- -
- 100%
- +
Лич отдал приказ в звезду, и высшего демона свернуло от боли, визг было резанул по ушам, но защита звёзды быстро погасила этот инцидент. Демон покрылся тёмной дымкой, буквально тая в воздухе, но лич являлся слишком опытным демонологом, чтобы позволить твари ускользнуть в камень душ.
– Итак, – я дождался, когда высший обретёт достаточную материальность, чтобы говорить, – надеюсь кривляния закончились. И мы сможем пообщаться, а поговорить нам есть о чём…
Я подтянул телекинезом стул, сел поудобнее и начал допрос про текущее состояние в доминионе. Может, найду лазейку, чтобы отблагодарить гостеприимную хозяйку по всей строгости…
Прошло чуть больше часа допроса, допроса тяжёлого. Демон ни в какую не хотел делиться информацией. Нет, он не врал и тем более не молчал, но все его ответы были настолько уклончивы, что зачастую уводили очень далеко от основной темы. На удивление, разумная тварь, на удивление! Все-таки близость к Бездне должна плохо влиять на мыслительный процесс, но эта тварь переспорила бы немало философов Кахора.
– Ладно, Падший, мы ещё продолжим, – я махнул рукой, – я найду способ «порадовать» твою госпожу.
– Оооо, – издал протяжный смешок старик, – Владыка хочет порадовать прекрасную Елиразоли ещё раз?
Я развернулся и указал глазами на дверь, приглашая учителя покинуть надоевший подвал.
– Это он про твоё совокупление с Елиразоли? – спросил лич, вставая.
– Видимо! Про что ещё он может болтать? – я покачал головой, сделал пару шагов. – Стоп! – я остановился, как вкопанный, пораженный ужасным предположением. – Тварь! Что ты имеешь в виду?
Глава 1. Пробуждение
{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 5 августа 2531 год}
– Роман Ахметович, – обратился владетель всей Российской Империи к немолодому грузному мужчине, – у меня к вам небольшая просьба.
– Я весь внимание, Ваше Величество, – спокойно ответил тот своему господину.
Император посмотрел на своего собеседника, директора Имперской Службы Внешней Разведки: он сидел в соседнем кресле так, словно проглотил кол и ни спускал глаз с господина.
– Надо поработать с одним аристократом в окрестностях столицы.
– Ваше Величество, вынужден осмелиться и предупредить, что работа в пределах Империи – не наш профиль. Подобными делами занимаются мои коллеги из Имперской Службы Безопасности.
– Я знаю, Роман Ахметович, я знаю. Но есть весомые причины, почему этим делом должна заняться именно ваша вотчина, именно Имперская Служба Внешней Разведки.
– Хорошо, Ваше Величество.
– Ваша цель – граф Алексей Уральский. Последний из клана Уральских. Бывший глава Крыла Исследований и Инноваций. Там довольно запутанная история и с кланом, и с терактом в основном комплексе Крыла. В общем, здесь вся доступная информация по графу, – Император достал из стола тонкую полоску одноразового носителя информации и положил перед Романом Ахметовичем.
– Я понял, Ваше Величество, – глава внешней разведки забрал носитель со стола и спрятал в сейф-кошелёк, имплантированный в его левое предплечье. – Задача? Дискредитация? Или, может быть, ликвидация? У меня как раз вернулась прекрасная команда по организации несчастных случаев.
– Ни в коем случае, – покачал головой Дмитрий. – Несмотря на официальную опалу и отдалённость от двора граф Уральский из хороших парней. И на самом деле приближён к трону максимально. Скажу даже больше. Три года назад ему делали предложение стать моим первым советником.
– Неужели? – глава внешней разведки удивлённо приподнял правую бровь.
– Это закрытая информация, не для общего использования. Но факт есть факт, граф Уральский один из моих ближайших сподвижников, и именно его вмешательство позволило мне остаться в живых и на троне в ходе известных событий десять лет назад.
– Какая неординарная личность. Но почему он отказался от такого высокого поста?
– Он не отказался. Во время теракта, уничтожившего Крыло Исследования и Инноваций, он был внутри основного комплекса и впал в кому.
– То есть, его три года не могли привести в сознание? – глава внешней разведки немного помедлил и аккуратно добавил. – Или не пытались?
– Ещё как пытались, лучшие умы Империи не смогли вытащить его. Несмотря на все достижения медицины.
– Что изменилось?
– Вчера он очнулся.
– Сам?
– Сам, – кивнул Император, – вот именно, что сам. И скоро его выпустят из карантина.
– Смею напомнить, мой господин, но мне до сих пор не совсем понятна задача.
– Граф Уральский – очень влиятельный и богатый человек. Например, нынешний глава Имперской Службы Безопасности – выходец из его команды. А трёхлетняя кома… это трёхлетняя кома… мало ли что у него с головой случилось. В общем, я хочу, чтобы за ним следили… для его же блага… и сообщали мне обо всех странностях. Естественно, незаметно.
– В том числе от коллег по Имперской Службе Безопасности?
– Вы всё верно понимаете Роман Ахметович, особенно от них!
– Я немедленно подберу команду и запущу процесс, Ваше Величество.
– Больше вас не задерживаю, Роман Ахметович.
Глава внешней разведки встал, коротко поклонился своему господину и вышел. С обеих сторон двери кабинета живыми истуканами стояли гвардейцы имперской охраны в силовой броне бело-красного цветов, цветов Императорской фамилии. Больше никого у кабинета Императора не наблюдалось, по всей видимости встречу главы внешней разведки и Дмитрия Третьего постарались провели максимально незаметно для двора.
Роман Ахметович секунду поколебался: прочитать досье сейчас или добраться до своего офиса? Но любопытство победило. Он вытащил полоску носителя и приложил её слева к шее, к тому месту, где ему имплантировали специальный считыватель. Прошло десять секунд, носитель осыпался вниз серебристой пылью, а вся информация загрузилась в голову главы внешней разведки. Ещё несколько секунд ушло на защищённое подключение к базам данных Имперской Службы Внешней Разведки, к сожалению, держать такое подключение во время разговора с императором, не позволял этикет.
– Очень любопытно, – подумал он, двинувшись к выходу, – дело обещает быть непростым, но весьма интересным.
{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, Сен}
Я качался на прочном пластиковом стуле в карантинной зоне.
Делать совершенно нечего.
Идеально квадратная комната. Абсолютно пустые белоснежные стены. Слабосветящийся потолок полусферой. И один единственный стул ровно в середине пола, для разнообразия чёрного. Но стул, естественно, белоснежно белый.
Хоть бы пластилин положили.
В голове неспешно бродили мысли.
И воспоминания…
– Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять! – сейчас ты у меня, ублюдок, попляшешь. Я уйду в небытие, но и тебя утащу следом!
– Какой зайчик? – удивился мой противник.
– Девять, – сейчас узнаешь! – Ноль!
Миг, растянувшийся в вечность, нестерпимой боли, когда меня взорвало изнутри, вывернув всю мою сущность наизнанку. И вот я кричу, захлёбываясь водой! Паника! Смерть? Жизнь?
Судорожно пытаюсь подняться! Удар о что-то плоское!
Гроб? Гроб с водой? Воздуха!
Рефлексы требовали воздуха! Не сдержавшись, я вдохнул жидкость в лёгкие и… продолжил дышать. Животная сущность отошла, и наконец-то включился разум, я ощутил вкус воды – реанимационная жидкость.
Значит, я в реаниматоре…
Но почему? Я же только что умер!
Шиза, чего думаешь? Шиза? Шиза, ты где?
Я потянулся своим телекинетическим щупом и осознал, что его нет. Магия? Нет! Астрал? Ничего подобного!
Вообще ничего нет!
Крышка реаниматора стала уходить в бок, по глазам резануло светом, и я потерял сознание.
А очнулся уже здесь, в центре белоснежной комнаты в мягкой пижаме.
Без собственной шизофрении, без магии, без астрала, без демонов и богов.
Только я, комната и едва работающий мыслеинтерфейс.
Не знаю сколько прошло времени, так как встроенные в мыслеинтерфейс часы словно сошли с ума: то показывая, что прошло примерно двадцать пять тысяч лет, то одумывались и выдавали всего лишь три часа.
Но всё это время я пытался нащупать, поймать свою магическую силу. В ответ лишь тишина. Ничего. Ровным счётом ничего!
В какой-то момент навалилась усталость и депрессия. Похоже, вся моя последняя жизнь была лишь сном, сном больного воображения. Следовательно, всё произошедшее – иллюзия. Моя новая семья, мой учитель, мои занятия магией и, конечно, же Рабера. Моя нежная ласковая эльфа. Пальцы правой руки судорожно дёрнулись, будто вспоминая нежность её кожи. Всё тлен и иллюзия.
Лучше бы я умер!
По щеке потекли слёзы… Выражая всю мою боль утраты…
Сколько же лет я не плакал? Наверное, с самого глубокого детства.
Это мысль меня отрезвила!
Я слишком сильный для столь явного проявления слабости!
Вытерев слёзы ладонью правой руки, я встал и начал ходить по комнате. Из угла в угол.
Сейчас не время для слабостей!
Во-первых, где я?
Во-вторых, сколько времени прошло с моменты взрыва комплекса?
В-третьих, когда меня выпустят из заточения?
В-четвёртых, что же со мной произошло? Каков диагноз?
Эти насущные вопросы и ещё десятки меньших без перерыва крутились в моей голове. Но они, к сожалению, оставались без ответа. Подобная белая комната может быть в любой точке Земли, да и не только на Земле, если хорошо подумать.
Я несколько раз подпрыгнул. Нет, вроде бы гравитационное поле нормальное и без искажений. Значит, я не на Венере, так как там гравитация ниже, но мой эксперимент не отрицает, что моё местоположение – космический корабль. Там искусственная гравитация, приведённая к земной. Хм… Но зато там есть небольшие боковые колебания гравитационного поля, которые можно определить с помощью… Стоп!
Как же сложно без Шизы, он бы давно уже завернул мои абсолютно бессмысленные рассуждения назад.
Без разницы где я географически.
Имеет значение лишь кому принадлежит эта комната-камера. Империи или нет. Если Империи, то всё хорошо – это стандартная процедура карантина при непонятных ситуациях. Вот если нет, то я, вероятно, пленник, и это моя тюрьма.
Но почему нет Шизы? Хм…
Я стал прокручивать прошлое, ведь мой внутренний голос находился рядом со мной даже до эпизода взрыва комплекса. Возможно, он был не настолько развит и самостоятелен, но он, Асириз меня раздери, был!
{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, зона наблюдения}
– Очнулся, наконец? – больше констатируя, чем спрашивая, произнёс граф Андреев Виталий, он же Кабан, он же текущий глава ИСБ.
– Ты быстро приехал! – произнёс граф Герц Михаил по прозвищу Ботан, отворачиваясь от огромного голоэкрана, на котором он наблюдал за Сеном, ходящим по карантину.
– Как он?
– Как обычно… странно… На ровном месте мощный энергетический всплеск, от которого армейский защищённый реаниматор чуть не накрылся, после чего Сен очнулся. А сейчас все показатели в норме. Абсолютно! Словно трёхлетней комы никогда не случалось.
– Действительно всё в норме?
– Жизненный показатели точно да. А вот, что у него в голове творится… Психоблоки никуда не делись, высшая аристократия как никак, – усмехнулся нынешний глава Крыла Исследований и Инноваций.
– Может пора с ним пообщаться?
– Ещё полчаса ему там гулять!
– Протокол безопасности? – понимающе спросил Виталий.
– Карантинный. Между прочим, он сам их и подписывал.
– Иронично, – усмехнулся безопасник.
– Как насчёт чашечки кофе?
– Строго положительно. Как раз обсудим сложившуюся ситуацию.
{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, Сен}
Постепенно я стал раздражаться от неопределённости и скуки. Помню, в прошлом существовало развлекательное шоу, где вот так за людьми наблюдали: как они живут, что делают, как общаются. Но мне из-за моего эгоцентризма никогда было не понять подобное «развлечение». Хвала всем богам, что до наших дней эта дикость не дожила!
Когда я уже начал присматриваться к стенам на предмет немного побить в них кулаками, открылась дверь и внутрь въехал робот, державший на своих манипуляторах поднос с вещами.
Один вид робота уже расставил всё на свои места: данная модель использовалась только внутри Крыла Исследований и Инноваций, удешевлённое шасси с удалённым управлением. Значит, я всё-таки дома.
После того, как я рассмотрел, что же принёс робот, то стало совсем хорошо: маленький железный друг притащил тёмно-серый костюм строгого покроя явно из моей коллекции, а также личный идентификационный чип.
Значит я дома, в Империи… Уважаемый гражданин! И что немаловажно: обеспеченный и влиятельный.
К тому моменту, как я облачится в костюм, робот уже уехал, но дверь осталась приглашающе открыта. Мыслеинтерфейс, конечно, сбоил и абсолютной памяти в наличии не имелось, но я и так помнил протокол безопасности, подходящий под мой случай, поэтому я знал, что произойдёт дальше.
Выйдя за дверь, я прошёл через короткий коридор, в стенах которого находились мощные сканеры, и вошёл в смежное помещение. Как я с надеждой и ожидал, меня встречали мои друзья Миша и Витя.
– Барон! Виконт! – я сделал два поклона вежливости согласно строгому дворянскому этикету. В данный момент мне показалось это забавной шуткой.
– Какой я тебе барон? Я уже давно граф! – пробасил Витя. – Иди сюда, бродяга! – после чего этот бугай сграбастал меня в свои объятия.
– Граф? – спросил я, после того, как мы нахлопались друг друга по спине. – Поздравляю! Но я смотрю ты не только в титуле прибавил, но и в талии малость тоже! – я кивнул на его наметившийся живот.
– Издержки профессии!
– А меня не обнимешь? – спросил Миша.
– Надеюсь, что к тебе я тоже должен теперь обращаться граф Ботан? – уточнил я.
– Естественно!
– Тогда графу не зазорно обнять другого графа! – в этой комнате были единственные люди в Российской Империи, которых я бы мог назвать своими друзьями. Если бы сейчас со мной находился Шиза, то он бы мог сказать ещё и про Императора. Но после пробуждения я понял, что для Императора друзья – непозволительная роскошь. Если повезёт, то другом ему сможет стать только Императрица.
В душе опять кольнуло от того, что рядом со мной нет моего второго я. Зато я понял, что раньше являлся личностью целостной и разносторонне развитой! Но надежда на то, что мой внутренний голос снова объявится тлела в моей душе!
– Друзья я вернулся! – громогласно провозгласил я, отгоняя мрачные мысли. – Сколько я прохлаждался? Судя по вашим титулам, немало?
– Три года, – ответил Миша, – и четыре месяца.
– Действительно, немало! Рассказывайте!
– Что?
– Парни, меня не было три года! Императорская фамилия не сменилась?
– Конечно, нет!
– Дмитрий Третий жив и здоров?
– С утра чувствовал себя прекрасно, – ответил Витя, – когда я совершал утренний доклад Его Императорскому Величеству, он изволил весьма бодро откушать три кусочка балыка и немного чёрной икры.
– Рад, что аппетит у нашего Императора в порядке! А почему ты делал ему доклад?
– Потому что я теперь, на секундочку, глава Имперской Службы Безопасности!
– Поздравляю! – я похлопал Витю по плечу. – А старый куда делся?
– Его немножечко казнили. За измену.
– Ну и правильно! – поддержал я, вспоминая прежнего главу. – Он всегда мне не нравился. Выглядел как крысеныш. Крысой и оказался. А если серьёзно, то давайте с самого начала. Что случилось с моей вотчиной? Вы нашли тех ублюдков, которые посмели вмешиваться в работу моего Крыла?
– Уверен? Может тебе стоит отдохнуть?
– Три годы отдыхал!
Графам понадобился целый час, чтобы кратко описать события минувших лет: о теракте против Крыла Исследований и Инноваций, о последовавшем расследовании, о том, как мои друзья пытались обуздать произошедший хаос.
– Финансовые аудиторы вместе с Сигмаром минфина до сих пор не могут понять, как ты провёл финансирование строительства резервного комплекса Крыла Исследований и Инноваций. Конечно, в целом картина ясна, но вот тонкости и нюансы… – под конец произнёс Миша.
– Бывает, – пожал плечами я.
– Расскажешь? – вроде бы нейтрально и невзначай спросил Витя, вот только меня его добрые глаза не обманывали. Безопасник – это состояние души.
– Случайно получилось, – усмехнулся я.
– А кто придумал эту схему? – Виктор иногда принципиально не понимал намёков, превращаясь в толстокожего собеседника, вот только на меня это не подействовало, я знал о том, что наш безопасник любит иногда включить недалёкого дурачка, поэтому и не верил в случайность этих вопросов ни на грамм.
– Я.
– Ты? – тут уже удивился Миша. – Не припомню в тебе таких финансовых талантов.
– Я полон загадок, словно сфинкс.
– Он же их только загадывал!
– А я умею разгадывать! – отрезал я. Врать друзьям я не хотел, но если они не понимают, когда не надо лезть, то это их проблемы.
Естественно, придумал эту схему, точнее множество слабосвязанных схем не я. Для этого надо родиться действительным гением, а у меня в загашнике такой гений имелся. Эльдар. Сирота, аутист, проведший всё своё детство в детском доме, специализирующемся на подобных заболеваниях. Но несмотря на все достижения психиатрии и медицины, они так и не смогли ему помочь. Какая-то добрая душа в детском доме в рамках терпимости и толерантности смогла выбить ему место в главном филиале Императорского Университета. Где нас однажды свёл случай, а там… даже не знаю… моя развитая интуиция просто приказала присмотреться к этому худощавому подростку с отрешённым взглядом.
После того как я смог пробиться через его аутизм, я понял, что за сокровище попало мне в руки. Гениальный финансовый математик! Который разработал совершенно новую математику для того множества схем, с помощью которых спрятаны финансовые потоки на строительство запасного комплекса. Хотя до встречи с Эльдаром я бы считал, что в условиях тотального финансового мониторинга и контроля Сигмарами подобное невозможно.
В итоге, Эльдара я незаметно пристроил в один «независимый слепой» трастовый фонд. Независимый и слепой в кавычках. Так как деньгами и ресурсами фонд оперировал в основном моими, а его управляющие прочно сидели на игле компромата и негласно держали меня в курсе всего происходящего. Поэтому они с радостью приняли к себе ещё одного финансового аналитика, который, надо отдать должное, честно удалённо работал. Естественно, подобные взаимоотношения между госслужащим и трастовым фондом попадали под добрый десяток законов УК РИ, но доверять деньги каким-то проходимцам и не иметь над ними контроля было выше моих сил.
Сейчас мне кажется, что Эльдар никакой не аутист, а ещё одна разновидность жнеца. Просто повёрнутый на другой сфере и не опасный для окружающих. И его труды могли бы многое изменить, вот только делиться ни с кем я им не собирался! К тому же в связи с тем, что последние три года я провёл в болезном бреду, надо навёрстывать упущенное время в Империи! А значит, такие люди мне самому нужны.
– Ты же понимаешь, что рано или поздно к тебе придут с этими вопросами! – люблю Виктора, но он иногда становится слишком назойливым.
– Кто? – деланно удивился я.
– Министерство финансов, налоговики, финмониторинг. Что ты им скажешь?
– На хрен – это тут недалеко. Буквально за углом.
– Ты же помнишь о том, что ты нарушил кучу законов, в том числе из уголовного кодекса? – аккуратно спросил Михаил.
– Ботан, тебе-то какое дело? – резко спросил я. – Или ты хочешь попробовать с меня спросить?
– Сен! – примирительно выставил руки друг. – Ты наш друг, и мы о тебе волнуемся! А зная твою иногда излишнюю резкость… Вот придут к тебе следователи и начнут задавать такие неудобные вопросы. Ты их пошлёшь?
– Конечно, – пожал плечами я.
– Перед законами все равны, – мои друзья недовольно покачали головами, – а ты пойдёшь по статье. И императору придётся вмешиваться в ситуацию…
– Конечно, придётся… – усмехнулся я, – вот только вы ситуацию в корне неверно рассматриваете, по статье я не пойду…
– То есть? – удивились друзья.
– Не понимаете? Я спас Крыло Исследований и Инноваций. Не сделай я того, что сделал, то Крыла не стало бы. Так?
– Так, – аккуратно согласился Михаил.
– Крыло Исследований и Инноваций официально входит в стратегическое кольцо, созидающее Империю. Так?
– Так…
– А конституция начинается словами…
– «Империя превыше всего…» – проговорил Виктор, – но это же просто фигура речи.
– Это первые слова конституции! – усмехнулся я. – Они перекроют любой закон и указ! К тому же… есть чрезвычайное распоряжение императора о «Незыблемости Империи и Великой Индульгенции», в котором говорится о том, что человек, принёсший неоспоримую пользу для стабильности и процветания Империи, получает индульгенцию на любые нарушения, которые потребовались для этого!
– Что-то не помню я такого закона…
– Это не закон, а чрезвычайный ордонанс, следовательно, он стоит выше любого закона, кроме конституции.
– Тем более… Дмитрий Третий никогда не принимал ордонансов, более того чрезвычайных, их принимали в смутные, тяжёлые времена.
– Зато его предок, Максимилиан Кровавый напринимал их целую кучу, а этот ордонанс ещё не отменили, – я усмехнулся, – поэтому у меня на руках великое прощение. И следователи пойдут туда, куда им скажут.
–Хм…
– Дорогие мои… не надо за меня волноваться. Тут всё настолько железно, что никто не подкопается. Ещё с десяток прецедентов накопать можно.
Мои друзья растеряно переглянулись.
– Ребят, у меня действительно всё схвачено. Так что предлагаю вернуться в более конструктивное русло!
– Как скажешь, – пожал плечами Виктор.
– У меня остался самый главный вопрос, – дождавшись внимания Михаила и Виктора, я продолжил, – что со мной случилось? Какой диагноз? Почему меня так долго продержали в реаниматоре?
– Прости, брат, – произнёс Виктор, разведя руками, – но ты больше не являешься главой Крыла Исследований и Инноваций.
– И, как следствие, у меня нет доступа к истории своей болезни из-за долбанной секретности.
Глава ИСБ виновато покачал головой.
– Один вопрос: секретность именно в моём диагнозе, истории болезни, или в чём-то другом, смежном?
Виктор и Михаил переглянулись, видимо на их репетиции нашей встречи данного вопроса не имелось.
– Парни! Вопрос абсолютно нейтральный! Тут нет никакого преступления! – естественно, друзья не поверили в мои слова, но Виктор всё же ответил:
– Секретно всё. В том числе твоя история болезни.
Любопытно! Шиза, слышал? Асириз меня раздери, его же нет! Но информация крайне ценная… что-то чудовищно неординарное произошло, если мою историю болезни закрыли дополнительной секретностью…
– Спасибо! Удовлетворили моё праздное любопытство, – придётся доставать старые заготовки, чтобы вытащить информацию о самом себе, – кстати, надеюсь, мою свободу никто не ограничивает?
– Конечно, нет! Твой домашний Сигмар уже с нетерпением ждёт твоего возвращения, за него, по-хорошему, тебя можно прищучить!
– Кто старое помянет…
– А кто забудет… – усмехнулся Виктор. – Что ты собираешься сейчас делать?
– Что буду делать? – задумался я. – Хм, стейки в «Набережной» по-прежнему изумительны?
– По-прежнему, – кивнул Кабан, – но недавно открылся чудесный ресторан в снежном квартале.
– Знаю я твои рестораны, – усмехнулся я, – еда, конечно, будет выше всех похвал, вот только в довесок пойдёт какое-нибудь шоу с лесбиянками и питонами.
– Как ты мог обо мне так подумать? – деланно возмутился Кабан. – Я, между прочим, респектабельный дворянин, целый глава имперской службы безопасности!
– Ага! – я рассмеялся, вспоминая прошлое. – А до этого ты не был респектабельным дворянином? Или должность главы безопасности крупной госкорпорации это слишком низко для некоторых?
– Лёха! – вмешался в разговор Михаил. – Он перестал шататься по подобным местам после личной просьбы императора, дескать надо вести себя как подобает по статусу и всё такое!
– Хм… – я задумался. С одной стороны снежный квартал, названный так из-за местного муниципального статута, предписывающего чтобы все здания в квартале являлись белоснежно белыми, являлся местом респектабельным и элитным, но с другой стороны… эти два мужчины рядом со мной… возможно, для кого-то они уважаемые, перспективные молодые дворяне, вот только я-то их подноготную знаю. И прекрасно помню, что они те ещё шутники!