус

Без четырех минут полночь.

Кондуктор поднимется с места,

Тая промелькнувшую горечь.

Возьмет мою мелочь учтиво,

Глядя куда-то поодаль…

За мутным окном дождливо

Вздохнет засыпающий город.

И замелькают витрины,

Промозглых теней драпировки

На мокром асфальте, глубины

Дворов, переулки, парковки…

Встану на выход пораньше,

Чтоб не проспать остановку.

Троллейбус отправится дальше,

Захлопнув дверные створки.

* * *

Раздастся гудок парахода

Над берегом долгой зевотой,

Оркестр пройдется по нотам,

Хромая на бас и фаготы…

Матросы подтравят канаты,

Закурят и, вяло рисуясь,

Раздавят пузырь на баке -

От капитана шифруясь.

Боцман ударит в склянки,

Юнга сплюнет на бакен,

Утонет земля во мраке,

На дне шевельнется кракен.

Вильнут плавниками акулы,

Готовясь к приему пищи, -

Пока еще шуры-муры,

Но может и шишел-мышел…

* * *

Головой на Запад, лицом на Восток -

Упаду в траву на высоком холме,

Позвоночником в глину врасту,

Затаю дыхание, – в тишине

Осязая тень убегающих облаков

За иллюзию горизонта дней…

Кто сказал, что от здешних оков

Есть ключи на Земле?

Ночь придет, зажигая кругом

Звездный бисер в бархатной пустоте.

Поведу плечом, шевельну крылом,

И окажусь везде, -

От счастья пьяный, опять беспечный,

Не чувствуя тяжести за спиной…

Зачем ракеты, если Пути Млечного

Можно дотронуться и рукой?

* * *

Назад в глубины вселенной

Летим, мой друг, летим!

Оставим обмылок купели

Земли далеко позади…

Нас жаждут протуберанцы

Бесчисленных новых звезд,

Галактик спиральные танцы,

Хоралы туманных грез.

Отыщем иные планеты,

Пройдемся по их городам,

Изнанкой своей победы

Ступая по площадям…

Морзянками по карнизам,

Кругами по талой воде,

Игрою огня в камине,

Отблесками на стене…

* * *

Висит фонарь над мостовой,

Роняя луч рябого света

Сквозь ночь, – как будто это

Невидимый старик с клюкой,

С которой свесился плафон,

И ветер нехотя мотает

Его, – чего не замечает

Одетый в черный балахон

Последний из седых волхвов,

Совсем неведомый усталым

Прохожим, вечно запоздалым,

Спешащим под желанный кров

Угрюмой, сумрачной чредой,

Бросая тень на стену дома, -

И глядя из-под капюшона

Качает призрак головой…

* * *

Закрыв очередной портал внутри себя,

Гуляя по ночным проспектам, -

Следи, как плавятся в каналах берега,

И ветви метят в окна ветхим

Строениям в трущобах бытия

Под гул надежд и отзвук веры

В былое чудо, вновь боготворя

Десятое число и плоть ионосферы…

Пытаясь превозмочь игру теней

В тумане заблуждений вечных,

Очнись и улыбнись повеселей -

И проведем остаток дней беспечно,

Как неподвластные другим цари

Своим нюансам и аспектам!

И будь, что будет, – только не грусти

О том, чему в нас не осталось места.

* * *

Когда святые маршируют

По теплым улицам моих

Воспоминаний, я любуюсь

Нездешней выправке их спин.

Их шаг разметку не тревожит,

Щадит обочин скрытый смысл…

Такой парад развеять может

Любая косвенная мысль!

Не важно, что наш век готовит

Кумирам нынешним – живым, -

Я мертвым салютую стоя

Не опуская головы,

Ища в глазах их осознание

Триумфа промелькнувших лет,

Но обретая понимание

Тщет отречений и сует.

* * *

Умолкнут крики птиц в полях, в лесах,

Исчезнут горы в пене океанов,

Следы эпох развеют в прах

Порывы вещих ураганов…

Сойдет с орбиты мертвая Земля,

Взорвется Солнце огненною раной,

Спиралей млечных рукава

Провалятся в угрюмые карманы

Бездонных дыр – бесславно, навсегда,

Мелькнув последнею зарницей, -

В другой Вселенной суть моя

Пренепременно возродится!

Там я опять найду твою ладонь

Во тьме и прошепчу то слово,

Что ждало вечность – как пароль -

И пусть все повторится снова.

* * *

Избранные ездят на метро, -

Не пристало им томиться

В душных пробках из авто,

Пить баржом и материться.

Избранным достаточно пальто,

Стоя на вершинах мира,

И вообще не нужно ничего,

Чтобы посещать глубины.

Им и вечность – только миг

В череде других мгновений -

То смешок, а то чей крик

Перед новым дуновением

Ветра в рваных парусах

Где-то между временами

Над ладьей небытия,

В море недопониманий.

* * *

Хочу дожить до старости глубокой

И снова говорить агу-агу,

Бродить по улицам убого

И щуриться на вешнюю листву.

Опять ворчать на зимние морозы,

Затравленно глядя по сторонам,

Клясть лужи и осенние артрозы,

Грозить перстом дворовым пацанам.

Беззубым ртом старушкам улыбаться,

Стоять во всех очередях,

Пустым карманам удивляться,

Не верить отражению в зеркалах…

Дымить матерой сигаретой

На лавке сидя – на виду

У всех, склонившись над планшетом,

Пока на нет не изойду.

* * *

В сердце пустыни я выращу сад,

Кровью полью семена,

Помня улыбку принцессы Лунг Ванг,

Забыв всех других имена.

Рваным одеждам из ветхого льна

Холод и зной нипочем,

Небо собою напоит меня,

Звезды подарят кров.

Буду усердно молиться на стяг

Розовых гор вдалеке,

Касаясь губами крупинок песка,

Похожих на слезы царей, -

Царей, не познавших того, что во мне

Образ Лунг Ванг возродил…

Сакуры цвет на морозной заре

Вылечит раны мои.

* * *

Мой нездешний, лысеющий, все еще друг,

Ты прости за потерю тех самых Вселенных,

Ежедневных приветствий редеющий круг

И за эти привычки – из вредных.

Снизойди и на пробу грамм сто отхлебни,

Затянись – не беда что едва и несмело…

Изучая красоты морозной ночи,

Улыбнись – как бы чуть окосело,

И замри у простывшей до ила реки,

Вспоминая сквозь ветер песок и приливы,

Отражением мелькни в полынье и кивни -

Есть там что? – или только то черные дыры

Гравитаций пружинами тянут к себе,

Пробуждая под кожей морщины…

Как-то так… Как с пригорка по мерзлой воде

Пляшет свет от патрульной машины.

* * *

Бессмертие там, где кончается страх,

И мы все заложники своих чувств.

Вставай, мой друг, вставай,

Видишь, птицы летят на юг!

К черту все, к чему принуждает успех.

Останови этот поезд, забудь.

Утро уже наступило, и где

Твоя воля и несгибаемый дух?

Мы пришли в эту жизнь – понять,

Что скрывает от нас горизонт,

А проводим ее в жалких снах

И болотах дневных забот…

Раздвинь шторы и распахни окно -

Экватор от нас уже в полпути!

Знаю, ты чувствуешь – это не все,

Но так ли все важно? Ты просто лети!

* * *

Пепел богов моих пусть развеет ветер.

Мне все равно, – проживу и без них.

Воздух пахнет озоном, и молнии метят

В ржавые скобы палуб пустых.

Плывя через бури галактик Вселенной,

Где ход весла равен тысяче лиг,

Просто маши, пропадая из поля зрения,

И улыбайся – в последний миг…

Даже если ничто не окрасит твой вечер

Заревом согревающих перспектив,

Гимн ветров в парусах обратит бесконечность

Времени в повторяющийся мотив

О неизбежном рождении новых желаний

И сожалений, – пока ты в живых…

Гуляй, Ариэль, пробуждая переживания,

Смейся и плачь, – со всех сил.

* * *

В пустынной местности найду себе призвание

Уйти навек в священный транс,

Роняя взгляды на курильницы для тайных

Амброзий из смолы туземных трав.

Забуду лик свой, и вой стужи

В бетонных джунглях локонов твоих,

Мой серый город, – ты опять простужен,

И полон судеб никаких.

Усну в суровом посвящении

Другим пространствам между ярких звезд,

И, может быть, избавлюсь от видений

Проспектов, площадей, туманов, грез

Стеклянных офисов и фабрик,

Людей в метро… Но вязкий гул авто

Ворвется в сон, и как-то машинально

Я запахну свое пальто.

* * *

Пилигримы окраин, седые волхвы

Приоткройте мне таин сингулярные шторы,

Звезды первых времен на краю пустоты,

Что таят ваши души? Какие просторы

Наполняли туманные вихри энергий,

Заключенные ныне под яркостью сфер

До рождения нашей безумной Вселенной,

И чем станет их жар, до конца прогорев?

Растворится ли в свете других измерений,

Или просто растает во тьме навсегда?

Обратится в материю сновидений,

Или может какая иная игра

Предначертана всем нам по мере и сути

Там, где время – клубок, и его расплести

Можно так же легко, как сорвать в поле лютик,

Или взгляд от соблазна понять отвести…

* * *

Уже на небе первая звезда,

На сердце осень, стужа у порога…

Последний раз звонят в колокола

Вдали за рощицей убогой.

И кажется, что я, подобно нищему,

Нащупав в старом пиджаке медяк,

Опять готов делиться пищей

С любым и каждым просто так…

И принимать судьбу иначе,

Чем под недавний выпуск новостей,

И наблюдать, как лик удачи

Украдкой прячется за край полей,

Под облаков фламинговые перья,

Бросая тень на мира суету,

Плодя сомненья в тесных кельях,

И окуная души в немоту.

* * *

Шопенгауэр в кармане,

Парабеллум в рукаве.

Терабайты под глазами,

И улыбка на виске.

За спиной клубок из просек,

Яд на сломанной стреле.

На душе коса о космос

Тщетно точит острие.

Пять минут – не опоздание,

Соль просыпал – но иди…

Смысл всего не в осознании

Иррациональности.

От того ли все так просто -

Ствол к виску, и был таков.

Мимолетно, венценосно,

Ни свободы, ни оков.

* * *

Над грядой облаков,

Без цепей и оков,

Желтый месяц повис,

Как осиновый лист.

Вечер тонет во мгле,

Ты прижалась ко мне,

Отрекаясь от снов

Ради звездных миров.

Их мерцающий свет,

Словно чей-то завет

Из ночной пустоты

Долетит до Земли.

Упадет за рекой

Недопетой строкой,

Превратившись в рассвет

Там, где нас уже нет.