- -
- 100%
- +
После этого разговора прошло более двух месяцев. Был конец марта. Керим улыбаясь подошел ко мне и сказал: «Октай, с тебя магарыч.” Я спросил все ли хорошо, на что он мне ответил: «Все замечательно, Октай. Кара Караев без экзамена берет тебя в свой класс. Сабир сказал, чтобы пока об этом никому не говорил».
Таким образом, дали приказ о моем переводе на композиторский факультет и в тот же день я пригласил Керима в шашлычную. Он сам оплатил за шашлык и сказал: «Мой магарыч отдашь после того как напишешь большую оперу». Прошли годы и как сказал Кямал я наконец стал композитором.
Я помню, брат Керима Надир между сеансами в кинотеатре «Азербайджан» искусно исполнял песни азербайджанских композиторов под аккомпанемент оркестра. Я написал песню на слова поэта Анвара Алибейли «Четверо влюбленных». Чтобы выучить песню нужно было найти четырех исполнителей. Я предложил Надиру стать третьим. Он шутя сказал: «Я родился, чтобы петь соло». В то время Теймур Мирзоев собирал вокальный квартет «Гайя», я представил песню им».
И тут я отойду от темы. Песню Октайа Зульфикарова «Четверо влюбленных» я слышала в исполнении И. Садыгова, Ф. Мамедова, О. Мутафова и Г. Гамарника под аккомпанемент оркестра Тофика Ахмедова. И сегодня я люблю вспоминать этот концерт, записанный на ленту в 60-ые годы прошлого века. К сожалению, я не помню другие выступления этого квартета. Сольное исполнение брата К.Керимова Надира Керимова нам также не посчастливилось услышать.
Однако звучный, мелодичный голос его сестры заслуженной артистки, оперной певицы Румии Керимовой, я слышала много раз. Заслуга семьи Керимовых в области искусства достойна внимания. Дочь Керима Керимова Севиндж ханум также заняла свое место в нашей музыкальной культуре. Я представлю вам ее деятельность в создании группы «Караван» …
Воспоминание композитора Октая Зульфикарова о Кериме Керимове продолжим: «Отмечался 70-летний юбилей Сталина. Несмотря на то, что я играл на виолончели мне дали 3-е место в конкурсе наряду с композиторами за песню «Живи Сталин». Нас отвезли в город Гори в Грузии, в дом-музей Сталина. Керим поднимался по лестнице впереди меня и помахав мне рукой пошутил: «За то, что я ступил ногой в этот музей мне дадут высокую должность». После этой шутки прошли годы. Керим занимал пост главного редактора Комитета Радио и Телепередач. И вдруг я узнал, что ему дали высокую должность. Во время одной из встреч я спросил у него: «Помнишь дом-музей Сталина?» на что он ответил: «Разумеется, поэтому мне и дали эту должность». Мы оба рассмеялись.
Затем Керим долгие годы руководил нынешним Дворцом Республики. По его приглашению, я часто выступал на концертах во Дворце вместе с детским коллективом. Я горжусь тем, что дружил с таким добрым человеком как Керим».
Если тебя вспоминают теплыми и приятными словами, значит, после тебя остался хороший след. Вместо тебя говорят оставшиеся после тебя твои благие дела. Написание этой книги с особой любовью и вдохновением как бы дает К.Керимову вторую жизнь. А еще, когда пишешь о человеке благородном, ты сам очищаешься, начинаешь понимать жизнь глазами того человека…К.Керимов продолжает жить в воспоминаниях…
Как хорошо, что наша встреча с его младшим братом Надиром Керимовым удалась. Как живой свидетель прошедших лет он с удовольствием поделился со мной своими мыслями, пролистал альбомы, рассказывающие историю нашей культуры. Фотографии стали гидом в нашей беседе об оставшихся далеко позади дорогах и судьбах, аккомпанировали растроганному Надиру Керимову в его путешествии назад, в прошлое.
В 1970-1983-х гг. Надир Керимов был художественным руководителем музыкальных коллективов на Государственном Телевидении. Как и брат, большую часть своей жизни он посвятил развитию нашей культуры.
Надир Керимов: «Я был на 5 лет младше своего брата. Как старший брат он был всегда внимателен и заботлив по отношению ко мне. Мы все четыре брата обладали хорошими голосами. Хотя Керим и учился в вокальном отделе, а затем некоторое время пел в хоре, он все же не стал связывать свою жизнь с пением. Кямал Керимов же был актером, певцом, долгие годы руководил кафедрой «вокала» в Консерватории. На самом деле Керим очень хотел быть оперным режиссером. Наконец, он добился успеха, режиссируя оперу «Судьба исполнителя», автором которой был он сам.
На Государственном телевидении существовал Художественный совет. По официальному указу композитор, певец, не получивший музыкального образования, не выучившийся в консерватории не допускался до эфира. Мы обращались в Союз Композиторов и получали оттуда песни и музыкальные произведения. Сначала они звучали на телевидении, а затем на радио. Председатель Телерадио Теймур Алиев верил в талант и образование Керима. Знал, что тот относится к своей работе ответственно и объективно, бесталантного человека в эфир не пустит. Как главный редактор редакции музыкальных передач он выбирал и создавал условия для выявления талантливых музыкантов, которые сегодня знамениты и любимы народом.
Самые незабываемые дни моей молодости связаны со временем, когда я выступал в качестве солиста в кинотеатре «Азербайджан». В то время нашим художественным руководителем был Тофик Ахмедов. Помню, Абрам Кабаков сочинял песни, а я и Евгения Дэвис были солистами. Этот маленький концерт делал нас очень счастливыми. Зрители приходили послушать наш концерт, нежели посмотреть фильм. Руководителем эстрадного коллектива, выступающего в кинотеатре «Родина», был Рауф Гаджиев. Иногда места, где выступали эти коллективы, менялись, мы выступали и в других кинотеатрах. Те, чьи имена я назвал уже были известны, как профессиональные музыканты. Воспоминания о тех годах, не блекнут в моей памяти и по сей день. К сожалению, потом концерты в кинотеатрах были запрещены.
В 1957 г. я начал петь в хоре, руководителем, которого был Джахангир Джахангиров, к тому же инспектором хора был назначен я.
Мы тогда выступали в районах перед трудящимися вместе с Нарминой Мамедовой и Алибабой Мамедовым.
Некоторое время спустя после того как я начал руководить музыкальными коллективами, я был назначен директором кинотеатра «Араз». Чтобы организовать просмотр особых панорамных фильмов и набраться опыта, меня отправили в командировку в Воронеж. После ремонта кинотеатр превратился в один из самых излюбленных мест отдыха зрителей. Огромное счастье получать удовольствие от своей работы.
Хотя моя супруга Флора ханум была юристом, но мои дочери работают в музыкальной сфере. Эльнара Керимова на данный момент работает руководителем камерного хора «Орфеон» в Турции. Диляра Керимова работает педагогом-концертмейстером на кафедре «Сольного пения». Она 19 лет проработала концертмейстером детского хора, руководителем которого являлся Афсар Джаванширов. Часто она аккомпанирует на пианино молодым участникам конкурса им. Бюльбюля.
Музыка всегда была смыслом жизни всей нашей семьи. Она помогла нам найти свое призвание и отдать часть сердца нашей работе».
Амина Дильбази, народная артистка: «Говорить о Кериме Керимове для меня одна радость. Мы с ним 20 лет проработали бок о бок. В годы его руководства во дворце он всегда обращался ко мне для подготовки танцевальных программ для концертов и фестивалей.
Я знала его с детских лет. Честно говоря, никому не могло прийти в голову, что Керим достигнет таких высот. Свои первые успешные шаги он сделал на радио и всегда продвигался вперед в своей работе, занимал ответственные посты. Мне кажется, любовь и интерес к работе вели его всегда вперед. Он был не только директором дворца, но еще художественным руководителем, организатором всех ответственных мероприятий, режиссером. Керим защищал это здание как зеницу ока. Каждый раз приходя сюда на репетиции нас встречали у дверей и пропускали по списку, того чье имя не было в списке не пропускали. И у каждой группы была своя комната ожидания. На дверях было написано комната «Чинары», комната филармонии. Ни у кого не было права выйти из своей комнаты и гулять по этажам. Говорил, что ждите в своих комнатах, спуститесь со всем коллективом тогда, когда вас позовут по радио на репетицию. Одним словом, он очень любил дисциплину.
Керим очень много работал над собой. В каждой программе он старался сделать что-то новое. Однажды мы пришли к решению организовать концерт танцевальных ансамблей со всех районов Азербайджана. Это был своего рода доклад, демонстрирующий богатство азербайджанских танцев. Мы пришли к решению показать танцы танцевальных ансамблей Ленкорани, Астары, Масаллы, Шеки, Нахичевани, Казаха, Баку и продемонстрировать нашему народу, всем, кто нас увидит богатство танцевальной культуры Азербайджана. Мы смогли достигнуть поставленной цели и этот концерт превратился в празднество. После этого выступления танцевальные ансамбли Ленкорани и Масаллы не раз получили приглашение в Москву.
В 60-ые годы, накануне Всесоюзного съезда мы получили приглашение на участие на концерте в Москве. На этом мероприятии должны были выступать танцевальные ансамбли со всех республик. Нам дали 4 минуты времени, а режиссером был К.Керимов. После того как в Москве режиссер концерта и балетмейстер провели осмотр время всех выступлений сократили и нам дали всего одну минуту. К.Керимов очень рассердился: «Как такое может быть, что сначала вы сказали подготовить выступление на 4 минуты, а теперь сократили до 1 минуты. Как такое возможно? Сам выход на сцену отнимает время».
И К.Керимов, и мы были очень обеспокоены тем, как отнесется руководство республики к нашему выступлению. Мы не теряя времени приступили к репетиции и все прошло успешно, я благодарила Бога за минутное выступление в Москве.
Это было время, когда К.Керимов работал в ЦК КП
Азербайджана. Однажды я позвонила ему и сказала, что хочу прийти к нему поговорить. К добру ли? – спросил он. Он знал, что я преподаю в школе хореографии, обучаю студентов хореографии и классике азербайджанских танцев. Но здесь нет класса азербайджанских танцев. Я хотела, чтобы здесь открылся такой класс, чтобы студентам преподавали тайны наших танцев, их красоту, а также их историю, классику, и чтобы студентам, окончившим этот класс давали диплом для того чтобы они могли заниматься распространением наших танцев. Это мое предложение обрадовало К.Керимова. Он сказал: «Амина, это прекрасная идея». И в короткое время он открыл в школе хореографии группу национальных танцев. И сегодня эта группа действует. Заслуги К.Керимова в области искусства и культуры неумолимы и забыть об этом нельзя».
В начале книги я отметила, что культура – самый высший инстинкт в жизни человека. И действительно без культуры невозможно создание гармонии между людьми и природой. Не случайно, что у него сложились близкие отношения с живой природой, он дружил с ней, гордился «друзьями» перед своими гостями. Он напоминает мне писателя садовника, рассказывающего свои воспоминания своим растениям…
В статье журналистки Гюнеш Реджепкызы «Симфония одной жизни» мы еще раз становимся свидетелями любви К.Керимова к природе: «…Иногда, когда он скучает, берет в руки свою трость и направляется к усталым дорогам приморского бульвара. Глаза его ищут знакомые лица. Его сердце болит из-за «ненадежных» друзей, которые по одному, словно листья листопада покинули его мир. Когда же он не находит никого для беседы, возвращается на свой райский балкон, выходящий к бульвару. Он украсил балкон, перила которого обвили розы, множеством цветов. Каждый день он ухаживает, заботится о маленьких побегах. Человеку кажется, будто он знает язык этих растений и делится с ними своими тайнами и заботами. Возможно этим беседам шепотом аккомпанирует еще никем не сочиненная музыка. Как симфония, настроенная только на аккордах его судьбы».
Я вспомнила слова выдающегося поэта Наби Хазри:
У всего на свете есть воспоминанье, Только жизнь и смерть не имеет их.
Те, кто даже после смерти живут в сердцах людей, словно слышащее ухо, видящее око этого глухого слепого мира. Иногда я думаю, что когда желают купить мед, никто не ищет пчел. Хотя ведь именно пчелы, перелетая с цветка на цветок, собирают пыльцу и делают мед. У К.Керимова была точно такая же судьба. Он как «Медоносная пчела» трудился не покладая рук, чтобы радовать нас своими интересными лекциями, государственными мероприятиями, постановкой которых сам занимался. А сколько труда он вложил в организацию фестивалей «Хары бюльбюль»…Ах, этим воспоминаниям нет конца и края.
Искренние, теплые слова, сказанные о К.Керимове его друзьями, деятелями искусства, его положительные качества пробуждают в нас любовь к нему как к человеку. Я думаю, как же хорошо, что и мне удалось узнать этого человека. Я прохожу по дорогам его судьбы, и путь мне освещает свет его таланта. Когда читаешь о простоте и скромности великих мастеров искусства, то понимаешь, что эти люди хоть и выделились среди остальных не только талантом и необычным образом мышления, но в памяти людей живут еще и своей простотой, и скромностью. Для того, чтобы полностью дополнить образ мастера, как личности важны даже самые малые штрихи. Одним словом, великие мастера прошлого и сегодня могут влиять на нас своими знаниями, умениями и быть для нас примером подражания.
Познакомимся поближе с еще одним воспоминанием К.Керимова: «… я гордился тем, что работаю с Ниязи. Без преувеличения скажу, что Ниязи был одним из самых лучших дирижеров ХХ века… Я 30 лет проработал с ним… Он недавно вернулся из гастрольного тура по Франции… Он пригласил меня к себе домой и сообщил о том, что хочет впервые поехать с симфоническим оркестром в южные районы Азербайджана. Он сообщил маршрут путешествия и свои мысли по организации концертов и наказал серьезно готовиться к лекциям… Я взял отпуск на Радио и начал готовиться к этим гастролям. Наше одномесячное путешествие должно было начаться в городе Сальян и продолжиться до Астары. В этот гастрольный тур должны были отправиться 60 человек музыкантов симфонического оркестра и певцы – Лютвияр Иманов, Сона Асланова…».
Их Сальянский концерт не обошелся без приключений. Грузовая машина, которая везла контрабасы, арфы и ударные инструменты где-то застряла и концерт не смогли вовремя начать. Зрителям пришлось ждать начало концерта ни много ни мало 4 часа. К.Керимов так вспоминает попытки выйти из этого положения: «… Я попросил режиссера по звуку, чтобы он увеличил звук динамиков до упора. Затем подошел к микрофону и закричал громким голосом: «Доброе утро, дорогие сальянцы! Дай Аллах вам терпения». Вдруг зрители, вздрогнув, проснулись и смеясь начали аплодировать…Я объяснил причину задержки и сказал, что жители Сальяна очень высококультурные. Так сильно они любят симфоническую музыку, что готовы ждать до утра. Потому что древний народ Сальяна подарил Азербайджану много талантливых музыкантов. Один из них – великий композитор нашего времени Ариф Меликов. Когда зрители услышали имя Арифа, то поднялись с мест и 10 минут стоя аплодировали ему выкрикивая «А-риф, А-риф, Ариф!»… Я хочу рассказать вам приятную новость. Несколько дней назад наш великий дирижер Ниязи вернулся из Франции. Может вы слышали, год назад Ниязи получил приглашение стать главным дирижером одного из самых знаменитых театров бывшего русского императора – Ленинградского Государственного Академического театра Оперы и Балета. Он поехал во главе этого театра на гастроли в Париж и там в театре «Гранд-опера» … дирижировал балет Арифа Меликова «Легенда о любви» … Но Ниязи не только дирижер, он еще и талантливый и выдающийся композитор. Он автор оперы «Хосров и Ширин», балета «Цитра» и др. произведений… На самом интересном моменте беседы первый скрипач оркестра, сидящий позади меня дернул меня за рукав и прошептал: «Контрабасы доставили. Маэстро сказал, что нужно начинать концерт» … Приезд Ниязи вместе с симфоническим оркестром в Сальян превратился в настоящий праздник здесь… После нескольких торжественных, официальных выступлений районного руководства, кучерявый молодой парень, сидящий рядом со мной, подошел к микрофону и прочитал стихотворение, посвященное Ниязи. Весь зал тепло встретил его выступление. Когда он начал читать политическое стихотворение о горькой судьбе наших южных братьев звук микрофона отключили, и на сцену вышел ансамбль «Джанги» под руководством Манаф Манафова с мелодией «Ночная музыка». Раздраженный молодой поэт сел на место… Я познакомился и подружился с этим молодым поэтом. И наша дружба продлилась 30 лет. Этим молодым поэтом был незабываемый патриотичный сын Азербайджана Халил Рза Улутюрк… После ансамбля на сцену вышли известные народные таланты Гулу Аскеров и Алмаз Рзаева, они спели для нас сочиненные ими песни. А затем один из самых талантливых жителей Сальяна ашуг Панах Панахов представил перед гостями свое мастерство певца… Все районы будто соревновались как на социалистическом конкурсе, кто лучше встретит Ниязи и приехавших с ним музыкантов, кто окажет лучшее гостеприимство… По возвращении в Баку нам снова пришлось проехать через Сальян… Таким образом под палящим солнцем Ниязи начал дирижировать оркестру, исполняющему увертюру «Кёроглы». Никогда прежде я не видел, чтобы Ниязи дирижировал с таким вдохновением…».
В конце под аккомпанемент оркестра Лютфияр Иманов спел песню «Сюряйа». После концерта маэстро Ниязи спросил у работающих на поле девушек, сколько кг хлопка в день они собирают, на что те ответили от 30 до 90 кг. Тогда Ниязи сказал девушкам, чтобы они пообедали, а мы вместе с музыкантами познаем труд сбора хлопка. Весь оркестр, вместе с Ниязи и его супругой Хаджар ханум собрали всего лишь 3 кг хлопка. Разумеется, маэстро был несведущ в собирании хлопка, его пальцы были созданы для дирижерской палочки. Талант маэстро в величественном исполнении произведений, приводящих слушателей в восторг, был неиссякаем.
Я считаю необходимым включить в книгу часть интервью Ниязи, которое у него взял талантливый журналист Видади Мамедов в 1972 г. для журнала «Улдуз» в связи с 60-летним юбилеем маэстро. Мысли, советы и критика профессионального музыканта и сегодня не теряют актуальности. Из интервью маэстро Ниязи: «Мне кажется, что мы спутали разные формы и жанры исполнительного искусства. Широкое распространение эстрадных элементов запутало некоторых певцов. Они, даже когда поют печальные песни, пытаются привлечь внимание искусственными движениями. Они забывают, что исполнительное искусство требует высокой культуры, воспитания, приличий, способности контролировать себя и свои движения, и наконец, требует эстетического вкуса…У нас есть такая прекрасная певица, как Шовкет Алекперова, которая знает, как себя вести на сцене, которая умеет переживать эмоции песни, которую исполняет, у нее надо поучиться…Сколько бы я не ездил по всему миру, сколько бы не слушал самых известных музыкантов и певцов мира в самых больших концертных салонах мира, я все равно не могу насытиться красотой наших народных песен. Я подготовил такие песни как «Ай бери бах», «Хумар Олдум», «Гарагиля» для оркестра. Это было проявлением моей любви к нашим народным песням, наполненным солнечным светом и человеческими и эмоциями. Их должны петь только наши самые выдающиеся певцы. Лишь того, кто сдаст экзамен исполнения народной песни, я назову настоящим певцом. Многим и целой жизни не хватит, чтобы показать то мастерство, которое проявил Кадир Рустамов при исполнении песни «Сона бюльбюлляр». Бюльбюль, Зюлфю Адыгезалов были незаменимыми исполнителями народных песен. После каждого концерта Бюльбюля, я звонил ему и благодарил его. Нынешние тусклые исполнения, и слушателя делают словно вялым. Я и не помню, когда в последний раз звонил кому-то. Хотя нет, один раз звонил. И то это был не певец. 4-5 лет тому назад Гаджи Мамедов выступал на телевидении, играл «Сегях» на таре. И вдруг я почувствовал, как к горлу подкатил ком. Он так прекрасно играл на таре, что я не заметил, как мои глаза увлажнились. Я позвонил к нему домой и сказал: «Спасибо, ты меня растрогал», после чего повесил трубку. Мне хочется встать лицом лицу с музыкантами и певцами и сказать: «Имейте милосердие, чувствуйте музыку сердцем. Постарайтесь, чтобы человек, который вас слушает, обрадовался, опечалился, а не встал и не выключил телевизор».
Народные песни – это желание, мечта, радость и печаль народа. Они не просто так появились.У всех песен есть своя биография. Чтобы певец смог прочувствовать песню, ему надо знать биографию её зарождения. Иначе голосом ты споешь, если он есть, но сердце будет равнодушным. Почему Хан так приятен человеку? Потому, что он уносит тебя в мир самой песни. И после окончания песни, ее настроение тебя не отпускает.
Песню «Ираванда хал галмады» сочинил Джаббар Карягдыоглы. Его пригласили на свадьбу известного человека по имени Алибек. Он спросил о приметах невесты, чтобы сделать ей подарок. Сказали, что у нее на лице есть родинка. И он сочинил песню «Ираванда хал галмады» (В Иреване не осталось родинок). Когда узнаешь это душа песни раскроется, петь ее станет легче. Танцевальные мелодии такие же. К примеру, «Вагзалы». Видите, как тяжело начинается песня. Поезд к станции тоже подходит медленно, та же самая интонация. В исполнении наших мугамов и в отношении к ним, тоже есть недостатки. Уже давно я на радио или телевидении не слышала целый дястгах. Исполнение мугамов посреди песен наших композиторов тоже не правильно. Это ошибка по двум причинам: во-первых, если сказать напрямую это воровство. Если лично я увижу три такта своей музыки внутри чьего- то произведения, то подам в суд. Ну и что, что это народная музыка? А во-вторых соединение современного сюжета в современном настроении с древним мугамом не подходит по композиции и структуре, созданное смешение теряет свою философическую глубину. Этот «прием» уже стал популярным».
Судьбе К.Керимова можно позавидовать. Он близко познакомился и подружился с выдающимися личностями Азербайджана, принимал вместе с ними действенное участие в культурной жизни страны, иностранных поездках. К.Керимов пишет о наших успехах в области искусства в 60-х годах прошлого века: «… Рауф Гаджиев был хорошо знаком с тогдашним Министром Культуры СССР, Екатериной Фурцевой… по телефону он называл ее Катюшей. Еще, когда он занимал должность директора филармонии, поднял перед Министерством Культуры СССР вопрос о том, почему азербайджанские музыкальные коллективы и артисты так редко выезжают на гастроли в зарубежные страны. Фурцева дала специальное указание главе управления искусства Завену Вартаньяну, чтобы тот запланировал частые гастроли за рубеж музыкального коллектива азербайджанской филармонии.
Завен Вартаньян советует руководителю Азербайджанского Государственного Эстрадного Оркестра выступить с джазовой музыкой в Алжире, по случаю освобождения его от гнета Франции. Арабские зрители не приняли чужую им музыку и выразили свое негодование прямо в зале. В одной из газет нас даже раскритиковали за то, что мы не смогли развить свою национальное культуру под гнетом России. Воспользовавшись этой ситуацией, Завен Вартаньян пресек гастрольные туры азербайджанских музыкальных коллективов. После того как Рауф Гаджиев был назначен на пост Министра Культуры Азербайджана, он имея горький опыт того случая за плечами, сам занимался контролем над гастрольными турами.
…Следующая наша поездка в Алжир совпала в очень напряженной политической ситуацией. В конце августа 1968 года., дабы подавить вспыхнувшие в Чехословакии национальные демонстрации, направленные против коммунистического режима, танки Советских войск вошли в Прагу и устроили там кровавую бойню… Министерство Иностранных Дел нам наказало, чтобы мы представили себя, как мусульмане, приехавшие из Азербайджана.
…После первого концерта отношение советского посольства к азербайджанским артистам изменилось. Дмитрий Петрович лично со всеми познакомился и подружился. Он говорил, то, что годами не могли сделать дипломаты, азербайджанские музыканты совершили за один концерт.
На следующее утро, подъезжая на автобусе ко входу на ярмарку, мы увидели, что вчерашний лозунг снят, а на его месте повесили новый, на котором было написано – «Да здравствует дружба Азербайджана и Алжира». Начиная с того дня мы каждый день давали 2 концерта напротив павильона Азербайджана… Все концерты проходили с большим успехом, и советские павильоны до самого вечера были полны народу. За 2-3 дня до окончания тура, когда мы приехали на ярмарку, нам сообщили, что сегодня в 5 часов вечера вместе с главами государств, участвующих, в проводимом в Алжире 18-ой Международной Конференции Азии и Африки, на ярмарку приедет Хуари Бумидейн, чтобы посмотреть на павильон Алжира… Нам сказали, чтобы мы подготовили 5-ти минутный номер и показали им…Мы посоветовались с Эхсеном Дадашевым и решили подготовить 6-минутную вокально-хореографическую композицию «Азербайджанская сюита» … После того как Министр Культуры и Информации Катеб услышал нашу музыку, сразу принял решение, чтобы на сегодняшнем государственном концерте выступали только азербайджанские музыканты… Примерно к 6 часам вечера начали собираться гости дипломатического корпуса в Алжире. Рядом с Катебом стоял высокий, седой мужчина с очень благородной внешностью. Он подошел к нам и дружелюбно поприветствовал нас на азербайджанском языке. Шовкет ханум узнала его и спросила удивленно: «Муса меллим, и вы здесь?». «Да, я уже три года здесь и очень соскучился по вашему голосу!» – ответил он… Алиев Муса Мирзоевич уже несколько лет был руководителем группы геологов, работающих в Алжирской Государственной Нефтяной Компании «Sonatrach» …