Экивоки. Сказочная повесть кота Василия

© Арутюнянц К. Д., текст, иллюстрации, 2024

© Копченов П. Н., карта на форзаце, 2024

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2024

Глава первая

Полным-полна коробушка!

Я сидел у прикрытого окошка почтового отделения № 1 города Синеграда, косился на объявление «Приглашаем на работу почтальона», прикреплённое к дверце, и возмущённо бормотал:

– Возьмёте, никуда не денетесь! Где вы ещё найдёте говорящего кота? Я ж прирождённый почтальон, хоть и рыжий! Дисциплинированный – никогда никуда не опаздываю! Ответственный – любое дело довожу до конца! А главное, коммуникабельный – общительный я! Пенсию старушкам могу разносить!

Одного я не учёл: было без одной минуты восемь вечера. А почта закрывалась ровно в двадцать – ноль-ноль.

За окошком нетерпеливо кашлянули. Заведующий почтой, молодой человек Пётр Игнатьевич Кукушкин, шикнул и махнул рукой, отгоняя меня:

– Иди давай отсюда! Не до тебя! Закрываемся!

Пётр Кукушкин торопился на свидание к милой девушке Глаше. А ещё надо было успеть купить цветы. Кто ж ходит на свидание с девушкой без цветов? Разве что коты.

– А я завтра приду! С утра приду! И заявление принесу! – пригрозил я.

– Вот завтра и поговорим, – отрезал Кукушкин и захлопнул перед моим кошачьим носом дверцу. – Брысь!

Я с достоинством мяукнул и спрыгнул на пол. Оглянувшись в последний раз – вдруг у Кукушкина заговорит совесть и он всё-таки примет меня, – я медленно прошёл к выходу и нехотя выскользнул на улицу.

Было ещё светло. Только самые яркие звёзды мерцали над головой.

Я обиженно зевнул, вспомнив, как Пётр Игнатьевич шуганул меня, и собирался уже нырнуть в родной подвальный проём, темневший под почтовыми окнами, как вдруг!..

Я не поверил своим глазам. В вечернем небе, совсем низко, прямо над крышами домов засияло несколько десятков ярких звёздочек, они промчались по дуге к недавно отремонтированному старому особняку на Большой Моховой улице и так же внезапно исчезли.

Я оторопел. Такого я ещё никогда не видел. Захлопнув рот и мяукнув для убедительности – не привиделось ли это мне, я заторопился к дому.

Любопытство разбирало меня. Был бы я простым котом, промчавшиеся по небу звёздочки не показались бы мне чем-то необычным. Но я – кот учёный. Как-никак, когда-то выступал в цирке у самого известного синеградского дрессировщика и клоуна Модеста Конфеткина.

Через минуту-другую я подбежал к двухэтажному особнячку, где раньше кроме голубей обитали разве что мыши. Теперь в нём жили люди: красивая тётенька Ангелина Воеводина, от которой всегда пахло конфетами, её сын Никитка Воеводин – капризный мальчишка – и добрая старушка Агнесса Степановна. Недельки две назад она угостила меня сметаной. Но сейчас их дома не было. Уехали в Турцию, позагорать.

В былые времена летними жаркими денёчками я захаживал в старый дом. Любил я этот особнячок, прохладный, с толстыми стенами, в жару – одна благодать! Ворковали голуби, стрекотали кузнечики, и никому не было дела до меня – бродячего кота.

Я бесшумно перемахнул через новую кирпичную ограду, подкрался к развесистому дубу, росшему прямо у стены, быстро вскарабкался по нему и затем по одному из толстенных суков подобрался к чердачному окошку. Заглянув в него, я обомлел.

По чердаку кружились и парили невероятные светящиеся крошечные существа!

– Да это же!.. – пробормотал я. – Неужели они?!

Я не мог оторвать от них глаз. У меня отличная память, поэтому я сразу же вспомнил рассказы Модеста Конфеткина об экивоках – волшебных существах, которые когда-то населяли Землю.

Экивоки – самые первые, самые древние волшебные существа на нашей планете. Только очень маленькие, ростом с ноготок. Считается, что от них произошли динозавры, волосатые обезьяны, люди, кошки, некоторые инопланетяне и даже звёздные привидения.

У одних экивоков мордочки человеческие, у других – обезьяньи, а туловище, лапки и ребристый хвостик покрыты мягкой, вьющейся шерстью. Светлой – у девушек-экивош, тёмной, с подпалиной – у юношей.

– Экивоки, – рассказывал клоун Конфеткин, – добрые, отважные, великодушные, свободолюбивые волшебники, но и сами нуждаются в теплоте и любви. Порой они капризничают, балуются, способны натворить такое, о чём потом сами жалеют.

Экивоки наделены невероятной силой, стремительно перемещаются с места на место, прекрасно летают и плавают, но могут и полениться, при этом они или целый день спят, или сидят без движения, на что-нибудь уставившись. Экивоки очень разговорчивы и умеют читать чужие мысли. Словом, это удивительные волшебники, которых на Земле осталось мало.

Так рассказывал Конфеткин, но никто ему не верил, кроме меня – кота Василия.

Когда-то экивоков можно было встретить в любом уголке Земли, например неподалёку от Дырявого Полюса, о котором сейчас никто не помнит, потому что он давно закрылся.

Через Дырявый Полюс экивоки попадали в любую точку Вселенной, в частности на Трукукуйю – маленькую планету, где они раз в тысячу лет добывали волшебные рубиновые камешки для подвигов. С Земли Трукукуйю не видно даже в мощный телескоп.

– Но она существует, честное слово! Чтоб мне стало пусто и выросла капуста! – клялся клоун Конфеткин, и я ему снова верил.

Через тот же Дырявый Полюс экивоки научились путешествовать во времени.

Вот подумает кто-нибудь из них: «А не попасть ли нам, скажем, во времена динозавров или волосатых обезьян?» И экивоки тут же переносились к динозаврам и волосатым обезьянам.

Возвращались они при помощи Рубиновой пирамидки. Поэтому те, кто путешествовал во времени, всюду её с собой таскали.

Кроме этого Рубиновая пирамидка выполняла и другие желания экивоков. Она была нужна почти всегда и почти всем. Но те, кто путешествовал во времени, не могли всё время отправляться в будущее. Ведь тогда остальным экивокам без пирамидки приходилось туго.

Например, без Рубиновой пирамидки невозможно было печь булочки с волшебной корицей или варить манную кашу на молочке дивных птиц. Без Рубиновой пирамидки нельзя было выращивать сиреневые арбузы, которые экивоки обожали.

Без Рубиновой пирамидки не получалось обучать мух и жуков засеивать поля магической кукурузой, из которой потом варили лекарство. Ведь экивоки, хоть и были волшебниками, тоже болели. Например, у них вяли уши от чрезмерного вранья.

В конце концов произошла беда. Экивоки из-за Рубиновой пирамидки перессорились, потому что не знали, как её между собой поделить.

Разругавшись, они разлетелись кто куда. Некоторых из них занесло в будущее. А сама пирамидка бесследно исчезла, словно провалилась сквозь землю.

С тех пор главной целью жизни каждого экивока стало одно – отыскать Рубиновую пирамидку. Ведь без неё экивокский род мог исчезнуть навсегда, что очень печально.

Такие вот сказки на ночь, а может, и не сказки, рассказывал Модест Конфеткин мне – своему коту. Но однажды нашей совместной цирковой дружбе и весёлому житью-бытью пришёл конец.

Как-то раз в ужасную грозу в моего любимого клоуна и дрессировщика в очередной раз попала молния. Почему «в очередной раз», потому что молнии в Конфеткина попадали часто. Каждый год. Он их к себе притягивал. Может, поэтому и стал ясновидящим и всё знал о волшебниках-экивоках.

Молнии не причиняли вреда Модесту Конфеткину. Напротив, с каждым ударом клоун становился умней и прозорливей. Он научился понимать меня с полумяу.

Скажем, когда я мурлыкал тоненьким голоском, Конфеткин нежно смотрел на меня и соглашался:

– Кто ж спорит, Васька? Так оно и есть – всё в твоей жизни хорошо. Да и в моей – грех жаловаться. Приятно слушать тебя, дружок!

И чтобы сделать мне приятное, Конфеткин доставал свою любимую, видавшую виды балалайку. Ах, как он на ней играл! Особенно в его исполнении мне нравилась песня «Коробейники».

– Ой, полным-полна коробушка! – подпевал-подмяукивал я. – Есть и ситцы, и парча! Пожалей, душа-зазнобушка, молодецкого плеча!..

Однако последняя молния, попавшая в Конфеткина, была такой сильной, что клоун упал в обморок.

Меня же молния отбросила в кусты, и я пролежал там без сознания целые сутки. Никто этого не заметил, а Конфеткина увезли в больницу, в другой город. С тех пор я больше никогда не видел моего друга.

Ну а потом, после того как меня задело молнией, я стал говорящим.

Я переживал разлуку с дрессировщиком так горько, что не заметил, как цирк уехал на гастроли.

Я превратился в бродячего кота, жил в разных укромных местах, иногда ночевал в заброшенном особняке на Большой Моховой и наконец нашёл себе убежище в подвале почтового отделения.

Глава вторая

«Маячок» не сработает?

И вот я сидел перед чердачным окошком и любовался экивоками и экивошами, порхающими в лучах лунного света.

Как же это было прекрасно! Кто-нибудь другой принял бы экивоков за фей. Но нет, это были настоящие экивоки. Те самые! Из сказок клоуна Конфеткина.

К окошку, перед которым я сидел, подлетела очень красивая экивоша, радостно рассмеялась и крикнула остальным:

– Посмотрите! Вот и наша милая киска!

У неё были красивые длинные волосы и крылышки за спиной, а на голове росли рожки, на одном из них красовалась крохотная корона в виде шляпки. За спиной у волшебницы развевалась длинная сверкающая мантия в синих звёздах.

– Здравствуй, милая кошечка!

Я онемел от изумления: девушка обращалась именно ко мне! От неожиданности я ничего не смог ответить.

– Какая забавная! – Девушка снова рассмеялась. – Рыженькая, ха-ха!

К ней подлетел экивок, похожий на крохотного динозавра, с обезьяньей головой, как ни странно, одетый в красно-зелёную футбольную форму.

– Веня-Меня, – обратилась к нему девушка, – погляди! Мы нашли её!

– О, моя принцесса! О, ясноокая Катя-Матя! Как эта киса прелестна! – восторженно ответил экивок и позвал меня: – Кис-кис! Хочешь колбаски?

Наконец я пришёл в себя и вежливо представился:

– Меня зовут Василий. Я не кошка, а кот. Спасибо, я сыт.

– Василий? Кот? – Принцесса Катя-Матя звонко и радостно расхохоталась. – А мы думали, нас встретит кошечка! Но это всё равно!

– Вы искали меня? – удивился я. – Вы не ошибаетесь?

– Тебя-тебя! – ответила принцесса. – И не спрашивай почему. Это секрет. Но ты потом всё сам поймёшь.

«Вот это да! – поразился я. – Значит, Конфеткин не шутил! Экивоки существуют! И они зачем-то искали меня! И нашли!»

– Но если хочешь, я могу раскрыть тебе наш секретик! – Принцесса лукаво улыбнулась и собиралась продолжать дальше, но её очень мягко остановил Веня-Меня:

– О, мудрейшая! Не торопись! Сначала я уменьшу его!

И этот экивок по имени Веня-Меня медленно закружился вокруг моей головы, что-то приговаривая.

«Наверное, он так радуется нашей встрече. А кого или что Веня-Меня хочет уменьшить?» – подумал я, но решил не отвлекаться.

Я торжественно произнёс:

– С прибытием на Землю, дорогие экивоки! Очень рад приветствовать вас! Это удивительные минуты моей жизни!

– Оххало-моххало! – воскликнул ещё один подлетевший экивок – крохотный старичок в красном колпаке с серебряными звёздами. – Василий! Ты слышал о нас? От кого? Или, быть может, ты читал об экивоках в волшебных книгах, что хранятся в пещерах Синегорья?

– Нет, – ответил я. – Когда я служил в цирке, мне рассказывал про вас клоун-дрессировщик Конфеткин. Но никто, кроме меня, не верил ему. А что? В пещерах Синегорья хранятся волшебные книги?

– Хранились и, надеюсь, хранятся, если их не стащили фильти-мультяпы! – обнадёжил меня старичок.

– А кто это? – спросил я.

– Дядюшка! – засмеялась принцесса Катя-Матя. – Ты же сам говорил, что фильти-мультяп нет, что всё это сказки и фантазии древних экивоков.

– Фантазии? А кто же тогда стянул мои любимые тапочки? – улыбнулся старичок. – Назови мне хотя бы одного экивока, способного на подобный бесчестный поступок! Были тапочки – нет тапочек, стало быть, фильти-мультяпы существуют!

– Существуют-существуют!

К нам подлетела экивоша с внешностью фотомодели и глазами в полмордочки.

– У меня, например, стибрили лучшее платье от Финти-Минти! – Она томно взглянула на меня и объяснила: – Это самый знаменитый кутюрье экивоков! Стало быть, ты – рыжий котик, которого мы искали?

– Василий, – представился я и застеснялся: экивоша не отводила от меня своих миндалевидных глаз.

– А я – Пуси-Муси. Для друзей – просто Пусечка. Всегда мечтала завести котика! Но не такого рыжего. Я предпочитаю чёрных котов!

Сказав это, экивоша покосилась на принцессу, усмехнулась и отлетела. Катя-Матя сделала вид, что ничего не слышала.

Тем временем Веня-Меня вокруг моей головы закружился быстрее.

– Так ты говоришь – Конфеткин? – снова обратился ко мне старичок в колпаке. – Никогда не встречался с ним. А где теперь многоуважаемый дрессировщик? Быть может, если мы встретимся с ним, он поможет нам отыскать…

– О, дядюшка! – перебил старичка Веня-Меня, между прочим разогнавшийся не на шутку. – Этому коту пока необязательно знать, что мы ищем!

У меня зарябило в глазах от бешеного полёта экивока. Выкрикивая слова, Веня-Меня оказывался то слева, то справа, то спереди, то позади меня.

– Иначе он лишится разума! – кричал экивок. – «Маячок» не сработает, и мы ничего не найдём!

– Лишусь разума? – подумал я вслух, и шерсть невольно встала дыбом. – «Маячок» не сработает? Какой маячок?

– Молчу-молчу, – покорно кивнул старичок. – Милый кот, а скажи, пожалуйста, где мы можем найти твоего друга Конфеткина?

Голос у него был такой добрый и ласковый, что я перестал волноваться и думать про непонятный «маячок». Услышав же про Конфеткина, я вздохнул и рассказал, как десять лет назад дрессировщика ударила молния и мой добрый хозяин и друг исчез из моей жизни.

– Печально-печально… – покачал головой старый экивок. – Выходит, Конфеткин нам не поможет…

– Но с другой стороны, Конфеткин – это след, который может привести к НЕЙ! Дядюшка прав! Клоуна можно поискать! – завопил Веня-Меня.

Его уже практически не было видно. Он вращался вокруг моей головы с невероятной скоростью. Но, несмотря на это, слышно его было хорошо.

– О, моя принцесса! – крикнул Веня-Меня. – Я чувствую, Конфеткин где-то рядом! Он в Синеграде!

– Правда?! – я ужасно обрадовался. – Конфеткин жив?!

– Что вы заладили – Конфеткин-Конфеткин? Не нужен нам никакой Конфеткин! – возразила принцесса. – Мы нашли дом, в котором ОНА спрятана! Осталось всего-то понять где! Но только не сегодня, мои милые. Я очень устала…

– Как прикажешь, ясноокая! – раздался откуда-то сверху голос Вени-Мени.

Он уже совсем исчез.

Принцесса Катя-Матя медленно опустилась в старое кресло, стоявшее посреди чердака, и сладко зевнула:

– Какой огромный трон! Передохнём, а утром полетаем по дому и поищем ЕЁ… Впрочем, вы меня совсем запутали! Нам всё равно надо совершить ещё не одно доброе дело, чтобы добраться до НЕЁ! Так что искать пока бессмысленно…

– Оххало-моххало, да! Я и забыл! Проклятый склероз! Ведь нам ещё осталось совершить семь добрых дел! – вспомнил старичок.

– Простите, а до кого вы должны добраться? – осторожно поинтересовался я. – И что собирается уменьшить этот молодой экивок, который летал вокруг меня, а потом исчез?

Но тут Веня-Меня появился прямо перед моим носом и внятно произнёс:

– И раз, и два, и три, четыре, два ножа и сырка в дыре!

И произошло невероятное!

Всё вокруг завертелось, а потом принцесса Катя-Матя и остальные экивоки, эти крошечные существа ростом с ноготок, стали выше меня раза в четыре! Меня уменьшили! И сделал это экивок по имени Веня-Меня – волшебник в футбольной форме и бутсах!

Я заорал от ужаса:

– Ай-мяу-у-у!!!

– Не бойся, котик! Ха-ха-ха-ха! – весело рассмеялась принцесса. – Это совсем не страшно. Потерпи, мой милый!

– Зачем! Мяу-у-у! Зачем вы это сделали?!! Зачем уменьшили?!! – Мне захотелось зарыдать от бессилия. – Верните назад мой нормальный кошачий рост!

Принцесса приложила лапку к губам:

– Тсс! Успокойся и выслушай. Понимаешь, ты нам очень нужен! Без тебя у нас ничего не получится. Ты и есть наш «маячок». Так уж вышло – жребий судьбы пал на тебя!

– Я – маячок?! Что вы сделали со мной?.. – шёпотом ответил я. – Как такое возможно?.. Вы даже не спросили моего разрешения!..

– Не плачь. – Принцесса улыбнулась и погладила меня по рыжей голове, а я и вправду тут же успокоился, потому что рука у принцессы была мягкая и добрая. – Вот увидишь, милый котик, – продолжала она, – с нами весело и хорошо. Тебе понравится. А теперь всем спать!..

Катя-Матя хлопнула в ладоши, и несколько десятков светящихся экивоков, весело парящих вокруг, тихо опустились в кресло, улеглись рядом и вскоре мирно засопели.

Последнее, что я услышал в этот вечер, были слова принцессы Кати-Мати:

– Все волшебства и все поиски завтра. Спите, мои хорошие…

Я заурчал и тут же уснул.

Старичок в колпаке что-то запел, не очень красиво и даже визгливо, – кажется, колыбельную. Но мне тогда показалось, что я это слышу во сне.

А потом уснул и старичок.

Глава третья

Халям-балям!

Проснулся я в чудесном настроении.

– Наверное, у волшебных котов всегда так по утрам – хочется петь и ликовать, – размечтался я, вылизывая себе шёрстку на животе. – Как здорово! Я теперь не просто говорящий кот. Я ещё и волшебный «маячок». Интересно, что я должен буду делать?

Неожиданно экивоки зашумели. Я поднял голову, но волшебники спали. Странно!..

И вдруг я догадался. Надо же! Я научился читать мысли! Ура! Всегда об этом мечтал.

Среди всеобщего гомона просыпающихся экивоков я сначала услышал мысли старичка в колпаке.

«Оххало-моххало… – печально размышлял старичок, похрапывая. – Хыр-пыр, хыр-пыр… Самый старый и мудрый волшебник – я, Каляка-Маляка. А что толку? Не могу понять, где ОНА спрятана в этом доме… Оххало-моххало, зарядку, что ли, поделать? Авось и поможет…»

Старичок вскочил на ноги. Не открывая глаз, он сорвал с головы колпак и несколько раз подбросил его в воздух. Затем снова улёгся и блаженно захрапел дальше.

Экивокских мыслей вокруг роилось много. Но я пока мог разобрать только некоторые из них:

«Да найду я своего принца на белом коне! И скажет он мне: «О, моя любимая Катя-Матя, как долго ты меня искала!..»

«А я всё равно самая красивая экивоша! Я – Пуси-Муси! Первая красавица и модница! Принцесска и ноготка моего не стоит!..»

«О, небеса! Ну и удар! Прямо в девяточку!..»

«Если сложить листочек вот так и этак, получится бумажный гусь, халям-балям!..»

Словом, мыслей было столько, что всех не перечесть.

Но тут экивоки притихли, и в полной тишине раздалась команда:

– Не спать!

Это проснулась принцесса Катя-Матя.

– Доброе утро, мои милые! – бодро выкрикнула она. – Приступаем к солнечным процедурам! И раз, и два, и три, четыре! Два ножа и сырка в дыре! Просыпаемся! Летаем-летаем, не ленимся! Лапки на ширине плеч!

Не все экивоки проснулись сразу. Некоторые взлетали нехотя и также нехотя принимались кружиться вокруг солнечных лучей, которые пробивались сквозь чердачное окно.

– Эй, рыжик! – окликнула меня экивоша Пуси- Муси, подлетела и схватила за лапку. – Чего лежишь? Присоединяйся! Настоящий экивок всегда должен быть в форме!

Я не сопротивлялся.

– Ты не против, если я украду у тебя котика? – бросила она принцессе.

Катя-Матя махнула лапкой, мол, пользуйтесь на здоровье!

Мы разогнались, и уже через минуту-другую экивокские мордочки, даже те, которые всего минуту назад дремали прямо в воздухе, слились в сверкающий смеющийся круг, который начал сужаться, наконец превратился в волну и заструился по солнечным лучам!

Мне захотелось вопить от восторга! От носа до кончика хвоста я наполнился необычайной лёгкостью.

Экивоки вылетели в чердачное окно.

– Может, всё-таки полетаем по дому? Оглядимся? – крикнул Веня-Меня принцессе.

– К чему откладывать добрые дела?! – откликнулась Катя-Матя и позвала меня: – Котик, ты сегодня со мной! Не отставай!

Пусечка помахала мне лапкой:

– До встречи!

Разделившиеся на группки экивоки помчались в разные стороны. Я летел рядом с принцессой и ещё пятью волшебниками, с которыми пока не познакомился.

Как же необычно было нестись над городом и видеть сверху дома, церквушку, деревья, реку, синие горы! От быстрого полёта мои пушистые усы прилипли к щекам. От ветра щекотало в носу и свистело в ушах.

Я старался перекричать ветер:

– Куда это мы?!

– К близняшкам! – крикнула Катя-Матя и резко спикировала вниз.

Я помчался было дальше, но, сообразив, что рядом принцессы нет, камнем бросился вниз.

– Делать доброе дело?! – проорал я.

– Да!!!

– А какое?

– Сейчас увидишь!

Мы подлетели к двухэтажному домику на улице Сказочника Ганса Христиана Андерсена, опустились на подоконник второго этажа и заглянули в комнату.

Внутри, на двухъярусной кровати, спали девчушка и мальчуган лет восьми. Брат лежал наверху, а сестра – внизу.

– Они болеют? Мы прилетели их лечить? – встревожился я.

– С чего ты взял? – удивилась Катя-Матя. – Здоровы как тридцать три коровы!

– Тогда почему они не в школе?

– Лохматик, – кивнула принцесса добродушному экивоку, – расскажи ему о близняшках!

– Значит, так, – объяснил волшебник по имени Лохматик, – это Машка и Сашка. Папка у них – капитан речного катера. А мамки нет. Есть мачеха Нинка. Ворчливая, всегда ими недовольна! Овсянку заставляет кушать! Они её терпеть не могут. Домашние задания до ночи проверяет! Вот мы и должны сделать так, чтобы близняшки и Нинка друг друга полюбили и ссориться перестали. Иначе – непорядок!

– А как вы это сделаете? – полюбопытствовал я.

– Ну, дело несложное, – заметил Лохматик.

– Сначала надо с Барсиком разобраться! – заметила Катя-Матя.

– С каким Барсиком? – я удивился. – С котом? Так я его знаю! А чего с ним разбираться? У него всё в порядке. Как ловил мышей в магазине, так и ловит. Он вообще…

– Это другой Барсик. – Принцесса не дала мне договорить. – И не кот, а пёс.

– Ага, – продолжил Лохматик. – Бродячий пёсик, молодой ещё. Машка и Сашка его вчера притащили с речки. Он совсем дохлый, блохами извёлся. А Нинка как увидела его, такое закатила, мама не горюй! Прогнала пёсика со двора! Машка – в рёв, а Сашка нарочно японскую вазу с цветами разбил, чтобы мачехе досадить.

Услышав это, экивок по прозвищу Халям-Балям возмущённо воскликнул:

– Халям-балям!

Уже потом я узнал, что никто никогда не слышал от него других слов, только – халям-балям. Что это такое, не знал даже самый старый и мудрый волшебник Каляка-Маляка.

– А почему папа-капитан их не помирит? – спросил я.

– Устаёт он, работы много, – ответил Лохматик.

– Просыпаются! – Катя-Матя хлопнула в ладоши. – Ну что? Вперёд!

Мы влетели в комнату через приоткрытую форточку.

– Ух ты! – воскликнула принцесса. – Сколько игрушек! Обожаю мягкие игрушки!

Маша посмотрела на нас огромными синими глазами и от удивления заморгала. Экивоки порхали вокруг неё, посмеиваясь, – уж очень забавной была эта девочка с копной рыжих волос.

Надо заметить, Маша совершенно не испугалась крошечных волшебников. Экивоков невозможно бояться. Ведь они такие смешные и весёлые!

– Са-а-аш! – сестра шёпотом позвала брата, а тот не просыпался, наоборот, укрылся толстым пуховым одеялом с головой. – Са-аша-а! Смотри! Феи!

– Мы не феи, – возразила Катя-Матя. – Мы экивоки, самые чудесные волшебные существа на свете!

– Отстань… – буркнул из-под одеяла Сашка.

– Ой какая хорошенькая!.. – Девочка протянула ладошку, и Катя-Матя на неё медленно опустилась.

Остальные экивоки подлетели к мальчику и засвистели в дудочки.

«Откуда у них свистелки?» – в очередной раз удивился я.

«Перестань удивляться! – мысленно ответила мне принцесса. – Иначе ты никогда не станешь настоящим волшебником!»

«Но я кот!» – возразил я.

«Нет! Ты уже – кот-экивок! – отрезала принцесса. – Учись дальше! Кстати, свистелки мы наколдовали!»

Затем она сделала реверанс и обратилась к Маше, осторожно державшей её на ладошке:

– Милая девочка! Скажи, пожалуйста, почему вы сегодня не в школе?

Маша не успела ответить. Из-под одеяла высунулась взлохмаченная голова мальчишки.

– Не дуди! – выкрикнул Саша и, ни капельки не удивившись экивокам, сердито спросил: – Вы кто?