Аланский треугольник. Мир космоса, галактик, кто их населяет и отношение к нашей Земле. Триллер
- -
- 100%
- +
– Значит, Совет выбирает Председателя, а кто же выбирает в совет?
– Сам же совет и выбирает. Он рассматривает кандидатуры, и уровень почета каждого человека. А потом решает простым голосованием. Так и я попал в совет, но прежде прошел очень многое, набираясь опыта, как по системе образования, так и по управленческим качествам.
– Вам что, тоже клеят на грудь квадратики почета? – улыбнулся я.
– Когда-то клеили, – усмехнулся Джек. – Потом просто добавлялась информация в мое личное дело.
– Да, – я почесал голову, – очень интересно. Получается, что каждый любит свою профессию и работу, ведь именно он их и выбрал. Не скрою, у нас все гораздо проще, большинство людей работают по профессиям, которые им совсем не нравятся, некоторые даже ненавидят их, но если платят хорошо, то терпят. А выбирают у нас в главы правительства все население, только это самая большая фальшивка, кандидаты уже подготовлены и согласованы, и у них обязательно много денег или власти, так что голосование это просто выбор между двумя-тремя людьми, богатых или властных.
– Что ж, – разговор подходил к концу, – если вам понравилась наша система, вам есть куда стремиться. Если вас вернут на Землю, вы можете предложить нашу систему, и ее могут принять.
– Конечно, – рассмеялся я, – кто меня будет слушать? Все как было, так и останется.
Джек поднялся, мы попрощались и он вышел.
– Вот почему Тина без запинки сказала, что любит свою работу. При такой подготовке не удивлюсь, что так бы ответил каждый на этой планете. – Я тяжело вздохнул. – Нам до них как до Луны, хотя и у нас есть люди, работающие по любимой профессии, но сколько таких? Пять-десять процентов?
Я нажал на кнопку вызова.
– Тина, – спросил я, когда та пришла и села напротив, расскажи мне, как ты попала на свою работу, которую, как ты сказала, любишь? С самого детства.
Она задумалась и около получаса мне рассказала все именно так, как совсем недавно объяснял мне Джек.
– А почему ты не пошла дальше, на врача?
– Не захотела, – просто ответила она.
Я замолчал. Да, я мог спрашивать ее о многом, и мне всегда были интересны ее ответы, но сейчас мне просто ничего не лезло в голову. Наконец, я не выдержал.
– Тина, расскажи мне что-нибудь интересное и удивительное, у тебя это хорошо получается. – Попросил я.
– Тебя все удивляет, – рассмеялась она. – Ты просто не видишь себя со стороны. А мне очень забавно на тебя смотреть. Кстати, сегодня ты позвал меня раньше обычного, что, получился быстрый разговор?
– Да, мне самому немного странно, со мной беседуют представители многих направлений, и как я понял, их цель узнать как можно больше о моей планете. Но бывает так, что про свою планету они рассказывают раза в два дольше, чем спрашивают о моей. Сегодня это было особенно заметно. Или я не правильно понял их задачу?
– Мне кажется, что ты не прав, но сам этого не знаешь. Кстати, ты просил меня что-то рассказать, а давай я тебе кое-что покажу, и это тебя уж точно удивит?
– Ты это о чем?
– О тех же твоих визитах. Мне кажется, я понимаю, что происходит. Просто сам того не замечая, за короткое время ты не только рассказываешь, а и показываешь им в десять раз больше информации, чем тебе кажется. У нас высокие технологии и я тебе это продемонстрирую. Никакого секрета в этом нет, просто тебе об этом никто не рассказывал, а ты не спрашивал. Мы сейчас вместе сделаем один эксперимент, и результаты ты увидишь сам. Подождешь меня? Я сейчас приду.
Она вышла, а я заинтриговано сидел на стуле. В том, что у них очень высокие технологии, я не сомневался, но что это будет за эксперимент?
Тина вернулась быстро с зажатым в руке небольшим кристаллом черного цвета.
– Давай не будем экспериментировать очень долго, просто остановимся на каком-либо моменте, мне просто хочется, чтобы ты понял саму систему.
– А я точно ее пойму? – улыбнулся я.
– Короче, вспомни любой день, когда ты ходил к врачу, лучше из последних, и просто детально мне его расскажи, не думаю, что это займет много времени.
– К врачу? Я задумался. – Последний раз я был у зубного. Пойдет?
– Рассказывай, – усмехнулась она и положила черный кристалл на стол.
– Это была пятница, и лил дождь, но мне уже было назначено время, а этот врач брал недорого за услуги. Я вышел из дома и пошел по улице. Да, я мог подъехать и на автобусе, но увидел, что следующий квартал был перекрыт, какая-то демонстрация протеста. Я обогнул этот квартал и посмотрел на часы, я мог бы успеть еще, выпить кофе, но не стал заходить в кафе. К зубному врачу я пришел раньше, к тому же, тот запаздывал, а я был вторым по очереди, и приготовился, что на ожидание уйдет не меньше часа. В холе было уютно, сидела лишь одна старушка, видимо у нее и был первый номер. Ничего не оставалось, как уставиться в телевизор, как раз только что начались новости. Война там, убийство полицейских здесь, кто-то выбросился с десятого этажа, короче, как и всегда все – одно и то же, происшествия и новости, ни одна из которых не поднимала настроение. Пришел врач, и женщина зашла в кабинет, а я досмотрел новости и взял сегодняшний выпуск одной из газет, я прочитал ее полностью, и уже было взялся за вторую, когда наступила моя очередь. Я страшно боялся зубных врачей, и при виде сверлильного аппарата у меня похолодело на сердце. Врач выдернул нерв из одного моего зуба, и поставил пломбу на другой, все было очень больно, но я все выдержал. Отдав ему пятьсот долларов, я вышел на улицу и вернулся домой. Все. – Я посмотрел на Тину и выдохнул. – Не очень затянул?
– Нет, как раз то, что надо. А теперь послушай меня внимательно. Когда человек о чем-то рассказывает, о случившемся, он думает об этом, вспоминая. Здесь работает память, но не только из сознания, но и из ее подсознания, хотя меньше. Что-то, вспоминая, в голове у человека появляются какие-то кадры, если он хочет вспомнить все подробно. Есть еще и другие детали, но их мы трогать не будем. Ты знаешь, что мы можем читать мысли, и считывать их, или изображения из головы другого человека. Все, что ты рассказал, записалось на этот кристалл, сейчас ты не поверишь, но он покажет нам фильм. Если твой рассказ занял десять минут, то фильмы будет идти не меньше часа, хочешь его посмотреть?
– Естественно, – насторожился я. – Только давай я лягу как всегда под экраном, а ты сама все включишь.
Я улегся и приготовился смотреть. Невероятно, но я увидел себя, надевающим плащ и смотрящим в зеркало перед тем, как выйти из дома. Видимо, видеокамера находилась на уровне моих глаз и показывала все: и проезжающие машины, пешеходов, улицу, заведения, капли дождя и лужи, которые я обходил, короче, один квартал я прошел минут за десять, видя все подробности, которые тогда видели мои глаза. Странно, я бы не вспомнил и половины, но видеокамера запечатлевала все, вытаскивая, как сказала Тина, информацию из подсознания. Еще десять минут ушли на демонстрацию, я даже видел, что было написано на плакатах, и в чем были одеты люди, некоторых я запросто мог описать. Потом я обогнул квартал и уже входил к зубному. Я увидел холл, мебель и старушку, а потом то, что показывал телевизор. Невероятно, но на это ушло почти полчаса, столько шли новости. И, как мне показалось, ни одна новость не была пропущена. Потом газета, и я видел те статьи, которые я тогда прочитал, я видел их так четко, что мог бы прочитать их опять, слово в слово. Потом приход доктора, в чем он был одет, а затем и его кабинет. Я видел инструменты, и как мое лицо корчилось от боли, особенно, когда он вытаскивал нерв. Потом расчет, камеры показывали пять купюр по сто долларов, причем, разглядеть можно было каждую, и в конце я опять оказался на улице. Это было, в общем, камера в целом показала гораздо больше.
Фильм закончился, а я еще не мог придти в себя.
– Лара, такого не может быть, ведь прошло часа полтора. И откуда такие подробности, откуда все в деталях, я ведь бы этого просто сейчас не вспомнил?
– Но ты вспомнил, и, причем все, да еще и в картинках, из которых составился фильм. Рассказал ты все за десять минут, или меньше, а фильм длился в десять раз дольше. Но не только это, сколько дополнительной информации всплыло и записалось на видео? Ну, и как тебе, понравился эксперимент? – улыбнулась она.
– Понравился? – я сел, – он меня просто убил. Во-первых, вашей технологией, а во-вторых, я и не предполагал, что все записывается в память в таких деталях, пусть в сознание, или в подсознание, но все, до мельчайших подробностей. Но теперь я начинаю поминать. Я разговаривал с человеком три часа, пусть из них я рассказывал о своей планете лишь час, но он унес фильм на десять часов не только о том, что я рассказал, а сотни, даже тысячи деталей, которые всплывали в моей памяти. Он унес огромный пакет информации, достаточный для цели его прихода. Вот это да!
– Значит, удивила! – улыбнулась Тина. – Только для нас это обычное явление, мы используем этот метод тогда, когда нужно вспомнить какую нибудь специфичную деталь из далекого прошлого. Просто начинаешь думать о том периоде, а потом просматриваешь фильм, и обязательно находишь эту деталь, да еще и кучу другой информации. Кстати, – она серьезно на меня посмотрела, – ты выглядишь очень устало. Я, наверное, пойду, я ты ляг и поспи немного. – Она встала.
– Честно говоря, я просто в шоке. Неплохо переварить эксперимент и поспать, – согласился я с ней.
После ее ухода я около двух часов ходил по комнате, все, что произошло, не укладывалось в моей голове. Наконец, я лег и уснул, но до самого утра завтрашнего дня.
Глава 12. Военные и духовные
Меня разбудил тихий стук в дверь. – Входите! – крикнул я.
На пороге стояла Тина, и я попросил ее зайти.
– Джон, с вами все в порядке? Вы так долго спите, что я уже начала винить себя за вчерашний эксперимент. Я думаю, что те ваши воспоминания, особенно вытащенные из подсознания, очень вас утомили, видимо именно ваше подсознание, вы используете его редко.
– Скорее всего, – согласился я. – Но я тебе очень признателен. Кстати, ты же знаешь, что я любопытен, я заметил, что вы здороваетесь или прощаетесь, хлопая друг другу по плечу. У нас просто пожимают руки. А что означает, если другой человек слегка сжимает тебе плечо?
– Это дружеский жест, как бы, неофициальный. Или знак доверия и благодарности.
– Ага, понятно, – я сел. – У нас в таких случаях слегка обнимаются. Подойди ко мне, пожалуйста.
Тина подошла и села рядом, а я легонько сжал ее плечо. Та рассмеялась и повторила то же самое с моим плечом.
– Спасибо тебе за все. – Повторил я. – Значит, уже пора вставать? Не волнуйся, я хорошо себя чувствую, а после твоего прихода еще лучше. Кстати, теперь я буду знать, что мне необязательно рассказывать что-то человеку очень много, достаточно просто вспоминать.
– Конечно, – кивнула она. – К тебе сегодня кто-то должен придти, попробуй это на практике. Если он не будет возражать, значит все в порядке, если нет, придется рассказывать.
– Классный совет! Попробую.
– Ладно, тогда я пошла. Зови если что.
– А как же! – Улыбнулся я, – ты для меня стала как сестренка, и я к тебе уже успел привыкнуть.
– Тогда пока, братишка, – дверь за ней закрылась.
Я умылся и привел себя в порядок, а уже через полчаса в дверь постучали.
На пороге стоял серьезный мужчина с пышными усами.
– Советник по охране планеты от внешних угроз Лари, – будто отрапортовал тот, и я сразу узнал в нем военного.
Вскоре мы уже сидели друг напротив друга.
– Извините, Лари, может, мы попробуем свести мои рассказы и ответы просто к воспоминаниям? Вы же сможете их, потом расшифровать?
– Естественно. Как вам лучше, Джон. Но вы же этого не умеете?
– Да, к сожалению, я буду просить отвечать вас вербально. Только не волнуйтесь, много вопросов я задавать не буду. Тогда можно начинать? Я вспомню все, что касается военной темы на нашей планете.
– Военной? В каком смысле?
– Нападения и защиты, естественно, – не понял я.
– Извините, но нападением мы не занимаемся, только защитой.
– Да? – Удивился я. – Хотя вам виднее. Но я постараюсь вспомнить все.
Я около часа просто смотрел ему в глаза, вспоминая наши войны, типы вооружения, атомные и ядерные испытания, которые я когда-то видел по телевизору, короче все, что касалось вооруженных сил. Наконец я выдохся.
– Вам этого хватит? – скромно спросил я.
– Вполне. Это просто какой-то фильм ужасов. Ваша Земля сидит на пороховой бочке, а вы почти каждый день проходите рядом с зажженной свечой. Вы что, любите рисковать? Зачем вам столько вооружения? И столько солдат? Вы что, готовитесь к защите от кого-то?
– Да, наверное, – горько усмехнулся я, – от самих себя же. И вы правы, мы действительно сидим на пороховой бочке, и любой из глав какой-то одной страны в любой момент может нажать кнопку, и эта бочка вместе с планетой разнесется пылью по космосу. Извините, я постарался быть открытым, чтобы вспомнить все. А чем вы занимаетесь?
– Только защитой, – четко ответил он. – В нашей истории был случай, когда наше созвездие, все его планеты, хотели завоевать черные силы из другого созвездия. Началась война, эта планета была полуразрушена, но мы все-таки отбились. А чуть позже к нам прибыла и помощь из других созвездий, и те силы были разбиты. Поэтому, раньше у нас не было защитного поля, сегодня же планету окружают три уровня защиты, построенные по самой высокой технологии.
– Мне говорили, что на другой вашей планете есть ученые, и они занимаются военными разработками?
– Да, это правда. Военными? Я бы сказал не так, скорее космическими. Здесь, на этой планете есть только Тори, это как общественный или грузовой транспорт, но на другой у нас много космических аппаратов, от флагманского космического корабля, до разных уровней летающих тарелок и других аппаратов. Большинство из них просто транспортные, на них наши жители посещают другие созвездия, но есть и боевые, для случайного нападения противника.
– Но вы же в ассоциации? А если другое созвездие из вашей ассоциации попросит у вас военную помощь, что вы сделаете? Вы же сами сказали, что ваши корабли для защиты, а не для нападения.
– Так точно. Естественно, мы пошлем наши корабли на помощь, они помогут защитить ту планету, на которую напали. В конечном итоге, защищаться или нападать, это вопрос стратегии, оружие ведь у нас есть и самой последней модификации.
– А сколько у вас работает над этим ученых, если не секрет?
– Около двадцати человек основных, и около тридцати тех, кто им помогает.
– Всего лишь? – удивился я. – Но есть же и заводы по производству, как оружия, так и летательных аппаратов?
– Да, конечно, это еще пятьдесят человек.
– То есть вся ваша военная сила держится на плечах всего лишь ста человек? Невероятно! – Но тут я вспомнил про домостроительный цех, где один человек обслуживал все. – И вам этого хватает? То есть, вы уверенны в своей защищенности?
– Вполне. – Ответил тот без колебаний. – Только я вот не понимаю, зачем вам миллионы людей для военных целей, ведь противника у вас нет?
– Да, согласен, это полное безрассудство. Ладно, – вздохнул я, – у меня вопросов больше нет, не знаю, есть ли они у вас.
– Нет, все четко и ясно, только очень трудно для понимания.
– Естественно. – Мы встали, и я проводил его до двери. – Кстати, а разведка и контрразведка у вас есть?
– Разведка есть, но она не из нашего ведомства. Это просто научная разведка нашей галактики, чисто для научных целей.
Мы попрощались и он ушел.
– Действительно легко и быстро, – подумал я, – если использовать их метод чтения мыслей или составления фильмов. Наверное, я ему выложил кучу всего. Ладно, как есть, так есть.
Вся встреча заняла около часа, и я вспоминал, кто остался еще для беседы со мной.
– Председатель духовной общины Люси! – вспомнил я. – Кажется, она последняя. Если я справился с Лари за час, то сейчас еще не наступил и полдень. С сомнением, но я нажал кнопку вызова.
– Тина, – сказал я, когда та появилась на пороге, – спасибо твоему методу, он сработал, но у меня еще весь день впереди. Может ты могла бы, не попросить, а предложить встретиться со мной Председателю вашей духовной общины, мы бы сэкономили время. Как ты считаешь?
– Естественно, я могу связаться с нею, но обещать ничего не могу. Хочешь, я свяжусь?
– Не знаю, неудобно как-то, но и она бы сэкономила время.
– Тогда я сейчас приду, – Тина закрыла дверь.
Уже через пять минут она появилась опять.
– Она скоро будет. А как же я? – Грустно спросила она.
– Если мы переговорим тем же методом, то у меня останется еще весь вечер, уйма времени. – Я просто сиял. – Только подготовь мне что-нибудь интересное.
– Ладно, подумаю. – Она закрыла дверь.
Где-то через час в дверь постучали. Я сам открыл ее и проводил в комнату Люси, усадив ее на стул. Эта женщина была странной, будто она изливала какую-то спокойную расслабляющую энергию.
– Люси, вы не обиделись на мое приглашение? – сразу спросил я.
– Обиделась? Джон, я никогда ни на кого не обижаюсь. К тому же, я была свободна.
– Тогда все нормально, – вздохнул я. – Кстати, утром у меня был Лари и мы удачно и быстро побеседовали, используя ваш метод. Извините, может, мы попробуем свести мои рассказы и ответы просто к воспоминаниям, как у нас получилось сегодня с Лари? Вы же сможете их, потом расшифровать?
– Естественно. Как вам угодно, Джон. Но вы же этого не умеете?
– Да, к сожалению, я буду просить отвечать вас вербально. Только не волнуйтесь, много вопросов я задавать не буду. Тогда можно начинать? Я постараюсь вспомнить обо всех религиях на Земле. Ведь духовность это религия?
– Вы ошибаетесь, – спокойно улыбнулась Люси. – Их часто путают, но это не одно и то же. Хотя, просто для интереса я бы попросила вас вспомнить о ваших религиях тоже, я никуда не спешу.
Я не был верующим, как и не был атеистом, и лишь два раза заходил в католическую церковь, просто посидеть и расслабить голову. Но, естественно я многое видел по телевизору, хотя религий было не много: Христианство, Иудаизм, Мусульманство и Буддизм. Я смотрел эти передачи от нечего делать, часто пропуская суть рассказа, мне больше нравилась архитектура разных церквей, их внутреннее оформление и поведение людей на проповедях. Из каждой религии я знал совсем понемногу, кроме христианства, ведь что-нибудь из него показывалось каждый день. Но я помнил эксперимент, я смотрел и слушал передачи, хотя многого не слышал. Но информация в любом случае проходила через мои уши, а значит, ее можно восстановить, вернее, если вспоминать программу, все, что в ней говорилось, вспомнится само по себе. И я начал вспоминать. Прошло не более получаса, как я выдохся, с Лари у меня заняло гораздо больше времени, час. Дело в том, что религиозные передачи я смотрел, обычно дожидаясь какого-нибудь интересного фильма, то есть я просто смотрел на экран какой-то обрывок, не уделяя внимания услышанному, мне это было неинтересно.
– Все, – немного огорченно закончил я. – Больше ничего не вспоминается. Вы хоть что-то узнали, увидели?
– Гораздо больше, чем предполагала, – неожиданно ответила Люси. – Спасибо вам, Джон. Теперь я понимаю, что духовность и религия у вас одно и то же. Очень у вас странный мир, очень. Столько церквей, обрядов, проповедей…. Интересно, кому нужно это мошенничество?
– Мошенничество? – я опешил.
– А иначе его не назовешь, разве это трудно понять? Всех нас создал Отец, мы все его дети. Разве в семье есть посредник, который занимается общением между сыном и матерью? Нет. Естественно, они разговаривают напрямую. Тогда зачем же все эти церкви и их служители? Чтобы брать с прихожан деньги за общение с Создателем? Глупость и мошенничество чистой воды. Как вас угораздило такое придумать? Плюс войны только на религиозной почве, это же уму непостижимо. Все благие заповеди создателя нарушаются, прежде всего, его же служителями на вашей планете. И это можно назвать духовностью?
Я вспомнил, что после одного фильма хотел спросить ее, почему на их планете нет церквей, но только что она сама мне ответила.
– Но в одном фильме я видел ваш храм, и то, что вы что-то долго говорили собравшимся людям. Значит, вы тоже типа священника?
– Боже упаси, – Люси махнула рукой, – никогда им не была. Наверное, вам показалось, это я проповедую, как и у вас? Нет, просто мне много лет и я скопила уйму житейской мудрости. Я просто делюсь ею с людьми, отвечаю на их вопросы, помогаю наладить прямое общение с их же Создателем, объясняю, что в каждом из них заложено столько хорошего и доброго, столько способностей, что больше и быть не может. Создатель дал каждому своему творению неограниченные возможности, их надо только пробудить.
– И ваша цивилизация их все использует? Да, я видел ваши чудеса с левитацией и анти гравитации, но мы на нашей планете такого повторить просто не можем.
– Можете, – подалась она вперед, – каждое разумное существо наделено одинаковыми способностями, не ущемлен никто, ни в каком измерении инее на какой планете. Просто, вам никто этого не объясняет, и вы не стараетесь раскрыть в себе эти способности. Взамен этому вы отдались шарлатанам, которые сами выгодно написали или переработали ваши святые книги. Вы одурманены, очнитесь! Я вас приглашаю посетить наш храм в дни общего собрания, вы сами убедитесь, чем религия отличается от духовности. Если взять в среднем, мы используем около восьмидесяти процентов того потенциала, который нам дал Создатель, в более высших измерениях может, используют их все, не знаю.
– А насколько их используем мы? – невольно спросил я.
– Мне трудно сказать лишь по одному вашему фильму, но если вы используете всего пять процентов, я могу не ошибиться.
– Пять?! – не поверил я. – Тогда мы просто безмозглые насекомые. Хотя я сам никогда не задумывался, чтобы развивать какие-то дополнительные личные способности. Кстати, просто для интереса, какая религия на ваш взгляд более духовна на нашей Земле?
– Никакая, – моментально ответила она, но потом задумалась. – Лично мне ближе ваши восточные религии, буддизм, например. В ней, по крайней мере, существует реинкарнация.
– Странно, а почему вас как духовную личность выбрали в совет, у вас что, обязательно ходить в храм?
– Нет, конечно. Просто все в этом мире построено на духовности. Я чувствую, сидя рядом с вами, что ваше сердце закрыто, а ведь именно его Создатель назначил главой вашего тела и духа. У вас же глава – это ум, мозг, вы бездуховные и техногенные, у вашей цивилизации нет перспективы, если вы ничего не измените. У нас же каждый житель в первую очередь духовен и подчиняется, или прислушивается к сердцу, а ум у него как вспомогательный рабочий инструмент. Для меня это главное, что отличает цивилизации разных измерений. Кстати, вы рассказывали о вашем регрессивном гипнозе, и что ваша планета из пятого измерения опустилась в четвертое, почему? Разве вы стали мыслить хуже? Нет, просто боль и горе ударило по вашему сердцу, и от этого упали ваши вибрации. Когда-нибудь, когда сердце восстановится, вы вернетесь в свое пятое измерение.
– Да, сразу понять трудно, но я обещаю, если мне дадут такую возможность, попасть в ваш храм, я ее обязательно использую. Извините, но у меня больше нет вопросов. – Я вздохнул.
– У меня тоже. Тогда прощаемся? Я думаю, что ненадолго, уже скоро мы опять встретимся в том же зале, и Карл, как вы его называете, огласит наш общий вердикт, по всем проведенным беседам, а так же будет решен вопрос о вашем будущем, желаю, чтобы оно было у вас безоблачным и с покоем в вашем сердце.
Мы поднялись, я провел ее до двери, а когда Люси ушла, я сразу же нажал кнопку вызова.
Глава 13. Ожидание
– Тина, скажи мне, есть какая-либо возможность поговорить с Лизой?
– Ты имеешь ввиду Лисиразначию? Она здесь, даже на этом этаже, позвать?
Я с благодарностью кивнул.
Лиза появилась через пару минут.
– Как дела? – она улыбалась. – Извини, что не навещала тебя, но я в курсе твоих дел. Как настроение?
– Не очень, – признался я, – поэтому я тебя и позвал.
– Что-нибудь случилось? – она заглянула мне в глаза.
– Нет, просто только что ушла Люси, и сказала, что мы опять все встретимся в том же зале, и мне вынесут вердикт, касающийся моего будущего. Естественно, я очень обеспокоен. Тебе что-либо известно об этом?
– Да, это правда Джон, и в этом нет ничего странного. С тобой побеседовали все, надо же делать и выводы.
– И как вы их сделаете?
– У нас все очень быстро делается, поэтому встреча в зале не за горами. Например, если Люси с тобой поговорила, то уже сегодня ее отчет поступит Карлу, вернее, в их Совет. От остальных отчеты уже должны были поступить. Их все сведут в одно дело, в тот же день рассмотрят его, примут решения, и Карл уже на следующий день будет здесь.