Дар Тьмы. Праздник Кровавой луны

Внутри, как и ожидалось, пахло сыростью. В воздухе витала пыль. Особенно заметной она была у окон, откуда падал свет полуденного солнца. Лавки для прихожан, расставленные в ровные ряды с обеих сторон от входа, прокладывали дорожку к алтарю. Стены когда-то украшали красивые росписи, которые сейчас невозможно было рассмотреть под слоем дурацких современных рисунков и граффити от тех, кто не очень-то чтит старинные здания.

– Руки б у вас отсохли, – пробормотал Маркус, глядя на некогда прекрасный лик девушки с огромными белыми крыльями. Ее лицо теперь было обезображено каким-то шутником, решившим, что несколько неприличных слов на этой стене выглядят гораздо уместнее.

– Несправедливо, я считаю, – из соседнего помещения, тонувшего в темноте из-за отсутствия окон, послышался смутно знакомый голос. Маркус резко обернулся и с удивлением обнаружил выходящую на свет Молли. Девушка приветливо улыбнулась и кивнула на испорченную фреску. – Гадят в основном люди, а в церковь не пускают вампиров. Хотя вот я, например, в детстве любила это место. Родители приводили меня сюда каждое воскресенье. Помню, я спутала одну из прихожанок с этим ангелом. В каком же я тогда была восторге! Всю обратную дорогу твердила маме, что ангелы наконец пришли, чтобы спасти нас…

– И что она на это ответила? – спросил Маркус, решив не мешать девушке предаваться воспоминаниям и попутно пытался понять, по какому поводу она решила встретиться с ним в подобном месте.

– Мама сказала, что, раз ангел показался именно мне, значит, я имею какое-то важное предназначение, что я особенная, – Молли тепло улыбнулась, а потом ее лицо изменилось. Она стала похожа на каменную статую, будто не осталось в ней ничего живого. – Через месяц мама умерла от чахотки. А я возненавидела ангелов. Все думала, почему же они не помогли ей. Почему позволили мне остаться одной, ведь я была совсем ребенком. Я же… особенная, – Молли грустно усмехнулась, с тоской глядя на фреску. Словно этот несчастный ангел действительно был виновен в том, что малышка осталась без матери.

Маркус внимательно наблюдал за девушкой. Хоть вампир и не знал причины для их встречи, угрозы от Молли он не чувствовал. Наоборот, она казалась ему вполне дружелюбной что сейчас, что в их первую встречу.

– Впрочем, это не то, о чем я хотела поговорить с Вами, мистер Аллен, – улыбнулась Молли, вынырнув из плена воспоминаний.

– Просто Маркус. И давай на «ты».

– Хорошо. У меня есть информация о том, кого держат в подвалах особняка.

– Вот как, – протянул Маркус, внимательно изучая лицо девушки. Молли с улыбкой кивнула.

– Не подумай, я не слежу за тобой. Об этой встрече меня попросил Ноа. Он… Мы вроде как вместе.

– Вроде как?

Молли устало вздохнула.

– Все немного сложно. Но ты можешь мне доверять. Он хотел передать информацию лично, но сейчас практически не покидает резиденции аделана. Король усилил охрану, все как на иголках.

Маркус злорадно ухмыльнулся.

– Папуля думает, что я готовлю план мести?

– Он уверен, что рано или поздно ты нападешь, – кивнула Молли и скептически уставилась на собеседника. – На самом деле я не понимаю, почему этого до сих пор не случилось. С твоего приезда прошло уже несколько дней. Чего ты ждешь?

– А с чего ты взяла, что я собираюсь мстить ему? – в свою очередь поинтересовался Маркус. – И вообще, не много ли вопросов? Ты информатор или шпион?

Молли хихикнула, поджав губы.

– Прости, я действительно много болтаю. Просто… Методы управления Азура деспотичны. Ты был бы другим аделаном, Маркус.

– Так кого держат в подвалах? – перебил вампир, возвращая диалог в нужное русло. Ему совершенно не хотелось тратить время на подобные рассуждения. К счастью, Молли все поняла и больше не настаивала.

– Ее зовут Лора Гилмер. Двадцать три года, студентка, живет с родителями. Переехали с юга три года назад, когда…

– Меня не интересует ее биография. Почему Азур запер ее в подвале?

Молли неоднозначно пожала плечами.

– К сожалению, мы точно не знаем. Ноа думает, что он просто решил, скажем так, вспомнить молодость и иметь при себе живой сосуд с кровью.

Маркус покачал головой.

– Сомневаюсь. Все давно перешли на донорство.

– Ты уверен, что все?

Мужчина в раздумьях отвел взгляд. Раньше, до появления ресторанов, у вампиров было два варианта пропитания. Кто-то буквально охотился на людей или животных, поджидая их в подворотнях или темных переулках. Правило было лишь одно: не убивать. Утолить жажду можно и несколькими глотками, выпивать всю кровь строго запрещалось. Конечно, бывали случаи, когда вампиры увлекались, что приводило жертву к смерти. В таком случае в дело вступали ищейки, чистильщики и палачи. Первые находили виновного и приводили его в подвалы резиденции. Чистильщики в это время убирали следы преступления, чтобы скрыть причастность вампиров. Палачи же уничтожали убийцу. Жизнь за жизнь, и никак иначе. Это было жестоко, но справедливо, а так же весьма действенно. Убийц было мало. В основном вампиры действительно обходились парой глотков, хоть этого и не хватало надолго.

Были и те, кто не собирался довольствоваться малым, но и умирать от рук палачей не планировал. Такие либо грабили банки крови, либо шли по более простому пути. Они находили тех, кто был без ума от вампиров.

Именно так поступал и аделан. Маркус прекрасно помнил время, когда особняк был похож скорее на бордель, нежели на дом короля. Азур собрал вокруг себя более двадцати девушек разного возраста, национальности, комплекции. Рыжие, блондинки, темнокожие, пышногрудые, высокие, худые, бледные… Каждый день он, подобно султану, выбирал для себя очередную жертву, которой было позволено не только угостить его своей кровью, но и провести ночь с настоящим вампиром! Как же Маркуса тошнило от их счастливых, полных радости и предвкушения лиц. И как жаль было видеть этих же несчастных спустя пару месяцев, когда жизнь в них медленно затухала от постоянного недостатка крови. Конечно, на эти смерти палачи не обращали внимания. Они, как и все подчиненные аделана, были связаны обетом, благодаря которому не имели права вредить королю, даже если очень захотят. Азур был неприкасаем. А потому делал все, что хотел.

– Эй, ты еще со мной? – голос Молли донесся до Маркуса будто издалека. Вампир дернулся, смахивая картинки прошлого, и сфокусировал взгляд на брюнетке.

– Извини. Воспоминания.

– Понимаю, – Молли кивнула, скривив губы в неловкой ухмылке.

– Насчет девушки… Не думаю, что, будь она сосудом, Азур держал бы ее в темнице. Наоборот, для нее создали бы все условия для жизни. Комфортной, но очень недолгой жизни.

– А что, если он боится, что она сбежит? – предположила Молли. Маркус отрицательно качнул головой.

– Такие ему не нужны. Он не станет просить или заставлять, много чести. Азур всегда выбирал женщин, которые сами вешались на него.

– Может, ему захотелось добавить перчинки, – хохотнула девушка, но, наткнувшись на осуждающий взгляд собеседника, тут же посерьезнела. – Извини. На самом деле я и сама сомневаюсь, что Лора – просто сосуд. Мне кажется, есть более веская причина держать ее под замком.

– Например?

– Без понятия.

Маркус устало вздохнул, почесав затылок. – Предупреди Ноа, чтобы был аккуратнее. Никто не должен понять, что он что-то вынюхивает. Заподозрят в шпионаже – и придет нам по почте сундучок с его головой.

Молли вздрогнула, брезгливо скривившись.

– Такая себе перспектива.

– Именно. Поэтому пусть не лезет на рожон. Время еще есть.

– Время до чего?

Вместо ответа Маркус устало улыбнулся, выглянув в окно часовни. Солнечные лучи игриво поблескивали на окнах внедорожника, терпеливо ожидавшего хозяина у входа.

– Отвезти тебя на работу?

Едва перешагнув порог ресторана, Молли тут же исчезла в подсобке, видимо, готовилась к новой смене. Барни с радостью встретил гостя, провожая его к бару. На морщинистом лице играла довольная улыбка.

– Мистер Моррисон как раз утром говорил о Вас, – прохрипел старик, кивая каким-то своим мыслям. – Подождите здесь, пожалуйста, у него сейчас посетитель.

Маркус нахмурился, заметив, как разнервничался Барни.

– Кто-то из наших?

Барни странно скривился, внимательно изучая отполированные до блеска носы собственных ботинок. Маркус терпеливо ждал, уже заранее понимая, что ответ ему не понравится. Наконец, старик сдался под молчаливым давлением и тяжело вздохнул.

– Вы же все равно увидите его, когда он выйдет из кабинета…

– Кого?

Барни тянул время, старательно делая вид, что свои ботинки видит в первый раз.

– Барни, – процедил Маркус, теряя терпение. – Кто у Криса?

Старик поднял на мужчину полный безысходности взгляд.

– Кайл.

***

9 июля 1995 года

Маркус не помнил, как добрался до особняка. Мозг словно парализовало в момент, когда он увидел бездыханное тело Кэти. Взбежав по белоснежным мраморным ступеням на третий этаж, он влетел в кабинет аделана, готовый распять Азура прямо на его письменном столе. Однако вместо него в кресле сидел Кайл.

– Здравствуй, братец, – ослепительно улыбнувшись, поприветствовал он. – Ты к отцу? Его сейчас нет. Можем подождать вместе.

От гнева и ненависти ко всем, кто был причастен к смерти Кэти, хотелось кричать, громить комнату, сравнять с землей этот чертов особняк. Маркус едва сдерживался, чтобы не разбить о белобрысую голову Кайла хрустальную вазу, так кстати стоявшую по его правую руку.

– Где он? – прошипел Маркус. Кайл беспечно пожал плечами.

– Не знаю.

– Все ты знаешь. Ты всегда в курсе его дел.

– Да, но, видимо, дело не настолько важное, чтобы ставить меня в известность.

– Не ври мне! – не сдержавшись, Маркус в мгновение пересек кабинет и, схватив Кайла за горло, с силой вдавил его в спинку кресла. – Ты прекрасно знаешь, где он и что сделал с Кэти!

– Ты пытаешься задушить меня? – усмехнулся Кайл, легким движением руки сбросив ладони брата со своей шеи. – Маркус, ты ведь знаешь, что я сильнее.

– Какой толк от твоей силы, если ты всю жизнь бегаешь за папочкой, как преданный пес, и исполняешь все его приказы? – с ненавистью прошипел вампир, но нападать больше не решался. Здравый смысл подсказывал: Кайл прав. В честном бою Маркусу его не одолеть. К тому же затевать бойню в доме, где каждый из присутствующих готов свернуть тебе шею – не очень умное решение.

Кайл весело хохотнул, запустив пальцы в белоснежные волосы, небрежно зачесанные назад.

– Знаешь, а мы ведь могли бы стоять по одну сторону. Как настоящие братья.

– Никогда, – отрезал Маркус, вложив в эти слова всю свою ненависть, боль и опустошение, что заполоняли его сердце. – Никогда мы не будем стоять по одну сторону.

Кайл лишь в очередной раз усмехнулся. Не успел он ответить, как в кабинет ворвались четверо стражников. Скрутив руки Маркуса, они потащили его к выходу. Последнее, что он услышал, были слова Кайла:

– Это мы еще посмотрим.

***

– Мистер Аллен, Вы в порядке? – обеспокоенно просипел Барни, легонько коснувшись морщинистой ладошкой плеча вампира. Маркус рассеянно кивнул.

– Знаешь, почему он здесь?

Барни отрицательно качнул головой и, с беспокойством покосившись на дверь Кристиана, хрипло зашептал:

– Они там уже минут сорок сидят. Мистер Морриган был недоволен его приходом, однако впустил без всяких возражений. Он же шинтани, как и Вы.

– Не называй меня так, – на автомате напомнил Маркус. Барни кивнул, извинившись. – Думаю, пора нанести им визит.

– Мистер Аллен, пожалуйста, будьте благоразумны, – взмолился старик. Уж кто-кто, а Барни об отношениях братьев знал не понаслышке. – Здесь посетители.

– Не беспокойся, – улыбнулся Маркус, ободряюще подмигнув. Барни недоверчиво взглянул на него, но все же обреченно кивнул.

– Удачи, мистер Аллен.

В кабинете пахло древесным парфюмом с нотками цитруса. Крис развалился в своем кресле. Его тело было расслаблено, лицо не выражало тревоги. Единственное, что выдавало настроение Моррисона – правая рука, нервно перебирающая между пальцами именную ручку. В кресле напротив, закинув ногу на ногу, сидел Кайл. Увидев Маркуса, он снова расплылся в широкой улыбке.

– Ну привет, братец. Рад тебя видеть.

– И тебе не сдохнуть, – буркнул Маркус, усаживаясь в кресло неподалеку от Кайла. Крис обеспокоенно следил за каждым движением друга. Маркус глянул на него и успокаивающе подмигнул.

– Все хорошо, Крис. У меня нет настроения драться.

– Да ладно? – с издевкой удивился Кайл. – Неужели в кои-то веки мы сможем просто поговорить?

– Говорить с тобой у меня желания нет, но, видимо, придется. Что ты здесь делаешь?

– Хоть бы раз поинтересовался, как у меня дела, – притворно обиделся Кайл. Маркус усмехнулся, не отрывая взгляда от голубых глаз брата.

– Я и так знаю, что у тебя все прекрасно. Живешь себе преспокойно под крылышком отца, все тебя обожают, пророчат стать новым аделаном, когда папочка отойдет от дел. Так ведь?

– Не прибедняйся, Маркус. Любимым шинтани всегда был ты. Меня же, насколько ты помнишь, отец вообще скрывал от остальных, пока мне не исполнилось десять.

– Это потому, что твоя мать не была его законной женой. Ты же помнишь, что папочка ею воспользовался, будучи в браке с другой женщиной? – каждое слово Маркуса было пропитано ядом. Он не мог ударить брата физически, зато прекрасно знал, на что давить морально. К сожалению, такую власть имел и сам Кайл. Притворно улыбнувшись, он склонил голову в сторону, будто с любопытством разглядывая Маркуса.

– Хочешь напомнить мне, что я бастард? Поверь, я никогда об этом не забывал. Отец бросил мою маму, как только узнал, что она беременна. Это ужасно. Но знаешь, что меня радует? Что она умерла своей смертью, держа на руках долгожданное дитя, а не была погибла от рук человека, которому безоговорочно доверяла.

Маркус прикрыл глаза, добела сжав кулаки. Кайл четко попал туда, куда целился. Это было больнее тысячи ударов по лицу. Сотен пуль, выпущенных прямо в сердце. Это – та самая боль, которая никогда не угаснет.

Мысленно уговаривая себя не сорваться с места и не размозжить черепушку Кайла прямо об стол Криса, Маркус открыл глаза и улыбнулся.

– Один – один.

– Неужели? – хохотнул Кайл, не веря своим ушам. Маркус кивнул.

– Ты можешь продолжать считать себя неприкасаемым, но обещаю: настанет день, и я отомщу тебе за все, что ты сделал.

– Я это запомню, – пообещал Кайл, ухмыльнувшись уголком губ. – А сейчас позвольте откланяться, – он поднялся на ноги и, прихватив с вешалки темно-синее пальто, устремился к выходу. Почти у самой двери он остановился и обратился к Кристиану. – Не забудь про мою просьбу.

Моррисон угрюмо кивнул. Когда за Кайлом закрылась дверь, Маркус обратился к другу:

– Что за просьба? Чего он хотел?

– Да ерунда, – отмахнулся Крис, заметно расслабившись. – Скоро в особняке пройдет званый ужин. На встречу съедутся аделаны с соседних территорий. Нужно будет подготовить лучшее вино, – откинув ручку на стол, он развалился на кресле и облегченно выдохнул. – Наконец-то он ушел. Вот, знаешь, вроде Кайл всегда со мной вежлив, никогда не угрожал, не кичился статусом шинтани. Но все равно при нем я себя чувствую не в своей тарелке. Прям сквозь землю провалиться хочется.

– Он лицемер, каких еще поискать. Ты же видел, с какой широкой улыбкой он говорил о смерти моей матери.

– Справедливости ради, ты начал первый, – уточнил Крис, но, поймав на себе убийственный взгляд серых глаз, смущенно прокашлялся. – Прости.

– Да нет, ты прав, – отмахнулся Маркус, задумчиво глядя на брошенную на стол ручку. – Я всегда его ненавидел. Как и он меня.

– Сколько тебе было, когда ты узнал о Кайле?

– Шестнадцать. Я помню, как отец привел его к нам домой. Как он объяснял все шокированной маме. Конечно, она возненавидела Азура, но и выгнать Кайла не смогла. Он ведь остался совсем один. Его мать умерла почти сразу после родов. Воспитывала его бабушка, но и та отошла в мир иной. Других родственников у него не было. Отцу пришлось его забрать. То ли совесть взыграла, то ли жалость. В любом случае Азур уже тогда был одержим идеей бессмертия. Думаю, это сыграло свою роль. Он хотел, чтобы его семья жила вечно. И Кайл, как ни крути, был ее частью.

– Смерть Лиз оставила отпечаток на каждом из вас, – задумчиво произнес Крис, глядя вникуда прямо перед собой. Маркус неуверенно кивнул.

– Однако только Азур слетел с катушек.

Друзья ненадолго замолчали. Каждый думал о своем, не решаясь нарушить комфортную для обоих тишину. Наконец, Маркус обратился к Крису:

– Сегодня я накричал на горничную.

Моррисон удивленно вскинул брови.

– А поподробней?

– Я вернулся в номер и увидел, как она держит в руках папку с делом Рона, которую я забрал из больницы. Сначала мне показалось, что девушка шпионит за мной.

Кристиан довольно расхохотался.

– Это уже похоже на манию преследования, друг мой.

– Согласен, – с улыбкой кивнул Маркус, потирая ладонью лицо. – Но зачем тогда ей понадобилось разглядывать содержимое папки?

– Любопытство?

– В любом случае, я грубо с ней обошелся, прогнал из комнаты и теперь чувствую себя паршиво.

– Так извинись, и дело с концом.

– Да, конечно, – задумчиво кивал Маркус, погруженный в собственные мысли. Крис исподлобья наблюдал за другом.

– Тебя ведь тревожит не только это, верно?

Маркус устало вздохнул.

– Уже завтра состоятся похороны Рона, а я так ничего и не узнал о причинах его смерти.

– Может, стоит подождать официального ответа полиции?

– Да, но… – Маркус немного помолчал, а потом устремил на друга задумчивый взгляд. – Крис, мне кажется, это сделал кто-то из наших.

– Да ну, – недоверчиво отмахнулся Моррисон, усаживаясь удобнее. – Ты же знаешь, полиция строго следит за этим. Будь тут причастен вампир – мы бы уже знали. Шериф нас недолюбливает, и это мягко сказано. Его хлебом не корми, дай обвинить во всем вампиров. Если бы хоть что-то указывало на кормежку – он бы сразу доложил аделану.

– Напомни, насколько мы доверяем Азуру? – уточнил Маркус, на что получил хмурый взгляд Криса.

– Дружище, это так не работает. Любая кормежка, приводящая к смерти, незаконна, ты же знаешь. Аделан лично следит за тем, чтобы все нарушители были наказаны. К тому же, насколько я знаю, у парня не было никаких следов от клыков, разве нет?

– А разве нельзя добыть кровь другим способом?

– Да, но…

– Крис, на его руке был порез, а тело – обескровлено. Это все. Больше никаких следов насилия. Как думаешь, кому могла понадобиться человеческая кровь? Ответ очевиден.

– Что ты собираешься делать? – немного помолчав, уточнил Крис. По его расслабленному лицу не было понятно, смог ли Маркус убедить его в причастности вампиров, однако спорить он явно не собирался.

– Я планировал уехать после похорон. Думал, что за эти несколько дней узнаю, кто это сделал. Однако пока я только метаюсь по городу, как загнанная лошадь, и не совсем понимаю, где искать ответы.

Примечания