Да здравствует Герберт Уэллс!
- -
- 100%
- +
Подбираюсь, затаив дыхание от нахлынувшего адреналина, чуть ближе, чтоб убедиться. Точно: лом! Вот повезло, так повезло! И если я… Смогу его достать… А должен – держатели кажутся вполне стандартными и доставать железяку должно быть удобно и легко! Именно так и проектируются все эти роботы – чтоб таскать с собой весь набор орудий и устройств, которые мог бы, при необходимости, достать и пустить в ход и самый обычный ремонтник. То есть – человек. Ну, или нечеловек. Но существо с конечностями.
Заставляю себя перестать рефлектировать, быстро подбегаю к торцу машины, выдёргиваю лом из держаков. У каждого механизма есть огромный минус – скорость реакции электронных мозгов, может, и составляет доли секунды, но вот приводные механизмы!.. Всегда имеют инерцию и в скорости движений ограничены. Быстро лезу по лесенке наверх платформы, и со всей дури бью по начавшему разворачиваться ко мне тубусу!
Вмятина получилась – будь здоров! А точнее – тубус сложился почти под прямым углом.
Сработало! Потому что заискрило, задымило, и затрещало чёртово орудие на башне! Заскрипел и гусеницами мой повреждённый охранник подвалов! Моторчики воют – явно на форсаже! И вот, пока он пытается развернуться, бросаю ему с таким расчётом, чтоб увидал сразу, и всю свою «сумку», а сам делаю что было сил ноги, направляясь в противоположную сторону – к ближайшему выходу из подвала, пользуясь тем, что машина оказывается закрытой от меня всё тем же рядом баков-цистерн!
Финт прошёл благополучно.
Толку, правда, от этого не получилось никакого. Потому что заблокирована оказалась дверь в его торце, и не среагировала на моё нетерпеливое стучание по ней!
Ругаюсь про себя, а затем и вслух – когда упрямая дверь не сдвигается и на повторное, более «нежное», «стучание».
Всё ясно. Ремонтный гад может дистанционно перекрывать все двери и люки здешних помещений. Или…
Или он перекрыл двери заранее – ещё когда осматривал контрольную панель шкафа. И понял, что кто-то тут был. И остался. И «хлебал из его чашки» – а проще говоря – пил из его цистерны-бака. Однако рассиживаться некогда – даже без лазера мой друг наверняка имеет резервные устройства для устранения «нежелательных существ». Отступаю за ряд баков, осторожно выглядываю – точно! Уже выбрался на оперативный простор центрального прохода мой танк, и весьма быстро – километров этак в десять в час! – приближается к моему торцу подвала!
Проклятье. Бегать от него, даже при условии, что ему нечем в меня выстрелить, наверняка долго не удастся. Потому что механизм – это механизм. А я – всё-таки живой. И рано или поздно устану и захочу пить. И есть. О, вот, кстати – идея!
А что, если мне пробежать по чёртову соединительному тоннелю до ближайшего подвала, да попробовать выйти – уже через его двери?! Конечно, может так случиться, что чёртов механизм дистанционно заблокировал и их… Но шанс-то – есть! Поэтому жду, чтоб ремонтник с так и искрящим на крыше башни повреждённым тубусом подобрался поближе, и снова обхожу ближайший бак: так, чтоб снова оказаться сзади робота!
А когда это удаётся, сую лом, который так автоматически и не выпустил из рук, в ближайшую гусеницу: надеюсь, что хотя бы на время удастся чёртову перечницу обездвижить – мне бы только скрыться за углом, в тёмном коридоре!..
Лом сработал и на этот раз: башенка завертелась, механические клешни-лапы потянулись к моей железяке… Но я уже бегу за рядами цистерн к вожделённому проходу к другим подвалам!
Тоннель-проход к этим самым другим подвалам оказывается вполне широк и удобен, не менее пяти метров в ширину, и высотой метра в два. А поскольку я невысок, мне это не мешает. Мчусь со всех ног по нему, радуясь, что не забыли его строители оснастить и его автоматическими лампами: загораются по мере моего пробегания! Но особо долго любоваться проходящими по обе стороны от центрального прохода толстенными трубами мне не удаётся: не проходит и полутора-двух минут, как я в подвале следующего здания! Кидаюсь сразу к ближайшему торцу. Нежный хлопок ладонью… Ф-фу-у… Сработало!
И вот она – вожделённая свобода!!!
Дверь-переборка ещё не кончила сдвигаться, а я уже выбегаю на лестничную площадку. Темновато, но ошибиться с выбором направления невозможно. Вверх!
Пробегаю по пандусу и анфиладе пустых комнат, за окнами которых уже почти стемнело – похоже, имеется-таки здесь и ночь! – выбегаю к выходу.
А вот рано я радовался. Выход на улицу из центрального портала перекрыт чем-то вроде прозрачной перегородки. Подхожу к ней – не припомню, чтоб такую штуку видел здесь при входе. Однако терять мне нечего: нужно попытаться прорваться! Стучу ладонью по прозрачной и холодной поверхности.
Ур-ра!!! Она сдвигается вбок, и я буквально вылетаю наружу, «на крыльях» любви к свободе! Даёшь открытые пространства пустыни, долой клаустрофобию от тесных подвалов!..
Бегу что есть духу туда – к кольцевому шоссе. Вон оно: не более чем в четырёхстах метрах! Зыбкое марево тамошнего «барьера» пролетаю за доли секунды, уже не заостряясь на «ощущениях»!
Пустыня! Какое счастье! И плевать мне на всех здешних ящерок-птеродактилей! Они – живые. И их я смогу «уделать»! А вот механистического монстра…
Хотя монстр-то – ни в чём не виноват! Он просто так запрограммирован!
И если хозяева заложили в него приказ убивать всё, что видом на них не похоже, и может быть потенциально опасно для сложной машинерии, имеющейся там, внизу, на «технических» уровнях явно самодостаточного механизма Города – я тут поделать ничего уже не могу. Поскольку не специалист по перепрограммированию. Да и зачем?!
Ведь я тут – гость. А бедняге танку ещё работать и работать! И пусть он теперь будет обходиться без лазера – остальные-то системы и устройства у него остались неповреждёнными! Впрочем, думаю, никто не помешает ему заменить и лазер. На каком-нибудь складе. Или Центральной ремонтной Станции. Но это уже – меня не касается. Я ни разыскивать эту Станцию, ни пытаться «войти в контакт» с местными механизмами не собираюсь. А собираюсь я просто – выжить!
10. Монстр из плоти
Поэтому быстренько забегаю на ближайший подходящий бархан, убеждаясь, что никто на, и – в нём не сидит, коварно притаившись в засаде, и плюхаюсь в песок, стараясь не высовываться из-за гребня. Перевожу дух. А затем начинаю и высовываться: мне нужно точно знать, будет ли чёртова железяка преследовать меня по пустыне… Или же её «оперативное пространство» ограничено пределами Города. Или вообще – подвалами.
Вот и лежу. Поглядываю. Заходящее солнце светит вполне удобно – справа, и не мешает. Тени от небоскрёбов и разных эстакад-виадуков словно сплетают чудовищную не то сеть, не то – паутину, которая причудливыми фестонами и кружевами покрывает всё пространство застройки. Любуюсь, если можно так назвать придирчивое изучение всех построек, а вернее – их «выходов». Особенно внимательно отслеживаю то здание, откуда я только что выбежал. Плюс то, через которое вошёл. На всякий случай выжидаю не менее десяти-пятнадцати минут – уж за это время можно доехать до выходов и на той черепашьей скорости, что имеет мой любимый танк-ремонтник.
Но никто никуда из зданий не выбрался.
Порядок, стало быть. И преследовать меня не будут. Возможно, и потому, что наружные камеры наверняка показали, что я покинул «пределы»…
Зато пока лежал, успел много чего передумать и прикинуть.
Если я действительно провёл в подвале несколько часов, пока искал, пил, ел и отсыпался, ночь подкралась не слишком, как говорится, незаметно. День здесь длится вовсе не вечно, как я сначала посчитал. То есть – планета ещё не развёрнута к своему светилу одной стороной, как, скажем, наша Луна – к Земле. И смена дней и ночей тут имеется, пусть сутки и объективно длиннее наших. Намного.
Вот, стало быть, моя насущная забота: найти источник воды, (Поскольку в Город меня уж точно теперь так запросто не впустят!) пищу, и укрытие. Ну, плюс, конечно, желательно и то, что может заменить одежду. Поскольку «ночка» ожидается явно прохладная. Мягко говоря. Я слышал, что в Сахаре зимой и ночью могут быть и отрицательные температуры – настолько быстро и капитально охлаждается без солнца песок…
Следовательно, нечего рассиживаться. Нужно оперативно найти ещё какого-нибудь птеранодона, чтоб снять с него шкуру, или «отстегнуть» крылья. И ящерицу – уже для мяса. Ну и, для совсем уж крайнего случая – питья её крови.
Поднимаюсь со стоном, и двигаю в пустыню. К Городу смело поворачиваюсь спиной, иногда всё же оглядываясь. Сейчас, на закате, когда солнце уже буквально в нескольких градусах от линии горизонта, здесь даже почти нет ветра – да и вообще, всё вокруг кажется словно замеревшим. Застывшим перед периодом долгой темноты. Тихо, как в могиле… (Тьфу-тьфу!) Блинн, спят они тут все в это время, что ли?!
Но мой самый в этом плане чувствительный барометр, расположенный пониже спины, говорит о том, что куда вероятней, что – охотятся.
Под первым же подходящим достаточно большим и явно старым кустом с колючками-гарпунами нарыл себе костей. Заострил кое-как о другие кости (Такого удачного куска пемзы, как в первый раз, к сожалению, не попалось!) наиболее подходящую. Порядок – я уже не безоружен. Хоть и не одет. Эй, ящеры-птеродактили, где вы?
Впрочем, жаловаться грех: инстинктивно двигаюсь к самому высокому местному бархану, и вот: нате вам! Словно специально для меня приготовленный там варан уже традиционно шипит на меня, и даже плюётся, подслеповато щурясь, и вертя головой: ещё бы: солнце светит ему точно в глаза!
Наивная скотина.
Через полчаса я и при мясе, и даже отвратительной на вкус, отдающей то ли медью, то ли – свинцом, крови, напился. Б-р-р-р! Чуть не стошнило. Но я же – «приспособленец». «К любым условиям». Терплю. Хоть и матерюсь, понятное дело.
Так, хорошо. Мясо и кожа для нового мешка-сумки у меня есть. А вот с летающими – проблема. Не желают они на ночь глядя летать!
Ладно, даст Бог, переживём. Единственное, что напрягает – солнце скрывается-таки за горизонтом, пока я свежую очередного трёхметрового «крокодила пустыни». Но ещё какое-то время наверняка будет вокруг достаточно уже почти привычного изумрудно-зелёного рассеянного света, чтоб организовать себе нечто вроде «уютного гнёздышка» для безопасной ночёвки.
Вот этим и пытаюсь заняться. Нахожу и стаскиваю к особенно большому кусту-людоеду вездесущих шаров перекати-поле: стараюсь выбирать те, что покрупнее. А находить их нетрудно: большинство застревает на небольших пока кустиках-людоедиках, и просто в низинах. Сами шары и правда – почти круглые, и колючки у них развёрнуты вовнутрь – похоже, чтоб катиться было удобно, а внутрь уж никто не совался, побоявшись застрять. Я на «сочную зелень» серых жёстких веточек-проволочек и дохленьких листочков покушаться не собираюсь. А собираюсь я обложить подножие выбранного мной куста-патриарха так, чтоб там, внутри, образовалась ниша для размещения моего бренного тела. Потому что не слишком верю, что «замирает» тут на ночь вся жизнь. А, скорее всего, как и дома, на Земле, как раз – оживает! Мало ли кто тут шастает по ночам!
Хотя от вездесущих змей и всяких там сколопендр-тарантулов-жуков-вонючек, так, конечно, не спастись… Но, может, от крупных гадов, если они есть, и лютуют с наступлением темноты – !..
Залезаю, перед тем, как забраться в свою «крепость», на ближайший бархан. Смотрю в сторону Города. Странно. Вокруг него ореолом в форме полушария имеется этакое мглистое сияние. Словно из ниоткуда взялся мощный рассеянный свет, неплохо освещающий все эти виадуки-развязки-здания… Что именно светится, не ясно, да и ладно – удивляет только, как это я за всеми своими «хозяйственными» делами проглядел, когда он зажёгся. Впрочем, сейчас это представляет чисто, как выражается Вадим Петрович, «академический интерес». Поскольку мне в Город вход заказан. Спускаюсь вниз. Сажусь.
Спать пока не собираюсь – силы ещё имеются, да и не хочу я в очередной раз оказываться там, в нашем тренировочно-игровом зале. Не «наигрался» я ещё здесь!
Вот и начинаю снова думать. Обобщать. Сопоставлять. Свои раскладки и выводы об избранной как-то самой-собой тактике действий. Местный танк я уделал, в-принципе, практически так же, как и конандойлевскую лягушку – сзади, коварно. И подло.
Впрочем, подходящим ли тут вообще является понятие «подло»?
Да, в старые-стародавние времена, когда рыцари скакали друг к другу лицом (Хоть и с опущенным забралом!), или дуэлянты целились из пистолетов в противника, тоже стояли передом. Или, там, боком. Лицом, в-смысле. Не говоря уж о тех, кто дуэлировал на шпагах. Но это относится к дракам-разборкам между людьми. Вот тогда и имело смысл говорить о таких понятиях, как честь, честность, кодекс и правила турниров, и так далее. Потому что уже даже «спортивные» охотнички, когда стали осваивать Африканские саванны и джунгли Индии, явно были в «другой весовой категории», когда выходили с мощными многозарядными ружьями, или вообще – автоматами, против тех же тигров, львов и даже слонов…
Времена сейчас просто – другие. Как и обстоятельства. Пользоваться нужно всем арсеналом наработок! В схватках-спаррингах у нас речи о соблюдении правил и кодексов не идёт. (Хотя в пах мы и стараемся друг друга не бить, это вовсе не значит, что не можем, и не будем бить так чужаков и врагов!!!) Тут принцип один: обманул, запутал, вывел из строя коварным финтом или ударом – молодец! Победил, значит! А главное сейчас – только это!
Как не устаёт повторять тренер – сменились ориентиры и приоритеты.
И отнюдь не в сторону толерантности и уважения к врагу! Что же до «честности и чести» – оставим эти устаревшие понятия там же, где сейчас толковый словарь Ожегова: то есть – в прошлом. Это если сказать мягко.
Пока сидел, напряжённо оглядываясь и принюхиваясь к запахам, приносимым снова поднявшимся лёгким ветерком, засёк и кое-что настораживающее. В частности – небо. Звёзды, проступившие на нём, ну вот никак не складывают привычных и знакомых мне созвездий. Да и вообще: кажутся куда крупнее и зеленее (Ну, с этим-то понятно!..).
Следовательно, Машина заморочилась создать специально для меня абсолютно новую галактику. Или вселенную? А, может, ничего она не заморачивалась, и на самом деле я и есть – в другой Галактике?! Перенесённый сюда сквозь «кротовую нору» какой-то жутко навороченной и продвинутой инопланетной техникой?! К которой наши спецслужбы получили доступ, договорившись с этими самыми зелёными человечками?!
Но зачем бы им это надо? Они что – хотят воспитать из нас этаких универсальных межзвёздных пехотинцев? Циничных и безжалостных убийц? Бред!
Уже в наше время все ведущие армии мира предпочитают вести непосредственные боевые действия – с помощью дронов! И роботов! Или вообще – микропами. Или уж, вот именно, бациллами-вирусами.
Инопланетяне что же – глупее? Должны понимать, что электронные мозги дадут по части скорости реакции и действий – любому пехотинцу фору! Хотя…
Поводов для сомнений в подлинных целях нашей суровой подготовки у меня полно. Давно эти подозрения возникли. Разобраться и в них и в себе вот только не удаётся.
«Бей гадов!..» Конечно, этот девиз можно толковать по разному. В частности – принимать за гадов толсто…опых зажравшихся мажоров и наглых «папочкиных» шлюх на крутых тачках и в брюликах. Или – тех же понаехавших. Китайцев. Азиатов. И прочих хохлов-молдаван… Что отнимают законные рабочие места у наших, местных, ещё и сбивая цену на рабочую силу. Поскольку готовы работать и за треть положенной законодательством Гражданину России минимальной заработной платы.
А можно за врагов считать и чиновников-бюрократов. Или даже представителей иностранных компаний – вон, пресловутый Макдональдс уже навяз у всех в зубах со своей вредоносной пищей, от которой и ожирение, и импотенция, и диабет, да и вообще – целый букет всяких болячек!.. Хотя они и прожужжали всем все уши, что «Никоим образом никому ничего насильно не навязывают! И выбор того или иного обеда происходит только по личному желанию любого потребителя!» А ещё за врагов и гадов можно считать и наших же бюрократов-крючкотворов во всяких там ТСЖ, и в регистратурах, налоговых, собесах, и прочая, и прочая, где людей изводят мелочными придирками и ненужными формальностями. Вымогая взятки. За справки и т.д. А можно за врагов считать и…
Но тут мои невесёлые думы и раскладки прерывает самая «банальная» вещь.
Чей-то грозный басовитый рык. Доносящийся, как ни странно, откуда-то… Из-под земли?!
Чёрт. Так у нас, в-смысле, на Земле, рычит только тигр! Ну, или лев. Крупный.
Хотя, насколько помню, в пустынях они не водятся: нет элементарной кормовой базы. В виде всяких там антилоп, зебр и газелей. И тени: в виде акаций, пальм или других деревьев. Да и не побегаешь по песку…
Однако очень скоро мне приходится убедиться, что рычал не тигр. И не лев.
В пятидесяти шагах от меня песок начинает вздыбливаться, всё выше и выше, вздымаясь в воздух настоящими фонтанами и струясь потоками! И на поверхности показывается…
Вначале – весьма уродливая голова. Чудовищно, нереально огромная. Квадратная.
Кого она мне напоминает?
Да банальную же черепаху! Вот и клюв, как у попугая, вот и чешуйки, отблёскивающие сотнями зайчиков от света звёзд, вот и чёрные полусферы огромных глаз – тоже с хитрыми искринками. Шея, конечно, кожистая… Зато толщина – о! А вот и приоткрывшаяся пасть с острой кромкой челюстных пластин – ого! Тираннозавры отдыхают!!!
Но вот песок зашевелился в круге диаметром с добрый бассейн, и на поверхность выбирается и остальное туловище… По размеру очень даже соответствующее голове.
Я сказал – черепаха банальная? Беру свои слова взад! Потому что не может банальной быть черепаха размером с танк. А вернее уж – с два!
И вот этот колоссальный монстр, эта чудовищная гора, возвышающаяся теперь над песком на два моих роста, начинает плотоядно принюхиваться, сопя так, что слышно, наверное, за добрый километр. И вид у неё при этом весьма голодный и заинтересованный. Поберегитесь вараны и птеродактили?..
Ага, чёрта с два. Хотите верьте, хотите – нет, но разворачивается и направляется это чудовище прямо ко мне! И как-то инстинктивно понимаю я, что «шерсть…изде – не защита». И не поможет мне мой валик из кустиков перекати-поля. И выход только один.
Бежать, что было мочи, обратно в негостеприимный Город!
Потому что больше некуда.
Вот и бегу, подхватив свои немудреные пожитки, сломя голову, думая, что теоретически черепаха – травоядная, и гоняться за мной ей, вроде, смысла нет… Однако утешают эти мысли слабо, поскольку целеустремлённость движения и щёлканье хищным клювом-ртом не оставляют никаких сомнений в преимущественном рационе питания моей преследовательницы. Мясо! От этой мысли буквально мороз по коже! Быть сожранным чудовищной рептилией, из которой там, дома, мы сами варим супы!.. Бр-р! Вот была бы «ирония судьбы»!
Вот и чешу со всех ног, поминутно оглядываясь, к вожделённому шоссе, мечтая только об одном: чтоб здоровущий панцирь не пролез в невысокие (Хоть и широкие!) двери! И выдержал бы материал зданий, если чудовищный панцирь начнёт ломиться сквозь косяк!
Впрочем, довольно скоро выясняется, что бежать особо быстро не нужно: «крейсерская» скорость у рептилии не выше, чем у давешнего ремонтного танка: километров десять в час. Со вздохом частичного облегчения перехожу на бег трусцой. Полосы мяса, которые срезал с хребта варана, лупят меня по голой груди и спине, однако вот чего я делать никоим образом не собираюсь – так это расставаться с таким трудом добытыми запасами пищи! Единственное, что напрягает, мысль о воде. Потому что во входное отверстие любого здания я, конечно, сунуться попробую… Но никто не гарантирует, что чёртов обиженный мной танк не поперекрывает все двери в подвалы!
Сердитая, и сопящая, словно тот ещё тяжеловоз-локомотив, туша между тем и не думает прекращать преследование. Можно подумать, что она из вредности игнорирует наверняка куда более привычных варанов и прочих змей, чтобы только усладить свой пресытившийся этой банальной едой вкус – изысканным лакомством. В виде человечины.
Ну что могу сказать. Сволочь она настырная!
Вопреки моим сомнениям барьер у шоссе легко преодолели и я, и черепаха. Облизывающаяся монстра даже не задержалась ни на миг. Вон: опять моргает вылупившимися на меня зенками. И ведь не получится выбить их, как я было навострился: видел потому что я и «броневыешторки» – тяжёлые веки из кожи, с чешуйками, опускающиеся, чуть что, на органы зрения. Ладно, погоди ж ты. Может, удастся столкнуть тебя нос к носу с моим здешним знакомым!
Хотя и ему придётся солоно, если не успел поменять лазер на запасной!
Бегу не к первому своему зданию, и даже не ко второму. Держу курс на самый высокий в близлежащем районе небоскрёб: он тут и шире, и выше остальных, и даже вверху – не традиционно прямоугольный, а как бы – скошенный, этакая заострённая пирамида.
Дизайн, мать его!.. Или его пик-шпиль – просто антенна?
Но особо предаваться рассуждениям об изысках местной архитектуры и средствах теле- и радиокоммуникаций времени нет – чудовищная махина упорно прёт ко мне, словно сбрендивший линкор, загребая когтистыми лапищами так, что высекает искры из асфальта, или что там его заменяет, и вожделённо облизываясь. (Увидал в рассеянном свете зари от Города, как поблескивает слюна на салатовом огромном языке!)
Если б встретились где-нибудь далеко в пустыне, и не имелось бы запасного варианта, куда бежать, думаю, со страху запросто можно обо…раться – реально здоровенная и злющая гадина. И загнала бы меня чисто измором! Впрочем, отнюдь не уверен, что если сейчас сунусь к ремонтному агрегату, он вот прямо на мою защиту так сразу и встанет!..
Но вот я и у небоскрёба. Хлопаю ладонью по плите, она отъезжает: пока всё в лучших традициях. Но дальше начинаются проблемы. Слышу я из глубины здания знакомые до боли шлепки – гусеницы! Что делать?! Выхожу обратно за портал, и показываю язык сердитой черепашке. Та словно понимает, что я её дразню. Сердито ревёт. Во всю глотку. Невольно щурюсь. Ого-го!.. Децибел сто пятьдесят – словно самолёт разгоняется!
Но соваться в здание пока не спешу: жду, кто из моих «друзей» доберётся до меня раньше. От этого, как говаривает тренер, многое зависит!
Первой добирается черепаха. Отскакиваю внутрь, стараюсь откатиться чуть в сторону от локомотивного нижнего края панциря, оглядываясь. А вот и мой друг! Или это не мой друг? Не-ет, мой! Хотя он и явно успел лазер поменять: вон: начал палить!
Зелёный луч с омерзительным шипением и дымком погружается в серо-зелёную плоть вокруг шеи, бьёт и по морде: черепаха закрывает глазищи! Но попыток пролезть внутрь не оставляет, хотя явно видит, что здесь ей не протиснуться! Мой друг автомат продолжает поливать её лучом, и помещение заполняет отвратительный смрад от горелого мяса, и аммиака. Кровь, что ли, черепашья так воняет?..
Но вот до пресмыкающейся доходит, что что-то с ней происходит нехорошее. И так может странный агрегат и убить её! Она начинает отступление задом, и пытается развернуться. Не тут-то было! Луч, мощность которого явно повысилась до максимума судя по нестерпимому свету, отсекает ей одну лапу, а затем и вторую, и монстра оказывается заблокирована в дверном проёме! Теперь ей – ни туда ни сюда, и пока она ревёт благим матом, чувствуя приближение смерти, пользуюсь случаем, и протискиваюсь наружу, в небольшую щель между полом и панцирем! Ф-фу-у…
Как бы не так.
«Фу» отменяется.
Потому что с трёх сторон к нам, то есть – ко входу в небоскрёб на всех парах «несутся» ещё три ремонтника. И до них не больше пятидесяти шагов! Увидев меня, особо не раздумывают! А сразу палят со всех стволов!..
Больно-то как!!! Словно я – в гестапо!.. А-а-а!.. Мать вашу!..
Ну, что я могу сказать…
Предохранитель Машины, если честно, можно было бы отрегулировать и на боль поменьше. Потому что хоть я и вопил во всю глотку, но секунды две прошло, прежде чем моё отключившееся наконец «сознание» вернуло меня на канвас любимого зала.
Дико вопящим. И дымок от меня ещё с полминуты шёл…
Не говоря уж о том, что все наши на меня пялились, как на восьмигорбого верблюда. Ещё и на лыжах.
11. Дом, милый дом…
Трясу головой, делаю попытки подняться. (Лежу я, оказывается, на спине…)
Чёрта с два! Ноги разъезжаются и дрожат, руки словно не мои, трясутся, и тоже не желают слушаться, и голова кружится, словно от палёного бухла. Наши подбегают, сажают, а затем и встать помогают… Бурчу «спасибо», но голос тоже дрожит. Еле могу стоять прямо, и не шататься, словно осина на ветру. Ох-хо-хонюшки, как говорит мать.
Подходит тренер. Пристально смотрит в глаза. Моргаю. Но взгляд выдерживаю. Тренер спрашивает (Хотя чего тут спрашивать: и так всё ясно!):