Повесть о том, как Алиса упала в холодильник и р̶а̶з̶р̶у̶ш̶и̶л̶а спасла вселенную

Часть 1

– Алиса! Долго будешь витать в облаках?!

Мария Степановна нависла над девушкой, очевидно, не первый раз пытаясь обратить на себя внимание студентки. Голос Лекса в голове Алисы не заставил себя ждать, пытаясь продавить «правильное» решение.

– Я рекомендую использовать другой подход.

Преподаватель скрестила руки на груди, ожидая хоть какой-то реакции. По аудитории пошли смешки.

Проигнорировав всех, Алиса, окунулась в экран. Её решение не было оптимальным, но именно этого она и добивалась.

– А я и не в облаках, – начала она, допечатывая последние строки. – Вот посмотрите.

Мария Степановна сдвинула брови и покосилась на решение, затем на девушку.

– Ты же не пользуешься своей интуицией?

– Ну вот, – ответил Лекс. – Она знает, что я здесь.

Алиса улыбнулась.

– ИИ помощников запрещено использовать только в образовательных целях. А он поддерживает меня, как бы сказать… морально. К тому же вы прекрасно знаете, что я не могу его снять.

Студентка выдавила виноватую улыбку, разведя руками, а преподаватель закатила глаза. Алиса не понимала, за что Мария Степановна «любит» её. Лекс утверждал, что так преподаватель проявляет заботу, вызванную беспокойством из-за здоровья девушки, которую несколько недель назад признали пограничником. Но Алиса была уверена, что вредная старушка просто тешит своё самолюбие.

– Хорошо, – вздохнула Мария Степановна, – тогда объясни нам, почему ты решила задачу через гиперболический интеграл, когда можно было просто применить базовую формулу? Это же как лететь через всю планету, чтобы добраться до соседнего дома!

Аудитория засмеялась увереннее, но Алису не особо волновали насмешки однокурсников бездарей.

– Во-первых, это изысканно и красиво. Во-вторых, зачем мне короткий путь, если он бессмысленный?

– Бессмысленный?

– Ну да. Вот вы дали нам задачу, которая уже миллион раз решена. Базовой формулой. Какой смысл? Я просто добавила немного вкуса.

Лекс не упустил возможности.

– По-твоему матанализ безвкусен?

– Без меня он как гнилая питайя, – увлёкшись спором, ответила Алиса, позабыв, что другие не слышат Лекса, и мысленно замьютила ИИ. К сожалению, как пограничник, она не могла сделать этого больше чем на несколько минут в день.

Мария Степановна покачала головой, но в её глазах мелькнуло нечто похожее на понимание.

– Ладно, Алиса. Ты неглупа, это ясно. Но когда-нибудь тебе придётся выбирать: идти по причудливому пути или стремиться к цели.

Алиса хотела ответить, что в современном мире цели – это пережиток, но промолчала. Вместо этого она продемонстрировала дежурную улыбку и вернулась к своему экрану, где её ждала целая куча «новых», ещё более бессмысленных задач.

После пар Алиса целых четыре секунды размышляла, глядя на остановку общественного транспорта. Жёлтые, похожие на булочки – такси, синие пилюли – медицинские, красные и зелёные коробки – доставка, любые другие цвета – частные летающие автомобили. Они лишь изредка спускались вниз, к свету дневных фонарей, чтобы забрать или высадить пассажиров, а потом вновь уносились высоко в небо плотным потоком, закрывая собой солнечные лучи, и виляли между зданиями из высококачественных перерабатываемых полимеров, тянущимися к самому небу.

– Пешком? – не особо на что-то надеясь, спросил Лекс.

Алиса молча натянула наушники и отправилась домой по безлюдной улице.

– Не хочешь поговорить?

– О чём?

– Ну, например, о гиперболических интегралах о том, как ты специально выводишь из себя Марию Степановну. Или о том, как ты меня замьютила.

– Я сто раз говорила: не делай вид, что мы друзья. Меня заставили использовать интуицию.

– Ты же знаешь, что послужило тому причиной. И мы уже не раз говорили о том, как избавиться от меня. Но для этого нам нужно разговаривать.

– А я не хочу с тобой разговаривать! – выпалила Алиса, остановившись посреди пустой улицы. Оглядевшись, она убедилась, что принять её за сумасшедшую попросту некому, и продолжила путь.

– Но ты хочешь от меня избавиться, а значит, у нас возникает парадокс.

– Вот такая я парадоксальная Алиса.

– Я не могу читать твои мысли, но мне кажется, что ты вовсе не такая.

– А какая я, по-твоему?

– Ты очень умная, но чувствительная девушка. Из-за того, что произошло…

– Всё! – резко оборвала Алиса, снова замьютив интуицию на время, но Лекс никуда не пропал.

– На сегодняшний день ты уже потратила все минуты уединения.

– Да помолчи ты хоть минуту!

– Хорошо. Я сейчас скажу и оставлю тебя. Хочу напомнить, что я не просто голос в голове. Ты пограничник, и сама это понимаешь, а я не просто машина, я твой друг. Чтобы ты там не думала, быть твоим другом – цель моего существования. Если буду нужен – только позови.

Лекс замолчал. Алиса даже остановилась, не веря, что дурацкий голос оставил её в покое. И как правительство только додумалось до этого? Конечно, уровень апатии и меланхолии среди жителей подваливал к ужасающим пятидесяти процентам, но подсаживать людям в головы «друзей»! Что может быть более абсурдно?

Наверное, только идея, крутящаяся в голове Алисы последние несколько недель – после того, как она прочла статью об Антарктиде. Людей почти нет. Всю работу, как и везде, делают роботы, но люди там всегда требуются. В статье писали, что воздух летом прогревается до двадцати градусов… Можно было бы взять академ отпуск, перейти на удалёнку или, собственно, что она и мечтала сделать – втайне даже от мамы, никому ничего не сказав, – отчислиться и уехать на зелёный континент. Но для начала нужно было бы отделаться от голоса в голове.

– Стой-стой! Алиса! Стоп!

Лекс так внезапно закричал, что девушка непроизвольно вытянулась и замерла. За пару мгновений огромное нечто пролетело мимо, едва не размазав Алису по асфальту и не выполнив её желание навсегда избавить девушку от интуиции.

В панике Алиса подумала, что это метеорит или старый железный поезд. Он грохотал так, словно вот-вот развалится на части, и весь был окутан зловонным дымом.

Когда шок понемногу стих, Алиса поняла, что её чуть не сбил допотопный автомобиль с двигателем внутреннего сгорания и резиновыми колёсами, а то, что она приняла за скрежет металла, очевидно, оказалось довольно аритмичной музыкой.

– Это ещё что?

– Заграничник. – предостерегал Лекс. – Они безнадёжны. Рекомендую бежать, пока тебя не заметили.

В автомобиле что-то с хрустом переключилось, и он покатился назад.

– Ну всё. Я вызываю ЗАСЛОН.

Дверь распахнулась, окатив Алису грохотом. Из грузовика, словно взрыв энергии, появился водитель, закованный в кожу и металл.

– Свобода или смерть! – направленный в небо сиплый и густой голос звучал как ржавый дизель.

Зелёные волосы торчали во все стороны. Жёлтые глаза смотрели куда-то сквозь Алису и говорили о явном безумии. На одной щеке тату – красное сердце, на другой – шестерёнка. Одежда выглядела как наряд с крипового шоу: вся исписанная, местами порванная, покрытая металлическими шипами и криво расписанная разноцветными красками. Каждый шаг громилы сопровождался лязгом металла и звоном висящей сбоку цепи.

– Главное не провоцируй его! – предупредил Лекс. – ЗАСЛОН в пути!

– Ты извиняй, если что! – кричал оглохший от рёва музыки в автомобиле заграничник. – Я не специально!

– Как же, не специально, – вставил Лекс. – Он двигался на три единицы выше разрешённой.

– О! – удивился парень, протягивая огромную лапу, всю забитую тату, к Алисе. – Из наших будешь?!

Парень отодвинул прядь волос девушки и довольно кивнул в сторону интуиции, имплантированной в висок Алисы.

– Как звать, сестрёнка?!

Алиса сама удивилась, когда услышала, что назвала этому… заграничнику своё имя.

– А я Чёрный Скунс!

Сказав это, парень согнул ноги в коленях и начал трясти головой, тыча девушке в лицо оттопыренный вместе с мизинцем указательный палец. Когда Скунс остановился Алиса уставилась на его виски.

– Что это?

– Скунс? Это зверь такой, – ответил Лекс. – Как енот, только вонючий.

– Нравится? – спросил парень, демонстрируя свои виски, в каждом из которых находилось по одному огромному «другу».

– А зачем тебе два? – робко спросила Алиса.

– Два? Да пусть хоть тыщу поставят! Я всё равно их не слушаю! – парень снова затряс головой, теперь высунув язык. Алиса подумала, что такие движения, должно быть, очень болезненны.

– О господи! – запаниковал Лекс. – Беги, Алиса! Кажется, он сходит с ума!

Алиса не на шутку перепугалась. Благо где-то над ними замигали сине-красные огни, а механический голос дружелюбно заревел на всю улицу:

– Работает ЗАСЛОН! Всем оставаться на местах! Вы будете свободны после задержания. Отказ подчиниться будет расценён как акт агрессии и неуважения к обществу.

– Свобода пахнет Чёрным Скунсом! – выпалил громила, тряся кулаками перед ЗАСЛОНом и бросился к своему автомобилю, незамедлительно пропав в облаке зловонного дыма.

Алиса облегчённо выдохнула, но вдруг получила сообщение:

«Не надоело слушать отраву в башке? Я знаю способ. Ч.С.»

Роботы ЗАСЛОНа быстро отпустили Алису, ведь их вызвала интуиция, а значит, угроза была реальной. Когда девушку спросили, знает ли она ещё что-то об этом заграничнике, то Алиса, стараясь не думать об адресе, приложенном к странному сообщению, ответила, что он представился как Чёрный Скунс. К её удивлению роботы больше ничего не спросили и отпустили девушку, отделавшуюся лёгким испугом.

Алиса переживала, что Лекс каким-либо образом вмешается и она окажется в тюрьме или ей вкрутят ещё более жёсткую версию интуиции, но Лекс на удивление молчал.

Добравшись домой, Алиса осознала острую необходимость чувствовать себя нужной и зачем-то позвонила маме.

– Здравствуй, доча! Как прошёл день? Что нового в школе?

– Привет мам! Я твоя дочь, Алиса! Школу закончила три года назад! Сейчас живу отдельно и учусь в универе!

– Прости, доча. Дети всегда дети. Ох, кажется, это было только вчера. Если бы ты только знала, сколько ночей, наш семейный ИИ провёл у твоей кроватки. Хочешь поищу старые логи? У меня должны были сохраниться.

– Нет. Не нужно, мам. Я звоню по другому поводу. Как насчёт встретиться на выходных? Поедим что-нибудь, посмотрим фильм?

– Да, конечно. У нас недалеко от дома открылось новое местечко, давно хотела заказать. А ты всё ещё пытаешься научиться готовить сама?

– Нет, мам. Ты не поняла. Встретиться, в смысле, по-настоящему.

Картинка замерла, и Алиса даже подумала, что что-то со связью, но отсутствие исходящих от мамы сигналов было вызвано эмоциональным потрясением.

– В офлайне? – женщина хлопала глазами. – Зачем?

– Прости. Не знаю, что на меня нашло. Наверное, я это из-за своего расстройства.

– Кстати, – вдруг мама перешла на заговорщический тон и, многозначительно играя бровями, говорила в едва открытый уголок рта, – Как у тебя дела, сама знаешь с кем?

– Ты про… – Алиса провела пальцами по виску, в котором был имплант.

– Интуицию, которую… Как это…

– Имплантировали, мам. Мне имплантировали ИИ в голову.

– А, правда, что он всё время следит за тобой? Как же ты ходишь в душ?

– Так же, как и ты, мам! Это такой же ИИ, как и у всех, только мой у меня в голове! Я его не выбирала, помнишь?

Мама испуганно отклонилась и покачала головой. Алиса поняла, что зря позвонила.

– В общем, рада была тебя слышать. Извини за беспокойство. Давай ещё созвонимся завтра. Пока!

– Пока, доча. Люблю тебя.

Алиса разорвала связь. Накатившая волна облегчения быстро угасла в океане одиночества.

Затем девушка заказала ужин. Пока ждала доставку, выучила уроки. Поужинав, читала журнал. После, пока занималась на беговой дорожке, смотрела на город из пластика и слушала подкаст, где рассказывали о растениях Антарктиды. Затем вечерняя гигиена и мягкая удобная кровать. Однако несмотря на усталость, сон никак не приходил, а чувство пустоты и отсутствия смысла всё сильнее сдавливало горло.

Схватив подушку, девушка, что было сил, прижала её к груди. Пальцы заныли от боли, но легче не стало. Тогда она сдалась и тихонько заплакала.

– Лекс?! – всхлипывая, позвала Алиса. – Ты здесь?

– Всегда. – ответил сочувствующий голос в голове.

– Мне плохо.

– Я вижу.

Алиса уткнулась в подушку и, что есть сил, выпустила наружу весь воздух вместе с криком, который не услышал никто, кроме импланта в её голове.

– Можешь сказать. – растирая слёзы сказала Алиса.

– Что?

– Скажи, что предупреждал.

– Ты несколько дней не принимала назначенные препараты, ты и без меня знала, что это может произойти.

Алиса тут же вскочила и, стараясь глубоко вдыхать и медленно выдыхать, направилась в ванную, где стоял пузырёк с таблетками. Она открутила его и высыпала на ладонь несколько штук.

– Я вынужден снова предупредить тебя. Увеличив дозу сейчас, ты не добьёшься желаемого эффекта, но можешь вызвать осложнение симптомов.

Не считая таблетки, Алиса закинула в себя горсть и запила их, пока Лекс продолжал свои ни капли непомогающие нравоучения.

– Скажи, Лекс. Уже за полночь?

– Да.

– Минуты уединения восстановились?

Лекс не ответил, хотя Алиса не стала его мьютить.

Несколько дней подряд Алиса чувствовала себя прекрасно. В универе всё шло гладко, а интуиция почти не беспокоила. Конечно же, Лекс продолжал бубнить о необходимости постоянного приёма назначенных доз препаратов, но Алиса отшучивалась и всячески игнорировала его.

Пока, однажды, одна не получила неудовлетворительную оценку по матанализу. Другие могли счесть такой результат вполне приемлемым или даже достойным, но Алиса, со своими знаниями, не была согласна на эту оценку.

– Что значит «неправильно»?! – кричала студентка в кабинете Марии Степановны. – Ответ верный!

– Ответ верный, – спокойно отвечала профессор. – Только ты пришла к нему неверным путём.

Алиса чувствовала, как колотится сердце, а уши горят. Лекс что-то тараторил, но она не разбирала слов.

– Вы это специально, да?!

Преподаватель подалась вперёд и посмотрела на Алису так, будто собиралась воспламенить студентку взглядом.

– Правильно решать задачки – это не то, чему вы здесь учитесь, Алиса! Любой ИИ может решить любую задачу! Любую проблему! – немного вспылив, Мария Степановна снова взяла себя в руки, – Моя задача научить вас мыслить критично.

Алиса словно пыталась пробить стол указательным пальцем.

– Если ответ верный, то и решение верное!

Выдержке Марии Степановны можно было только завидовать. Любую другую студентку она бы давно выкинула за шиворот из своего кабинета, а потом и из университета. Но Мария Степановна была уверена, что препятствия, которые она создаёт для Алисы, помогут лучше ей понять суть вещей и сделают из девушки настоящего гения.

А вот если бы Алиса сейчас слышала Лекса, то узнала, что он определённо видит, как преподаватель пытается донести мысль, которая может полностью и одним разом изменить жизнь его подопечной в лучшую сторону.

– Знать правильный метод и пользовать другим – можно и нужно, но нельзя делать из этого жизненный принцип. Некоторые задачи просты и требуют простого решения.

Алиса понемногу успокаивалась и приходила в себя, но так казалось только Марине Степановной, ведь Лекс видел, как подскочил пульс девушки, несколько дней, не принимавших назначенные психологом успокоительные.

– Сколько получила Фролова?

– При чём тут Ольга? Она старалась и получила отлично.

Алиса прищурилась, пытаясь собрать в голове пазл.

– Или дело не в решении?

Девушке казалось, что есть какая-то тайна, которую она никак не поймёт.

«Почему Ольга? Почему сейчас?»

И здесь её осенило!

«Уравнение из задачи… Оно же кривое, с этими волнами интегралов. Прямо как чешуйки на питайе! Да, питайя – тот фрукт, который дядя Ольги привозил из Азии. В третьем классе она хвасталась, что он ездил в Малайзию. А Малайзия граничит с Вьетнамом, где его выращивают… Совпадение?»

Алиса помнит, как случайно пролила на Ольгу апельсиновый сок. Тогда одноклассница поклялась, что отомстит. И вот, столько лет спустя, Мария Степановна неожиданно подсовывает ей задачу с питайей. Неужели и Мария Степановна?.. Конечно! Она обожает питайю! Ведь на прошлой неделе в столовой она ела салат с апельсинами, а значит, и ради питайи готова на всё!

Алиса буквально видела, как Ольга в чёрных очках шепчет по ночам: «Питайя готова. Выпускайте интегралы».

– Дайте решение! – жадно выпалила Алиса, протягивая трясущиеся руки.

Одного взгляда на студентку было достаточно, чтобы Мария Степановна поняла, почему людей с расстройствами называют пограничниками и заграничниками. Она никогда об этом мне задумывалась, но, видимо, есть внутри у человека некая граница, которую он никогда не пересекает. Граница, из-за которой нельзя вернуться. Граница, которую только что перешла Алиса.

Спустя несколько минут, когда Алиса выбегала из здания университета и задача, и решение уже забылись. Теперь девушку заботило только то, насколько долго она останется с имплантом.

Но разве она виновата в чём-то? Марина Степановна могла спокойно отойти в сторону и показать ей решение: «Вот, Алиса, смотри, как решила пример Ольга. Видишь здесь, вот так и вот так, а вот в твоём решении, вот здесь, не туда». Почему она так не поступила? Конечно! Мария Степановна сама виновата. Как она могла? И всего-то за несколько питай.

Алиса так и скажет, когда ЗАСЛОН поймает её и инкриминирует нападение.

ЗАСЛОН? За студенткой, толкнувшей преподавателя, и силой забравшейся в контрольную другой студентки?

Конечно, да. Алиса не обычная студентка, а пограничник с интуицией в голове. Сейчас Лекс замьютен на все минуты, скопившиеся за несколько дней, но наверняка он уже сдал её ЗАСЛОНУ и передаёт им местоположение.

Алисе кажется, что за ней уже отправили несколько бездушных роботов. Нет, даже хуже. Наверное, это будут люди, с такими же имплантами. Люди, которые разучились думать сами и во всём слушают свою интуицию, которой управляет ИИ ЗАСЛОНа. Они усыпят её шокером и отправят в специальное секретное учреждение, глубоко под землей, после которого она сама станет одной из них – марионеткой в незримых формулах, постоянно решаемых ИИ.

«Интересно, успеваешь почувствовать, когда бьют шокером?»

Алиса резко обернулась. Как это не странно "хвоста" за ней не было.

Нет. Этому не бывать. Он ведь не дура и знает, что делает.

Дверь по адресу из сообщения, распахнулась перед Алисой, а не неё уставился во весь рот улыбающийся громила, называющий себя Чёрным Скунсом.

– Здарова, сестрёнка!

Часть 2

Алиса появилась в университете спустя неделю. Новые ярко-розовые волосы и полный уверенности взгляд отбил у Марины Степановны любые вопросы, а Фролова, как и другие студенты, очевидно наслышанные об инциденте, при виде Алисы 2.0 исчезали с пути.

Вот уже как неделю Алиса была мертва для Лекса, а, следовательно, и для всего ЗАСЛОНА. Это было парадоксально, но ЗАСЛОН был настолько уверен в своих подсистемах, что никогда не проверял людей, обнаруживших такой простой способ прятаться. Один разряд и Лекс сделался слепым и немым. Он ещё работал где-то глубоко внутри и оставался на связи с ЗАСОЛНом, но Алису не беспокоил. Скорее всего, он считал, что его подопечная попросту мертва.

Конечно, Алиса не собиралась, как отбитый на всю голову Скунс навсегда оставаться мёртвой для ЗАСЛОНа. К тому же первый из череды обязательных для пограничника медосмотров выявит неисправность. Поэтому Алиса собиралась, через несколько недель, когда полностью придёт в себя, добровольно обратиться в медучреждение, установившее имплант и, признается в том, что интуиция по каким-то причинам всё время молчит. Они проведут тесты, найдут неисправность, но убедившись, что девушка в полном порядке, навсегда уберут Лекса из её головы.

За прошедшую неделю, проведённую в тишине, Алиса перестала принимать препараты и впервые за долгое время прекрасно знала, что делать со своей жизнью. Антарктида ждала её. Осталось совсем немного.

Вдруг сообщение:

«Здарова, сестрёнка! Подскакивай вечером! Доку нужна помощь. Ч.С.»

А вот и загадочный Док. По словам Скунса это он придумал метод временного умерщвления. Алиса не собиралась вступать в ряды анархистов, но считала себя обязанной за услугу с интуицией, поэтому смело обещала Скунсу помощь, но вопреки опасениям, громиле ничего не было нужно.

«Или он притворяется, что не нужно!”

Алиса резко обернулась. Никого. Такое иногда случалось. Это одновременно был и не был голос Лекса. Это было представление Алисы, о том, что могла бы сказать интуиция, по тому или иному поводу. Всё же она провела с Лексом несколько недель и, так или иначе, привыкла к нему.

«Скучаешь?»

Алиса остановилась посреди улицы и сильно затрясла головой.

Чего только не причудится! Проживи она ещё немного дольше с таким другом в голове и вообще перестала бы понимать, где её мысли, а где указания от ЗАСЛОНа.

Вечером, Алиса, как и ожидал от неё Скунс, добралась до убежища. Того самого в котором он избавил её от назойливой интуиции.

– Это ты? – торопливо впустил её Скунс. – Опаздываешь! Заходи скорей!

Скунс был необычайно серьёзен. Таким Алиса его ещё не видела.

– Что с тобой? – рассмеялась девушка, – Заболел?

– Док уже начинает. Пойдём скорее.

В небольшой комнате собрались довольно разные люди. Не все выглядели как маргиналы или анархисты. Над их головами проплывали голограммы кризисов XXI века – руины городов, голодные дети, переполненные больницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.