Последний Охотник на Магов. Том 3

Глава 1

События, которые произошли со мной после обвала пещеры, отложились в уме, как спутанный набор картинок.

Тело действовало на автомате. Единственной задачей было – выжить и спасти Ольгу с отцом.

Я не мог вспомнить, получилось у меня это или нет. Организм достиг критической перегрузки, и я отключился.

Мой воспалённый разум бродил в потёмках воспоминаний, казалось, не меньше нескольких дней.

Я пришёл в себя от нестерпимой головной боли. Но был жив – и это не могло не радовать. Раз жив, значит, и все остальные проблемы решить можно.

– Очнулся, наконец? – услышал я грубый мужской голос.

Я был в сознании, но открыть глаза не получалось. На лице была повязка из плотной ткани. От неё исходил терпкий запах трав, от которого мою глотку заполняла горечь.

Что самое неприятное – я был обездвижен. Ослабевшее тело не могло избавиться от тросов, которыми меня привязали к кушетке.

А может, я всё-таки умер? Интересно, в чьё тело меня занесло на этот раз…

Однако повязку с моего лица сдёрнули, и я убедился, что моё сознание до сих пор находится в теле Владимира Белова.

Я лежал на кушетке внутри просторной палатки, что была увешана множеством различных трав, звериных тушек и шкур.

Рядом со мной стоял крепкий упитанный азиат. Воспоминания в моей голове заметались, но всё же сложились в целостную картинку.

Монголы. Я в руках ханских шаманов. Когда кажется, что хуже уже быть не может, жизнь обязательно доказывает обратное.

– Лучше отпусти меня, – спокойно произнёс я.

Голос у меня был хриплый, как у мертвеца. Да сколько же я здесь пролежал?

– Не спеши, Владимир Белов, – произнёс на чистом русском монгол. – Твои дела здесь ещё не закончены.

– Откуда ты знаешь моё имя? – спросил я.

– Духи сказали, – сообщил шаман и многозначно поднял указательный палец вверх.

Ага, духи. Приехали. Вот только этого дерьма мне не хватало.

– Где мои соратники? – задал вопрос я. – Седой мужчина и черноволосая женщина?

Алексея Белова и Ольгу Лазареву поблизости я не замечал. Их судьба мне была отнюдь не безразлична. Мне хотелось надеяться, что им удалось сбежать от ханов.

– Они живы, – ответил шаман. – Ты в одиночку вытащил их из пещеры. Твои кости были переломаны, а душой завладела тьма.

Шаман говорил загадками, но я прекрасно понимал, о чём шла речь.

Под конец битвы с Мраком во мне пробудилась родовая магия Беловых. И я не прошёл обряд очищения. Теперь одним богам известно, какая скверна гуляет по моему организму.

Сложно сказать, кто одержит власть в моём теле – отражение или тёмная магия. И самое неприятное – переживу ли я такую борьбу?

– Сколько я пролежал без сознания? – поинтересовался я.

– Пять дней, – коротко ответил шаман, попутно размешивая какое-то варево в громадном металлическом котле.

Пять дней… Теперь уже слишком поздно проводить обряд очищения. Исхода всего два: либо я умру, либо стану обезумевшим магом. Таким же магом, каких я истреблял много лет назад.

Да чтоб меня дракон испепелил!

Варианта два, но нужно искать третий… Так просто я не сдамся. Пока я дышу, во мне живёт отражение. А значит, надежда на лучший исход ещё есть.

– Почему я до сих пор жив? – спросил я шамана.

– Потому что я выхаживал тебя все эти дни, – ответил он.

– Нет, ты не понял, – перебил его я. – Почему меня не убили?

– Так хотели духи, – вновь ответил загадкой шаман.

– Слушай, я много магии повидал в этом мире, но с духами дел не имел, – начал злиться я. – Лучше объясни доступно, какого лешего тут происходит? Иначе я найду в себе силы порвать путы. И тогда тебе несдобровать.

– Настоящий дух воина, – рассмеялся шаман. – Значит, мы не ошиблись.

Мужчина подошёл ко мне и достал из кожаного чехла длинный нож.

А вот это уже ни в какие ворота. Я и глазом моргнуть не успею, а это псих меня принесёт в жертву своим духам!

Я мысленно потянулся к внутренним силам, чтобы вырваться из пут, но воспользоваться ими не успел.

Шаман взмахнул ножом и перерезал верёвку, которой я был привязан к кушетке.

– Эта верёвка – не для того, чтобы тебя удержать, – сообщил он. – Она для того, чтобы ты себе не навредил.

Похоже, по какой-то причине шаман был настроен по отношению ко мне дружелюбно.

Не стоит гнать коней, для начала нужно с ним переговорить. Возможно, мне здесь ничего не угрожает. Хоть и верится в это с трудом.

Я медленно поднялся и присел на кровати. Голова кружилась так, будто я выпил все экспериментальные зелья Бродского разом.

– А каким образом я мог себе навредить? – поинтересовался я.

– У тебя была тёмная лихорадка, – ответил шаман. – Ты не успел пройти через АриунБайдал. Вы русские – называете это ритуалом очищения.

– В таком случае опасаться стоило не за мою жизнь, а за свою, – подметил я. – Тёмные маги, как правило, нападают на окружающих людей, но не на себя.

– Верно, – кивнул шаман. – Но не ты. Ты несколько раз пытался убить себя, пока я тебя лечил.

Отлично… Вот и борьба отражения с тёмной магией. Пока я был без сознания, телом управляли две противоположные силы. Значит, этот монгол действительно пытался спасти мне жизнь. И всё равно, пока я не могу понять его мотивации.

– Ты знаешь моё имя, но я не знаю, как зовут тебя, шаман? – произнёс я.

– Бадай, – представился монгол. – А моего брата, которого ты убил, звали Богэн.

Брата? Когда это я умудрился…

В голове всплыло воспоминание пятидневной давности. У входа в катакомбы мы столкнулись с монгольским шаманом. И я действительно убил его.

Плохи дела. Вот теперь от этого Бадая можно ожидать чего угодно. Возможно, он всю неделю готовил меня к местному ритуалу мести.

– Не стоит так напрягаться, – произнёс он, будто прочитав мои мысли. – Богэн был сильнейшим шаманом в моей семье. Но духи от него отвернулись.

Лучше с ним пока не спорить. Поддержу эту замысловатую беседу, а дальше будет видно. Заодно получу достаточно информации, чтобы подготовить план побега.

– Почему духи отвернулись от твоего брата? – спросил я.

– Им управляла трусость, и силу своюон использовал, чтобы эту трусость победить. Духи такого не любят. Они ценят только тех, кто достаточно храбр и без их силы. Поэтому они и выбрали тебя.

– Не понял, – нахмурился я. – Для чего они меня выбрали?

– Чтобы ты повёл их по пути своей войны, – ответил Бадай. – Они решили, что ты достаточно силён, чтобы быть их предводителем. Такое редко происходит. Я на своём веку ни разу не видел, чтобы наши духи выбирали кого-то из чужого народа. Но в прошлом такие случаи уже были.

– Слушай, Бадай, – начал я. – Если как-то можно передать тебе этих духов, я с радостью это сделаю. Я благодарен тебе за спасение, но мне с моими соратниками нужно возвращаться домой. У меня там действительно назревает своя война.

– Ты не сможешь так просто отдать их, – улыбнулся Бадай. – Они сами решают, с кем им быть.

Ну, приехали. За сутки я умудрился и магию в себе пробудить, и духов шаманских подхватить, и артефакт отражателей потерять. Что-то не в том направлении я двигаюсь. Я таким макаром быстрее стану новым магом-императором, чем искоренителем всего колдовства на Земле.

– Послушай, Владимир Белов, я помогаю тебе лишь по двум причинам, – неожиданно Бадай заговорил серьёзно. – Первая – тебя избрали духи нашей семьи, и душа моего брата теперь будет следовать за тобой. Но и есть и вторая причина, куда более веская. Хоть ты и представитель вражеского нам народа, но ты не один из них.

– С чего такой вывод? – спросил я. – Если ты думаешь, что я перейду на вашу сторону и начну истреблять Российский Легион – это не так. Я – не предатель.

– Этого я от тебя и не жду, – помотал головой Бадай. – Но учти, что легионеры тебе не друзья.

– Почему?

– Они пытались убить тебя, пока ты лежал у подножья горы.

Эта новость была ещё более впечатляющей. Странно, зачем легионерам моя смерть? Может, Бадай спутал их с выжившими членами Сумрачного клана?

– Ты уверен, что это были легионеры? – уточнил я.

– Легионеров я ни с кем не спутаю, – ответил шаман. – Я наблюдал за ними из-за камней. Они увидели письмена на входе в катакомбы, а затем один из легионеров изучил твоё тело и понял, что ты – не простой маг. Тогда они стали решать, убить тебя или отвезти к императору.

Значит, это были не простые легионеры.

Это было высшее руководство, которое осведомлено о существовании такого явления, как отражение. Видимо, они поняли, кто я такой. И это очень плохо. Если императору доложат, что в его государстве завёлся охотник на магов – мне придётся скрываться. И вести войну исподтишка.

– Что стало с этими легионерами? – спросил я.

– Я их убил, когда понял, что ты им не друг. Это и стало второй причиной, по которой я решил спасти тебе жизнь, Владимир Белов.

– Никто из них не сбежал? – поинтересовался я. – Не обратил внимания, Бадай, кто-то из солдат передавал информацию обо мне по телефону или иным способом?

– Нет, – помотал головой Бодай. – Я покончил с ними до того, как они успели что-либо предпринять. Я не мог позволить им лишить жизни такого воина, как ты. Не был уверен, что поступаю правильно, но ничего не мог с собой поделать. Каково же было моё восхищение, когда я узрел духов вокруг тебя. Я ещё никогда не видел, чтобы они избирали кого-то с таким рвением.

Счастье-то какое… Ладно. Всё не так уж и плохо. Остаётся решить главный вопрос.

– Ты говорил, что я пытался убить себя во сне, – напомнил я. – Сейчас я тёмной магии в себе не чувствую. Что изменилось? Я ведь так и не прошёл обряд очищения.

– Духи взяли на себя тёмную магию, но это временная мера, – пояснил Бадай. – У нас есть двое суток, чтобы провести иной ритуал. АриунТахил. И тогда твоё тело окончательно очистится от скверны.

– Погоди-погоди, – перебил его я. – Я же не понимаю по-вашему. До этого ты сказал, что АриунБайдал – это ритуал очищения. А АриунТахил тогда что такое?

– Очищение через жертвоприношение, – объяснил Бадай. – Мы перенесём твою скверну на другого человека, а затем скормим его духам.

– Стой, стой, стой! Это чересчур, – запротестовал я. – Неужели вы готовы пойти ради меня даже на такое? Я понимаю, меня избрали духи, и у васэто почитается. Но разве кто-то из твоего народа готов пожертвовать своей жизнью ради меня?

– А жертвой станет не один из нас, Владимир Белов, – пояснил Бадай. – Мы пожертвуем одним из твоих соратников.

Так и думал, что рано или поздно всплывёт в этой сказочной истории большой и тёмный нюанс!

– Нет, так нельзя, – отказался я. – Мой отец и Ольга должны покинуть этот лагерь вместе со мной.

– Но это невозможно, – заявил Бадай. – Их судьбы уже предрешены. Один пойдёт на жертву для твоего очищения, второго заберут другие шаманы. Им нужна новая душа для подпитки. Война в самом разгаре, а дух представителя вашего народа нам очень пригодится.

Чёрт! Вот теперь у нас точно большие проблемы.

Я могу восстановить силы и устроить побег. Думаю, мне хватит энергии, чтобы вытащить отсюда отца и Ольгу. Но если я сбегу…

Тогда мною рано или поздно овладеет тёмная магия. И ни отражение, ни какие-либо ритуалы Российской Империи меня уже не спасут.

Нужно найти иной выход.

– Пойми меня правильно, Владимир, – Бадай положил широкую ладонь на моё плечо. – Тебя в нашем лагере встретят, как своего. Духи, что тебя окружили, вынудят всех тебя почитать. Но твои друзья для нас – просто расходный материал. Мясо для собак, души для шаманов. Лучше просто смирись с этим.

Да как бы не так! Я даже своего недотёпу отца не готов отдать на растерзание этому народу. Не говоря уже об Ольге. Так дело не пойдёт. Нужно разведать обстановку и найти другой выход.

– Мне нужно поговорить с моими соратниками, – сообщил я. – Этого-то мне никто не может запретить, верно?

– Верно, – кивнул Бадай. – Только прошу тебя, Владимир, постарайся не совершать глупостей. Духи выбрали тебя, но твои поступки могут заставить их отвернуться. Тогда ты и сам окажешься в одной лодке со своими соратниками.

– Это я уже понял, – ответил я. – Где держат моих друзей?

Бадай вывел меня из палатки и указала на широкий шатёр, что виднелся неподалёку от огромного центрального костра.

– Там, – показал пальцем он. – Если надо – иди говори. Но после – возвращайся. Мы обсудим тонкости предстоящего ритуала. Попрощайся с друзьями, Владимир.

Как несколько раз повторяла профессора Лазарева: не так я хотел провести свои зимние каникулы!

Чтож, ладно, раз уж мне удалось пережить то, что случилось в катакомбах ордена, значит, и отсюда выберусь. И Алексея с Ольгой достану| Даже если придётся рискнуть собой.

А без риска тут точно не обойдётся. Ох, а разве когда-то бывало иначе?

Я, пошатываясь, прошёл через весь лагерь к шатру с заключёнными.После пятидневной лихорадки чувствовал себя хуже, чем после смерти. А я всегда говорил: уж лучше умереть, чем стать магом! Действительно, лучше…

Монгольские солдаты не отрывали от меня взгляда. Среди них были и женщины. Они перешёптывались и хихикали, наблюдая за мной. При этом в их лицах не было ни страха, ни отвращения, ни ненависти. Их взгляды были переполнены восхищением и даже каким-то нездоровым благоговением.

М-да, эту культуру мне точно не суждено понять.

Видимо, духи для них действительно значат очень много. Ещё бы увидеть, что за срань летает вокруг меня. Отражатели никогда не занимались чужеродной магией.

Прямая связь с Тёмным Миром имеется только у классических магов – тех, кто населяет Российскую Империю. Следовательно, шаманов и прочих духоведов искоренять не было смысла. Они не несли прямой опасности всему миру.

Я вошёл в палатку и тут же услышал крик Алексея Белова.

– Я сказал – пошли вон! Выучите наш язык для начала, а затем уже раздавайте команды! Только дождитесь… Я выберусь, и тогда…

Отец замер, осознав, что в шатёр зашёл не монгольский воин, а я.

– Владимир! – воскликнул он.

Отец был прикован к столбу металлическими наручниками. С другой стороны сидела Лазарева. Оба выглядели уставшими, грязными. Измождёнными.

– Володя, слава богам… Ты живой… – прошептала Ольга, не в силах больше сдерживать слёзы.

– Ты сбежал от них? – встревоженно спросил отец.

– Нет, – ответил я и кратко рассказал всё, что поведал мне шаман Бадай.

– Вот как… – задумался отец. – Проклятье… Мы до сих пор не сбежали лишь потому, что думали, будто ты у них в заложниках. А они тебя обожествляют, значит. Хорошо… Это хорошо, Владимир. Тогда вы с Ольгой ещё сможете сбежать.

– В каком смысле – «мы с Ольгой»? – спросил я. – А ты? Решил в монгольские шаманы податься?

Отец грустно усмехнулся.

– Ты должен покинуть этот лагерь очищенным, Владимир, – заключил отец. – Реши вопрос с Ольгой. Пусть её отпустят. А я отдам себя для ритуала очищения.

Я не думал, что отец готов пойти на такое решение. Но я не собирался жертвовать им. Это чересчур, даже с учётом того, что я до сих пор хочу отомстить отцу за все беды семьи Беловых.

– Ты понимаешь, о чём говоришь? – уточнил я. – Это не просто смерть. Тебя сведут с ума, а после – скормят монгольским духам. И что они подразумевают под «скормят», одним богам известно. Я даже представлять себе этого не хочу.

– Всё нормально, Володь, – отец опустил голову и поджал губы. – Ты сам сказал мне. Помнишь? Меня не было рядом с Сергеем, когда тому требовалась моя помощь с очищением. Не знаю, как так вышло, что ты до сих пор не прошёл через этот ритуал… Но пусть я приму участие хотя бы в нём.

Алексей Белов рыдал… Это было его раскаяние. По моей спине пробежали мурашки. Он был закоренелым мерзавцем. И отцом он приходился моему предшественнику, а не мне самому.

Но мне было его искренне жаль.

Алексей Белов будто почувствовал, какие эмоции я испытываю, и произнёс:

– Не нужно жалеть меня, Владимир. Дай мне побыть хорошим отцом хотя бы раз в жизни. Зови шаманов. Пусть начинают ритуал.

В этот момент в палатку вбежал Бадай. Шаман выглядел встревоженным.

– В чём дело? – спросил я. – Я ещё не договорил с отцом!

– Неподалёку от лагеря заметили мага, – сообщил он. – Не из числа легионеров. Духи говорят, что он ищет тебя!

Глава 2

Маг из Легиона ищет меня среди лесов и горных цепей, которыми владеют монгольские шаманы. Вот это новость!

Значит, уж очень сильно хочет меня найти! Только зачем? Вот сдался я ему…

– Что за маг? – спросил я Бадая. – Духи случайно подробностей о нём ничего не нашептали?

– Нет, но передвигается он незаметно, – ответил Бадай. – Наши люди его не замечают. Если бы не духи, которых я отправил патрулировать местность, он бы так и добрался досюда незамеченным.

– Как он скрывает своё присутствие? – уточнил я.

– С помощью магии тумана. Но он ранен, и передвигается медленно. До нас он доберётся через два часа, не раньше.

Мрак. Глава Сумрачного клана. Выжил всё-таки, сукин сын! И как ему только удалось уцелеть под обвалом? И я нанёс ему немало ран. Всё-таки от такого, как он, избавиться непросто.

И я прекрасно понимаю, зачем он ищет меня. С помощью зелья правды я заставил его назвать имя заказчика.

Григорий Антарктьев. Только сейчас, при мыслях о Марке и Сумрачном клане, я вспомнил это имя.

Антарктьев… Однофамилец Анастасии или же её родственник? Однозначно родственник. Фамилия уникальная и принадлежит уже известному мне дворянскому роду. Совпадений быть не может. Скорее всего, нас заказал отец Анастасии Антарктьевой.

Но главный вопрос – зачем, чёрт меня дери?! Пришла беда, откуда не ждали!

Какое отношение Антарктьевы имеют к артефакту отражателей? Где мы им перешли дорогу? Я бы не стал задаваться вопросами, если бы заказчиком оказался Виктор Мясников. Я смешал с грязью его сына и, хоть и косвенно, увёл из семьи его дочь.

Но Антарктьевым-то я чем не угодил? Анастасия – милая девушка, с которой у меня ни разу не было конфликтов. Я даже водил её на званый ужин к Суворову.

Что-то здесь не клеится. Но и думать об этом сейчас нет смысла. В этих холодных горах смерть поджидает меня и моих соратников на каждом шагу.

– Приблизительное направление, откуда должен прийти маг, известно? – спросил я Бадая.

– Да, он движется с Северо-Запада. Несколько наших всадников уже проскакали по той области, но обнаружить его не смогли, – объяснил Бадай.

– Ничего, ясамего выманю, – ответил я. – Выдвинусь через полчаса. Постараюсь поймать его в часе пути от лагеря.

– Да будет так, воин, – улыбнулся Бадай, а затем бросил суровый взгляд на моего отца. – Начать приготовления к ритуалу?

– Да! – воскликнул Алексей Белов.

– Нет! – перекричал его я. – Не спешите. Мне ещё нужно обсудить этот вопрос с отцом.

– Чем больше ты откладываешь ритуал, Владимир, тем глубже забирается скверна, – объяснил Бадай. – Не жди слишком долго. Иначе даже жертва не сможет тебя спасти.

Бадай покинул шатёр, а Алексей Белов тут же принялся стучать кандалами о столб и громко вопить.

– Какого чёрта ты творишь, Владимир?! – прокричал он. – Это ведь идеальный шанс! Единственная возможность тебя спасти! Я ведь готов, слышишь? Я готов уйти. Ты вырос в достойного наследника. В твоих руках отражение, а в голове знания о давно ушедшем ордене. Ты уже вступил в Светлый День и можешь бороться с Тёмным Миром, используя знания, что я копил всю жизнь. Владимир, ты сделал за один год куда больше, чем я за всё время. Не рискуй из-за жизни старика. Отдай меня духам.

Алексей Белов говорил со мной искренне. Но слушать этот некролог самоубийцы я не желал.

– Ольга, врежь ему, пожалуйста, если продолжит кричать, – попросил Лазареву я.

– Я только этим себя и развлекаю последние пять дней… – вздохнула женщина.

– Вот и славно, не давай ему расслабляться, – добавил я. – Рано тебе умирать, отец. Ты ещё не извинился перед мамой, Сергеем и Анной. Чего хорошего им принесёт твоя смерть?

Услышав имена своих детей, Алексей замер.

– Ты… Позволишь мне с ними встретиться? – с надеждой в голосе спросил он.

– Позволю, когда буду уверен, что ты больше не причинишь им вреда, – сказал я. – А пока – отставить сопли! Мы втроём выберемся отсюда. И у меня уже созрел план, как нам это сделать. Но для начала мне нужно поймать Мрака. Засранец хочет закончить начатое. Но он ещё не догадывается, в то этих горах история Сумрачного клана закончится навсегда.

– Владимир, ради всего святого, будь аккуратен, – попросил отец. – Он очень опасен.

– Знаю, – кивнул я. – А пока я буду занят Мраком, подумай на досуге, с какого перепугу нас заказал не кто иной, как Григорий Антарктьев.

– Что?! – хором воскликнули Алексей с Ольгой.

– Вот-вот. У меня была приблизительно такая же реакция, – усмехнулся я и направился к выходу из шатра. – Когда вернусь, всё с тобой обсудим. А пока постарайтесь не злить монголов. Последнее, что я хотел бы увидеть при возвращении – шампуры с вашими телами над лагерным костром.

Шаман Бадай ждал меня снаружи.

– Тебе нужна лошадь? – спросил он. – Могу одолжить одну. Быструю.

– Не стоит, – отказался я. – Мне будет проще столкнуться с ним на своих двоих. Кстати, Бадай, последний вопрос…

– Слушаю, Владимир.

– Ты где так научился на нашем языке болтать? – спросил я. – Я даже акцента почти не слышу.

– Моя задача – разведка, – улыбнулся он. – Мои духи подслушивают ваших солдат. Чтобы справиться с врагом, приходится учить ваш корявый язык.

– Корявый? – усмехнулся я. – Ну ты даёшь, Бадай. Ладно. К вечеру вернусь. И прошу, не нужно трогать моих соратников до того момента. У меня будет другое, более выгодное предложение.

Бадай сдержанно кивнул. Его не устраивал тот факт, что какой-то русский маг выдвигает свои условия. Но с выбором духов Бадай поспорить не мог. Они избрали меня – и это давало мне огромный авторитет.

Я одолжил монгольский палаш на замену своего меча и выдвинулся в путь. Жаль, что моё оружие пострадало в битве с Мраком. Этот меч мне нравился. Но залогом победы является не оружие, а тот, кто его держит. Значит, я смогу справиться и без закалённого магией клинка.

Будем действовать по старинке.

Я потратил чуть больше получаса на подъём в гору. Холодные скользкие камня явно не желали, чтобы я добрался до своей цели. За горой раскинулся широкий лес, и именно там мне было суждено встретиться с Мраком.

Если верить словам Бадая, в данный момент он как раз должен пересекать эту территорию.

Я замедлил шаг и медленно пошагал между деревьев. Абсолютную тишину нарушало лишь шуршание снега под моими ногами.

Вскоре я услышал шёпот. Будто кто-то пытался заговорить со мной на неизвестном мне языке.

Духи…

Хоть я и не знаю монгольский, но посыл их мне понять удалось. Мрак совсем близко. И он меня заметил.

– Я пришёл закончить наш поединок! – крикнул я. – Хватит прятаться. Сразись хотя бы раз в жизни не как трус. Или Сумрачный клан умеет бить только исподтишка?

– Не смей даже заикаться о Сумрачном клане… – просипел Мрак.

Деревья скрылись в тумане, и из непроглядной мглы появился мой враг. Мрак выглядел изрядно потрёпанным. Рана, которую я оставил на его груди, ещё не зажила. Его левая рука была сломана. Мужчина хромал, должно быть, обрушение пещеры всё же не прошло для него бесследно.

– Они все мертвы… – прошептал он. – Весь мой клан. Вся моя семья. Единственные, кто пережил битву с тобой, оказались погребены под камнями.

– Хочешь свалить всю вину на меня? – спросил я. – Не я вас нанял, Мрак. Не я гнал вас в такую даль, чтобы полечь на чужой земле.

– Верно, – кивнул убийца. – Но я не могу оставить моих соклановцев, моих детей неотмщенными. Когда я разделаюсь с тобой, Владимир Белов, знай: следом я вернусь в Санкт-Петербург и покончу с твоей семьёй.

Моё сердце пропустило один удар. В висках застучали барабаны, а рядом с ушами разразились гневные шепотки духов.

– Мою семью тебе никто не заказывал, – гневно произнёс я. – Или тебе совсем плевать, кого убивать? Лишь бы пролить кровь?

– Я просто хочу, чтобы перед смертью, Владимир, ты чувствовал сожаление, – устало произнёс Мрак. – Чтобы твои последние мысли были о том, что по твоей вине погибло сразу два рода. Мой и твой.

– Знаешь, Мрак… – недолго подумав, ответил я. – По дороге сюда я ещё сомневался, стоит ли тебя убивать. Но ты избавил меня от всех сомнений. Убивать я тебя определённо не стану. Тебя ждёт куда более незавидная участь.

Мрак взмахнул правой рукой и погрузил в туман весь лес. Я сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Раз он лишает меня обзора, зрение мне ни к чему. Доверюсь чутью отражателя. Оно уж точно не подведёт.