Мудодей. Держи ноги крепче!

Глава 1

Нравилось мне в обеденный перерыв приходить в парк. Благо он расположен в ста метрах от офиса. Здесь всегда что-нибудь интересное происходит. Несмотря на толпы людей, праздно шатающихся из одного конца парка в другой, это не раздражало меня. Я словно отключалась на время от скучной работы среднестатистического офисного планктона. Да, мне не стыдно признаться, что моё существование − жизнью это назвать трудно − похоже на существование таких же, как я, «инфузорных туфелек», которые топчут своими острыми каблучками остатки надежды обрести личное счастье или хотя бы что-то на него похожее.

Ещё издали я заметила толпу людей, что-то увлечённо снимающих на смартфоны.

«Наверно фокусник», − предположила я.

Не судьба была мне в этот злополучный день пройти мимо. Любопытство − куда же без него! Многих таких фокусников повидала я в этом парке. Некоторые из них даже знаменитостями стали. И у меня есть пара автографов, которые подумываю загнать кому-нибудь за приличную сумму. Какие только чудеса они не показывали, впечатляя и шокируя капризную публику. Но я как-то уже привыкла к мысли, что всё это хорошо инсценированные иллюзии. И иногда даже понимала, как очередной фокусник изображает какой-нибудь потрясающий воображение трюк.

Фокусником оказался молодой, лет двадцати пяти, темноволосый, коротко стриженный человек с приятной внешностью. Он таинственно улыбался, не произнося ни слова. Все свои действия объяснял исключительно жестами. Отсутствием таланта привлекать к себе всеобщее внимание он определённо не страдал.

Площадь для представления он выбрал ничем особо не примечательную. Тротуар с двумя скамейками, окрашенными в тёмно− зелёный цвет, располагающиеся напротив друг друга. Вообще-то, это моё любимое место в парке. Обычно в обеденное время я сидела тут, размышляя о своей жизни или читала розовосопельные любовные романы. Да, в курсе в наше время читать книги − это нонсенс! Но я прятала книги от посторонних глаз, вкладывая их в кожаную обложку, маскируя под планшет. Должны же у меня быть хотя бы самые малюсенькие радости в жизни. Помню, однажды даже заснула на такой скамейке, за что схлопотала серьёзный выговор от начальства и крупный штраф.

Но я отвлеклась…

Итак, молодой человек, махая руками на зрителей, добился того, что они отошли за пределы импровизированной сцены. Территория вокруг скамеек в радиусе метров десяти оказалась свободной. Всё так же загадочно улыбаясь, фокусник окинул публику пристальным изучающим взглядом. Зрители напряжённо умолкли, продолжая снимать каждое его движение. Я наверно тоже бы последовала их примеру − было бы что подружкам по офису показать и хоть немного скрасить унылый рабочий день. Но увы, я напрочь забыла о своём смартфоне, лежащем где-то в бездонных недрах сумочки.

Вдруг заметила, как глаза фокусника хищно сверкнули − он нашёл свою жертву! И немедля ни секунды, он направился к одному из зрителей. Его внимание цепко ухватилось за парнишку лет восемнадцати-двадцати, какого-то слишком невзрачного, тощего, с бледным осунувшимся лицом. Да и одет «герой» дня был безвкусно: выцветшая бледно-зелёная футболка, зелёные до колен шорты и серые в полоску кроссовки с торчащими над ними чёрными носками. Не то чтобы я осуждаю его прикид, но по всему было видно, он не слишком преуспел в этой жизни. В глазах парня застыло недоумение и растерянность, кажется, они там давно прописались на постоянное место жительства, а тут ещё он увидел, как тип, возомнивший себя фокусником, тянет к нему руки и стремительно приближается… У будущей жертвы уличного шоу появилось одно сильное желание − бежать прочь со всех ног! Да… лучше было бы если бы кто-то из нас двоих это сделал. Но что уж там…

Парнишка пробовал возразить неуверенным голосом, но публика жаждала зрелищ и была не на его стороне. Многие стали его подталкивать и подбадривать. Взяли на слабо.

− Не-ет, нет, выберите другого… − в отчаянии чуть ли не молил несчастный.

Фокусник отрицательно помотал головой и, продолжая улыбаться, жестом пригласил принять участие в его фокусе. Парень шумно, недовольно выдохнув, опустил руки, которыми пытался отбиться от приглашения и, словно ягненок на заклание, поплёлся к ближайшей скамейке. Он весь сжался, ссутулился, явно жалея, что вообще родился на этот свет. По молчаливой просьбе фокусника парень лёг на скамейку, но не целиком, а, так что его ноги оказались за её пределами, упираясь в землю. Испытывая высшую степень дискомфорта и смущения от многочисленных глаз, пялившихся на него, он, краснея, закрыл глаза. Мне, правда, отчего-то стало его очень, очень жаль. Больше всего на свете я не хотела оказаться на его месте. Но как говорится, бойтесь и вам воздастся!

Я даже не заметила, что этот мастер уличных иллюзий выбрал свою очередную жертву. То есть… меня! И как отыскал-то в пёстрой толпе? Я же всегда такая незаметная и ростом не ахти, и внешностью так себе (а какой женщине, скажите, нравится своя внешность?). А он уже распихивает стоящих передо мной людей, хватает меня за руку, ведёт за собой. Я пыталась сопротивляться, глупо улыбаюсь, чувствуя, как сердце замирает от дурных предчувствий. Но как же я могу вырвать руку из его цепкого захвата и удрать? А он так галантно сопроводил меня до места «казни» и непринужденно избавил от сумочки, висевшей на плече, запихивая её под скамейку. Нежно прикасаясь, уложил меня на скамейку. Я ещё порадовалась, что блузку непрозрачную надела и юбку почти до пят. Любимую юбку с рисунком из павлиньих перьев. Кажется, любимую последние десять лет…

Толпа замерла в предвкушении невиданного зрелища. Я с беспокойством переглянулась с первой жертвой. Парень, показалось мне, даже не дышал. Я на миг решила, что он умер, не желая быть высмеянным или чего хуже опозоренным в этом представлении. А нечто подобное определённо ожидалось, на меньшее публика была не согласна.

Фокусник знаками рук обратился к зрителям и для каждого из жертв выбрал по два помощника. Одному предстояло держать нас за руки, которые пришлось поднять над головой, а другому за ноги. Нет, мне совсем не смешно было, честно. Я ждала лишь, скорее бы это действо закончилось, и лишь бы не получить психологическую травму. Я мысленно готовилась ко всему, но оказалась не была готова к тому, что меня ждало.

Начать этот тип решил с меня. Ну, конечно, дамы вперёд!

Вроде бы ничего особо фокусник не сделал. Положил мне на живот ладонь. Даже через ткань я чувствовала, исходящий от неё жар. Другой рукой постучал по ладони раза три, изображая магический пасс или, как он там у них называется. И тут же рванул к лежащему парню. Я, не выдержав нервного напряжения, глупо хихикнула. Проведя с ним такую же манипуляцию, он вдруг схватил его за предплечья и… оторвал от второй половины тела! Помощники, участвующие в представлении, заорали от ужаса и, забыв о своих обязанностях, рванули бежать прочь. Заорали так же зрители, бросаясь в рассыпную, но любопытство, заставило их остановиться и продолжить съёмки умопомрачительного процесса. Прежде чем я поняла, что происходит, фокусник бросился ко мне, схватил и потащил на газон. Я чувствовала, что мне чего-то не хватает и, только оказавшись на траве, поняла, чего. У меня не было… НОГ!!! Шок накрыл с головой. Хотелось кричать, вопить от ужаса, но я смогла только открыть рот. Не соображая, что случилось и как такое возможно, не чувствуя боли от расставания с привычной частью тела, но испытывая жуткую панику, я что есть силы принялась работать руками. Фокусник в это время убежал к парню, а я спешила убежать прочь, судорожно хватаясь за траву. Люди, вопя от ужаса и кое-где падая в обморок, а то и просто спотыкаясь, бежали впереди меня, словно от зомби, который собирается их сожрать.

Вот не помню, чтобы я когда-либо так быстро бегала. И это-то при сидячем образе жизни! Хотя, если вдуматься, бегом это сложно назвать, скорее ползла с широко открытым ртом и безумно вытаращенными глазами. Метров десять успела проползти, прежде чем меня подхватили и опять куда-то потащили. Далее плохо помню, что было. Опять положили на скамейку, зачем-то сильно тряхнули, после чего посадили, затем заставили… встать.

Руки фокусника пробежали по моему телу, по щекам похлопали и… он вновь бросился к парню. Я увидела его стоящим передо мной. Бледный, с вытаращенными в шоке глазами, явно на грани обморока. Фокусник вынул из своего кармана солнцезащитные очки и всё с той же улыбкой нацепил ему, видимо, чтобы парень зрителей не пугал. И пока мы оба и зрители пребывали в шоке от этого представления, этого чудака и хвост простыл. А я смотрела на свою юбку, которая была на парне, туфли, выглядывающие из-под неё и не могла понять, что всё это значит. В юбке и туфлях он выглядел несуразно. А если моя одежда на нём, где тогда его? Зря меня посетила эта мысль… Тут-то и прорезался мой голос, да такой, что распугал оставшихся зрителей.

− Аа-а! − душераздирающе вопила я, затрясясь от невообразимого ужаса. На мне были чужие НОГИ! ЧУЖИЕ ВОЛОСАТЫЕ НОГИ!!!

Парень тоже истерично завопил и… упал в обморок. Эх, мне бы тоже лишиться сознания. Но я продолжаю вопить во всё горло не в силах остановиться, что определённо не способствовало отключению сознания.

Сколько так вопила, не знаю. И не одно создание двуногое, мнящее себя человеком, не подошло, чтобы утешить или что там полагается делать в подобном случае. Хотя, какой там подобный случай? Кто и чем мне мог помочь? В инстаграм видео и фото опубликовать?

Вот и сижу я после такого фокуса на скамейке и с места двинуться не могу. Пялюсь перед собой на парня, которому не повезло родиться на белый свет. Бедняга, к несчастью, пришёл в сознание и кое-как пристроился на своей скамейке, но вот собрать воедино внутренний мир похоже был не в состоянии. Он, не моргая, таращился на меня, сжимая в руке очки. Нет, не совсем на меня, скорее, на его нижнюю часть тела, которая сейчас стала моей.

Да вот это попадалово…

День совершенно непонятным образом сменился на вечер. Голодные комары положили глаз на обнажённые волосатые ноги… Хочется сказать мои, но не могу.

− Ты… кто? − произнёс неожиданно товарищ по несчастью.

− А? − не сообразила я.

Народу в парке почти нет. Только мы точно два идиота что-то тут забыли.

− Ну не хочешь, не надо… − пробубнил парень.

«Чего я не хочу и чего не надо?» − совершенно не понимала я.

− Чего?

− Ну это… − он растерянно пожал плечами и опустил взгляд.

− Это… что? − похоже, я начинаю привыкать к ощущению полного идиотизма.

− Меня зовут Ларни.

− А… − вздохнула с облегчением и представилась: − Шаэль.

Я даже обрадовалась, что имя своё вспомнила.

− Амаргашаэль, − зачем-то решила я назвать своё полное имя.

− А… − протянул он, кивая.

Через минуту размышлений, он предложил:

− Может… переоденемся?

И как такое мне раньше в голову не пришло? Весь день в таком виде просидела. Наверно мои фотки заполнили интернет, и сотрудники офиса весело провели этот рабочий день, рассматривая их в разных ракурсах.

Трудно было заставить себя пошевелиться и тем более встать на чужие ноги. Чувствовала я их как свои, но ведь вижу, что они не мои. Такое противоречие не желало укладываться в голове. Парень тоже поднялся.

− Я отвернусь. Ты кинь мне мою одежду, а я тебе свою.

− Да, сейчас.

Мне захотелось побыстрее избавиться от чужой одежды, и даже появилась мысль после переодевания вернуться домой и с головой забраться под одеяло. Для начала я задрала блузку и осмотрела живот. С ним всё было в порядке. Облегчённо выдохнув начала расстегивать ширинку шорт. То, что я там обнаружила… захотелось просто исчезнуть! Нет слов! До слуха донёсся отчаянный стон Ларни. Сюрприз оказался что надо! Нет, конечно, я же не зря просидела на скамейке так долго, оценивая произошедшие события. Я догадывалась, что вместе с чужими ногами мне перешла и другая часть тела, но только сейчас осознала в каком жутком положении оказалась. Домой мне теперь точно нельзя. Там ждёт доведённый до крайней степени ревности нелюбимый муж и мечта о трёх нерождённых детях. Да… Крутое попадалово!

Дрожащими руками я стянула шорты вместе с нижним бельём, кинув их наугад позади себя, затем спешно начала снимать кроссовки, запихивая в них носки. Услышала шмякнувшуюся рядом юбку с туфлями. Наскоро переодевшись, я осмотрелась по сторонам. Даже мелькнула робкая надежда, что в парке не на каждом дереве висят камеры наблюдений и достаточно темно вокруг, чтобы любопытные глаза увидели интересные детали. Ещё какие детали! Главную можно рассмотреть невооруженным глазом. Ступни сорок третьего размера явно не желали влезать в дамские туфельки. Проблема!

− Там твоя сумочка, − подсказал парнишка.

Я осторожно оглянулась. Теперь мы выглядели как люди. Только я босыми ногами на холодном асфальте.

− И я… пойду уже.

− Ага… − кивнула я, отыскивая взглядом сумочку.

− Там, − парень успел сделать пару шагов, но остановился, указывая в сторону скамейки. − Там звонили, забыл сказать.

− А… как мы будем теперь? − задала я вопрос, почему-то ожидая, что этот парень знает ответ на него.

− Никак, − вдруг чётко ответил он. − Это всё сон. Но если нет, я всё равно давно хотел это сделать.

− Что сделать?

Меня охватили смутные подозрения.

− Не знаю, что лучше: с моста или вены перерезать.

Смутные подозрения внезапно приобрели пугающие контуры.

− Что? Но ты же… это и я тоже. Ты собираешься лишить меня моей части тела? Ты…

У меня не нашлось слов выразить глубокую степень своего возмущения и страха.

− А что? У тебя другие планы?

Парню было неловко смотреть на меня. Очки не удержались в его руке и звонко упали на асфальт. Он вдруг яростно наступил на них, издав гневный крик. Я даже вздрогнула. Переведя дух, Ларни осмелился поднять на меня глаза.

− Давай вместе. Можем просто уснуть…

Несмотря на скучную, серую жизнь склонности к самоубийству я никогда не испытывала. Всегда считала желание таким кардинальным способом избавить себя от проблем человеческой слабостью. Но наша ситуация на этот момент и мне показалась безвыходной.

Я медленно опустилась на скамейку, в отчаянии закрыла лицо руками и горько расплакалась. Боже, так я не плакала даже на похоронах своих родителей. Вся моя жизнь рассыпалась в прах. А впереди НИЧЕГО!

Парень передумал уходить и, присев рядом, положил мне на колени сумочку.

− Это не страшно, правда, − решил он утешить. − Раз и всё, и не заметишь.

− Уу… − белугой ревела я в голос.

− Можем прямо здесь. Я вдруг понял, что мне домой в таком виде нельзя. Подожди, я в аптеку за снотворным сбегаю.

Мне было всё равно. Великое горе не просто распахнуло передо мной свой бездонный зев, оно уже сомкнуло на моей никчёмной жизни острые зубы. Осталось разжевать.

Парня долго не было. Я успела успокоиться, решив, что он просто меня бросил, даже почувствовала облегчение. Не терплю, когда меня жалеют и дают ложную надежду. Отыскав в сумочке салфетки, вытерла лицо. Потом под руку попалось зеркальце. Я глянула и даже не расстроилась, увидев размазанную по лицу тушь. Слюнявя салфетку, постаралась убрать чёрные круги под глазами. Да, выглядела я не очень… Совсем не очень. Неудивительно, что Ларни сделал отсюда МОИ ноги. И молодец между прочим! У него хоть план есть по отношению к своей жизни. А у меня… Опять слёзы накатили. Подавив, образовавшийся в горле ком обиды, я постаралась взять себя в руки. Неожиданно мне очень сильно захотелось найти того молчаливого фокусника и совершить с ним что-нибудь противозаконное − кроваво− зверское.

Помнится, он часто здесь чудеса показывает… Чудеса, мать его! Чудодей проклятый, нет, лучше буду звать его… Мудодей! От слова не очень цензурного, зато самого подходящего!

Вздохнув, я снова начала шарить в сумочке. Нащупала смартфон. Десять пропущенных звонков. Восемь от начальства и сотрудников, два от сильно и давно нелюбимого мужа. Домой нельзя на все сто. Муж точно выбьет из меня душу. Обещания свои он выполняет − ох уж эта его принципиальность! Мне ведь много не надо − пара ударов вполсилы, и я в нокауте. Потом, как водится, извинения, прощения и так до следующего столкновения интересов. Сегодня и так не мой день, зачем усугублять? Переночую здесь.

Поставив телефон на беззвучный режим − ни с кем общаться не хочу категорически! − я убрала его в сумочку. Тут, кстати, вспомнила о шоколадке, купленной перед входом в парк. В животе услужливо заурчало. Шикарный ужин на природе − нечего сказать!

Распечатав упаковку, я отломила кусочек сладости и положила её в рот, разжевав, опять задумалась о сегодняшнем дне. Может, правда, это сон и завтра я буду в полном порядке?

Так задумалась, погружённая в бессознательный процесс поедания шоколада, что не заметила, как пришёл Ларни.

− Вот купил, − присаживаясь, сообщил он.

В руке парень держал упаковку с таблетками.

− Сказали самые мощные.

В его руках кроме упаковки были ещё кроссовки.

− Вот это тебе… − он положил обувь мне на колени. − А то так нехорошо.

− Спасибо, − хмыкнула я и надела их. − Как раз.

Потом с тоской посмотрела на туфли и запихнула их подальше под скамейку.

− Хочешь? − я протянула ему шоколад.

Он смущённо отломил кусочек.

− Я думала, ты домой ушёл.

− Нельзя мне туда. Я теперь не я. Отец в фокус не поверит и прогонит. Слушай, я это… в туалет хочу. Объяснишь, как это у вас делается?

Вот и объясняй теперь ему что и как. Неудобно совсем. И мне ведь тоже хочется. Значит расспросить придётся. Конечно, представление я имею, но с непривычки могу сделать что-нибудь не так. А ему наверно нужно и другие вещи объяснить…

Видя моё замешательство, он начал нервно смеяться.

− Ладно, сам разберусь. Но ты это… вдруг чего непонятно… Я, правда, объясню. Всё же мы в такой ситуации оказались странной…

Он стал озираться и приметил симпатичный куст.

− Ничего, если я там…

Не договорив, парень поспешил скрыться с моих глаз.

И я тоже решила, что неплохо бы и самой сделать это дело. Не затягивать же до бесконечности. Почесав покусанные крылатой братией волосатые ноги, я приметила другой кустик и, запихнув остатки шоколада в сумочку, а её повесив на плечо, поспешила на зов природы. Даже описывать не буду что пережила, пока пыталась добросовестно исполнить естественный процесс непривычным для меня способом. Это слишком личное…

Минут через десять мы опять сидели на скамейке.

− Ну как ты? − после долгого утомительного молчания поинтересовался парень.

− Справилась процентов на восемьдесят − требуется опыт.

− Я тоже как-то так…

Ситуация нам обоим показалась смешной.

− Я хочу убить этого фокусника, − сказала я, переставая глупо смеяться.

− Ты же понимаешь, что это не фокус?

− Скажи ещё чудо! − возмутилась я.

− А что по-твоему?

− Да где ты в наше время видел чудеса? Они что… такие? − я жестом указала на свои ноги.

− Давай убьём его, − решительно произнёс Ларни. − Вдвоём мы с ним справимся.

− Давай убьём, но прежде заставим вернуть всё как было.

− Ага, − усмехнулся парень, − что-то сомневаюсь, что мы сможем его убедить это сделать. Уверена, что он ещё что-нибудь в нас не поменяет? Откуда только взялся этот урод?

− Его ещё найти надо, − вздохнула я. − Видел, как он всё быстро сделал и ушёл? Не уверена, что мы с ним справимся.

− У тебя есть те, кому ты можешь доверять?

Я глубоко задумалась, перебирая в голове многочисленных претендентов на статус с громким названием «ДРУГ» и вскоре погрузилась в состояние горького разочарования. Ни одного!

Вместо ответа всхлипнула, смахивая набежавшую слезу.

− И у меня… Я редкий неудачник.

− Не такой уж редкий, − не согласилась я, намекая на себя.

− У тебя шоколад ещё остался?

− Угу.

Я отдала ему остатки своего позднего ужина.

− Спасибо.

Некоторое время мы просто тупо молчали. Да и о чём говорить?

Незаметно пришла ночь. В парке горели фонари, робко касаясь нас бледно-жёлтым светом. Стало прохладно, а комары стали ещё злее. Откуда только они взялись!

Ларни доел шоколад и, смяв фольгу в шарик, задумчиво вертел его в пальцах.

− Если это наш последний день может сходим куда-нибудь? − предложила я.

− И куда? У меня больше нет с собой денег.

− У меня есть немного. Тут кафе круглосуточное недалеко. Можем пуститься во всё тяжкое.

− Я, когда выпью совсем дурной становлюсь. Вдруг забуду, что я − не я?

− Будем пить только сок. Нам не надо расслабляться. И так неприятностей хватает.

И мы отправились в кафе. Не помню, когда я последний раз так поздно проводила время в компании с молодым человеком. Я и сама ещё не старая − лет на десять старше Ларни, но приятно. Да и внимательно рассматривая его лицо, вскоре призналась себе, что парень не такой уж не симпатичный. Вполне привлекательный, если бы не его болезненная бледность. Причёска аккуратная, глаза серо− голубые − выразительные, но слишком беспокойные, на лице никаких родинок, веснушек или лишней растительности.

Мы пили сок, временами чокаясь, произнося тосты за своё второе рождение и посылая проклятья в адрес нашего «благодетеля». В качестве закуски сначала были салаты, потом горячие мясные блюда и… как следствие − счёт, превзошедший мою финансовую удачу. Потом мы оба сытые и довольные, глупо хихикающие, поддавшись на убедительные уговоры управляющего этим заведением, мыли посуду, отрабатывая недостающую сумму. Было весело! У меня даже мелькнуло подозрение, что мы пили сок не совсем качественный. Похоже, содержание спирта в нём всё же было. Ну да ладно, нет худа без добра! По крайней мере, до утра мы как-то дожили и даже были решительно настроены изловить Мудодея и заставить его пожалеть о содеянном. Подкрепившись в этом же кафе тем, что незаметно умыкнули ночью с кухни, мы вернулись в парк и заняли удобную позицию на одной из детских горок. Оттуда мы легко могли заметить любое столпотворение и принять в нём активное, но непредсказуемое участие. Ларни где-то отыскал фанерку с надписью: «Покрашено» с веревочками по бокам и преградил ею вход на горку. Этим он отвадил от нас много любопытных лиц.

− Ты пока сиди тут, − попросил Ларни. − А я пробегусь по торговым точкам и постараюсь выкрасть липкую ленту, чтобы его связать или верёвку какую.

− Ты когда-нибудь это делал?

− Нет, но надо когда-то начинать.

− Не попадись только. Я буду ждать.

− Я скоро.

И он, не теряя времени, оставил меня одну. Я внимательно наблюдала за людьми, прогуливающимися по парку, завидуя им и завидуя своей прошлой серой, унылой жизни. Потом неожиданно захотелось спать…

− Эй, Шаэль, проснись, − взволнованный голос Ларни разбудил меня.

− Пришёл?

− И принёс, спрячь в сумочку.

Парень протянул мне рулон липкой ленты.

− Всё прошло гладко?

− Не очень, − Ларни осторожно выглянул за металлическую стенку, скрывающую нас от любопытных пешеходов.

− Заметили?

− Да, едва ушёл. Вот он… амбал глазастый!

Я проследила за его взглядом и заметила среди прохожих человека явно кого-то высматривающего.

− Не убьёт же он из-за рулона ленты?

− Этот убьёт и глазом не моргнёт.

− Наверно мне надо было к себе в офис зайти, там не заметили бы пропажу.

− Что уж теперь. Главное, получилось. А как тут дела?

− Пока не заснула было тихо.

− А у меня от беготни весь сон развеялся.

Потом мы продолжили наблюдение за парком. Чем дольше сидели в засаде, тем я яснее понимала, что Мудодей сегодня вообще может не появиться. Он ведь не первый раз наверно такое чудо проворачивает. Не мог остаться незамеченным. Да и врагов, кроме нас, у него должно быть немало.

Храп, раздавшийся неожиданно, прервал мои размышления. Ларни заснул, привалившись к металлической перегородке. И мне тоже так захотелось спать… Я приняла удобное полусидячее положение, подумав, что нас могут обнаружить любопытные дети и ещё неизвестно, чем это любопытство для нас обернётся. Но вскоре мне стало фиолетово на весь этот мир.

Так мы и проспали до вечера. Тень деревьев спасла наши тела от палящих лучей солнца. Разбудила нас орущая полицейская сирена.

− А… что? − вскочил Ларни.

Я с трудом открыла глаза.

− Где что?

− У… слава богу, уехали. Не за нами…

Я, сообразив, что звук сирены удаляется, тоже вздохнула с облегчением.

− Мы что… спали? − искренне удивился Ларни. − Сколько уже времени?

Отыскав сумочку, я извлекла смартфон.

− Шесть вечера.

На дисплее обнаружила шесть неотвеченных вызовов: четыре от мужа и два от шефа. Муж, похоже, больше озабочен моим отсутствием. Наверно кулаки чешутся, хочется сорваться на ком-нибудь. Пусть бесится − не жалко!