Необыкновенные приключения Стёпки, или Дорога домой

Глава 1. Предисловие

Эта необычная история случилась прошлым летом. Началась она с пустяка: Стёпка спрятался за занавеску. Ничего бы и не произошло, ведь он сидел дома на подоконнике и просто смотрел вниз из окна. С высоты седьмого этажа был виден весь дворик, зажатый между серыми высотками: детская площадка, тротуары вдоль домов, машины, на скамейках в тени деревьев – воркующие бабушки, рядом с ними – соседка с коляской, уснувшая за книгой, в песочнице кот не спеша и с удовольствием перекатывался с боку на бок. У детской площадки мальчишки увлечённо разбирали чей-то велосипед, и при этом азартно спорили.

Кстати сказать, во дворе никто не ремонтировал велосипеды лучше, чем Стёпка, и к нему за советом обращались даже взрослые. Сидеть дома без дела уже стало скучно, и через пару минут любопытство всё-таки победило. "Пойду, помогу им," – подумал он, и только собрался спуститься во двор, как вдруг к мальчишкам не спеша, руки чуть ли не по локоть в карманах брюк, подошёл Васька Рыжий. Васька на год старше Стёпки, но его даже старшеклассники не трогают – потому что дерётся по любому поводу. А Стёпку может и без повода двинуть, просто так. Как, например, позавчера – после классного часа, когда всех нагрузили заданиями на лето и наконец-то отпустили на каникулы, Васька в коридоре так сильно толкнул его в спину, что Стёпка несколько метров проехал на пузе. Ваське смешно, а Стёпке обидно. Маме пришлось сказать, что споткнулся – рубашка вся грязная, и пары пуговиц нет, обе «с мясом» вырваны. Вот так начались каникулы…

Стёпка снова осторожно сел на край подоконника. Рыжий стоял возле разобранного велосипеда; слегка пнул ногой лежащее на земле колесо, посмотрел по сторонам, оглядывая двор. Один из мальчишек взглянул вверх на Стёпкино окно и позвал:

– Стёпка-а-а! Стё-ё-ёп! Выходи…

Васька Рыжий тоже поднял голову.

Вот тут Стёпка и спрятался за занавеску. Сердце заколотилось, как большой громкий барабан. Осторожно придерживая предательски качавшуюся занавеску, он отошел от окна.

"Нет уж, спасибо… Лучше дома пока посижу" – подумал он. Рыжий во дворе стал орать и спорить, мальчишки что-то ему отвечали, оправдывались, но Стёпка не стал слушать и пошёл на кухню. Сегодня суббота, мама была дома и готовила что-то вкусное, отчего по всей квартире разносились аппетитные запахи.

– Стёп, ты ещё дома? На-ка, вынеси мусор, и можешь идти гулять. Через час приходи домой, будем обедать.

Завязав узлом пакет с очистками, мама отдала его Стёпке, пригладила вихры на его макушке и подмигнула. У мамы хорошее настроение, это здорово!

Шум на улице затих, мальчишки с разобранным велосипедом ушли, пропал из виду и Рыжий. Пожалуй, теперь можно выйти во двор и погулять.

Слетев по лестнице пару этажей, Стёпка позвонил в Вовкину квартиру. Вовка – самый лучший Стёпкин друг. За дверью – молчание. Позвонил ещё раз. Через минуту послышались шаркающие шаги, и дверь открыла Вовкина бабушка. Она никогда не открывала дверь полностью, и выглядывала в щель, накинув дверную цепочку.

– А Вовы дома нет. Они с папой на рыбалку уехали.

Ну вот везёт же! У Вовки папа – рыбак, они иногда даже с ночёвкой ездят. Вовка сколько раз предлагал ему поехать вместе, но мама Стёпку никогда не отпускала. Говорила, что с посторонними мужчинами его не отпустит. А какой же дядя Юра посторонний? Он говорил, что удочку Стёпке выделит телескопическую, и спиннингом научит ловить. Разве посторонний такое скажет? Стёпке бы такого папу… да вообще – какого-нибудь. Без папы скучно. Стёпка давно уже жил без папы, так что даже и не помнил ничего о нём, а мама запретила ему расспрашивать про папу, словно его вообще никогда не было.

Пробегая лестничные пролёты, Стёпка думал, куда бы сейчас пойти? На школьный двор? Там часто играют в футбол, но школа порядочно надоела вместе со своим футбольным полем. Даже близко подходить не хочется. К речке на велике без Вовки тоже неохота…

Стёпка толкнул тяжёлую металлическую подъездную дверь, и…

– Опа! Мелкий, здорово!

Руки в карманах, перед ним стоял Рыжий. Сзади ещё несколько мальчишек помладше. Рыжий, сощурившись, смотрел на Стёпку.

– Ну что, мусор носишь, мамкин помощник?

Стёпка решил пройти мимо молча, но Рыжий вытащил руку из кармана и упёрся ей в Стёпкину грудь.

– Что не здороваешься, а?

Толкнув Стёпку рукой, Рыжий наподдал ногой пакет с мусором, и из него вывалились картофельные очистки.

– Где твой дружок, мелкий? Он мне вчера обещал дать велик покататься.

Стёпка молча стал собирать с горячего асфальта сырые картофельные шкурки. Ему только ответь, он тут же привяжется ещё больше. Лучше промолчать.

– Ты что молчишь, я тебя спрашиваю?

– Он на рыбалку уехал, нету его.

– Ну, тогда свой вытаскивай.

– Мой сломался, – соврал Стёпка, – шину проколол.

– Врёшь!

– Нет, ну он действительно сломался… – буркнул Стёпка.

Затолкав все шкурки обратно в пакет, он поднялся с корточек, увернулся от Васькиного тычка и быстро зашагал к мусорному баку. Вслед ему загоготали мальчишки.

Стёпка успокоился только после того, как с размаху швырнул пакет в бак. Настроение испортилось. Васька остался стоять возле подъезда и, по всей видимости, никуда не спешил. Домой нужно было прийти через час, поэтому Стёпка стал думать, как потратить время.

Неподалеку был любимый магазин с рыболовными принадлежностями, ружьями и ножами, но в субботу тот не работал. До речки пешком идти полчаса, и Стёпка решил прогуляться туда и обратно.

Речка была за городским парком. До парка можно проехать на автобусе две остановки, но Стёпка быстрым шагом пошёл по улице. Вот и магазин "Охотник". Возле его витрин Стёпка задержался, отыскал среди стройного леса удочек давно примеченную свою, с пробковой рукоятью. Витрины с ножами с улицы не увидишь, и Стёпка, постояв ещё немного у пыльного стекла, пошёл дальше.

В парке, как всегда по выходным, было шумно и людно. Играла музыка, у киоска с мороженым стояла небольшая очередь, на лавочках уютно расположились парочки, повсюду бегали дети. Пройдя тенистой парковой аллеей, Степка вышел к реке. Набережная приветливо распахнулась речным простором, высокими белыми облаками и упоительным воздухом. Вы знаете, самый беззаботный, вольный воздух на свете – это воздух возле большой воды, он свежий, прохладный, и всегда зовёт в далёкие странствия. В городе такого воздуха нет. Стёпка по берегу дошёл до своего любимого места, где большое старое дерево наклонилось к воде, уцепившись мощными корнями в глинистый берег. Здесь не было асфальтовых дорожек, и так далеко от парка отдыхающие заходили очень редко.

Если взобраться на дерево, то в развилке трёх толстых ветвей, невысоко, прямо над водой, можно спокойно сидеть и смотреть на спокойно текущую под тобой реку, и с берега тебя никто не увидит. Стёпка залез на дерево и растянулся в любимой развилке, свесив ноги. Сквозь едва шелестящую листву проблёскивало солнце и синее небо. Какая-то птичка, чирикнув, сорвалась с ветки и улетела. Домой совершенно не хотелось идти. Стёпка представил, как Вовка с папой сидят вдвоём в надувной лодке посреди речки и вытягивают серебряных плотвичек, аккуратно снимают их с крючка и по очереди кладут в садок, где уже собралась целая стайка таких же бойких рыбок. А вечером они поставят палатку, разожгут костёр, и папа сварит настоящую уху… Вовка рассказывал, как это вкусно – уха на костре. А ещё он рассказывал, как однажды папа поймал большого леща, а потом его запекли на углях, ещё горячего ломали руками и, обжигаясь, ели.

Облака спокойно плыли куда-то вдоль реки, и казалось, что небо – это одна большая река, а может быть даже море, и облака на нём – это плоты, на которых, раскинув руки, можно спокойно плыть и плыть куда-нибудь в новые неизвестные дали…

Глава 2. Про Степаныча

– Эй, на дереве!

Стёпка замер. Голос раздавался со стороны реки, откуда его могли заметить, ведь ноги-то болтаются над водой!

– Э-эй! Ноги из дерева не растут! У каждой пары ног должен быть хозяин. А где хозяин этих ног?

Голос похихикал. Стёпка осторожно посмотрел вниз. Внизу по реке к дереву подплывала аккуратненькая деревянная лодка, а на вёслах сидел маленького роста конопатый мужичок. Рыжие волосы торчали в разные стороны, голубые глаза весело смотрели на Стёпку. Мужичок подмигнул и сказал:

– Эй, на пирсе, лови конец!

– Чего?

Стёпка растерянно смотрел, как мужичок взял моток верёвки и ловко закинул его на ветку.

– Пирс – это причал такой. К тебе причалить можно?

– Ааа… тут места мало.

– Ну, тогда спускайся ко мне, поехали кататься вместе!

Степка с опаской посмотрел на верёвку, которая висела на ветке, и поджал ноги.

– Моя мама говорит…

– Да знаю про посторонних, моя тоже самое говорит – с посторонними будь осторожен, никогда не знаешь, что у них на уме. Вот я и осторожничаю. Посторонние меня и не замечают.

– А я? Я ведь тоже посторонний…

– Ты? Какой же ты посторонний? Смотри – посторонние, это те, кто по сторонам, правильно?

Мужичок рассмеялся, и сам себе ответил:

– Правильно! А ты где? Наверху. Значит, ты не посторонний, а наверхний. И я для тебя не посторонний, а внижний, потому что я внизу.

Стёпка с интересом слушал его болтовню и удивлялся, как это ловко у него вышло, действительно, не посторонний.

– Эй, наверхний, тебя как зовут?

– Стёпка, Степан то есть.

– Вот здорово! А я Степаныч! Наум зовут, но можешь меня звать просто Степаныч.

– А я Владимирович, у меня папа был Владимир.

– Вот и здорово! Ты как, грести умеешь? А то меня Ворон научил, но у меня плохо получается…

Стёпка попробовал верёвку, та была толстой и прочной.

– А как спускаться? Если я верёвку привяжу, то кто отвязывать будет?

– Ничего, она у меня ручная, сама отвяжется.

Стёпка перекинул конец верёвки через ветку, и, держась за оба конца, осторожно спустился в качающуюся лодку.

– Гляди, сообразил!

Мужичок сдёрнул верёвку обратно, и она послушно свернулась на дне лодки. Стёпка уселся за вёсла, которые оказались совсем не тяжёлые, наоборот – ими хотелось махать, словно крыльями. Лодка тихонько отошла от дерева и направилась к середине реки.

– А кто это – Ворон?

– А дружок мой, здесь недалеко живёт, три версты – и налево, потом пять минут на запад, но это если против ветра, а по ветру – так и быстрее. Запомнил?

– Нет…

– Я тоже! – Мужичок рассмеялся. – Ой, смотри, опять хлеб клянчит! На-ка, покорми. Только с другого борта, а то перевернёмся.

Степаныч, перегнувшись через край лодки, одной рукой показывал куда-то под воду, а второй ковырялся в глубоком кармане потёртых брюк. Достав корку хлеба, он, не глядя, протянул её Стёпке. Стёпка, взяв корку, тоже перегнулся через борт. Из тёмной воды неожиданно сверкнул на солнце тяжёлый серебристый бок размером с большую сковородку и вновь исчез в глубине.

– Ух ты… Кто это?

– Лещ! Я его уже второй день кормлю, вот он и бегает за мной. Хитрый…

Стёпка отщипывал кусочки промокшего хлеба и бросал их в воду. Рыба раз за разом появлялась неожиданно, разбрасывая в хрустальной воде солнечные зайчики и ловко проглатывая угощение.

– Вот бы поймать его! А, Степаныч?

– Можно и поймать…

Он опустил руку в воду и щелкнул пальцами.

– Смотри…

Из глубины показалась тёмная горбатая спина. Рыба, мерно покачивая хвостом, не спеша подплыла к ладони. Коснувшись её, лещ ловко развернулся и, в очередной раз блеснув крупной чешуей, исчез в глубине.

– Я тоже хочу, можно?

– Пробуй!

Стёпка с замиранием опустил руку в прохладную воду и щёлкнул пальцами так же, как Степаныч. Прохладная речная вода струилась между пальцев, солнечные блики играли на ладони, но рыба не появлялась.

Степаныч тоже с интересом смотрел в воду. Рыбы не было.

– А ты про что думаешь, Степан, сын Владимира?

Стёпка вспомнил Вовкин рассказ про запечённого на углях леща, и вытащил руку из воды. Что-то не так. Красивая стремительная рыба словно читала его мысли.

– Я хочу с ним поздороваться.

В глубине блеснул знакомый силуэт. Стёпка снова опустил руку в воду, закрыл глаза и тихо сказал:

– Привет!

Через несколько секунд кончики пальцев кто-то аккуратно ущипнул. Открыв глаза, он обомлел – красивая, крупная рыба бережно собирала размазавшиеся на пальцах крошки хлеба, смешно вытягивая рот. Стёпка в восторге вытаращил глаза на Степаныча.

– Гляди!..

Степаныч подмигнул и улыбнулся. Стёпка тихо повторил:

– Привет, Лещ!

Плавно развернувшись и в последний раз сверкнув чешуёй, лещ исчез, оставив на кончиках пальцев ощущение живой трепещущей брони.

– Ну вот, теперь и он не посторонний, да, Степаныч?

Степаныч, взлохматив и без того лохматые рыжие волосы, широко улыбнулся.

Стёпка ещё ни разу не видел свой берег со стороны реки. Даже не трогая вёсел, можно было спокойно плыть по течению. Берег и большое дерево постепенно становились всё меньше и меньше, люди на набережной теперь казались муравьями, и вся городская суета осталась далеко на берегу.

Глава 3. Тёмный лес

Лодка носом мягко вышла на берег, и убаюкивающее движение прекратилось. Стёпка проснулся и открыл глаза. Вокруг был Лес. Нависая над головой, раскинулись толстые ветви огромных старых деревьев. Их крупные листья закрывали солнечный свет, отчего в Лесу было сумрачно и прохладно. Неширокая речка размыла корявые мощные корни, и сквозь прозрачную воду были видны плавно покачивающиеся тонкие водоросли, застилающие дно речки живым зелёным ковром.

В лодке никого не было. Стёпка выбрался на берег и с тревогой огляделся вокруг. Места были совершенно незнакомые, тишину Леса нарушало только лёгкое журчание ручейков, бегущих к речке между корней деревьев. Становилось страшно. Привязав на всякий случай лодку к ветке, Стёпка сел на берегу под деревом. Молчать в Лесу было ещё страшнее, и поэтому Стёпка начать разговаривать сам с собой.

– Интересно, куда я попал? Мама же сказала быть дома через час… уже, наверное, вечер. А если я обратно по речке на лодке отправлюсь, я попаду домой или нет?

Слова казались еле слышными, и голос потерялся в неподвижном влажном воздухе.

Стёпка сказал громче:

– Я попаду домой или нет?

Тишину вдруг нарушили приближающиеся голоса. Стёпка вскочил на ноги и спрятался за дерево. Вскоре меж деревьев показалась любопытная парочка. Впереди шёл Степаныч, беседуя с аккуратно перешагивающей через корни огромной чёрной птицей.

– … Вот и я говорю – гостей лучше дома встречать, чем в Лесу!

– А где у тебя дом, Степаныч? Например, мой дом здесь. Поэтому мне сложно с тобой спорить, где мне лучше гостей встречать. Я бы поставил вопрос по-другому – мне уж лучше поспать лишний часок, чем встречать не пойми кого…

Огромная птица, наклонив набок голову, обстоятельно рассуждала на ходу, изредка расправляя мощные крылья.

– А что такое дом в моём случае? Вот я в Лесу живу, у меня весь Лес – это дом? Или только Глухомань Дальняя? Или, может, только Дуб с Дуплом, где я раньше спал? Вот ты, Степаныч, всегда норовишь разобраться во всём… Вот и разбирайся. Меня разбудил, весь Лес на уши поднял…

– Лес давно растревожен, Ворон, и я тут не при чём. И разбудил тебя не я, а Степан. Я ведь тоже подневольный, как и ты…

Стёпка вышел из-за дерева и помахал рукой Степанычу.

– Эй! Я здесь!

– А! Гляди, вот и он!

Степаныч толкнул птицу в бок, и, подойдя поближе, сказал:

– Ну, знакомьтесь! Это Степан, а это – Ворон.

Птица подошла вплотную так, что длинный клюв коснулся Стёпкиной груди, отчего по ней вдруг пробежал холодок. Затем наклонила голову вбок, и посмотрела левым глазом на Стёпку. В большом чёрном глазу, кроме Стёпкиного отражения, ничего не было видно, да и Стёпка выглядел, как в кривом зеркале. Получалось так, что он смотрел на собственное отражение. Стёпка растерянно перевёл взгляд на Степаныча.

Ворон внимательно оглядел Стёпку с ног до головы, и спросил:

– Я тебе нужен?

– Я не знаю. А что ты можешь делать?

– Хм. Я бы то же самое хотел спросить у тебя. Что можешь делать ты?

– Я не знаю…

Стёпка совсем сбился с мыслей. Из-под ног вдруг послышался шелестящий вкрадчивый голос:

– Правильно. Откуда он знает ответы на твои вопросы, Ворон?

У сандалий, аккуратно свернувшись клубочком, лежала серенькая змейка. Стёпка, испугавшись, отпрыгнул в сторону, чем рассмешил Ворона. Похлопывая крыльями, он хрипло рассмеялся:

– Куда уж ты теперь от него убежишь, Степан? Не ядовитый он, успокойся. А вот советчик хороший. И рядом всегда будет, правильно, Змей?

– Не знаю уж, что ответить. Тебе, Ворон, мои советы не нужны. А рядом быть несложно… Я тебе нужен, Степан?

– Советчик? Да, наверное… Я запутался уже.

– Ничего, я помогу разобраться. Тут, в этом Лесу, всё не так уж и сложно. Главное – в Глухомань не попасть. Туда только Ворону дорога, он там все лазейки знает. Живёт он там. А тебе туда не надо, обойдём как-нибудь стороной…

Становилось всё темнее. Мама наверняка уже беспокоится. Стёпка был готов расплакаться. Повернувшись к Степанычу, он повторил вопрос:

– Я попаду домой или нет?

– Вот я и говорю – что такое дом? Степаныч…

– Замолчи, Ворон.

Степаныч посмотрел на Ворона, затем на Змея. Помолчав, сказал Стёпке:

– Всё зависит от тебя. Тебе самому надо найти дорогу домой, и помощников в дороге ты выбирай тоже сам.

Глава 4. Ночь в Лесу

Стемнело быстро. Лес молчал. Огромные деревья чернели корявыми колоннами. Изредка, словно маленькие живые фонарики, пролетали одинокие Светлячки, освещая то траву, то густую, низко нависающую лиственную крону. Стёпка уже привык к необычной тишине странного Леса. Казалось, что здесь больше никого нет. Ворон дремал. Змей, свернувшись по привычке клубочком возле ног, зевал во весь рот. Степаныч бродил неподалеку, бормоча что-то под нос.

– Степаныч, – тихо позвал его Стёпка.

Молчание. Спотыкаясь о корни, Стёпка подошёл к нему.

– Ты чего ищешь?

– Траву Фиалку. Она расцветает ночью, и на запах её цветов слетаются Светляки. Когда я был в этих краях последний раз, то вместо фонарика таким букетиком пользовался. Вокруг него три-четыре Светлячка вьются, и свету от них – будь здоров!

– А как ты сюда попал?

– Ай, долгая история. Вот как сейчас. Думал, если ты на вёслах, так и подремать можно. А как глаза открыл – мать родная, уже в Лесу!

– Я тоже уснул. Я в первый раз на лодке катался, представляешь?

Они всё дальше отходили от речки, где остались Ворон и Змей.

– Степаныч, а они не заблудятся, если мы уйдём?

– Нет, они живут здесь. Каждый корешок знают.

– Так, может быть, они мне дорогу домой показать могут?

– Не всё так просто, Стёпка. В этом Лесу протоптанных дорог нет. Здесь можно и не знать, где ты находишься, но свою дорогу найти можно быстро…

Степаныч остановился и замолчал.

– А ещё как может быть? Можно свою дорогу не найти?

– Можно… Ты не замёрз?

– Нет, мне не холодно. А как выглядит эта Фиалка?

Степаныч пожал плечами.

– Давай я буду искать?

– Экий ты смешной! А как ты будешь её искать, если ты не знаешь, как она выглядит?

Стёпка задумался.

– Очень просто. Сейчас ведь темно? Темно. И её не видно нам обоим. Так?

– Так.

– А если нам обоим её не видно, значит, мы равны, счёт «ноль-ноль». Как в футболе, знаешь? И можно искать по очереди. Тихо! Слышишь?

Они остановились и прислушались. В стороне кто-то тихонько шелестел опавшей листвой.

– Тебе страшно, Степаныч? – прошептал Стёпка.

– А чего боятся-то? Тут страшнее себя самого никого не встретишь. Ёж, видимо, гуляет. Вот уж кто ничего не боится, так это он. Может, цветок найти поможет …

Стёпка громким шёпотом сказал в ту сторону, откуда раздавался шорох:

– Эй! Привет! Ты кто?

Шорох затих, затем направился к ним. Вскоре показался крупный ёжик в сопровождении двух Светлячков, освещающих ему дорогу. Забавно переваливаясь, ёжик семенил к друзьям.

– Я же говорил, Ёж! Здорово, колючий!

– Кому колючий… Рад видеть, давненько не встречались, – сказал Ёж и посмотрел на Стёпку, – и тебе привет! Первым ночью в Лесу здороваешься, не страшно? Я – Ёж. Сам, наверное, уже сообразил. А вот тебя вижу впервые…

Ёж, задрав мордочку, щурил глазки. Светлячки теперь летали вокруг Стёпки, освещая его со всех сторон.

– Я Степан. Стёпка, то есть. Я сюда случайно попал.

– Случайно, говоришь? Любопытно, любопытно…

Ёж подошел совсем близко и понюхал сандалии. Стёпка присел на корточки, чтобы лучше разглядеть Ежа. Крупные острые иголки торчали во все стороны, коротенькая шёрстка на мордочке была аккуратно причёсана, подвижный носик пуговкой втягивал запахи, а живые чёрные глазки теперь смотрели прямо на Стёпку с любопытством и интересом.

– Давно в Лесу, Степан?

– Нет. Нас на лодке сюда течением занесло, ещё светло было.

– Кого уже повстречал?

– Ворона…

– Гляди, всех опередил. Пешком, наверное, всё ходит, летать не разучился? – спросил он у Степаныча.

– Давно не летал. Не спешит никуда. Помнится, пару лет назад меня учил летать, да бросил. Сказал, летать не будешь, но плавать научишься. Всё одно не вышло, ни плавать, ни летать не умею… Змей объявился сразу после Ворона. Тебе, видимо, интересно будет это знать.

Ёж ещё раз внимательно посмотрел на Стёпку.

– А я знаю. Запах его везде. Спрятался, небось, и молчит. Змей! Зме-ей!

Из-за ближайшего дерева послышался тихий, шепелявый голос:

– Слышу тебя, слышу. Только разговаривать с тобой охоты нет.

– Да уж, какая тебе охота со мной разговаривать? Разве что советом Степану поможешь, а?

– Он от помощи и не отказывается, – прошелестел Змей, – а ты бы шёл своей дорогой…

– Ну, Змей мне дорогу укажет! – весело засопел Ёж, и опять посмотрел на Стёпку, – что делать будешь?

– Не знаю.

– Змеиная школа, узнаю. Ну, ладно. Пошёл я дальше…

– Постой. Ёж, ты нам Фиалку можешь найти, которую светляки любят?

– Нет тут такой. Не растёт. Извели всю, – сказал Ёж в сторону Змея, – а если свет нужен, бери моих Светлячков, я и в темноте не заплутаю.

Подлетев к Стёпке, Светлячки сели к нему на плечи. Крупные букашки светились мягким тёплым светом и перемигивались друг с другом, словно беседуя между собой.

– Щедро, Ёжик! – сказал Степаныч.

– Авось научится чему, – ответил Ёж, – без надежды как дорогу найдёшь?

– Спасибо, Ёж! – Стёпка был рад новому знакомому, ему нравилась его деловитость. – Где ты живёшь? Как тебя найти?

– Найдёшь, если нужно будет. Один раз нашёл, значит, ещё встретимся. Удачи тебе!

Ёж засеменил обратно в ночную темноту, шурша листвой.

Уже была глубокая ночь. Так поздно Стёпка ещё ни разу в жизни не ложился спать. Степаныч нагрёб под голову опавшей листвы, зевнул и тут же уснул. Стёпка последовал его примеру. Листья пахли землёй и деревом одновременно, и шуршали под ухом. Рядом клубочком свернулся Змей.

– Змей, а почему Ёж не остался с нами?

– Он не любит сидеть на одном месте. Он всегда ищет что-то новое, днём и ночью.

– А тебе нравится новое?

– Нет. Новое – всегда неизвестно какое. Хорошо, если полезное и нужное. А если вредное? Или опасное? Я лучше десять раз подумаю, прежде чем буду искать новое.

– А что чаще бывает, полезное или вредное?

– Не знаю. Это лучше у Ежа спросить. Я вообще не уверен, что мне очень нужно что-то новое.

– Змей, а как ты здесь оказался?

Змей поднял голову, прислушался к тишине Леса, и начал рассказ.

Глава 5. История Змея

Это долгая история. И не только про этот Лес. Наш Лес ещё совсем молодой. Нет, нет, не улыбайся, он действительно молодой! Зарос только без Хозяина… Так вот, вокруг нашего Леса есть ещё один – старый и тёмный. Там редко бывает солнечный свет. В том Лесу много зверей и птиц. Очень разных. Иногда они приходят к нам, некоторые так здесь и остаются. Так, например, мои родители сюда перебрались…

Змей замолк, вспоминая что-то тяжёлое. Вздохнув, он положил голову на землю, закрыл глаза и продолжил.

…Да, мои родители перебрались сюда из Старого Леса. В те времена, говорят, здесь была светлая роща, пролески, поляны, но я их уже не застал.

А в Старом Лесу была война. Звери и птицы перессорились друг с другом. Виной всему считали семью Филинов, которая жила Там, Где Нет Света. Ты видел когда-нибудь Филина? Нет? Я тоже… говорят, они едят животных и птиц. Они бесшумно летают ночью и прекрасно видят в темноте. Они могут увеличиваться до огромных размеров, и тогда, хоть раз взглянув в их жёлтые глаза, можно навсегда потерять способность двигаться и думать… остаётся только Страх. Так мне рассказывал мой отец. Даже бесстрашные и любознательные Ежи избегали встречи с ними.