- -
- 100%
- +
— Мама! Мамочка! Очнись, пожа-а-луйста! — звонкий детский голосок вырывает меня из забытья. Кто-то требовательно дергает за рукав. В голосе слышатся отчаяние и мольба.
В моей чумовой голове полное замешательство.
Что за чушь? Какая мама? Это меня? Какие дети? Откуда?
У меня нет никаких детей. Это какая-то ошибка!
Мысленно кричу на всю вселенную, а вслух не могу произнести ни слова. Не могу даже разомкнуть губы, будто их кто-то склеил скотчем. Рук и ног тоже не чувствую.
Паника в такие моменты не помогает, пытаюсь успокоить бешено стучащее сердце.
Ну, простите, в свои тридцать восемь я так и не родила, и даже не вышла замуж. Пока только мечтаю. Все свое время я посвящаю столичной клинике, где лечу элитных животных, питомцев богатых клиентов.
У меня шикарные клиенты, прекрасная практика, приносящая неплохой годовой доход, квартира в одном из благоустроенных районов столицы. Кажется, все в шоколаде.
Я собираюсь выйти замуж за любимого мужчину…
Собиралась…
В мыслях поправляю себя. От воспоминаний в голове появляется пульсирующая боль. Зря я вспомнила об этом негодяе.
Только не сейчас. И никогда.
Я считала, что встретила того единственного, с кем хотелось бы засыпать и просыпаться в одной постели. Хотела родить детей. Построить дом. Завести собаку. Даже не одну собаку. Мы собирались построить за городом приют для бездомных животных, после того, конечно, как поженимся. Целых пять лет собирались.
А еще я уже желала наконец родить ребенка. Девочку или мальчика. А лучше и девочку и мальчика.
Ну и что, что бывший младше меня? Да и я не считаю себя старородящей!
А что? В наше время и постарше рожают, главное, чтобы здоровье позволяло и деньги на хорошую медицину были. У меня водилось в достатке и первое и второе, оставалось только сходить в загс…
Но, может, оно и к лучшему, что все открылось раньше, чем я подарила этому мерзотнику люксовый автомобиль. А ведь чуть не купила…
Но, видимо, семейное счастье не моя судьба.
Еще чуть-чуть и я начну усыновлять брошенных котов и, как там говорят про перспективу старых девствениц? Сорок кошек в обнимку? А, еще и сборник статей Шопенгауэра?
Читала я того Шопенгауэра!
— Мама, да очнись же скорее, — продолжают меня трясти за рукав рабочего халата. — Нас ждут.
Нет. Не ошиблась. Это все-таки меня называют мамой.
Кап… Кап… Кап…
А это еще что такое?
Чувствую на своем лице горячие капли. Сердце сжимается от боли, в уголках сомкнутых глаз появляется влага.
Нет, нет, это не мои слезы. Знаю точно. Я давно разучилась плакать.
Хочу открыть глаза и увидеть, кто льет надо мной слезы.
Я медленно с трудом приоткрываю один глаз, потом второй.
Ура, получилось!
Пытаюсь сосредоточиться на окружающем мире.
Первое, что я вижу — это свет; он резкий и слепящий, заставляет меня морщиться. Постепенно очертания начинают обретать форму, и я замечаю перед собой мальчика. Его невысокая худенькая фигурка склонилась надо мной, а глаза полны тревоги.
— Мамочка, ты очнулась? — спрашивает он, хватаясь за мой рукав с такой силой, будто боится, что я исчезну. — Не пугай меня! Всё будет хорошо, правда?
Огромные глазищи цвета свежей зелени в обрамлении пушистых длинных ресниц смотрят на меня пытливо и требуют ответа. Таким ресницам любая девчонка позавидует.
Да что там? И я бы от таких настоящих не отказалась. С нарощенными сплошные коррекции, устала уже постоянно спать на спине.
Густая каштановая шевелюра мальчика окружена солнечным светом, кажется, что над его головой сияет нимб.
Я пытаюсь понять, что все это значит, говорить по-прежнему не могу.
Мычать? Простите, я хоть и ветеринарный врач, но все же человек.
Что происходит? Мальчик, ты чей?
Я умерла, и передо мной ангел?
Мое сердце бьется чаще, смешанные чувства накрывают, словно волна.
Почему… как я здесь оказалась?
Отмечаю на ребенке странную для нашего времени одежду. На нем белая батистовая рубашка с необычными пуговицами и галстучком-бабочкой. Под серым пиджаком шерстяной жилет. Так одевались лет двести назад, а может и триста.
Куда я попала?
Паника снова пытается схватить меня за шею когтистыми лапами.
Ну, нет! Меня так просто не возьмешь!
Дышу шумно через нос. Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Руки и ноги по-прежнему обездвижены.
— Ты лежишь, как будто в обмороке! Мне страшно, — бормочет мальчишка, его голос дрожит.
Кажется, что я где-то уже видела этого мальчика. Он мне знаком, но откуда? И почему он зовёт меня мамой?
Мы с ним словно в пустой тишине, только он и я. А еще запах, мальчик пахнет свежескошенной луговой травой.
Ах, какой аромат!
Пытаюсь все же хоть что-то произнести. С трудом, но губы начинают двигаться.
— Кто ты? — едва шевеля губами, произношу я.
В моем голосе звучит растерянность. Я не узнаю свой голос. Слишком он тихий.
Мальчик, кажется, расстраивается от моего вопроса. Он с обидой отстраняется и протягивает ко мне руку.
— Ринальдина, ты же не забыла? Я Эделин. Ты обещала мне, что никогда не бросишь меня!
Эделин?! Ринальдина?! Я?!
— Какая она тебе мама? — Раздается за спиной Эделина обиженный девичий голос. — Ты что, совсем ку-ку?
Оу, вот она правда, значит, я еще не умерла и не сошла с ума. И мальчик не мой сын.
Но отчего-то в моей душе, оставляя незримый след, словно по стеклу, стекает капелька разочарования.
Рядом с Эделином появляется девушка. Красивая. Очень похожа на мальчишку, глаза такие же с яркой зеленью, только волосы длинные, шелковистые, и платье старинное, с рукавом фонарик. Я такое когда-то у опереточных актрис видела.
Вместе с громким девичьим голосом вокруг взрывается мир звуков и запахов.
К нежному луговому аромату добавляется запах прибитой дождем дорожной пыли.
Непроизвольно снова прикрываю ресницы. Шевелю рукой и ногой.
Слава богам, чувствую свое тело и даже могу пошевелиться.
Слышу, как невдалеке храпят лошади, стучат по мостовой колеса, хлопают дверцы… Автомобиль?
Кажется, в нашу сторону направляются тяжелые шаги. Спорят мужские голоса.
— Откуда она здесь взялась? — раздраженно говорит один.
— Да я не видел, откуда она взялась, Крис, как из воздуха сплелась и сразу… Бац! и под колеса, — оправдывается второй. — Хорошо, что ты успел перенести ее, надеюсь, она не сильно ушиблась.
— Леди, с вами все в порядке? — надо мной склоняются, закрывая солнце.
Бархатные нотки в голосе мужчины волнуют. На руках поднимаются предательские волоски.
— Ресницы дрожат, значит, пришла в себя, — ответствует его собеседник вместо меня.
Притворяться не имеет смысла, я открываю глаза и…
Как в той песне: “Пропадаю я…”
Я не просто пропадаю, я тону в этих черных омутах. Темные глаза мужчины будто втягивают меня в бездну, заставляя забыть о том, что происходит вокруг. Между нами возникает странное притяжение.
Вспышка солнечного света смешивается с его темными волосами, создавая контраст, завораживающий моё сознание. Вокруг все отдаляется, и я остаюсь только с ним, с его теплым взглядом и загадочной улыбкой.
Замечаю, как кадык незнакомца дергается, ноздри тяжело подрагивают при каждом вдохе и выдохе. Мужчина поправляет воротник рубашки, будто он его душит.
— Леди, с вами все в порядке? — повторяет он…
А у меня… мои мурашки зовут своих мурашек, а те своих, в общем, в моей голове прямо сейчас случается маленькая смерть.
Ну разве ж так можно с женщинами? Разве ж можно быть красивым таким?
— Пришла в себя, — с облегчением вздыхают рядом с ним.
Отвлекаюсь от созерцания на миг, моргая. Пелена тут же спадает с моих глаз. Я снова смотрю на незнакомца. Слегка удлиненное аристократическое лицо с прямым носом и узкими усиками над чувственными губами выдают в нем человека с высоким социальным статусом и одновременно придают его образу романтичность. Суровый взгляд намекает о богатом жизненном опыте. Он моложе меня, и это печально. Зареклась строить отношения с "малолетками". Только вот одежда.
С одеждой тут у них вах!
Я снова начинаю сомневаться в своей дееспособности, когда вижу его наряд: старинный бархатный сюртук расшитый золотыми узорами, а на тонкого батиста рубашке под галстуком — дорогую закрученную вензелями брошь с драгоценными камнями.
Крепкие стройные ноги обтянуты черными брюками, заправленными в высокие сапоги.
Ну чисто мушкетер из старых фильмов, только добавить шляпу с широкими полями и пером и шпагу повесить на пояс.
Кино у них тут что ли снимают? Или реконстркцию исторического события затеяли? Ага. Сейчас это модно.
Мы рассматриваем друг друга, не обращая внимания на окружающих. Я вижу в его глазах смешинку. Улыбаюсь в ответ. Да, он хорош. Ну и я выгляжу по современным меркам неплохо.
В свои тридцать восемь я еще ловлю на себе заинтересованные взгляды мужчин. И незнакомец явно доволен тем, что видит.
Знаю я такие взгляды, и вообще, хочу сказать, что любая женщина чувствует, когда она интересна мужчине.
Все ничего, но я по-прежнему не понимаю, где нахожусь.
— Леди, вам нужна помощь? — незнакомец протягивает руку.
Отказаться просто нет сил. Я подаю свою ладонь.
Невидимый огонь охватывает наше пожатие.
— Ах-х, — не сдерживаюсь я, и мои щеки опаляет жар. — Благодарю вас. — Как только оказываюсь на ногах, словно юная барышня освобождаю свою руку из нежного захвата и… Цепенею.
Это не моя рука! Моя будет покрупнее и пальцы не такие тонкие.
А маникюр? Куда делся мой нюдовый маникюр с дизайном?
Я же только вчера была у мастера!
Дорогие мои читатели!
Приветствую Вас в моей новинке. В истории вам встретятся дерзкая героиня и генерал драконьей эскадрильи на излечении, волнующие приключения попаданки в магическом мире, противостояние героев, прогрессорство, лечение особенных животных.
Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять.
Не забудьте поддержать книгу звездочкой и комментарием. Это помогает автору с душой стучать по клавишам.)))
Визуал 1
Визуал
А сейчас хочу познакомить вас с главной героиней истории.
Итак, Ирина, Рина. А теперь Ринальдина.
Ветеринарный врач известной клиники для домашних животных. Героиня с виду нежная и хрупкая. Сразу скажу, это обман.
В глазах виден дерзкий характер.
Войти в горящий сарай?
Легко!
Остановить на лету дракона?
Без проблем!
И генерала драконьей эскадрильи на место поставит!
Не сомневайтесь!
Глава 2
С трудом выдыхаю и глотаю скопившийся в горле комок. Следом появляется новый, но я и его хоть и с усилием, но проглатываю. Меня еще покачивает от слабости. Перед глазами мелькают цветные мухи. Но я лучше откушу себе руку, чем позволю притронуться ко мне еще раз весьма привлекательному мужчине. Мысленно беру себя в руки.
Нет, нет, нельзя показывать свое замешательство. И вопросы задавать тоже нельзя.
Сначала прислушаюсь, присмотрюсь, куда я попала, потом буду делать выводы.
Главное, не потерять свой дзен.
Сейчас нужно просто успокоиться и принимать все как данность.
Убираю руки за спину и сцепляю.
Вот так. Когда хотя бы одного триггера нет перед глазами, как-то легче. Держать себя в руках, имею ввиду, легче.
Вдох-выдох.
А что делать с магнитом черных омутов?
Мужчина не уходит, стоит напротив, молчит и буравит меня пронзительным взглядом.
Вдох-выдох.
Так учила меня подруга, психолог из соседней клиники.
А еще посчитать до десяти. Но в создавшихся условиях меня это не спасет.
А вот найти зеркало или хотя бы ближайшую стеклянную витрину и посмотреть на себя не помешает.
Это желание для меня оказывается первостепенным. Я оглядываюсь по сторонам в поисках отражающей поверхности. Напрасно. Передо мной каменная кладка и несколько деревянных дверей в ряд, ступеньки к каждому входу и клумбы с цветами.
Кстати, из одной такой клумбы меня только что выдернули.
Чувствую себя розой среди… Так, стоп, Рина, это уже в тебе истерит ирония или даже сарказм.
Теперь понятно откуда был такой аромат, когда передо мной появился мальчик. Эделин… Я просто спутала запахи.
Вокруг меня снова шумит мир — голоса моих “детей”, неясные разговоры, шаги и цокот копыт. Довольно странный цокот копыт. Ни разу не слышала, чтобы так звучали лошадиные копыта.
Детские голоса окончательно приводят меня в чувство.
— А где мои дети?
Это я сейчас сказала? Точно?
Только голос не мой. Немного похож, но нежнее что ли. Я за годы работы научилась повелевать, умею раздавать приказы своим подчиненным громко и четко. А сейчас я блею, словно беззащитная овечка.
Сердце забилось быстрее. Вопрос о детях повис в воздухе, словно на тонкой паутине. Я стараюсь сосредоточиться и осознать ситуацию, в которой оказалась. Мне тревожно. Я беспокоюсь. Скрещиваю руки на груди и, прищурившись, смотрю на мужчину.
Он, замешкавшись, спрашивает:
— Дети? — замечаю изумление на лице незнакомца. Я снова смотрю в его лицо. — Это ваши дети? Кхе… Кхе… — он недоверчиво смотрит куда-то за мою спину.
— Дети, да, мои дети — упрямо повторяю я и поворачиваю голову за его взглядом, не обращая внимания на растерянность в его взгляде.
— Ох, — не удержавшись, стону от боли.
Мышцы шеи реагируют на любое мое движение неприятными ощущениями, будто меня просквозило.
Да что со мной происходит? В какой мясорубке я побывала?
Помню, как вошла в соседний кабинет, где обычно проводят груминг собакам. Нужно было попросить об услуге новенькую сотрудницу: обслужить в обеденный перерыв важного клиента. Постричь вне очереди померанского шпица. А попала на феерическое шоу: прямо на рабочем столе моему теперь уже бывшему любезному делали гигиеническое вылизывание.
Фу! Я не ханжа, но картинка была из самого отстойного порно.
Это не лучший эпизод, возникающий в моей голове. Вообще, как-то странно себя чувствую. Тут помню, тут не помню.
И мне непонятно, как я здесь оказалась, и кто эти люди?
Совсем рядом кто-то издает глубокий вздох. Недалеко слышится стук колес и странное топотение по мостовой, будто царапанье твердых когтей.
Кажется, я слишком увлеклась воспоминаниями. Я подумаю об этом в удобное время, когда останусь наедине с собой, а сейчас я вся внимание.
За спиной у незнакомца кто-то неуверенно покашливает.
— Простите, Ваша Светлость, — раздается скрипучий голос. — Позвольте обратиться к леди Ринальдине?
Мда, с каждой минутой все веселей и веселей. Прибывают новые действующие лица, а ответов по-прежнему нет. Только вопросы добавляются. Легкий холодок страха пробирается в душу.
Где я? Кто я? Кто все эти люди, включая “моих детей”.
Мельком смотрю на свою одежду и вздрагиваю. На мне длинное платье средневековой моды. Почти такое же, как у “дочки”, только рукав длинный. Провожу не своими ладонями по юбке, разглаживая ткань. Нет, это не иллюзия — ткань настоящая, гладкая и теплая.
Вот это уже не смешно. В голове появляется шум.
Я морщусь. Не пойму только от чего больше, от боли в шее или от этого скрипучего “леди”. Будто наждаком по нервам прошлись. Но уже не нервничаю, кажется, очень быстро наступает фаза принятия.
Я — леди? Как интересно! Кажется, меня уже так называли сегодня. Всего минуту назад.
Но как же приятно звучало это слово в других устах!
Просто музыка! Елей на душу!
Сглатываю тайком очередной предательский комок и вдыхаю запах. Терпкий с хвойными нотками. Здоровый мужской запах. Под ложечкой становится щекотно.
Я взрослая самодостаточная женщина млею перед молодым незнакомцем. Позор!
— Сударь? — поворачивается вполоборота “Его Светлость”, позволяя увидеть источник неприятного голоса.
За его спиной старик, неряшливый и неухоженный. Помятый серый сюртук с выглядывающей несвежей рубашкой, пуговица болтается на нитке. Старик низенького роста, или это так кажется рядом с достаточно высоким “Его Светлостью”?
Козлиная всклокоченная борода в крошках, нос картошкой и красные воспаленные глаза, которые выдают пагубное пристрастие их обладателя к веселящим напиткам.
Под его неприязненным взглядом чувствую холод в подреберье. Тошнота падает на дно желудка противным комком.
Вот сейчас он сообщит радостную весть, что он мой муж или жених, и я умру от счастья. Лучше уж бухнусь назад в цветочки: все-таки в клумбе мне было уютнее лежать, голова только болит. Тянусь ладонью к затылку. Так и есть, нащупываю огромную шишку на затылке.
И как только живая осталась? Так же можно было получить травму несовместимую с жизнью и тю-тю, Рина, милости просим в следующую жизнь. Так может это она и есть? Следующая жизнь? Только я этого еще не поняла?
У Его Светлости широко распахиваются глаза, когда он смотрит на старикашку, приподнимается правая бровь, на лице появляется выражение “Ты кто такой?”
Старик боязливо смотрит на сердитого мужчину и испуганно блеет:
— Ваша Светлость, леди Ринальдину и детей, — кивает он за мою спину. Я слышу фырканье Эделина и “дочки”, но уже не пытаюсь крутить головой, боясь снова испытать боль. — Ожидает поверенный семьи Урбан, — тяжко вздыхает старик. — Склянки уже давно пробили назначенное время, но леди не явилась на чтение завещания, вот я и вышел навстречу, а тут…
Его выпученные глаза странно смотрят на меня, но под грозным взглядом незнакомца старик опускает глаза. Что-то здесь нечисто, я чувствую нутром. Моя интуиция кричит, что этот человек если не лжет, то уж что-то скрывает точно. сомнение в правдивости происходящего снова захватывают меня.
Я стала участницей веселого розыгрыша?
Так и жду, что сейчас из-за угла выскочит кто-то из знакомых и крикнет: Шутка!
Но руки не мои, и платье тоже странное для нашего времени.
А еще завещание.
Чье? Для кого? Для меня? Я богатая наследница?
Новые вопросы и снова без ответов.
В голове с космической скоростью проносится сюжет одной прочитанной недавно фэнтезийной истории о попаданке в другой мир. Моя младшая сестра фанатка всей этой ерунды. Недавно она подсунула мне книжку, когда заметила, что я мучаюсь бессонницей из-за усталости…
— На, почитай, хорошо усыпляет, — протянула она мне книгу. — Две-три страницы и ты не заметишь, как уснешь.
Если бы…
Я не уснула, пока не дочитала до конца.
— Леди, — окликнул меня Его Светлость. — Не смею задерживать, но позвольте компенсировать ущерб, нанесенный вашему здоровью, — произносит он и протягивает мне черную блестящую карточку с золотыми светящимися вензелями. — Это то малое, что я могу предложить, если вам когда-нибудь вдруг понадобится моя помощь, обращайтесь, всегда буду рад помочь. — Он кивает, а я беру из его рук карточку, похожую на визитку. Как только она оказывается в моих руках, золотые вензеля перестают светиться. Мужчина удовлетворенно хмыкает. В его глазах мелькает лукавство, будто он знает еще что-то, чего не знаю я. — Поверьте, я применил минимальную силу, чтобы вас не затоптали мои драконы.
Драконы? Какие драконы?
О мой бог!
Обернувшись, я застываю в немом удивлении.
Глава 3
Как тут не оцепенеть?
Я чувствую, как меня накрывает волна паники, и сердце стучит так сильно, будто хочет вырваться из груди. Я даже забываю, что у меня шея болит, громко всхлипываю и перестаю дышать, когда вижу эту картину.
Чуть в стороне за моей спиной стоит черная карета, запряженная парой… вороных, мать его, драконов!
Самых настоящих, живых драконов!
Я испуганно зажмуриваюсь, в надежде, что когда открою глаза, драконы просто исчезнут, как мираж, как нелепое наваждение, а на их месте будут пританцовывать не эти исчадия из выдуманных фантастических историй, а обычные жеребцы. Кони.
“Пусть они будут черные, пегие, да хоть в яблоках, но обычные лошади, а не то, что я сейчас вижу”, — мысленно умоляю я… Не знаю, правда, кого я прошу об этой милости...
Провидение? Судьбу? Господа?
Увы. Меня никто не слышит и не спешит исполнять просьбу.
Вдох-выдох.
Открываю медленно глаза и глазею на животных исключительно из биологического интереса.
Вдох-выдох.
Я же ветеринарный врач, поэтому меня не удивить какими-то драконами.
Это я так пытаюсь себя успокоить.
Вдох-выдох.
Драконы, которые передо мной, не просто фантазия или плод воображения — это реальность, и они явно не собираются никуда исчезать.
Два прекрасных дракона в конской упряжи фыркают и царапают твердыми когтями мостовую. Из ноздрей тонкой струйкой вьется дымок. Головы животных с россыпью рожек украшают высокие пышные плюмажи черного с синевой цвета. Глаза словно драгоценные камни переливаются перламутром. Ухоженная кожа лоснится и поблескивает, отражая солнечные лучи. Четыре огромных кожистых крыла подрагивают при дыхании животных. От них идет волной сила. Я не могу себе этого объяснить, но я чувствую их силу и мощь.
Это их шумное дыхание с легким рычанием я приняла за лошадиное!
Нет, я заметила, что храп необычный, но мне даже в голову не могло прийти, что возможно вот такое чудо чудное.
А вдруг я просто сошла с ума? Только не могу осознать сей факт?
Спроси любого сумасшедшего: Ты сумасшедший?
И что, он признается? Нет, конечно.
Я стараюсь держать себя в руках, но получается с трудом.
Рассматриваю с пристрастием карету. На дверцах вензели в виде драконов, а на крыше фигурки золотых дракончиков и фонари по углам. Золотая отделка сверкает, демонстрируя богатство и знатность хозяина. На окнах трепыхаются тонкие с вышивкой занавески, хотя нет даже легкого дуновения ветерка.
Колеса сияют, будто золотые.
Хотя, кто их знает, может и золотые? В моем мире люди золотые унитазы ставят и ничего, а тут всего лишь колеса.
И кто знает, может, у них тут золото покрепче чугуна будет? Одним словом, дорого-богато.
Значит, я все-таки попала в другой мир, и этот мир иначе развивающийся? Странный мир, наполненный чудесами и опасностями, с которыми я пока не знакома, но обязательно познакомлюсь…
За что, Господи?
Или нет, не так.
Для чего, Господи?
Я, кажется, пошатнулась.
Вдох-выдох.
Рина, где ж ты так нагрешила?
Или, может, ты, наоборот, совершила праведный поступок, и тебя отправили проживать следующий жизненный этап?
У меня тоже есть свое маленькое кладбище. Я не всевеликий доктор, были в моей практике врачебные ошибки. Но это в самом начале, когда я только начинала работать на станции ветслужбы.
С годами мой опыт рос, и я стала известным врачом.
А может, это так и происходит? Ведь никто “оттуда” еще не возвращался, а то, что пишут все эти шарлатаны от псевдонауки: парапсихологи, уфологи и еще всякие “логи”, обычные бездоказательные теории.
Есть химия и живая клетка, то, что я изучала в ветеринарной академии, поэтому то, что было сейчас перед моими глазами, вообще не соответствовало тому, что я знала.
Рина, больше никаких обмороков и потери сознания.
О боже! Куда я попала?!
Мое замешательство уже не скрыть. И я слишком долго смотрю на драконов.
Но мою растерянность хозяин кареты понимает по-своему.
— Леди Ринальдина, понимаю ваше восхищение, мои драконы лучшие в нашей стране, еще лучше только у короля, — с гордостью произносит Его Светлость, заметив мое волнение.
В его голосе звучит самодовольство.
Слава богам! Он мое волнение принял за восторг. Ну хоть так.
Сглатываю комок. Все же я не молоденькая девушка и пока что владею своим психическим состоянием. Говорю почти спокойно:
— Да, ваши драконы прекрасны, несомненно, — играю чужую роль, а в душу ледяной змейкой заползает страх и сворачивается на дне желудка противной тошнотой.