11 дней изменят всё
- -
- 100%
- +
Встряхнула головой. И снова принялась нарезать круги по кабинету, крепко сжимая в руках телефон.
Не думать о том, что произошло вчера. Не вспоминать. Все равно ничего не изменить…
Вновь завибрировал телефон.
«Лина, я вижу, что ты прочитала сообщение. Снизойди до своей покорной слуги и ответь, что ты хочешь сегодня отведать на завтрак. Надо же хоть раз в сутки питаться нормальной пищей»
Я скривилась, Сатия в своем репертуаре. И ведь не отстанет, пока не отвечу.
«Только проснулась, – написала я. – Пока не хочу есть. Принеси через пару часов овсянку, фруктовый салат и круассаны с шоколадом».
«Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа. Но не поздновато ли будет для завтрака?» – я прямо-таки представила, как ехидно ухмылялась Сатия, когда набирала этот текст.
«Когда проснулся, тогда и завтрак», – привычно отозвалась я, добавив в конце сообщения смайлик, показывающий язык.
Мой поздний завтрак являлся неисчерпаемой темой для шуток. Но что ж поделать, если я редко просыпалась раньше полудня и могла сесть завтракать тогда, когда большинство людей уже успели отобедать.
Прилетело голосовое сообщение от Полумны и я тут же включила его. Поли говорила быстро, явно на ходу и захлебываясь от эмоций:
– Лина! Я все прочитала. Это… это просто бомба! Я чуть свою остановку не проехала… Пушка! И так горячо! Совершенно на тебя не похоже… Нет, ты и раньше круто писала, ты же знаешь, что я обожаю твои книги. Но это что-то совершенно новое! Пиши! Вот прямо сейчас иди и пиши! Не отстану от тебя, пока ты этот роман не напишешь. Я срочно хочу узнать, что дальше будет с героями. Они такие разные… и такие классные! Особенно герой. Он просто краш! Знаешь, когда я читала, то прямо видела Дема в этой роли. О, я уже представляю, что роман станет бестселлером, и его экранизируют! Демочка идеально впишется в главную роль, она будто для него создана…
Сообщение было длинным, но в какой-то момент я начала пропускать слова мимо ушей и впала в странное состояние прострации. Очнулась, когда поняла, что голос Поли давно затих, а я так и стою посреди своего уютного белоснежного кабинета.
Да, я исказила историю, постаралась создать главных героев максимально непохожими на меня и Демьяна Галина. Но Поли все равно уловила суть.
Кого я пыталась обмануть?
Что заглушить? Исправить? Забыть?
Я хотела убедить себя, что случившиеся было ничего незначащим эпизодом. А то и вовсе сном. Но как можно забыть своего первого мужчину? Даже если это был случайный, ни к чему не обязывающий секс.
* * *Демьян поднялся на двадцать пятый этаж. Но, выйдя из лифта, не поспешил к себе, а замер, осматриваясь. Еще вчера он заметил, что в холле многовато дверей, но тогда не придал этому значения. Сейчас же слова официанта натолкнули его на мысль, что, возможно, на последнем этаже есть и другие квартиры.
В холле было четыре двери. Высокие, массивные, украшенные деревянными панелями с тонким узором, на котором, если присмотреться, вырисовывались цифры: один, два, три. Лишь четвертая была никак не пронумерована.
Дверь в пентхаус значилась под цифрой один, а что скрывалось за остальными оставалось только гадать. Ни на что особо не рассчитывая, Галин приложил свою ключ-карту ко второй двери. К его удивлению, та открылась, и он шагнул в прихожую-гардеробную, из которой двойные распашные двери вели в просторную гостиную, показавшуюся ему знакомой. Затем он проследовал в библиотеку, заглянул в кинозал и очутился около бассейна… Сомнений быть не могло – под цифрой два находился второй вход в пентхаус. Демьян мысленно сделал себе пометку, что неплохо бы получше исследовать новое жилище, а то неведомо какие еще сюрпризы тут имеются.
Он снова вышел в лифтовой холл и приложил карточку к третьей двери. В этот раз чуда не произошло.
– Ничего не понимаю… – парень озадачено почесал затылок.
Подошел к четвертой двери. Той самой, что без номера. И вновь ключ-карта сработала. За дверью оказалась сумрачная, хотя и отделанная белым камнем, лестничная площадка. Похоже, это запасной выход, на случай если лифт выйдет из строя.
Оставалось раскрыть загадку третьей двери. Можно спуститься вниз и спросить у консьержа. Если тут действительно кто-то живет, то ему вряд ли ему раскроют имя, пол и возраст соседа. Не зря же Руд распевался соловьем, что в ЖК особенно следят за конфиденциальностью и всячески ограждают частную жизнь от нежелательного вмешательства. Но консьерж может хотя бы сказать, что скрывается за дверью – еще один вход в пентхаус, служебное помещение или другая квартира.
А можно поступить еще проще – банально позвонить в дверь…
Вдруг раздался мелодичный сигнал. Створки лифта бесшумно разошлись в стороны, и в холл ступил Рудольф Германович.
– Ты что здесь стоишь? – хмуро спросил менеджер. – Пойдем. Есть разговор.
Демьян бросил полный сожаления взгляд на третью дверь и последовал за Рудом.
Когда они уселись на диване в гостиной, менеджер положил на журнальный столик перед Демьяном коробку со смартфоном.
– Новый мобильник, – сказал он. – Стоимость компенсируем за счет ноябрьской зарплаты. Твой номер восстановили, так что все контакты должны быть, но все же проверь.
Дем кивнул. Чего-то подобного он ожидал – к расчетливости Серафима за эти годы успел привыкнуть. К тому же новый топовый телефон стоил вовсе не три копейки, а потеря мобильника – оплошность самого Демьяна. Хотя все равно было немного неприятно, так он действительно без зарплаты в этом месяце может остаться. На нем уже висела пара «штрафов» и неизвестно как Серафим отреагирует на интервью с Розой.
– Старый смартфон я практически сразу заблокировал, все данные с него удалил, – продолжил менеджер. – Вопрос в том, какую информацию из него могли успеть вытащить. Кстати телефон все еще определяется где-то на территории ЖК и даже включен. Странно…
И вновь Дем только кивнул. У агентства имелся доступ ко всем его аккаунтам – почта, соцсети, телефонный номер… При подписании контракта этот пункт смущал его больше всего – он, конечно, был юным наивным провинциалом, но все же не настолько, чтобы без доли сомнения раскрыть и подарить все свои личные данные. Вот только Серафим смог убедить его, что это стандартная практика в шоу-бизнесе и все исключительно ради безопасности и пиара. Ведь звезды редко самостоятельно активно ведут соцсети. Опять-таки сам Демьян понятия не имел, как заблокировать утерянный смартфон, не говоря о том, чтобы стереть с него всю информацию. Вероятно, разобрался бы, но время было бы упущено… если он вообще вспомнил бы, что может удаленно что-то сделать со смартфоном.
Это очень удобно, когда рядом с тобой постоянно находится менеджер, способный решить большинство вопросов, когда не нужно тратить время на соцсети… Далеко не сразу Демьян понял, что таким образом Геннадий Юрьевич Серафимов отобрал у него всякую иллюзию личной жизни и посадил на короткий поводок. Он даже тайно информацию в сети не мог посмотреть – все его запросы отслеживались и анализировались. Конечно, Дем давно приобрел запасной телефон. И теперь порой ему казалось, что он, как в детстве, играл в шпиона, потому как второй мобильник приходилось прятать от менеджера. Если бы Руд узнал о нем, то потребовал бы предоставить данные, ибо сокрытие их являлось нарушением контракта и каралось нехилым штрафом.
Если так посмотреть, то его жизнь сейчас состояла из сплошных штрафов и попыток их избежать…
– Кстати, я пробовал звонить на телефон. Без толку, – сказал менеджер.
– Он у меня в беззвучном режиме, так что твои звонки могли не заметить. И, как я понимаю, никаких компрометирующих меня фото или видео в сети сегодня не появилось.
Руд кивнул.
– А значит, – продолжил Дем, – вряд ли появятся. Обычно в таких случаях стервятники действуют быстро. Девчонка могла случайно схватить толстовку.
– Это еще неизвестно, – покачал головой менеджер. – Возможно, ищет, кому дороже продать информацию. Или собирается тебя шантажировать…
– Руд, ты сумел узнать, кто эта девушка? – перебил его Демьян.
– А не было никакой девушки, – усмехнулся Рудольф Германович.
– В смысле?..
– А вот так, – он развел руками. – Я попросил проверить камеры наблюдения, но из дверей пентхауса никакая девушка не выбегала. Ни в черной толстовке, ни без нее.
– Бред… – пробормотал Демьян.
– Камера записала, как в 11:45 я зашел к тебе, потом как мы примерно через полчаса вышли вместе.
– Видео могли изменить? Удалить эпизод с девушкой?
– Служба безопасности уверила меня, что это технически невозможно. Не то чтобы я им поверил. Так что отправил к ним нашего юриста и Бориску, который на всех этих камерах слежения собаку съел, пусть разбираются.
– Наше вчерашнее столкновение на первом этаже камера тоже не засняла? – подался вперед Демьян.
– А вот тут еще любопытнее, – прищелкнул языком Рудольф Германович. – Засняла. Но как только проиграли это видео, манера общения охранников кардинально изменилась. Меня чуть ли не силой выставили из комнаты видеонаблюдения. Удалось лишь добиться, что твоя мандариновая девушка тоже живет в ЖК. Ни имени, ни номера квартиры не сказали. Конфиденциальная информация, – передразнил кого-то менеджер.
– А я говорил…
– Да не похожа она жительницу элитного дома! – вспылив, вскочил Руд.
– …и конфиденциальность работает в обе стороны, – закончил фразу Демьян.
– Это! Ничего! Не меняет! Неважно живет здесь девчонка или нет! Она пробралась к тебе в постель, стащила телефон, и еще неизвестно какие фото и видео сделала, пока ты спал. Тебе напомнить, как такая девушка на одну ночь разрушила карьеру Воронина?
Дем покачал головой. Скандал он помнил хорошо. Серафим тогда тыкал его носом в распечатки комментариев разочаровавшихся фанаток этого еще недавно популярного исполнителя любовных баллад и актера мыльных опер.
Инцидент произошел пару месяцев назад. Влад Воронин решил приятно провести время с одной из поклонниц, вот только та оказалась блогершей. Когда Воронин заснул, она сняла кучу фото и видео, даже прямой эфир со своими подписчиками устроила. И на утро фотографии пускающего во сне слюни Воронина были везде, а народ в сети обсуждал не его новый клип, а цвет нижнего белья.
Разумеется, из шоу-бизнеса Воронин не ушел. Просто потерял несколько рекламных контрактов, по которым ему пришлось выплатить солидные неустойки. Из сериала, куда он прошел кастинг на главную роль, его тоже попросили. Образ, над которым Влад работал без малого десять лет, оказался разрушен, и количество фанатов уменьшилось в разы.
– Пойми, – сказал Руд, опускаясь обратно на диван, – ты – не Онегин. Это ему все сходит с рук. А тебя, стоит только раз оступиться, как тут же собьют с ног и затопчут. Притом набросятся не только хейтеры и охочие до сенсаций репортеры, но и вчерашние фанаты. Да еще подольют масла в огонь наши конкуренты – многие мечтают заполучить твои рекламные контракты и роли. Дем, ты хорошо выглядишь и нормально играешь, но подобных ребят масса. Тебе просто повезло с первой ролью, удалось заполучить любовь фанатов и удержать ее. Но стоит потерять репутацию, лишишься львиной доли поклонников. А у тебя подписание нового контракта с агентством на носу!
– Да в курсе я, – вяло огрызнулся парень.
Все та же песня, которую Галин слышал уже сотни раз. Что без агентства он никто и ничто. Ни особого таланта. Ни связей. Лишь неплохие внешние данные, но только на них далеко не уедешь. Ему просто подфартило, что его взял под крыло Серафим, а иначе Демьян до сих пор перебивался бы случайными эпизодическими ролями. И, если он уйдет из агентства, его судьба будет незавидна… Ведь ни актерского образования, ни весомой поддержки семьи или друзей, ни особых связей в мире шоу-бизнеса у него нет. За тем, чтобы последние не появились, Серафим следил особо.
– Надеюсь, в телефоне хотя бы эротических фоток Милы не было? – спросил Рудольф Германович.
– Я ведь не дурак.
– В свете последних событий, сомневаюсь.
– Да и не было их никогда, – вздохнул Демьян, опуская голову. – А когда расстались, вообще память телефона почистил.
– Это хорошо, если подчистил… Дем, я знаю, у тебя давно не было девушки. Но если так невмоготу было, почему не сообщил? Решили бы вопрос… по-семейному. Есть же стажерки агентства, тот же стафф…
Галин вскинул взгляд на менеджера.
– Не мой вариант, – сухо произнес он.
Такая практика в шоу-бизнесе тоже существовала. Некоторые начинающие актрисы, певицы и танцовщицы встречались, разумеется, по обоюдному согласию и к вящей пользе, с более популярными и зрелыми коллегами. Ибо гормоны шалят, определенного рода потребности хотя бы время от времени возникают у всех, и лучше такие вещи решать внутри семьи, то есть агентства, нежели искать приключения на стороне. Ведь для большинства знаменитостей крайне важно избегать скандалов, особенно сексуальных. Не иметь внебрачных детей. Не связывать себя узами брака на пике карьеры. Вообще в публичные отношения лучше не вступать.
Отдельные девушки из команды, так называемый стафф, – визажисты, парикмахеры, всевозможные ассистенты… тоже не против были обрести знаменитого и щедрого покровителя.
Вот и Демьян, подписав контракт с агентством «Серафим», обязался в течение пяти лет не жениться. Разумеется, хранить целибат от него никто не требовал, лишь скрывать свою личную жизнь от общественности. Опять-таки у Дема, учитывая его график, на эту самую жизнь времени не оставалось, как и на знакомства с кем-то вне «семьи» и сферы шоу-бизнеса.
– Хорошо-хорошо, – кивнул менеджер. – Будем верить, что и правда ничего не всплывет, никаких сомнительных фоток и видосов… А иначе, обозначить перспективы? Придется тогда тебе, Галин, рекламировать презервативы и средства для мужской потенции.
– Не нагнетай, – поморщился Дем. – Ничего пока не произошло, да и ты предпринял все возможные меры…
– Я-то предпринял. Надеюсь, и ты в следующий раз будешь думать головой, а не другим местом. И вообще следить за мобильником…
Как же достало!
– Руд! – парень резко поднялся с дивана. Разговор его порядком утомил. За эти годы он прокачал терпение и выдержку до восьмидесятого уровня, но сейчас они дали сбой. – Я все понял. Осознал. Прибереги нотации для кого-то другого.
– Многовато инцидентов за один день, – проворчал его надзиратель. – Сначала девчонка с мандаринами, потом Роза. Кстати эта паршивка тоже не берет трубку.
– Я ей не сказал ничего такого. Только правду. Что у меня первый выходной за два месяца. Выходной, Руд! И что я еще не определился подписывать контракт с Серафимом или нет.
– На твоем месте я бы…
– Сейчас это я обсуждать не намерен. У меня выходной… в который мне надо читать этот чертов сценарий, – последние слова Демьян почти прорычал.
Глава 6
Все еще суббота. За 10 дней до…
– Так и знала, что ты здесь, – в кабинет величаво вплыла Сатия.
Удостоив личную помощницу мимолетным взглядом, я вскинула руку, призывая не мешать, а затем вновь застучала пальцами по клавиатуре, стремясь как можно быстрее дописать сцену. Благо всего пара абзацев осталась…
Сатия терпеливо ждала, пока я закончу работу. Потому как знала, когда я пишу, лучше не мешать. А то собьюсь с мысли, оборву написанное на полуслове, и характер мой сделается еще сквернее.
Наконец я откинулась в кресле и посмотрела на часы, а заодно и на девушку, что замерла молчаливой статуей. Сатия, как всегда, оказалась пунктуальна, я же битый час прокрастини́ровала и сокрушалась на злую судьбу, а только потом села писать книгу. И закономерно времени не хватило…
– Госпожа, я накрыла стол, – обозначив легкий поклон, произнесла Сатия. – Еще не должно было остыть, но лучше бы вам все же поспешить.
Я подавила всколыхнувшееся было раздражение. Хочется помощнице играть в эти ролевые игры, пусть играет. Главное, что работу свою делает отменно. А то, что иронизирует по поводу своего статуса… что ж, у всех нас свои странности и увлечения.
– Спасибо, – я направилась в столовую. Сатия тенью последовала за мной.
По сути, кухня, столовая и гостиная представляли собой единое пространство, поделенное на условные зоны. Левый угол занимал белоснежный кухонный гарнитур с островом. Современный, лаконичный, но при этом не лишенный уюта. Зону приготовления пищи от обеденной отделяла небольшая барная стойка. Затем располагался невысокий буфет, овальный стол и шесть стульев. Другая половина помещения была отведена под гостиную – гигантский угловой диван, пара кресел, торшер, журнальный столик. Напротив дивана низкая тумба, над которой висело два десятка картин разных размеров, самая большая из которых на деле являлась телевизором. Мебель и стены белые, а пол, кухонная столешница, оконные рамы и отдельные мебельные элементы выполнены из светлого дерева. Интерьер разбавляли яркие акценты – лимонные и цвета морской волны – подушки на диване, ваза на буфете… и даже на телевизоре-картине неизменно воспроизводилась «Звездная ночь» Ван Гога.
Помимо гостиной-кухни-столовой, имелось еще две спальни (моя и гостевая), кабинет, два санузла, гардеробная, прихожая… Раз в неделю приходила Вера Павловна, которая перемывала все, я же в это время неизменно сбегала в бассейн, библиотеку или сад. Чаще убираться в квартире не требовалось. Я особо не мусорила и старалась, чтобы все лежало на своих местах, Сатия тоже бдительно следила за порядком, ну и робот-пылесос ежедневно выползал на уборку.
Помощницу себе я выбирала вовсе не по профессиональным или личным данным. Дядя просто притащил меня в конференц-зал, где в ряд выстроилось два десятка сотрудниц. Разумеется, на каждую имелось досье и мне следовало провести собеседования, но я, не думая, ткнула пальцем в девушку, которой был отмерен самый большой срок жизни. Потом о своем выборе не раз жалела и как-то даже подумывала, что надо бы заменить личную помощницу. Сатия оказалась той еще ехидной стервой, временами с ней было нелегко. Хотя определенных границ она все же не переходила и я знала, что могу ей доверять. Да и вообще Сатия вносила некое разнообразие в мою размеренную жизнь.
Пока я не спеша ела овсянку, помощница крутилась вокруг, смахивала одной ей видимую пыль, поправляла подушки на диване и рассказывала последние новости нашего замка.
Двигалась Сатия плавно и грациозно, словно танцуя. Статная, фигуристая, где-то на голову выше меня. На бледной коже лица выделялись темные дуги бровей, практически черные глаза и пухлые алые губы. В общем, луноликая и темнокосая – настоящая восточная красавица! Строгое форменное платье на девушке сидело так, будто сшито в дорогом ателье на заказ. И Сатия вполне могла себе это позволить.
– …Про Онегина ты, конечно, в курсе, – сказала она, насыпая горстку ароматного «Эрл Грея» с пузатый стеклянный чайник. – Новости с утра читала?
Я покачала головой. Отодвинула пустую тарелку из-под каши и принялась за фруктовый салат.
– Ну да, куда тебе, – глубокомысленно хмыкнула Сатия, заливая заварку кипятком. – В общем, скандал знатный. Сейчас все об этом только и говорят. Хорошо, что обошлось без жертв, но Онегин теперь не скоро за руль сядет, и штраф ему грозит нехилый.
Она поставила на стол пару чашек. Одну мне, вторую себе. Уселась напротив меня и взяла с блюда свежий круассан. Выпечку Сатия прихватила с расчетом на себя. Совместные чаепития давно вошли у нас в традицию.
– До аварии про этого Онегина я и не слышала, – покачала головой я. – Странно, что у него много фанатов.
– Ты не представляешь, насколько много! Подростки сходят по нему с ума. Моя сестра тоже. У нее вся комната плакатами с этим Онегиным увешена.
Я покачала головой.
Некстати вспомнилось с каким презрением Демьян говорил про своего собрата по индустрии шоу-бизнеса.
– А еще, – продолжила Сатия, – в клубе «Дикий гусь», ну в том, что неподалеку, зарезали парня. В общем, ночью у полицейских в нашем районе было много работы.
Я вздрогнула, и десертная вилка чуть не выпала из пальцев. Появилось желание поискать информацию о погибшем, его фото. Хотя и так знала, что это Алек – тот самый парень, с которым я столкнулась вечером на набережной… Как и всякий раз, я надеялась, что мой дар дал сбой, и, одновременно, боялась узнать правду.
– Что говорят? Почему его убили?
– Вроде пьяная драка, – пожала плечами личная помощница. – А так кто его знает. Еще двоих ребят там тоже порезали, сейчас в больнице.
– Раньше ведь хороший клуб был… – вздохнула я.
– Ты бывала там? – Сатия удивленно вскинула брови.
Я поморщилась.
– Давно. Еще до смерти родителей. На вечеринке для несовершеннолетних.
– Ааа… Ну, когда это было. Да и дискотеки для школьников – совсем другое дело. Кстати пара девочек из наших, замковых, ходили туда в прошлом месяце. Сказали, что больше ни ногой.
– Да, помню, ты рассказывала, – кивнула. Я расправилась с салатом и тоже по примеру Сатии взяла с блюда круассан. – Теперь клуб могут и закрыть. И он точно какое-то время не будет работать, пока идет следствие.
Надо бы поговорить по поводу этого «Дикого гуся» с дядей. Нехорошо, что в нашем престижном районе находится подобное заведение. Пусть, если не закроют, то хотя бы порядок наведут.
Сатия рассказала, как продвигался ремонт на подземной автостоянке, что половина официантов в ресторане сегодня не вышла на работу, потому что свалилась с температурой, что жена одного из охранников родила двойню…. и прочая, и прочая.
За окном уже стемнело, когда личная помощница, толкая перед собой тележку с грязной посудой, направилась к выходу из квартиры. А я пошла ее провожать.
Уже в дверях Сатия вдруг обернулась и, хитро стрельнув глазками, пропела:
– Совсем забыла рассказать главную новость нашего замка! У нас новый жилец. И не какой-то там, а знаменитость! Сам Демьян Галин! Актер, модель… ну уж про него ты, в отличие от Онегина, точно должна была слышать.
Я медленно кивнула. Сердце в груди билось, как сумасшедшее.
– Ему агентство сняло квартиру на месяц. Притом по соседству с тобой. Но это ты и так знаешь, – не скрывая ехидства, улыбнулась Сатия.
– Видела мельком, – буркнула я.
– Ну, так уж и мельком, – пропела личная помощница. – Кстати менеджер Демьяна Галина разыскивает некую девицу, что выбежала из его квартиры в полдень в неглиже.
Прикрыв глаза, я выругалась. Два плюс два сложить несложно. И главная тема замковых сплетен вовсе не авария Онегина, а я и Демьян.
– Узнаю, кто сплетни распускает, за язык к потолку подвешу! Так и передай.
– Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа, – лукаво усмехаясь, склонила голову Сатия, когда же она вновь посмотрела на меня, на ее лице не осталось и тени улыбки. – Самых ретивых болтунов я уже заткнула, большинство же и без того знает, на какие темы лучше языком не чесать… Лина, ты сама как? Не буду спрашивать, что у тебя с этим Демьяном произошло, не мое дело. Но, если хочешь поговорить…
– Спасибо, – кивнула я.
Помощница ушла, в прихожей я осталась одна. Настроение, которое и так оставляло желать лучшего, стало совсем скверным. Будь прокляты Демьян Галин, его менеджер и мое слабоумие, когда я решила выпить с соседом, а потом осталась с ним на ночь! Будь проклят новый сотрудник ЖК, который, прельстившись щедрыми комиссионными, придумал, как в обход прямого запрета, сдать квартиру!..
До сплетен замковых работников мне не было особого дела. Неприятно, но можно пережить. Лично я общаюсь лишь с Сатией, с остальными – обычно по сети. Но мне крайне не хотелось, чтобы эти разговоры дошли до дяди, и тем более вышли за пределы замка… Только журналистов и всяких блогеров мне тут не хватало!
Я отправила пару коротких сообщений. Что ж, умные будут молчать, если не хотят лишиться работы, и, надеюсь, проследят за болтливыми коллегами. В конце концов, скандалы не нужны никому, от них только проблемы.
А еще я осознала, что, пожалуй, в моем ближнем кругу не два человека, а три. Пусть я платила Сатии, временами она выводила меня из себя, но чужой не была, и до определенной степени я могла на нее положиться.
* * *Возможно только два объяснения, почему мандариновая девушка, когда сбегала, не засветилась на камерах видеонаблюдения. Или запись с камеры подкорректировали, или из его пентхауса в соседний можно попасть как-то иначе, минуя лифтовой холл. Учитывая странную и весьма запутанную планировку этажа, парень склонялся именно к последнему варианту. В том, что его ночная гостья обитала по соседству, Демьян уже почти не сомневался.
Его подозрения подтвердились, когда в библиотеке он нашел закрытую дверь. Замок с виду был похож на те, что стояли на дверях в лифтовом холле – электронный и, кажется, биометрический. Во всяком случае, на дверной ручке было расположено нечто похожее на устройство считывания отпечатка пальца.
Свою ключ-карту Дем даже не стал проверять, глупо было надеяться, что ее прописали здесь. Он коснулся панели над дверной ручкой, на той тут же высветились цифры и несколько значков. Усмехнувшись, Дем набрал на виртуальной клавиатуре четыре нуля и уже потянулся к «колокольчику», чтобы позвонить в дверь… как та бесшумно приоткрылась.