Как я стала любовницей

Дизайнер обложки Ксения Алексеева

© Ирина Арсентьева, 2018

© Ксения Алексеева, дизайн обложки, 2018

ISBN 978-5-4490-9384-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В этой книге вы не найдете постельных сцен и ставшего таким модным в последнее время «копания в грязном белье» несмотря на ее интригующее название. Книга о другом. О закулисной жизни простых людей, скрытой от глаз «общественности», главного блюстителя морали. О влиянии переломных моментов в истории страны на характеры и судьбы этих людей. Эта книга о мужчинах и женщинах, наших знакомых, друзьях, близких, любимых, родных, их взаимоотношениях, подчас не совсем романтичных и лицеприятных, а порою даже некрасивых, о жизненных ситуациях, в которых они по воле судьбы оказались.

Эти истории не придуманы мною, они услышаны, подслушаны, подсмотрены и пересказаны по несколько раз. Не нужно искать в них какого-либо сходства со своими собственными историями, оно и без этого видимо невооруженным глазом. В любом из литературных героев вы без труда можете узнать себя. Потому как эти истории о нас с вами. Все они со «вкусом и запахом перестройки», так я их определила. Эти истории о моем поколении, чья молодость прошла под знаком 90-х. Именно на этот непростой отрезок времени пришлись лучшие годы нашей жизни. Именно он оставил нестираемый след и наложил особый отпечаток, шаркнув напоследок своей грубой ногой. По этому отпечатку нас легко узнать и невозможно перепутать ни с кем другим. Эти истории об одной из предоставленных нам этим временем возможностей не затеряться в жестоких волнах истории, а принять ее с иронией, юмором и «смехом сквозь слезы».

Моему поколению посвящаю.

Срочно требуются новые образы

ПОДУМАЙ, КАК ТРУДНО ИЗМЕНИТЬ СЕБЯ САМОГО, И ТЫ ПОЙМЕШЬ, СКОЛЬ НИЧТОЖНЫ ТВОИ ВОЗМОЖНОСТИ ИЗМЕНИТЬ ДРУГИХ.

ВОЛЬТЕР

Срочно, срочно требуются новые образы!

Принять мужчину таким, как он есть, может только земля.

(Народная мудрость)

Хочу признаться тебе, дорогой мой читатель, что о мужчинах мне писать очень непросто. Если честно, я совершенно не представляю, что о них можно написать, но написать очень хочется. А то ведь стала замечать в последнее время, что они чувствуют себя какими-то обиженными, обделенными даже. И ждут, кажется, с единственным вопросом: «Когда же ты, кошка драная, соизволишь уделить нам внимание и написать хотя бы словечко?»

Вот и думаю-гадаю уже несколько недель, что же про вас написать, дорогие мои мужчины? Не понимаю я вас, к моему большому сожалению, поэтому и не получится у меня написать от вашего лица, как планировала первоначально. А от себя как писать, если я вас не понимаю? Вы же для меня – другая планета в полном смысле этого слова. Другая и не лучшая, вы уж меня простите. По всей видимости, такие уж мужчины мне попадаются, или я сама именно таких притягиваю, обычных, среднестатистических, ничем особо не примечательных. А может, просто это я их такими вижу? Как бы то ни было, но у «необычных» мужчин, по моему мнению, совершенно другие истории, непохожие на те, которые я вам сейчас расскажу. Если вы не против, конечно.

***

Олегу пятьдесят восемь лет. Вот уже тридцать лет он живет в Калининграде. Работает экологом и готовится к выходу на пенсию. Он в постоянном поиске работы «по душе». Это не означает, что он меняет места работы как перчатки, просто до сегодняшнего дня не определился с выбором дела, которым хотел бы заниматься. «Не нашел себя», так говорят в этом случае. Ну, ничего, скорее всего на пенсии у него это получится. Так что пусть особенно не расстраивается на этот счет, у него еще все впереди.

Последнее время он совсем не пьет. Нет, не воду, конечно, если вдруг вы так подумали, ведь именно в ее употреблении заключается человеческое желание утолять жажду. Не пьет он алкогольных напитков, но всегда помнит это состояние, потому что находился в нем не раз и не два. Почему он перестал «употреблять», точно не могу вам сказать. Это его личное дело, как он справился со своим «злом».

По знаку Зодиака он – Дева. Как все «девы», он мнительный и замкнутый, и по всем признакам не уверен в себе. Часто фантазирует, увлекается философией, занимается стихосложением, пытается стихи положить на музыку и даже исполняет сочиненное под гитару. Послушаешь его, и сразу возникает мысль в голове – «Бард, твою мать! Непризнанный!» Я думаю, что он невыраженный интроверт, так как еще в молодые годы очень любил выступать на сцене, да и сейчас не упускает возможности показать себя публике. Хочет быть оцененным, как ни крути. А знаете, ведь замкнутым и зацикленным на себе людям зачастую как раз и даются свыше артистические способности. Эмоциональному, открытому и взрывному человеку играть разнообразные роли удается тяжелее. А у Олега играть всегда получалось. И лучше всего он играет себя самого, ведь в душе он очень чувствительный, ранимый, впечатлительный и слишком заостряет внимание на собственных переживаниях.

Он очень любит оставаться наедине с природой и своими мыслями, поэтому-то и «сбегает» на дачу от семьи подальше, уединяется таким образом. Вот такой ход придумал, надо же хитрец какой! Типа работать поехал на дачу, а сам тем временем… Уединяется… А уединение, по всему, это признак выраженных интровертов. Вот и пойди, разберись какой он интроверт, то выраженный, то невыраженный… Одним словом, какое-то в нем несоответствие всегда наблюдается.

Высокий, седовласый, хорошо сложенный, он может казаться весьма привлекательным и даже симпатичным, если бы не холодные жесткие глаза и тонкая улыбка неестественно натянутых губ. Причем губы его могут улыбаться даже тогда, когда в глазах и намека на улыбку нет. Вот такая в нем двойственность. Даже во внешности.

Впервые я увидела его на картофельном поле. Нет, конечно, я видела его и раньше, но заметила или, если сказать точнее, обратила внимание именно на картофельном поле. И нужно отметить, если бы он тогда сам не подошел ко мне, то я ни за что на свете не посмотрела бы в его сторону. Я тогда вообще по сторонам не смотрела.

Я, как в прочем и всегда, копошилась на картофельной грядке позади всех, собирая в ведро, потерявшее к тому времени свою первоначальную форму от постоянных падений с высоты, клубни разной величины. Будучи очень ответственной, старательно собирала картофельную мелочь, коей даже животных не кормили. Мои однокурсники и старшекурсники имели больший, в сравнении с моим, опыт в уборке картофеля. По грядкам скакали легко и весело, словно кузнечики. Они так ловко втаптывали каблуками своих сапог мелкие картофелинки обратно в землю, что никто не мог заподозрить их в такой хитрости. Я же снова и снова оказывалась позади всех. Настоящая черепаха!

Олег подсел рядышком и, помогая собрать оставшуюся картошку, завел разговор. Я не помню, о чем мы с ним тогда говорили. Да это и неважно. Запомнила только вечный его красный свитер с орнаментом на груди и потрепанными рукавами да разорванные между ног брюки, глядя на которые я испытывала одновременно разные чувства, и смущение, и неловкость, и жалость.

Он учился курсом постарше. И по окончании сельхозработ мы начали с ним «встречаться». Ну как встречаться? Жили мы в одном общежитии, поэтому виделись постоянно. А по вечерам в конце общежитского коридора, возле окошечка, проходили наши свидания, которые иногда затягивались глубоко за полночь. Вот так и «встречались».

Чувство жалости, впервые возникнув на картофельном поле, не покидало меня и теперь. Я знала по общежитским рассказам, а чаще видела и просто чувствовала, что он вечно голоден, не ухожен, не присмотрен. Как бездомный, шелудивый котенок. Частенько, заманивая его в нашу девчачью комнату, кормила ужином. Наверное, чтобы не уснул во время свидания или не упал в голодный обморок. Ну, это я сейчас так думаю. Тогда, вероятно, у меня были другие мысли или вообще никаких мыслей не было, так, гормон сплошной играл.

К замужеству, на которое я по-быстрому решилась, чтобы оставаться во всем первой, что свойственно моей львиной натуре, я готовилась основательно. И главное, не обращала никакого внимания ни на уговоры родителей, ни на предостережения подруг. Их я попросту пропустила мимо ушей. Долго писала сценарий, рылась в современных сборниках поэзии, найденных в библиотеках. Вручную изготовила две длиннющие цветочные гирлянды для украшения свадебной машины. Сворачивая цветы из гофрированной бумаги, старательно вырезала лепестки разной величины и заворачивала их с помощью ножниц в разные стороны так, чтобы цветок имел натуральный вид. Они и вправду были как живые, мои розочки. На подготовку к свадьбе ушли все летние каникулы. Это было после третьего курса. Мне было двадцать лет. И судя по всему, я была чертовски романтична. Ну, сами посудите, розочки, стихи, мечты о чем-то прекрасном и возвышенном. Опять же, как человек ответственный, свою работу я выполнила безупречно и подумала, что это и есть то самое важное, что необходимо для семейной жизни.

Через семь лет мы разошлись. Перед разводом я получила от него письмо следующего содержания:

«Это было в 80-м году. Долговязый пацан с блестящими от восторга глазами и сопливым носом лезет целоваться. Причин отвергать его домогательства нет, да и стеснительности тоже. Чем дольше длится эта «обжираловка», тем яснее, что она засасывает беспощадно, хотя и радости не дает. Нужно делать выбор, либо прогнать, либо пожениться, а там можно сделать из него то, что мне нужно, ведь у него есть задатки. Своим волевым решением, а именно упрямой решительностью, делаешь остановку на втором варианте. Сметаются все преграды, играется свадьба.

Что же потом?

Первый месяц – романтика медового месяца в разлуке. Как приятно видеть довольную, чуть не плачущую физиономию, появляющуюся время от времени в совхозе. И как горько осознавать его неспособность добиться простых житейских благ. Семейного общежития, дефицитных продуктов питания, к примеру. Кроме этого нос у него по-прежнему сопливый. Стиснув зубы, начинаем переделку. Но время идет, а этот идиот не переделывается. Больше того, он еще и хамит. Не вымолив разрешения, уезжает к мамочке, «сисю пососать» – салага! А ночи! Какое это наказание! Он, оказывается, ни на что не способен.

Теперь беременность. Он заставил меня мучиться от изжоги и тошноты, ни дав ни грамма радости взамен!!! Ну, я ему покажу!!! Сволочь!!! Ему это икнется тысячу раз! А к мамочке по-прежнему ездит.

Слава Богу, ушел в армию. Перед уходом ревел. Кого я подобрала?! Потом все как в тумане. Роды, болезнь, беспокойство постоянное, пеленки, распашонки, каши. Хоть бы этот идиот приехал в отпуск, все разнообразие какое-то. Но он и на это не способен. Только маму свою может через радио поздравлять. Постепенно смирилась с ролью мамы, да и помощь полнейшая во всем. Наконец решены многие проблемы. Диплом в кармане, мама квартиру достала, все купила, что необходимо на первое время. Придет салага из армии, работать пойдет, квартиру обставим, будем ездить на море.

Вот тебе и море… Пришел и снова «закачал полную бочку». Меня от него уже тошнит. За что мне такое наказание? Ведь я могла себе взять кого угодно, с машиной, с деньгами, с х… А взяла эту вонючую тряпку. Как я устала! Куда пойти, куда податься, как от черных мыслей избавиться? Идея – займусь своими детьми, все секунды им отдам, чтобы ни о чем другом не думать. Что со мной происходит? Хочется жить широко, ярко, красиво. Дети уже из говна вылезли, годы идут быстро, уже двадцать семь… А в реалии – убогая квартира, разваливающиеся шкафы, сломанные краны и унитазы. Была бы жива мама, она бы такого не допустила. Столько вокруг интересных мужчин. Особенно один. Так и тянет к нему. И все это закрывает обрыдлевший криворукий импотент! Прочь с дороги, мразь!!!

А теперь мои предложения.

Ради детей живем под одной крышей. Достаем трехкомнатную квартиру и делаем так, чтобы друг друга как можно реже видеть. Например, одну комнату выделить мне, а две – вам.

Питаться отдельно, спать отдельно, с детьми общаться вместе – ходить в кино, в парк, ездить куда-либо. Все заработанные деньги тратить на еду и детей. Раз в два месяца каждый может себе позволить что-либо купить лично для себя или в квартиру.

В вопросах любви полная свобода, за исключением не рожать детей и не проводить свиданий в присутствии детей.

И главное, никаких претензий друг к другу».

Так, и именно так, ни словом меньше, ни словом больше, он сам написал о себе. В тот самый момент я и решила освободить своего мужа вместе со всеми его комплексами и «чувством неполноценности» от себя и всех семейных обязанностей. «Зачем мучить человека, если ему так плохо?» – так я подумала тогда. «Пусть найдет свое счастье в другом месте с другой женщиной». И только последний пункт из перечня, им предложенного, я выполнила полностью.

Никогда, никаких претензий я ему не предъявляла… По крайней мере, не озвучивала…

В середине того самого лета, после которого и состоялась наша свадьба, мы поехали на практику в южную столицу, славный город Алма-Ату. Меня прикрепили к Институту микробиологии изучать проблемы очистки сточных вод для курсовой работы. А моего «жениха», который, по-видимому, даже не догадывался, что ему тогда уже определили этот статус, «загнали» на высокогорье Заилийского Алатау, ловить мышей, носивших красивое название «Серебристая полевка», изучать рацион их питания и способность к бесконечному размножению. На данных, полученных в результате отлова этих пятисантиметровых мышек, была построена вся его дипломная работа, которую я, кстати, по высшему классу для него оформила чуть позже, когда мы стали уже мужем и женой, что было замечено и отмечено приемной комиссией. А моим молодым супругом было принято как должное.

На выходных мы встречались в городе. В одну из таких встреч совершили экскурсию в знаменитый парк, в центре которого на озере, прямо на воде, располагалось кафе, куда мы и отправились отобедать. Я до сих пор помню свое состояние, когда пришлось незаметно для посетителей и официанта положить ему на колени свой кошелек для того, чтобы он, как истинный джентльмен, расплатился по счету. «Своих» -то у него никогда не было, ни тогда, ни сейчас. И на свадьбе я умоляла всех своих подружек, по традиции устроивших выкуп невесты, чтобы те придумали такие задания, которые не требуют денежных выплат. Вот дура, так дура! И чего, дура, после этого хотела?

А еще в один из выходных, не могу не вспомнить этот случай, «понесло» меня к нему в «лагерь» высоко в горы. Мы тогда пешком восхождение проделали. Высота головокружительная, около четырех километров над уровнем моря. Вверх я еще кое-как поднялась. А на следующий день надо вниз, в город, спускаться. А ноги-то с непривычки не слушаются вовсе. Не могу идти и все тут, неженкой я всегда была и остаюсь такою до сегодняшнего дня. Стою на дороге, голосую. А Олег рядом стоит. Останавливается военная машина, это с первого взгляда можно было понять. В ней трое взрослых, высокого военного ранга, дядьки. Я к ним в машину – прыг, ни о чем не думая, лишь бы пешком не идти. А он, ничего, отправил, дверцу закрыл и рукой помахал в след. А если бы?… Ну, ничего, довезли меня мужики, слава Богу, без проблем. Нормальные тогда еще мужики водились. А если бы?…

Не делайте так, девчонки, никогда. Выбирайте мужиков ответственных. Проверяйте их на «ответственность» по всем правилам перед свадьбой. Потом будет поздно. И главное, не облегчайте им жизнь, не взваливайте на свои плечи ненужное. Даже от большой любви.

И знаете, что я еще вам хочу сказать?

Есть такие мужчины, которым дано дотянуться до звезд только рогами. «До звезд», это я не про себя, а вообще о жизнеустройстве.

***

Со Стасом мы познакомились три года назад на одном из литературных сайтов. Вначале он просто читал мои рассказы, потом начал писать комментарии к ним. А затем, не теряя понапрасну времени на всякие там прелюдии, написал в личные сообщения. А что распыляться-то, нужно действовать и смело идти к намеченной цели! Странная цель у него была, однако, на мой взгляд, но ему виднее, странная она или нет та цель, которую он преследовал.

Живет он в столице, а все столичные – очень непростые люди. Хотя он хочет казаться простым. Это, наверное, от того, что он не всю свою жизнь был столичным. В Москву он приехал, кажется, уже после школы. Ему в этом смысле очень повезло, ведь отец его занимал высокое положение по тем временам, и это позволило их семье стать по-настоящему московской. Они не скитались по съемным и коммунальным квартирам, а сразу получили элитное жилье в самом центре, в районе ВДНХ. Сейчас ему шестьдесят пять лет, и как раз в год нашего с ним знакомства он вышел на пенсию. По знаку зодиака он – Стрелец, ну и как свойственно всем «стрельцам», очень влюбчивый и любвеобильный. Вообще-то он считает, что он из какого-то особенного тринадцатого знака, называемого Змееносцем. Ну а кто, скажите мне на милость, себя особенным не считает? «Стрельцы» точно, все без исключения, считают себя выдающимися и лучшими из лучших.

Красивым он никогда не был и на мачо не смахивал. Невысокий, худенький, даже можно сказать, щупленький, он до сих пор выглядит очень моложаво. Увлечений особых не имел и не имеет, правда легко умел осваивать новые профессии, и это очень помогало ему пережить перестроечное время и оставаться на плаву до самой пенсии, в его понимании, конечно. «На плаву, это как?» – спросите вы. Ну, примерно вот так – позволил жене долгое время не работать, содержал их с дочкой на свою инженерную зарплату, «подкалымливал», если случалась такая возможность. Квартира ему досталась после смерти родителей, и из ее окон он все время видел и продолжает видеть только ВДНХ. На эту, знаменитую во всем мире, выставку он попал только в прошлом году. Наконец-то позволил себе. Еще он однажды «позволил» съездить в командировку в Штаты, и эта командировка оставила в его памяти много новых и незабываемых впечатлений, о чем свидетельствует цикл его ярких рассказов об Америке. О ресторанах, концертах, театрах, он не имеет никакого представления, как в прочем и основная масса москвичей. Зато он прекрасно разбирается в современном кинематографе, благо теперь есть такая возможность, сидя на любимом кресле или лежа на продавленном в определенных местах диване, просмотреть огромную массу фильмов отечественных и зарубежных. Он с удовольствием обсуждает просмотренные фильмы с женой, у которой, кстати, свой телевизор и свой репертуар для просмотра. Встречается он с ней на кухне и во время нехитрых обедов и ужинов, которые традиционно имеют свойство затягиваться на час или два, ведет долгие разговоры. После этого он вновь возвращается к привычным для себя занятиям и путешествует по Всемирной паутине Интернета. В своей комнате он наслаждается уединением до тех самых пор, пока не получит от жены очередное задание сходить в магазин за продуктами, в аптеку за лекарствами, оплатить коммуналку или отремонтировать какой-либо из электроприборов, вышедший из строя без предупреждения, нарушив тем самым привычное течение жизни. Тогда он, опечалившись, пишет мне примерно следующее: «Извини, дорогая! Вынужден прерваться. Меня напрягли, пойду сейчас за продуктами! Вернусь позже!» Или же: «Пошел наводить порядок, скоро будут гости! Целую! Береги себя!!!»

Все, что я узнала о нем, а правда это или неправда одному только Богу известно, сам он и написал в своих коротких сообщениях. Ведь легче всего говорить с тем, кого не знаешь, не видел, да и никогда в жизни не увидишь. Это своего рода разговор в поезде со случайным попутчиком. И, надо сказать, это даже гораздо легче, ведь ехать-то никуда не нужно. Сиди себе знай в собственной комнате, отгородившись дверью, и представляй что душе угодно, хоть поезд, хоть самолет, а захочешь, так и белая яхта привидится не во сне, а наяву. И все-таки, мне иногда кажется, что такие разговоры заводятся не просто, чтобы выговориться, а как раз затем, чтобы их услышали другие и высказали хотя бы капельку сочувствия, а, если повезет, то и поддержки. А, если повезет еще больше, то дадут и дельный совет. Может совет этот и не пригодится вовсе, но одно то, что он был дан, объединяет на некоторое время и создает иллюзию того, что кто-то с тобой заодно и думает так же, как ты.

Так и здесь. Ведь Стас прекрасно знает, что я пишу, и могу использовать информацию, свалившуюся на меня случайно, в своих целях. Да я никогда и не скрывала свой, иной раз «шкурный» интерес, аргументируя его очень просто. На его вопрос: «Зачем тебе это?» отвечала прямо: «Нужно поймать Музу!» В общем-то, к тому времени, как у меня появился этот «шкурный» интерес в связи с решением написать все-таки о мужчинах, я уже совершенно точно имела представление о Стасе и его жизни. Поэтому некоторые вопросы задавала лишь для проформы и уточнения мелких деталей. Все остальное, естественно, додумала сама, и прошу простить меня, если что-то не соответствует действительности. Ну а что в этом плохого? Я и сама прекрасно понимаю, что все люди отчасти сказочники, выдумывают всякую всячину, сочиняют на свой лад сказки и сами неподдельно верят в них. Вера их распространяется с такой скоростью, что вскоре и все окружающие могут поверить в эти придуманные истории, особенно если идея сочинительства пришла в голову профессионалу. Тогда истории приобретают собственную судьбу и живут, независимо от автора и его героя. Так что, если написанное мною, будет принято читателем за чистую монету, и он не сможет определить с точностью, где правда, а где выдумка, прошу у Стаса прощения за внедрение в личное пространство и обнародование некоторых данных. А может мои умозаключения ему тоже придутся по душе! Кто знает?

К моему глубокому сожалению сам он за последний год ни строчки не написал. Рассказы его доступны и интересны для любого читателя своей жизненной простотой, а стиль его повествования особенно нравится женщинам. Именно они в большей степени и хвалят его творчество, что следует из комментариев, ими оставленных. Он и разговаривает так же, как и пишет. Рассказчик он знатный, любого заболтает, вернее любую. А женщинам только этого и надо, чтобы им «лапшу на уши вешали», да побольше, да подлиннее. В общем, если и пользовался он успехом у женщин, то только благодаря своей способности «убалтывать». На комплименты он никогда не скупится, и такие эпитеты, как «любимая», «дорогая», «целую», для него настолько естественны, что он даже не придает особого значения, кому их адресует в данный момент. Именно на этом и «замешано» его умение «убалтывать».

Что удивительно, он готов так говорить, как только поднимется с кровати. Но делает он это не раньше полудня. Так что с середины дня, когда он насладится первым глотком любимого кофе, и до глубокой ночи он в полном вашем распоряжении и готов поговорить с вами. О чем может с вами поговорить мужчина шестидесяти пяти лет, спросите вы. У него это зависит от погоды, как я заметила. Лето – его любимое время года, он любит тепло и даже жару. Хотя, надо отметить, тепла, а особенно жары, в Москве практически не наблюдается. Так что будем считать, что само наступление лета его радует и возбуждает. Скорее всего, его возбуждают голые ножки в шлепанцах и босоножках, обнаженные плечи, развевающиеся на ветру локоны волос, как воспоминание о его длинноногой, тонкой и гибкой, как трепетная лань, жене.

Такой именно Алена и была, когда они встретились, в такую именно он влюбился и такую любит до сегодняшнего дня.

У Стаса еще в младших классах появилось увлечение фотосъемкой, а позже, будучи старшеклассником, он получил в подарок от отца портативную кинокамеру. Она позволяла ему запечатлеть самые интересные моменты школьной жизни и жизни вне школы, а самому при этом оставаться за кадром. Подсматривать за всем происходящим как будто из-за кустов. В этом был самый «кайф». Судя по кадрам, в которые он каким-то образом попадал на несколько секунд, подростком он был весьма стеснительным и неприметным, скорее «ботаном», воспитанным в интеллигентной семье. Но, к большому сожалению, девицам всегда нравятся другие, не такие, каким был он. Если он и был влюблен в школе в какую-нибудь девчонку, то, скорее всего, она была влюблена в его друга. Так обычно бывает. Съемка помогала ему высматривать что-нибудь ироничное и смеяться от души долгое время над сотоварищами, более выдающимися, чем он. Так он облегчал жизнь своему эго и поднимал весьма невысокую самооценку, которая свойственна подросткам его типа.