Аллергия

– До завтра, месье Мартэн!..

– До завтра, месье Мартэн!..

Идиотизм. Рабочий день завершился полчаса назад, в коридорах административного корпуса стояла прохладная тишина, большая часть служащих и рабочих завода уже отправились домой, однако все, кто встречался на пути, словно сговорившись заранее, произносили одну и ту же фразу.

Главный инженер – настоящий южанин (ах, этот дьявольский южный акцент!), кажется, из Марселя, коренастый, хвастливый и своенравный – раз! Высокий и худой делопроизводитель, «штими», любитель давать на все вопросы уклончивые, типично нормандские ответы – два! Специалист по рекламе – щуплый очкарик, женат, дочке несколько месяцев – три! Охранник – седовласый бретонец с глазами озорными и хитрыми, как у дикой козы – четыре!

Все они были такие разные, и между тем…

– До завтра, месье Мартэн!..

– До завтра, месье Мартэн!..

Одно и то же. Бесконечно. От этих слов уже начинало мутить.

Директор завода отвечал отрепетированной дома у зеркала улыбкой, едва заметно кивал головой и шел дальше, крепко сжав ручку дипломата. Это был высокий, хорошо сложенный мужчина лет сорока в дорогом костюме и начищенных до блеска туфлях. Он шел по бесконечным коридорам уверенной пружинящей походкой, глядя прямо перед собой. Его выразительное лицо выглядело несколько усталым и бледным.

Управление заводом перешло в руки Франсуа Мартэна немногим более полугода назад, когда его дядя Поль из-за тяжелой болезни вынужден был отойти от дел. Произошло это совершенно неожиданно: дядя всегда следил за собой, занимался спортом и славился отменным здоровьем. Именно Поль Мартэн – выпускник Сомюрского кавалерийского училища и кавалер ордена Почетного легиона – некогда основал само предприятие; оно стало его любимым детищем – дядя жил нуждами завода, ничто иное его не интересовало. Он, кстати, так и остался холостяком, чему, возможно, как раз и способствовала его чрезмерная сосредоточенность (если не сказать, зацикленность) на делах фирмы. Именно поэтому племянник оказался ближайшим родственником директора завода, и когда дядю подкосила болезнь, именно Франсуа возглавил предприятие. Он, учившийся в Сорбонне и получивший диплом медика, довольно быстро сумел освоиться на новом месте и замечательно справлялся с делами. Франсуа переехал с женой и сыном в дядин особняк – больному требовался постоянный уход …

Началось же все с самого обычного насморка. Как-то раз вернувшись домой после напряженного рабочего дня дядя Поль почувствовал себя не очень хорошо. Он проглотил таблетку аспирина и как обычно погрузился в изучение бухгалтерских книг.

Чуть позже появились резь и жжение в глазах, кашель. Приехавший незамедлительно доктор Дюкло (он жил неподалеку, в городке Трувиль-Довиль) осмотрел владельца завода и заявил, что это, очевидно, аллергия. «Ничего страшного, – заверил он Поля Мартэна. – Я дам вам лекарства, и вы быстро избавитесь от недомогания». – «Очень хорошо», – ответил промышленник. – «Однако не лишним будет все-таки выяснить, что именно вызывает у вас неприятные ощущения, – добавил Дюкло. – И впредь избегать контактов с этим аллергеном». «Да, да, вы совершенно правы, док», – ответил Мартэн, уже потерявший интерес к предмету разговора. Лично ему происходящее представлялось ерундой, нелепостью, досадным недоразумением.

Однако промышленник оказался неправ: наутро симптомы аллергии не исчезли. Напротив, насморк донимал Мартэна все больше, приступы кашля участились и стали до невозможности продолжительными. Вдобавок, на руках и спине больного вскочили огромные волдыри, словно кто-то всю ночь охаживал дядюшку Поля крапивой. Собственная беспечность вышла Мартэну боком.

В последующие дни предпринимателю становилось только хуже. Дюкло в недоумении пожимал плечами: он был совершенно бессилен, его лекарства нисколько не облегчали страданий больного.

Разумеется, на виллу, словно воронье, начали слетаться ведущие европейские аллергологи и иммунологи мирового значения. В частности, из Парижа по приглашению Дюкло приехал профессор Маршан. Знаменитый Рийсберген покинул свою уютную роттердамскую квартиру, чтобы лично наблюдать нетипичную аллергию. Прибывали все новые и новые специалисты, на вилле Мартэна стало шумно и многолюдно. Случай выходил необычный, можно сказать, исключительный, о нем даже писали в «Пуэн» и «Фигаро».

Общение больного с медиками напоминало допросы. Рийсберген исполнял роль доброго следователя, Маршан убедительно притворялся злым. «Бывали раньше у вас аллергические реакции?». – «Не помню», – отвечал Мартэн. «Вспомните, пожалуйста», – упорствовали врачи. Еле сдерживаясь, чтобы не послать их ко всем чертям, Мартэн начинал перебирать в памяти события далекого прошлого и, разумеется, припоминал, что один случай имел место. «Еще во время войны, в госпитале», – пояснял предприниматель. – «Что вызвало аллергию? – ласково улыбаясь, допытывался добрый Рийсберген. – «Пенициллин, черт бы его подрал». Светила медицинской науки переглядывались, перемигивались, улыбались: ну, разумеется, пенициллин, уж такой распространенный случай. Маршан оборачивался к стоявшему в сторонке Дюкло, как бы вопрошая: в чем дело, голубчик, что мы здесь делаем, зачем мы тут? Но Дюкло, нисколько не смутившись, отвечал вслух: «Нет, пенициллин здесь ни при чем. Я проверял. Это нечто совершенно иное». И расспросы продолжались с новой силой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.