Обреченная душа. Кровь и месть

– Убери от неё руки, подонок! – услышала я крики Рая.

Я закрылась в своём коконе, заперев чувства на замок, лишь мимолётно улавливая шум бьющегося тела о прутья решётки. Вероятно, Рай пытался отвлечь внимание на себя, но у него это паршиво получалось.

Этому ублюдку было глубоко наплевать, что происходит вокруг. Он был занят лишь тем, чтобы скорее получить желаемое, в данном случае меня. Когда его отвратительная мозолистая рука добралась до груди и коснулась моего соска, я не выдержала.

Я начала вырываться, вертеться из стороны в сторону. Мне удалось оттолкнуть его на небольшое расстояние, но мне этого хватило для того, чтобы собрать руки в замок и врезать по его мерзкой морде кандалами. Он пошатнулся, ухватившись за ушибленное место, и у меня появился шанс отбежать в сторону, но я не успела этого сделать. Он быстро пришёл в себя и всего лишь за какое-то мимолётное мгновение замахнулся и врезал мне с кулака, отчего моя голова дёрнулась в сторону, и от силы удара я влетела в стену, ударившись макушкой, после чего плавно сползла вниз. Перед глазами заплясали мушки, место, которым я ударилась, пульсировало тупой болью, а по лбу потекла струйка крови, капая с носа на землю.

– Шлюха! – выругался он, кипя от злости. – Тебе это с рук не сойдёт. Правитель подготовил для тебя особое развлечение, и я буду упиваться твоими криками боли и страданиями, а после, будучи обессиленной, молись, чтобы ты осталась жива, когда ты будешь моей. Я возьму тебя и буду делать всё, что захочу. Поняла, шавка? – он ухватился за мой подбородок, сжал с такой силой, что я невольно зажмурилась.

– Катись к чёрту! – огрызнулась я и плюнула ему в лицо.

– Ничего. Я потерплю ещё немного и тогда, ты уже не отделаешься, отплатишь мне сполна за свои выходки.

Он отстранился, вытер рукавом плевок со своего лица и облизнулся, предвкушая, как будет надругаться над моим телом. Страж достал ключи и грубо отсоединил цепь от оков, задев натёртые участки кожи. Я дрогнула, от вспышки боли, но не проронила ни звука. В этот момент, мне казалось, что его рыжая голова сейчас загорится пламенем от злости, какую он испытывал, и мне, ужасно хотелось посодействовать этому.

Мужчина с особым остервенением ухватил меня за предплечье и потащил прочь из камеры. Будучи в проходе, я на мгновение столкнулась с испуганным взглядом Делы, но едва заметно качнула головой, подавая знак, чтобы она не высовывалась. Рай между тем отчаянно пытался хоть как-то задеть моего пленителя, протискивая руки между проржавевших прутьев.

– Отпусти её!

Рай продолжал тянуться, даже при том, что это было бесполезно, и я была ему искренне благодарна за этот порыв. Рыжий никак не реагировал на его действия и прошёл мимо, уводя меня прочь.

– Увидимся позже, – бросил он ему всего лишь пару слов, и мы свернули за поворот, уходя из клетки каменных влажных стен темницы.

На этот раз он не водил меня кругами, не путал в поворотах. Мне показалось это странным, и было предчувствие чего-то нехорошего, поэтому я постаралась запомнить весь путь, примечая для себя отличительные детали. С каждым последующим шагом коридор становился светлее, но меня не покидало чувство, что я из одного ада перешла в другой. Я с опаской косилась на рыжего, мысленно перебирая все возможные варианты расправы над ним, за его мерзкие прикосновения ко мне.

Впереди показалась дверь. Она была настолько мрачной, чёрной, из ветхих деревянных досок, прогнивших и покосившихся в некоторых местах, что от одного её только вида у меня пробежал холодок по спине. Мы подобрались к ней за несколько шагов, и мой сопровождающий, не отпуская ни на секунду из своей цепкой хватки, распахнул её и втолкнул меня внутрь.

Моё чутьё встрепенулось с новой силой. Мы попали в большое тёмное помещение, размером с бальный зал, высокие потолки и каменные стены которого отдавали блеском от влаги, стекающей по ним, а из-за слабой освещённости они казались чернее ночи. Факелы, висевшие в хаотичном порядке, едва освещали пространство своим светом, разбавляя мрак оранжевым заревом. В конце помещения я заметила троих мужчин, обступивших алтарь по кругу, на котором были разложены странные предметы. За ним начинались несколько порожек, ведущих к массивному трону, на котором развалился Уорл с надменным выражением лица.

Он преподносил себя, как властелин всего мира, и его самоуверенности и дерзости можно было только позавидовать. По правую руку от него на подлокотнике сидела Лэя. Она положила руку на спинку каменного сооружения и наклонилась к правителю, что-то шепча ему на ухо, и у него приподнялся уголок губ, образующий полуулыбку.

Заметив наше приближение, они обратили на нас свой взор. И как только мы к ним подступили, рыжий силой утянул меня к полу так, что я не смогла сопротивляться и оказалась на коленях, как раб. Он грубо положил ладонь на мою голову, вынуждая склониться перед его правителем. Я стиснула зубы от дикого раздражения, но стерпела порыв ответить ему.

– Отрадно видеть тебя, дорогая дочь, – издевательски выдавил из себя Уорл, обнажая до безобразия белоснежные зубы.

– Оставь любезности для своего отродья и избавь меня от этих розовых соплей, – я смогла вывернуться из-под тяжёлой руки и гордо вздёрнула подбородок.

– Ты как неприрученный дикий зверь. Кусаешься и царапаешься, но стоит пару раз преподать урок, и зверёк становится покорным, – сказал он, словно промурлыкал, испытывая некое предвкушение.

– Зачем я здесь?

– Я дал тебе время обдумать моё предложение. Время истекло.

– Ты дал мне неделю!

– Знаешь, я подумал, что неделя – это слишком долго, и решил поменять своё мнение.

– Я не приму его, – гордо ответила я, стараясь всем своим видом показать решительность.

– Я не сомневался. Именно поэтому ты здесь. Не было смысла тратить время впустую, – уголки его губ медленно потянулись в стороны, вырисовывая на лице улыбку сумасшедшего. – Я заберу у тебя то, что по праву принадлежит мне. И также ты отдашь свою душу ей, – он указал большим пальцем руки на Лэю, а та, чуть ли не тряслась от удовольствия.

– Твоим дням настанет конец! Пророчество сбудется, и ты ничего с этим не сможешь сделать!

Мне отчаянно хотелось задеть его, оскорбить, унизить, всё что угодно, лишь бы стереть с его лица выражение превосходства. Но, казалось, его ни сколько это не волновало.

– Пророчество! – он рассмеялся, так громко, что эхо от его голоса разлеталось по пространству, отскакивая от каменных стен. – Ему не суждено сбыться. Больше не осталось ни одного чистокровного фейри из моего рода, к которому оно могло относиться. А ты! Ты лишь глупая ошибка. Неужели ты думаешь, что способна остановить меня? Полукровка, которая ничего не сможет сделать. Я заберу у тебя то, что отняли у меня. Запечатали в твоём хрупком теле, не имея на то права!

– Это же ты? Ты убил первых правителей? Стёр практически все упоминания о них? Это твоих рук дело?

– Эвамон и Руна… – задумчиво произнёс он, вмиг, посуровев, отчего на его лице проявились грубые черты. – Они были глупы. Объединить людей и фейри! Этих жалких тварей, неспособных прожить даже сотню лет без магического вмешательства! – с каждым последующим словом он становился разъярённее. – Позволили им смешивать нашу кровь и плодить бесполезных полукровок, забыв о том, что фейри и людям не место на одной земле, а уж тем более в постели! Мы могли иметь всё, позволив этой войне дойти до конца. Власть, рабов и бескрайние земли. Я отговаривал их, приводил доводы, но они и слушать меня не хотели! – он ударил кулаками по сиденью под собой и наклонился вперёд, так, что его полусобранные волосы на затылке касались теперь колен. – Они отдалились. Отгородились от меня, ссылаясь на занятость и дела по восстановлению земель, и не подпускали ближе, чем на пару метров. И именно тогда я понял, что нам не по пути. Что друзья решили избавиться от меня, не позволив совать нос в их дела.

– Что ты сделал? – мой голос предательски задрожал от осознания, что он нёс в себе эту обиду и план мести долгие века.

– Прошли годы, прежде чем я что-то смог сделать. Я вынашивал в себе план расправы не одно столетие, желая ударить как можно больнее, – он улыбнулся и потёр подбородок, предавшись воспоминаниям. – В то время Тенон стал процветать, но не так, как хотелось бы мне. Люди свыклись с магией и их носителями, создавали семьи, и это было настолько отвратно, что я с трудом сдерживался от тошнотворного позыва. И вот, наконец, решив, что время пришло, я подделал письмо одного из их друзей с просьбой о помощи, которая не требует отлагательств, и назначил место встречи. Естественно, Эвамон и Руна, бросились на выручку, как в омут с головой, и дорого за это поплатились. – он злорадствовал, совершенно не стесняясь своих чувств. – На тот момент я собрал уже достаточно знаний, исследуя фолиант за фолиантом о древней магии ведьм. Их силы нам неподвластны, но некоторые заклинания мы всё же можем сотворить. Одно такое я отточил до идеала, и они попались в его сети.