Спасти тебя снова

Пролог

Лиля припарковала свой Порш небесно-голубого цвета на парковке, вышла из машины, поставив её на сигнализацию и застыла перед замызганной вывеской, красующейся рядом с дверью из стекла.

– Что за дурацкое название? Не удивительно, что вы банкроты, господа сыщики! Кто же поверит, что вы на что-то способны, если уж вы вывеску не можете протереть!

Уверенно открыла дверь и шагнула внутрь.

В одном помещении сидело несколько человек. Лиля оглядела всех по очереди, зацепилась взглядом на небритом типе в дальнем углу и громко хлопнула в ладоши три раза. Дождалась, когда на неё все присутствующие поднимут взгляд, и объявила:

– Вы уволены! Даю на сборы час.

Наступила звенящая тишина.

– Все уволены? – раздался насмешливый голос с хрипотцой.

Лиля перевела взгляд на того самого небритого типа, сидящего в самом дальнем углу: “Ага. А вот и наш сыщик. Красив, засранец. У таких как он, обычно, очередь из любовниц. Когда ж ему ещё и бизнесом заниматься?” – усмехнулась, окатила небритого типа пренебрежением, но ответила:

– Все!

– И даже я? – мужчина вальяжно развалился в кресле и позы менять не собирался.

– А чем Вы отличаетесь от остальных? Тем, что можете сидеть в присутствии дамы?

– Я много чего могу в присутствии дамы, – взгляд мужика притягивал и гипнотизировал, будя какое-то смутное беспокойство в душе Лили.

“Да что за ерунда?” – удивилась, но своего взгляда не отвела.

– Даже не сомневаюсь! – Лилия усмехнулась одними губами.

Тип хмыкнул, но позу поменял. Потом подумал и все-таки встал. Кресло, потеряв седока, предательски накренилось  в сторону.

– А отличаюсь я от остальных тем, милая дама, что я хозяин этого бюро, – выдохнул тип в ее сторону, и на Лилю девятым валом обрушился такой выхлоп, что в глазах потемнело.

Лиля брезгливо поморщилась и помахала ладошкой перед своим носом, разгоняя амбрэ.

– Господин Гурий Витальевич Чантурия, надо полагать?

Мужчина кивнул, тут же поморщился, потер висок, но мгновенно вернул себе насмешливый и, даже, нагловатый вид.

– Нет, Гурий Витальевич. Хозяйка этого бюро Я. А Вы – всего лишь мой управляющий. Бездарный, надо сказать, управляющий, раз довели бюро до банкротства.

Гурий недоверчиво смерил Лилю взглядом, потом, видимо, что-то вспомнил, и, сменив интонацию уже на более нормальную, выдал:

– Согласен, у нас сейчас не самые лучшие времена, но это временные трудности. Сейчас у нас в работе есть пара дел, которые решат все наши проблемы сразу. Есть еще парочка, кто планирует к нам обратиться.

Мужика явно несло – Лиля отчетливо ощущала, что он блефует.

– Нет, – отрезала, не дав договорить.

– “Нет” что? Не временные? Не трудности? Не решат? – Гурий откровенно издевался. – Откуда вам знать, что не решат? И, кстати, хозяйка Вы тоже так себе. Что-то я не видел Вас здесь ни разу за все то время, что мы открыты.

– “Нет” – на все ваши доводы! Я закрываю бюро и выставляю помещение на продажу.

– А как, вы сказали, вас зовут? – Гурий засунул руки в карманы джинс и смерил Лилю оценивающим взглядом. Увиденное ему явно понравилось, потому что на губах мужчины появилась пошловатая улыбочка.

“Вот же гад! Рассматривает, как товар на невольничьем рынке!” – Лиля разозлилась.

– Лилия Дмитриевна БляхинА, – представилась, – ударение на последнюю “А”, прошу заметить! И держите свои пошлые мысли при себе! – осадила нахала Лиля.

– С чего бы? Я вижу красивую женщину, так почему бы мне не пофантазировать? – Гурий смерил Лилю наглым взглядом еще раз.

Он только окинул её взглядом, а ей показалось, что прошелся горячими прикосновениями губ и языка везде, до куда дотянулся.

Да что с ней такое творится? Никогда прежде такого с ней в реальной жизни не случалось. Только в её странных снах, где всё было странно, начиная с неё самой.

– Может, сходим вместе кофе выпить? – услышала она голос с хрипотцой.

Это он её сейчас клеит, что ли?

– И не надейтесь! – осадила нахала. – У вас есть час на то, чтобы освободить помещение. Я, так уж и быть, подожду в машине!

– Вы не сделаете этого! – раздалось насмешливое ей в ответ.

– Поверьте, сделаю! – ответила не задумываясь. – Вы банкрот. Я больше не намерена покрывать Ваши долги.

– Дайте неделю, и я всё оплачу!

– Нет!

Лиля развернулась и направилась к выходу. Ей в спину раздались шепотки:

– Босс, какого ляда эта стерва здесь командует?

– Мы что, правда, банкроты?

– Она не может вот так, за час!

– Спокойно! Я всё улажу! Видел я таких и знаю…

Ответа Гурия Лиля не дослушала. Впрочем, не трудно было догадаться, что именно сейчас этот пижон заливает своим подчиненным.

И, кстати, на стерву она даже не обиделась. Для неё это прозвучало как комплимент. Лиля проделала длинный путь, чтобы стать той, кем стала.

Неделю назад точно так же, дав на сборы час, её вышвырнули в ночь, на улицу, унизив перед соседями и выкинув её вещи в грязь. Вышвырнули, как нищую родственницу, из дома, который она считала своим…

И вышвыривали Лилю дети Михаила – её мужа.  Особенно старался его старший сын Василий.

К слову, она-то вот не из дома людей на улицу выбрасывала, а всего лишь увольняла. Не она набирала непрофессионалов на работу, а этот самоуверенный павиан. Как там его? Гурий Витальевич? А, так вот откуда это нелепое название на вывеске! “Гуру сыска”! Так он еще и самовлюбленный нарцисс!

Вот пусть теперь этот павиан с синдромом нарциссизма и решает проблемы со своими подчиненными.

Лиля села за руль автомобиля и достала из сумочки телефон. И нет, не за тем, чтобы открыть соцсети, как это могло бы показаться при взгляде на красивую, ухоженную женщину, сидящую за рулем дорогой тачки.

Соцсети Лилю интересовали меньше всего. Она открыла почту и увидела сообщение от Василия.

“Что выбираешь? Жизнь в нищете и на улице, или договоримся? Завязывай корчить из себя недотрогу. Не обижу и до смерти не затрахаю. Не убудет с тебя принимать меня раз в неделю. Вот только не надо говорить мне о том, что ты на самом деле была влюблена в мужчину, который годился тебе в отцы! Вдова из тебя так себе”.

К сообщению было прикреплено фото, где Лиля сидела за столиком кафе с элегантным мужчиной в дорогом костюме.

Фото было сделано вчера. На этом фото мужчина целовал её руку.

Она зажмурилась и выругалась сквозь зубы.

Глава 1

Голова напоминала чугунный котел, глаза отказывались открываться, во рту скрипел песок, гравий, и что-то ещё жутко невкусное и раздирающее горло в клочья.

В ушах шумели вертолеты, а сердце от каждого вздоха скакало от затылка до пяток, отдавая рикошетом в ребра.

“Мать-мать-мать”, – мелькнуло вспышкой в мозгу мужчины, и он сделал осторожную попытку пошевелить пальцами. Руки или ноги – это было уже не принципиально, лишь бы хоть что-то шевелилось.

Выровняв дыхание, мужчина поднапрягся и дернул ногой. О! Есть контакт!

Гурий издал стон и попытался повернуть голову – получилось. Правда, по ощущениям, было чувство, что по голове прошлись траками танка – не иначе.

– О-о-о, – застонал, облизывая пересохшие губы, и возвращая голову в первоначальное положение, – зачем столько пить? Зарекался ведь.

Для того, чтобы сделать следующее движение, ему понадобилось минут пять собираться с силами и отыскивать в себе где-то решимость и смелость, чтобы сделать это, мать его, следующее движение.

– Чёрт, – прохрипел, переворачиваясь, наконец, на бок, – сколько и чего я пил? И, главное – когда? Я ведь, вроде, домой собирался уже ехать, какая падла сбила меня с пути истинного?

Опершись на локоть, с трудом приподнял свое поджарое мускулистое тело и попытался принять вертикальное положение. На лбу выступили бисеринки пота, одна капелька скатилась по виску и дальше на шею, вызвав у него не самые приятные ощущения.

– Пора завязывать, – тяжело дыша, опираясь руками на матрас, сел, наконец, прямо. Ну почти.

Поставив локти на колени, подпер ими свой чугунный котелок (на голову сегодня эта часть его тела не тянула) и замер, ожидая, когда разноцветные пятна перестанут мельтешить перед глазами. Ещё через пару минут его перестало шатать на кровати, и он осторожно разлепил глаза.

Глаза резануло ярким светом, бившим в окно, и он снова их зажмурил, сцепив зубы и удерживая вырывавшиеся из него маты.

Медленно, не делая резких и необдуманных движений, обвел помещение мутным взглядом. Это была не его спальня.

– Ну и где я? – непонимающе поморгал. – Это ни на что, где я раньше бывал, не похоже.

Его больной мозг категорически отказывался выдавать хоть какую-то информацию по месту дислокации. Поерзав задницей по простыне, нахмурился.

– Да ладно? – удивился и откинул со своих бедер мятую простыню.

Ощущения его не подвели – он был абсолютно голый, но, что странно – нигде в поле зрения одежды не наблюдалось. Совсем. Ни его собственной, ни чьей бы то ни было другой.

Озадаченно хмыкнув, посмотрел на вяло висящего младшего друга.

– Судя по тебе, ночка у нас была жаркой, да? – в ответ ему было молчание и полное нешевеление. – Чего молчим? Ссать будем? Или сегодня и ты отказываешься со мной общаться? – продолжал свой незатейливый монолог раздумывая, как бы ему дойти до туалета и где, он, собственно, находится.

Вздохнул, собрал все силы в кулак и оттолкнулся от матраса. Пусть и нетвердо, но встал на дрожащие ноги, наступив на что-то скользкое, мокрое и липкое.

– Да твою ж мать, – скривился, увидев, что умудрился наступить на использованный презерватив, который валялся сразу возле кровати.

Стряхнув его, вытер ногу о прикроватный пушистый коврик и встал поустойчивее.

– Один… второй… третий-четвертый…, – шептал, шаря глазами по полу, – пятый… Ночка удалась, вижу, – сделал вывод, подсчитав все валяющиеся на полу использованные презервативы.

На количество пустых бутылок предпочитал не смотреть – это он и так помнил – пара бутылок была опустошена уже здесь, вдогонку к выпитому в кабаке. Зря, не молод уже, и вообще – алкоголь – зло!

– Твою-то мать, – шатаясь и расставив широко руки, делал первые шаги, как младенец. – Надеюсь, я не в одного их пользовал? Где ты – тот, с кем я был? Кто-то же меня сюда притаранил? Да еще и затрахал, хорошо, что не до смерти, – сипло шептал, осторожно, боясь опять на что-нибудь наступить, переставлял ноги к выходу из чьей-то спальни.

Проходя по коридору, заглянул в открытую дверь: там, на диване, спала взлохмаченная длинноногая блондинка. Рядом, на полу, валялась их одежда, коробка с пиццей и пустые коробки с соком. А, и ещё два презерватива.

– Ахренеть, – выдал ошарашенно, так как в упор не помнил, что за деваха его вчера перехватила.

Не то, чтобы у него не было случайных связей, но прям не в его вкусе была девица. Искусственные ресницы, больше напоминающие метелку, дутые губы, сиськи тоже, наверняка, дутые. Так-то он предпочитал максимально натуральное.

Гурий остановился, опершись одной рукой о дверной косяк, с интересом рассматривая натюрморт.

– А ничего так девочка, в принципе, сочная. Если не смотреть, а только щупать и драть, – просипел тихо, отвесив самому себе комплимент и почесывая яйца второй рукой. Почувствовав ожившего младшего друга, хмыкнул:

– Не будем будить, пусть отдыхает.

Добравшись, наконец, до ванной комнаты, с трудом влез в саму ванну, задернул шторку и с наслаждением врубил прохладный душ на полную мощь.

Он стоял, опершись руками о кафельную стену и, опустив голову вниз, кайфовал от тяжёлых струй воды, которые с силой пожарного брандспойта лупили по его плечам и спине, возвращая к жизни.

Осмотрел полочки в ванной комнате и выбрал какой-то флакончик яркого цвета.

– Гель для душа “Фэнтезийный”, – прочитал, хмыкнув.

Только он открыл крышечку, как испуганно вздрогнул, совершенно точно сначала почувствовав, а потом и увидев в зеркале над раковиной, что дверь в ванную комнату приоткрылась, но никто не вошел.

– Какого лешего?? – прошептал, замерев.

Волосы на голове зашевелились – всё напоминало ему один из его ночных кошмаров…

Глава 2

Продолжая гипнотизировать зеркало, резко отдернул шторку и с облегчением выматерился: на полу сидел каких-то охренительных размеров кот и презрительно, с прищуром смотрел на Гурия.

– Козел, мать твою, – обругал кота, глядя в его огромные глазищи, задернул шторку и, окончательно ожив, щедро полил себя гелем и принялся тщательно растирать себя руками. Взять чужую мочалку он посчитал негигиеничным.

– Ничего, и так отскребусь, – шептал, фыркая от попадающей в рот воды и молясь только об одном: чтобы та блондинка не проснулась и не вломилась к нему в душ.

Вот честное слово: не сейчас! Дайте ему в реальность вернуться! Желательно в полной комплекции и со всеми работающими органами чувств. И вообще – органами.

Вылез, наконец, из ванны, не вытираясь вышел в коридор и заглянул в комнату: деваха спала мертвецким сном.

– Тьфу-тьфу-тьфу, – прошептал, и двинулся на поиски кухни.

В холодильнике, не считая пары баночек обезжиренного йогурта, соевого молока и искусственного сыра – был голяк. Вот буквально, шаром покати.

– Милая, чем ты питаешься? – прошептал изумленно и почесал затылок. – Н-да. Надо, что-то, с этим делать.

Нашёл свой телефон, определил по геолокации, в какой части города он сейчас находится, вышел, как был, за входную дверь и посмотрел номер квартиры.

– Так, сто тринадцатая. А подъезд какой?

Как раз в этот момент щелкнул дверной замок соседней квартиры и на лестничную площадку вышла такая себе благообразная бабуля лет семидесяти.

– Уважаемая, не подскажете, в каком я подъезде? – максимально вежливо обратился к бабуле, и, в последний момент вспомнив, что он стоит, в чём мать родила, босиком и на лестничной клетке, прикрылся ладонью.

– Ты чо? Совсем, чоли? – раздалось раздраженное, – опять эта зараза мужика привела? Сколько раз ей талдычить…, – договорить благообразная бабуля не успела, так как повернулась на голос мужика, спросившего, на ее взгляд, полную чушь.

Спросившим полную чушь оказался молодой голый мужик под два метра ростом. Причинное место он прикрывал крупной ладонью, мокрые тёмные волосы на голове в беспорядке торчали в разные стороны, а глаза цвета папоротника пронзительно сверкали из-под приопущенных век.

– А? Чо? – рот бабули медленно, но верно приоткрывался, глаза расширялись, старческая рука взметнулась, сдирая с переносицы очки.

– Подъезд, говорю, какой здесь? – прокашлявшись, повторил свой вопрос, стараясь не делать резких движений.

– Двадцатиэтажный, – прохрипела бабуля, жадно шаря глазами по красивому голому телу.

– Отлично. А дом какой? – он и рад бы был второй рукой прикрыть еще хоть что-то, но она была занята – ею он опирался о стену, так как его все еще отчаянно шатало.

– Четырёхподъездный, – бабуля сделала шаг вперёд.

– А я в каком подъезде? – аккуратно отступил в сторону своего временного пристанища.

– В среднем, – рука бабули сжимала хозяйственную сумку, причём с чем-то тяжелым и уже отводилась в сторону.

– Спасибо, бабулечка, ты мне прям помогла! – воскликнул Гурий и сиганул обратно в квартиру, захлопывая с размаху дверь, и даже для верности подпер ее своим плечом. – Фух, пронесло, – прошептал, вытирая внезапно выступивший пот со лба. – Ничего себе, бабушки пошли. Сначала чуть взглядом не сожрала, а потом зашибить придумала. А еще в очках.

Прислушавшись, и не услышав за дверями ни криков, ни ударов в дверь, осторожно отлепился от двери и прошел на кухню, чтобы умостить свой зад уже хоть куда-то.

Прикинув, что он во втором подъезде, заказал доставку одной порции ухи, легкий овощной салатик, гренки, апельсиновый сок, нарезанный лимон с сахаром, литр брусничного морса и стакан крепкого черного кофе.

Потом собрал все свои разбросанные вещи, оделся, выпил стакан воды из-под крана, принял доставленный заказ, вытащил оттуда стакан кофе, оставил пакет на столе и покинул гостеприимную хозяйку, приютившую его на ночь.

Садился в такси, ехал до своего дома, поднимался в квартиру и заводил будильник на два часа пополудни он уже на автопилоте. Раздеваться сил уже не осталось. Уснул мгновенно, храпя на всю ивановскую.

Пробуждение наступило слишком быстро и под противный трезвон электронного засранца.

Неимоверным усилием воли отодрал голову от подушки, посидел еще, просыпаясь. Ни сил, ни времени на то, чтобы переодеться, по-прежнему не было.

– Сегодня вечером домой! – то ли пообещал, то ли пригрозил сам себе, вызывая такси. На работу поехал так, в чем был.

Таксист оказался нормальным мужиком и подвез его до крыльца офиса. Гурий вышел из такси, но в последний момент все-таки завернул в соседнее бистро за стаканом крепкого чёрного обжигающего кофе. А то та лабуда утром только хуже сделала.

Подходя к дверям в свой офис, очередной раз зацепился взглядом за грязную вывеску:

– Йопт, а вывеска – краше гробы делают, – поморщился, делая обжигающий нëбо глоток. Чертыхнулся на себя за это и вошел в контору.

– Здарова, бандерлоги! – махнул всем своим сотрудникам рукой, дотащился до своего стола в углу и рухнул в колченогое кресло.

Кресло протестующе скрипнуло, но приняло своего хозяина благосклонно.

– Шеф, – раздался голос Санька, – Вы, рано или поздно, так этим креслом и накроетесь – не выдержит оно вас. Купили бы новое.

– Мне и так хорошо, отстань, – простонал Гурий, устраиваясь поудобнее.

Посидел, блаженно развалившись, пару секунд, смакуя вкус черного кофе и потирая виски – голова трещала.

Вспомнил, что где-то в ящике стола должны быть таблетки.

Хотя сейчас ему бы, пожалуй, только секира помогла. Пока шурудил в глубинах ящика в поисках таблетки, понял, что в диком количестве алкоголя есть и свои прелести – сегодня он не видел своих странных, выворачивающих душу, снов.

И, если уж быть совсем честным: то именно поэтому он так и насинячился – задолбала эта круговерть странных снов. Но спал он, может, и хорошо, а вот пробуждение и ворвавшаяся реальность были так себе…

Отыскал, наконец, таблетку и закинул её в рот, запив горячим кофе.

Вновь блаженно развалился на кресле, закрыв глаза, и только почувствовал, что боль отступает, как дверь в офис распахнулась. Внутрь вошла молодая женщина с горящим взглядом и застыла изваянием у двери.

“Только тебя сейчас здесь и не хватало, расписная ты моя”, – поморщился он, ставя стаканчик с кофе на стол.

Интуиция Гурия вопила на все лады о том, что незнакомка с горящим взглядом – не простой посетитель.

Но даже его интуиция не могла знать того, чем обернется для него визит рыжей незнакомки.

Глава 3

– В каком смысле – у меня ничего не осталось? Что Вы хотите этим сказать? – Лиля смотрела на мужчину, сидящего напротив неё и что-то втолковывающего ей о том, что на счетах ничего нет.

– У банка, в котором Вы хранили свои сбережения, отозвали лицензию. Так, к сожалению, бывает. Ваши сбережения были застрахованы, поэтому они вернули оговоренную в страховке сумму. Безусловно, это не все деньги, что Вы там хранили, но хоть что-то…

Собеседник открыл договор, нашел нужный пункт и подвинул бумаги Лиле, указав нужный пункт.

– Вы сейчас так шутите? – Лиля подняла взгляд на мужчину. – Но у меня там в десятки раз больше!

– К сожалению, таковы законы, – мужчина театрально вздохнул.

– А как быть с остальными деньгами? На счете лежало несколько миллионов! Они где? Испарились?

– Мне очень жаль, но это все, на что Вы можете рассчитывать, – мужчина пытался изобразить искренность, но ее там и близко не было.

Лиля обессиленно откинулась на спинку стула. Еще вчера она считала себя обеспеченной женщиной.

– Я вкалывала с четырнадцати лет в модельном бизнесе! Я моталась по всему земному шару на все эти показы и кастинги. Вы знаете, каково это – летать по десять раз в месяц с одного конца мира в другой? Да я из-за этого друзей не имею! У меня не было нормальных праздников в семейном кругу. Я все эти деньги заработала сама! Понимаете? Сама!

– Лилия Дмитриевна, мне очень жаль, но это всё, чем я могу Вам помочь! – повторял, как заведенный, одни и те же слова её собеседник.

Лиля закрыла глаза, резко выдохнула и тут её осенило:

– Подождите! А инвестиции? Я же помню, что открывала инвестиционный счет!

– Мне очень жаль, но Ваш поверенный в этих делах совершенно безграмотно вел дела, вкладывая деньги в заведомо провальные проекты. Поэтому на этих счетах у Вас минус.

– То есть, потеряв всё, что имела, я еще и осталась должна банку за то, что хранила у них деньги? Так, что ли? То есть это Я должна тому банку, который меня обворовал, а не они мне? – происходящее все больше походило на сюрреализм, как в её снах.

– Нет! – мужчина сиял, как новая монета. – Эти минусовые счета  перекрывает страховая сумма в те самые деньги! – мужчина кивнул на договор, лежащий перед Лилей. – Видите, Лилия Дмитриевна, все не так уж и плохо!

– Вы это серьезно сейчас?

Лиля всмотрелась в мужчину более внимательно. Может, он на каких-нибудь препаратах? Очень уж жизнерадостным он сейчас выглядел. Нет, ну правда. Ведь вот сейчас, в данном конкретном случае, он совершенно искренне радуется!

– И у меня для Вас есть еще одна хорошая новость, – продолжал мужик жизнерадостно, роясь в своих бумагах. Достал еще один документ и протянул его Лиле. – Вам принадлежит вот это помещение. Удачное расположение, есть своя парковка на несколько автомобилей.

– Но? – в удачу Лиле уже не верилось. – Есть же опять какой-то подвох, верно? С этим помещением что-то не так, да?

– Ну, там расположено сыскное бюро, если угодно – детективное агентство, – сник было мужик, но тут же снова засиял, – и оно тоже принадлежит Вам! – протянул Лиле еще один документ. – Вот видите?

– Мне? Детективное агентство? – Лиля недоверчиво вчитывалась в документ. – Интересно, чем я думала, когда его покупала?

– Что, простите?

– Нет, ничего. Это я не Вам. Итак? Это бюро приносит прибыль?

– Нет, – выдохнул управляющий. – Чтобы у Вас не отобрали хотя бы помещение за долги по коммунальным платежам, я взял на себя смелость и оплатил их все из тех денег, что компенсировал Вам банк. Отправил это коллекторам, и теперь они больше не будут Вам досаждать!

Мужчина напротив опять сиял, явно ожидая того, что Лиля его похвалит.

– Анатолий Борисович, Вы сейчас это серьезно? Какие, к демонам, коллекторы? Вы о чем?

– Ну как же, – управляющий заерзал на стуле, поняв, наконец, что Лиля не спешит разделять его радость и совсем не довольна происходящим, – компания, которая выкупила почти все помещения в том здании, где находится это сыскное бюро, наняло коллекторов. Их можно понять, они хотят владеть всем зданием, а Ваше помещение им как кость в горле. Вот они и подсылали…  Или к Вам никто не приходил?

– Может, и приходили, но меня там не нашли, – Лиля едва заметно улыбнулась, – я сменила место жительства.

– Да? Ну вот, а Вы говорите, что все плохо. Поверьте, коллекторы –  ужасные люди! Ужасные! Они так напугали моего кота, что бедняжка потом сутки не вылезал из-под шкафа!

– Только кота?

– Ну, дело в том, что я живу один. Я, правда, уже год, как съехал от матушки, но пока еще не нашел ту, кто смогла бы соответствовать моим критериям красоты! – и мужчина выразительно посмотрел на Лилю. Впрочем, может ей показалось?

Лиля в который раз за сегодняшний вечер с удивлением присмотрелась к мужчине: да, холен и ухожен, да, знает толк в дорогих вещах, но вот это вот “соответствовать моим критериям красоты” – это ж ни в какие ворота не лезет! Уже год как он, видите ли, от матушки съехал! Да правда, что ли?? Женщину найти не может, так завел кота?

– Лилия Дмитриевна, а что Вы делаете завтра вечером? Может, мы могли бы сходить куда-нибудь поужинать? В более подходящее место, чем эта кофейня?

Мужчина, сидящий напротив, делал явные попытки к сближению. Слишком явные. С чего бы, вдруг? Она подходит под те его критерии красоты?

И ведь не пошлешь мужика сразу! Обидится! А нового поверенного делами она сейчас не готова нанимать. Придется идти на ужин с этим любителем котов. Обижать мужчину не хочется. Он может еще пригодиться.

Михаил учит не рвать связи с теми, кто уже знает тебя слишком хорошо: “Из друзей и близких знакомых получаются самые опасные враги, имей это ввиду, детка!”