Сбежать от императора. Ороканская пустошь

Глава 1

Кто-то скажет, что он безумец, что все его стремления – миражи из воздушных замков. Но что стоят слова тех, кто осудил его без суда и следствия?

Горы оказались огромны, величественны, а гряда тянулась и тянулась. Три дня назад он впервые увидел Асиланские горы, а сейчас это было единственным, что его окружало. А всё потому, что в одном из окраинных городков Ктарана, в старой, пропахшей кислой капустой и потом, гостинице ему удалось услышать обрывок разговора. О зловещей местности в горах, куда не рискует соваться ни один здравомыслящий человек, будь он хоть трижды маг.

И ему ничего не стоило подсесть к двум грязным даже по меркам этого зала, потасканным мужланам, поставив перед каждым по большой кружке крепкого пойла. И наводящими вопросами вытащить из них всё о проклятом месте. Ведь он проверял любые, даже самые невероятные слухи, а весть о пропаже двух групп боевых магов звучала хоть и радостно, но не слишком убедительно.

Деревенщины, чьими именами он не интересовался, неожиданно оказались правы – здесь действительно ощущалось что-то нехорошее. Но разве могло это остановить беглого стихийника, поимкой которого грезили все боевые маги этого мира?

На четвёртый день он, наконец, дошёл до брошенной между двумя грядами деревни, с разрушенными деревянными домами и отчётливыми следами проклятья. Неприятно, конечно, но вряд ли две группы подготовленных магов убило именно оно.

Впрочем, ему предстояло выяснить, что здесь не так. Убедившись, что выход к морю не принесёт новых проблем, он разместился в самом целом, на беглый взгляд, доме.

А ночью пришли они – звери, подобных которым он не видел раньше. Вот только им не повезло больше. Эта ночь стала последней для целого вида существ, изменённых благодаря остаткам сильнейшего из проклятий, что он видел в своей жизни.

Уцелевшее наследие древних некромантов? Может быть. Вот только маги, страшнее которых не видел свет, вымерли задолго до появления Оришана, Ктарана и Миерии. А, значит, умрёт и их наследие.

Он позаботится об этом. Отдохнёт немного, наберётся сил и разделается с любым проклятием, пусть даже его наложили сами рианы.

Это земля станет его.

Станет оплотом справедливости, совести и чести.

Убежищем для таких же магов, как и он. Для тех, кто вызывал страх, кого обвиняли и жестоко казнили.

Для тех, кому некуда больше идти.

Двадцать три года спустя.

Подворотня, поворот налево, ещё один. Из звуков – лишь моё прерывистое дыхание и шорох мягких сапог по брусчатке. К счастью, последние дни выдались солнечными и зловонные лужи, с трудом просыхающие в узких проходах между грязными серо-жёлтыми стенами домов практически исчезли. Самое то, чтобы бесшумно продвигаться дальше.

Кратн – столица Ктарана, государства, где жили грубые и необразованные крестьяне. Всё, чего они хотели – чтобы не заканчивался лес, которым Ктаран торговал с Миерией и Оришаном. И это чувствовалось во всём – в грязных мостовых, в облупленных и обветшалых домах, в спящих на улицах бедняках и в воровстве.

Скрипнула оконная рама, недовольно каркнул ворон, даже не подумав взлететь с крыши. Задержав дыхание, я прижалась к грубой каменной кладке дома.

Кто-то сверху надсадно закашлялся, проскрежетал несколько гортанных слов, а следом прямо передо мной в переулок выплеснулась мерзкая зловонная жижа. Брызнула на сапоги, осталась на полах плаща.

Дыша через раз, я зажмурилась и начала считать.

На десять тошнотворная вонь, наконец, растеклась по переулку, став практически терпимой.

На шестнадцать надо мной стихли все звуки.

На двадцать я открыла глаза, понимая, что надо идти. Что я одна. Что меня больше не спасёт отец – один из восьми генералов соседней империи. Что меня не прикроет старшая сестра – любимая, заботливая, которая всегда приходила на помощь. Что мама не присядет на край кровати, думая, что я сплю, не погладит по голове, не вздохнёт тяжело и мучительно.

Что детство кончилось, и впервые за двадцать три года я сама выбрала, куда идти и кем стать. Выбрала не отдаться на лживую милость императора Лориана III, а сбежать, сохранить жизнь и магию. Пусть проклятую, пусть неправильную, но мою.

Чтобы сделать первый шаг, пришлось пересилить себя. Сдержать рвотный позыв, переступая что-то склизкое и шевелящееся. Дышать по счёту, чтобы частое дыхание не привлекло внимания. Увы, стражи в Ктаране были не самым большим злом.

Это через Унаш, столицу Оришана, я пробиралась, выверяя каждый шаг. Оглядывалась, боялась лишний раз вздохнуть, ведь в страже служили настоящие боевые маги. Те, кто не захотел охотиться на стихийников, предпочёл сытую и несложную службу в пределах столицы бесконечной погоне за безумными магами.

Скрип ставен, отдалённые разгульные крики, звук шагов. Я метнулась к наваленной прямо в переулке поленнице, прижалась к ней спиной, надеясь, что скроюсь в большой тени. Закрыла глаза, выдохнула.

До сих пор не понимаю, как мне удалось выйти за границы Унаша и не попасться. Это была первая моя удача на пути в Ороканскую пустошь, к таинственному стихийнику, о котором знали только имя. Горус. Опальный маг, собравший под своей защитой всех, кто рискнул к нему обратиться. Рискну и я.

Вот только выберусь из Кратна, где каждый миг тебя норовили облить помоями, обокрасть или даже убить. А дальше пойду на юг, через лес и выйду прямо к Асиланским горам, обнимающим Ороканскую пустошь с запада. И буду надеяться на милость рианов и Горуса.

Глубокий капюшон и отводящий глаза артефакт, за который мне пришлось выложить половину имеющегося золота, делали меня тенью. Не дарили невидимость, но отводили глаза тем, кто замечал мою одинокую, крадущуюся по самым неблагополучным районам Кратна, фигуру.

Жаль только на нетрезвую компанию из пяти здоровых мужланов всё это не подействовало.

– Эй, красотка! – От окрика я вздрогнула, но продолжила идти, якобы не заметив. – Ты, в капюшоне!

Дрогнули руки, в груди похолодело, сердце забилось так, что, того и гляди выскочит прямо на грязную мостовую.

– Куда ты так спешишь? Постой, мы проводим, – с мерзким смехом.

Я не повернулась и запретила себе ускоряться.

Если побегу, они точно бросятся за мной и догонят, какими бы хмельными ни были. Ведь это Ариса со своей академией, где учили не только лекарскому делу, но и гоняли по полигонам, да и про боевую магию не забывали, могла потягаться с подвыпившей компанией. Моё же обучение, домашнее обучение состояло из престарелых академиков, книг, библиотек и снова академиков. Никто не думал, что тихой и скромной Элиерее понадобятся боевые навыки.

А оно вон как вышло.

– Постой, красивая! Скажи, куда тебе и мы составим компанию. Тебе понравится, – и дружный пьяный смех на весь переулок.

Я всё-таки повернулась. И именно в этот миг порывистый весенний ветер сдёрнул с моей головы капюшон. А я встретилась взглядом с главой гулящей компании – здоровым, как медведь, мужчиной с огромными кулаками, короткой нечесанной бородой и нехорошим выражением глаз.

Компания засвистела, загалдела ещё громче и ускорилась.

Я накинула капюшон, сжала в руке берилл… и всё-таки побежала.

– Держи её! – завопили сзади. – Развлечёмся.

Святая Аитая, покровительница всех женщин, спаси. Отведи глаза, закружи головы, брось им в лицо мостовую. Я никогда ни о чём не просила, но сейчас… молю, спаси!

Я не знала города, я не умела бегать. Через пару кварталов дыхание сорвалось окончательно, в боку закололо, лёгкие разрывало. Но я всё равно бежала. Как умела. И только крепче сжимала берилл.

Пока не упёрлась в тупик.

– Ах ты… – тот главный влетел в закоулок первым. Оскалился, широко расставил руки. – Сейчас мы тебя развлечём как следует.

И стоило ли сбегать из рук императора, чтобы умереть двумя неделями позже в грязной улице грязного города от грязных лап каких-то чудовищ?

Я прижалась спиной к стене, взгляд судорожно метался по стенам, земле, каким-то ящикам и даже окнам.

– Помогите! – закричала, наплевав на воспитание.

И в то же мгновение ощутила чужую ладонь на своём лице. Вблизи он казался страшнее, больше и сильнее. И вонючее – от едкого запаха слезились глаза, но сделать я уже ничего не могла.

– Мужики, сюда! – крикнул он вбок, а я с надеждой уставилась на окна.

Но то ли меня никто не услышал, то ли местным плевать на чужие проблемы – окна так и остались тёмными и неживыми.

Руки вспотели, в груди жгло. Но выпустить берил было выше моих сил. Пусть я полная дура, но убить не смогу никогда. Даже сейчас. Даже зная, что они это явно заслужили.

– Посмотрите, какая красотка нам попалась, – мерзко оскалился мужчина, что закрывал мне рот и прижимал своим телом к стене. – Удача, – облизнулся он.

Из глаз хлынули слёзы и уже не от вони.

Дура, идиотка, безмозглая девчонка! Нужно всего одно движение, просто разжать ладонь, и дикая разрушительная сила смела бы всех пятерых обидчиков. И вместе с ними половину города.

Всхлипнув, я крепче сжала в ладони маленький камушек.

Пусть дура, но не убийца.

А чудовища передо мной тем временем громко и противно засмеялись. Тот, что держал, приблизил своё лицо к моему.

– Ты же будешь хорошей девочкой? – прошептал зловонно.

А я, наконец, потеряла сознание.

Глава 2

Когда пришла в себя, вокруг всё ещё было темно.

Пошевелилась, ахнула от резкой боли в шее, потёрла затёкшее место. Подтянулась выше, осознала, что сижу, привалившись спиной к той самой стене, где… едва сдержала позыв. Ощутила, как по лицу катятся слёзы, но всё равно медленно исследовала ноги.

Сапоги оказались на месте. Так же, как плотные кожаные штаны и пояс с прицепленным на него мешочком с золотом, что, вообще, чудо. С закрытыми глазами ощупала себя выше, но и рубашка оказалась нетронутой. Да даже плащ всё ещё лежал на плечах и только осознав это, я распахнула глаза.

И с трудом сдержала ещё один позыв. Выдохнула, поднялась на дрожащих ногах.

Спасибо, Аитая, что на улице темень.

Аккуратно, по стеночке я обошла пять тел, что без движения лежали на мостовой. Запретила себе даже смотреть в сторону изуродованных и абсолютно неживых больше дикарей. Но на выходе из злосчастного переулка всё равно оглянулась, и взгляд выхватил странные ожоги на телах. А после тряхнула головой, накинула предательский капюшон и побежала.

Даже стража лишний раз не совалась на окраинные улицы Кратна, но, в отличие от них, у меня не было выбора.

Потому что вчера в грязный трактир, где за пять шинков мне удалось снять комнату на ночь, наведалась странная троица в серых плащах с капюшонами глубже моего. Ищейки? Вряд ли, хотя… с моего побега прошло десять дней, отец наверняка дошёл до императора в первые же сутки. А тот наверняка приказал своим Ищейкам разыскать одну истеричную девицу, которая по скудоумию сбежала от императорской милости.

Милости, как же! Как будто я не знала, что всё проще и сложнее одновременно.

Империю, как не одну другую страну раздирало в огне пусть внутренней и молчаливой, но от этого ещё более страшной войны. Я слышала разговоры родителей, когда они думали, что их наивная девочка давно у себя. Видела мрачное лицо Арисы, которая расцветала только при моём появлении. Как будто я такая дура, что не могу сделать выводы.

Я слышала, как отец рассказывал, что боевики не справляются с беспорядками, которые возникали в разных концах империи. Я видела, как с каждым традиционным маминым чаепитием приближённые к императорскому двору леди становились мрачнее. Даже они понимали, что мало казнить предателей, нужно как-то успокоить народ. Уверить, что стихийные маги, которые в своём безумии сжигали, топили и уничтожали всех, кто попадался под руку, всё ещё под контролем.

И сделать это становилось всё сложнее.

Я подняла глаза, с востока уже начало светлеть небо, а, значит, надо торопиться. Было тяжело, душно и больно, но я всё-таки побежала. Уже не скрываясь и громко топая, лишь бы успеть. Лишь бы выйти за городскую стену и скрыться в тёмной чаще Ктаранского леса.

Оскант появился в самый безнадёжный для империи момент.

Нашёлся вдруг из ниоткуда, хотя «Вестник Оришана» номер за номером расписывал, как Ориан Оллэйстар, доблестный ректор Академии контролируемой магии нашёл скрытый в зачарованной шкатулке артефакт, рискуя жизнью расколдовал и достал драгоценный минерал. Смешно, ведь даже я знала, что ректор Оллэйстар – ближайший соратник императора и скажет всё, что взбредёт тому в голову. А вестник это приукрасит, приумножит и опубликует на радость жителям империи.

Вдали показались грозные очертания городской стены, но я запретила себе переводить дух. С каждым мгновением вокруг становилось всё светлее.

Да я бы в жизни не сбежала из дома! Не оставила любящих родителей, любимую сестру, громадную библиотеку и свою укромную спальню под крышей нашего городского особняка. Но отец решил меня порадовать. И сообщил, что через месяц император воспользуется оскантом, чтобы лишить стихийной магии уже меня.

Радость? Да я заикаться начала от ужаса!

Понимала их, конечно, но надеялась, что родители давно смирились с дочерью-стихийницей. А выходило, что нет.

И что правильно я тогда промолчала, когда одну из служанок нашли удирающей на загнанной лошади. Никому не сказала, что хотела спокойствия и почитать в тишине, и приказала Мелиссе убираться вон, когда та пришла с приборкой. Кто же знал…

Судорожный вздох вышел слишком громким. Я замерла и дёрганно оглянулась по сторонам. В отдалении слышались крики, что-то где-то стучало и бренчало, но вокруг меня всё ещё не было ни души.

Спустя неделю после случая с Мелиссой я всё же рискнула. Уже знала, что ментальная магия подчиняется только воздушным стихийникам, и вызвала лёгкий ветерок. В самом отдалённом и заброшенном углу сада.

Я дошла, наконец, до городской стены и прижалась к ней спиной. Выдохнула, чувствуя, как от страха и облегчения одновременно слабеют ноги.

Осознав, что оказалась не только огненным, но и воздушным стихийным магом, я решила никому ничего не говорить. Отец и так не бывал дома, пропадая в императорском дворце, Ариса готовилась сдавать экзамены, а маме и без меня хватало трудностей. И я начала тренироваться. В том самом углу сада пробовала управлять воздушной магией, но она никак не давалась. Как будто не слышала или специально не подчинялась такой бездарности, как я.

Поэтому, когда отец позвал к себе в кабинет, я не ждала ничего хорошего. И дождалась. Великой милости, после которой не выжил ещё ни один стихийник.

Поэтому за десять дней до назначенного приёма у императора я сбежала.

Оставила записку родителям, пожелала им спокойствия без проблемной дочери, удачи Арисе и жить, не оглядываясь на то, что в семье когда-то рождался стихийник. Взяла купленный за два дня до побега плащ и вышла из дома, чтобы больше никогда туда не вернуться.

Городская стена Кратна, в отличие от Унаша, не отличалась целостностью. Никто не следил за сохранностью кладки. Главе города просто не приходило в голову, что кому-то понадобится скрываться в столице, полной воришек, попрошаек и другой мелкой и не только преступности. Я воспользовалась этим, когда сюда попала и теперь медленно продвигалась вдоль стены в поисках первой попавшейся дыры.

Задержаться в Унаше всё же пришлось. Артефакт, изготовить который обещали в лавке Прикена, задержался, и целых два часа я грызла ногти в душном и тёмном помещении, пока, наконец, мне не принесли простой овальный кулон изумрудного цвета на самой дешёвой цепочке. Обменяв артефакт на тяжёлый мешок с золотыми монетами, я поторопилась покинуть лавку, зная, что отец быстро меня найдёт, если я задержусь ещё хоть на миг.

А дальше безумная и слепая от страха гонка в обход городов и деревень империи. Ночёвка в сараях, заброшенных домах и просто под деревом в лесу. Хорошо хоть погода стояла по-настоящему летняя и простыть мне не грозило. Простыть нет, а заработать нервное расстройство и дёргающийся глаз – очень даже. Ведь для такой, как я, для дочери имперского генерала, которая и за порог особняка-то выходила редко, путешествие через два государства было слишком. Слишком сложным, слишком опасным.

Это Ариса всегда громко смеялась, заставила родителей отправить её в академию под другой фамилией, не боялась поставить нахалов на место и уверенно шагала по жизни. Хотя была старше на каких-то пять лет. А я всегда оставалась в тени сестры, читала, тихо занималась чем-то в уголке в силу характера и привычек.

Но в этот раз просто не смогла остаться в стороне. Не тогда, когда решался вопрос моей жизни, моей магии и моего выбора.

И, может быть, я пожалею, может, меня уничтожит собственная магия, но закончить жизнь вот так, в качестве подопытного у венценосного Лориана III я не хочу.

И не буду.

Рука, которой я держалась за стену, вдруг потеряла опору, едва не уронив меня лицом в землю. Осторожно нащупав края дыры, я пригнулась, в последний раз обернулась на Кратн и скользнула в темноту провала.

Глава 3

Лес, лес, лес. Рианы, я уже ненавижу лес!

В очередной раз нервно почесавшись, я продолжила идти. Шаг, другой, третий. Судорожно вздохнула, всхлипнула… и прислонилась к ближайшему дереву.

Прошло уже несколько часов с того момента, как я покинула Кратн, но лучше не становилось. На меня давила громадина леса, давил страх преследования и ужас оттого, что я не справлюсь. Не помогало даже то, что окружающие меня растения я тысячи раз видела в книгах и точно знала, какие из них ядовитые, какие съедобные, а какие могут съесть тебя саму. Хотя последних в Ктаране почти не водилось, все плотоядные цветочки предпочитали жару и влагу, поэтому обитали в основном в Миерии, что протянулась вдоль берега Асарийского моря.

Я встала, сделала ещё два шага, наткнулась взглядом на останки разодранной птички. Ни в чём не повинной птички, и это стало последней каплей. Рухнув на колени рядом с маленькими косточками, я спрятала лицо в ладонях и разрыдалась.

Просто не могла остановить слёзы, что потоком хлынули по щекам. Всхлипы, которые душили с момента той стычки в грязном переулке. Дрожь, что сотрясала всё тело.

Знала, что надо идти, уговаривала себя, но продолжала рыдать над останками несчастной птицы. Как будто это не её, а меня кто-то поймал, разодрал на части, а потом местами надкусил. Хотя со мной поступили бы хуже. Навалились всей компанией и…

Сдавленный всхлип, надрывный стон.

И тихий мелодичный свист.

Про слёзы забылось вмиг.

Даже сердце, что только стонало и плакало, вместе со мной вдруг замерло, а после забилось в три раза быстрее.

Кто-то шёл. Левее меня. Близко, так, что было хорошо слышно шаги и меня в любой миг могли заметить. Поэтому я пригнулась, переползла к знакомому уже дереву, прижалась к толстым, вылезшим из земли корням и затихла.

Ктаранские лесорубы. Оказалось, что я практически вышла на их тропу. Если бы не бедная птичка, у которой я задержалась, то сейчас встретилась бы с лесорубами лицом к лицу. И объясняла, что делаю в таком виде в лесу, который, вообще-то, запрещён для прогулок.

Тем временем большие сильные мужчины с топорами, пилами и ещё какими-то орудиями не подозревали, что я их слышу. Они громко обсуждали, как недосчитались пятерых своих товарищей. Тех нашли в каком-то окраинном переулке задушенными и со странными ожогами на руках, ногах и шеях. И гадали, что же случилось с «бедными несчастными парнями».

И я не выдержала. Согнулась пополам, прощаясь с остатками вчерашнего обеда. Сразу после испуганно сжалась, но они отдалились достаточно, чтобы меня не слышать.

Рианы, и понесло же меня в пустошь! Нет бы сидеть себе в тепле и сытости столичного поместья. Читать книги, обсуждать с профессором Бергом историю и философию. Пить чай, носить красивые платья, отвечать на вестники Арисы и…

И готовиться к встрече с императором.

Нет уж, лучше лесорубы, птичка и Горус, чем милость, которая лишит меня даже такой жизни. Тем более что Асиланские горы должны быть уже близко. В одном или двух днях пути, я видела по карте. Заучила её ещё дома, зная, что не возьму с собой. Что если попадусь с таким доказательством, соврать точно не получится. Хотя я и до своего приключения врать не умела.

Вздохнув, я поднялась. Отряхнула штаны.

Мама была бы в ужасе увидев, в каком я виде. Это Ариса со своей академией носила ещё не то, а меня приучали к платьям с оборками, корсетам и атласным туфелькам на каблуке. И в первые дни я бы согласилась, что высокие сапоги, узкие брюки, рубашка и плотная куртка – это ужасный наряд, но потом пришлось скрываться от патруля боевых магов, ночевать в лесу и бегать по ночным городам. Так что и в таком наряде сразу нашлись несколько жизненно важных преимуществ.

Я ещё раз вздохнула, достала из внутреннего кармана небольшую бутыль с водой. Сделала несколько глотков, закрыла, встряхнула.

Половина – вот всё, что от неё осталось, а, значит, скоро придётся искать воду. Но если с этим всё не так страшно, справочники утверждали, что в лесах Ктарана полно природных родников с чистой водой, то с едой всё обстояло гораздо печальнее. В последний раз я ела в том самом трактире, а с собой взяла только небольшую чёрствую лепёшку.

Так испугалась, что не додумалась купить хотя бы ещё одну. Да и кто бы меня винил! Не тогда, когда меня искали, наверное, по всему континенту, а в том самом трактире в это самое время появились два мага в сером. И пусть это был всего лишь серый плащ, а не полное одеяние императорских Ищеек, но всё равно напугали. И в первую очередь тем, что так и не открыли лиц, сели за дальний угловой стол в своих глубоких капюшонах и стали молча пить поданный напиток из глиняного кувшина.

Ищейки. Сила и справедливость империи. Или императора, что гораздо ближе к правде. Ведь маги с наполовину скрытым лицом подчинялись только Лориану Оришанскому. Говорят, даже давали клятву верности на крови, хотя большой вопрос как она действовала, если император не был магом. Да и ладно, гораздо важнее, что Ищеек боялись едва ли меньше стихийников. Ведь если последние уничтожали империю бессознательно, то Ищейки выполняли поручения императора в здравом уме и твёрдой памяти. И даже моей наивности не хватало, чтобы представить, будто все из этих поручений были чистыми и правильными.

Чуть спереди и слева внезапно взлетела стая птиц. Разноцветных, очень красивых и прямо намекающих, что в ту сторону мне лучше не соваться. Вздохнув, я взяла правее и переступила через очередной куст.

Неядовитый, вполне себе мирный кустик, на который можно было наступить, но мне стало жаль. Здесь и так постоянно бродят лесорубы, портят лес, мнут и убивают целые поляны живности и растений. Поэтому я перешагнула ещё один куст, улыбнулась всему и сразу, а потом решила снять плащ. Становилось и правда жарко.

Сунула руку в карман, чтобы вытащить берилл, но в правом кармане его не оказалось. И в левом тоже. И ни в одном другом кармане плаща и штанов.

Рианы, только не это. Прошу, только не берилл! Пусть у меня заберут всё – еду, питьё, скромные пожитки, но не берилл. Не то единственное, что бережёт меня от проклятой силы, сумасшествия и мгновенного обнаружения.

А ведь я так и не научилась обращаться со стихийной магией! Ни со своим огнём, ни – тем более, – с воздухом и ментальной магией. С последней всё, вообще, непонятно – её изучали, проверяли, ограничивали, но тоже толком так не поняли. И куда мне до умнейших голов нашей империи!

Глаза защипало, из груди вырвался всхлип.

Это нервы или я всегда была такой плаксой, просто поводов не находилось?

Я прикусила губу, тряхнула волосами и категорически запретила себе истерить. И делать привалы тоже запретила, иначе так и не дойду до Асиланских гор, а долго на ягодах и корешках не выживешь.

Поэтому я поджала губы, решительно выдохнула и со всей возможной скоростью пошла дальше.

Глава 4

– Загорайся же… давай! – Прут в руках натёр пальцы, но я продолжала крутить его между ладоней. Уже второй час. – Гори. Ну, пожалуйста, загорись же…

Но ни сухая трава, ни прут не откликнулись на мои мольбы. Даже рианы не откликнулись, хотя за это время я кого только не вспоминала. А в лесу всё холодало. Весна весной, но ночи ещё оставались прохладными, особенно в этой части континента, где на много вёрст вокруг тянулся лес. Стоял прямо на пересечении границ Оришана, Ктарана и Миерии, одной стороной примыкая к Асиланским горам – конечному пункту моего пути.

– Шаргхов костёр! – отбросила я прут.

Осознала, зажала себе рот ладонью.