Наследники прошлого. Том 1: Начало

Глава 1: Рогатое существо.

Будильник взорвался пронзительной трелью ровно в 7:00 — той самой мелодией, которую Артём когда-то сам выбрал за её «бодрящий эффект». Сейчас эта трель казалась ему настоящим орудием пытки. Он поморщился, нащупал телефон на тумбочке и ткнул в экран, прерывая звук на третьем цикле. Экран на мгновение ослепил его ярким светом, а потом снова погас, оставив комнату в полумраке.

Комната ещё хранила ночную прохладу. Сквозь щели в плотных синих шторах пробивались первые лучи солнца, рисуя на полу неровные золотые полосы, которые медленно ползли по ковру. Артём сел на краю кровати, свесив ноги, и провёл ладонями по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна. Матрас жалобно скрипнул под его весом — старый, видавший виды, с продавленной серединой, но удивительно удобный. Он прожил с этим матрасом уже несколько лет и не собирался менять его, пока тот не развалится окончательно.

Взгляд невольно скользнул по стенам. Здесь висели постеры с любимыми группами — выцветшие, с загнутыми углами. Рядом — карта мира с воткнутыми в неё флажками: Япония, Исландия, Новая Зеландия… Мечты о путешествиях, которые пока оставались только мечтами. На полке над столом стояла коллекция фигурок супергероев — память о детстве, которую он так и не смог выбросить. Над письменным столом всё ещё красовалась гирлянда разноцветных светодиодов, которую он повесил ещё в прошлом году «временно» и так и не снял. Она мягко мерцала даже днём, создавая в комнате странное, почти сказочное освещение.

Артём вздохнул, поднялся и сделал пару разминочных движений. Плечи хрустнули после сна, позвонки отозвались короткими щелчками. Он подошёл к окну и чуть отодвинул штору. Во дворе уже бегали соседские собаки, а на детской площадке появилась первая мама с коляской. Воздух за стеклом казался чистым и прозрачным. День обещал быть ясным и тёплым — редкость для этого времени года.

В ванной он включил холодную воду и несколько раз плеснул в лицо. Ледяные капли обожгли кожу, мгновенно прогнав остатки сонливости. Пока чистил зубы, Артём поймал своё отражение в зеркале: взлохмаченные белоснежно-серые волосы, сонные глаза с лёгкими тенями под ними, на щеке — красный след от подушки. Он криво усмехнулся.

— Ну, привет, новый день, — пробормотал он, глядя на своё отражение.

Вернувшись в комнату, Артём открыл шкаф. Школьная форма висела на плечиках — аккуратно выглаженные брюки, белая рубашка и тёмно-синий джемпер. Он быстро оделся, попутно проверяя карманы: телефон на месте, ключи тоже, в нагрудном кармане — проездной. Рюкзак стоял у стола, наполовину собранный с вечера. На столе лежала стопка учебников, рядом — наушники, брошенные вчера, и недописанный черновик сочинения по литературе с перечёркнутыми строчками.

На секунду Артём замер посреди комнаты, окинув взглядом привычное пространство. Всё было как обычно. Но где-то глубоко внутри, под слоем утренней сонливости, теплилось странное, почти физическое предчувствие. Сегодня что-то изменится. Он не мог объяснить, откуда взялось это чувство. Просто знал — день будет не таким, как все остальные.

Он взял рюкзак, бросил последний взгляд на комнату, выключил свет и направился к двери.

На лестничной клетке пахло свежей краской — видимо, вчера маляры наконец добрались до их этажа. Резкий, химический запах смешивался с запахом пыли и старого дерева. Артём сбежал по ступенькам, перепрыгивая через две, и толкнул тяжёлую подъездную дверь. Утренний воздух встретил его свежестью — не холодной, а бодрящей, с лёгким ароматом цветущих кустов у подъезда и едва уловимым запахом мокрого асфальта.

Он глубоко вдохнул и шагнул наружу.

У крыльца, как всегда в это время, крутилась соседская овчарка Бася — лохматая, добродушная, с вечно виляющим хвостом. Её длинная шерсть слегка блестела на утреннем солнце, а глаза светились чистой радостью. Артём остановился, поставил рюкзак на землю и присел на корточки.

— Привет, дружок! — он потрепал пса за ушами, почесал за шеей, и Бася издала тихий, довольный вздох. Она радостно ткнулась носом в ладонь, чуть не опрокинув его, и лизнула пальцы. — Знаю, знаю, ты хочешь гулять. Но сейчас я спешу. В обед забегу, ладно?

Собака, кажется, поняла. Она ещё раз лизнула ему руку, потом отбежала в сторону, давая пройти, и села у калитки, провожая взглядом.

Артём выпрямился, закинул рюкзак на плечо и зашагал по тротуару. Лёгкий ветер играл с его взъерошенными белоснежно-серыми волосами, чуть остужая лицо после тёплой квартиры. Он достал наушники, вставил их и включил любимую утреннюю подборку. Бодрый ритм гитары и знакомый голос вокалиста сразу задали темп шагам. Он прибавил громкость, улыбнулся и ускорил шаг.

Деревья вдоль дороги шелестели молодой листвой. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны, и тени ложились на асфальт причудливыми, постоянно меняющимися узорами. Где-то вдалеке слышался гул проезжающих машин, детский смех из соседнего двора, голоса прохожих. Всё это сливалось в привычный городской оркестр, который сегодня казался особенно мелодичным — будто сам мир решил подстроиться под его настроение.

Артём поймал себя на мысли, что идёт и невольно подпрыгивает в такт музыке. Он тихо рассмеялся над собой.

«Ну да, выгляжу, наверное, как сумасшедший», — подумал он, но это ничуть не испортило настроения. Наоборот — ощущение лёгкости только усилилось. Сегодня всё казалось проще, ярче, интереснее.

Он взглянул на экран телефона — 8:47. Времени более чем достаточно. Впереди был целый день, и где-то глубоко внутри всё ещё теплилось то странное предчувствие: сегодня точно случится что-то необычное. Он не знал, что именно, но тело будто ждало.

Артём свернул на знакомую улицу. В конце её уже виднелся дом Васи и Никиты — двухэтажный, с тёмно-зелёной крышей и небольшой калиткой, которую они никогда не запирали. Он ускорил шаг, а потом и вовсе перешёл на лёгкий бег. Хотелось скорее увидеть друзей и рассказать им про это утреннее чувство, которое никак не отпускало.

Через пару минут он уже поднимался на крыльцо и нажимал на звонок. Дверь распахнулась почти сразу.

На пороге стояли два брата — как всегда похожие и в то же время совершенно разные.

Никита, старший, стоял прямо, чуть приподняв подбородок. В этой позе читалась привычная сдержанная гордость. Взгляд уверенный, улыбка едва заметная, но тёплая. Он был одного роста с Артёмом, широкоплечий, с серьёзным лицом, которое мгновенно смягчалось, когда он видел друзей.

Рядом, чуть в стороне, стоял Вася. В отличие от брата, он не пытался выглядеть внушительно. Был немного ниже, с живыми, любопытными глазами, которые сейчас блестели от радости. В его взгляде всегда читалась привычка всё замечать и анализировать.

Никита, старший из братьев, стоял прямо, чуть приподняв подбородок. В этой позе читалась его привычная, почти незаметная гордость. Взгляд был уверенный, улыбка — сдержанная, но тёплая. Он был одного роста с Артёмом, широкоплечий, с серьёзным лицом, которое, впрочем, мгновенно смягчалось, стоило ему увидеть друзей. Даже утренний свет, падавший на его лицо, делал его немного мягче.

Рядом, чуть в стороне, стоял Вася. В отличие от брата, он совершенно не старался выглядеть внушительно. Был немного ниже Никиты, с чуть растрёпанными волосами и глазами, которые блестели живым, любопытным огнём. Умный, цепкий взгляд, привычка всё замечать и анализировать — это было в нём с самого детства. Сейчас он смотрел на Артёма так, будто уже пытался прочитать, что у того на уме.

— О, Артёмка пришёл! — радостно воскликнул Вася и первым бросился навстречу. Он хлопнул друга по плечу, чуть не сбив его с ног. — Мы уж думали, ты опоздаешь.

— Да куда там, — усмехнулся Артём, похлопав его в ответ. — Я же обещал быть вовремя.

Никита молча протянул руку. Крепкое, короткое рукопожатие, короткий кивок. Этого было достаточно. Они понимали друг друга без лишних слов — как всегда.

— Ну что, идём? — спросил Никита, захлопывая за собой дверь. В его голосе уже слышалась привычная деловитость. — У меня есть пара идей насчёт того, как сделать это задание по физике не таким скучным.

Артём приподнял бровь и подмигнул:

— О, вот теперь я точно уверен, что день будет необычным. Когда Никита что-то планирует, это всегда заканчивается приключениями.

Вася рассмеялся, проходя мимо них вглубь квартиры:

— А когда Артём в деле — приключения находят нас сами. Так что, считай, двойной эффект!

Друзья прошли в комнату братьев. Просторную, светлую, с высоким потолком. Здесь всё было привычно и по-домашнему. На одной из стен висела большая карта звёздного неба с мягко подсвеченными созвездиями — Вася когда-то сам её собрал и до сих пор гордился. У окна стоял широкий стол, заваленный учебниками, блокнотами и недоигранными настолками. Рядом — большой диван с разбросанными подушками и пледом, который вечно сползал на пол. В воздухе стоял лёгкий запах свежего чая и чего-то сладкого — видимо, мама братьев уже успела испечь что-то к завтраку.

На диване, поджав ноги и размахивая пультом от игровой приставки, сидел Даниил. Самый младший из компании ростом, но по энергии и жизнерадостности он легко мог переплюнуть всех троих вместе взятых. Его веснушчатое лицо, обычно покрытое лёгкой улыбкой, сейчас озарилось настоящей широкой ухмылкой, едва он увидел вошедших.

— Друзья! — воскликнул он, мгновенно вскакивая с дивана так, что подушки разлетелись в стороны. Он бросился навстречу, чуть не сбив Артёма с ног. — Да ну эту физику! Погнали сперва сыграем в «Монополию»! У меня тут новая версия, с дополнительными правилами — будет ещё веселее!

Вася рассмеялся и привычным жестом взъерошил волосы Даниила:

— Ты как всегда вовремя со своими идеями. Хотя, если честно, я уже устал думать про эти формулы. Голова гудит с самого утра.

Никита скрестил руки на груди, стараясь сохранить серьёзное выражение лица, но в глазах у него уже заплясали смешинки.

— Ладно, — произнёс он с нарочитой важностью. — Но предупреждаю сразу: я вас всех выиграю. Вы же знаете, я мастер стратегии.

— Ага, и скромности, — подмигнул Артём, подходя к шкафу с настолками. — Где там твоя новая «Монополия», Дан?

Даниил уже вовсю рылся под столом. Через несколько секунд он торжествующе вытащил большую коробку и начал нетерпеливо срывать с неё прозрачную плёнку.

— Вот она! Смотрите, тут есть карточки «Космический шанс» вместо обычных «Шанс»! А ещё — специальные здания на орбите! Можно строить отели прямо на Луне!

Ребята дружно рассмеялись. Вася быстро достал игровое поле и разложил его на большом столе у окна. Никита аккуратно, почти с педантичностью, разложил карточки по стопкам. Артём помог Даниилу расставить миниатюрные фигурки зданий — крошечные отели, домики и странные космические станции, которые выглядели так, будто их нарисовал пятилетний ребёнок.

— Так, — деловито объявил Никита, беря кубик. — Правила помним: кто выбросит больше, тот ходит первым. И да пребудет с нами удача… хотя лично мне она не нужна.

— Ой, послушайте его, — фыркнул Вася, присаживаясь напротив. — Последний раз ты проиграл мне именно потому, что вложил все деньги в железные дороги и напрочь забыл про недвижимость.

— Это был тактический ход, — невозмутимо ответил Никита, даже не моргнув. — Просто вы его не поняли.

Даниил, едва сдерживая смех, тряхнул кубиком и бросил его на поле. Кубик несколько раз подпрыгнул и остановился.

— Шесть! Я первый! Ха-ха, Никита, твоя стратегия уже трещит по швам!

Игра началась.

Комната быстро наполнилась смехом, шутливыми спорами и звоном пластиковых денег. Даниил постоянно придумывал смешные названия для своих космических владений: «Отель Звёздный зефир», «Жилой комплекс Млечный пуф», «Станция Космический пуфик». Вася с серьёзным видом считал вероятности и пытался объяснить остальным, почему лучше строить именно здесь, а не там. Никита делал вид, что полностью сосредоточен на стратегии, но то и дело невольно улыбался, когда Даниил снова начинал балаган.

Артём сидел чуть в стороне, держа в руках свои деньги, и с удивлением ловил себя на мысли, что странное утреннее предчувствие никуда не делось. Оно лишь усилилось. Будто этот день специально решил напомнить ему: самое важное в жизни — не оценки по физике и не контрольные, а вот такие моменты. Когда друзья рядом. Когда можно спорить из-за пластиковых отелей на Луне. Когда всё ещё только начинается.

Никита делал вид, что полностью сосредоточен на игре. Он хмурил брови, серьёзно изучал карточки и делал вид, будто высчитывает сложные комбинации. Но время от времени уголки его губ всё равно предательски поднимались — особенно когда Даниил в очередной раз объявлял название своего нового «космического отеля». Гордая маска трещала по швам.

Вася увлечённо изучал правила новой версии. Он постоянно листал тонкую книжечку, что-то бормотал себе под нос и время от времени поднимал палец:

— Так, смотрите, здесь написано, что если построить отель на орбите, то можно брать двойную плату… Интересно.

А Даниил тем временем творил настоящий хаос. Он с горящими глазами придумывал всё более абсурдные названия:

— Отель «Звёздный зефир»! — Жилой комплекс «Млечный пуф»! — Станция «Космический пуфик на орбите»! — А вот это будет «Лунный пончик»!

Каждый раз, когда он объявлял новое название, комната взрывалась смехом.

Друзья не заметили, как утро сменилось днём, а день — вечером. Солнечные пятна на полу медленно ползли, потом совсем исчезли. Часы на стене незаметно приблизились к шести, но никто даже не взглянул на них. Мир за пределами комнаты словно перестал существовать.

Пока в дверь не постучала мама Васи и Никиты.

— Ребята, уже темнеет. Пора собираться, — раздался её голос из-за двери.

Все одновременно подняли головы, будто очнулись от долгого, тёплого сна. Даниил даже моргнул несколько раз, словно не сразу понял, где находится.

За окном небо из голубого давно уже стало оранжево-розовым. Длинные тени деревьев протянулись через весь двор, а последние лучи солнца золотили крыши соседних домов.

— Ого… — протянул Даниил, потягиваясь так, что хрустнули суставы. — Мы что, играли пять часов подряд?

— И даже не заметили, — улыбнулся Вася, устало откидываясь на спинку стула. — А ведь собирались всего на часок.

Никита собрал последние карточки и аккуратно, почти с уважением, сложил их в коробку. Он явно не хотел признавать поражение.

— Ну что ж, — произнёс он с привычной серьёзностью. — В следующий раз я точно вас всех обыграю. Без вариантов.

— Конечно-конечно, — подмигнул Артём, помогая убирать фигурки. — Особенно если Дан снова будет строить «Отель Звёздный зефир» на каждом углу.

Даниил рассмеялся и гордо вскинул подбородок:

— А что? Это стратегически выгодное расположение! Между прочим, с него отличный вид на всю Галактику.

Ребята снова дружно рассмеялись. В комнате стояла та самая тёплая, уютная атмосфера, которая бывает только после долгого дня, проведённого с самыми близкими людьми. Никто из них ещё не знал, что этот обычный, почти идеальный день станет последним обычным днём в их жизни.

Ребята дружно рассмеялись и начали собирать игру. Пластиковые деньги шуршали, фигурки зданий стучали о картонное дно коробки, а карточки «Космический шанс» снова аккуратно складывались в стопку. В комнате царила та самая тёплая, уютная атмосфера, которая бывает только после долгого дня, проведённого с настоящими друзьями. Никто никуда не торопился. Каждый словно хотел растянуть этот момент ещё хоть на минуту.

Когда коробка наконец закрылась, они вышли на улицу все вместе.

Вечерний воздух был свежим. В нём чувствовалась лёгкая прохлада, но ещё хранилось дневное тепло. Солнце почти село. Его последние лучи золотили верхушки деревьев и крыши домов, окрашивая всё вокруг в мягкие оранжевые, розовые и даже сиреневые тона. Небо на западе пылало, будто кто-то разлил по нему расплавленное золото.

У перекрёстка друзья остановились.

— Ну, до завтра, — сказал Никита и протянул руку Артёму.

— До завтра, — ответил тот, крепко пожимая ладонь. Рукопожатие получилось коротким, но тёплым — как всегда между ними.

Вася обнял каждого по очереди. Сначала Никиту, потом Артёма, потом Даниила. Он сделал это немного неловко, но искренне.

— Спасибо за день. Было круто, как всегда.

Даниил хлопнул Артёма по плечу так, что тот чуть не покачнулся:

— Слушай, а давай завтра после школы снова соберёмся? Только на этот раз — в футбол! Я уже почти уговорил пару пацанов из параллели.

— Договорились, — кивнул Артём. — Я тоже спрошу, кто сможет.

Братья повернули к своему дому. Их фигуры чётко выделялись на фоне закатного неба — два силуэта, один повыше и шире, второй чуть ниже и подвижнее. Даниил помахал на прощание и свернул в противоположную сторону — туда, где улица уходила к старому парку. Его яркая оранжевая толстовка ещё долго мелькала между деревьями, пока окончательно не скрылась за поворотом.

Артём остался один на тихой улице. Он глубоко вдохнул вечерний воздух — свежий, с лёгкой сладостью от цветущих где-то неподалёку кустов — и медленно пошёл домой. В голове всё ещё звучали голоса друзей, смех, стук кубика о игровое поле, возмущённые возгласы Никиты и бесконечные «космические» названия Даниила.

День, который начался с противного будильника и странного, почти тревожного предчувствия, оказался именно таким, каким и должен быть лучший день: полным смеха, дружбы и простых, ничем не омрачённых радостей. Завтрашний день уже казался светлее — ведь он обещал новые встречи с теми, кто давно стал почти семьёй.

Он обернулся через плечо. Никита и Вася уже подходили к своей калитке, их силуэты чётко вырисовывались на фоне алого неба. Фигурка Даниила мелькнула за поворотом и исчезла. Артём улыбнулся и пошёл дальше, чувствуя, как внутри разливается тихое, тёплое спокойствие.

Он шёл, засунув руки в карманы, и в голове крутились смешные моменты дня. Никита с нарочито серьёзным лицом объявляет себя «мастером стратегии». Вася, который вдруг с упоением начал высчитывать вероятности. Даниил, торжественно возводящий «Отель Звёздный зефир» на каждом свободном участке.

Улыбка не сходила с лица.

Артём поднял голову к небу. Вечер был удивительно спокойным. Последние лучи заката догорали на горизонте, окрашивая облака в багровые и золотые тона. На востоке уже робко проступали первые звёзды.

И именно тогда взгляд зацепился за странное облако.

Оно висело низко над горизонтом, слишком симметричное, слишком резкое по контурам. Сначала Артём подумал, что это просто причудливая туча, подсвеченная заходящим солнцем. Но что-то в её форме заставило его замедлить шаг.

Облако росло на глазах.

Из округлого оно быстро превратилось в огромную тёмную колонну, которая стремительно расширялась вверху, образуя характерную, уродливую шляпку. Через несколько секунд сомнений не осталось.

Ядерный гриб.

Артём замер посреди тротуара. Сердце пропустило удар, а потом забилось часто и гулко, будто пыталось вырваться из груди. Он стоял неподвижно, глядя на растущее облако, и отчаянно надеялся, что это просто оптический обман. Что сейчас моргнёт — и всё исчезнет.

Но видение не исчезало.

Напротив. С каждой секундой оно становилось всё отчётливее, всё реальнее, всё чудовищнее. Основание гриба уже начинало светиться тусклым, зловещим светом, а верхняя часть продолжала расползаться по небу, заслоняя собой закат.

Артём почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок.

Это было не сон. Не галлюцинация. Это происходило наяву.

И тогда он увидел волну.

Она катилась по земле — серая, плотная, чудовищная. Не воздух и не пыль. Что-то гораздо более тяжёлое и беспощадное. Волна сметала всё на своём пути: деревья выворачивало с корнями, заборы складывались как картон, лёгкие постройки разлетались в щепки. Воздух словно загустел и стал тяжёлым. Вдалеке раздался глухой, раскатистый грохот, от которого земля под ногами дрогнула, будто кто-то ударил по ней гигантским молотом.

«Бежать», — мелькнула первая мысль. Но куда? Как?

Артём резко обернулся. Дом Васи и Никиты был совсем рядом — буквально за поворотом. Даниил ушёл в противоположную сторону, к старому парку… Слишком далеко.

На мгновение паника полностью парализовала его. Ноги словно приросли к асфальту. А потом страх сменился чем-то более жёстким и ясным.

Нужно предупредить их. Всех. Немедленно.

Он сорвался с места так резко, что едва не упал. На бегу достал телефон. Пальцы дрожали, не слушались. Экран вспыхнул, но не реагировал на касания — будто издевался.

— Давай же! Давай! — сквозь зубы выдохнул Артём, яростно проводя пальцем по стеклу.

В этот момент ударная волна приблизилась настолько, что стало слышно её низкое, угрожающее гудение. Звук был похож на рёв огромного зверя. Ветер резко усилился, взметнул пыль, листья и мелкий мусор. Он рванул куртку Артёма, хлестнул по лицу, пытался остановить. Но Артём продолжал бежать.

К дому друзей. К тем, кто стал ему почти семьёй. К тем, кого он не имел права оставить.

«Только бы успеть… Только бы успеть…»

Он оглянулся через плечо. Грибное облако уже нависло над горизонтом, огромное, уродливое, заслоняя собой последние остатки заката. Мир, который ещё минуту назад казался таким уютным и родным, внезапно стал чужим и смертельно опасным. Но одно оставалось неизменным — дружба. Именно она сейчас давала ему силы бежать, не останавливаясь, даже когда лёгкие уже горели, а в ушах стучала кровь.

Артём бежал, почти не чувствуя под собой земли. Ударная волна была уже совсем близко. Он ощущал её давление всем телом — будто невидимая стена надвигалась сзади. Воздух стал густым, вязким, тяжёлым. Слышался треск ломающихся веток, глухой грохот рушащихся зданий. Свет вокруг будто померк, цвета выцвели.

Волна уже почти накрыла его.

И в тот самый момент, когда она должна была ударить…

Всё вокруг замерло в одной жуткой, совершенно нереальной картине. Пыль повисла в воздухе неподвижными, будто стеклянными песчинками. Обломки деревьев, куски кровли и вырванные с корнем кусты зависли на разной высоте, словно кто-то нажал огромную кнопку «пауза» посреди конца света. Даже ветер, секунду назад яростно рвавший куртку, теперь был абсолютно неподвижен. Воздух стал плотным, тяжёлым, почти твёрдым.

Артём, сделав ещё один шаг, обнаружил, что больше не может двинуться. Его тело тоже оказалось сковано этой странной, невозможной остановкой. Он мог только смотреть.

Откуда-то издалека — или, скорее, из самой глубины сознания — донёсся голос. Низкий, гулкий, с металлическим, почти механическим отзвуком:

— Моих сил надолго не хватит, чтобы поддерживать остановку времени…

Артём резко попытался обернуться — и, к своему удивлению, смог. Перед ним, прямо в застывшем воздухе, образовался тёмный силуэт.

Это было не человек. И даже не животное. Нечто совершенно иное.

Существо возвышалось над ним почти на две головы, хотя Артём и сам был высоким. Очертания его тела были размыты, словно смотрели сквозь густой дым или воду. Но одно выделялось отчётливо — массивные, изогнутые рога на голове. Острые, тяжёлые, древние.

Существо сделало шаг вперёд. Несмотря на то, что лица почти не было видно, Артём отчётливо почувствовал на себе тяжёлый, пронизывающий взгляд. Будто это создание видело не только его тело, но и каждую мысль, каждый страх, каждое воспоминание. От него веяло такой мощью, что дыхание перехватило. Было ясно: перед ним существо, способное управлять самим временем.

— Кто… кто ты? — с трудом выдавил Артём. Голос прозвучал хрипло и слабо.

Существо слегка склонило голову. Голос теперь звучал уже прямо внутри сознания Артёма ближе, чётче, с едва уловимой ноткой усталости:

— У меня много имён. Для тебя я — тот, кто даёт шанс. Ты должен действовать быстро.

— Но что происходит? — Артём попытался сделать шаг, но тело по-прежнему не слушалось. — Что это за взрыв? Почему всё остановилось?

— Мир на грани. То, что ты видишь сейчас, — лишь начало. Твоя дружба, твои решения, твоя воля — всё это имеет значение. Ты не случайно оказался здесь именно в этот момент.

Существо медленно протянуло руку. Очертания пальцев были размыты, но в ладони отчётливо выделялись шесть предметов. Каждый из них мерцал своим собственным светом, будто живой.

Первым Артём увидел Кулон пожирателя магии — тёмно-фиолетовый камень в серебряной оправе. Он пульсировал медленно и тяжело, словно настоящее сердце.

Рядом с ним лежал Клинок пространства — узкий, почти прозрачный, края которого слегка искрились, будто разрезали сам воздух.

Дальше — Часы времени: старинные карманные часы с тремя стрелками и циферблатом, на котором вместо цифр были неизвестные символы.