Завтрашний день

Начало

Каково это лишится всего? Потерять всё, чем ты дорожил? Понять, что исчезло всё то, что было тебе дорого, ты остался один, ничего уже не будет, как прежде.

23 ноября 2017 года 10:00.

Это был самый обычный день, люди шли на работу, по делам, город просыпался после ночи. В тот день я совершил свою последнюю покупку. Мне нужны были тёплые зимние ботинки, выбор пал на армейские берцы, обувь которая будет со мной уже до конца и очень пригодится. Совершив покупку, отправился домой, наблюдая, как люди бегут на работу, будто подвешенные за ниточки, зависимые от системы, но оказалось, что весь мир рухнет уже совсем скоро.

10:40.

Что стало причиной никто не знал и не догадывался, из-за чего люди уничтожили весь мир, надеюсь это было чем-то важным.

Вдруг завыла сирена, никогда я не испытывал за минуту столько чувств, ощущений, эмоций. Только на 30 секунде я понял, что это звук ядерной атаки, человеческого конца, апокалипсиса. Не то, чтобы страх, нечто большее, чем он. Никто ничего не понимал, люди были растеряны и испуганы. Метро было в 10 метрах от меня, повезло мне или был ли это лик судьбы – неизвестно. Я понимал, что из родных никто не успеет добежать, больше никогда их не увижу, даже не смогу прийти к ним на могилу, ведь мир испепелится, дом не близок, я начал набирать номер мамы на ходу, но сотовая связь была перегружена миллионами плачущих голосов. Бегом побежал в метро, сзади меня летели и падали люди. Пройдя турникеты, я садился в один из последних, отправляющихся поездов в метро. Мы доехали до Шоссе Энтузиастов, свет погас, был крайне сильный хлопок, земля содрогалась, было слышно, как захлопнулись защитные двери. Люди кричали и плакали, всё это смешалось в один жуткий стон – понимание и осознание того, что произошла потеря всего. Люди готовили планы, мечтали о жизни, но кто мог подумать, что завтра не наступит….

11:00.

Появился свет, тишина, люди собираются в центре зала. Полиция и работники метро готовятся к сопровождению в закрытый бункер, можно было взять плед, начата раздача простой воды. В тот момент я испытывал столько эмоций, что описать невозможно, столько мыслей заполнили мою голову, и радость, и печаль, и грусть, и боль, и жутко страшный интерес…

11:45.

Все люди разделились на группы, полиция стоит спереди и сзади, работники метро проводят нас в нужное место, мы спускаемся, проходим немного по рельсам, сворачиваем в небольшой проём, перед нами открывается стальная тяжёлая дверь с защитой от взрыва, мы заходим, спускаемся по лестнице вниз, открывается ещё одна дверь, впервые в жизни увидел бункер, вот и новый дом.

К 12:00 работники уточняли и переговаривались по поводу того, точно ли метро законсервировано.       К 12:15 нам показывали, где мы будем жить, есть, пить, справлять нужду, проходила небольшая экскурсия. Через 5 минут в нижних этажах бомбоубежища начинает работать генераторная, всё помещение осветилось полностью. Я захожу в место, где мы будем спать, перед нами длинный коридор, по бокам двери, жилые помещения, комнаты в начале уже заняты, я дохожу до 10 двери, открываю. Подхожу к кровати, раскладываю плед, кладу подушку, а из ящика достаю старое, но толстое и плотное одеяло. Так начиналась моя новая жизнь, моя и ещё сотни выживших. К 12:35 начинает работать столовая, там собираются люди, знакомятся, говорят, рассказывают о себе, но лишь немногие, так как большинство испытывает жуткий шок. Я сел за пустой стол, смотрел на людей, углублялся в мысли. Ко мне подошёл пацан лет пятнадцати, сел рядом, представил своё имя. Его звали Вася, фамилию он не уточнил. Он спросил:

– Свободна ли моя комната?

Я ответил:

– Да.

Мы пошли в 10-ую, он тоже там расположился. Я сел на свою кровать, если её так можно назвать. Ржавые пружины, пыльный матрас, подушка и плед с одеялом. Он рассматривал комнату, я достал телефон, понимая, что скоро сегодня – завтра кончится зарядка и канет в лету ещё одно устройство старого мира. Но нет тут то было. Вася сказал, что жил рядом с метро, успел захватить зарядку, телефон, ноутбук, камеру, несколько вещей и пару книг. Его зарядка подошла к моему телефону.

Я начал расспрашивать его о жизни:

– Слушай, а чем ты вообще интересовался?

– Я, я любил экстрим, жил весело, был во всяких передрягах, в жизни со мной было многое, – ухмыляясь, – но и тут скучать не стану.

– А ты?

– Я тоже любил повеселиться, жизнь не была лёгкой, многое поведал, – потом спросил, – что у тебя была за семья?

Вася сделал небольшую паузу и сказал:

– Родители жили в другом районе, квартиру оставили мне уже, как два года, теплых отношений между нами не было.

Я хотел рассказать о себе, но он перебил меня:

– … Но был в моей жизни один человек… Единственный кто был дорог… У меня была девушка.

Тут мы хотели продолжить разговор, как прозвенел звонок. Видимо, надо было выйти в коридор на какое-то собрание.

Мы вышли из комнаты, в коридоре стоял проводник и указывал куда идти. Мы вышли в промежуток между всеми отсеками, пошли прямо, это был некий актовый зал, где стоял мужчина, которого я до этого не видел.

12:55. Все уселись, человек на трибуне начал речь:

– Теперь вы должны жить по-другому, вам придётся смириться с тем, что мир, который мы помнили был уничтожен. В бункере будут свои определенные правила и законы Российской Федерации с поправками. Чтобы тут жить, придётся работать, уйти от работы нельзя – даже не думайте. Теперь это наш общий дом. С завтрашнего дня каждый получит должность и пройдёт переквалификацию, чтобы выполнять нужную работу. Также помимо правил у нас есть строгие запреты.

Разгерметизация двери, убийство товарища, отказ от работы без особых причин. Пост руководителя на данный момент занимать буду я, имею на то знания и полномочия. Больше вам знать ничего не надо. Всем спасибо, все свободны.

Вася мне говорит:

– Не лучшая перспектива, однажды мы выйдем от сюда, когда на поверхности уменьшится радиационный фон.

В это момент я обратил внимание на зал. Люди плакали, грустили, но лишь некоторые сидели со странной ухмылкой на лице. Когда мы возвращались в комнату, в столовой сидел человек на вид лет 18, он что-то ел и не обратил на нас внимания.

Вася сказал:

– Надо будет добавить его в нашу компанию.

– Компанию? – Спросил я.

– Да, надо с чего-то начинать. Мы прошли и сели в комнату, сначала молчали, но потом заговорили.

Он спросил меня:

–Сколько тебе лет?

–16.

– А зовут тебя, как?

– Кеша, Иннокентий.

– Серьёзно? Оригинально. Никогда не общался и не видел людей с таким именем, – улыбаясь.

– Что ты чувствуешь, Кеша?

– Я должен быть расстроен, мир уничтожен, ни друзей, ни семьи, ничего, что было мне дорого, но у меня лишь как-то пусто на душе.

– А ты?

– И радость, и боль. Я не любил смотреть на этот мир и эгоистичных людей, но я всё же потерял важную для меня любимую девушку. Как-то пессимистично. Ладно… Расскажи о своих интересах.

– Я интересуюсь политикой или сказать интересовался, – c улыбкой, посмотрев в глаза, – также компьютерами, общался и участвовал в левых движениях, как и ты, наблюдал эгоизм людей, замечал, что их поработила система, а в моей жизни не шло всё хорошо, поэтому сейчас я одновременно рад и безутешно печален.

– Понятно.

Мы продолжили разговор до 13:00. После чего мы захотели прогуляться и рассмотреть весь бункер. Мы подошли к стальной двери в щитовую, там была лестница на нижний уровень, пока никто не видел, решили туда зайти. Перед нами был прямой коридор в конце которого было обширное помещение. Слева в начале была генераторная, справа громадные фильтры для очистки воды, левее чуть дальше было закрытое помещение с фильтрами для воздуха. Мы хотели идти дальше, но в граммофон сказали о срочном собрании на верху, мы быстро поднялись, чтобы не вызывать подозрений, мужчина по имени Андрей решил повеситься, но его остановили. После чего он начал всё крушить и ломать возле себя, его скрутили, бросили в одиночную камеру. Да, именно так весело начинался новый день. Через 3 часа приготовили еду в столовой, люди начали общаться, знакомиться, рождался новый социум. К вечеру раздали одеяло и подушки тем, у кого их не было, каждый получил мыло, щетки для чистки зубов, выпущенные ещё в Советском Союзе, простой костюм, похожий на армейскую одежду, показали местонахождение небольшой библиотеки, разрешили ей пользоваться, взять книгу тем, кто хочет.

Проходя по бункеру перед сном, я случайно наткнулся на помещение центра связи, там сидели два человека, которых я ранее не замечал, они были похожи на инженеров и пытались, по-моему, выйти на какую-то частоту, но никто не отвечал. Когда они заметили меня, передо мной закрыли дверь. Ещё через несколько часов прозвучал отбой. Сначала я лег, лежал час, два и не мог заснуть. Тогда меня и накрыло полностью. В голову полезли образы друзей, семьи, сотни воспоминаний. Грусть так ударила, что хотелось плакать, но нет – лишь глубокий раскол. Где-то через несколько часов я уснул.

24 ноября 9:00

Прозвенел звонок. Все начинают неохотно вставать. По всему убежищу включается свет и расплываются сонные люди. Мы пошли в отделение душевой, где умылись, почистили зубы, затем сходили в туалет. К 10:00 был готов завтрак. Чай в стальных кружках, бутерброд с маслом, отваренное яйцо. В 11:30 всех созвали в общий зал, где сказали кому куда сходить на распределение, кто какие способности имеет. Людей, понимающих в электрике, отправляли в механический отдел, где выдавали пособия по работе с приборами убежища, таких было 4. Врачей почти не было, были лишь два знатока биологии, которых отправили на переквалификацию, одного следить за здоровьем людей, а другого за растениями в специальном отсеке, в котором мы ещё не были. Оказалось, что в бункере был третий уровень с небольшим садом и огородом. Но там была лишь земля и особая вентиляция с оттоками для воды. В ящиках на 3 уровне хранилось множество семян. Далее людей продолжали спрашивать и отправлять. А вот и спросили меня. Я сказал, что имею опыт работы в IT сфере, компьютерами и различной техникой.

Меня отправили в то место, где передо мной вчера захлопнули дверь. Там имелся узенький проход в комнату, где стояли старые компьютеры.

Ко мне подошло двое:

– Ну, что ты можешь? Какой нам толк будет от тебя?

– Если посмотреть, что не один из компьютеров не включен, а все они полностью покрыты пылью, то вы не особо-то тут управляетесь.

–Ха-ха, умник, попробуй включить хоть одно из этих вёдер.

– Я посмотрю, что можно сделать. Дайте мне отвертки.

– Не подведи, а то пойдёшь драить полы в душевой.

Думая про себя, я сказал:

– Имея ряд политических знаний, я не смогу ими воспользоваться, с ними я буду лишь драить полы. Придётся полностью уйти в компьютерную сферу, удивятся они, когда я тут всё запущу.

Сначала я попробовал включить хоть один, он пропищал, по писку было понятно, что, видимо, отсутствует видеокарта. Я разобрал его, почистил от пыли, заметил отсутствие оперативной памяти, видеокарты и непонятно вставленный жёсткий диск.

Я позвал этих двоих:

– Эй, подойдите.

–Ну, что?

– Тут нет видеокарты и …

Не успев сказать, меня перебили, – то есть ты ничего не можешь?

– Я могу, скажите, есть ли у нас склад с аппаратурой.

– Да, но там не работает электричество, дверь необычная, просто так не открыть, ко всему же небольшой обвал.

Весь этот день люди проходили в отделы, где будут работать и проходить переквалификацию. Я разбирал весь день компьютеры, пытался включить электричество в щитке, сделать хоть что-то, чтобы запустить старьё, с которым мне пришлось работать. К вечеру эти двое мне представились, их звали Сергей и Илья. Изначально они мне показались злыми, тупыми и агрессивными, но со временем я стал замечать всё больше и больше позитивного, о себе они не рассказали, прошлой их жизни я не знал.

Через 3 дня.

27 ноября 11:00

Что делал Вася я не знал, мы виделись лишь в комнате, когда просыпались и ложились спать. К этому периоду люди получили хоть что-то на переквалификации, мы собрали группу электриков, инженеров и просто сильных мужчин, которые помогут пробить завал к складу техники. Очень важно было наконец-то попасть в сеть и попробовать установить связь с другими выжившими. Пройдя к завалу, электрики отключили электричество в коридоре, чтобы безопасно разобрать завал.

Мы начали растаскивать камни, потолок подсыпался, с левой стены сыпалась побелка. Мы поставили пару балок, чтобы всё не обвалилось. Перетаскивание камней заняло примерно тридцать минут, вот виднеется стальная дверь. Началась работа инженеров, они разбирали механизм, остальные светили им фонарём. Электрики ушли к щитку, чтобы по сигналу включить электричество. Разобрав полностью механизм двери, инженеры соединил несколько проводов, чтобы провести короткое замыкание. Электрикам крикнули: – Зажигай! Свет включился, дверь заискрилась, магниты в механизме оттолкнулись друг от друга, дверь отворилась. Я зашёл первым, света в помещение не было, мы включили фонари, кругом было много коробок, стеллажи, железные шкафы. На одном из стеллажей лежало 10 видеокарт, я позвал народ, чтобы они сложили технику в сумку, в других коробках лежали материнские платы, оперативная память и процессоры, их взяли и понесли в мастерскую, после отворил один из стальных шкафов, там был спирт, термопаста, масло, всё это я разложил себе по карманам. Далее не обращая внимание на это помещение, вышел и пошёл в технический отдел чинить компьютеры. Весь день у меня ушёл на сборку и починку, меня даже не было на обеде, мне лишь принесли чай. Компьютеры были очищены от пыли, недостающие комплектующие были вставлены. Из 10 компьютеров запустились лишь 7. Системы не было ни на одном. Сергей и Илья принесли мне загрузочные диски, мы принялись устанавливать операционные системы. К ночи мы завершили, был 2-ой час. Компьютеры работали, системы были настроены. Но доступа к серверам не было, это означало, что где-то произошёл обрыв кабеля. Мы обратились к старосте с этим объявлением: