Регресс без чудес или каждой твари по харе

Глава 7

Вечер тихо вступал в свои права, а я продолжала сидеть в удобном кресле кабинета, наглаживая свою собаку, пытаясь переварить свалившуюся на меня информацию.

Значит, я — Маргарита Лебедева, попав в свою прошлую жизнь и став Маргарет Треволи, являюсь, по сути, бесправным существом. Дочь актрисы, сирота, которая в одночасье став наследницей самого герцога Кавагана, превратилась в марионетку сильных мира сего и вынуждена играть по их правилам?

Что ж, господа, смею вас разочаровать — не на ту напали!

— Ну что, подруга, — воодушевленно обратилась я к собаке, — значит я владелица этих земель и огромного дома с конюшней! Это уже кое-что! А то, что меня выдали замуж по указке и сюда решил перебраться мой опекун, да еще со всем своим семейством — с этим как-нибудь да разберемся!

Собака умилительно зевнула, показав внушительные клыки. Я вздохнула и продолжила размышлять, как мне действовать дальше? Ведь если Ленка права, то решив все свои проблемы в этой жизни, я «отвоюю» себе счастье во всех последующий воплощениях, и за это, смею вас заверить, я готова драться руками и ногами!

Пока об этом мире я ничего не знаю: ни правил, ни законов, ни того, как себя вести. Значит, для начала, придется осмотреться и пока просто наблюдать, играть по их правилам, но по собственному сценарию!

Дверь тихонько скрипнула. На пороге появилась миловидная женщина, лет шестидесяти: с круглым лицом, румяными щеками, с аккуратно уложенными седыми волосами и теплой улыбкой. В руках она держала поднос с фарфоровым чайником и двумя чашками.

— Все последствия вашего званого обеда мы с мистером Боглом уже ликвидировали, — весело подмигнула она. — Герда сегодня была на высоте, ни на минуту не выпускала вас из виду.

С этими словами она подошла к собаке и дружелюбно потрепала псинку за холку.

Герда? Значит вот как зовут мою новую лохматую подружку?

Разлив по чашкам ароматный напиток, моя гостья присела на диван.

«Миссис Агата Богл» — подсказала мне память Маргарет Треволи.

— Выпейте чайку, Маргоша, — ласково пропела женщина, — с мятой и мелиссой, очень успокаивает. А в такой нервной обстановке это самое ТО…

«Маргоша?! Меня так когда-то называла бабушка» — неожиданно вспомнила я и посмотрела на Агату с искренней благодарностью.

В этом мире, полном интриг и чужих интересов, моя гостья показалась мне настоящим оазисом спокойствия.

— Спасибо, миссис Богл, — я взяла чашку и сделала глоток. — Вы не представляете, как мне сейчас нужна эта доброта. У меня такое ощущение, что весь этот дом, как ловушка. А я в ней — птичка, которая не знает куда лететь.

Агата улыбнулась и в её глазах проскользнула хитринка.

— Всё образуется, моя дорогая! Поверьте моему опыту. Тем более, что вы не случайно оказались здесь.

— Что вы имеете в виду? — я невольно подалась вперед, чувствуя, что эта женщина может знать что-то очень важное.

— Терпение, мой друг! — ласково сказала гостья и обернулась на дверь, за которой послышались торопливые шаги.

Герда подняла голову и насторожилась. На пороге появился седовласый старичок, и собака вновь успокоилась.

— Агата хочет сказать, — присоединился к нашей беседе вновь вошедший, — что не все правильно истолковали желание герцога Кавагана видеть вас здесь наследницей. В этом вся причина последующих интриг. Но время всё расставит по местам.

Время? Мне опять стало нехорошо, понимая, что возможно у меня нет этого времени.

Я поставила чашку на стол, наблюдая, как нервно дрожат мои руки.

— Вы знали герцога?

— Конечно! Мы соседствуем с его землями уже более тридцати лет, — подтвердил мистер Богл, а это был именно он. — У нас коттедж в деревне. Кстати, если вам боязно оставаться в этом доме одной, вы можете пожить у нас. Агата приготовит для вас комнату.

Миссис Богл воодушевленно закивала головой, добавив, что будет очень рада гостье.

— Благодарю за предложение, но мы с Гердой останемся здесь, — мне вдруг сильно захотелось осмотреть свои владения, из-за которых образовался весь этот «сыр-бор». — Пришло время обживаться в роли хозяйки поместья…

Глава 8

Я стояла на пороге особняка, глядя, как чета Боглов заканчивает эпопею с уборкой после званого обеда. Они отказались от моей помощи, хотя я предложила её дважды, и я уже поняла, что в этом мире привыкли к определённому порядку, а я, судя по всему, ещё не вписалась в него.

— Спасибо вам! — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — За всё!

— Не за что, Маргарет, — Агата улыбнулась, и её тёплая улыбка напомнила мне, что в этом мире есть люди, которые не хотят меня использовать. — Если что, вы знаете, где нас найти.

Мистер Богл молча кивнул, и они удалились в сторону небольшой деревушки, что виднелась на горизонте. Я смотрела им вслед, чувствуя, как напряжение начинает понемногу спадать, а Герда, сидевшая рядом, деликатно уткнулась носом в мою ногу, напоминая, что мы, кажется, остались одни в этом огромном доме.

— Ну что ж, — намеренно громко произнесла я, оглядывая особняк. — Давай осмотримся, пока никто не заселился.

Мой новый дом был построен в георгианском стиле. Строгие пропорции, симметричные фасады, высокие окна с белыми рамами, аккуратные пилястры и карнизы. Всё это выглядело так, будто было выполнено не для спокойного проживания, а для демонстрации статуса. И всё же, когда я вошла внутрь, то почувствовала, как деревянные панели на стенах дышат теплом, а широкие лестницы приветствуют мягкими коврами.

На первом этаже я увидела гостиную с камином, столовую с длинным столом, уже знакомый кабинет, библиотеку с полками, уходящими ввысь, и кухню, где пахло травами и выпечкой. На втором — спальни, ванные комнаты, будуар. Всё было чисто, аккуратно, но как-то… безлико, словно в музее. Будто дом застыл в ожидании, когда я по-настоящему стану его хозяйкой.

— Ладно, — я повернулась к Герде, — осталась мансарда.

Лестница на третий этаж была узкой, деревянной, с чуть скрипучими ступенями. Собака поднималась медленно, принюхиваясь к каждой половице, а я держалась за перила, чувствуя, как сердце начинает биться чаще, но не от страха, а от предвкушения. Было в этом месте что-то такое, что притягивало меня, хотя я не могла объяснить почему.

И тут я увидела дверь: обычная, деревянная, с ручкой из тёмной латуни. Но на ней, чуть выше уровня глаз, были нарисованы цифры. Не прибитая табличка, не гравировка — а именно кто-то аккуратно, чёрной краской, от руки вывел число «13».

Я остановилась, и Герда тоже замерла, посмотрев на меня с вопросом в глазах.

— Тринадцать?! — восхищенно прошептала я. — Моё кармическое число?!

В своей жизни я всегда видела его в номерах домов, в датах, в случайных совпадениях. И вот оно — здесь. На двери моей прошлой жизни.

Я открыла комнату, и меня встретил небольшой, но уютный мирок. Спальня с кроватью под балдахином, которую, кто-то заправил свежим бельём. Кухонька — крошечная, с плитой и парой шкафчиков, где стояли чашки и тарелки с тонким фарфоровым узором. И кабинет — с письменным столом, и приготовленными канцелярскими принадлежностями этого времени: перо, чернильница и стопка бумаг. Всё это было более чем скромно, но, в отличие от остального дома, казалось живым. Будто кто-то оставил это специально для меня буквально пару минут назад.

— Вот и моё место, — я обернулась к Герде, которая уже успела обследовать комнату и теперь сидела у камина, где были приготовлены дрова для растопки. — Ты как, не против пожить на мансарде?

Моя лохматая подружка в ответ зевнула и положила голову на лапы, что я расценила как согласие.

Я подошла к кровати, села на край и почувствовала, как пружины мягко проминаются под тяжестью. Герда поднялась, подошла ко мне и положила голову мне на колени. Я обняла её, ощущая, как тепло её тела передаётся мне, а вместе с ним — и спокойствие.

— Знаешь, моя хорошая, — сказала я, глядя на камин, — в этой жизни я, кажется, ничего не знаю. Но, возможно, это и к лучшему. У меня есть этот дом. У меня есть ты. И, кажется, у меня есть шанс разобраться, кто я такая.

Герда тявкнула один раз, коротко и тихо, как будто говоря: «Согласна».

Стянув, наконец, с себя тяжелое викторианское платье, я облачилась в обнаруженную мной в шкафу простую льняную сорочку, с удивлением подметив, что та пришлась мне как раз по размеру. Почувствовала, как расслабились плечи, впервые за весь день.

Подойдя к зеркалу, стала с любопытством разглядывать себя. Определенно это была я: мое лицо, фигура, руки. Только волосы в разы длиннее и глаза настороженные…

Но и это вполне объяснимо! В свете-то последних событий…

Герда уже спала, свернувшись калачиком у камина.

Я улыбнулась, легла на кровать, и закрыла глаза. Ветер за окном шевелил занавески, и где-то далеко, на первом этаже, скрипнула дверь. Но я не испугалась. В этом доме, с этой собакой и этим числом «13» на двери, я чувствовала себя впервые за сегодняшний день в относительной безопасности.

Глава 9

Я проснулась от ощущения, что на меня смотрят. Не просто смотрят, а сверлятвзглядом, будто пытаются прожечь дыру в моём лбу. Открыв глаза, я обнаружила, что комната залита серебристым лунным светом, а на краю моей кровати, скрестив ноги по-турецки, сидит… девчонка лет пятнадцати: курносая, с задорными косичками, торчащими в разные стороны, в белой блузке и коричневых шароварах, что так не соответствует этой эпохе.

— Ты кто такая, и почему вылупилась на меня? — я села, натягивая одеяло до подбородка, но Герда, лежавшая рядом, подняла голову, посмотрела на гостью, зевнула и снова уронила морду на подушку. Даже собака не сочла её угрозой.

— В смысле? — девчонка моргнула, и её курносый нос смешно сморщился. — Ты разве меня видишь?

— Конечно, я ещё не ослепла, а тут достаточно светло, — я кивнула на окно, где луна действительно щедро заливала комнату своим светом.

— Ну, всё равно это странно, — девчонка задумчиво наклонила голову, и одна из косичек качнулась. — Меня никто не видит. Как минимум уже лет двести.

— Как это «лет двести»? — фыркнула я. — Тебе от силы пятнадцать.

— Наверное, потому что я призрак, — она сказала это так буднично, что я на секунду замерла.

— Как призрак? — я не поверила и, не подумав, потянулась к ней и ущипнула её за руку. Девчонка взвизгнула и отскочила на середину кровати, потирая ущипнутое место.

— Ай, больно! — она всполошилась и с удивлением уставилась на меня. — Ты меня ущипнула?! Ты меня физическиущипнула?!

— Ну, — я растерянно посмотрела на свою руку, — ты вроде как настоящая.

— Я призрак! — возмутилась она, но в голосе уже слышались нотки сомнения. — Я должна быть призраком! Я — Лилиан Каваган! И я умерла двести лет назад, упав с этой самой лестницы, когда пыталась подслушать разговор отца!

— Лилиан Каваган? — я переспросила, чувствуя, как в голове начинает прокручиваться знакомое имя. — Подожди. Ты родственница того самого герцога Чарльза Кавагана?

— Его прапратетушка, если верить семейным хроникам, — девчонка гордо вздёрнула подбородок, но тут же сморщилась, потирая ущипнутое место. — Но как ты можешь меня видеть? И щипать? Это же нарушает все правила призрачного этикета!

— Какого ещё этикета? — я рассмеялась, и Герда, услышав мой смех, подняла голову и вопросительно посмотрела на меня.

— Призрачного! — Лилиан всплеснула руками. — Призраки не должны иметь физического воздействия! Мы должны быть бесплотными! Мы должны проходить сквозь стены, а не получать щипки от каких-то… сомнительных наследниц!

— Сомнительных наследниц? — я переспросила, чувствуя, как в голове начинает складываться картинка. — Ты знаешь, кто я?

— Ты — Маргарет Треволи, — Лилиан подпёрла щёку кулачком и с интересом посмотрела на меня. — Дочь актрисы, которая получила этот дом после смерти моего прапраправнучатого племянника Чарльза. Я видела, как ты сегодня осматривала мансарду, как выбирала эту комнату и подумала: «Ну, наконец-то кто-то заселится на моё любимое место!» А потом ты легла спать, и я решила рассмотреть тебя поближе, чтобы познакомиться. Но, опять же, ты не должна была меня видеть?!

— Очевидно, я вижу, — я пожала плечами. — И, судя по всему, даже щипаю. Так что, возможно, твои правила призрачного этикета устарели.

Лилиан задумалась, почесала нос и вдруг улыбнулась:

— Или, возможно, ты — не просто наследница. А? Ты, которая может видеть меня и даже трогать? Может ты тоже частично призрак? — она хитро прищурилась, — Значит, в таком случае, мы с тобой можем подружиться!

Частично призрак? Вообще-то в этом есть определенный смысл, если учесть тот факт, что я в этом теле «гостья из будущего».

— Дружить? — я посмотрела на неё с интересом, а собака в этот момент вдруг подошла к Лилиан и лизнула её руку, и девчонка даже не отскочила. — Герда тебя чувствует?

— Конечно, — Лилиан важно кивнула. — Собаки всегда чувствуют призраков. Просто обычно они не показывают этого хозяевам, чтобы не пугать их. Это твоя псина? — она посмотрела на собаку с уважением. — Она, похоже, очень умная.

— Она такая и есть, — я погладила свою лохматую подружку, и та довольно вздохнула. — Ладно, Лилиан. Раз уж ты здесь, и раз уж ты меня видишь, и я тебя вижу… может, ты расскажешь мне, что происходит в этом доме?

Лилиан засияла, будто я предложила ей распаковать подарок:

— О-о-о, у меня есть столько историй! Ты даже не представляешь, сколько секретов я знаю! Но, — она подняла палец, — сначала ты должна пообещать мне одну вещь.

— Какую же?

— Ты не расскажешь никому, что видела меня, — она наклонилась ближе и понизила голос. — Они все думают, что я просто семейное предание. А я, между прочим, знаю кучу тайников в этом доме!

Я усмехнулась, чувствуя, как в этом призрачном хаосе начинается новая игра:

— Договорились!

— Кстати, твой муж, Стив Монтегю, — она подмигнула. — Он знает больше, чем говорит.

Я открыла рот, чтобы спросить подробнее, но Лилиан уже потянулась и зевнула:

— Ой, всё, я устала. Призраки тоже устают, между прочим. Я пойду подремлю в цветочном горшке, как обычно. А ты, Маргарет, спи. Завтра — большой день. Твой опекун уже распорядился прислать подводы со своими вещами. Он, кажется, действительно собирается переехать в этот дом.

— Спасибо за предупреждение, — пробормотала я, чувствуя, как сон снова накрывает меня.

Лилиан уже начала растворяться в воздухе, но перед исчезновением обернулась и добавила:

— И не бойся его, Маргарет. Ты — наследница Чарльза Кавагана. А это значит, что в тебе больше сил, чем ты думаешь. Сладких снов!

И она исчезла. Я осталась лежать в кровати, глядя на лунный свет, и чувствуя, как Герда тёплым боком прижимается ко мне.

Призрак.

Наследница.

Подводы с вещами опекуна. И муж, который знает больше, чем готов рассказать.

— Интересно, — прошептала я, закрывая глаза. — Что ещё принесёт мне эта ночь?

Глава 10

Утро встретило меня щебетом птиц и запахом свежего сена, который, казалось, просачивался даже сквозь стены мансарды георгианского особняка. Я потянулась, чувствуя, как мышцы приятно ноют после вчерашнего дня, полного потрясений и открытий, и бросила быстрый взгляд на цветочный горшок. Лилиан, разумеется, исчезла — призракам, видимо, полагался свой график сна.

— Ну что, Герда, — я натянула платье, стараясь не запутаться в шнуровке, — с чего начнём? Помнится, вчера я видела на конюшне кобылку, которая, похоже, осталась совсем одна одинёшенька. Надеюсь, она не умерла с голоду, пока я разбиралась со своими «родственниками».

Собака зевнула и махнула хвостом, как бы соглашаясь. Мы спустились по скрипучей лестнице, миновали холл с высокими окнами и вышли во двор. Утренний воздух был прохладным и влажным, а из конюшни доносилось тихое ржание. Я направилась туда, уже представляя, как мне придётся таскать вёдра и разбираться с кормом для лошадей, но когда подошла к сарайке, то замерла на пороге.

Молодой парень, лет семнадцати, с вихрами русых волос и застенчивой улыбкой, уже суетился возле стойла. Он чистил кобылку скребницей, а та блаженно жмурилась, словно наслаждалась спа-процедурами.

— Доброе утро, миссис Маргарет, — юноша обернулся и приподнял кепку. — Я — Том, работник у мистера и миссис Богл. Они поручили мне ухаживать за последней лошадью этого дома. Так что можете не беспокоиться, — он кивнул на кобылку. — Амулетта уже накормлена, напоена и вычищена.

— Том, — я с облегчением выдохнула, — вы настоящий спаситель. Я уже готовилась к трудовому подвигу, но, признаюсь, ваши навыки мне куда приятнее.

Работник смущённо покраснел, а кобылка Амулетта, будто соглашаясь с моими словами, тихонько фыркнула. Я мысленно поблагодарила Боглов — они действительно оказались заботливыми людьми, несмотря на всю суету этого мира.

Я развернулась и направилась обратно к дому, чувствуя, как утреннее солнце греет спину. Но не успела дойти до крыльца, как услышала знакомый голос, который, казалось, всегда появлялся в самый неподходящий момент.

— Маргарет! — Стив де Монтегю окликнул меня с лёгким раздражением, которое даже не пытался скрыть. — Опять ты на конюшне? Что ты там забыла? Это же не место для женщины.

Я обернулась и увидела своего фиктивного мужа, собственной персоной. Он стоял на дорожке, скрестив руки на груди, в идеально сшитом костюме, который, казалось, был создан для того, чтобы подчёркивать его высокомерную осанку. Красивый, как картинка из модного журнала, но с таким выражением лица, будто он только что обнаружил в своём супе муху.

— Доброе утро, дорогой супруг, — я улыбнулась самой лучезарной улыбкой, которая, впрочем, не дотягивала до его ледяного взгляда. — Я ходила проведать Амулетту. Ты же знаешь, лошади не умеют сами себя кормить, в отличие от некоторых маркизов.

Стив прищурился, но не стал заострять внимание на моих колкостях.

— Раз уж ты здесь, — сказал он, переходя к делу, — хочу сообщить тебе, что отныне я собираюсь поселиться в этом доме. Ты моя жена, и я считаю, что нам пора жить вместе.

— Вместе? — я подняла бровь, изображая крайнюю степень удивления. — Прямо вот сейчас и начнем? Или у тебя есть какие-то пожелания по этому вопросу?

— Маргарет, — он нахмурился, — это не обсуждается.

— Ну, я и не спорю, — я пожала плечами, делая вид, что совершенно не против. — Выбирай любую комнату. На втором этаже есть отличные апартаменты с видом на сад. Только поторопись.

— Поторопиться? — Стив подозрительно сощурился, явно ожидая подвоха.

— Да, — я невинно улыбнулась, — потому что, как я слышала, сегодня ожидается приезд подвод моего опекуна. Он тоже планирует разместиться в бывшей резиденции герцогов Каваганов. Так что, если хочешь выбрать комнату поудобнее, советую не затягивать с выбором

Стив побагровел. Его лицо приобрело оттенок спелого томата, что, честно говоря, очень шло ему — хотя бы потому, что краска злости на мгновение сделала его более живым, чем его обычная ледяная маска.

— Филипп? — он выдавил это слово, как будто оно было горьким на вкус. — Он собирается заселиться сюда?

— Да, — я кивнула, стараясь сохранить невозмутимость. — Вчера он лично сообщил мне, что намерен переехать в этот дом со своей семьёй. Так что, как видишь, у нас будет очень весёлая компания: ты, я, твой шурин, его семья, и, возможно, ещё пара родственников, о которых мы пока не знаем.

Стив сжал челюсти, и я почти услышала, как скрипят его зубы.

— Это возмутительно, — прошипел он. — Он не имеет права просто так заселяться в дом, который принадлежит тебе.

— Ну, я бы сказала, что он имеет на это все права, — я пожала плечами. — Согласно местным законам, я всего лишь женщина, а женщины не могут распоряжаться недвижимостью без согласия опекуна, навязанного герцогом. Так что, увы, дорогой маркиз, господин Филипп Марал будет нашим соседом, и мы все вместе будем жить в этом прекрасном особняке, как одна большая и дружная семья. Как тебе такой расклад?

Стив смотрел на меня так, будто я только что предложила ему переплыть Ла-Манш на лодке, сделанной из бумаги. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но, видимо, не нашёл слов, и вместо этого резко развернулся и направился к входной двери.

— Я займу апартаменты на втором этаже! — бросил он через плечо. — И пусть твой опекун ищет себе место в другом крыле!