Пророчество. Во власти стихий

– Нет, но это здесь ни при чём. Ты не ответил на мой вопрос. – Я начинал нервничать.

– А откуда ты знаешь, что при чём, а что нет? – не унимался он.

– Я спрашивал про другое! – Я вскочил из-за стола и принялся ходить из стороны в сторону. Внутри снова вспыхнул жар, и с каждой секундой я становился всё раздражительней.

– Присядь, мой дорогой внук, я хочу посмотреть на тебя.

Нехотя я сел обратно на свой стул. На лице деда появилась улыбка, а в глазах читалось понимание.

– Твои глаза, они светятся красным. Красный – это сила огня, – произнёс дедушка с невероятной любовью и теплом.

Встав из-за стола, я направился к зеркалу. И правда, глаза снова были такими же, как в машине примерно час назад. Только немного тусклее, не такими красными.

– Что со мной?

Я задал этот вопрос больше себе, чем деду, но он всё равно ответил:

– Ты один из избранных, мой дорогой внук.

Я не заметил, как дедушка подошёл ко мне. Встав рядом, он положил руку на моё плечо. В его взгляде не было ни капли испуга. Наоборот, он смотрел на меня с восхищением. И только сейчас я заметил, что и в его глазах, у самого основания зрачка, появились оранжевые вкрапления. Совсем немного, но минуту назад их точно не было.

– Ты знал? – Это было единственное, что я смог прошептать.

– Знал. Это было предначертано судьбой. Но то, что это произойдёт с вами, я узнал, когда вы были ещё маленькими, – вздохнув произнёс он.

– Но откуда? И с кем – с нами? У Доара такие же глаза? – Я смотрел на наше с ним отражение в зеркале и ничего не понимал.

– Давай присядем, и я расскажу тебе то, что знаю сам, помимо того, что рассказывал вам в детстве. Хорошо?

Кивнув, я направился к дивану напротив камина и сел рядом с дедушкой.

– Мой дорогой внук, ты хорошо помнишь нашу сказку из детства?

– Признаться честно, нет. Я помню её урывками.

– Тогда я поведаю её ещё раз с самого начала. И на этот раз расскажу всё то, что знаю сам из уст своего отца, – сказал он и начал свой рассказ.

– Давным-давно в мире, полном любви и согласия, жили небывалой красоты существа. В их землях всегда царило лето, светило яркое солнце, зелень окутывала деревья и насыщала луга, и лишь на горных вершинах лежал снег, который никогда не таял. А называлось это место Эйл'рейлис, что означает – сплочённость и единство. Так говорилось в эльфийских писаниях.

Королём эльфов был Дэл’халь. Могущественный воин с отменной харизмой, народ его очень любил. Свою славу он получил ещё будучи юношей, когда под предводительством своего отца Л’аза разбил большой отряд гоблинов во время борьбы за территорию. В то время эльфы жили в лесах, но их разведчики прознали о волшебном озере, которое даёт энергию всему живому. Поэтому король Л’аз решил немедленно собрать войско, чтобы в случае чего вступить в бой. Так и произошло. Эльфы понесли небольшие потери, но враг был повержен.

Озеро же действительно было восхитительным и в любую погоду искрилось так, словно его посыпали серебром. За это оно и получило своё название «Серебряное озеро». Чтобы перекачивать на новое место, требовалось время. Но эльфы очень целеустремленный народ – они работали день и ночь не покладая рук. А спустя какое-то время им на помощь пришли гномы. Предводитель гномов Мастер Тарелб со своим отрядом в кратчайшие сроки возвёл хижины из самых прочных пород деревьев. Всё было готово спустя месяц. Эльфы обживались на новом месте, выращивали целебные травы, растили детей. Вели самую обычную жизнь.

Но в одну из лунных ночей стражники, которые патрулировали город, заметили странное свечение вблизи озера. Они доложили об этом королю и немедленно выдвинулись к берегу. К тому моменту там собрался практически весь народ. Явление, что предстало их глазам, было воистину волшебным. Луна, в своём кольце, словно спустилась с небес в глубины вод. Вода же, в свою очередь, стала светлеть на глазах, очищаясь от мути, которая была в ней ранее. Серебристый блеск распространился по всей глади озера. В эту самую ночь эльфы поняли, что выбрали правильное и чистое место для своего дома.

Со временем они удостоверились, что вода даёт им энергию, лечит. Наделяет целебные травы магией. Каждый месяц озеро обновлялось. С разных уголков земли к ним приезжали другие народы, чтобы вылечить ту или иную хворь, а эльфов прозвали лекарями.

Но и гномы не отставали. Мастер Тарелб, тогда еще с небольшим отрядом, первым обнаружил магические камни. А точнее, магию, что сокрыта в них. Гномы-кочевники (так их тогда называли) решили обустроиться возле восточных хребтов, потому что их патрульные нашли расщелину меж двух скал, которая уходила глубоко в недра земли. Недолго думая, гномы собрали провизию, спальные принадлежности, различную утварь и отправились в путь. Тогда-то и был найден первый магический камень. Ярко-голубой и на первый взгляд походящий на обычный кристалл.

По счастью, в то время у гномов на ночлег остановился тролль Джаннабул, который держал путь к эльфам. Увидев добытое ими сокровище, он взял его в руки и что-то зашептал, но никто не смог разобрать слов – то был древний язык, недоступный чужакам. Когда Джаннабул закончил, с неба упали первые капли дождя, и он поведал гномам о пророчестве троллей, которое хранил его народ.

«Проснётся озеро однажды,

И волшебство польётся градом.

Но овладеет им не каждый,

А только тот, кто зорок взглядом».

Оказалось, что Джаннабул не просто так оказался в лагере гномов той ночью. Он научил Мастера Тарелба и его сына Атоби распознавать магические камни и применять их во благо.

В Эйл'рейлисе начался новый век. Так изначально было предначертано, и судьба распорядилась так, что на этой земле зародилась магическая сила. Не сказать, что она была огромной, нет, но всё же присутствовала во всём, что окружало жителей этих земель.

Спустя несколько десятков лет Атоби, сын Мастера Тарелба, отыскал небывалой красоты камень. Он был тёмно-красного цвета, гранёный, словно и не провёл сотни лет под землёй. Но одновременно с его находкой в лагере начали происходить странности. Гномы стали проявлять агрессию по отношению друг к другу, начались споры, драки. И тогда Атоби заметил, что камень изменил цвет: он стал ярче и ещё светлее. Было решено избавиться от сокровища, так как сомнений не оставалось – всему виной именно оно. Но гоблины каким-то образом прознали о распрях гномов и решили выкрасть злополучный камень. В одну из ночей они пробрались незамеченными в место, где он хранился, и забрали его.

Всё бы ничего, но гоблины не знали, как им управлять. Они начали кидаться друг на друга, выхватывать сокровище, вгрызаться в глотки своих товарищей и в конце концов… разбили камень. Его осколки проникли в землю, и оттуда тонкой струйкой начал сочиться красный дымок. Гоблины, конечно, его вдохнули, и без того злые, стали еще опаснее. У них сгорбились спины, когти отросли до небывалых размеров, зубы стали ещё длиннее и острее, а взгляд утратил всякую разумность. Вся злость, раздражение, ненависть, что копились в них сотни лет заточения, вырвались на свободу.

Гоблины стали нападать на поселения, грабить, убивать, брать в плен. С ними было тяжело справиться. Раны, что им наносились, нисколько их не останавливали. Они стали очень сильны и выносливы. Эльфы, гномы и тролли объединились в войска, чтобы противостоять врагам, но потери были слишком велики.

Тогда Майшима, провидица троллей, увидела сон, в котором говорилось о пророчестве. Она рассказала предводителю троллей Магаво, что есть шанс спасти тех, кто ещё жив, но им придётся покинуть родные земли. Магаво тотчас же отправился в путь. Обитатели Серебряного озера создали Совет, в который вошли представители всех влиятельных семей. Присутствовали все: и эльфы, и гномы, и тролли.

Магаво поведал Совету о пророчестве, и никто из присутствующих не осмелился усомниться в нём, так как всем известно: если тролль предскажет что-то, это обязательно произойдёт. С давних времён ходили легенды о провидцах среди троллей, но их было очень мало. Ведь провидец должен родиться в определённый день и под определённым созвездием, только тогда духи награждают его магией снов. Майшима была единственной провидицей в то время, и её пророчествам верили все без исключения.

«Пройдёт не мало сотен лет. Мы выстоим, дождёмся.

Родятся четверо на свет – и в полночь мы проснёмся.

Они придут и защитят наш мир, погрязший в скорби,

Ценой стихий, что укротят, повержен будет гоблин!»

Так гласило пророчество Майшимы. Магаво предостерёг собравшихся, разъяснив им, что именно будет их ждать. Тролли попросили гномов принести два самых белоснежных камня из тех, что они отыскали. В один из них Магаво вложил всю свою магию, которая помогла бы избранным вернуться домой. Его вручили Дэл’халю, сыну Л’аза, чтобы тот оберегал его и сохранил для будущего поколения. Второй камень Магаво передал Атоби и сказал, что все присутствующие должны встать в круг, взявшись за руки, и передать всю свою магию камню, чтобы переместиться в другой мир. Сам тролль читал какие-то писания, чтобы ритуал сработал. Когда камни наделили магией, Магаво предостерёг всех, сказав:

– Никто не знает, что вас будет ждать в другом мире. Но вы покорно передали свою магию, чтобы спасти остальных. Так будьте готовы к тому, что она иссякнет. Несите наше пророчество через время, через поколения, пока на свет не появятся те, кому предначертано спасти нас.

Слова Магаво напугали присутствующих, они не знали, как потом понять, кто избранный, а кто нет, чтобы не погубить своих детей. Но времени на рассуждения не было, гоблины приближались. Магаво сообщил, что по оставшимся поселениям отправлены гонцы. Те, кто захочет спастись, прибудут к полуночи и будут ждать у Серебряного озера. А сами тролли останутся защищать тех, кто решит не покидать свои земли.

К назначенному часу у озера собралось по меньшей мере семьдесят семей, решившихся покинуть свой дом. Остальные изъявили желание остаться и сражаться до конца. Все встали так, как им велел Магаво. Никто не спорил. Мужчины обнимали своих детей и жен, было много слез, но все понимали, что это необходимо. В последний раз тролль произнёс речь:

– Помните, что вы несёте в себе историю своего народа. Не забывайте её. Сохраните. Вы уже не будете прежними, потому что отдали свою магию на благо всех нас. Лик ваш изменится, но память останется с вами навечно!

Затем Магаво начал что-то шептать над заколдованным камнем, но никто не слышал его слов. Все смотрели на оставшихся: отцов, матерей, друзей, соседей. В какой-то миг всё вспыхнуло белой вспышкой. Когда свет рассеялся, бывшие обитатели Эйл’рейлиса увидели, что находятся в ночном лесу. Посмотрев друг на друга, они поняли, что уже никогда не будут такими как прежде. Так и произошло перемещение спасённых.

Дед замолчал и посмотрел на меня, ожидая реакции. Я же… находился в замешательстве.

– Ты хочешь сказать, что мы с Доаром избранные? Но кто остальные двое? И почему родители запретили к тебе ездить? Мы эльфы или гномы? – У меня была куча вопросов, которые не укладывались в моей голове.

Когда я был маленьким, эта сказка имела другой смысл. В детстве мы с Доаром часто представляли себя защитниками, сражающимися со злобными тварями. Но я никогда не думал, что это может оказаться реальностью.

– Дорогой мой внук. Теперь ты знаешь, что все мои сказки – правда. И что это было на самом деле. Блики в ваших глазах начали появляться примерно в шесть лет. Первым это заметил я, когда вы с Доаром подрались и были злы друг на друга. У тебя появились красные блики, а у Доара – синие. Ваша мать тогда была сильно напугана и приготовила вам эльфийский отвар, который подавляет магию. Этот-то отвар и стал причиной нашей с ней ссоры. После этого я вас не видел, но всегда знал, что ты придёшь, потому что к совершеннолетию действие отвара ослабевает, и уже ничто не в силах сдержать магию.

– Мама тоже об этом знала? А папа? Как родители могли от нас такое скрывать? – Эмоции брали верх над здравым смыслом.

– Всем родителям свойственно беспокоиться о своих детях.

– Значит, в данный момент с Доаром происходит то же, что и со мной?

– Я не знаю. Возможно. Ты не замечал за ним странности? – размышляя, спросил дед.

– Да нет. Он, кстати, наоборот, как мне кажется, стал более серьёзным в последнее время. И у него появилась девушка…

– Криан, запомни. Я знаю только одно. Вы сможете укротить вашу магию только тогда, когда найдёте вторую половину, подходящую к вашей стихии, – прервав меня, сказал дед.

– Какую половину? – не понял я.

– Ваша судьба предрешена задолго до вашего рождения. Та стихия, которую вы обретёте, будет управлять вами до тех пор, пока вы не примиритесь с ней. Вы должны её принять, как самих себя. Огонь, вода, воздух, земля – это то, с чем вам придется столкнуться лицом к лицу. У каждой стихии должна быть пара. Но никто не знает, какая к какой притянется. Если стихия встретит ту, что под стать ей, вы будете страдать согласно силе своей магии, пока не примите друг друга. Если же этого не произойдёт, стихия погубит своего обладателя. Поэтому я и спросил, видел ли ты кого-нибудь? Помнишь? – На его лице снова появилась лукавая улыбка.

– Ты хочешь сказать, что я усмирю свой огонь только тогда, когда найду ещё одну стихию, которая предначертана мне судьбой?

«Бред какой-то», – подумал я.

– Именно! А точнее, ты найдешь свою судьбу, Криан.

– Мне надо подумать. На сегодня хватит с меня рассказов.

Встав, я направился к выходу, даже не посмотрев на дедушку и не попрощавшись с ним.

– Я буду ждать вас в следующий раз всех вместе, мой дорогой внук, – сказал он мне напоследок.

Выйдя из его дома, я направился к машине. Завёл двигатель, но так и сидел, тупо глядя в одну точку. Не знаю, сколько прошло времени, но дед так и не вышел. Наконец, немного придя в себя, я поехал домой.

Всю дорогу я прокручивал в голове слова дедушки и всё равно многого не понимал. Как родители могли так с нами поступить, почему они нам ничего не рассказывали? Что это ещё за судьба со стихиями? Какая боль?

И тут я вспомнил Арсель. Ведь именно с того самого дня, когда я её увидел в первый раз, я стал испытывать жжение. А её дрожь? Неужели она и есть вторая стихия?

Вспомнив ещё раз тот день, когда она кружилась под дождём, я сразу понял – она моя.

Подъехав к дому, я вышел из машины и направился внутрь. Родителей не было, но это и к лучшему. Обосновавшись на кухне, я просто сидел, не зная, что делать дальше. Как сказать об этом брату? С чего начать?

Тренировка, как всегда, нас всех вымотала. Приняв душ, я уже собирался уходить, как меня позвал брат.

– Ты сейчас куда? – поинтересовался он.

– Мы с Идэном решили прокатиться. А что? Хочешь с нами? Энн тебя не потеряет? – издевательски поинтересовался я.

– Нам надо поговорить.

Выглядел он довольно серьёзным. Даже не отреагировал на подкол.

– Ну, окей. Жду в машине. – Я направился к выходу.

Доар подошёл минут через пять. Выглядел он взволнованно. Интересно, что произошло?

– Криан, помнишь сказку, что нам рассказывал дед? – сходу начал он.

– Допустим.

«И что же ты скажешь?» – гадал я.

– Я думаю, что в ней есть правда. Потому что мои глаза недавно светились синим, и Энн это заметила. Ещё я видел, что ты ездил к дедушке, – быстро протараторил он.

– Я знаю, Доар. Именно поэтому я к нему и ездил.

Сжав его плечо, я ждал, что он скажет дальше.

– У тебя тоже светятся глаза синим? – спросил он.

– Светятся, но не синим, а красным. Моя стихия – огонь. Кстати, Доар, хотел спросить: тебе с Энн хорошо? В смысле, когда её нет рядом, что ты чувствуешь? – решил поинтересоваться я.

– Мне лучше, когда она рядом. Я нуждаюсь в ней, потому что если мы долго не видимся, то я становлюсь раздражительным. Не знаю почему, но она меня успокаивает, – сказал он.

– Значит, она одна из нас, – заключил я.

– Что? Почему ты мне раньше не сказал об этом? Поехали к дедушке. Я хочу сам с ним поговорить. И не надо впутывать сюда Энн, – затараторил он.

– Потому что я не знал, как тебе сказать. Он ждёт нас четверых. Меня, тебя, Энн и…

– Арсель, – закончил за меня брат.

– Я думаю, что да. Но мне нужно ещё кое-что проверить. Не говори пока ничего Энн. Хорошо? – попросил его я.