- -
- 100%
- +
© Александр Георгиевич Асмолов, 2023
Глава I
Низкие потолки, предпоследнего из девятнадцати подземных этажей хранилища Ленинки, никак не походили на храм, но те из немногих счастливчиков, кому удалось попасть сюда, ощущали состояние восторга от прикосновения к некому таинству. И это было не столько от особых условий температуры и влажности, поддерживаемых специальным оборудованием, сколько от запаха тысяч и тысяч старинных книг, чьи разноцветные корешки, с выцветшими красками и потертым золотым тиснением, застыли в длинных шеренгах на стеллажах, шкафах и сейфах.
Рукописный отдел, в угловом помещении Дома Пашкова на Моховой, был вожделенным и неприступным объектом для коллекционеров, как и кабинеты Кремля напротив, для шпионов всех мастей. Нужен был особый пропуск, оформляемый службой безопасности по письму-отношению, за которое поручитель отвечал головой.
Обладательница такого письма и стройной девичьей фигуры в летнем деловом костюме, четверть часа назад, беседовала с директором самой большой библиотеки страны. Солидная дама придирчиво изучала письмо от декана исторического факультета МГУ, ходатайствующего о допуске к фонду Лермонтова в Рукописном отделе для научной работы сотрудника из другой столичной библиотеки. Подозрительность директора даже заставила её позвонить на место работы подателя письма от уважаемого академика. Последним аргументом было то, что Орлова Варвара Владимировна будет работать с документами в свой законный отпуск, как и в прошлом году, когда она, так же, работала в Российской национальной библиотеке северной столицы.
– Мне бы таких сотрудников, – с завистью подумала директриса, но вслух язвительно произнесла, – Всем не дает покоя служебная записка пристава, составленная после гибели Лермонтова, в которой, кроме описи оставшихся вещей покойного, упоминалось о семи сочинениях на отдельных листках. Уже нашли два десятка неизвестных стихотворений. Специалисты.
Это замечание кольнуло Варю, но тут же забылось, едва приоткрылись двери хранилища Рукописных документов. Это были врата в иной мир, где подлинные письма и дневники берегли истинные чувства и помыслы великих людей. Давнее увлечение историей девчушки, выросшей в приморском городе, сформировало и профессию, и наполнило жизнь смыслом. Поначалу, это был Египет, который раскапывают и рассматривают под микроскопом третью сотню лет, но позже, её заинтересовала история своей собственной страны не менее удивительной и бескрайней, как тайны и легенды пирамид.
Варя осторожно продвигалась среди стеллажей, уставленных старинными манускриптами, папками и коробками с документами, которые начал собирать, полтора века назад, канцлер Российской империи Николай Петрович Румянцев. Ей было странно сознавать, что к некоторым из этих экземпляров десятки лет никто не притрагивался, словно это были комнаты в пирамидах или подземельях Египта, запечатанные несколько тысячелетий назад.
Неожиданно что-то остановило гостью у книги с необычно гладком переплётом для рукописи преклонного возраста. Варе захотелось взять манускрипт в руки со странным стикером на корешке в виде четырёх бабочек. Едва она это сделала, как у неё закружилась голова. Всё пошло кругом… Чтобы не упасть, Варя села на пол, по-японски поджав колени. Она осторожно положила книгу на бедра и стала медленно опускать на неё ладонь словно хотела успокоить встревоженного зверька или пташку, но не коснулась, чтобы не вспугнуть. Гостье показалось, что книга откликнулась. Нечто необычное произошло между ними, и это было так приятно, словно вдруг встретил в толпе кого-то очень близкого, с кем не виделся много-много лет. От неожиданности трудно поверить в такую встречу, еще труднее подобрать слова, чтобы выразить возникшее чувство радости и удивления. В таких случаях люди обычно кидаются навстречу, стискивают друг друга в объятьях, похлопывают ладонями по спине что-то приговаривая а, порой, и всхлипывая, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции.
Орлова тоже отдалась этому внезапному чувству и едва коснулась подушечками пальцев переплёта без царапин, сгибов и потертостей. Ей показалось, что книга была теплой. Это было странно, ведь в хранилище работал кондиционер. Она легонько коснулась книги всей ладошкой и ощутила приятное тепло. Тут в сознании стали появляться какие-то образы. Сначала едва различимые, но постепенно обретающие четкие контуры и краски. Варе показалось, что она девчушкой сидит на пляже в Геленджике, и теплый песок струиться между её пальцев. Это было так приятно, что она, как заворожённая, стала медленно покачиваться в так какой-то мелодии, зазвучавшей в её сознании.
Лицо молодой женщины в деловом костюме озарилось блаженной улыбкой. Веки сомкнулись, а зрачки под ними стали медленно двигаться, словно она видела какие-то образы. Спина оставалась прямой, щуплые плечи развернуты, одухотворенное лицо спокойно застыло, словно она спала. Одна кисть безвольно лежала на бедре открытой ладонью вверх, а другая, с растопыренными пальцами, едва прикасалась к гладкому переплёту, и, казалось, ловила невидимый поток упругой энергии… Внезапно он исчез, а ладонь над книгой ощутила холод.
– «Читающая во тьме»? – неожиданно прозвучал странный голос в сознании Вари.
Она даже не шелохнулась, но мысленно огляделась, пытаясь понять, стоит ли опасаться незваного соглядатая. Рядом никого не ощущалось. Тут же промелькнула мысль, что защиту в ментальном поле пришлось полностью снять, чтобы её душа открылась навстречу книге.
– Не суетись, – настойчиво прошептал незнакомый голос, – посмотрим, что там.
Это не понравилось Варе. Она попыталась вскочить, но резкая боль в затылке парализовала всё тело. Очевидно, книга почувствовала опасность раньше и закрылась. Поток видений в сознании прервался так же внезапно, как и появился.
– Зря, – как-то безразлично произнёс незнакомый голос, и боль усилилась, – до тебя ещё никому не удавалось уговорить эту старушку поделиться своими тайнами. А тут, на тебе! Растаяла. Столько лет прикидывалась никчемной подделкой, которую из жалости купили за грошик у старьёвщика.
Они помолчали, и «Читающая во тьме», превозмогая боль, смогла лишь почувствовать позади себя чужого. Его взгляд больно сверлил затылок и пытался заглянуть в книгу, но та равнодушно игнорировала всё происходящее.
– Только не воображай, что самая умная, – ехидно хмыкнул незнакомый голос, – моя идея, чтобы тут встретить библиофила. Как это у вас говорят?…
Голос умолк, явно подбирая незнакомое выражение, хотя это было странным для тех, кто общался в ментале. Достаточно было сначала поверить, что это не игры разума, а потом немного потренироваться, чтобы понимать и выражать свои мысли. Как это происходило на самом деле, никто не задумывался. Просто пользовались, как водой из родника. Ему всё равно, какой национальности ты или веры. Пользуйся и не пачкай, а будешь гадить, накажут.
– Ходила байка, – наконец нашёлся голос, – или нынче у вас не бают?
– У нас в таких случаях говорят, что слушок прошёл, – усмехнулась Варя, поднимаясь с колен и прижав к груди книгу.
Ей наконец-то удалось прикрыться от боли в затылке «каирской ночью». Атака была неожиданной и подлой. Сзади, а не в открытом бою. Повадки чёрной твари. Однако, для поединка Варя была ещё очень слаба, а в защищённом подземном хранилище энергии для восстановления было маловато. Кругом гудели какие-то электронные сканеры охранки и мощные электродвигатели. Нужно было потянуть время и отвлечь противника.
– Вывернулась… – словно сквозь зубы, злобно прошипел голос, – ходил слушок про твою силу, только на каждую силу, другая найдётся.
– Пожар устраивать не будем. Здесь противопожарная система не водяная, а газовая. Тебе не понравится.
– Пойдём выйдем. – хихикнул голос, – как мне предложил один мужичок.
Чужой при этом явно расслабился, и Варя увидела в ментале два янтарных зрачка с узкими чёрными вертикальными прорезями, напоминавшими кошачий взгляд. Нечто бесформенное тёмное нависло над ней, словно кошка на ветви дерева.
– Книга не захотела общаться с тобой, так что можешь не суетиться, – повторила слова обладательницы кошачьих глаз любительница истории.
– Подожду, когда придёшь в следующий раз. Тут книги хорошо охраняют, кому попало не показывают.
– Назови своё имя, – строго потребовала гостья, почувствовав себя увереннее.
– Хемет Нечер, – с гордостью прозвучало в ответ.
Варя сдержалась, чтобы тут же не уличить во лжи наглеца и не произнести мантру обвинения. Она была уверена, что эта кошка не сможет проникнуть сквозь защиту «каирской ночи» в её сознание и не услышит промелькнувшую там мысль. Ведь в ответ на законный вопрос в ментале об имени, было названо не имя, а титул жрицы Египта времен Себекнеферу. За такое враньё наказывают, но любительница истории пошла на хитрость и промолчала. На войне, как на войне.
– А как твоё земное имя, «Читающая во тьме»? – сверкнули в сторону гостьи кошачьи глаза, осмелев от не последовавшего за её ложью обвинения.
– Варвара.
– Зеркальное «РА»?… Да еще с велесовской «В» в придачу?… А не лжёшь ли ты, юная дева?
Орлова медленно поставила книгу на место. Затем, немного приоткрыла «каирскую ночь», наподобие того, как это делают пилоты современных истребителей, показывая противнику боекомплект на подвесках своих крыльев.
– Оранжевые всполохи вокруг голубой ауры… – ехидно прошипела кошка и черные прорези её зрачков округлились, напоминая отверстия двух стволов.
Варя быстро прикрылась, пожалев о столь опрометчивом поступке неизвестно перед кем. Потом решила всё же понять, кого встретила и, чуть приоткрыв канал для общения, сделала вид, что её не волнует, кто за спиной, и медленно пошла дальше вдоль стеллажей с книгами.
– Зачем ты здесь? – строго прозвучал голос в сознании любительницы истории.
– Ищу письма Лермонтова Акиму Шан-Гирею, – неожиданно дружелюбно ответила посетительница хранилища Рукописного отдела, – там могут быть упоминания о ещё неопубликованных стихотворениях нашего великого поэта. Аким Павлович был его троюродным братом и помогал в подготовке текстов, общаясь с издателями Глазуновыми. Они, кстати, получили монопольное право на издание наследия Лермонтова после его смерти.
– Эта переписка в сейфе номер 3956, – прошептал голос, будто-то кто-то третий мог услышать их разговор, – ключ только у хозяйки.
– Поможешь взглянуть? – Варя произнесла это по-детски заговорческим тоном, будто школьницы собирались прочесть записку более удачливой соперницы.
– Не получится.
– Когда врёшь, у тебя хвост краснеет.
После такой неожиданной насмешки где-то коротко звякнула сигнализация, и в хранилище послышались торопливые шаги сотрудницы хранилища.
Заметив между стеллажами посетительницу, дама в белом халате поспешила к ней.
– Что случилось?!
– Там в углу что-то шуршало! – с явным испугом едва не выкрикнула Варя, – наверное крысы.
– Господь с вами! Хранилище изолировано от внешнего мира, даже воду в увлажнитель воздуха специальную привозят, – служащая подозрительно окинула взглядом Орлову, – что вы взяли?
– Ещё ничего не выбрала. Ищу возможные упоминания о Лермонтове в письмах его знакомых за первую половину 1841 года.
– Вам же было сказано – в конце третьего ряда.
– Извините, я что-то напутала?
– Счёт рядов слева направо от входа. А вы куда пошли! Пойдемте, покажу… Давайте уж, принесем вместе насколько папок в смотровую… Только если на корешке проштамповано две или больше бабочек, не брать. Это для служебного пользования.
Варя безропотно выполнила требование, но уходя, незаметно просканировала ауры двух служащих Ленинки, на мгновение приоткрыв защиту.
Глава II
Конец мая в столице был на удивление теплым. Вокруг было много цветов, всё тянулось к новой жизни, а неутомимые коммунальщики, с громко тарахтящими газонокосилками, уже подстригали траву в скверах, парках и газонах вдоль тротуаров. Поутру, пока дороги еще не заполняли вечно толпящиеся машины, в столице стоял приятный запах свежескошенной травы. Те из москвичей, кто вырос в деревне или имел дачу подальше от столицы, прикрыв глаза, тянули носом знакомый запах первого покоса. Потом созванивались с друзьями, чтобы договориться о поездке на выходные к реке, озерцу или в лесок.
На одной из лавочек, среди роскошных кустов сирени небольшой площади вокруг памятника военному, рядом со Знаменкой, было тихо и уютно. Варя сидела, откинувшись на изогнутую спинку изящной лавки в чугунной оправе, подставив солнцу незагорелое лицо. Ей нужно было набрать энергии и проанализировать неожиданную встречу в рукописном отделе Ленинки.
Любительница истории планировала провести там весь день, но не прошло и часа, как Варя, сославшись на плохое самочувствие, покинула хранилище. Она расстроилась от того, что кто-то так точно просчитал её и подставил, чтобы найти необычную книгу в хранилище. Ошибки быть не могло. Кто-то знал, что Орлова одна из немногих, способных распознать среди тысяч томов и взять в руки «живую» книгу. Именно живую, потому что Книга сама выбирает читателя, а не наоборот. Для многих, минутное общение с такой книгой против её воли, может быть смертельным. Она не терпит насилия и открывает свои секреты только избранным.
Варя каким-то чутьем узнала такую книгу в хранилище и взяла в руки, та откликнулась, и переплёт стал тёплым, несмотря на работающие кондиционеры. Как это происходит, ещё никто не знает, но это явный признак, что в руках одна из девяти Книг, оставленных землянам предыдущей цивилизацией. Четыре таких Книги мудрости любительнице истории открылись. Первой была Книга Силы в пещере Сицилии, которую хранитель, старик Джузи, называл Фиолетовой. Она содержала информацию о боевых искусствах и таинственной силе мозга. Второй была Книга Света во французском Арле, спрятанной в тайном центре Ордена «Сынов света» под именем Голубая Книга. Это было хранилище энергетических практик человека. Третьей стала Книга Времени, спрятанная Рамзесом Великим в русле подземной реки недалеко от Карнака. В различных источниках её называли Жёлтой, возможно, намекая на бескрайние пески Египта и бесконечные тайны конвертации материи-энергии-времени, дающие понимания бессмертия. С Четвёртой Книгой, называемой Чёрной, Орлова познакомилась пару лет назад, когда две Принцессы силы помогли ей исправить искажённое содержание Книги, хранящей тайны человеческого сознания и глубокого воздействия на него.
Согласно легендам, таких Книг на планете было девять. Все они передают информацию ментально в виде то ли видений, то ли снов, оставляющих впечатление цветовых оттенков, потому носят такие названия. Хотя, для непосвященных Книги только номеруются. Замечено, что Книги активны, если находятся в соответствующих местах силы на земле, называемых дуаты, где Книги, через тектонические разломы, могут питаться энергией из ядра планеты. В остальных случаях, они дремлют, но могут открыться посвященному, и за счет его энергии общаться со счастливчиком, одаривая его не только бесценной информацией, но и жизненной силой. Сказания разных народов хранят легенды о Книгах Мудрости и Вратах Времени, которые откроются только прочитавшему все девять Книг и получившего девять рун соответствующей окраски. Душа обладателя такого уровня знаний может самостоятельно перейти в один из других миров по своему выбору или создать свой.
К сожалению, современный вид человека на планете, выживший после катаклизмов и победивший в борьбе с другими видами за последнюю сотню тысячелетий, выбрал путь развития не столько творчества и самосовершенствования, сколько угнетения и подавления. А главное – искажения знаний и учений предыдущей цивилизации в угоду своим 7 амбициям. Из огромной сокровищницы Мудрости о самом человеке и окружающей его триединой константе материи-энергии-времени, используется мизерная часть только в целях покорения и власти над подавляющим большинством землян. Знания для них не стали даром Небес, а превратились в платную услугу. Лишь тонкая прослойка правящего меньшинства способна дать своим отпрыскам достойное обучение, да и то, применяемое лишь для подчинения большинства. Безграничная власть над планетой стала новым «золотым тельцом», овладевшим незрелыми душами на планете.
Наши предки предвидели это, потому создали «живые» Книги на основе интерактивного материала, хранящего и передающего знания на ментальном уровне только носителям особого кода ДНК, предрасположенного к соответствующей деятельности человека. Причём, тот участок сложной структуры ДНК читателя, который анализируется Книгой, не изменяется при различных мутациях. Как то, что у нормального человека одна голова. Для прочтения всех Книг нужен код ДНК, исключающий агрессию и предпосылки болезней, ведущих к ней. Печально, но таких представителей рода человеческого всё меньше на планете. Серые души, проникшие во власть, скрывают информацию о Книгах Мудрости, насильно внедряя в общество низшие формы жизни, их убогие традиции и обряды. Хотя, оставшиеся уже понимают интуитивно, что человечество, в прямом смысле этого слова, подошло к последнему рубежу, о котором сказано во многих конфессиях, но верного пути преодоления беды в искажённых учениях нет…
– О-о, школьница задумалась над проблемами взрослых. – знакомый насмешливый голос в сознании Орловой прервал её размышления.
– Александр! – вскинулась Варя, – я так громко рассуждаю о своём, о девичьем?
– Нет, ты забыла накинуть «плащ Исиды», – фантом великого македонца широко улыбнулся и золотистые кудряшки, обрамляющие красивое лицо, качнулись, словно кивнули в знак подтверждения его слов.
– Вот как? – она оглянулась в ментале и, не заметив опасности, выдохнула с облегчением, – сегодня я ошибаюсь второй раз. Странный день. Я очень рада встречи! Присаживайся. У твоей школьницы опять накопились вопросы.
Они общались ментально, да и фантом знаменитого полководца был виден только любительнице истории, так что сидящие на соседних скамейках москвичи не обратили на эту сцену ни малейшего внимания. Было ясное весеннее утро, где-то поодаль шумела деловая столица, а тут, был тихий уютный уголок, располагающий к неторопливой беседе или безмятежной дрёме на солнышке.
– Мне по душе твоё вечное стремление к познанию, хотя, судя по ауре, школьница взволнована не на шутку.
– Ты прав. Я, как наивная «промокашка», попалась на вкусную наживку.
– Если не секрет, чем соблазнили Серую мышку?
Худенькая молодая женщина в деловом костюме ничуть не обиделась этому давнишнему прозвищу из детства. Ей даже захотелось прижаться плечиком к сильной руке собеседника и прикоснуться к ней щекой. Македонец почувствовал это и широко улыбнулся, садясь радом.
– У меня никогда не было старшего брага… Только ты заменял мне и брата, и отца.
– Не подлизывайся. Сколько тебя помню, ты всегда могла постоять за себя, а уж лазала по деревьям и ныряла лучше всех мальчишек в том дворе.
– Забавно, – улыбнулась она, – если бы эти люди могли видеть и слышать, о чем и как болтает Серая мышка и фантом великого полководца в ментале рядом с ними.
– Ты тоже удивишься, когда узнаешь, что рядом с тобой существуют другие миры, из которых другие души могут сейчас наблюдать за нами.
Варя помолчала и, поёжившись словно от порыва холодного ветра, прошептала.
– Признаться, я так далеко не заглядывала, но мысль о том, что кто-то придумал мой мир и выращивает меня с окружающими, как цветы на подоконнике. Это неприятно.
– Я понял, – снисходительно улыбнулся собеседник, – когда перейдешь в следующий класс, поговорим об этом. Хотя, ты же нашла грот, где находятся Врата Миров. Осталось сделать ещё несколько шагов и ты всё увидишь сама.
– У меня только четыре руны из девяти, да и то одну чуть не украли.
– За это накажут. А ты не будь растяпой. Спрячь в «черный колодец». Ты же прочла Третью Книгу.
Она не ответила, что-то перебирая в памяти.
– Скажи, ты свободно общаешься со мной в ментале?
– Конечно. Почему ты спрашиваешь?
– Утром я столкнулась с незнакомым в ментале, который не мог подобрать правильный оборот речи, чтобы я его поняла. Хотя использовал одно старое слово, которое у нас теперь не в ходу. Меня это удивило. При том, что он не новичок. Понял, что перед ним «Читающая во тьме». Ну, или знал заранее.
– Скорее второе. У тебя был соглядатай?
– Да, – оживилась любительница истории, – сегодня у меня появился шанс покопаться в хранилище рукописных документов самой большой библиотеки нашей страны. К своему великому удивлению, через четверть часа, я наткнулась на «живую» Книгу. В десяти минутах ходьбы отсюда!
– Опять твой диггер?
– Нет! Никаких подземелий и грязных туннелей. В центре Москвы. Я только спустилась по чистой лестнице к стеллажу с книгами вон в том большом доме.
– Напротив Кремля? – в голосе македонца прозвучала ирония, – лестница большая?
– Ой! – Орлова прикрыла рот ладошкой. – Я как-то не обратила на это внимания.
– Либерея?
– Да нет же. Это государственное учреждение. Служащие в белых халатах и перчатках. Пропуска, охрана, картотеки. Я прежде бывала в разных библиотеках, но тут впервые. Всё строго и торжественно, словно в храме… Если бы там была хоть одна книга из Либереи, это бы стало шумной сенсацией.
Фантом собеседника чуть наклонил голову, глядя в сознание любительницы истории, и молча улыбался.
– Хотя погоди, это же был предпоследний этаж из девятнадцати под землёй. Вот я балда! Так обрадовалась уникальному шансу попасть в закрома Ленинки, что не обратила на это внимания.
– У меня была такая же ситуация, когда мы схлестнулись с Дарием при Иссе. Полдня жестокого боя не привели к успеху, но когда я заметил колесницу Дария, так рванул на Буцефале, что оторвался от своей конницы на треть стадии. Если бы не Лисимах, всё могло бы обернуться иначе.
Однако, Варя не отреагировало на откровение полководца, а лишь медленно покачала головой, сожалея, что только теперь что-то поняла или вспомнила.
– Мне кажется, я догадалась, кто так умело расставил мне ловушку в библиотеке… Я и раньше встречалась с его кошачьим фантомом и повадками гиены…
– Расскажешь?
– Давняя история. Более десяти лет назад кто-то похитил Лизу, жену моего знакомого. Поиски привели к некоему Виктору, вернее – Вику. Он приторговывал подделками состаренных особым методом книг, якобы из Либерии. Позже открылось, что он, как и я, был рожден в день Тхар и мог читать Книги. Похищенная Лиза ему понадобилась в качестве Хранительницы крови Русов и сакральной жертвы. Не знаю, сколько ему открылось Книг, но Жёлтую руну от украл у меня. С помощью диггера Сергея, по прозвищу Серый волк, мы настигли Вика на Алтае в том гроте под Белухой с Вратами Миров, о котором ты знаешь. Я отправила этого гада в Хельхейм, но он успел забрать с собой жену Сергея – Наташу. Потом Вик с чьей-то помощью подсунул Серому волку двойника Наташи, которую диггер очень любил. Я видела это, но не могла открыть правду Сергею, он так и вернулся в Москву вместе с двойником и не расстаётся до сих пор.
Любительница истории грустно вздохнула и продолжила.
– Оказалось, Вик тайно следил за мной, чтобы отомстить. Когда я нашла двух Принцесс Силы, которые отыскали Чёрную книгу под Кремлём и отредактировали, чтобы Орден Сынов Света сам поместил её в дуат под Храмовой горой, где с помощью Книги открылись Врата Света. В отместку Вик выкрал и спрятал Принцесс Силы. Мне опять удалось отослать его в Хельхейм. Но, спустя год, этот гад опять с чьей-то помощью смог передать 13 колец в плотный мир и стать демоном. Подозреваю, что тут главную роль сыграл Инквизитор Ордена Сынов Света, который объявил на меня охоту.
Орлова горько улыбнулась и закончила рассказ.
– Два года назад я сыграла на разногласиях Тайного Совета в борьбе за пост Магистра Ордена, и увела Чёрную Книгу из-под носа Вика, призванного Инквизитором Сынов Света в качестве бойца. Думаю, что Книгу ищут опять. Хотя, теперь она далеко. Принцессы Силы с диггером отыскали дуат русов на Северном Урале. Четвертая Книга теперь там, под охраной.
– Да-а. – золотистые кудряшки македонца сдержанно качнулись следом за его головой. – Школьнице удалось обрести могущественных врагов. Демон Вик, трое погибших Магистров Ордена и четверо лайтеров… Поправь меня, если ошибаюсь.
– Ещё демон Раум, – добавила Серая мышка.
– Это который называл себя сороковым демоном из «Малого ключа Соломона»?
Она кивнула со скромной улыбкой, по-детски потупив виноватые глазки.