14 дней на любовь

Глава 5

Анна

– Ань, давай быстрее. Такси ждёт! – Ирка подгоняет, а я свои ботиночки на каблучках не могу отыскать.

Ну где же? Чёрт! А всё подруга и её уборки генеральные, после которых даже собственные трусы не найдёшь, не говоря уже об обуви. Нашла! Ну наконец-то!

– Блин, тащусь от твоих волос! – поднимает локоны и отпускает в свободном полёте. – Мне, чтобы такого эффекта добиться, нужно кучу спреев нанести, начесать, поднять у корней и лаком залить, чтобы хотя бы пару часов продержалось. А тебе: голову помыла, феном высушила и всё – будто из салона вышла. И почему меня такими природа не наградила?

– Это не природа, это генетика. У мамы такие же.

Обувшись, мельком заглядываю в зеркало. И чего всем мои волосы покоя не дают? Да, пышные, спускающиеся крупными локонами до пояса, золотисто-каштановые, даже не красила ни разу, чтобы цвет сохранить в тон глазам.

Только волосы и выделяют. А в остальном: белая кожа, худенькая, небольшого роста и глаза пол-лица занимают. Ничего особенного.

– Пошли. Хватит в зеркало пялиться! – Ирка рывком тянет на себя к двери, напоминая, что такси уже пять минут ждёт у подъезда.

Такси нас везёт в клуб. В центре города. Мы редко там бываем. Дорогой и всегда забитый людьми, но сегодня можно, чтобы затанцевать мои переживания о новом начальстве и Иркины душевные терзания о Костике, который так ни разу и не позвонил.

На входе фейсконтроль, и Ирка, прекрасно зная мою способность улыбкой открывать любые двери, проталкивает вперёд себя, ближе к охране.

– Добрый вечер, – улыбаюсь своей самой обворожительной улыбкой, присутствующей в арсенале.

Кажется, большой мужчина, выше меня головы на две, даже едва заметно дёргает уголками рта в подобие улыбки и открывает заграждение.

– Проходим, – отходит в сторону, пропуская нас ко входу.

– И как у тебя это получается всегда? – шепчет Ирка мне в шею, чтобы охрана не слышала. – Я хоть заулыбаюсь до судорог, а меня всё равно не пропустят.

– Магия, – гипнотически шепчу, рисуя в воздухе круги. Начинаю ржать, когда подруга ведёт взглядом за движением моей руки, будто заворожённая. – Отомри, Ир.

Клуб забит до отказа, сегодня здесь какая-то тематическая вечеринка. Людей столько, что не протолкнуться. У бара, кажется, ни одного свободного местечка. Пытаюсь посмотреть немного вперёд поверх голов, встав на носочки, но безрезультатно.

– Пойдём наверх, оттуда посмотрим обстановку. – Ирка тянет за собой к лестнице на второй этаж с балконами. – Потом спустимся обратно.

Тащусь за ней, не выпуская ладонь, чтобы не потеряться в толпе. Тут не докричишься друг другу. В какой-то момент моя ладонь выскальзывает, и я теряю подругу из вида. Бегу вверх по ступенькам, стараясь догнать Ирку, даже под ноги не смотрю, вылавливая её взглядом в толпе.

В какой-то момент понимаю, что носком ботиночка наступаю на самый край ступеньки, нога подворачивается, и я лечу вниз. Прикрываю глаза в принятии неизбежного, мысленно представляя, как кубарем скатываюсь вниз, собирая своим тельцем каждый выступ каменных ступеней.

Я в платье, а значит, сейчас засвечу своим нижним бельём на весь клуб, устроив неожиданное представление на потеху зрителям. Уже ругаю себя за то, что не надела джинсы, в которых падать было бы удобно и эстетично.

И вот, когда я уже мысленно упала и лежу распластанная в самом низу, чья-то ладонь аккуратно подхватывает меня под талию и, можно сказать, перемещает в воздухе на самый вверх лестницы, аккуратно поставив на землю.

Открываю глаза, с облегчением ощущая под ногами твёрдый пол.

Тут же сталкиваюсь с тёмно-карим, почти чёрным взглядом высокого мужчины. Смотрит с интересом и полуулыбкой на пухлых губах, то и дело скользит взглядом по моим волосам.

Под его пронизывающим взглядом, неосознанно провожу по локонам, приглаживая золотую копну, растрепавшуюся в почти падении.

Мы словно в секунде зависли, а все вокруг движутся медленно, заторможенно, момент плывёт, вырывая все привычные клубные звуки, оглушая на секунду звенящей тишиной, которая, кажется, громче музыки вокруг.

Со мной впервые такое…

– Осторожнее, девушка. Так и упасть можно, – вырывает меня из замедленного кадра словами, и мой слух взрывается от неожиданно нахлынувших звуков ночного заведения.

На губах улыбка, а в глазах огоньки прыгают, или это мигающий свет отблеском отсвечивается в чёрных зрачках?..

– С-спасибо… – выталкивая с трудом из себя, не отводя взгляд.

– Вот ты где! – Ирка дёргает за руку, утаскивая за собой, и только в этот момент замечаю второго мужчину в клетчатом костюме.

Сама себе морщусь, не совсем нормально воспринимая его наряд.

– Ты видела мужика в костюме в клетку? – Ирка ржёт, хватаясь за живот. – Вот вырядился. Точно не местный, словно не в клуб ночной шёл. Первый раз такое вижу! Смотри, вон местечко есть! – указывает на противоположную сторону клуба, где есть свободные стулья. – Пошли.

Топаю за подругой, вспоминая чёрные глаза, прожигающие меня. Вот это взгляд! Даже мурашки забегали под кожей, сбились в дикий табун и скачут в разные стороны, будто качели раскачивают. Бывает же такое…

Снова бежим вниз, но теперь я внимательно смотрю под ноги, второй раз меня никто не поддержит. Не стоит же мой спаситель на лестнице, ожидая, пока я, неуклюжая девица, соберусь грохнуться вниз.

Успеваем занять место у барной стойки, наслаждаясь цитрусовым коктейлем, совсем слабым, но безумно вкусным. Нам с Иркой этого вполне достаточно, а весело нам всегда и без алкоголя.

Через полчаса подруга тянет танцевать, заманивая в толпу. Сегодня музыка как никогда ритмичная и заводная. Скачем, отрываясь по полной.

Но всё равно, прикрываю глаза, и накатывает тревога изменений понедельника, приезд нового босса и отъезд Назара Николаевича. И как бы я ни старалась отключиться от этих мыслей, совершенно не выходит, словно опутало беспокойство изнутри гадкими щупальцами и не даёт свободно вздохнуть.

Смотрю на подругу, которая активно машет руками в такт музыке, и понимаю, что она тоже напряжена. Переживает из-за Костика и их непонятных отношений, которые никак не могут ни к чему привести.

И вот чего переживает? Ей двадцать пять, а впадает в уныние так, будто почти сорок и этот самый Костя её последний шанс на счастье: не заманит в свои сети, так и останется старой девой с тридцатью кошками. Улыбаюсь, представляя Ирку, окружённую кошачьим семейством, в старом халате в кресле-качалке. И что за мысли лезут в голову?

Хотя у Иры хоть кто-то есть, а я вообще ни на что не надеюсь. После последних отношений зажалась, скрючилась, закрылась и сижу в тёмной комнате, опасаясь, что кто-то придёт и резко включит свет.

Подруга объясняла, что Андрей своими придирками и постоянным недовольством привил мне кучу комплексов, которых у меня нет и никогда не было. Вечно рычал, что всё не так делаю, говорю, стою, сижу… Умом понимаю, что это действительно так, но перебороть пока не могу.

Ирка утверждает, что мужчина мне нужен, который в себя заставит поверить, раскрыться, освободиться от запретов, сдерживающих меня. Вот только где его взять, такого мужчину?

Сказать просто – сделать невозможно.

Уже за полночь, а людей в клубе, кажется, становится всё больше. Толпа гудит, визгами и свистом поддерживая сменяющуюся музыку.

Ирка хватает мою ладонь, утягивая в сторону. Пробираемся сквозь горячие от танцев и чуть пьяные тела.

– Пошли в комнату для девочек сходим, – наконец, оповещает, хотя входим в длинный коридор, который ведёт прочь от основного зала. – Блин, Костя звонит, – визжит подруга, вытаскивая телефон. – Иди, я сейчас догоню.

Вздыхаю, понимая, что «сейчас», скорее всего, будет нескоро, но послушно иду вперёд, не желая слушать разговор и выяснения отношений.

Делаю несколько шагов, завернув за угол, и просто врезаюсь в чью-то широкую грудь со всего размаху. Подняв глаза, встречаюсь с чёрным сверлящим взглядом, изучающим меня с интересом.

Тот самый мужчина, что придержал меня, когда почти упала. Теперь, когда свет ярче, а я больше не лечу головой вниз в ожидании разбиться о твёрдые ступени, могу отчётливее его рассмотреть.

Высокий, темноволосый. Красивый, очень красивый. Женщины гроздьями на таких вешаются в желании заполучить. Ему больше тридцати, возможно, тридцать пять. Может, меньше, но лёгкая щетина прибавляет возраст, а слегка взъерошенные волосы добавляют небрежности.

Пухлые губы, небольшая ямочка на подбородке, по которой так и хочется провести пальчиком, ощутив вмятинку на ощупь.

Чёрная, смоляная рубашка обтягивает широкую грудь, а мышцы пробиваются сквозь ткань манящим рельефом, притягивая взгляд.

И запах. Бьющий в нос пряным ароматом дорогой парфюм, кажется, въедается под кожу, проникая в меня, заставляет зрачки расширяться от неожиданно полученной дозы кайфа. Я бы дышала им круглосуточно, не прерываясь ни на миг.

Я будто снова зависла в моменте, не в силах пошевелиться. Чёрный взгляд пригвоздил к месту, лишив возможности двигаться и говорить. Или это я сама так на него реагирую, а он просто стоит и с интересом рассматривает удивлённую девочку, которая непонятно почему пялится на него, как на восьмое чудо света?

– Снова бежишь, не глядя перед собой, – чуть дёргает уголком рта. Не улыбается – улыбаются лишь глаза. – Я не могу всё время спасать тебя.

– С-спасибо вам ещё раз… – шепчу, не в силах разорвать это странное притяжение, пронизывающее всё тело.

Скользит глазами по моим волосам, снова вызывая непреодолимое желание поправить причёску, пригладив пальцами. А когда взгляд возвращается на исходную позицию, в чёрных глазах вдруг проносится что-то мимолётно-дикое, завораживающее, даже алчное.

– Так, может, ты хочешь отблагодарить меня иначе? – делает шаг вперёд, отчего мне приходиться отступить, лопатками упираясь в стену коридора.

– Как? – непонимающе пялюсь на него, до конца не осознавая, о какой благодарности идёт речь. Я ведь уже сказала спасибо. Дважды.

Но он меня, как будто не слышит. Поднимает руку. Застываю в ожидании прикосновения к моему лицу, но нет… Проводит по волосам, пропуская золотистые локоны сквозь пальцы снова и снова, накручивает кудряшки на палец, заворожённый своими собственными действиями.

– Например, – шепчет, – можем покинуть это место прямо сейчас, отправиться в отель, где ты сможешь выразить мне свою искреннюю благодарность… – говорит, приближаясь к губам, пока между нами не остаются жалкие миллиметры.

Я чувствую его дыхание – горячее и частое. А сама, кажется, перестаю дышать, словно парализованная, даже звука не в состоянии из себя выдавить.

Касается. Нежно, быстро. Проводит языком по губам, проникая в щёлочку, раздвигая. И я впускаю влажный язык, так настойчиво посягающий на моё пространство. Не углубляет поцелуй, оставаясь на поверхности губ. Изучает меня, оттягивая нижнюю губу, проникая осторожно, мягко, без яростного напора.

Стая бабочек ухает куда-то вниз, стягиваясь в животе адским узлом, требующим продолжения его прикосновений.

Меня насквозь пронизывает дрожью – мелкой и колючей. Теряюсь, забывая, кто я и где нахожусь сейчас. А главное, полностью отключаюсь, плохо понимая, что целуюсь с совершенно незнакомым мужчиной в коридоре клуба.

– А утром уже я тебя отблагодарю… Пары сотен будет достаточно? – шепчет на ухо, проходится кончиком языка по шее.

Всё ещё находясь в вязком мареве, медленно прокручиваю его слова в голове, с трудом соединяя первую и вторую часть предложения, сказанного только что мужчиной. Слова, будто перемешались, не дают понять смысл и привести всё к логическому заключению.

Отстраняется, с шумным выдохом ожидает ответа, поглаживая мою талию.

«Пары сотен будет достаточно?»

Словно простреливает осознанием, что он сейчас предложил. Заплатить? Заплатить за ночь с ним? Просто купить меня на одну ночь, чтобы как следует отблагодарить спасителя…

Вмиг возвращаюсь в реальность, будто хмельное состояние растворилось, а удар молотом привёл резко в чувство, принимая всю тошнотворность его предложения.

Довольно ухмыляется, уверенный, что я непременно соглашусь.

Сама не осознаю, как поднимаю руку и отвешиваю наглому типу смачную пощёчину, впечатывая ладонь так сильно, что кожу словно от кипятка ошпаривает. Звонкая затрещина гулким эхом прокатывается по пустому коридору, отрезвляя самоуверенного наглеца.

В чёрных глазах вспыхивает злость, но буквально через секунду сменяется недоумением и ничем не прикрытым удивлением. Теперь мужчина в ступоре, окаменел, переваривая произошедшее.

– Хам! – зло прыскаю и, вывернувшись из-под его руки, бегу в обратном направлении, так и не добравшись в уборную.

Ускоряю шаг, цокая каблучками по твёрдому полу. Оборачиваюсь, ожидая погони мужчины, которого только что жёстко обломала в его хотелках, но за спиной никого, полная тишина, даже шагов не слышно.

Ирка на том самом месте, где я её оставила десять минут назад, даже на метр не сдвинулась. На глазах слёзы, губы трясутся, сжимает в руке телефон.

– Что? – налетаю на неё, будто ураган.

– Совсем с Костиком расстались, – всхлип. – Я-то думала, позвонил, чтобы мириться, а он… Мама его сказала, что мы не подходим друг другу, – чуть ли не воет.

Видимо, вечер, который должен был стать во всех смыслах расслабляющим, для нас обеих закончился огорчением.

– Поехали домой, – тяну её на выход. – Всё. Натанцевались.

Быстрее бежать из клуба, чтобы случайно не встретить своего спасителя ещё раз.

Глава 6

Роман

– И вот нахрена мы сюда пришли? – осматриваюсь по сторонам в забитом до отказа клубе.

Разгорячённые и потные тела скачут на танцполе. Возле бара такая же толпа, с остервенением поглощающая спиртные напитки, словно сухой закон отменили час назад и никто не успеет напиться.

Находим место у бара в ожидании, когда освободиться ВИП-комната и мы с Киром переместимся туда. У него свои планы. Девочки больше и легче ведутся на мужчин с деньгами, а отдельная комната даст возможность другу тет-а-тет пообщаться с очередной пассией.

– Ты этот вопрос вчера задавал, когда мы только вошли в стрип, – закатывает глаза. – Совсем ты обился от рук. Погряз в делах холдинга, веселиться и расслабляться разучился. Выпей, – подкатывает ко мне бокал с виски. – Поддержи меня, – опрокидывает в себя залпом коричневую жидкость. – Посмотри по сторонам, сколько красавиц нетронутых ходит, задницей так призывно виляют, прям глаза разбегаются от обилия девочек, – жадно таращится на каждую проходящую девушку, осматривая за секунду с ног до головы.

Следую его совету. Веду взглядом, выискивая в толпе девушек в своём вкусе. Не цепляет, ни одна. Однотипные, не запоминающиеся, совершенно обычные. В Москве таких море, ткни в любую – и твоя.

– Ну, понравилась какая-нибудь? – толкает в бок.

– Нет.

– Да ладно, Ромыч! Не может быть! Ну выбери тогда более или менее ничего. Для одной ночи. Просто развлечься, покувыркаться, напряжение снять. Для этого Мисс мира не нужна, и обычная подойдёт. Ты ж не невесту выбираешь, а временное развлечение, – подмигивает. – И вообще, у меня свой способ есть, – двигается ближе, не сводя взгляда с двигающейся толпы перед нами. – Подходишь, смотришь глаза в глаза, неразрывно – приём такой, словно завлекаешь, показываешь, что интересна, зацепила тебя, поймала на крючок. Говоришь мягко, гортанно, как будто убаюкиваешь голосом, манишь. Пара комплиментов, примитивных, можно не зацикливаться, а дальше предлагаешь покинуть клуб, чтобы приятно провести время в номере самого дорого отеля. А если всё ещё сомневается, намекаешь, что отблагодаришь, – трёт пальцами, намекая на деньги. – Всё. Она твоя. Поверь. Работает безотказно! Проверено сотню раз!

Уверенно кивает, отпивая из бокала жадными глотками. Вот же, Казанова, блин.

– А без этого, – копирую его жест, – что, не дают девочки Кириллу Реутову? – почти смеюсь в голос, наблюдая, как лицо друга вытягивается в изумлении, тут же возвращается в исходное положение и прищуривает глаза.

– Ещё как дают. Только, чтобы девочку харизмой своей свалить, время нужно: ухаживания, поход в дорогой ресторан, побрякушка, чтоб глазки блестели. А если надо «вот прям щас», то мой способ действует безотказно. Всегда. А тебе как раз второй вариант и нужен. Только на сегодня. И вообще, – разворачивается, чуть отодвигаясь, обсматривая меня, – ты Сёмину как в койку-то затащил. Харизмой?

– Сёмина ко мне в койку сама прыгнула, я даже не напрягался. И сам понимаешь почему. Ей муж богатый, папочке – партнёр выгодный. Все в шоколаде, – хмыкаю, ещё раз с облегчением принимая то факт, что избавился от непутёвой невесты. – Вот только не сдержалась, привычку прыгать из койки в койку так просто не искоренить. А я так не вовремя прилетел из Европы, раньше на день. А то и в ЗАГС бы пошёл рогатым оленем, а потом бы чужого ребёнка растил. Это как минимум.

– А максимум?

– А максимум её папаша в этот же день с остервенением начал бы вгрызаться в наш бизнес, чтобы местечко потеплее оторвать. А потом бы хрен отодрали. У таких зубы, как у пираньи – только по живому резать.

До сих пор благодарен, что те переговоры в Берлине закончились раньше и я прилетел, не ожидая увидеть свою невесту, скачущую на члене непонятного мужика. Будто кто-то помог рассмотреть раньше, кто есть кто, понять, насколько ошибочным был бы мой шаг, заключи я брак с Вероникой.

– Так, ладно, – машет руками, – хватит о Веронике. Мы здесь за другим – найти девочку, чтобы вытравила все поганые мысли из твоей головы.

– ВИП освободился, прошу пройти на второй этаж. – От разговора отрывает администратор, зовёт нас за собой.

Шагаем через весь зал к лестнице, на которой людей столпилось не меньше, чем внизу. Останавливаемся на самом верху, всматриваясь вниз. Снова пробегаюсь глазами по девушкам, пытаюсь зацепиться хоть за что-то, но тщетно.

Боковым зрением отмечаю, что рядом со мной ярко сверкнула что-то золотое и объёмное. Лишь на секунду всматриваясь, вижу девушку, цепляющуюся за край ступеньки. Её нога срывается, и она почти летит вниз.