Бывшие. Два солнышка для Морозова. Сибирское лето
- -
- 100%
- +
Алиса вздохнула, кивнув, а Нина Петровна продолжила:
— Алиска, а ты я смотрю, никак вернуться решила? — тут же догадалась бывшая соседка, смерив взглядом большой чемодан.
— Ну посмотрим, как пойдет, — Алиса неопределенно пожала плечом. — Все от работы будет зависеть.
— И ты в городе, нажилась, значит, — вынесла свой вердикт женщина и поддержала горячо: — Ну и правильно, что вернулась! Из вашей ватаги, кстати, не только ты вернулась. Анька Сёмина, Владька Осипов, Игорь вот опять же, Морозов, — перечисляла Нина друзей из детства Алисы.
— Да? Они тоже все здесь? — спросила, лишь бы не выдать, как забилось глупое сердечко при упоминании Игоря.
— Да, говорю же! — Нина начала рассказывать, кто и когда из бывших друзей Алисы вернулся. — Ничё! Они устроились и ты место найдешь. Мы тут сама видишь, вон как разрослись. И, кстати! Игорь-то твой у нас тут теперь губернатором! Слышала поди-ка?
— И ничего он не мой, — Алиса предательски покраснела.
Она, к своему стыду, так и не избавилась от этой напасти. Всегда быстро краснела и ужасно мучилась от этого.
— Да? Ну-ну, — женщина подозрительно хмыкнула, но больше ничего не успела сказать, в кафе вошли новые посетители и она отвлеклась на них.
Алиса забрала свой заказ и вернулась к дочке, которая ждала её за столиком.
И булочки, и напитки были быстро съедены и выпиты ими. Алиса с Риной попрощались с продавцом и вышли на площадь перед вокзалом.
Алиса огляделась, пытаясь узнать родные места, но всё вокруг выглядело по-другому.
— Мам, а куда мы теперь? — Рина крепко держалась за руку матери.
— Теперь на автобус пойдем, вон туда, видишь? — Алиса показала на новенькие зеленые автобусы, что стояли на противоположной стороне площади. — Нам до дома бабули еще несколько остановок ехать.
Автобусный вокзал был здесь же, надо было пройти лишь через площадь.
Площадь, кстати, тоже выглядела совсем по-другому — новый, без выбоин и ям, асфальт, новые же современные фонари, и урны, вокруг которых не валялся мусор.
Алиса вспомнила, что раньше здесь была грунтовка, разбитая фурами. Теперь — вот такая красота.
Им повезло, нужный им автобус должен был отправиться через несколько минут.
Алиса купила билеты в автобусе и они выбрали места, которые были за сиденьем кондуктора, чемодан, кстати, та предложила поставить рядом с ней, скомандовав:
— Давай сюда! У меня тут хватит места. А то вам до вашей остановки с полчаса ехать, там потом ещё народ поднабьется, запинают же.
Алиса с благодарностью согласилась. Она уже и забыла, какие тут простые и отзывчивые люди живут.
Усадила Рину к окну, сама села рядом и автобус почти сразу же тронулся в путь.
Дочка с любопытством первооткрывателя смотрела в окно на мелькающие дома, магазины, аптеки и детские площадки.
— Мам, тут как в городе, — выдохнула громко с детской непосредственностью.
— Да, — согласилась Алиса с дочерью. — Здесь всё изменилось.
— И ещё будет меняться! — поддакнула кондуктор, сидевшая на соседнем сиденье. — Вот сейчас нам нового губернатора назначили, а он парень молодой, горячий. Всех этих взяточников на раз-два разогнал. Заживем!
Алиса и сама с интересом смотрела в окно и не узнавала родные когда-то места.
Вместо старых изб — аккуратные домики, некоторые даже с мансардами. Во дворах стоят машины, пусть не новые, но точно не разбитые. Вдоль асфальтированной дороги стоят фонарные столбы и новые домики-остановки со скамейками.
А когда автобус свернул на их улицу, Алиса замерла, узнав мгновенно всё.
— Девчат, ваша остановка сейчас, — кондуктор повернулась к Алисе с Риной, крикнула водителю: — Сереж, на этой останови!
Автобус плавно затормозил, Алиса с дочкой вышли, дождались, когда уедет автобус и перешли на другую сторону — дом бабули был на стороне четной нумерации.
Она катила чемодан, держала Рину за руку и то и дело ловила на себе любопытные взгляды соседей. Кто-то даже здоровался через забор, узнавая и называя по имени.
Сердце щемило — она была уверена, что никто её тут не вспомнит и не узнает. Оказалось, и вспомнили, и узнали, и охотно улыбались ей.
А вот, наконец, и дом бабули.
Не снесен, не развалился и не занят, как боялась того Алиса.
Даже, кажется, не изменился совсем — те же белые резные наличники, та же красная крыша. Только ставни на окнах были закрыты, да забор чуть покосился, от чего калитка тоже накренилась, но дом был цел.
Рядом стояли новые дома, улица стала шире, даже асфальт положили почти до самого забора, а вот за забором была высокая трава.
— Мам, это здесь? — спросила дочь, дернув её за руку.
— Здесь, — Алиса улыбнулась.
Они подошли к калитке. Двор был заросший бурьяном выше колена, но тропинка к крыльцу ещё угадывалась, и даже любимые бабушкины пионы еще росли и кажется собирались цвести.
— Мам, тут страшно, — Рина прижалась к ней.
— Не страшно, — Алиса погладила её по голове. — Здесь просто никто не жил долго. Сейчас мы с тобой тут быстро всё исправим. Ну что, идем?
Алиса уверенно прошла к дому и первым делом распахнула ставни. Сама она не боялась темноты, но не хотелось пугать Рину.
Потом подошла к крыльцу, подняла руку вверх, к притолоке — туда, где бабушка всегда прятала ключ и нащупала холодный металл. Ключ висел на месте.
— Господи, спасибо, — прошептала, забирая ключ.
Замок поддался неожиданно легко, дверь, открываясь, скрипнула. Внутри пахло пылью и сушёными травами — бабушка всегда заваривала их от всего.
Рина с интересом рассматривала старую мебель: тяжелый комод в углу комнаты, круглый стол у окна, резную этажерку с книгами. Всё на своих местах, как было всегда.
— Мам, а здесь красиво, — Рина, успокоившись, осмелела.
— Да, — Алиса украдкой смахнула набежавшую слезу. Всё-таки не справилась. — Бабуля всегда любила порядок.
— Мам, а она хорошая была?
— Очень хорошая, — ответила вздохнув и прошла в бабушкину спальню.
Там тоже всё стояло, как при бабушке: железная кровать с горкой подушек, накрытых кружевной накидкой, салфетка на комоде, занавески с ромашками, домотканые половики. На комоде стояла большая деревянная рамка, а в ней две фотографии.
Алиса подошла, взяла в руки, с удивлением разглядывая.
На одном фото была она сама после выпускного: в белом платье, с распущенными волосами ниже пояса, счастливая, смеётся.
На втором — Игорь Морозов в парадной военной форме. Молодой, серьезный, красивый, с лёгкой улыбкой на губах. Бабуля почему-то поставила их в одну рамку.
— Мам, это ты? — Рина подбежала, заглянула.
— Это я, — голос Алисы дрогнул.
— А этот дядя на фото — он кто?
Алиса смотрела на снимок. Игорь Морозов смотрел на неё с той же усмешкой, что и во сне.
— Он был моим другом. Когда-то. Очень давно.
— А как его зовут?
— Игорь Морозов.
— А я слышала! Тётя в кафе говорила, что он тоже тут живет. Мы пойдем к нему в гости? — у детей всегда всё просто.
— Нет, солнышко, не пойдем. Дядя этот теперь тут большой начальник. К нему просто так не ходят в гости…
В этот момент она не могла знать, что совсем скоро жизнь сама сведёт её с Игорем и совсем не в тот день, когда она будет к этому готова…
Глава 5
Утро в бабушкином доме началось с орущих петухов. Алиса уже и забыла, каким бывает утро в деревне, но это было даже приятно — в городе-то их нет.
Рина ещё спала, разметавшись на кровати и Алиса тихонько, чтобы не разбудить дочь, встала. Сегодня они спали, обнявшись, на одной кровати. На той, на которой она сама, когда приезжала в деревню, когда-то спала.
Быстро оделась и вышла на крыльцо, вдохнула свежий воздух и сладко, до хруста в косточках, как говорила бабуля, потянулась.
Солнце, окрасив своими лучами деревья, поднималось над крышами домов. Деревня просыпалась: где-то лаяла собака, где-то хлопнула калитка, где-то прокукарекал припозднившийся петух.
Алиса посмотрела на заросший двор, на покосившийся забор и поняла: она справится. Теперь это их с дочкой мир и их дом, а значит, надо искать работу. Срочно. Только вот документы…
Алиса достала телефон из кармана, помедлила несколько секунд и включила его. Она очень боялась, что муж это увидит и тут же начнет звонить, но понадеялась на ранний час и на то, что Родион или спит, или за рулем, а значит не проверяет каждую минуту свой гаджет.
Телефон пиликнул входящими сообщениями. Их было много, очень много, они сыпались, одно за одним, но ей хватило последнего, случайно выхваченного взглядом: “Ты понимаешь, что ты сама себе подписала приговор? Думаешь, тебе сойдет это с рук?”
Дальше она не стала читать. Муж ещё не знает, что она уехала из дома, а не просто выключила свой телефон.
Она ждала сообщения от бывшего начальника — он обещал выслать её документы в центральное почтовое отделение “до востребования”.
Обнаружив сообщение от Олега, Алиса облегченно выдохнула. “Отправил. Обещали, что будут на месте через три дня”.
— Ну что ж, хоть какие-то хорошие новости, — улыбнулась и вновь отключила телефон. Собралась уже вернуться в дом, но была остановлена звуком скрипнувшей калитки.
Соседка баба Шура, ровесница её бабушки, характерно припадая на правую ногу, шла по тропинке к дому. Увидев хозяйку, заговорила:
— Алиска, я вот тут вам с малой молочка козьего принесла, да творожку. Видала я вчера, как вы шли с остановки.
— Ой, спасибо, баб Шур! — обрадовалась и шагнула соседке навстречу. — Я заплачу.
— Дурная девка. Разве я сказала, что на продажу принесла? — удивилась искренне соседка. — Так бери. А ещё, если надо, я и сыра дам. Мне одной-то куда столько? Дунька моя много молочка даёт.
— Баб Шур, я с удовольствием возьму. Только не бесплатно! — выдвинула условие Алиса. — Козье молоко, оно ж дорогое.
— Это оно у вас, в городе, дорогое, а я тебе так даю. Куда мне эти деньги? Солить что ли? Ты чего в такую рань поднялась-то, девонька?
— Да в город надо ехать, работу искать.
— Ага, не обманула, стало быть, Нинка-то, — изрекла старушка и тут же оживилась: — А ты поезжай одна, я с твоей егозой посижу. Зачем дитё в город таскать? А мы с ней и Дуньку мою подоим, и пирогов напечем, пока ты ездишь.
— Что, правда? — Алиса сначала обрадовалась, а потом сникла, договорила нехотя: — Баб Шур, спасибо за помощь, но не согласится Рина тут одна, без меня. Испугается она, что я её тут оставлю.
Пожилая женщина глянула на Алису остро, протянула задумчиво:
— Ишь ты, вот оно, значит, как… — потом одернула сама себя: — А то, правда, чего это я, старая, мелю тут тебе? Дитё только приехало, не знает ещё никого, а я её от мамки забираю. На-ка вот, свеженькое всё, — она сунула Алисе в руки пакет, в котором оказалась литровая банка молока и коробочка с домашним творогом.
— Баб Шур, правда, спасибо. И за помощь, и за продукты, — Алиса улыбнулась старушке. — Вы ж мне всегда как родная были.
— Да уж помню тебя, егозу! Кузьминична сколько раз тебя по деревне с хворостиной искала! — улыбнулась та в ответ и подытожила: — Ну не буду вам мешать! Кушайте.
— Мы вечером к вам придем с Дунькой знакомиться. Можно?
— Приходите, чего ж нельзя-то?
Баб Шура развернулась и поковыляла обратно, а Алиса вошла в дом, поставила продукты на стол в кухне и пошла будить дочку.
— Ринок, — она подошла к кровати, погладила дочку по щеке. — Просыпайся, малыш, нам в город надо съездить. По делам.
— А я? — дочка смотрела на неё испуганными глазенками, не разобрав спросонья всего, что сказала ей мать.
— И ты со мной! — успокоила. — А потом мы с тобой вернемся и пойдем с козой Дунькой знакомиться.
— Правда? — сон с Рины слетел моментально.
— Правда.
— А мне можно будет козу погладить?
— Можно, — улыбнулась Алиса.
Она могла бы оставить дочку у баб Шуры, но не стала рисковать, знала — девочка испугается. А раз, так, то значит в город они поедут вдвоем.
Вчера вечером Алиса решила, что пока ждет свои документы, хотя бы походит по школам, узнает, что и как.
Директором в первой школе оказалась женщина в строгом костюме, с плотно сжатыми губами и недовольным лицом.
Выслушала Алису, поджала губы ещё сильнее и тут же заявила:
— У нас нет вакансий. И вообще, вы слишком мало работали после декрета, да ещё к тому же в другой области. До свидания.
Во второй школе, расположенной на окраине, директором был мужчина лет пятидесяти, смотрел на Алису снисходительно. Выслушал молча, кивал, пока она говорила и вдруг спросил:
— А вы замужем?
— Разведена, — ответила Алиса твердо.
— Одинокая женщина с ребёнком — это ненадежно. Вы будете часто брать больничные, потому что у вас маленький ребенок. Извините.
Алиса вышла, сжав кулаки — её дочь почти не болела! Но разве это кому-то объяснишь? В своем городе она работала десять лет. Десять! И никто не говорил, что она ненадежная.
Третья школа была частной, с высоким забором и охраной на входе. Директор, молодой парень в дорогом костюме, даже не стал её слушать, спросив сразу:
— У вас есть рекомендации с предыдущего места?
— Я могу попросить и мне напишут.
— Хорошо, но вообще-то, мы берём только опытных педагогов со стажем работы не меньше, чем в двадцать лет.
Такого стажа у Алисы не было.
Они вышли с Риной на улицу и сели на первую попавшуюся лавочку.
Рина, хоть и устала, но виду не показывала и не капризничала.
Они обошли пять школ и везде Алиса получила отказ. То опыта мало, то опыта много, то возраст, то ребёнок, то нет прописки.
— Господи, — проговорила в сердцах. — Неужели никуда не нужен учитель? Я ведь люблю свою работу и детей!
— Мам, ты не расстраивайся! Ты обязательно сегодня найдешь работу, — Рина прижалась к матери, обняв её, — я так чувствую!
Алиса улыбнулась, обняла дочь в ответ и чмокнула в макушку:
— Спасибо, хорошая моя. Ты у меня самая замечательная девочка.
И тут взгляд Алисы упал на ресторан, что был через дорогу. Она решительно встала, отряхнула юбку и решила: пойду официанткой, уборщицей, посудомойкой — кем угодно, не имеет значения, лишь бы деньги платили.
— Ну, что, дочь, давай пробовать искать другую работу? — Алиса протянула руку дочери. — Обещаю, что вот зайдем в этот ресторан, если и там откажут, то сегодня уже пойдем на автобус. На сегодня хватит, завтра продолжим.
— Хорошо, мамочка, — Рина вздохнула, совсем, как взрослая и встала со скамейки.
Ресторан, в который они вошли был дорогим, даже пафосным. Это было видно сразу. Алиса удивилась мысленно: “Откуда только здесь такой?”
Метрдотель, едва услышав её просьбу, отрезал:
— Вакансий нет. Никаких! — и так выразительно посмотрел на охранника за их спинами, что Алиса всё поняла. Они развернулись и вышли.
Вечерело, надо было возвращаться домой. Они шли к автовокзалу, когда им по дороге попался ещё один ресторан.
— “Уют”, — прочитала Рина название над входом и потянула мать внутрь, — мамочка, а пойдем сюда! Смотри, как там красиво!
Устами ребенка, как известно, глаголет истина и Алиса сдалась, дала дочке увлечь себя в этот ресторан.
Они вошли внутрь и огляделись. И правда было уютно и красиво, а ещё пахло чем-то вкусным. В углу, за накрытым столом, красивая пара среднего возраста что-то праздновала в тесном кругу своих друзей.
Алиса подошла к администратору, женщине в строгом костюме.
— Извините, — она говорила негромко, но в наступившей внезапно тишине зала было слышно каждое её слово. — Вы не подскажете, у вас есть вакансии? Официантка, уборщица — что угодно. Мне очень нужна работа.
— Мы с улицы не берем! — отрезала администратор. — У вас есть рекомендации? Опыт работы в заведении, подобном нашему?
— Нет, но я быстро научусь, — и в её голосе зазвучало отчаяние, — понимаете, мне очень нужна работа. Я могу и посудомойкой работать, уборщицей…
Рина прижималась к маме, а тут вдруг помахала кому-то рукой и дернула мать за руку.
Это было странно, кому она могла тут махать и Алиса не сразу обратила на это внимание.
— Принесёте рекомендации, приходите! — администратор повысила голос и брезгливо сморщилась. — Девушка, я же понятно сказала! Без рекомендаций не возьмем! — перевела взгляд на охранника, явно собираясь попросить того, чтобы он вывел нахалку из их заведения.
— Мама! Ну мама же! — Рина дернула сильнее. — Смотри, это же он! Твой знакомый!
Алиса наконец повернулась к ребенку.
— Рина, какой знакомый? Ты о ком?
— Ну вон, тот дядя, с фотографии, у нас дома! — Рина тыкала куда-то пальчиком. — Смотри же, ну!
Алиса подняла глаза в том направлении и замерла.
Игорь Морозов. Он изменился, возмужал, раздался в плечах, в лице появилась жёсткость, виски тронула седина. Но глаза были всё те же.
— Игорь? — выдохнула она, не веря себе.
А Морозов о чем-то поговорил с красивой женщиной, которая сидела во главе праздничного стола, та кивнула ему в ответ и вдруг направилась в их сторону.
Подошла улыбаясь, заговорила:
— Здравствуйте. Я случайно услышала, что вы ищете работу. У меня отель, и мне нужна горничная.
Алиса перевела взгляд с нее на Игоря. Тот смотрел на неё не мигая и на его лице не было ни удивления, ни радости, ни злости. Лишь холодное выжидающее выражение.
Поймав её взгляд, Игорь чуть поднял бровь, словно бы говоря: “Ну?”
И только лишь от одного этого взгляда у Алисы где-то в районе солнечного сплетения полыхнул пожар, потек по венам лавой, заставив её сердце биться сильнее, как когда-то давно, в юности, словно и не было между ними этих нескольких лет взаимной тишины и не понимания.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.