Экивоки. Сказочная повесть кота Василия

Глава четвёртая

И блины вкусные…

Катя-Матя строго взглянула на мальчика и повторила свой вопрос:

– Так почему вы не в школе? Только не ври!

– У меня живот болит… – ответил Сашка и отвёл глаза. – Всю ночь болел!

– И у Маши? Я что сказала? Не ври! – повторила принцесса. – Иначе у меня от твоего вранья отсохнут уши! А я совершенно не хочу болеть! У меня полно дел!

– Не пойду в школу! – буркнул Сашка.

– Почему?

Сашка надулся.

– Назло Нинке? – догадалась принцесса.

Вдруг Сашку прорвало.

– Это наш дом! – сердито выкрикнул он. – А Нинка – дура! Барсика прогнала! Пускай сама уходит, откуда пришла! Мы её не звали! Наша мама добрая была, а Нинка злая!

Принцесса вздохнула:

– Во-первых, заруби у себя на носу… Кстати, у тебя есть «нос»?

– Чего? – не понял Сашка.

– «Нос» для зарубок! Дощечка так называется, для записей. Чтобы никогда ничего не забывать, носи её на шнурке!

– Нет у меня никакой дощечки!

– Ничего себе! – поразилась Катя-Матя. – Они ходят без «носов»! А вот у нас памятные дощечки всегда при себе!

Катя-Матя продемонстрировала Сашке «нос». Дощечка висела у неё на шее.

– Теперь ясно, почему вы – люди – так часто забываете о самых важных вещах! Например, о добре! Вы ходите без «носов»! Словом, запомни раз и навсегда! Во-первых! При принцессах, да и вообще при женщинах нельзя ругаться и говорить плохо. Даже о тех, кто тебя обижает. А во-вторых, ты огорчаешь своего доброго папу.

– И совсем он не добрый! Женился на Нинке, а нас не спросил!

– Да, – поддакнул экивок Чих-Пых, который незаметно для мальчика тоже присел на его ладонь. – Надо было спросить. Наверное, забыл. Тоже ходит без «носа». Однако я как врач должен заметить… чих!

Катя-Матя вздёрнула носик:

– Милый, не чихайте на меня! Будьте так добры, чихайте в сторону! В конце концов, зарубите это у себя на носу! Где ваш «нос»?

– Простите, ваше высочество, – извинился Чих-Пых. – Вы же знаете, это у меня от волнения. – Он снова обратился к Сашке: – Мой друг! Хочу заметить, что папы забывают порой что-то сказать или что-то сделать. Но это же папы. Их надо уважать. И ещё. Вам, молодой человек, не мешало бы вымыть уши!

– Чего? – Сашка уже ничего не понимал.

– Уши вымыть! – хором ответили экивоки.

– Ладно, – кивнул Сашка, – вымою…

– И зубы почисть! Мы ждём! – Принцесса и Чих-Пых перелетели с ладони мальчика на кровать.

Сашка поплёлся в ванную.

Катя-Матя запрыгала по одеялу.

– Обожаю всё пуховое! Это так мило! Я снежный ангел! – воскликнула принцесса и, раскидав в стороны лапки, упала на спину и закрыла глаза.

Подданные сделали то же самое – повалились снежными ангелами на кровать и притихли. Я последовал общему примеру.

Ах, как давно я не нежился на пушистом одеялке!..

Через минуту Катя-Матя таинственно прошептала:

– Чуете?

– Ага! – ответили экивоки хором. – Несёт!..

– Но варенье-то не вишнёвое… – заметил Лохматик.

– Персиковое мы тоже любим! – заявили Ля-Ля и Лё-Ля.

– Халям-балям! – облизнулся Халям-Балям.

– Обожаю персиковое варенье! – Мордочка принцессы засияла от счастья.

– Чрезвычайно полезное, – уточнил доктор Чих-Пых. – Улучшает пищеварение.

– А я его никогда не ел, – признался я.

– Ничего, киска, сейчас попробуешь!

Принцесса открыла глаза и уселась на пуховом одеяле поудобней.

Тут в комнату вбежала Маша с блюдечком, на котором расплылось целое море персикового варенья, украшенное розочкой из взбитых сливок.

А через минуту вернулся Сашка с вымытыми ушами и белоснежными зубами.

К этому моменту экивоки, да и я вместе с ними были измазаны-перемазаны взбитыми сливками и вареньем. Мы сидели в блюдце, растопырив липкие лапки. От персикового моря осталось небольшое озеро.

– Ух ты! – восторженно завопил Сашка. – Ничего себе! Я тоже так хочу!

Принцесса Катя-Матя перевела дух и спросила своим самым сладким голосочком:

– Ты хочешь посидеть в персиковом варенье?

– Ага! – кивнул Сашка. – А можно?

– И я хочу! – крикнула Маша.

– Халям-Балям! – приказала принцесса. – Займись детишками! Кстати, всё время забываю сказать, что у тебя это получается куда быстрее, чем у нашего футболиста.

Отклеившись от блюдечка, волшебник стремительно облетел несколько раз вокруг Маши и Саши и произнёс своё заклинание:

– Халя-ям!!! Баля-ям!!!

Близняшки мгновенно превратились в крохотных человечков, ростом с обычного экивока. При этом они оказались в самом центре блюдечка – по пузо в остатках персикового варенья.

– Ура! – восторженно закричали брат и сестра и принялись уплетать вареньице за обе щеки.

Через пять минут они, как и все остальные, были перемазаны им от макушки до пяток.

– Хочу ещё! – Сашка похлопал себя по животу.

– Нет, – покачала головой принцесса. – На сегодня хватит!

– Почему?! – заныл Сашка.

– Марш все умываться! – воскликнула Катя-Матя.

– В ванную? – удивилась Маша. – Нас же смоет в трубу!

– А зачем в ванную? – ответила принцесса и взмахнула лапками. – И раз, и два, и три, четыре, два ножа и сырка в дыре!

Из вазы с розами, которая стояла на подоконнике, появилось небольшое водяное облачко и подлетело к нам. Экивоки перестали возиться в остатках варенья, они подпрыгнули и застыли над блюдцем. Я тоже повис в воздухе. Облачко пролилось на нас ароматной розовой водичкой, и все снова стали чистыми. Потом мы повалялись на пуховом одеяле и высохли.

– Халям-балям! – воскликнул Халям-Балям, хлопнув в ладоши.

Близняшки снова стали большими, то есть обычными восьмилетними Машей и Сашей.

– Между прочим, запомните крепко-накрепко! Вашей Нинке волноваться нельзя! – вдруг сказала Катя-Матя. – А знаете почему?

Маша помотала головой.

– Чего это ей нельзя волноваться? – Саша хотел насупиться, когда услышал про мачеху, но не смог.

После персикового варенья у него было чудесное настроение.

– У вас, – улыбнулась принцесса и таинственно прошептала, – скоро появятся братик и сестрёнка, и тоже близняшки – Даша и Паша.

Саша уставился на Катю-Матю. Новость огорошила его.

– Ага! Я же говорила! – Маша хихикнула. – Вот почему у Нинки живот большой! А ты не верил!

– Да это от колбасы и макарон! Она их целый день ест! – не очень уверенно возразил Сашка.

– Нет! Не от макарон!

– Близняшки? – недоверчиво переспросил Сашка.

– Ага! – кивнула Катя-Матя. – А ещё, если обещаете себя хорошо вести, мы сделаем так, чтобы Барсик к вам вернулся.

Сашка переваривал новость, поэтому он ничего не ответил.

– У Барсика блохи, – печально вздохнула Маша. – Такой худенький… Нинка снова прогонит.

– Мы его откормим и от блох избавим, – вмешался Чих-Пых. – Я ему волшебной водички дам из чесночного отвара.

– Нинка всё равно будет ругаться. – Сашка очнулся от своих мыслей. – Она всегда ругается.

– А ты Нине Петровне картину нарисуй, – посоветовала Ля-Ля.

– Портрет в цветах, – добавила Лё-Ля. – Женщинам это нравится.

– Ладно, – согласился Саша. – Нарисую.

И задумался.

– Ну, мы полетели. – Принцесса щёлкнула коготком по памятной дощечке. – Дел по горло. Барсика надо найти! Он где-то у реки бегает. Пока! Вперёд, ребятки!

Мы дружно взмыли к потолку.

– Не вешайте носы! – крикнула принцесса близняшкам. – Тум-пурум! Мы ещё вернёмся!

Саша хотел что-то ответить, но мы стремительно вылетели в форточку.

Я и вправду начал превращаться в экивока, потому что совершенно ясно увидел своим мысленным взором, как в комнате, в которой мы только что так весело прыгали по пустой тарелке, Маша взяла брата за руку и спросила:

– Они вернутся?

Саша пожал плечами, мол, откуда ж ему знать, но всё-таки ответил:

– Я хочу, чтоб вернулись.

– И я хочу, – вздохнула Маша.

Вечером Катя-Матя подарила мне миниатюрное волшебное зеркальце, в которое я мог видеть всё, что происходит в мире.

– Скоро ты научишься видеть многое своим собственным мысленным взором, – объяснила принцесса. – А пока пользуйся зеркальцем. Оно не только показывает, но и развивает способности молодого волшебника-экивока.

Мне было интересно, как там дела у Маши и Саши, поэтому я попросил зеркальце, чтобы оно показало дом близняшек. И вот что я увидел.

Папа пришёл с работы вместе с Барсиком. Пёс заметно пополнел, стал жизнерадостным и всех норовил лизнуть в нос.

Папа сказал, что теперь этот охламон будет жить у них во дворе, сторожить дом и присматривать за их шумной беспокойной семейкой. Шерсть у пёсика стала гладкой и блестела в свете заходящего солнца.

«Это его экивоки вылечили!» – подумал Саша.

Нинка улыбнулась папе, а потом показала ему чудесный портрет, который нарисовал Сашка. На картине была изображена она – мама Нина. Вся в полевых ромашках.

Папа поужинал и принялся мастерить будку для Барсика. Саша и Маша помогали ему делать конуру до самой ночи.

Мама Нина напекла блинов. Барсику досталась большая кость, которую тот с упоением грыз.

И все вместе – папа, Саша, Маша и мама Нина – построили для собачки прекрасную будку, которую поставили на небольшой возвышенности, чтобы под домиком не скапливалась дождевая вода.

Конура была из сосновых досок и совсем не тесная, с тёплым двойным полом. Под крышей папа соорудил маленький чердачок, в котором можно было хранить игрушки Барсика. А мама Нина повесила небольшой фонарик-ночник, чтобы пёсику по ночам было нескучно. Да и прохожим приятно видеть в темноте огонёк, который напоминает об уюте и теплоте дома.

– Здорово, что папа нашёл Барсика, – вслух подумал Саша, когда они с Машей легли спать.

– Это экивоки, – отозвалась Маша с нижнего яруса. – Спокойной ночи, Сашенька.

– Спокойной ночи, – ответил брат и добавил: – Хорошо, что они к нам прилетели.

Маша не ответила. Она уже спала.

– А Нинка… Нина… ничего… И блины вкусные… – прошептал Саша, повернулся на другой бок и закрыл глаза.

Глава пятая

Жить – не тужить!

В эти самые секунды, пока я наблюдал за близняшками, Катя-Матя носилась по нашему новому чудесному, прекрасному дворцу, который строители-экивоки успели возвести днём.

– Красотища! – вопила Катя-Матя. – Мои строители – самые лучшие в мире! Конечно, после добрых таракашек! Те вообще супермены в строительстве!

Дворец был построен из полупрозрачных разноцветных камешков. В нём было всего два этажа, по уютной комнатке на каждом. Но этих комнаток нам с принцессой хватало выше крыши, больше и не нужно. А вот саму крышу украшал длиннющий шпиль с тремя флажками из чистого золота. Причём каждый из них указывал на три стороны экивокского света – на Рубиновый Север, Агатовый Юг и Дырявый (хоть и закрытый) Полюс.

– Отличный денёк у нас получился! Осталось всего четыре добрых дела! – Катя-Матя плюхнулась на мягкий диванчик и укрылась тёплым пледом. – Завтра познакомимся с хозяевами дома! Они возвращаются из Турции!

Все экивоки, и я в том числе, были очень довольны проведённым днём. Удачно мы позанимались тремя добрыми делами.

Во-первых, помирили близняшек с Ниной Петровной и вернули Барсика.

Во-вторых, помогли всем двоечникам Синеграда стать отличниками. Двоечников было не так уж и много, но больше всего пришлось повозиться с Витей Бубликовым из третьего класса, который терпеть не мог учить стихи наизусть.

В этот день им задали стихотворение Агнии Барто «Жарко»: «У солнышка есть правило…» – ну и так далее… Вроде лёгкий стишок, а Витя Бубликов ни в какую.

Экивоша Пуси-Муси сказала Бубликову:

– Сейчас я тебе прочитаю это стихотворение, но только один раз. Слушай внимательно!

И прочитала – до самого конца прочитала. С выражением.

– И-и-ии!.. – протянул Бубликов. – Чего дальше?

– А теперь скажи, какое правило у солнышка и зачем оно это делает? А потом нарисуй, о чём рассказывает стихотворение. Давай вместе.

– Вот пристала! – Бубликов икнул, но, как ни странно, согласился. – Ну давай…

Пока они рисовали, Пуси-Муси задала Вите кучу вопросов:

– Что расправило солнышко? Почему ты нарисовал лучи? Откуда взялась жара? Почему хочется кричать «караул»? А от чего это изнемогают жители? Жажда мучает? А киоски с ларьками для чего? Ах, вода в них продаётся! С газом или без?

Словом, она так надоела Бубликову, что тот выучил-таки стихотворение Агнии Барто наизусть. И пятёрку получил! Первый раз в жизни!

И наконец, в-третьих, экивоки перевели через дорогу сто пятьдесят старушек и старичков, потому что ни подземного, ни наземного переходов через автомагистраль не было. А пожилые люди оказались грибниками и торопились в лес за дикими шампиньонами и осенними опятами. Вот экивоки и переносили их прямо по воздуху. Быстро, осторожно и деликатно. Старушки со старичками даже глазом не успевали моргнуть. Да и забывали тут же про невероятный полёт над автотрассой, грибы их волновали намного больше.

Вечером волшебники тоже успели кое-что сделать для своих новых жилищ. Например, украсили стены гостиных разноцветными коврами из самого тонкого экивокского блошиного шёлка. Таким образом, чердак постепенно стал превращаться в прекрасный городок – с дворцами, замками, парками, аллеями, зимними и летними садами, аттракционами, стадионами и прочими радостями жизни.

И это было неудивительно. Экивоки всегда славились тем, что строили быстро, надёжно и красиво. Им достаточно было подумать, придумать, хлопнуть в ладоши – и дело сделано! Всё, что они нафантазировали, тут же само вырастало прямо на глазах.

Строительством руководил Шурум-Бурум, известный среди экивоков как лучший архитектор, строитель и одновременно – главный экивок по беспорядку. В прорабах у него ходили Веня-Меня и Тяп-Ляп. А между делом, когда он не гонялся за жуликами и грабителями, Шурум-Буруму помогал Арсений-Гений – помощник детектива Тыр-Пыра.

То там, то сям на чердаке можно было обнаружить новый замок с башенками или очередной аттракцион.

Аквапарк получился великолепный! В нём было всё необходимое для отдыха на воде: и волновой бассейн, и фонтаны, и лагуна.

Экстремальные спуски экивоки обожали. Поэтому волшебники, ну и я, конечно, с восторженными воплями бросились с горки в бурлящую воду, спустились вниз по Дикой реке, богатой множеством виражей, поворотов и водопадов, промчались в кромешной темноте по Чёрной водяной дыре, прыгнули с трамплина и напоследок, подхваченные волнами цунами, оказались в Тихой лагуне с таинственными каменными гротами.

О да! Мы повеселились на славу! Я совершенно забыл про то, что побаиваюсь воды и не очень-то люблю купаться. После горок, виражей и гигантских волн я, как и остальные экивоки, понежился на уютном небольшом искусственном пляже под искусственным солнышком.

– Чудесно-прелестно!.. – промяукала первая красавица и модница Пуси-Муси.

– На Луне аквапарк ещё круче! По моему проекту построили, я нафантазировал! – хвастливо заявил Тяп-Ляп, подставляя солнцу мохнатую спинку.

– Это да! Отличный на Луне аквапарк! Из водяных пушек можно палить! – заметил экивок по имени Эй-Ухнем.

– Оххало-моххало! Космические привидения остались довольны! – восторженно добавил Каляка-Маляка.

– Между прочим, моё самое совершенное архитектурное сооружение тоже стоит на Луне! – совершенно не обидевшись на Тяп-Ляпа, заметил Шурум-Бурум и рассказал: – Это «Дом – вверх дном», в котором люстры висят не на потолках, а приделаны к полу. А умывальники, стулья, кресла и диваны, как раз наоборот, прикреплены ножками к потолку и стенам.

– И заметь, всё отлично работает! – поддакнул Тяп-Ляп. – Никто с табуреток не падает и не летит с потолка вниз головой.

– О да! Трон принцессы просто великолепен! – пропел Веня-Меня. – Это её любимый трон!

– Фи! Ничего особенного! Обыкновенное кресло! – скривила губки Пуси-Муси.

– О нет! Это шедевр, достойный её хозяйки! Я обожаю Катю-Матю! Обожаю! – воскликнул Веня-Меня.

– А мы обожаем беспорядок! – перебил его Тяп-Ляп.

– Вот бы побывать в «Доме – вверх дном»! На Луне! – мечтательно вздохнул я. – Уважаю беспорядок!..

– Могу показать! – предложил Шурум-Бурум. – Секундочку!

Он скосил глаза к носу, что-то пробормотал, и мы увидели этот чудесный дом. Плавно покачиваясь, он приблизился.

– А я могу в него войти? – спросил я.

– Вообще-то он на Луне, – ответил Шурум-Бурум. – Но если тебе так хочется…

Что-то сверкнуло и загрохотало, после чего наступила тишина. Судя по всему, волшебник перенёс меня на Луну, чему я даже не удивился.

Я посидел во всех креслах, попрыгал по всем диванчикам, на всякий случай вцепившись в мягкие сиденья когтями. Но, как и говорили экивоки, ни с одного из них не свалился, а, наоборот, повалялся и покувыркался. Даже чуть было не уснул – такие они были удобные, эти диванчики. Трон Кати-Мати и вправду был великолепен. Наверное, принцесса в нём очень красиво смотрелась.

Повисев на напольной люстре, я спрыгнул на потолок, и тут ко мне подбежали существа, напоминающие земных тараканов. Только глаза у них были большими и добрыми. Одно из существ пискнуло и протянуло мне конфетку.

– Ешь-ешь, чтобы вернуться на Землю! – улыбнулось оно. – Не бойся! Это кислородная конфетка!

Угощение оказалось таким вкусным, что я забыл обо всём на свете. Но не успел я дожевать кислородную конфетку, как плюхнулся назад, на искусственный пляж.

– Кто это был? – спросил я. – Они живут в «Доме – вверх дном»?

– Добрые таракашки! – ответил Тяп-Ляп. – Ну и мы там живём, когда на каникулы прилетаем.

– Лунные каникулы – самые чудесные! – пропел Веня-Меня.

– Это да-а!.. По ночам у костра сидим, печёную картошку лопаем… – мечтательно произнёс Эй-Ухнем.

– Оххало-моххало… Лошадок в ночное выводим… – пробормотал задремавший на песочке Каляка-Маляка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.