- -
- 100%
- +
Он умирал. Умирал в своей постели, один, без друзей и родственников. Он лежал в своей спальне с глухо зашторенными окнами и думал, тихо вспоминая прожитую жизнь и мечтая начать всё с самого начала.
Скольких ошибок, скольких разочарований он мог бы избежать, начав всё сначала! Но разве это возможно? Разве может человек, уже стоящий на пороге вечности, не переступить его, а начать всё заново? Такое под силу только богам или дьяволам, но и те и другие ничего не дают даром. А что может предложить небожителям полунищий старик, всё состояние которого заключено только в нескольких монетах, уплаченных лекарю и душеприказчику заранее, чтобы они позаботились о бренных останках усопшего?
Грустно вздохнув, он осторожно перевернулся на бок, пытаясь разглядеть ночное небо сквозь крохотную щель в шторах. Ему страстно захотелось в последний раз увидеть звёздное небо. Увидеть его таким, каким он видел его в детстве. Бездонным, чернильно-чёрным, усыпанным звёздами, словно драгоценными камнями.
Неожиданно на лицо его упала чья-то тень, и глубокий бархатный баритон произнёс:
– Мечтаете, почтеннейший? Грустно стало? Не стоит. Всё это так относительно, что не стоит даже лишнего движения.
Вздрогнув, умирающий испуганно оглядел комнату и спросил:
– Кто здесь?
От страха и неожиданности голос его прозвучал тихо и хрипло.
– Не стоит так волноваться, вам это вредно, – ответил тот же баритон и из тени в слабый круг света свечи выступил мужчина.
Старик подслеповато прищурился, пытаясь разглядеть пришельца, и неожиданно для себя ощутил безумный животный ужас, сковавший все его члены.
– Кто вы? – дрожа, повторил свой вопрос старик, пытаясь взять себя в руки. – Я не слышал, как вы вошли. Что вам нужно?
– Ничего особенного. Впрочем, речь сейчас не о том, что нужно мне, а о том, что нужно вам. Итак, позвольте начать с самого начала. Но ради претёмного, перестаньте так трястись, того и гляди, кровать рассыплется.
– Ради претёмного?! Вы пришли за моей душой?! Неужели я так грешен, что мне нет спасения? – в ужасе воскликнул старик, делая над собой усилие и приподнимаясь на локте.
Пришелец огорчённо вздохнул и, проведя ухоженными пальцами по небольшой клиновидной бородке, неопределённо пожал плечами.
– Мне всегда говорили, что меня погубит мой язык. Но делать нечего, похоже, я уже раскрыт. Попробую объяснить. В вашем случае нет ничего особенного. Просто вы так страстно мечтали, что моё начальство обратило на вас внимание, и вот я здесь, а приказы начальства, как известно, не обсуждаются. Это у вас, людей, можно поворчать, а то и поспорить. У нас всё несколько сложнее. Мигом окажешься где-нибудь в седьмом круге, будешь уголь под котлы носить. Но это так, реплика в сторону, наболело, знаете ли. А теперь, давайте попробуем начать с самого начала. Вы стоите на пороге вечности, это неоспоримо, но это не означает, что для вас всё кончено. Более того. Вы можете начать всё с начала…
– И погубить свою душу! Изыди, Сатана! – Старик размашисто перекрестился, пытаясь избавиться от морока.
– Фи, мон ами, какая пошлость. Неужели вы всерьёз считаете, что можете избавиться от меня таким дешёвым способом? Вынужден вас разочаровать, это не так. Чтобы заставить меня исчезнуть, нужно кое-что посерьёзнее…
Не дав ему договорить, старик схватил со стола распятие и метнул его в стоящего. Небрежно перехватив распятие, посланец задумчиво подкинул его в руке и, отбросив в сторону, продолжил:
– Это, конечно, неприятно, но тоже терпимо. Поймите, я не какой-нибудь искуситель третьего порядка. Секретарь личной канцелярии распорядителя второго круга – это, знаете ли, должность. Я работаю только по особым делам. Например, таким, как ваше.
– Не понимаю, чем так важна моя душа. Я не король, не принц крови, и даже не дворянин. Простой обыватель, стоящий на пороге смерти. Что во мне такого, что мной занялись лично вы? – обречённо спросил старик.
– Святая простота! – развёл руками демон. – Неужели вы всерьёз считаете, что там, внизу, так важны принцы и короли? Позвольте вас уверить, сан, ранг, чин не имеют никакого значения. Кстати, только между нами – почти все эти личности обладают мелкими пакостными душонками. Ни размаха, ни силы. Так, вонь одна.
– Ложь. Короли правят народами и странами, а вы заявляете, что их души…
– Старина! Поверьте профессионалу. Времена королей-воинов давно прошли. В то время да-а! Сила, мощь, бесстрашие, никого не боялись, с голыми руками против самого Князя шли. Были даже такие, кто умудрялся вырваться, но это строго между нами. Информация, между прочим, закрытая, так что вы уж будьте добры, не проболтайтесь. – Тут голос посетителя неожиданно стал просительным.
– Кому? – удивлённо спросил старик.
– Ну, мало ли. Сами знаете, как это бывает. У меня сейчас и так не лучшие времена, – горестно вздохнул бес и, присев в кресло, устало махнул рукой. – Я, знаете ли, случайно проштрафился, теперь вот пытаюсь реабилитироваться.
– А что случилось? – От неожиданности такого поворота событий старик даже забыл о своём страхе.
– А-а-а! – расстроенно махнул рукой бес. – Сидели с друзьями в одном уютном местечке, выпивали, болтали, ну, в общем, всё как обычно, спиртное рекой, грешницы посимпатичнее стадом, ну и напились до синих чертей. Но что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, а я и так не особо воздержан от глупых разговоров, и понеслось. Ляпнул кое-что непотребное про привычки своего начальства, а утром первым делом на ковёр. Самое-то обидное, что ни слова лжи, всё только чистая правда. А ещё и голова с похмелья не варит, ну, в общем, еле отбрехался, но взыскание наложили. Ладно, нестрашно, главное, обошлось, а ведь могли и сослать куда поглубже…
– Прям как у нас! – удивлённо проворчал старик, покачав головой.
– А вы как думали? Такая зависть, такие интриги – куда там королевским дворам! По сравнению с нашими, там просто детская возня в песочнице. Не успеешь оглянуться, так грязью обольют, всем чертям тошно станет.
– Зачем же тогда служите?
– А что делать? Думаете, у нас можно просто так уйти и ничего не делать? Заблуждаетесь. Мигом развоплотят. У нас, знаете ли, с этим строго. Создали, и будь добр отработать, иначе полное развоплощение до скончания времён. А это, знаете ли, очень неприятно. И самое главное, скучно. Ни тебе вечеринок, ни грешниц, даже призраком не позволят стать. Целую вечность по космосу болтаться – это вам не фунт изюму. Даже словом перемолвиться не с кем.
– М-да, сурово, – сочувственно вздохнул старик.
– Не то слово. Просто террор какой-то, – расстроенно вздохнул демон и замолчал, словно обдумывая своё незавидное положение.
– Что ж, рад был познакомиться. Но я, знаете ли, некоторым образом умираю, и посему долгие беседы вести не способен. Тяжело. Нехорошо получится, если помру посреди разговора. Невежливо. Да и приготовиться пора. Вас, наверное, тоже заждались. Я имею в виду, если всё так строго, может и влететь за долгое отсутствие.
– Это да. У нас такое с лёгкостью. Ну, спасибо, что выслушали, а то там, внизу, по душам не особо и поболтаешь. Пожалуй, мне и вправду пора. Засиделся.
Легко поднявшись с кресла, демон изящно поклонился и, взмахнув тростью из эбенового дерева, открыл сверкающий красными отблесками портал. Пахнуло серой, и посетитель растаял в слепящей вспышке.
– Эффектно. Только как это у меня получилось? Самого демона заболтать! Странно. И чувствую себя лучше. Это что же получается? Про меня забыли или новый срок назначили?
– Почти угадал, дружок, – услышал он звучный голос и вздрогнул, когда перед кроватью появился новый посетитель.
Окружённый мягким белым сиянием, он казался самим воплощением добра и ласки.
– Боже всемогущий! Ангел! Неужели душа моя спасена?!
– Ну, это ещё вопрос. Ведь у тебя сейчас бес сидел.
– Так ведь я никаких договоров с ним не заключал!
– Сидели? Сидели. Беседовали? Беседовали. Вот и повод для серьёзного разбирательства.
– Но ведь куда деваться-то было? Он же сам пришёл, без приглашения. Я и крестился, и распятием в него кидал. Не уходит.
– Знаю и о кресте, и о распятии, но только это не доказательство. Значит, так. Хочешь полного прощения? Свободу от всех обвинений?
Старик судорожно кивнул.
– Хорошо, тогда слушай меня внимательно. Мы давно заметили, что тёмных перестали интересовать души. Во всяком случае, не так, как раньше. Поможешь мне узнать, что они замышляют, получишь прощение.
– Но как? Чтобы это узнать, нужно душу заложить, а подписав договор, я уже обратно-то не смогу?!
– Не бойся. Вот тебе кровь, когда будешь договор подписывать, окуни перо в него. Это кровь шакала, так что тёмный ничего не учует. Есть у этой крови такое свойство.
– А разве обман не смертный грех?
– Обман ради доброго дела – нет. Глава пятая, статья седьмая, пункт третий параграфа о разведданных.
– Чего? – растерянно переспросил старик.
– Ничего. Работай давай. Прощение заслуживай. А то разлёгся тут, умирающий, блин, – ворчливо проговорил ангел и повернулся, собираясь исчезнуть.
– Постой! Как же так? – растерянно воскликнул старик. – А если я помру раньше времени? Что тогда?
– Да не помрёшь, – раздражённо отмахнулся ангел, занятый своими мыслями. – Запрет на тебя вышел. Костлявую серьёзно предупредили.
– Так ведь болею я.
– А ты встань да походи. И прекрати ныть. Получил задание, вот и исполняй со всем прилежанием. А то ноешь, ноешь. Всё уже решено. Получишь и силы, и здоровье. Только молодости не проси, а то перебор выйдет. Понял?
Растерянно кивнув, старик молча проследил за исчезновением ангела и, медленно сев на кровати, покрутил головой, не веря собственным чувствам. Всё произошедшее было выше его понимания. Всего-то час назад он готовился встретить смерть, а вместо этого оказался втянутым в хитросплетение интриг высших сфер.
– А может, я уже умер? Или мне это только снится? – с надеждой спросил он сам себя. Ухватив себя за кожу на локтевом сгибе, старик с усилием дёрнул и зашипел от боли. – Нет. Не сплю и не умер. Мёртвые боли не чувствуют. Господи! Спаси и помилуй! – воскликнул он, сообразив, что всё это ему не пригрезилось.
– Спасёт, спасёт, не ори. Чуть самое главное не забыл. Когда договор подписывать будешь, не забудь руку порезать, а то с ходу попадёшься. И прекрати скулить. Для тебя сейчас главное – это дело распутать, понял? А о душе твоей другие позаботятся, – услышал старик ворчливый голос ангела в ответ на свою молитву.
Схватившись за голову, умирающий рухнул на подушку и потерял сознание. Потрясения последних часов оказались слишком сильными для слабого старика.
* * *Тёплый солнечный луч упал на лицо спящего старика и, медленно пройдясь по щеке, коснулся выцветших ресниц. Вздрогнув, старик медленно повернулся и со стоном открыл глаза. Голова была словно налита свинцом, в горле пересохло, а губы спеклись, словно он всю ночь бродил по пустыне.
С трудом дотянувшись до стоящей на столике чаши, он медленно отпил глоток воды и заставил себя сесть. Тело неохотно, но слушалось. За исключением головной боли, всё остальное было почти в порядке. Суставы похрустывали, в желудке урчало, спина не гнулась, в общем, всё так, как было уже много лет подряд.
Ухватившись за спинку кресла, старик медленно поднялся на ноги и осторожно побрёл в туалетную комнату. Справив нужду, он всё так же осторожно вернулся обратно, но, остановившись на полпути к кровати, повернулся и решительно направился к окну.
Широким жестом распахнув плотные шторы, старик с упоением вдохнул запах летнего утра. Даже миазмы, исходившие от мусорных куч на мостовой, не могли заглушить аромата свежих трав и морского бриза. Замерев у окна, старик не сводил глаз с моря, бескрайней синевой сливавшегося с горизонтом.
– Красиво-то как, Господи! – вслух проговорил он, вдыхая полной грудью.
– Да, должен признать, что в глобальных масштабах он умеет создавать, – раздался голос из глубины комнаты. – Но, в общем, ничего особенного. Такого и у нас полно.
Вздрогнув от неожиданности, старик медленно оглянулся. Воспоминания прошедшей ночи навалились на него с новой силой и, ухватившись за подоконник, он начал медленно оседать на пол.
– Эй, эй! Это ещё что такое? Мы так не договаривались. Что это вы, почтеннейший, так бурно реагируете? Вроде бы ночью мы очень даже мило беседовали. С чего вы вдруг решили в обморок падать?
– Значит, это всё и вправду было? Мне это не приснилось? – с потаённой надеждой спросил старик и, посмотрев на изящно развалившегося в кресле демона, обречённо кивнул. – Значит, не приснилось. Господи, да за что мне всё это?! – воскликнул старик, оседая на пол и хватаясь за голову.
– Великая кочерга, какая патетика, какой слог! Вы, почтеннейший, просто трагедийный актёр. Но вернёмся к делу. Вчера наш с вами разговор закончился ничем. Ловко вы меня увели от темы.
– Я? Простите, просто мне и правда было интересно узнать, чего бесы боятся, – устало ответил старик, медленно поднимаясь на ноги.
– Не беспокойтесь. Это только моя вина. Разболтался. Нашёлся благодарный слушатель, вот меня и понесло. Люблю, знаете ли, поговорить. Но вернёмся к делу. Вы, как я замечаю, умирать несколько передумали. Это меня радует. Как я уже говорил, душой вашей интересуются другие. Меня интересуете вы сами. Как человек. Как личность.
– Но почему? Что во мне такого?
– Хороший вопрос. Открою вам маленькую тайну, почтеннейший. Несмотря на вашу незаметную жизнь, вы очень сильны духовно. Ваши искренние молитвы доходят как до высших, так и до низших сфер.
– Разве такое возможно? Если бы это было правдой, я не жил бы в этой конуре. Сколько раз я просил помощи в делах, сколько раз я обращался с мольбой о помощи, и всё впустую. Простите, но я вам не верю.
– Напрасно. Вы забыли одно простое правило. Не проси ничего для себя. Не спорю, правило, безусловно, глупое, но его установил ваш любимый Господь. Не будем вдаваться в теологический диспут, но правда есть правда, и с этим не поспоришь. Я и сам не очень понимаю, почему человек, просящий чего-то материального для себя от всей души, не может этого получить. Неужели так важно, чтобы верующие жили в нищете? Хотя у них говорят, что тело – это только тюрьма для души, и чем скорее душа освободится, тем лучше. По-моему, просто бред. Придерживаясь подобной философии, можно извести под корень весь род человеческий. Но очень многое придумано самими людьми. Точнее, печально знаменитыми священнослужителями. Они решили, что только их молитвы угодны высшим сферам, и именно через них человек может задать небесам вопрос и получить ответ. Вот только какой это будет ответ? Никогда не думали об этом?
Старик молча покачал головой, не зная, что ответить на всё услышанное. Краешком сознания он понимал, что всё сказанное – правда. Но как же так? Ведь одно из имён его собеседника – отец лжи.
– Допустим, вы правы. Но это не объясняет, зачем вам я? Что во мне такого, кроме возможного лидерства?
– Всё просто. Вы создадите новую религию. Мы поможем вам – золотом, советом, чудесами. В средствах можете не стесняться. Больше того, любая просьба, исходящая от ваших последователей будет выполнена. Конечно, будут наложены кое-какие ограничения, но это уже технические подробности. Сейчас важнее сам договор. Это принципиально. В случае вашего согласия, вы получаете всё. Поверьте, это не пустые обещания.
– Так уж и всё?! А как же ваше прозвище?
– Какое именно?
– Отец лжи.
– Ах это! Знаете, почтеннейший, сколько эпитетов изнашиваешь за вечность? Вы себе даже не представляете. И кто же, по-вашему, их даёт?
Старик молча развёл руками.
– Вы не поверите, но это они.
– Кто?
– Наши оппоненты.
– Какие?
– Почтеннейший, вы меня удивляете, – небрежно развёл руками демон. – Те, кто всю вашу жизнь рассказывал вам о нас разные страсти, кто ежедневно и ежечасно грозит вам самыми страшными карами, те, кто, не зная ничего, корчат из себя знатоков. Ваши так называемые священники.
– Но ведь они служители Господни, а значит, понимают, о чём говорят, – робко возразил старик.
– Ошибаетесь, старина. Чтобы знать, о чём говоришь, нужно увидеть это собственными глазами. А разве хоть один из них бывал в геенне? Нет. Значит, их рассказы и проповеди не больше чем просто россказни. Вот так.
Бес сделал очередной изящный пасс рукой, и на столе появился свиток и писчие принадлежности.
– Итак, продолжим, почтеннейший. Мы обеспечиваем вам молодость, силу, здоровье, восстанавливаем и даже усиливаем половые функции…
– Это-то зачем? – потупившись, смущённо спросил старик.
– Ну что за ханжество, старина? Это, да будет вам известно, один из самых мощных двигателей человеческого развития.
– Как это?
– Вы меня удивляете! Кажется, мне придётся провозиться с вами несколько больше, чем предполагалось вначале. Слишком уж много всякого ненужного вбито в вас. Избавить вас от подобных химер становится первоочередной задачей. Жаль. Я надеялся, что вы более прогрессивны. Но делать нечего. Начнём. Вы спросили, зачем вам восстановление половых функций? Отвечу. Очень часто последователи требуют от своих кумиров самых неожиданных доказательств их волшебной силы. Чаще всего это относится к женщинам, следовательно, мы не можем допустить, чтобы наши усилия пошли прахом из-за глупого ханжества. Ну а по поводу двигателя совсем просто. Давайте вспомним, ради чего рыцари совершали все свои подвиги? Кому они их посвящали? Своим прекрасным дамам. То есть в основе всех деяний человека лежит простое половое влечение. Как и в природе – самец распускает крылья, поёт песни, кидается в драку, добиваясь благосклонности самки. Все усилия направлены только на одно: продолжение рода. Человечество придало этим играм особый статус, назвав их любовью, и именно это чувство стало двигателем прогресса, развития науки, технической мысли, ну, и всех остальных благоглупостей, которые люди почему-то делают с особым удовольствием.
– Тогда, исходя из вашей логики, всё хорошее в этом мире сделано только из желания продолжить свой род? Но ведь это не так, и вы это прекрасно знаете! Многие гении создавали свои шедевры просто потому, что они не могли по-другому, не могли не творить. И им было всё равно, будет оценен их труд деньгами или нет. Это было потребностью, божьим провидением!
– Не будьте столь наивны, почтеннейший. По-вашему, ему больше нечем заняться, кроме как водить рукой какого-то художника или скульптора? Бред. Человек либо талантлив, либо бездарен. Он либо создаёт шедевр, либо становится ремесленником. Как по-вашему, почему многие гении так мало жили? Хотите, открою секрет? Ему частенько бывает скучно, вот он и собирает разных гениев, так сказать, для собственного развлечения.
– Я вам не верю! – срывающимся от волнения голосом проговорил старик. – Этого просто не может быть!
– Может старина, может. Как по-вашему, почему во все времена и во всех странах объявлялись гонения на гениев? Их сжигали на кострах, топили, рубили, травили дикими зверями… И ради чего? Ради его эгоистичного желания иметь всю эту красоту только для себя.
– Я вам не верю.
– Это ваше право. Но в душе вы знаете, что я говорю правду, – усмехнулся демон и, помолчав, продолжил: – Но сейчас речь не об этом. Поспорить о деяниях его мы успеем после того, как придём к договорённости. Более того, это будет обязательным условием нашего с вами предприятия. Более того, я просто обязан просветить своего работника должным образом. Так, на чём мы остановились? Ах да! Мы усиливаем ваши половые функции, обеспечиваем вас золотом, охраной, всеми необходимыми инструкциями, включая молитвы, и вы начинаете работать. Вы становитесь новым мессией. Собираете людей и ведёте их к истине.
– К какой истине? К истине тёмного? К адскому пламени? Боюсь, что мне придётся разочаровать вас. Я не смогу этого сделать. Это противоречит всему, во что я верил всю свою жизнь. Кроме того, я хотел начать всё заново, но только в своей жизни, и не такой ценой.
– Какой ценой? Разве я что-то сказал о цене? Вы создадите новую религию, обучите адептов, а потом мы позволим вам начать вашу собственную жизнь заново. Больше того, вы сможете сами выбрать тот момент, с которого захотите начать, убрать или добавить те черты характера, которые вам самому вздумается. И это далеко не всё.
– Вы много обещаете, но что из этого вы дадите? – грустно улыбнулся старик. – Я не верю вам.
– Как я уже сказал, это ваше право, но не советую отказываться сразу. Подумайте. Я ещё загляну к вам. А по поводу того, что вам дадут, могу ответить сразу. В некоторых случаях проще исполнить обещанное, чем влезать в спор. Ведь этот спор, так или иначе, возникнет. Вы же начнёте на всех углах кричать об обмане. Кто-то не послушает, а кто-то начнёт сомневаться. А вот сомнения и есть самое неприятное в нашем деле.
– Ну, всегда есть способ заткнуть рот крикуну. Тем более у вас.
– А смысл? Сомнения-то всё равно возникнут. Прежде чем начать говорить громко, люди имеют привычку долго шептаться. И эти шепотки увлекают толпу больше, чем все громогласные призывы. А уничтожив вас, мы тем самым просто подтвердим ваши слова, что в свою очередь приведёт к отторжению нашей идеи. Гораздо проще и безопаснее, а более того, полезнее дать вам всё желаемое, что в очередной раз подтвердит силу и истинность новой религии.
– И что же будет со всеми теми, кто поверит мне? Что их ждёт?
– А вот это уже не ваша забота. Вас должно заботить только ваше будущее.
– Я, может быть, и грешник, но не могу позволить себе такой роскоши.
– Роскоши? О чём это вы, милейший? Вам предлагают новую жизнь. И не просто жизнь, а ещё и всё то, что позволит сделать её приятной.
– И как быстро закончится моя служба?
– А куда вам торопиться? У вас теперь впереди вечность. Служите, совершайте чудеса, привлекайте последователей, и вам не придётся больше беспокоиться о смерти.
– А разве она служит вам?
– Известное и очень распространённое заблуждение. Смерть никому не служит. И кроме того, как, по-вашему, выглядит смерть? Скелет старухи с косой? А позвольте спросить, коса-то зачем? Скажете, чтобы перерезать нити человеческих жизней? Нет, почтеннейший. У смерти нет таких полномочий. Это просто статист, бесстрастно фиксирующий окончание человеческой жизни и убеждающийся, что субстанция под названием душа покинула свою оболочку. По большому счёту это всего лишь дух, на долю которого выпала тяжёлая служба. Он не зол и не добр. Это просто дух.
– Тогда как вы можете повелевать им?
– С чего вы взяли, что мы не можем повелевать простым духом? Поверьте, у тёмного приказа много возможностей.
– Тогда, получается, что рождение, жизнь и смерть человека только в руках Всевышнего. Ведь именно он позволяет человеку родиться, отмеряет годы жизни и по истечении их принимает его душу.
– Согласен. Но на определённом этапе тёмный приказ может вмешаться в этот процесс, и это не запрещено. Я открою вам небольшой секрет, чтобы вы знали, что верх и низ это не просто постоянная борьба. У него, – искуситель небрежно ткнул пальцем в потолок, – много всяких имён. Но как бы вы его не называли – Аллах, Будда, Христос или Иегова… О-о-о, великая кочерга! Больно! – неожиданно взвыл демон.
Старик вздрогнул от неожиданности и машинально перекрестился.
– О-о-о! Перестаньте, это же жжётся! – снова взвыл сидевший в кресле бес. – Ничего не понимаю! У меня же иммунитет второго порядка. Я не должен чувствовать воздействия его знаков.
– Совсем? – растерянно спросил старик.
– Почти. Так, просто неприятные ощущения. А сейчас жжёт так, словно меня не просто иммунитета, а даже имени лишили. Простите, почтеннейший, я отвлекусь на несколько минут. Нужно срочно выяснить, что происходит.
Демон откинулся на спинку кресла, закатил глаза и замер, чуть шевеля пальцами. Спустя несколько минут он очнулся и, потерев затёкшую шею, растерянно развёл руками.
– Да. Неудача. Наложили взыскание. Великая кочерга, как же не вовремя! А что если так? – Демон снова замер и неожиданно гулким голосом произнёс: – Секретарь личной канцелярии распорядителя второго круга, прошу пояснить проблему иммунитета.
– Наложено взыскание, официальное уведомление направлено в канцелярию распорядителя, – раздался в ответ такой же жуткий глас.
– Прошу отсрочить взыскание в связи с особой важностью миссии. Объект необходимо убедить вербальным методом с максимальным склонением в нашу сторону. Силовой метод исключён. В противном случае исход всей операции будет отрицательным ещё на стадии начального производства. Простите, многоуважаемый, но в таком состоянии просто невозможно работать.
После короткой паузы бесу ответили: