Тёмная

Глава 1

Открыв глаза, я поняла, что утро скоро настанет. За окном уже щебетали предрассветные птицы, а воздух был пронизан запахами росы и сушеных трав.

Новый день. Еще один.

В полутьме я встала и поспешно начала одеваться. Мое обычное черное платье сидело в последнее время все хуже и хуже. Возможно, от того, что уже несколько недель я целыми днями работала у приплывшего корабля и приходила домой только поздно ночью. А может быть, дело было в том, что из-за недавнего повышения цен и налогов все жители деревни голодали. Меня это, естественно, тоже не обошло стороной.

Уже в самом раннем возрасте я поняла, что, несмотря на то, что мы живем у моря, рыбу мы видели ненамного чаще, чем остальное продовольствие. Ведь мало кто из рыбаков осмеливался утаивать улов и продавать его простым людям.

Все строго контролировалось стражниками. Еда, работа, дом, знакомства. Вот только меня всегда занимал один вопрос – как можно работать, если тебе неделю практически нечего есть?

Ловко зашнуровав сапоги и соорудив высокую прическу на голове, я начала снимать с веревки засушенные травы. Это был мой ежедневный утренний ритуал еще с самого детства.

Веревка тянулась под самым потолком через всю комнату, и когда я была поменьше, приходилось ставить стул на чемодан, чтобы хоть как-то все достать. Однако я довольно быстро научилась применять дар, чтобы облегчить себе жизнь.

Внизу уже слышались шаги. Селена сегодня встала совсем рано, а значит, будет тяжелый день.

Связав просушенные листья и разобрав их по бумажным коробкам, я спустилась на первый этаж.

– Солнце высоко, небо безоблачно, кони скачут, несут вести люди.

– Доброе утро, Селена.

Меня порой раздражала ее бессвязная речь. Вероятно, ей опять всю ночь снились видения, и теперь она пыталась разложить их по полочкам в своей голове. Наставница будто не видела меня, несмотря на то, что я аккуратно забрала из ее рук плошку, и сама начала разминать водоросли для супа.

Немного постояв в оцепенении, она повернулась к столу, и ее глаза прояснились.

– О, милая, ты уж встала? Вчера ты пришла так поздно, что я подумала, может, хоть сегодня немного поспишь. Надеюсь, прошло без происшествий?

– Ты же знаешь, сейчас не время спать. Новый корабль пришел в порт, и нужно сделать все возможное, чтобы добыть как можно больше вещей на продажу.

Я поджала губы на секунду, но затем продолжила.

– Происшествий, как ты это называешь, со мной не происходило.

– Не знаю, Мелония, зачем ты этим занимаешься, – она вздохнула. – Это слишком опасно. Люди боятся тебя и мало что покупают, даже если ты умудряешься выкупить стоящие вещи. Лучше бы ты оставалась со мной и помогала здесь, – она положила мне руку на плечо. – У тебя очень хорошо получается добывать редкие перья и листья с высоких деревьев, а это очень ценно, ты же знаешь.

В горле встал ком раздражения, но я его проглотила.

– Селена, мы же говорили об этом. Мне нужно общаться с людьми, быть в курсе того, что происходит вокруг, иначе я не смогу защитить тебя и сестру. Она очень наивна и из-за этого может попасть в неприятности, – я задумалась. – Особенно теперь, когда она живет одна, да еще и кочевники где-то поблизости.

– Кочевники?

Она вздрогнула и посмотрела в окно.

– Но уже давно запрещены перемещения по деревням. Это делают только купцы, у которых есть на это специальное разрешение от королевского двора. И, как правило, их сопровождает стража… Неужели? – она испуганно посмотрела на меня.

Мне не нужно было ей отвечать. Она и так поняла, кого я имела в виду. Вот уже почти двадцать лет, как кочевников нет в нашем королевстве.

Восстание.

Восстание в деревне, а значит, скоро будут проходить более строгие проверки и, возможно, начнутся допросы. Казней станет больше, а наказания будут строже. Будто нам нужно напоминать, кто мы и где наше место.

Я быстро закончила готовку и, надев плащ, направилась к двери.

– Мелония! – она схватила меня за руку. – Они усилят охрану.

– Не переживай, Селена, как ты сама говорила, люди меня не особо любят, поэтому проблем не будет. Они не рискнут ко мне подойти просто так, а мне нужно увидеть сестру и закончить дела с кораблем.

Я аккуратно убрала ее руку и вышла.

На пороге я вдохнула свежий морской воздух и, развернувшись, направилась в центр деревни. То и дело в окнах вспыхивали яркие огоньки от свечей и слышались шаги по прогнившей древесине.

Я же думала о Селене. Меня беспокоило ее состояние. Она тоже стала хуже питаться, и этот ее утренний бред случался все чаще и чаще. Ей было уже много лет, да и дар не делал ее любимицей общества. Хоть она и была провидицей, но предсказывала больше плохого, чем хорошего. А после того, как она взяла нас с сестрой под свою опеку, ее предсказания стали настолько мрачными, что к ней теперь ходили только за различными травяными настоями. Да и то нечасто.

Впрочем, все решили, что это из-за меня ее предсказания стали столь тяжелыми. Ведь издавна известно, что если зло в доме, то и мысли становятся темными.

Меня и считают злой, по сути, это мнение сложилось лишь из-за моей внешности и моего желания, чтобы так считали. Дар у меня довольно простой, на мой взгляд. Я могу создавать воронов для какого-либо поручения. И только.

Многие рыбаки просят меня им помочь, чтобы птицы указали им рыбное место, что я и делаю за определенную плату. Еще мои вороны – отличные разведчики, благодаря чему я обладаю огромным количеством информации и именно за это имею весомое место в обществе, несмотря на свой образ. Даже стражники порой покупают у меня сведения.

Но это лишь птицы. У некоторых из нашей деревни дар более опасен. К примеру, вызывать огонь без единой искры или видеть тайные помыслы человека.

Однако никто из нас не сможет сравниться с человеком, обладающим самыми опасными способностями. Он находится во дворце и занимает кровавый трон. Именно благодаря своему дару бывший советник и истребил всю королевскую семью за одну ночь и потом занял их место.

Все были сильно удивлены, когда древняя магия все-таки признала его монархом, и из воздуха появилась сияющая корона. Это означало, что он избран править.

Но самое интересное было в том, что никто не знал точно, в чем именно заключается его дар. И это пугало больше всего.

Слухи всегда пугают, потому что не знаешь, что в них истинно, а что нет.

Думаю, королевская семья уже давно находилась под его влиянием, просто об этом никто не знал. Даже странно, как им удалось спасти новорожденную принцессу и отослать ее из дворца в день их смерти.

Как только произошло падение истинной монархии, возникло пророчество, что лишь дочь королевы сможет восстановить справедливость и победить узурпатора. И с тех самых пор все втайне ждут и надеются, что принцесса скоро объявится и спасет всех от тирании самопровозглашенного короля. А восстание считает, что принцессе нужна будет военная поддержка, и в нужный момент они смогут ее обеспечить.

Лично мне всегда было все равно, есть ли эта принцесса на самом деле или нет. Меня лишь волновало, что из-за владельца трона магически менялось все королевство, подстраиваясь под настроение правления.

Но, какой бы ни была моя жизнь, другой я не видела. Поэтому я научилась справляться и так. Мне сложно представить, что раньше было иначе.

Говорили, что наше королевство было богатым, и все могли пойти и купить то, что хотели. Что было больше света, и даже существа в лесу чаще попадались хорошие, нежели такие, как сейчас. Что не нужно было вечно бояться и опасаться за своих близких. Что дороги были свободны, и можно было съездить и посмотреть мир. Увидеть другие королевства.

Именно из-за закрытия границ многие посчитали, что принцесса находится и растет не в нашем королевстве и, когда наступит время, она придет из-за гор и всех освободит.

На мой взгляд, это тоже довольно наивно. Вероятно, наследницу престола удалось спрятать только по счастливому случаю, и уж переправить ее за горы в момент переворота было бы просто немыслимо. Ведь они и не догадывались ни о чем. Говорили, что советник был очень близок с королем.

Я резко остановилась посреди дороги и закрыла глаза рукой. Рассвет уже окрашивал все вокруг в алый и золотой.

Не мне об этом рассуждать. Из-за того, что восстание находится в деревне, сейчас уж точно нельзя витать в своих мыслях. Наоборот. Нужно быть предельно острожной.

Я оглянулась по сторонам, подошла к дому и, толкнув скрипучую дверь, зашла в лавку.

– Мелония, я так рада тебя видеть!

Из-за прилавка навстречу мне выпорхнула моя сестра.

– Ты сегодня бледнее, чем обычно, – продолжила она. – Вчера опять работала допоздна, да? Даже ко мне не зашла…

Она надула губки и обняла меня.

– Мне сегодня тоже много предстоит работать, ведь в лавку пришел новый товар с корабля, – она улыбнулась.

– Сильно не перегружайся только, Катарина. Я принесла тебе немного перьев для продажи и привет от Селены, – я достала из кармана в юбке сверток и отдала ей. – Она скучает. Заходи к ней почаще.

– Хорошо, но ты ведь и сама знаешь, что у меня так много дел с девчонками. Времени просто ни на что не хватает.

Она отстранилась и начала активно жестикулировать руками, рассказывая.

– Вот, к примеру, сегодня на окраине леса хотят устроить тайные танцы. Это очень захватывающе. Последний раз о танцах я слышала год назад, но тогда я еще была несовершеннолетней, и ты запретила мне идти, а теперь мне 16, я уже работаю, живу отдельно и могу, наконец, делать, что хочу.

Ее глаза заискрились от сладкого предвкушения опасности и развлечений.

Мое и без того не прекрасное настроение резко упало. В голове сразу закрутилось множество возможностей, как моя сестра может впасть в немилость стражников. Одного похода на эти «тайные» танцы достаточно, не говоря уже о слухах о восстании и ситуации в самой деревне с провизией. Кто вообще додумался сейчас устраивать развлечения?

– Я бы и сейчас тебе запретила идти, если бы могла.

Мне пришлось ограничиться лишь суровым тоном и этими словами, ведь моя постоянная опека и запреты были вечными причинами наших ссор, а это мне сейчас было нужно в последнюю очередь.

– Ей, Мелония, ты ей даже не настоящая сестра и уж точно не можешь ей что-либо запрещать, – из-за дверного проема высунулась огненная голова одной из вечных спутниц моей сестры.

Вот уж кто меня точно не особо боялся, так эта рыжая.

На мой взгляд, она явно не была тем человеком, что должен везде сопровождать мою сестру. Она вечно попадала в неприятности и Катарину туда же пыталась затащить. А ее брат – вор. До того известный, что лишился в прошлом году одной руки. Но это его не остановило, и даже теперь он частый гость позорной клетки на площади. А ведь их семью назвать бедной никак нельзя. Они владельцы этой лавки.

– Не помню, что я позволяла тебе так со мной разговаривать. И уж точно не тебе говорить, является ли Катарина мне сестрой, – холодно ответила я, не удостоив ее взглядом.

– Да все знают, что вы назвались сестрами в детском возрасте, потому что росли вместе, и все же вы не родня.

Она посмотрела на меня, будто оценивая.

– Ты вон белая, как снег, а Катарина красавица с волнистыми темными волосами. Уж сразу все видно. И глаза у нее как светлые сапфиры, а у тебя скорее, как… уголь, – рассмеялась она.

Я всегда считала, что она недостойна моего внимания. Недостойна даже легкого интереса к ее персоне. Но сейчас мне пришлось на нее посмотреть. Пришлось. Лишь для того, чтобы она поняла, что за своими словами нужно следить.

– Я бы на твоем месте за свою внешность беспокоилась после таких слов, – ответила я.

Видимо, передать немой посыл взглядом у меня получилось, потому что девчонка взяла за руку мою сестру, будто ища поддержки.

На улице каркнул один из моих воронов.

– Ладно, я пойду. Встретимся вечером, – нарочито спокойно сказала рыжая, посмотрев на подругу, и, сняв фартук, поспешно ушла.

– Я тоже пойду, Катарина. Надеюсь, что ты передумаешь по поводу танцев, но все же сообщи мне, чтобы я знала, где тебя искать, если что.

– Хорошо, – сестра еще раз обняла меня. – Мелония, она моя подруга, не забывай об этом.

Я вышла из лавки и всю дорогу до пристани проклинала глупых людишек с их неуместными танцами, наивность своей сестры и собственную беспомощность.

Теперь ведь и мне придется идти на это мероприятие, чтобы проследить за ситуацией. Можно подумать, что у меня других забот было мало.

Глава 2

Сегодня скупка шла не очень хорошо. Матросы постоянно озирались и говорили коротко и тихо, как бы наглядно показывая, что у жителей деревни с ними нет ничего общего.

Еще бы. Я тоже заметила, что стражников стало в два раза больше, а на площади и в центре позорные столбы и клетки заняты уже с рассвета. А поскольку продажа товаров частным лицам незаконна, то рисковал сегодня мало кто.

Покупкой товаров могли заниматься только купцы, и их здесь было немало, поэтому улов сегодня получился у меня небогатый. Всего пару платьев, несколько горшков со старинной росписью и алмазный нож, о котором я договорилась еще в первый день остановки корабля. Платья можно продать кому угодно, они довольно простые, а вот горшки и нож нужно будет предложить кому-нибудь из купцов, но лучше не сейчас, а чуть позже, когда корабль немного выветрится из памяти людей.

Разумеется, скупка вещей не могла являться моей официальной работой, и я сильно рисковала.

За такое поведение могло быть довольно много вариантов наказаний. От заточения в клетку на площади при первом нарушении до смертной казни при постоянном несогласии подчиняться. Но, по сути, практически все знали, чем я занимаюсь, а в документах числилось, что я просто провожу осмотр кораблей в труднодоступных местах при помощи своего дара. Что я и делаю иногда.

В самом начале, когда я лишь училась договариваться с моряками, меня поймали, и я провела взаперти целых три дня. Но затем слухи о том, какую именно девушку заперла стража, добрались и до охранников. Они выпустили меня, довольно понятно объяснив ногами и плеткой, чтобы я больше не нарушала закон. Одно ребро до сих пор побаливало перед ливнем. Но это был лучший исход из возможных.

Можно сказать, что уже тогда моя темная репутация сыграла мне на руку.

В следующий раз я подстраховалась, и когда меня взяли с поличным, предложила часть своих доходов на постоянной основе. Мне пришлось отдать больше половины вырученной суммы, и на этом мы смогли договориться. Так продолжается до сих пор.

Солнце стало погружаться за горизонт, и я засобиралась домой.

В таком освещении наша деревня была особенно приятна для меня. Плетеные корзины из сухих водорослей, набитые доверху рыбой, дома из мелких ракушек, чайки то тут, то там и, конечно же, этот неповторимый запах. Запах соленой воды и чуть залежавшейся рыбы.

Возможно, другим это было и не по нраву, но для меня это был запах дома.

Немного омрачало пейзаж большое количество стражи, серые лица жителей, которые старались пройти по улице как можно быстрее, и вечная грязь. Море грязи повсюду. Но я все равно любила это место.

Легонько взмахнув рукой, я создала около себя небольшой черный туман, из которого навстречу мне вылетел красавец-ворон. Он сел мне на плечо и внимательно посмотрел в глаза.

Так мои птицы ждали, пока я скажу им, зачем они созданы.

– Нужно узнать, что делает моя сестра и где она.

Только услышав эти слова, птица взмахнула своими крыльями и с пронзительным карканьем стремительно взмыла в небо. Мне тоже захотелось так сделать.

Я уже подходила к дому, когда вернулся ворон. Он сел на свое законное место – мое плечо – и внимательно посмотрел мне в глаза снова.

Я без труда попала в его сознание и почувствовала, как он старался быстрее выполнить мое задание. Ни один червячок и ни одна другая птица не смогли его отвлечь, и как только он получил нужную информацию, то сразу же прилетел обратно.

Затем я увидела его глазами, что моя сестра со своими подругами уже переоделись в лавке и почти готовы к танцам. Они весело смеялись, собирая в корзинки различные вкусности, которые явно не могут себе позволить. Рыбная икра, раки и хлеб. Вот и все их подношения к общему столу. Но даже эти продукты для нас сейчас были часто недосягаемы. Мне оставалось только надеяться, что брат этой рыжей не научил Катарину воровству.

Я отпустила ворона жить его новую, хоть и недолгую, жизнь и зашла в дом. Было довольно темно, резко пахло гарью.

На кухне я увидела обуглившиеся листья на печке.

Наверное, Селена положила их просушить и забыла. Быстро все убрав, я зашла в ее комнату. Спит. В последнее время она все чаще стала что-то путать и больше спать. Старость берет свое. Наверное, действительно стоит больше ей помогать по хозяйству, а сестре дать больше свободы.

Катарине уже 16 лет, и пора позволить ей решать самостоятельно.

Может, мне даже не стоит ходить на танцы и дать ей отдохнуть? Все равно наверняка они не такие уж и тайные. Тайного в нашем королевстве не может быть ничего, и глупо думать, что может быть иначе.

Эта мысль быстро вытеснилась опасениями на счет восстания, и я вздохнула.

Возможно, в следующий раз я и смогу её отпустить, но сегодня мне нужно пойти. Это ее первые танцы, и ситуация в деревне далека от спокойной.

Поднявшись наверх, я подошла к зеркалу, осматривая свой вид. Хорошо бы не открыто объявлять о своем появлении на малозаконном мероприятии. А для того, чтобы не сильно выделяться на фоне танцующих, стоило переодеться.

Ярких платьев у меня не было, а все свои Катарина забрала, когда переехала, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть.

Я вытащила из сундука новое серо-коричневое платье, что купила в прошлом году и так и не надевала. Подойдет. Люди наверняка и подумать не могут, что я могу носить что-то кроме черного.

Еще больше маскироваться смысла не имело. Все равно достаточно лишь взгляда, чтобы узнать меня, с такими-то белыми волосами. Но капюшон лишним не будет. Пусть небольшая, но все же анонимность на первые несколько минут мне обеспечена.

Переодевшись и закутавшись в накидку, я вышла на улицу. Темно. Танцы наверняка уже начались.

Около леса послышался смех и музыка. Я замедлила шаг, приближаясь, и накинула капюшон.

По-моему, это мероприятие было совершенно не тайным. Судя по громкости, о нем знали все. Не удивлюсь, если увижу там стражу.

Может, оно и к лучшему. Если там воины, то восстание там навряд ли появится. А если рискнут, то это будет их ошибка, так как наша деревня охраняется больше, чем остальные, ведь, по сути, мы торговый порт.

У самой поляны на меня неожиданно навалился какой-то парень. Он явно перебрал и, видимо, подумал, что я его подружка. По крайней мере, судя по тому, как он меня обнял. Я вздрогнула и дотронулась до его предплечья в попытке сохранить хоть какую-то дистанцию.

Вдалеке мелькнула стража, и мне сразу же стало немного спокойней. Сейчас они гарант безопасности. Достаточно лишь закричать.

– Иди домой. Тебе надо проспаться, – резко сказала я и скинула руку пьяницы со своей талии.

Он промычал мне в ответ что-то нечленораздельное и косой походкой побрел по дороге в деревню. Кажется, сегодня он будет спать в какой-нибудь яме, а не в кровати.

Возможно, это послужит ему уроком.

Странно. Деревенька у нас небольшая, но я его что-то не узнала. Может, это был какой-то купец? Хотя одет он был не как торговец.

Мысль о восстании, конечно, промелькнула у меня в голове, но сразу угасла. Не думаю, что эти люди настолько глупы, чтобы напиваться под носом у стражников. Вполне возможно, что я не узнала его по той же причине, что и он меня. Выглядеть ведь можно по-разному при желании.

Выйдя на поляну, я затаилась у края и огляделась. Через толпу охмелевших и танцующих людей я заметила мою сестру. Она тоже была под хмелем, но, похоже, намного меньше, чем остальные. Ее рыжая подружка уже вовсю обжималась с сыном рыболова. Удивлена я этому не была.

А вот Катарина просто общалась, смеялась и танцевала. Вокруг нее было много людей, и они явно были в восторге от того, что она одаривает их своим вниманием.

Похоже, ей здесь действительно весело, и она не ищет приключений.

– О, Мелония. Не думал, что увижу тебя на таком мероприятии.

Посмеиваясь, ко мне подошел один из членов совета деревни.

– Помнится мне, в прошлом году ты при всех говорила своей сестре, что на танцы ходят одни пьяницы, деревенские ловеласы и пустоголовые девицы. А вот теперь и ты здесь. Так к какому типу людей ты себя отнесла?

Я не сильно расстроилась, что меня так быстро вычислили, потому что этот мужчина был одним из самых приятных для меня людей здесь. Да и во всей деревне.

Когда Селена стала путать некоторые вещи на людях, и за это ее хотели исключить из совета, он единственный был против такого решения и даже уговорил всех повременить с этим. Но вскоре ее все равно попросили больше не приходить на собрания. Теперь же он всегда заходит и интересуется ее мнением по сложным вопросам, а иногда спрашивает и мое.

Думаю, сегодня он пришел проследить, чтобы никто умер в припадке алкогольного опьянения или не подписал себе завтрашний смертный приговор.

– Я так и не смогла выбрать между ловеласом и девицей. Решила, что определюсь на месте, – натянуто улыбнулась я.

– Хорошее решение. Но не думаю, что ты пришла сюда просто так, верно?

– А почему бы и нет? – наигранно возмутилась я. – Может, я, наконец, решила изменить свой имидж в обществе?

– Ну-ну, полегче, – рассмеялся он. – Мне лишь стало интересно, почему ты решила потратить свое время на сегодняшнее действо. Может, ты, как и я, слышала странные слухи?

– Какие слухи? – тихо спросила я.

– Думаю, именно ты, пожалуй, и знаешь больше всех, со своим-то даром.

Он оглянулся и склонился к моей голове.

– Я говорю о кочевниках. Не пойми неправильно. Совет с утра обсуждает данное явление, и все обеспокоены. Вот я и решил спросить у тебя о том, что тебе удалось услышать.

– Я знаю ненамного больше. Никто не давал мне подобный заказ, поэтому мои птицы занимались другими поручениями. Но я тоже слышала подобное. Вы думаете, это может быть правдой?

– Не уверен. Совет пока решил не вдаваться в панику и разузнать как можно больше. Если ты нам поможешь с этим, то мы будем благодарны.

Я кивнула, и он отодвинулся.

Люди кружились в танце под довольно медленную музыку, и повсюду слышался смех. Как они могут быть такими беззаботными, если ходят такие слухи, а поляна полна стражников?

– А ведь знаешь, возможно, я стал слишком стар для подобных мероприятий, и зрение уже не то, что раньше. Как-то странно, но я не всех сегодня узнаю, – задумчиво произнес мой собеседник.

Я посмотрела на него, резко осознав, что могут значить такие слова.

– Ну что же ты так пугаешься-то? – он улыбнулся. – Говорю же, зрение уже не то, да и возраст. Ладно, развлекайся, я, пожалуй, подойду вон к той шумной компании молодых людей и узнаю, из-за чего они так веселы. А ты не бери в голову. Отправь своих птиц и сообщи в ближайшие дни, что известно, хорошо? – он вдруг стал серьезным. – И присматривай за Селеной. Мы ведь с ней почти ровесники, а я что-то в последнее время начал сдавать.

Мужчина ушел, но выкинуть из головы такой оборот нашего диалога у меня не получалось, и я вдруг взглянула на все совсем с другой стороны. Это прекрасное место для того, чтобы появиться и расставить свои сети.

Праздник в темноте, где легко затеряться в полумраке, и даже стражник не сможет отличить своего друга от мятежника.

Я начала оглядываться. Появилось ощущение, что меня окружили, и в темноте скрывается опасность.

Около соседнего куста что-то шевельнулось, и я увидела того самого парня. Того самого, что почти упал на меня около поляны. Он стоял и смотрел на танцующих. Похоже, он совсем не был пьян. На мгновение наши взгляды встретились. В голове забили барабаны.

Надо забирать отсюда Катарину и быстро уходить.

Я начала пробираться сквозь танцующих, а потом и вовсе расталкивать их. Но сестры нигде не было. Я выбежала из толпы, встала на пень, служивший столом, и начала осматривать поляну. Ни рыжей, ни Катарины не было видно.

Один взмах рукой, и из темной дымки появилось несколько воронов. Оставив им задания, я приказала быстро лететь. Закрыв глаза, я стала ждать.

На слух я не смогла уловить в этом гаме ее голос. Ее точно нет на поляне.

Громкое карканье моментально заставило меня сдвинуться с места и побежать на зов. Мой ворон был глубоко в лесу.