Повелительница Неживых

Как-то ночью, когда Вианда спала, в окно звонко стукнул мелкий камешек. Этот звук заставил ее проснуться. Немного выждав, она встала и подошла к окну.

Еще один камешек попал в стекло. Кто-то стоял внизу и намеренно кидал их в окна ее комнаты.

«Кому это делать нечего?» –  сонно проворчала Вианда, открывая окно.

Внизу зашуршали кусты.

– Эй, кто там? – спросила она.

Услышав ее голос, нарушитель спокойствия отозвался:

– Это я, Энди.

– Энди? – Вианда сильнее перегнулась через подоконник.

– Ты зачем сюда пришел?

– Поговорить… Ты можешь выйти?

– Не могу. Если меня застукают, неприятностей не избежать. Ты вообще, как узнал, где я живу?

– Долгая история. Слушай, я не один, нам очень надо с тобой поговорить.

– С кем ты?

– Узнаешь, если спустишься.

– Скажи им, что я не хочу ни с кем разговаривать, –  заявила Вианда. – Кто бы они ни были.

– Ну, пожалуйста… –  стал уговаривать Энди. – Это очень срочно.

– Не проси. Пусть приходят днем, тогда и поговорим.

– Я думал, мы друзья… –  обиженно произнес Энди, и собрался уходить.

Вианда поняла, что если Энди уйдет, она потеряет то немногое, что у нее есть – его дружбу. А друзей у нее нет, и разбрасываться ими слишком большая роскошь. Конечно, она ему не расскажет всего, что случилось, но вот узнать, что заставило его прийти к ней, было бы интересно.

– Ну, ладно, я иду.

Энди остановился и, улыбнувшись, сообщил:

– Мы за домом в беседке.

– Ждите, –  ответила Вианда, и закрыла окно.

Выйти из дома было делом затруднительным. Лучшее, что пришло ей в голову это «черный» ход – дверь, находящаяся на кухне, ключ от которой всегда хранился в комнате Ишмед. Комната служанки находилась рядом, но как взять ключ, не потревожив ее чуткий сон?

Вианда быстро переоделась, не переставая думать о ключе, затем тихо пробралась к комнате Ишмед. Здесь она сняла обувь и, замирая от дурных предчувствий, легонько коснулась двери. Та открылась легко и бесшумно. В комнате было темно, тело спящей служанки едва различалось на сером фоне простыней, одеял и подушек. Почему-то Вианде припомнились те редкие моменты, когда она бывала в этой комнате. Как давно это было! Каждый раз возникало такое чувство, словно оказываешься в незнакомом доме.

Вианда осмотрелась, увидев платье, висевшее на спинке стула, осторожно подошла и стала его осматривать. Что-то тяжелое лежало в кармане. Наудачу это оказалась связка ключей. Осторожно, опасаясь звякнуть, она вынула их из кармана, и вышла из комнаты служанки.

Один из ключей подошел.

На улице шел мелкий дождик, только Вианда его не чувствовала. Она слышала, как шуршат по траве капли, но, подставив им ладонь, с удивлением обнаружила, что они ее не касаются, словно она закрыта непромокаемым прозрачным колпаком.

– Чудеса, да и только! – усмехнулась она, пригладив волосы. – Ни капли не попадает! Словно с гуся вода!

К беседке идти она не торопилась. Ее душа радовалась только что сделанному открытию, и хотелось продлить ощущение радости.

У парадного входа горел яркий фонарь. Его свет длинной дорожкой пробегал по лужайке до скрытой между яблонями беседки.

Вианда избегала выходить на освещенный участок, она обошла фонарь, и, держась кустов акации, стала бесшумно приближаться к едва различимому во тьме строению. Становилось страшно: она не знала, кто ее ждет, а значит, встреча может закончиться, чем угодно. О самом страшном она старалась не думать.

Ладони начало неприятно покалывать, будто их свело.

Когда она заметила на ступенях беседки высокого человека, радостное настроение исчезло полностью.

«Ну, Вианда, ты и влипла! – укорила она себя. – Тебе тысячу раз говорили, что ночами гулять опасно, а ты… –  она остановилась, и огляделась по сторонам. – Все меня заметили! Они использовали Энди, чтобы добраться до меня!»

– Здравствуй, Повелительница Молний, –  приветствовал ее человек в куртке.

– Данси? – узнала она его, и тут же увидела остальных. – Что вам надо?

Она поискала глазами Энди и, не увидев его, спросила:

– Где Энди?

– Он ничего не знает… – тихо ответила Миришка.

– Если вы пришли меня убить, то не советую. Будет лучше, если вы уйдете отсюда. И немедленно!

– Ты мстишь всем людям, –  начал Шерл, –  вызывая дожди, из-за которых пропадают посевы, и гибнет скот. Но в том, что с тобой случилось, виноваты только мы. Не мсти всем – это несправедливо.

– Мы готовы принять твою месть, –  сказала Лера. – Только просим, пожалуйста, прекрати дожди.

– Ну, уж нет! – вспылила Вианда. – Моя месть только началась. Хотите, скажу, что будет дальше?

Миришка в отчаянии заломила руки. Шерл прижал ее к себе, но от этого ей захотелось заплакать, и она всхлипнула, уткнувшись ему в грудь.

– Молчите? – после продолжительной паузы, спросила она. – Так я скажу: если я прекращу дожди, на ваши поля обрушится засуха, и все, что выжило после них, погибнет окончательно. Будет голод!

– Вианда, не делай этого, –  дрожащим голосом попросила Миришка. – Мы отверженные, пути назад нет.

– А мне-то что?

Данси сошел со ступеней и встал на колени.

– Пожалуйста, умоляю, отомсти нам. Убей, если наша смерть принесет тебе облегчение, но не мсти тем, кто невиноват.

Вианда попятилась.

– Уходите! Убирайтесь отсюда! Проваливайте!

Лера молча присоединилась к Данси. Оба выражали своим видом смирение и покорность.

Видя, что и Миришка с Шерлом спускаются по ступеням, Вианда рассердилась еще больше и, не зная, что сказать, выстрелила в небо огненной извилистой стрелой. Через несколько секунд все вокруг оказалось оглушено небывалым по мощности громом. И начался ливень. Он был такой мощный, что Вианда не видела стоящую перед ней на коленях четверку подростков.

– Я вас… ненавижу! – не замечая текущих из глаз слез, прокричала она. – Не-на-ви-жу!!! Я не буду вас убивать потому, что не хочу быть убийцей как вы!

– На нас твое проклятие, –  донесся до нее голос Шерла. – Мы не сможем с ним жить. Нам некуда идти, у нас нет дома, нет ничего. Мы отверженные…

Шум дождя то и дело заглушал его слова, о смысле которых приходилось только догадываться.

Вианда не отвечала. Когда ливень прекратился, ее нигде не было.

Все четверо все еще стояли на коленях, с них ручьем текла холодная вода, а головы были опущены.

Первым поднял голову Данси.

– Она ушла… –  с горечью проговорил он.

– Мы не смогли смягчить ее сердце, –  плакала Лера, –  все бесполезно, я знала, что все бесполезно. Что мы натворили…

– Если бы Шаман был с нами, он бы сказал, что делать, –  дрожа от холода, промолвила Миришка.

– Он с вами!

Подростки сразу узнали его и оглянулись на голос.

– Шаман?

Но увидели только призрачную тень такую бледную и слабозаметную во тьме, что на миг решили, будто голос Шамана им почудился.

Тень шевельнулась и выскользнула на освещенный фонарем участок лужайки.

– Ты призрак? – с трудом выдавил из себя Шерл.

– Да, но я еще не умер. Придет время, и я вновь буду во плоти.

– Нам нужна твоя помощь, – взмолилась Лера.

– Возвращайтесь в деревню, я поговорил с народом, они не станут вас больше обижать. Об остальном поговорим позже. Идите.

Они встали и молча, не оглядываясь, направились к выходу.

Вианду трясло от клокотавшей в душе ярости. Она быстро закрыла на ключ входную дверь, бросила связку на стол и, вбежав в свою комнату, прислонилась к стене.

– Я… их ненавижу! Я оставила их в живых, как они смеют еще о чем-то меня просить!

Ноги подкашивались, она сползла по стене, закрыла лицо руками и горько, горько заплакала.

Она бы плакала долго, если бы не чей-то тягостный вздох.

Убрав от лица руки, она увидела в свете, появившейся луны, человеческую тень. И не испугалась.

– Вианда? – поинтересовалась тень.

– Да, и что с того?

Вианда почувствовала, что затекли ноги и, встав, прихрамывая, подошла к кровати.

– Я Шаман.

– Для знакомства не самое приятное время. Приди позднее.

– Это ты превратила меня в призрак…

Вианда взглянула на призрак пристальнее.

– А… так ты это тот… –  догадалась она. – Что-то ты неважно выглядишь. Я тебя и не узнала сразу.

Между тем ее ладони начало покалывать, сила рвалась на свободу.

– Я пришел помочь тебе.

– Надо же! – Вианда нервно взмахнула руками. – А может, ты что-то перепутал? И вообще проваливай отсюда, чтоб глаза мои не видели тебя и твою шайку!

– Я могу научить тебя контролировать Силу, и тогда ярость перестанет ослеплять тебя.

– Уходи, –  тихим строгим голосом попросила Вианда, –  иначе я за себя не ручаюсь…

– Теперь ты ничего не сможешь мне сделать.

– Это мы еще увидим! – она подняла руки к груди и стала готовиться к выстрелу молнией.

– Не стоит этого делать, –  предупредил призрак. – Стены и потолок деревянные все мгновенно вспыхнет. От этого дома останутся только воспоминания.

Вместо выстрела Вианда запустила в него подушкой. По фарфоровой вазе удар оказался точным, тогда как тень ловко избежала летящего объекта.

– Трус! – презрительно бросила она и, забравшись под одеяло, отвернулась к стене.

Шаман некоторое время стоял у изголовья кровати, недоуменно глядя на девушку и, наконец, поинтересовался:

– Ты все еще намереваешься продолжать мстить?

– А ты все еще здесь? – выразила недовольство Вианда. – Лучше исчезни, пока я всерьез не занялась тобой. У тебя тоже есть слабое место, а я очень сообразительная.

– Но у тебя их больше…

– Тебя это не касается!

– Касается! Никуда я от тебя теперь не денусь. Я подарил тебе Силу, и я тебя, ее лишу!

– Спасибо за подарочек! Я завтра же иду на кладбище камней…

– Зачем? – в голосе Шамана послышались тревожные нотки.

– Кажется, там у тебя и находится слабое место.

Вскоре после этой фразы Вианда приподнялась, и оглянулась. Призрака в комнате уже не было.

– Удар точно в цель! Скатертью дорожка, покойничек!

Плакать больше не хотелось. Она закрыла голову одеялом, и вскоре уснула.

Утро было солнечным.

Ишмед посмотрела на часы. Пять часов. До времени, когда проснется госпожа Нельсияр – это около восьми – ей надо много переделать дел.

Не теряя времени даром, она встала, заправила постель. Надевая халат, она привычным движением хлопнула по карману, и остолбенела… В нем не было ключей!

Ишмед осмотрела все вокруг: ни на полу, ни на столе ключей не оказалось.

– Вот беда-то, господи, –  запричитала женщина. –  Куда они запропастились? Вот беда-то…

Она поспешно вышла из комнаты, решив сначала обойти все коридоры, все двери и окна, которые закрывались на замок.

Последней была дверь на кухню, чем ближе она к ней подходила, тем больше росло ее отчаяние. Никогда за всю ее работу, с ней не приключалась такая неприятная история

Увидев на столе связку ключей, Ишмед взяла их, чувствуя, как от напряжения дрожат руки, и учащается дыхание. Отыскав в холодильнике флакон с успокаивающей нервы настойкой валерьяны, она налила несколько капель в стакан с водой, и залпом осушила. Вскоре ей стало намного лучше.

Вианда проснулась и, вспомнив ночное приключение, нахмурилась.

– Буду думать, что мне все приснилось, –  решила она, но появление призрака все испортило.

Вианда его не видела, но кожей почувствовала присутствие постороннего в своей комнате.

– Надо не забыть сходить на кладбище камней… –  напомнила она не столько себе, сколько чтобы проверить реакцию Шамана.

Пока ее слов было достаточно. Шаман ушел, так и не вступив с ней в контакт.

Для злополучной четверки подростков день не предвещал ничего хорошего.  Родные и знакомые их сторонились, и избегали с ними разговаривать. Они были напуганы появлением призрака и его угрозами, и потому у них не возникало даже мысли хоть как-то возразить ему или воспрепятствовать возвращению отверженных.

Утро выдалось солнечным, и это обстоятельство еще больше пугало жителей деревушки. Кое-кто стал подумывать, а не перебраться ли в город или еще куда подальше с этих мест.

На поля никто не вышел.

За деревней располагался заброшенный яблоневый сад. Деревья в нем были старые разросшиеся, кое-где засохшие. В центре сада находилась беседка закрывающего всякого туда вошедшего большой куполообразной крышей. Лавки и прямоугольный стол, находящиеся в ней, готовы были простоять еще не один десяток лет. Они лишь местами потрескались и со временем оказались покрыты массой вырезанных ножами надписей, хранящих имена тех, кто когда-то был здесь.

Сейчас в ней сидел Шерл, и с задумчивым видом подбрасывал в руке кубики.

Вскоре к нему присоединилась Лера.

– Привет, как дела? – без особой радости поинтересовалась она.

– Могли быть и лучше.

– Что родичи запилили?

– Если бы… –  усмехнулся Шерл. – Они со мной не разговаривают, словно я заразный какой-то.

– А мои решили в город податься. Вещи собирают.

– Это же класс! – в глазах Шерла блеснул интерес к жизни. – Можно я к тебе перееду, когда они укатят?

Лерка облокотилась на стол и, глядя в упор, сказала:

– Надеюсь, тебе не надо напоминать о запретах Шамана?

Шерл улыбнулся, и произнес, прикидывая руки к сердцу:

– Никакого секса, клянусь!

– Тогда можешь переезжать.

– Лерка, дай я тебя расцелую! – он выскочил из-за стола, но она его осадила.

– Остынь! Они еще не уехали… А вот и Миришка идет.

Лицо Миришка было бледным, и глаза покрасневшие, совсем недавно она плакала.

– Привет, Мир, –  приветствовали ее Шерл и Лера.

– Привет, –  пробормотала Миришка, и сев к столу, закрыла лицо руками.

– Что случилось? – поинтересовалась Лера.

– Мне плохо… я всю ночь глаз не сомкнула. А под утро решила отравиться, так как назло ни одной таблетки в доме не нашла, – она горько засмеялась, и расплакалась.

Лерка подошла к ней, и обняла, желая приободрить подругу, только слов утешения не находила. Та уткнулась ей в плечо, и вскоре затихла.

– Ты в порядке? – спросил Шерл, коснувшись плеча Миришки.

– Все нормально, – тихо ответила она.

– Не переживай, у нас у всех депрессивное состояние, –  сказала Лерка. – Мои скоро уезжают, придешь жить ко мне?

– Они что тебя оставляют здесь? Одну?

– Я семейный урод, от которого они будут рады избавиться.

Миришка вздохнула и вытерла глаза руками.

– Ну, и сволочи они! – вдруг не выдержала она. – Бросить на произвол судьбы собственного ребенка! Ничтожества!

– Теперь узнаю, Миришку! –  весело сказал Шерл. – А то все слезы льет почем зря. Так их, так!

– А я между прочем уже не ребенок, –  заявила Лерка, –   проживу и без них!

Миришка опять вздохнула.

– Мне свою бабушку жалко. Она совсем как ребенок, так меня любила, а сеструха наговорила ей обо мне всяких гадостей, так запугала, что теперь она как увидит меня сразу убегает.

На вершине яблони запел зяблик, громко и заливисто закончив короткую песенку, так словно не песнь эта, а подпись с подчеркиванием.

Троица молчала, прислушиваясь, не идет ли их приятель по несчастью.

– Что-то Данси долго нет, –  наконец, вслух произнес Шерл, –  обычно он первым сюда приходит.

– Он не придет, –  раздался сбоку от беседки голос Шамана. Все вздрогнули от неожиданности, и оглянулись.

– Почему? – встревожилась Лерка.

– Он в больнице.

Шамана не было видно, но голос его невозможно было с кем-нибудь перепутать.

– Что с ним?

– Подхватил воспаление легких. Его ночью увезли на «скорой».

– Но… он был в порядке, я уверен. Он ни на что не жаловался.

– Ты мне не веришь?

– Я… я… не знаю, что думать, –  не верить словам Шамана, он не мог, а верить не хотел.

– И не верь.

– То есть… он не болен? – с надеждой спросила Лера.

– Нет, он здоров. Просто я хотел узнать уверены ли вы друг в друге, как я уверен в вас.

– Тогда где же он?

– Я же сказал в больнице.

– Не понял… – Шерл начал беспокойно ходить вдоль стола. – Он здоров, но в больнице? В какой он больнице?

– Ты уже знаешь ответ, –  сообщил Шаман.

– Что? Как это возможно?

– Эй, стоп! – возмутилась Лерка. – О чем вы говорите? Шерл, о какой больнице ты подумал? Мы тоже хотим знать.

Шерл наклонился к ним через стол, и зловеще прошептал: «В психиатрической…»

– Ужас, –  только и смогла вымолвить Миришка.

– С какой стати он там? Это отчим его туда устроил? – Лера сама ответила на свой вопрос.

– У них дело дошло до драки.

– А ты все видел и устроил его отчиму чистку мозгов по полной программе? – поинтересовался Шерл у Шамана.

– Можешь быть уверен, сегодняшнюю ночь он не переживет

– Но Данси все еще в больнице, –  напомнила Миришка, –  его надо оттуда вытащить!

Шерл задумчиво произнес:

– Вряд ли это нам под силу. Там металлические заборы и двери, всюду колючая проволока, охрана, собаки. Он как в тюрьме.

– Но это не тюрьма – это хуже!

– Что нам делать, Шаман?

– Ждать.

– Ждать, а наш друг пусть там загибается? Нет, я так не могу.

– А что мы можем сделать? – с горечью произнесла Лерка. –  Может нам всем туда попасть? Веселее будет?

Шерл молчал.

– Шаман, но ты ведь ему поможешь? – спросила Миришка.

– Я не могу быть с ним всегда, а быть в разных местах одновременно тем более, но что смогу сделаю. Теперь мне нужна ваша помощь.

– Что мы можем для тебя сделать? – поинтересовались друзья.

– К полудню жду вас у кладбища камней.

– Хорошо, мы придем.

– А пока хочу предупредить, –  голос Шамана понизился до шепота. – За вами шпионят из-за той старой яблони. Пока.

Шаман ушел. Девушки переглянулись с парнем и между собой и, сговариваясь лишь незаметными со стороны кивками и движениями глаз, покинули беседку, направляясь в разные стороны.

Вокруг старой полузасохшей яблони росла густая поросль ее молодых побегов и крапивы. Все было неподвижно, что вряд ли догадаешься, будто там кто-то притаился.

Яблоня была окружена, но самих охотников пока не было видно. Шерл думал о том, что успел узнать из их с Шаманом разговора этот человек, и что делать, когда они его разоблачат. Самое главное, его не упустить, твердо решил он и, не скрываясь, направился к убежищу шпиона. С разных сторон к месту встречи вышли, вооруженные импровизированными дубинками девушки. У Шерла не было даже такого примитивного оружия, он надеялся лишь на силу кулаков.

Они подходили так тихо, что шпион, ни о чем, не подозревая, выпрямился, продолжая смотреть в сторону беседки, и начал прыгать, разминая ноги. Это был Энди.

– Наверно ушли, опять прозевал, – Энди рассердился на себя, и оглянулся. От увиденного он изменился в лице.

– Привет, шпион-неудачник, –  бросил, ухмыляясь, Шерл.

– Бить будете? – Энди отступил на шаг назад.

– Думаешь надо? Ладно, не трусь, – Шерл положил руку на его плечо. – Пойдем, поговорим немного.

Лера и Миришка отбросили дубинки. Все вместе они направились к беседке.

– Ну, дружок, рассказывай, что ты здесь делаешь?

– Слежу за вами, –  не стал скрывать Энди.

– А зачем, и кто тебя послал?

– Никто меня не посылал. Я сам пошел.

В беседке Шерл посадил Энди напротив себя и, глядя в упор, продолжил допрос.

– Допустим, ты сам решил шпионить за нами. Ты ведь что-то хотел узнать?

Энди опустил голову.

– Вы мне все равно не расскажите…

– О чем, Энди? – спросила Миришка. – О Вианде, мы все рассказали еще вчера, когда просили тебя помочь нам.

– Я вам не верю! Она не может быть такой злой. Вы что-то скрываете.

Шерл многозначительно переглянулся с Лерой, потом сказал:

– Ты слышал наш разговор с Шаманом?

– Да, но… люди говорят он призрак. Он что же умер?

Шерл проигнорировал его вопрос.

– Так вот приходи к полудню на кладбище камней. Только один, хорошо? Не испугаешься?

– Я приду, –  твердо пообещал Энди.

– Ты свободен.

Миришка встала, пропуская паренька.

– Его судьбу решит Шаман, –  глядя вслед убегающему мальчишке, тихо сказала Лера.

– А он мне нравится, –  вымолвила Миришка. – Смелый мальчуган.

– Он не придет, –  высказал мнение Шерл. – Будет лучше, если он останется дома.

Энди добежал до конца сада, и остановился перевести дыхание.

«Я должен срочно поговорить с Виандой», –  решил он, и побежал в сторону холма.

==\\==

После завтрака Вианда вышла в сад. С того времени, как удалось спровадить Шамана, настроение ее поднялось. Перебранка воробьев на деревьях веселила ее. Она спряталась от солнца в беседке, и наслаждалась покоем. Воздух был влажен, но дышалось им легко, и даже мысли не казались такими мрачными, и тяжелыми, как раньше.

– Вианда, –  шепотом окликнул ее Энди.

– Энди? Ты что тут делаешь? – она напрасно пыталась разглядеть его за кустами шиповника. – Ты один?

– Я один. Можно с тобой поговорить?

– Да, вылазь и иди сюда.

– Не могу, на балконе кто-то стоит.

Вианда выглянула из беседки, и увидела стоящую на балконе и смотрящую в ее сторону мать. Встретившись взглядами, та отвернулась и скрылась в комнате.

– Все, она ушла, выходи.

Энди вышел, направляясь к беседке, он старался держаться тени.

– Садись, –  предложила Вианда, и указала на конфеты в вазе, –  угощайся.

– Спасибо.

– Так, о чем ты хотел поговорить?

Энди взял конфету, развернул ее и отправил в рот. Говорить он начал только, когда от нее ничего не осталось.

– Это правда, что ты можешь вызывать молнии?

– Это твои друзья тебе рассказали?

– Они мне не друзья. Так живем рядом. Так это правда?

Она, соглашаясь, покачала головой.

– Значит, ты та, о ком говорит наша легенда?

– Знаешь, я к этому не стремилась. Если бы не эта четверка и их Шаман, я осталась бы прежней!

– Но что случилось? Я не понимаю…

– Хорошо, я расскажу, –  и она начала рассказывать свою историю. – После того, как мы разошлись: ты к себе, а я к себе, на меня в лесу напали.

– Это были они?

– Да, но я поняла не сразу. Они притащили меня сначала в замок, а потом повели на кладбище камней. Их главарь стал заставлять меня лезть по камням. Я не хотела. Они так сверкали и шипели. Я боялась, что сгорю. Я умоляла их отпустить меня, плакала, но Шаман начал размахивать передо мной факелом, и толкнул меня. Только вот я не сгорела. Я прокляла их, а камни начали поднимать меня на вершину.

– Как это?

– Они росли под ногами, а я лишь переступала с одного на другой. Потом сила вошла в меня, и из рук начали вылетать молнии. А Шаман и его шайка тем временем думали, как меня убить. Но у них ничего не получилось. Я убила Шамана, пронзив его молниями. Теперь он стал призраком, а его тело должно быть все еще там на кладбище.

– Вот поэтому так долго не прекращались дожди?

– Я не могу контролировать силу. Мне надо ее выплескивать, иначе, боюсь, сгорю. Вот поэтому ночами я кидаю в небо молнии, и я не виновата, что утром оно бывает затянуто тучами. И если кто-то думает, что это моя месть, пусть продолжает так думать.

– Если бы я знал, что они так с тобой поступили, то ни за что не стал бы им помогать, –  он виновато повесил голову. – Прости меня.

– Я на тебя не сержусь.

– О чем они с тобой вчера говорили?

– Хотели, чтобы я их простила, и перестала мстить.

– А ты?

– Они живы, и я не могу сделать для них большего. Я могла убить их всех там, на кладбище, но отпустила.

Вианда выглянула из беседки. Балкон был пуст.

– Твои в курсе? – поинтересовался Энди.

– Ни в коем случае! Мать меня в психушку отправит, поскольку у нее не останется шансов выдать меня за приличного толстосума.

– А у нас многие решили уехать с этих мест.

– Я понимаю, что это во многом моя вина, но если честно, то им не стоило тревожить старых легенд.

Энди дожевал очередную конфету, и сказал:

– Не такая уж она старая. Ей каких-то полсотни лет.

– Расскажи мне о ней подробнее.

– Мы знаем только то, что знаешь ты, остальное знал Шаман, но он вряд ли станет рассказывать тебе все. Я сегодня подслушал разговор Шамана и его приятелей, но меня обнаружили. Я понял, они что-то собираются делать на кладбище камней в полдень, и я обещал прийти.

– Ни в коем случае! Не ходи. Ты свидетель их разговора, это может плохо для тебя кончиться.

– Ты думаешь, они могут меня убить? – призадумался Энди.

– От них можно ждать чего угодно!

– Но ведь я не узнал ничего важного…

– Ты шпионил за ними – этого может быть достаточно. Лучше будет, если ты не пойдешь к ним.

– Хорошо, я не пойду. Мне не понравился взгляд Шерла и его подружек, когда он предложил прийти к ним. Может и вправду, они что-то задумали, –  и полюбопытствовал: –  А чем ты целыми днями занимаешься?