- -
- 100%
- +
© Сергей Артурович Медведев, 2017
ISBN 978-5-4485-3558-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
1. Idiot & Durochka
Вчера ночью я получил странное письмо, в котором было написано, что в Нью-Йорке умер мой брат, и у меня теперь 1 миллион долларов. Наследство. Адвокат по фамилии Нильсон написал, что мне ужасно повезло, что умер брат, миллион у меня в кармане, только надо оплатить его адвокатские услуги. Смехотворная цифра. Что-то типа 100 долларов. Это пустяки. Сто долларов у меня есть. Я тут же перечислил их по указанному адресу.
Таким образом, от адвоката пришли две новости: плохая и хорошая.
В детстве я часто спрашивал мать, продала бы она меня на органы за миллион рублей (тогда доллар стоил 40 копеек, миллион рублей был больше, чем миллион долларов). Будил ночью и спрашивал… Мать злилась и говорила, что нет, ни за что бы не продала, потому что она рассчитывает, что в старости я ей буду помогать. «А за два?» «И за два – нет. Иди спать, сынок».
Но то мать. А брат умер, оставил миллион долларов, и я не знаю, радоваться или нет.
Кстати, неизвестно, может быть, мать, если бы знала, что я ей все равно никак не буду помогать в старости, продала бы меня за миллион.
Мать, кстати, тоже хороша, никогда не говорила, что у меня есть брат. Тем более в Нью-Йорке. Если бы я знал, может быть, у меня и жизнь сложилась бы совсем по-другому. Все-таки вдвоем легче противостоять агрессивной окружающей среде.
Я набрал в интернете, чтобы выяснить, что же можно купить за миллион долларов. Оказалось, не так уж много (если верить интернету). Предложения были такие: ванна из горного хрусталя, ноутбук от Luvaglio, кокосовый коньяк Mendis Million Dollaг, духи DKNY, самолет Cessna Skycatcher, мотоцикл Harley Davidson, частная субмарина C-Explorer. Охренеть. Что ж там за коньяк такой?
Если честно, я бы взял субмарину. Уплыл бы куда подальше. Но где ее хранить? Негде.
Мой друг по «Фейсбуку» Анатолий Иванович (которому я зачем-то, в личку, конечно, сообщил о письме) написал, что за такие деньги можно купить даже танк.
«Зачем?» – отстучал я ему месседж. «Ты разве не понимаешь? Будем помогать соотечественникам в других странах».
Алексей (другой друг по «Фейсбуку», один из трех) написал, что он потратил бы все эти деньги на баб. «Ты пробовал „Виагру“? – поинтересовался Алексей. – Знаешь, какая она на вкус?» «Не знаю, не пробовал». «Мятная или апельсиновая». «Откуда знаешь?» «В интернете прочитал» – ответил Алексей.
Потом опять написал Анатолий Иванович и сказал, что если я не хочу танк для соотечественников, то я могу дать ему хотя бы 100 тысяч долларов, и тогда он издаст книгу, которая сама по себе изменит расстановку сил на мировой арене.
Я забанил Анатолия Ивановича, потому что понял, он не оставит меня в покое. Алексея исключил из друзей, потому что решил: а вдруг он несовершеннолетний, и вся наша переписка – провокация. Не исключаю, кстати. У него на аватарке – Гарри Поттер, а год рождения не указан. А вдруг это не Гарри Поттер? Вдруг это Алексей так выглядит? Или, еще хуже, вдруг это несовершеннолетняя женщина? Потом оправдывайся.
Вот в таких смятенных чувствах я пришел домой с работы (а я работаю кассиром в супермаркете, если что).
В подъезде я встретил соседку – случайно на лестничной площадке.
– Почему вы не купите себе новые туфли и хорошее пальто? Вы уже лет двадцать ходите в одном и том же, – посоветовала соседка и засмеялась. Соседке лет тридцать пять или тридцать. В принципе, она довольно симпатичная, если оценивать не придираясь. «Молодые – все красивые», – говорила мать. Сейчас я ее понимаю, а когда-то спорил.
«Купите себе хорошее пальто». Не такое уж у нее и самой хорошее пальто, соседку я имею в виду. Но фигура неплохая. Ноги только коротковатые.
От неожиданности я растерялся:
– Вы ко мне обращаетесь?
Глупый вопрос, вокруг никого не было.
«Ха-ха-ха!» – засмеялась соседка и скрылась за своей железной дверью.
Я пришел домой, съел салат «Цезарь», проверил почту – от адвоката ничего не было (да еще и рано). Задумался. Совет соседки испугал меня. «Купите себе новое пальто». Таких совпадений не бывает. Что это значит? Значит, она знает о моем наследстве. Откуда? Ведь я ей не говорил. Я вообще с ней никогда не разговаривал. Даже не здоровался.
О миллионе я писал Алексею и Анатолию. Хотелось похвастаться, распирало прямо меня. Но… Я предвидел нечто подобное, и в «Фейсбуке» у меня был ник «Полковник Немо». Город проживания не указан, возраста нет. Вообще ничего не указано. Просто «Полковник Немо». Ни интересов, ни школы, ни вуза. Правда, есть одна запись, точнее перепост, – «Средняя температура в жилых помещениях разных стран Европы». Что-то меня заинтересовало в этом посте. Сейчас даже и не помню, что именно. Но перепостил. Потом долго ругал себя. Но убирать не стал. Подумал, чего бояться? А вот, оказывается, есть чего.
Все это очень плохо. Откуда же она знает о моем миллионе? Значит, она меня как-то вычислила. Она как-то следит за мной. А может быть, она и есть «Колбасы Дона». Это у меня третий друг на «Фейсбуке». С таким необычным ником. Уже год дружим. Ну, не так чтобы очень дружили, но пару раз я лайкнул какие-то посты этих «Колбас». Просто, чтобы поддержать отношения.
Значит, вот так. Моя соседка и есть «Колбасы Дона». Как я сразу не догадался? В следующий раз надо быть разборчивее в выборе друзей.
Но это значит, что с «Колбас Дона» можно зайти в мою почту. Вот как получается. На всякий случай я забанил «Колбасы». Но, наверное, поздно.
Но что делать? Надо выяснить, что ей нужно и успела ли она кому-нибудь рассказать о моем наследстве. А если не успела, то мне придется с ней как-то поступить. Как? Первое, что приходит на ум, – отрезать голову. Но… Потом решу.
Всю ночь я не спал. Думал.
Что ей нужно? Что ей нужно? Наивный. Деньги ей мои нужны. Может быть, поговорить? Может быть, как-то удастся договориться. Можно же как-то откупиться.
Перед работой, в семь утра, я постучал к ней в дверь, но она не открыла. Хотя я слышал, что за дверью кто-то есть. Слышал, как кто-то подошел к двери и потихоньку отошел. Но почему я решил, что она откроет? Странно, очень странно. Набивает цену. (А я уже мысленно расстался со 100 тысячами долларов, но подумал, что могу расстаться и с 200 тысячами)
Я сунул под дверь записку: «Нам надо поговорить…»
Вечером под своей дверью я обнаружил ответ: «Кто вы?»
В ответ написал: «Тот, кому нужно новое пальто и туфли» и отнес записку под ее дверь.
Утром я прочитал: «Что вы хотите?»
Ответил: «Обсудить условия. Вы знаете, что я имею в виду».
«Приходите завтра в полночь. Выпьем чаю и все обсудим».
Так она написала на обратной стороне моей же бумажки.
В полночь (выпив немного коньяку – для храбрости) я постучал к ней в дверь, она открыла, и я сразу сказал:
– Давайте начистоту, 100 тысяч – и мы забываем друг о друге. Давайте расставим точки над i.
Так я сказал и сразу прошел в ее квартиру. Чтобы она понимала мой настрой и то, что я знаю, как выходить из сложных ситуаций.
Она без сопротивления пропустила меня к себе.
– Привет от Полковника Немо, – шепнул ей на ухо (она вздрогнула), и я оглянулся. В квартире, кроме нас, никого не было. Значит, у нее нет сообщников. Или она так уверена в собственных силах? В принципе, она спортивного телосложения, неизвестно, чем может закончиться наше противоборство.
– Сто тысяч – это мое последнее слово. Как? Согласны? – я сразу взял быка за рога.
– Хорошо. Я согласна на сто тысяч.
– Да? Вот и славно. Так вот вы какие, «Колбасы Дона». А я вам доверился, в друзья вас записал, даже лайкал. А вас, оказывается, интересуют только деньги.
– Чаю выпьете? – спросила она шепотом. – Раз мы уже все решили.
– С колбасой?
– Хорошо, с колбасой.
Сколько раз говорил себе: не пей чай в чужих домах. Мало ли что. И это при моем опыте работы в супермаркете. Вдруг мышьяк! Просто, ради смеха. Даже без злого умысла.
– Вам покрепче? – спросила она очень тихо.
– Пожалуй, – я расслабился. – Отметим успех наших переговоров.
В общем, выпил я чаю и потерял сознание. Что-то она подсыпала в чай. И в себя я пришел уже привязанным к стулу. Какой же я дурак.
– Что вы хотите со мной сделать? – произнес я еле слышно, потому что во рту пересохло от этих ее каких-то отравляющих веществ.
– Еще не решила.
– Но в каком направлении движется ваша мысль?
– Сначала я хотела отрезать вам голову. Но тогда придется вас расчленить. Потом выносить по частям. Я женщина одинокая, помощников нет, расчленять придется самостоятельно… Я не справлюсь. Я решила, что столкну вас вместе со стулом с лестницы в подъезде. Потом отвяжу стул. Получится, что вы пьяный сами упали и ударились затылком.
– Послушайте. Но зачем? Зачем я вам мертвый?
– А зачем вы мне живой? Как потратить миллион, я сама решу. Я уже даже посмотрела в интернете, на что их можно потратить. Я хочу купить себе подводную лодку и уплыть, куда глаза глядят.
– Я тоже хотел подводную лодку, – я горько усмехнулся. – Но вы лишили меня мечты.
– Какая наглость.
– В чем же моя наглость?
– А то, что вы распоряжаетесь деньгами моего брата. Мечтаете с их помощью.
– Вашего брата? Это мой брат. Был моим братом. На днях мне сообщили, что он умер.
– Я вам не верю.
– Это легко проверить. Зайдите в мою почту. Логин – слово «idiot» латинскими буквами. Пароль – 22—09—1970 – моя дата рождения. Такой сложный логин я придумал специально, чтобы никто не смог подобрать. Кому придет в голову, что человек станет скрываться под логином «idiot»?
Она проверила. Оказалось, то, что я говорю, правда.
– Странно, странно, очень странно, – моя собеседница была растеряна. – Какое фантастическое совпадение!
Она открыла свою почту (логин – durochka, пароль – 19—05—1975 – это ее дата рождения) и показала мне письмо. Представляете, тот же самый адвокат Нильсон написал ей, что у нее тоже умер брат и ей тоже положен миллион долларов. И она уже перевела сто долларов на счет адвоката.
– А какой у вас ник в «Фейсбуке»? – спросил я у нее.
– «Серая шейка». Но вообще-то меня Катей зовут.
В общем, Катя решила, что ограбить ее хочу я. Каким-то образом я догадался, что она – наследница миллионного состояния. Так она предположила. Действительно, durochka. Если учесть, что я сам к тому моменту был миллионером. Мог ли я подумать, что у нас на лестничной площадке живет еще один миллионер? Я же верил в теорию вероятности. Типа снаряд не падет в одну и ту же воронку дважды. Оказывается, падает…
На «Фейсбуке» у меня теперь всего одни друг – «Серая шейка». Хотя – тоже информация для размышления – ко мне каждый день стучатся в друзья всякие «Маша Ювелирный Салон», «Ольга Отдых», «Сергей Ролс-Ройс». Кто они такие? Почему они вышли именно на меня? Надо быть осторожнее. Я их сразу баню. Потому что мы с Катей ждем наследство. Два миллиона долларов. Немалые деньги по нынешним временам. Мы решили, что все-таки купим подводную лодку и заляжем на дно где-нибудь в районе Марианской впадины.
2. Оля и волшебные очки
В характере у каждого человека бывают загадки. Загадки, которые не объяснишь с точки зрения здравого смысла.
Некоторые люди под страхом смертной казни не пьют кефир. Другие с детства не едят перловую кашу.
– Я лучше умру с голоду, чем буду есть эту гадость, – говорят дети, не разжимая рта, своим мамашам.
Мамаши в это время пытаются впихнуть детям в рот ложку с перловкой.
– Господи, что же мне с тобой делать, кем же ты будешь в старости, если уже сейчас такой капризный? – вздыхают матери и сами съедают кашу. – Отличная перловка, может, все-таки попробуешь?
…У Оли было две загадки. Во-первых, она никогда не носила головные уборы. Даже в 30-градусный мороз.
– Я мало бываю на свежем воздухе, из дома – к остановке, от остановки – на работу, а потом в обратном направлении. Не успеваю замерзнуть. Да и волосы не хочу портить шапками.
Иногда Оля шутила:
– А у меня шапочка-невидимка. Она всегда на голове, просто вы ее не видите.
– А почему же у тебя тогда уши красные, совсем не греет твоя невидимка? – возражали Оле немногочисленные подруги.
– У меня уши красные от природы, – вздыхала Оля. – У отца были красные. Да еще и большие. Вот, посмотрите на фотографию.
На черно-белой старинной фотографии действительно можно было увидеть, что уши у Олиного отца – огромные, как у слона. В то, что они красные, оставалось только верить.
– Он был очень совестливым человеком, – рассказывала об отце дочь.
А еще Оля очень плохо видела. Тем не менее, она никогда не носила очки. Даже после того как ее однажды чуть не сбила машина. Тогда ей было уже немного за сорок.
– Куда прешь, слепондя? – закричал на нее мужик в меховой шапке, выскакивая из «копейки». – Не видишь, какое здесь интенсивное движение?
– Может, и не вижу, вам какое дело? – фыркнула Оля, которой казалось, что по центральной улице города неспешно движется цирковая процессия – несколько слонов, тигры, лошади, один гиппопотам и три дрессированных свиньи. Мчащихся машин Оля не видела.
– Очки купи, если не видишь, – с облегчением вздохнул мужик, чуть было не сбивший Олю, и умчался в неизвестном направлении. – Отвечай потом за вас, а у меня еще вся жизнь впереди, женился, вот, недавно.
«Действительно, надо купить очки», – подумала Оля, когда года через два попала в больницу с менингитом. В больнице у нее было много свободного времени. Оля лежала на кровати, вспоминала, как поцеловалась в первый раз. Как украли первую зарплату. Вспомнила и о том, как ее чуть не сбила машина.
Вылечившись, Оля отправилась в подземный переход, где, как ей сказали в больнице, находится лучшая в городе оптика.
– Вам какие очки – защитные или оптические? – поинтересовалась, высунувшись из окошка продавщица в вязанной шапочке.
– Мне бы какие-нибудь универсальные.
– Универсальные закончились, – объявила продавщица. – Есть слесарные. В них и металл варить можно.
Слесарные очки Оле не понравились – слишком тяжелые, да и металл варить в ближайшее время она не собиралась. Борщ иногда варила. Диетический. Мужу не нравилось.
– Тогда возьмите увеличительное стекло, – посоветовала продавщица. – Те же очки, только на один глаз.
– Да, это именно то, что мне нужно, – обрадовалась Оля и сунула увеличительное стекло к себе в сумку. – На один глаз? Я же правильно поняла? Мне большего и не надо. У меня, в принципе, нормальное зрение. Сколько с меня?
– 20 рублей. У нас распродажа.
Увеличительное стекло понравилось Оле. С ним она смело перешла улицу, не провалилась в открытый люк, увидела старую знакомую, о которой думала, что та давно умерла.
– Ой, Вер, давно тебя не видела. А мне говорили… Но я не верила… Но ты не подумай… А ты откуда идешь?
– От верблюда, – зло сказала Вера, которая в тот день была не в духе.
– Верю, верю, верю, – быстро закончила разговор Оля и спрятала увеличительное стекло в карман.
Еще Оля нашла в магазине два рубля с профилем Гагарина.
«Да я могу бросить работу, буду ходить по улицам деньги искать», – подумала довольная женщина.
Окрыленная находкой, Оля пришла домой.
Правда, на двери своей квартиры она обнаружила нацарапанное кем-то слово из трех букв с неуместным, на ее взгляд эпитетом, – «моржовый». «Это, наверное, все-таки относится к мужу, – утешила себя Оля. – Я-то тут причем? А, может, это он сам и написал. По неизвестной мне причине. Я, в сущности, мало, что о нем знаю. Мужчина. Не любит борщ без мяса. Работает в ЖЭКе. Кем? Неизвестно. Я наверняка, если разобраться, знаю только имя. Владислав Александрович. Владик».
Сразу выяснить, к кому относится надпись на двери, Оля не смогла: Владислав Александрович был на работе.
Оля даже было позвонила ему в ЖЭК, но на другом конце провода, заикаясь, ответили, что ее «м-м-м-уж убыл в м-м-м-естную ком-м-м-м-андировку».
– Командировку? – переспросила Оля.
– Ага, сегодня уже не будет!
Странно, подумала Оля, поднесла к правому глазу увеличительное стекло и посмотрела на себя в зеркало. Сначала она ничего не увидела – зеркало было очень пыльным. Она протерла его поверхность рукавом и ахнула.
– Какой у меня нос длинный, – расстроилась женщина. – Значит, правду говорят: носы растут всю жизнь.
Из зазеркалья на Олю смотрела совершенно незнакомая ей женщина. С редкими выцветшими волосами и криво подведенными губами. Оля поднесла увеличительное стекло к левому глазу, но ничего не изменилось. Только левый глаз стал намного больше правого.
Оля зажмурилась от ужаса, и незнакомка исчезла. Изнутри мы гораздо лучше.
«Какие мы на самом деле: такие как в зеркале, или такие как нас отражает собственная душа? Что я знаю о той женщине с длинным носом? А что она знает обо мне?»
Ее раздумья прервал звонок в дверь.
– А вот и я! – сказал, заходя в квартиру, Владислав Александрович. – Ну, ты как тут без меня? В одиночестве? Как там в целом? Все в порядке, надеюсь?
Оля взяла увеличительное стекло и подошла к мужу. Она тщательно осмотрела его руки (на правой она впервые увидела татуировку – «1956—2017»), незастегнутый гульфик, морщинистое загорелое лицо. На лбу у Владислава Александровича она нашла следы от губной помады и надпись тушью для ресниц: «Таня плюс Владик равняется любовь».
Оля села на кровать и внимательно посмотрела на мужа через увеличительное стекло.
– У нас на двери, Владислав, написано одно нехорошее слово и одно непонятное. Теперь я знаю, что ты – тот, который моржовый.
Оля заплакала, а Владислав Александрович встал перед нею на колени.
– Ты пойми, мне же иногда хочется это самое. Романтических отношений. Может быть, это в последний раз. Прости, если сможешь. Но как ты догадалась?
– Я же все теперь вижу, – вздохнула Оля. – Не слепая.
…Они перестали разговаривать. То есть, Владислав Александрович пытался заговорить с женой: «Ну, ты как, в целом?», но Оля лишь с укором смотрела на мужа, качала головой и ничего не говорила.
За время, что они молчали, Оля с удивлением обнаружила, что их телевизор работает, только как радиоприемник – что-то говорит, но ничего не показывает. Да и говорит одно и тоже:
– Медведи под куполом цирка. Слоны – жонглеры, обезьяны-фокусники и грузины-наездники на лошадях ахалтекинской породы. Прощальные гастроли всемирно известного коллектива под руководством мистера Икс. Билеты можно заказать по телефону… Медведи под куполом цирка… Слоны…
И еще:
– Не забудьте выключить телевизор… Не забывайте об этом и в другие дни недели.
…После приобретения увеличительного стекла, или – как говорил муж – лупы, в жизни Оли стали происходить некоторые изменения. Например, она купила шапку-ушанку. Она вдруг разглядела, что все ходят в шапках.
В ушанке, завязанной под подбородком, и с лупой в руке, Оля производила на окружающих угнетающее впечатление.
– Женщина, ну, что вы тут все высматриваете? – спрашивали у нее в магазине. – Уже полчаса стоите у витрины и ничего не покупаете.
– Может быть, я не могу найти смысл жизни, – вздыхала Оля, прятала увеличительное стекло в карман и уходила.
– Вы, наверное, гадалка, они тоже как-то со смыслом жизни связаны, – однажды предположила продавщица. – А я сейчас милицию вызову. Пусть разберутся. Месяц назад у меня пропали два рубля с профилем Гагарина. Может, это вы взяли.
С работы Олю попросили уйти по собственному желанию. Коллеги – а это были в основном немолодые дамы – боялись находиться в одной комнате с женщиной в шапке и с лупой.
– Так, ничего не понимаю. Где-то же должен быть выход из этого лабиринта, – бормотала Оля, склонившись над электрическими схемами.
– Шапка-невидимка до добра не доводит. Мы это тебе давно говорили… Надо было раньше покупать ушанку.
Владислав Александрович, когда приходил домой выпивший, всякий раз обещал выбросить лупу к чертовой матери – он догадался, что Нелли исследует его спящего.
– Ты мне дожить по-человечески не даешь, может, у меня рак горла и печень больная, – плакал он, пытаясь обнять Олю, когда та обнаружила в паху у Владика надпись губной помадой – «Здесь была Соня».
– Что ты во мне ищешь изъяны? Да, я не безупречен. Это видно и невооруженным глазом. Не надо меня рассматривать под увеличительным стеклом.
В конце концов, Владик сдержал обещание и отдал ненавистную лупу соседу-школьнику, который тут же поменял прибор на дохлую летучую мышь. (Школьник сварил мышь, ее скелет до сих пор украшает его квартиру.)
Увы, пожить по-человечески Владик не успел. Через месяц он умер, как и предполагал, от рака горла и больной печени.
А Олю и сейчас можно встретить на центральной улице города. Без шапки. Даже когда термометр показывает минус тридцать. Но он же редко показывает такие страшные цифры.
3. Мультиварка
Дневник неизвестного
21 декабря. На работе всем подарили ежедневники – почему-то за прошлый год. Сказали, что от партнеров и про то, что даренному коню в зубы не смотрят. Тем более что, наступает год лошади. Решил, что буду вести дневник личных наблюдений. Прочитал, что это повышает стрессо-устойчивость, и потом можно будет проанализировать, где допустил ошибку. Когда в прошлый раз допускал, потом долго не мог разобраться. Обязательно: сходить к матери!!!!
23 декабря.
Жена попросила на новый год мультиварку. Хорошо. Я не возражаю. Это моя Марина сходила к своей Альбине. (Альбина мне не нравится, но все равно – не забыть поздравить ее с новым годом!!!). Альбина сказала Марине, что после того, как муж купил ей мультиварку, ее жизнь изменилась в лучшую сторону. Можно подумать! Внешне это никак не проявилось: как была страшилищем, так и осталась.
24 декабря.
Изучил Интернет: есть очень дорогие мультиварки. Нашел за 3.690. Проехал полгорода, оказалось, что за 3.690 уже нет. Есть за 4.000. Никогда больше не поеду в этот «Э». К мультиварке в качестве бонуса дали шахматного коня (опять же, в честь года лошади). Сказали, что надо собрать все фигуры, тогда будет поездка за границу. Интересно, как это можно собрать все фигуры? Только лошадей и можно собрать: годов ферзя или короля не бывает. Всюду хотят обмануть. Из хорошего – купил миксер (600 рублей), буду готовить себе молочные коктейли.
25 декабря.
Марина сказала, что видела в окно, как я шел с мультиваркой. Так что, для нее это уже не сюрприз. И что мультиварку могу подарить уже сейчас, а не ждать нового года, тем более, что сегодня католическое рождество, а у нее бабушка – из польских дворян. Про своих дворян она рассказывает примерно раз в неделю, когда хочет меня унизить. Подарил. Поцеловала в щеку. Сексом не занимаемся уже месяц. Надо обязательно сходить к матери.
28 декабря.
Никогда не надо слушать женщин. Зачем я купил эту мультиварку? Жена стала готовить с ее помощью все, плюс мой миксер тоже пошел в дело. Пришел с работы – стены кухни покрыты тонким слоем картофельного пюре. Блин, говорю, Марина, у тебя же бабушка из польских дворян. Борщ тоже был как пюре. Марина считает, что я к ней придираюсь. «Это борщ-пюре, что ты придираешься, есть же суп-пюре, тебе раньше очень нравился грибной суп-пюре». Может, мне и нравился суп-пюре, так ты и приготовь суп-пюре, а не пюре-борщ. Спать лег голодным. После работы пошел к матери, нормально поел. Пришел поздно, был скандал.
29 декабря.
Жена сказала, что теперь будем готовить в мультиварке еще и хлеб!!! Печально. Альбина дала ей рецепт. Сучка, ненавижу.
30 декабря.
Хлеб быстро освоить не удалось. Не получилось. Первый блин комом, М. именно так объяснила ситуацию. Ну и готовила бы свои блины дурацкие (нецензурную лексику решил в дневнике пока не использовать, «сучка» – литературное выражение), раз все равно комом. Второй день не ем дома хлеб. Хотя, Марина, по ее словам такой задачи не ставила. Но это не все впечатления. Сегодня утром – около пяти утра – проснулся от того, что на кухне что-то щелкнуло, а потом забулькало. Я испугался, разбудил Марину («ты слышишь, кажется, прорвало канализацию?»). Марина объяснила: «Это я настроила таймер, чтобы к твоему подъему были готовы рыбные котлеты. Ну, или что-то в духе рыбных котлет. Навалякала с вечера». Котлеты не получились, она забыла бросить в фарш яйцо. Даже я знаю про яйцо.
2 января.
М. нашла мой дневник, был скандал. Она подумала, что «сучка» относится к ней. Я объяснил, что это я об Альбине. М. позвонила Альбине, зачитала вслух то, что я написал о ней (Альбине). Теперь оставляю дневник на работе. Нервы на исходе. Надо больше писать, снимать стресс. Но нет вдохновения. Завтра подробно опишу, как встречали новый год.