- -
- 100%
- +
«И произошла на небе война. Михаил и ангелы его воевали против дракона. И дракон и ангелы его воевали против них».
Откровение Иоанна Богослова. 12.7.
Часть1
Перегнувшись через перила крыльца, я бросил взгляд на ночную деревню, которая настороженно просыпалась. Там отчаянно надрывались собаки, и начали мелькать огоньки фонарей.
Я не мог и не хотел сдерживать переполняющие меня чувства. Но во дворе дома мой восторг слегка поутих, когда я наткнулся на совершенно растерянного и ошалевшего Ивана, стоящего с видом испуганным и настороженным. Его колотила дрожь, и, разинув в изумлении рот, он то озирался на моих облачённых в сияющие перламутром доспехи друзей, то всматривался в зависший в полусотне метров аппарат Кена.
– Вот, друг мой Иван, опять я ухожу, – кивнул я соседу. – Уж и не знаю, вернусь или нет. Скорее нет, чем да. Поэтому прощаюсь и дарю тебе этот домик. Живи тут, Ваня, и домового не обижай. Зовут его Рам, и он добрый парень.
– Егор, Егор, – сосед сильно волновался, чуть подался вперёд и начал заикаться. – Егор, на коленях тебя молю, забери меня отсюда. Устал я, и земля устала от меня. Больно мне, Егорша, мочи нет. Забери меня.
– Да куда ж я тебя, Ваня, заберу? – вздохнул я.
– На небо, Егор, – всхлипнул Иван, – на небо.
– Нельзя, Ваня. Там идёт большая война. Там сейчас страшно. – Без притворства мне стало жалко мужика, и я не мог просто так ему отказать. И тогда я решил его мобилизовать: – Слушай, Иван внимательно. Отныне здесь будет наша база. Ты призываешься в армию Света, и я поручаю тебе возглавить эту базу. Когда там, – и я ткнул пальцем в небо, – станет нам трудно, мы вернёмся и должны знать, что здесь нас будет ждать место отдыха и убежище. Ты меня понял?
– Так точно, командир, – гаркнул Иван и его глаза вспыхнули азартом. – Сержант Петров готов приступить к исполнению своих обязанностей.
– Так значит по рукам? – вздохнул я с облегчением.
– По рукам, командир, – затараторил мужик. – Будь спокоен, не сомневайся, всё управлю, как надо. – И я впервые увидел, как его лицо расплылось в счастливой улыбке, а глаза полыхнули шальным блеском. Ну, что ж, пожалуй всё оборачивалось не так уж и плохо. Повернувшись к Отиле, я тихонько сказал:
– Позови Рама. – Он кивнул, и через минуту вышел на крыльцо, подталкивая нового домового. – А вот и твой подчинённый, – сказал я.
– Иван, подь сюды, – по-хозяйски скомандовал Отила. – Вот тебе друг и помощник. Это Рам, он домовой. А теперь ступайте в дом, знакомьтесь, и смотрите у меня, чтоб жили душа в душу.
Иван и Рам скрылись в дверях дома, а Отила отправился во флигель и принялся там греметь посудой и хлопать холодильником. Пока все члены экипажа разбрелись, осматривая мои скромные владения и следы пожарища вокруг, я мысленно связался с Кеном:
– «Привет, Кен, это Очер».
– «Мог бы и не представляться, – в его голосе слышалась усмешка. – Я тут давно наблюдаю, как их… эти ваши по телеку… а вот вспомнил, мелодрамы».
– «Не понял, – удивился я. – Откуда телек? Откуда такой интерес инопланетного существа к эфирным передачам в нашем захолустье галактики?».
– «Не буду врать, – признался Кен, – мы здесь на орбите уже пару ваших суток. Пока Элна с Тайром решали свои вопросы, я тут эфир прослушал и просмотрел и, главное, наведался виртуально в ваши кулинарные учреждения, как их… а, вот, рестораны, и изучил их… рецепты и меню».
– «И на… зачем?».
– «А надоело выслушивать ваши под… замечания, – запнулся Кен, – что стряпня моя хорошая, но не настоящая. То вам не то, и это не это. Зато теперь я закачал в память десять тысяч формул пищи и рецептов натуральной еды. И только попробуйте теперь возбухнуть… пардон, возмутиться».
Рядом рассмеялась Элна. Оказывается по параллельной связи все слышали наш «разговор». Отила подошёл поближе к девушке, чтобы через её доспех поговорить со своим лепшим другом.
– Кенушка, дорогой, – проворковал довольный Отила вкрадчивым голосом опытного хмыря, – ты ведь меня знаешь, я в долгу не останусь, вот только доберусь до тебя и всего зацелую за твои кулинарные потуги. Но всё равно я вот тут молочка и хлебушка приготовил тебе на пробу и для памяти. Образец, так сказать.
– Отила, вот скажи, откуда в тебе это бескультурье, – вздохнул я, – а ещё потомок древнейшего народа. Влез в чужой разговор, да, ещё с неприличными намёками насчёт поцеловать везде.
– Насчёт «везде» это я, конечно, погорячился, – хмыкнул домовой. – В плазменный реактор и в аннигилятор я точно целовать не стану, ибо жизнь у меня одна, задрипанная, но моя.
– Ну, до чего же ты, Отила, горазд трепаться. – Я укоризненно поцокал языком, потом обернулся, махнул рукой команде и крикнул: – Эгей, бойцы галактического фронта, подходим, не стесняемся, строимся и по коням!
Все собрались во дворе дома, и Кен поднял нас гравитационным лифтом. Не прошло и получаса, а мы с Отилой отмытые в санблоке, переодетые в новую одежду от Кена и в уже ставшей привычной защите сидели в кают-компании в окружении ставших родными лиц. Остались позади те две тоскливые недели, которые вывернули мою душу наизнанку и теперь казались закончившимся дурным сном, или мучительной ссылкой. Слава богу, всё вернулось на свои места, но вместе с тем у меня появился ворох вопросов. И первый из них: каким ветром именно сейчас лихую команду занесло в наше захолустье?
– Сперва мы никак не могли понять, – начал Тайр, – почему вы с Отилой нас покинули? Успокоила всех Элна, сказав, что вы ещё не родились для галактики, и вас тянет к Земле пуповина. Она оказалась права, но теперь вижу, что пуповина отпала.
– Не совсем так, дорогой Тайр, – я посмотрел на помолодевшего мудреца. – Всё равно осталась невидимая связь и очень сильная. Такие уж мы странные существа – земляне. Хотя в целом ты прав. Всё это время мы с Отилой места себе не находили. И теперь я точно знаю, что оно здесь с вами.
– Э-э, Очер, – встрял в разговор Отила, – чего это ты всё о себе, да о себе. Я промежду прочем тоже почётный член команды и имею громадное желание отыскать заветную родину предков и пращуров. А то всё «я», да «я», ишь ты какой эгоизм отрастил.
– Прости, Отила, – улыбнулся я. – Сам заешь, то, что одним помогает общаться, другим мешает танцевать. Куда ж я без тебя? Замечание принимаю, и говорю «мы». Однако, друзья, имею ещё несколько вопросов, уж вы не откажите просветить отсталых аборигенов.
– Опять ты за своё? – насупилась Элна.
– Упаси божечки, – поднял я руки, – выразился неуклюже исключительно для красного словца. Больше не буду. А интересуюсь я, каким ветром занесло вас на самый край галактики, хотя вы собирались посетить Мето?
– Были мы там, – пробасил Болк. – Кстати, привет тебе от Сулха и Яро. Ну, ты же знаешь, что у нас в команде двое неугомонных имеются – Элна и Тайр. Я им говорю: пусть Очер и Отила отдохнут, а они заладили своё: полетели, да полетели, мол, плохо им. Да, ещё тут на Земле что-то затеять решили, а ты нужен им как специалист по этой планете. Вернее, один из двух специалистов, – Болк покосился на Отилу. – Я имел ввиду, технический специалист.
Я посмотрел на Элну и Тайра, и они кивнули, соглашаясь с Болком.
– Дело в том, – начала Элна, – что мы проанализировали все события и пришли к выводу, что в ближайшее время наши противники активизируются либо здесь, либо на Дезме. Мы больно их ударили, но это лишь вызвало у них злость, желание отомстить. Они наверняка сделали выводы и планируют продолжить воплощать свои планы, после того, как уничтожат нас.
– Другим поводом, – подхватил Тайр, – стал бербон, которого у вас на Земле до неприличия много. Это и ваше будущее богатство и ваше нынешнее проклятье. И, что самое поразительное, огромное количество бербона уже поднято из рудных месторождений и находится в отвалах металлургических комбинатов и залежах отходов на заводских полигонах. Скопившиеся у вас миллионы тонн отходов по сути являются готовыми концентратами для добычи бербона. И у нас возникла идея.
– Стоп. Стоп, – перебил я. – Откуда вам всё это известно?
– Кен же говорил, что мы здесь крутимся на орбите уже двое ваших суток, – продолжил Тайр. – И пока он набивал свою память рецептами кулинарии, мы просканировали поверхность спектральным анализатором и уточнили содержание разных элементов, в том числе и бербона. Есть неплохая идея по этому поводу, но нужен контакт с представителями власти или лицами, имеющими право давать разрешение на сепарацию отходов на производствах и полигонах.
– М-м-да, – поскрёб я макушку. – Здесь у нас на Земле до власти добраться, как нам в другую вселенную слетать. Проще с ящерами несколько раз сразиться, чем встретиться с верхним начальством. Проблема, однако.
– Я что-то не понял. – встрял Болк. – Ваши правители прячутся что ли?
– Кто их знает? – попытался отвертеться я. – Может быть и прячутся, а может быть днём и ночью решают свои очень важные и первостепенные задачи. Едят свой нелёгкий хлеб с чёрной икрой и решают, решают. Такие досадные мелочи, как население, неприятно отвлекают от важных государственных дел. У нас то, что в жизни необходимо, в той сфере недопустимо. Да ещё чиновничество безгранично голодное и хищное имеется. Этакая такая прослойка между верхом и низом. И убедить эту прослойку невозможно, если упрётся, то хоть кол на голове теши.
– Опять не понял, – продолжал упорствовать Болк. – Дело то плёвое. Что может быть важнее благополучия народа?
– Почём я знаю, – начал злиться я. – Где я, а где те правители? Мне до них, как отсюда пешком до нашей Луны.
– Кх-км, – кашлянул Отила, привлекая внимание. – В этом безнадёжном деле имеется маленький нюанс, если хотите – маленькая лазейка. Ежели вы не против могу предложить одну оригинальную идею. – И он обвёл всех хитрым взглядом.
– Вот что у тебя за манера такая паршивая, – вздохнул я, не понимая, куда он клонит, – терпение за известное место тянуть.
– Ладно, ладно, не ворчи, так и быть поделюсь, – хмыкнул домовой. – Чтобы вы без меня делали. Вот к примеру, Очер вечно ворчит, а сам жуть какой невнимательный. Объясняю популярно. Давеча слушали мы с ним радио. Он, как всегда в глубокой задумчивости, а я внимательно. Так вот докладываю, сегодня и завтра президент и премьер будут присутствовать на заседании дискуссионного клуба «Валдай» в славном городе Сочи. Предлагаю туда слетать под прикрытием «хамелеона», просканировать пространство, подкараулить президента и поднять его к нам сюда для важного разговора в спокойной непринуждённой и дружеской обстановке.
– Каким образом? – Предложение Отилы сразило меня наповал.
– Кену это дело раз плюнуть, – пожал плечами домовой, – гравитационный лифт то на что?
– Но это же неслыханное дело! Это же сильно смахивает на похищение первого лица государства! – Я был почти в нокауте.
– Ну, что ты такое придумал, Очер. Экие у тебя криминальные мысли в голове циркулируют, – как ни в чём ни бывало невозмутимо продолжил Отила. – Какое такое похищение? Дело то плёвое. Сладим всё тихо, ловко, быстро и умно. Окружим вниманием, успокоим, поговорим, объясним, скажем сущую правду, убедим и отпустим, вернее, опустим. Вон Кен даже может здоровье ему поправить, по желанию, конечно.
– Нет, Отила, – я не мог прийти в себя, – оставь свои сомнительные идеи и резоны при себе.
– А ты, Очер, как правоверный гражданин, наверно хочешь соблюсти невинность и обойтись вежливыми реверансами. Тогда позвони в Кремль и запишись на приём к третьему помощнику второго заместителя. – Отила стал хмур, серьёзен и сосредоточен.
– Авантюра, – пробасил Болк, а потом ухмыльнулся. – А мне нравится. Просто, дёшево и сердито.
– А и впрямь, почему бы не попробовать, – проговорил Тайр. – Никакого ущерба престижу и достоинству вашему президенту мы не нанесём. От беседы мы ничего не теряем, он тоже, а я могу предложить ему интересные идеи и проекты.
– Я согласна, – сказала Элна.
– Я тоже согласна, – проговорила Уника и погладила лежащего у её ног рорка.
В моей бедной голове творился полный кавардак, но мне ничего не оставалось, как пойти у этих авантюристов на поводу, хотя в глубине души я уже чувствовал себя государственным преступником. Смирившись с этой мыслью, я обратился сразу ко всем:
– С этим вопросом решили, теперь нужно разобраться с ящерами и сейрами, – хмуро сказал я. – Насколько я понял, они готовят очередную пакость, значит, нужно выяснить что, где и когда? Я считаю, что нам не следует дожидаться, когда на нас начнут охоту, а врезать им по клыкам, чтобы мало не показалось.
– Я уже говорила, что они что-то затевают, – отозвалась Элна, – но проблема в том, что мы по-прежнему почти ничего о них не знаем. Знаем, что их много на планете Аод, что она оккупирована ящерами. А сколько ещё таких захваченных и превращённых в опорные базы планет? Где их логово? Откуда они явились, и, главное, зачем? Каковы их цели? Правда есть небольшая зацепка. Когда мы были в долине Истины мудрый Сулх намекнул, что ответ может хранить древняя система слежения и оповещения. Я спросила, что это за система? Он тоже толком не знает, но сказал, что эти устройства установлены либо Предтечами, либо до них Древними на разных планетах для сбора информации и слежения за ближним и дальним космосом, для обеспечения безопасности колонистов. И потом он сказал, что, вероятно, эти устройства имеют вид кубов. Я сразу вспомнила про куб на нашей базе на Дезме. Вы его тоже видели и даже однажды активировали.
– Там на Дезме, как минимум, есть ещё один, – встрял Отила, – в подземелье под столицей.
– А ведь точно! – воскликнул Болк. – Помнишь, Очер, куб в подземном зале, когда мы драпали от карателей?
Я вспомнил. Перед глазами встала картинка большого подземного зала с колоннами и куб на ступенчатом подиуме со странными знаками и символами. Впрочем, странными они казались тогда, а сейчас я насмотрелся на них на базе Предтеч в хозяйстве Элны. Кстати, пора Отиле и Элне провести с нами ликбез по древнему и современному галактическому письму и речи.
Между тем Элна нас внимательно слушала, кивала и потихоньку манипулировала на своём неизменном «планшетнике». Как и прежде, я так по земному называл это странное устройство, которое больше смахивало на палитру художника. Этакая плоская штуковина овальной формы с выемкой для удержания одной рукой, с округлым экраном и символами вокруг него.
– Что-то ещё поведал мудрый Сулх? – спросил я.
– Да, да. Он просил при первой возможности привезти вас с Отилой в долину Истины, – вспомнил Тайр. – Особо почему-то упоминал Отилу.
Я внимательно слушал друзей, и в голове постепенно начал складываться план на ближайшее время. Дальше я старался пока не заглядывать, и не потому, что трусил или опасался, просто многого не знал, а планировать вслепую – удел дураков и верный путь к поражению.
Между тем беспокойная ночь подходила к концу. Вот уже заалел восток. Отсюда с высоты в двадцать вёрст мы первыми встретили восход солнца, когда внизу ещё царил предутренний сумрак. Заря разгоралась, и ясное утро высветило внизу неприглядную картину: огромные пятна пожарищ, дымящиеся торфяники, пожелтевшие и побуревшие от жуткой засухи леса и поля, обмелевшие реки и водоёмы. Вместе с тем я обратил внимание, что воздух уже очистился от дыма и гари. Возобновившееся движение воздушных потоков начало постепенно восстанавливать климатическое равновесие, а на западе уже показались наползающие завихрения циклонов, несущих живительную влагу. Права была Элна, планета начала сама исправлять последствия жестокого вмешательства.
Но не только это волновало меня сейчас. Прошедшая ночь напрочь украла моё спокойствие, мне так и не удалось сомкнуть глаз. Дело в том, что всю свою жизнь я терпеть не мог уголовщины, а нынче сам согласился на лиходейство. А как иначе можно назвать предстоящее принудительное общение с президентом, и прямо скажу необычное общение. И от той мысли меня коробило и слегка потряхивало. Кроме того, у меня не было уверенности, что наша затея будет результативной. Я немного разбираюсь в людях, жизнь заставила, и особенности характера президента, как я их понимал, всегда позволяли ему уходить от прямых решений и конкретики. И тем не менее решение принято, а попытка, как известно, не пытка. Команда привела себя в порядок, перекусила деликатесами от Кена, и рейдер взял курс на юг.
В сентябре Сочи прекрасен. Бархатный сезон. Впечатляют пальмы, горы, море и вся иная курортная атрибутика. Красота, лепота! Хотя из-за этого бедового лета народу сюда съехалось явно побольше, чем обычно. И это понятно. Надышавшись дымом и гарью, ошалевшие от жары люди вынули из загашников заветные заначки и рванули к морю отдышаться и расслабиться. Ну, и что, что цены вдвое и втрое от турецких и египетских, зато всё своё натуральное рассейское, и денежки кровные достанутся не каким то там Хакимам и Ибрагимам, а своим доморощенным дельцам и делягам. Ура! Дружно поддержим рыночные отношения и бюджет отечественных курортов! И хрен с тем, что дорого непомерно, суетно и сервис так себе.
В то время, когда россияне отдыхали и расслаблялись, мы в аппарате Кена зависли вдали от моря в горном районе, расположенном среди заросших лесом старых гор вдоль речки с почти ругательным названием Мзымта. Тут в небольшой долине вдоль той речки вытянулся посёлок городского типа с толстовским названием Красная Поляна. Естественно, ни к Льву Николаевичу, ни к какой-либо поляне это место отношение не имело. И, что касается посёлка, даже городского типа, тоже полная лажа и враньё. На самом деле здесь находился элитный высокогорный курорт и тусовка толстосумов, светских лиц и львиц, высших чиновников, бандитов, политиков и иже с ними. Новое шоссе тянулось вдоль реки из Сочи и втекало в этот островок роскоши. Здесь вдоль шикарной набережной тянулась череда отелей, кемпингов, гостиниц и частных особняков. Среди них был и нужный нам отель с простым незатейливым названием «Поляна 1389».
Сегодня в том отеле собрались деловые люди, всевозможные государственные деятели, политики и политиканы, важные чины, журналюги, аферисты, карьеристы и прихлебатели всех мастей, чтобы поговорить ни о чём, о проблемах банальных и очевидных всем и каждому, но политически демонстративных и важных для укрепления власти. Здесь были важны не слова, а сам факт собрания. Ждали президента, который по своей неизменной и давней привычке опаздывал. Тянулось время томительного ожидания. Гости тихо гудели в зале, скучали, потели, зевали, дышали коньячным выхлопом, слегка сдобренным элитным парфюмом. Все терпеливо ждали программную речь, текст которой был давно всем известен, а заветные президентские откровения, весь последний год доносились из каждого утюга и уже изрядно намозолили электорату уши, и потому сильно полиняли и увяли. И тем не менее весомое и нерушимое слово, сказанное гарантом конституции, было тем самым золотым воробьём, которого никому, никогда, нипочём не поймать. Ждали и олигархи, и политики, и борзописцы из пула, ждали и мы зависнув над отелем в пяти сотнях метров в режиме невидимости. Время шло к обеду, в смысле времени, ведь у нас в России обед это не еда, а время суток.
– Слышь, Кен, – подал голос Отила, – а как ты нужного человека поднимешь, ведь там холуёв и охраны целая рота, если не больше?
– Не знаю, что такое рота, – усмехнулась голограмма Кена, – догадываюсь, что это много. Возьму всех, а потом вы покажете мне нужного человека и всё.
– А остальные? – поинтересовался я
– Остальные останутся на месте, – пожала плечами голограмма, – Зачем нам остальные? Тут и так тесно.
– Кстати, насчёт «тесно», – ухватился я за его слова. – Ты не думал как-то благоустроить свой аппарат?
– Если нужно, сделаю, – ответил Кен. – Тем более, что идея Тайра с добычей бербона это подразумевает.
– А поконкретнее, – заинтересовался я
– Вот посадим напротив вашего правителя, – повернулся Тайр, – тогда и появится конкретика. А сейчас нет смысла попусту воздух сотрясать.
– Слышь, Очер, – подал голос Отила, – а, когда его брать будем?
– Как закончиться этот балаган, так и возьмём на выходе, – тяжело вздохнул я, – чтобы лишнего шума не поднимать.
Мы продолжали ждать, любуясь красотами и видами горного края. В ослепительной лазури полыхало беззаботное солнце. Прищурив глаза от избытка света я вглядывался вдаль, и вправду зрелище ошеломляло.
Ждали и дождались. Я подал знак внимания, когда к входу в отель подкатила вереница чёрных машин. Ждём. Вот возникла суета на входе, выстроилась в несколько слоёв охрана. Президент выбрался из лимузина и торопливо прошёл внутрь. Теперь нужно набраться поистине ангельского терпения.
– Может быть посмотрим и послушаем мероприятие? – спросила Элна.
– Попробуй, если хочешь заработать проблемы со своим здравым смыслом, – усмехнулся я. – Но я не советую, услышишь поток банальщины и словоблудия. У нас на Руси это называют переливать из пустого в порожнее. Бесконечный набор ничего не значащих общих фраз, самовосхвалений, намерений и много очередных обещаний, которым притворно внимают сотни лиц с подобострастным выражением.
– Странно, – задумалась девушка, – зачем тогда собираться, отвлекаться от дел и терять время на бессмыслицу?
– Сие есть ритуал, – усмехнулся я, – демонстрация приверженности политическому курсу и построение всего бомонда по статям и мастям, подтверждение и утверждение своего положения в пирамиде власти и возможное изменение состояния относительно вершины. Как ты прошлый раз заметила, мы цивилизация очень молодая, словно детишки в песочнице, которые играют, шумят, дерутся за своё место на кучке песка и игрушки делят.
– Как сказал Тайр, затейливо живёте, – покачала она головой.
Четыре часа ожидания дались нелегко, я успел перекусить, наговориться досыта со всеми, выслушать несколько версий относительно происхождения наших противников от жёсткой и сухой физики до всякой мистики и чертовщины. Слово за словом, дошли до магии и религии. Пришлось этим инопланетным мыслителям вкратце рассказывать о сути основных земных религий, конечно, в пределах моих скромных познаний условно верующего христианина. Впрочем, какой из меня христианин, ни то, ни сё, душа неприкаянная. Ни в раю я не нужен, и в аду лишний. Кстати, в этом щекотливом вопросе немалые познания оказались у Отилы, вот что значит пятивековой стаж и опыт. Пока друзья спорили и делились впечатлениями я успел подумать о дальнейших планах и вздрогнул, когда Кен сказал:
– Началось движение на выходе из отеля. Много охраны выстроилось от дверей до лимузина, большая группа охраняет одного человека.
– Внимание, всем приготовиться, – сказал я.
– Вышли на площадку, – доложил Кен. – Направляются к кортежу.
– Кен, – скомандовал я, – забирай охраняемого человека.
Внизу поднялся шум, и началась невообразимая суета, расходящаяся волнами во все стороны.
– Это он? – спросил Кен, показав знакомое лицо.
– Да.
– Получите и распишитесь в получении, – усмехнулась голограмма, и в рубке появился растерянный и слегка испуганный невысокий человек. Он стоял и озирался по сторонам, ничего не понимая, и шарил в воздухе руками, пытаясь найти опору.
– Прошу вас, присаживайтесь, – я изобразил свою самую неотразимую улыбку и указал на свободное кресло, стараясь придать голосу максимальное спокойствие и уверенность.
В его глазах появилась осмысленность и крайнее удивление, хотя не исчез и вполне понятный страх. Он осмотрелся, недоуменно на меня уставился и осторожно сел в кресло.
– Как к вам обращаться, – я прищурил глаз, – господин или товарищ?
– Лучше, товарищ президент, – в его глубоко посаженных глазах вспыхнуло пламя.
– Сразу хочу попросить у вас прощения за наше самовольство, – извинился я, – но нас оправдывают неотложные обстоятельства.
– Кого это «вас»? – спросил президент, уже освоившийся и начавший анализировать ситуацию. Его глаза не отпускали моё лицо.
– Перед вами сборная команда из разных народов, рас и цивилизаций, из разных мест нашей галактики, – начал я вводить его в курс ситуации. – Моё имя Егор, позывной – Очер. – И я поочерёдно представил своих друзей.
– Не могу поверить, – президент был искренне удивлен и ошеломлён. – Я читал о чём-то подобном, но увидеть воочию даже не представлял.
– Придётся поверить, товарищ президент, – продолжил я. – Внимательно посмотрите, где вы сейчас находитесь, оцените наш вид и вид интерьера, посмотрите в обзорный экран на вид площади перед отелем и суету внизу оттого, что у них из-под носа забрали охраняемое лицо.
– Придётся поверить, – ответил он и закаменел лицом, а от природного упрямства его скулы отвердели. – Итак, что вы от меня хотите?
– Исключительно сотрудничества в рамках взаимного интереса, – ответил я уклончиво. – Мы в курсе нынешних проблем России и понимаем ваши заботы. Не касаясь всего этого, у нас есть реальные конструктивные предложения, которые позволят начать сотрудничество с дальнейшей перспективой его развития. О конкретных деталях и сути вопроса скажет наш специалист в области геологии, геофизики, механики и технологий, Тайр, – и я указал на него.