- -
- 100%
- +
«В изысканно-изломанной манере…»
По улице томно-вечернейВ кавернеРессорной пролетки с откинутым верхомВзлетающим стерхом…Сквозь краткий Серебряный ВекБег…IВ изысканно-изломанной манереСклонюсь над вашею рукой, мадам.Плесну в бокал изящно-терпкий sherryИ туберозу уроню к ногам.В табачно-дымный сумрак ресторанаЯ брошу хрипло-сдавленно – «Прости…»Взгляну вокруг рассеянно и странноИ удалюсь по Млечному пути.Оставлю вам на память этот вечер,Надсадно стонущий таксомотор RenaultИ гениально-путанные речиИ освещённо-ждущее окно…IIПрогулки без воли… Прогулки без цели…Рассеянность… Грёзы… Сознанье туманно…Осенние песни бульвары мне пели,Струясь по Москве прихотливо и плавно.А вечер, сгущаясь до тёмности ночи,Лениво брёл следом, дыша мне в затылок.Аллеи качали туманные клочья,И в небе луна желтоглазая стыла.Опавшие листья, кружась в стиле ретро,Желтили уже засыпающий город.И капли с ветвей, потревоженных ветром,Ознобно и вяло стекали за ворот.IIIВольные ветры-скитальцыГнали туман голубой…Переплетя наши пальцы,Шли мы обманной тропой.Слушали леса шептанье,Вздохи болот вдалеке,Диких гусей гоготанье,Шум камышей на реке.«Может, пора нам проснуться?Всуе пустые мечты.Может быть, стоит вернуться?»«Нет!» – отвечала мне ты.«Пусть этот путь иллюзорен…Милый! Сомнения прочь!Будь только смел и покорен.Я приглашу тебя в ночь.В ночь, что течёт звёздно-млечноИз дальних северных стран,Что узаконит беспечноЭтот красивый обман…В ночь, что тиха и прозрачнаЭтой нездешней красой…Что молчалива и мрачна,Что нас омоет росой.В ночь, что таит в себе вечность,Что сквозь туман голубойНас уведёт в бесконечностьЭтой обманной тропой…»IVНа блеклую луну похожийФонарь не в силах темнотуПреодолеть. Ночной прохожийБросает тело в пустоту,В излом глухого переулка,Стекающего в глубь веков.И бьется в стены зло и гулкоЧечеточная дробь шагов.Ночной прохожий – вечный странник,Случайно выпивший до дна,Ту, для которой он избранник,Ту, что застыла у окнаОсевше-углового дома,Ту, для которой вечный крестНочами слушать, как знакомоПоет ступенями подъезд.К которой эхом переулкаСпешит он сквозь ночную топь.Ту, для которой бьет он гулкоШагов чечеточную дробь.Взаимное предназначенье —Предначертание богов…Печальное ночное пеньеСердец, ступеней и шагов.Но вновь с завидным постоянствомВолхвы не им несут дары —Разъяты временем-пространствомИх параллельные миры.И снова ночь… И снова то же…И снова те же… Тот и та…Дом… Силуэт в окне… Прохожий…Фонарь не в силах… Пустота…VЧерным бархатом в блесткахЗастелён небосклон.По глазам я отхлестанРазноцветьем окон.Расступись, ночь шальная, —В безотрадном бредуЯ сегодня из раяПотихоньку уйду.Мне сегодня нет мочиОт разлива луны.Отчего же средь ночиМы так жутко умны.И жестоко ночь дразнит,Что все было лишь сон,Что под утро погаснетРазноцветье окон.Декадентка
Двадцатый май ещё в начале…Купальной блузы белый бант.На ялтинском морском причалеСигару курит стройный франт.Поэзы. Ночи. ГимназистыРазочарованно-томны.Румяны, крепки и речисты,Плечисты и утомлены.Ах, сколько счастья обещаетВесенний, светлый гардероб.Двадцатый май, смеясь, прельщаетТаинственностью навьих троп.Как ново, как безумно-пьяно…Стихи, прогулки, вечера…И интересничают пряно,Пресытясь жизнью, юнкера.Ах, как остры мечты о смерти —Изящность модной пустоты —Среди курортной круговерти,Среди весёлой суеты.Как упоительно ликуетВесна, когда нам двадцать лет…С эстрады нервно грассиру́етБольной, чахоточный поэт.Двадцатый май лучист и ясен…И первый выход в ресторан.И он, конечно, не опасен,Вчерашний приторный дурман.Двадцатый май уж на исходе.Полдневным зноем сад объят.В крови неслышно, тихо бродитГустой, тягучий, сладкий яд.Двадцатый май… Клубясь, играютПотоки солнца меж портьер…А пальцы хрупкие сжимаютТяжёлый папин револьвер.Двадцатый май… Трескуче штораВ паденье сорвана с гардин.А у чернильного прибораДорожкой белой кокаин.Зимняя прогулка с Эдгаром По
День январский был морозен,Тих, обычен и морозен.Но когда за кромкой сосен,Тёмных и обычных сосенОтблески его сокрылись,Сумерки вокруг сгустились.И подёрнули печальнымСветом, странным и печальным,Зимний мир, досель реальный.Это было в парке зимнем,Опустевшем парке зимнем.Там, где брёл аллеей длинной,Запорошенной и длиннойВечер, кутаясь в астральныйСвет, размытый и печальный.И дрожали робко тени,Уносились робко тениВ мир фантазий и видений.Это было в парке странном,Очарованном и странном,В мире призраков обманном,Нереальном и обманном,Где в мерцании прозрачномДом застыл виденьем мрачным.В дымке призрачного света,Лунного слепого света,В мире, сумраком одетом.Это был приют забвенных,Безвозвратных и забвенных,Где среди покоев тленных,В залах сумрачных и тленных,В блёстках инея хрустальныхВился сонм теней печальных.Безучастных и унылых,Тусклый сонм теней унылых —В сумерках седых и стылых.Это был приют безмолвный,Отрешённый и безмолвный.Дом, теней и скорби полный,Безутешной скорби полный,Что застыл в аллее дальнойОдинокий и печальный.В парке сумрачном и странном,Опустевшем парке странном,В царстве сумерек туманном.Вересковая пустошь. Осень
Тис, сосна, торфяник, вереск,Дрок, болото, буерак.Дом, камин, фисташки, херес,Трубка, спички и табак.Вечер, сумрак, утомлённость.Дым, гравюры, тень руки.Карандаш, блокнот, бессонность,Свечи, книги и стихи.Ночь, луна, сон, пробужденье.Страх, шаги на чердаке.Мысли, крысы, привиденьяИ паук на потолке.Утро, кофе, сигарета.Кухня, счастье, дождь, туман.Дверь, веранда, муть рассвета,Палисад, цветы, дурман.Осень, солнце и ненастность.Жёлтость, жухлость, пустошь, даль.Радость, лёгкость, безучастность,Отрешённость и печаль.Камни, топи, инфернальность.Повседневность, колдовство.Нереальность и реальность,Мистика и естество.Spirit of autumn
(after George Inness)
В дебрях и чащах седого ГудзонаВечером поздним и осенью позднейЖёлтость и сумрак сплелись прихотливо,Трогая сердце отрадной печалью.Трогая сердце ледком на озёрах,Шёпотом их камышей прибережных,Дальним селеньем, затянутым дымкой,Тихим шуршаньем листвы под ногами.В этом пространстве отрадной печалиДухи витают в осенних одеждах,Сотканных из потемневших деревьев,Шума плотины, игры листопада.Сотканных из уходящего лета,Близкой зимы, туч унылых и низких,Стада овец, торопящихся к хлеву,Жара и дыма голландских каминов,Запаха пива и тёплого хлеба,Скрежета флюгера ратуши старой.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.