Открой глаза, нас нет

– Хотел бы напроситься к вам на прием. Я бы вам на реальных примерах показал все способности «Photo Analysis».

– Фотографирование девушек в кустах разве это еще не все?

– Поверьте, нет! – на полном серьезе Марк ответил улыбающейся Марии.

– Ладно, мы все обсудим с нашими техническими специалистами и уже потом свяжемся с вами. Хорошо? – капитан протянул Марку руку для рукопожатия.

– Договорились, – Марк буквально хлопнул своей ладошкой по капитанской.

Мария собрала в переносную сумку с изображением Земли все врученные Марком презентационные материалы. Капитан из павильона Марка пятилcя назад, пытаясь досмотреть транслируемый на “плазме” ролик. Из-за увлеченности он столкнулся спиной с одним из посетителей выставочного центра. Из рук посетителя повалилась с грохотом увесистая пачка из листов презентационного материала, которые как яркая осенняя листва распласталась на полу. В громком пыхтении посетителя, наклоняющегося за оброненным материалом, можно было легко распознать его крайнее возмущение, которое вполне сводилось к русскому мату. Но Рахим не признавал мат как часть русской речи. Даже работая в среде постоянных курильщиков, где мат является основой следственной работы, он не поддавался искушению использовать его в своей речи.

– Надо было на стойке регистрации взять сумку для переноски, как у Марии, – обернувшись, после столкновения капитан опознал Рахима. – Так, и что у тебя тут? Опять каталоги о дронах? Ты опять за старое? Мы ведь это проходили с тобой. И что нового они придумали в этот раз? Неужели теперь они могут летать и в стратосфере? – с демонстративным сарказмом спросил капитан, подмигнув правым глазом.

– С прошлой выставки они заметно продвинули своих птиц, – начал оправдываться Рахим. – В этот раз существенно доработали скорость взлета, увеличили высоту преследования. Установили хороший стабилизатор на камеру, чтобы при движении дрона и вращении его пропеллеров получаемая картинка была стабильна.

– Я знаю для чего нужен стабилизатор для камеры, – сказал капитан.

– Но главное, они доработали пулю, которая является маячком для дрона. В ней-то и вся прелесть. Вам, капитан, понравится их разработка. – Последние предложения Рахим проговорил на одном дыхании, и прохожие могли услышать, как он громко вздохнул, набрав воздуха в опустошенные от рассказа легкие.

– Насколько я помню, ты говорил в своем докладе, что для активации дрона необходимо выстрелить в преступника специальной пулей, – выстроив пальцы правой руки в форме пистолета, Антонов сделал выстрел невидимой пулей в сторону одного из павильонов. – Эта пуля сделана из какого-то сплава и настолько миниатюрна, что способна пробить любую одежду или зацепиться на ней. Ты говорил, что человек долго не будет чувствовать ее благодаря нанесенному на нее анестетику.

– Да, всё почти так. Только пуля рассасывается в человеке полностью без вреда для его здоровья. – Рахим поднес ладони к лицу капитана и развел пальцы, изобразив исчезновение пули и сопровождая это звуком «тщщ». – За то время, пока пуля на одежде или вонзена в тело и у маячка не закончился заряд, дрон с большой высоты будет следовать за преступником, снимая на видеокамеру его и всё вокруг него. Но сейчас разработчики полностью изменили концепцию пули. Я, конечно, ничего не понял в самой технологии, но пулю они полностью изменили. Теперь пуля, выпущенная в объект слежения, на подлете к нему разрывается в воздухе и оседает на преступнике в виде бесцветной, прозрачной краски. Как клякса. Попав на одежду или на кожу объекта, она становится полностью незаметной, долгое время не смывается никакими химическими составами. Клякса-краска за счет попадания солнечного света или какого-то теплового эффекта, черт ее разберет, сама заряжается, и этого заряда будет достаточно, чтобы маячок посылал сигналы. Сейчас новый дрон взлетает гораздо выше, и он незаметен и неслышен для объекта слежения. Вот таков мир новых технологий. Я напишу доклад к концу недели, как ты приказал.

Дождь прекратил лить. Солнце уходило на покой, готовясь передать вахту луне. Минуя кафе, манящее ароматами свежемолотого кофе, поджаренных на гриле говяжьих стеков, вся команда Антонова пошла к выходу. Мария направилась к экскурсионному автобусу. Не объяснив своего порыва, она почему-то не стала со всеми дожидаться служебного автобуса.

– Ребят, увидимся в отделении завтра, – прожимая руку Рахиму, обратился капитан к оставшимся сотрудникам.

– А ты куда? Ах да, ты опять за свое, – пожимая руку капитан, Рахим увидел ухмылку на лице капитана, – заканчивайте вы с этими единоличными прогулками, не безопасное нынче время для нашего брата.

– Ну-ка, без этого страха. Еще не хватало, чтобы мы их боялись. Давайте, готовьте свои доклады…. До завтра!

Капитан по своему обыкновению решил пройтись пешком, как он делает всегда после каждого напряженного рабочего дня, когда полученная информация переполняла его голову и требовала осмысления. С самого первого раза посещения выставочного центра, он заприметил для себя березовую аллею. Широкая полоса аллеи брала свое начало от стоянки центра и простиралась на три километра вдоль проезжей части.

Дни после ограбления банка

Антонов вышел за несколько остановок до следственного комитета. Этим утром, как и в последние несколько недель, он предпочел прогуляться, зная, что предстоит напряженный день в душном кабинете. Но после недавнего ограбления он решил пройтись многим больше, чем обычно. Он не мог найти себе места в ожидании сильного недовольства со стороны руководства и давлении общественности на последнюю дерзкую акцию банды по всем фронтам.

«Пожалуй, сегодня я установлю рекорд по количеству пройденных пешком остановок», – подумал про себя Антонов. Разные мысли крутились у него в голове, когда он стоял у выходной двери троллейбуса под номером девять, ожидая, когда троллейбус окончательно остановится и откроет дверь.

До здания бывшей библиотеки нужно было идти строго по прямой. Перед зданием следственного комитета располагался сквер с высокими деревьями, со скамейками и посаженным кустарником вдоль дороги. Кустарник был аккуратно подстрижен и защищал посетителей сквера от дорожной пыли. Раньше, до того как библиотеку отдали под следственный комитет, можно было часто встретить людей, сидящих на скамейках и читающих книги. Некоторые посетители, расстелив одеяло, располагались прямо на зеленой лужайке посередине сквера. В последнее время здесь было доступно лишь чтение плакатов недовольных жителей города.

В последнее время капитан Александр Антонов стал достаточно публичной личностью. Как руководитель группы по поимке грабителей банков, он выступал на теле- и радиопередачах с комментариями о текущей обстановке. Он рассказывал, как обстоят дела по поимке грабителей банков, отвечал на прямые вопросы жителей города.

Политика следственного комитета запрещала своим сотрудникам подобные публичные мероприятия, тем более – руководителям служб. Но руководство посчитало, что таким образом им удастся хоть немного успокоить общественность и показать горожанам, что власти города не равнодушны к сложившейся обстановке, что следственный комитет и все его службы стоят на страже закона и интересов народа и что прикладываются все возможные и невозможные усилия для разрешения проблемы.

Не успев перейти дорогу на зеленый сигнал светофора, Антонов остановился на последнем перекрестке, напротив входа в сквер. Уже с этого места он увидел собравшуюся кричащую толпу с плакатами. Шум проезжающих автомобилей не позволял распознавать ни одного слова. Но по надписям на плакатах и по их выражению лица было не трудно догадаться, что именно выкрикивала толпа. У входа в следственный комитет, у подножья лестницы, в ряд выстроились полицейские в полной боевой экипировке с щитами. Утро было по-летнему солнечным, дул слабый ветер, колыша листву высоких деревьев в сквере.

– Алло, Мария, здравствуйте! – капитан с перекрекстка позвонил своему помощнику. – Я вижу в сквере топу журналистов и народа. Распорядись, чтобы охранники на посту открыли заднюю дверь. Да и пускай не забудут открыть входную калитку. Я зайду со двора, буду на месте через десять минут.

– Хорошо, Александр Вячеславович, сейчас распоряжусь, – ответила Мария. – Вас ждет Марк из компании Area Tehnology.

– Какой Марк? По какому вопросу он ожидает меня? – настороженно спросил капитан.

– Вчера на совещании вы дали указание пригласить специалиста с выставки по охране и безопасности. Он делал нам презентацию с подсвечиванием стола. Помните? Так вот, это он – Марк. А компания называется не как рок-группа «Ария», а «Эриа», – саркастически ответила Мария.

На перекрестке капитан свернул направо. Он не стал переходить дорогу, чтобы не попасться на глаза обозленной толпе. Ему сегодня нечего было рассказать. А утопать в очередных оправданиях ему уже не хотелось. «Оправдываться – удел тех, кто не стремится достигнуть своей цели», – так он рассудил, отказывая телепрограмме в очередной раз участвовать в ее передаче. «Я к вам приду сам, с результатами расследования и со списком задержанных лиц», – заявил он тогда.

На заднем дворе следственного комитета стояли небольшие постройки, в которых во времена функционирования библиотеки проводились тематические выставки. Во дворе были припаркованы служебные машины. Отдельно, в самом дальнем углу двора, под двумя высокими деревьями стояла сколоченная из деревянных брусьев беседка. Сегодня в ней собрались все те, кто не захотел проходить через главные ворота и спешно выкуривал сигарету за сигаретой. Конечно, в обычные дни беседка постоянно принимала весь курящий контингент комитета.

«Как вам не стыдно прятаться и скрываться от народа, которому мы служим!» – хотел постыдить Антонов всех этих курильщиков. Но, войдя в беседку, он сел на освобожденное для него место и затянулся настолько глубоко, насколько позволили ему легкие… За те тринадцать одну минуту, что он сидел в беседке, он не проронил ни слова. На оклики присутствующих никак не реагировал. А как только тлеющая сигарета обожгла ему пальцы, он молча пошел в здание отдела.

– Здравствуйте, Александр Вячеславович! – Марк, завидев вбегающего в кабинет капитана, резко встал с дивана для посетителей и протянул руку для пожатия. – Я читаю новости и видел толпу у здания. Думаю, что я смогу помочь вам. Уделите мне несколько минут.

Капитан молча пожал ему руку и направился к себе в кабинет. У высокой белой двери он обернулся и взмахом руки пригласил Марка к себе. Марк быстро схватил принесенную кипу бумаг, прижал ее к груди и быстрой походкой последовал за ним. В этот раз на его футболке была нарисована белая мышь в зеленом лабиринте с двумя выходами. У выхода наверху написано «БУДУЩЕЕ», у выхода, ведущего вниз, – «ПРОШЛОЕ».

– Итак, вы сможете по видео- и фотоматериалам создать фото лиц преступников, сможете составить их точный фоторобот? Как вы это намерены сделать, и за какое время? – обратился капитан к Марку, который расположился напротив за столом, положив кипу бумаг между собой и компьютером капитана. Марк брезгливо отодвинул, пока еще пустую, пепельницу к краю стола.

– Как вы знаете, абсолютно черный цвет полностью поглощает попадающий на него свет. Но абсолютно черный цвет существует только в теории. Человек пока его изобрел. Маски преступников, якобы из ткани черного цвета, на самом деле представляют собой оттенок черного цвета. Наш глаз воспринимает околочерный цвет, выдавая его за черный. По сути, так оно и есть. Структура лица, а именно нос, скулы, глазные впадины, подбородок, прочие особые отличительные признаки, даже цвет глаз, отбрасывают тень на прилегающую поверхность. В нашем случае тени отбрасываются на маску. Камера снимает все цвета, тона, в том числе и отбрасываемые тени. Эти тени отбрасываются на любую поверхность. Я на выставке показывал вам это на примере. Наша программа считывания информации распознает с фотографии или видео все тона, даже самые маленькие тени от предметов. С помощью встроенной системы математических и геометрических расчетов фото- и видеоизображений наша программа Shadow способна с высокой точностью изобразить скрывающееся под маской лица. Главное, чтобы камера могла снимать в приемлемом разрешении. Я помню, что тот самый банк, который был недавно ограблен, покупал систему видеонаблюдения у наших партнеров. Они же являются дилерами нашего программного обеспечения. Я точно знаю, что установлены современные камеры. Так что заснятое на них изображение наше программное обеспечение сможет считать и превратить в приемлемое изображение скрывающегося за маской лица! – Последнее предложение Марк выдал на одном дыхании, после чего сильно вздохнул и закашлялся от вдохнувшего в легкие сигаретного дыма, поскольку капитан, теребивший пальцами сигарету, пока слушал Марка, наконец-то закурил.

– Мой помощник Мария показала вам полученный нами видеоматериал недавнего ограбления банка? Материал такого качества подойдет для работы вашей программы? – спросил Антонов. – И, наверное, я задам самый неприятный, но необходимый вопрос. Во сколько обойдется нам покупка такого программного обеспечения?

– Александр Вячеславович, после звонка вашей помощницы я уже понимал, зачем вы хотите видеть меня. Я и раньше хотел предложить наши услуги. Но я уезжал в Англию для прохождения обучения. Мой недавний приезд совпал с вашим приглашением на встречу. Я проявил инициативу. Перед этой встречей я подготовил фотографию и показал ее своему руководству. С вашего позволения я покажу ее вам. – Марк из кипы бумаг достал незапакованный конверт и передал его капитану. Это и будет ответом на ваш вопрос.

– Да, я помню этот день, – Антонов, стряхнув пепел в пепельницу, вынул фотографию из протянутого конверта и внимательно рассматривал фотографию. – За несколько дней до этого банда совершила второе ограбление. Мы этого никак не ожидали. Из самого банка в тот раз ничего не украли, их целью были банковские ячейки2[1]. Это хранилище было самым крупным, а до ограбления – самым надежным местом для хранения ценностей. Если честно, я до сих пор вздрагиваю от количества пострадавших лиц от общей стоимости ценностей, которые там хранились. Потерпевшими были и политики, и бизнесмены, и состоятельные граждане. Тогда такая шумиха поднялась, просто ужас! … Я понял вашу мысль. Если ваша программа и в самом деле сможет идентифицировать преступников в маске, я сделаю так, как вы просите.

– У нас в лаборатории установлены мощные компьютеры, которые рассчитаны для потребностей нашей программы, – заявил Марк и продолжил: – Предоставьте мне копии всех имеющихся фото- и видеоматериалов. К концу недели я вам предоставлю результат.

– Все видео- и фотоматериалы по этому ограблению имеются в компьютере моего помощника. Но прежде всего необходимо подписать договор о неразглашении. Иначе мы не сможем предоставить вам материалы. Мария подготовит все необходимые документы, – Антонов, вставая из-за стола, передал фотографию Марку. – Надеюсь, ваша программа справится, и вы сделаете ровно так, как говорили сейчас и тогда, на презентации.

– Фотографию оставьте себе для напоминания. В конце недели я приду к вам с результатом.

Марк взял со стола принесенную кипу бумаг, пожал руку капитану и пошел к выходу, где его уже ожидала помощник капитана. Капитан поднял оставленную Марком фотографию, подошел к окну и вытянул руку с фотографией перед собой. «Это все для дела, все для раскрытия банды», – прошептал он, уставившись на фотографию.

Из кабинета капитана было слышно, как Марк попрощался с Марией, захлопнулась дверь, и Мария начала отбивать шаги своими каблуками.

Да, Дмитрий Анатольевич… он такой!

Особняк находился в густой лесной чаще, вдали от чужих глаз, на единственной на этой равнине возвышенности в виде холма. Под холмом протекала бурная река. Дом был окружен высоким забором из белого мрамора. Забор имел одни ворота, высотой более пяти метров. Ворота были значительно выше самого забора и больше походили на двери от гигантского сейфа. Особую важность постройке придавал развевающиеся на высоких флагштоках флаги. С левой стороны ворот государственный флаг, а с правой с семейным гербом. К воротам вела одна широкая асфальтированная дорога, берущая свое начало от основной магистрали, которая соединяла город с аэропортом. От этой дороги, словно тоненькими ручейками, ответвлялись насыпанные песком дороги, ведущие в разные стороны поселка.

Вдоль всего забора плотными рядами росла высокая голубая ель. Деревья полностью закрывали обзор внутреннего убранства особняка. Без специальной техники невозможно было увидеть за забором большой двухэтажный мраморный дом. Журналисты, блогеры делали безуспешные попытки заснять на камеру особняк чиновника. Они запускали для этого беспилотные летающие аппараты немыслимых модификаций с различным функционалом. Но уже на подлете к особняку управление беспилотниками перехватывалось, и все беспилотники пропадали. Спустя некоторое время сами аппараты без электронной начинки находили недалеко от магистрали, которое народ прозвал “выставкой достижений”. Одна из местных газет даже устроила конкурс и обещала неплохое денежное вознаграждение тому, кто сможет сфотографировать особняк Дмитрия Анатольевича.

Одному из конкурсантов удалось хорошо разогнать свой управляемый самолет, и тот пролетел над особняком, не потеряв управления. Тогда многие в Интернете писали о том, что этому конкурсанту просто позволили, чтобы его самолет спокойно пролетел над технологичным, хорошо охраняемым объектом. Но видео и фото особняка, сделанные с этого самого самолета-счастливчика, не попали в сеть, а конкурсант не получил вознаграждение. Установленная камера засняла только зеркальное отражение полета самого самолета на фоне голубого неба с облаками. Вся территория особняка на снимках была представлена как морская гладь, как зеркальное блюдце посреди леса и песчаной равнины, отражавшее на своей поверхности лишь небо и то, что над ним пролетало.

Вереница машин черного цвета съехала с основной магистрали на дорогу, ведущую в мраморный особняк. Солнце приближалось к горизонту и мерцало между движущимися в кортеже машинами, дистанция между которыми была совсем короткой. Семь автомобилей въехало в открывшиеся перед ними высокие ворота. Как только массивные ворота закрылась за последней машиной, вдоль всего мраморного забора загорелись фонари.

Из черного лимузина вышел невысокий мужчина в темно-синем строгом пиджаке, с красным галстуком. В руках он крепко держал свернутую в трубку газету. Не дожидаясь, когда обслуга особняка откроет ему дверь в дом, он отворил массивные дубовые двери и вошел в громадный холл.

– Дорогая, ты это видела, только в этом доме можно чувствовать себя в безопасности. – Дмитрий Анатольевич взбежал по широкой мраморной лестнице вверх, которая разветвлялась в конце, уводя в левое и правое крыла здания. – Свет, ты где? – Дмитрий окликнул свою жену и присел на позолоченный диван с точеными ножками из слоновой кости, расположенный в большом холле второго этажа.

Начальник охраны проводил всех прибывших гостей из кортежа в гостевые домики, расположенные около обрыва, внизу которого протекала горная река. К нему подбежал его подчиненный, несущий службу в особняке во время его отсутствия. Помощник передал ему в руки запечатанный конверт и при этом что-то объяснял, активно жестикулируя руками.

– Светлана, ты где прячешься, почему не отзываешься? – Дмитрий Анатольевич прошел по коридору, мимо своего кабинета, расположенного в правом крыле дома, окна которого выходили прямо на реку. Пройдя по коридору еще немного, он оглянулся назад, на дверь кабинета. – Нет, не показалось, какого черта! – проговорил он про себя, подойдя к приоткрытой двери. Ключи от кабинета были только у него, и только у него был доступ к нему. – Охрана! Костя!– прокричал он, толкнув дверь кабинета носком лакированного черного ботинка.

В кабинете у окна стоял большой стол ручной работы из красного дерева. На чистой полированной столешнице по центру был выдвинут монитор с прозрачной клавиатурой и сенсорными кнопками. Клавиатура была в неактивном состоянии, поэтому незнающий человек легко мог подумать, что на столе лежит ювелирно вырезанное стекло с филигранно отшлифованными, как у бриллианта, гранями. Выдвинутая из столешницы клавиатура по форме напоминала взмах крыльев большой птицы. И только близкий круг лиц знал, где находится та самая кнопочка, которая заставляет выезжать из столешницы монитор и клавиатуру. На столе лежала записка с надписью, сделанной пастой черного цвета с воткнутым в нее ножом.

«Дима, я заберу у тебя всё!» – прочитал Дмитрий, подойдя к столу. Он со значительным усилием выдернул армейский нож. Нож торчал в том самом месте, где было написано его имя, и делил его на две равные части: «Ди» и «ма». На экране монитора красовался разворот газеты.

Начальник охраны с пистолетом в руке буквально влетел в кабинет. Профессионально, он отсканировал комнату своим взглядом.

– Ложная тревога, – монотонно пробубнил Дмитрий Анатольевич, не отрывая взгляда от записки.

Начальник охраны продолжал держать пистолет на вытянутых руках. Он еще раз, с присущим настоящему телохранителю подозрением, осмотрел все углы кабинета. После, вложив пистолет в кобуру, он передал запечатанный конверт в руки Дмитрия Анатольевича.

– Костя, срочно позвони в аэропорт и заводи вертолет. Распорядись, чтобы отменили взлет моего самолета. – Дмитрий свернул прочитанное письмо и вложил его в конверт. – Пускай только сами придумают причину для отмены взлета. Не говори, что я распорядился. Срочно вылетаем в аэропорт.

– Хорошо, сейчас сделаем, Дмитрий Анатольевич. – Начальник охраны скомандовал по рации готовить вертолет. – И еще, Дмитрий Анатольевич, у нас скопилось два залетных квадрокоптера. Отвезти их на выставку достижений?

– Костя, ты полетишь со мной, – указал Дмитрий начальнику охраны. – Распорядись, чтобы кто-то отвез эти квадрокоптеры на выставку. Не надо, чтобы эти птицы, напичканные электроникой, находились на моей территории. Вполне возможно, пока они находятся здесь, ведут запись. А мы и не знаем этого. Не забудь только изъять из них электронику и всё сжечь до пепла. Я тут слышал об одной технологии. Говорят, ее разработали в Беларуси. Эта технология трансформирует физическую электросхему, превращая ее узлы в устройство с другим назначением.

– Это как в фильме «Трансформеры», что ли, где роботы превращаются в автомобили и обратно? – недоверчиво обратился Константин к Дмитрию, пока они вдвоем спускались по лестнице на первый этаж. – Это же нереально. Трансформеры – это фантастика.

– Ничего общего с этим фильмом. Я же еще не сошел из ума, – ответил Дмитрий Анатольевич. – Смысл в том, что на микросхеме устанавливается блок с автономным питанием. Когда запускается команда, этот блок самостоятельно формирует необходимую электроцепь по существующему припою, используя все эти транзисторы, катушки… что там еще?.. конденсаторы, то есть всё, что установлено на микросхеме. Я не силен в электронике. Но, к примеру, если раньше микросхема могла только отсчитывать время на экране, то заранее встроенный в нее блок может сделать из нее звукозаписывающее устройство, меняя направление токов. Что-то в этом роде. Так что ожидать можно все что угодно от этих напичканных электроникой квадрокоптеров. Взлетаем, срочно в аэропорт! – скомандовал Дмитрий пилоту, сев в вертолет.

Помощник начальника охраны отнес два квадрокоптера на хозяйственный двор, где располагался обслуживающий персонал. Он передал их Степанычу, местному электрику, сантехнику и газонокосильщику в одном лице. Спустя полчаса из квадрокоптеров была изъята электроника и брошена в огонь буржуйки. Корпуса квадрокоптеров были собраны и отвезены помощником Константина на выставку достижений.

* * *

– Ты был в тот день со мной. Вот, смотри, что напечатали в газете, – Дмитрий Анатольевич протянул газету начальнику охраны.

– Да, так и было. Вы решили тогда заскочить в свое любимое с детства кафе. Попить чайку с вашим любимым пирожным «картошка». Что не так, Дмитрий Анатольевич, – начальник охраны взял газету из рук боса.

– Ты стоял слева от входной двери, вот где-то тут, – Дмитрий тыкнул пальцем на фотографию. – Вот видишь эту девушку в красном платье, она сидит за столиком у окна. Здесь, на фотографии, я нахожусь прямо напротив нее.

– Ничего себе, вот это монтаж!

– Это и не монтаж, смотри внимательнее! Видишь, она здесь смотрит на меня. И смотри, снято как в фильмах для влюбленных еще. Видишь, она держит кружку в обеих ладонях и любящими глазами смотрит на меня.